Лилия

Лили. — Подъём! Руки-ноги и бегом на выход! Резко подскочив, я не поняла, что происходит. Война? Пожар? Вокруг все лихорадочно одевались, лица заспанные и перепуганные. — Давай, Лили, собирайся! — ко мне подбежала Мари и сунула в руки одежду. — Сейчас что-то интересное будет! Когда мы наконец высыпали в коридор, нас ждал Фор — усталый, с синяками под глазами. — Тихо выходим и идём на платформу. Ни звука. В поезде всё объясню. — Бля, куда мы едем? Ещё и в час ночи… — вокруг слышалось шушуканье, но мы безропотно потопали за командиром. После недолгого ожидания, когда все уже продрогли до костей, показался поезд. Во главе с командиром, который запрыгнул первым и придержал дверь, мы побежали, чертыхаясь на скользком от первого льда асфальте. Схватившись за поручень последней, я начала подтягиваться и почувствовала, как кто-то мощно подтолкнул меня в спину, буквально вбросив в вагон. Забравшись и отдышавшись, обернулась. Позади, в дверях, совершенно спокойно стоял Эрик, будто не нёсся только что за поездом по обледенелой дороге. — Внимание, новички! — властно сказал он, когда все утихли. — Едем на традиционную игру Бесстрашных. Делимся на две команды, цель — захватить флаг противника. — С этими словами лидер достал две тряпки, зелёную протянул Фору. — Настоящее оружие вам не дадут — чтобы такие тупицы, как вы, не перестреляли друг друга раньше времени. Будут нейростимуляторы. Боль — как от огнестрела. Проходит через семь-десять минут. Попадание в позвоночник — паралич от пятнадцати минут до часа. Всё ясно? Я и Фор — капитаны. Начинай. — Он чуть склонил голову в сторону командира. — Беру Майкла. — Стив. — Мари. — Лили. — Люк. — Энн. Приятно, что выбрали не последней. Но с Фором было бы спокойнее… Хотя какая разница. Сил нет даже переживать. Вяло думая об этом, я сидела на холодном полу, вполуха слушая, как распределяют остальных. Поскорее бы вернуться и завалиться в тёплую кровать. Завтра же родительский день, а потом ещё выходной. Два дня отдыха… — Моя команда — на выход! Живо! — меня выдернул из мыслей звучный голос лидера. Выпрыгнув, мы быстрым шагом двинулись в сторону заброшенного пирса. В темноте, разбавленной редкими проблесками луны из-за туч, угадывался корпус огромного корабля. Когда-то он возил грузы. Интересно, как до сих пор не сгнил и не потонул. — Стоп! Тихо и слушаем! — шикнул наш предводитель, собирая неофитов в круг. — Игра на этом корабле. Ходить только по палубе — она заставлена контейнерами, укрытий много. Нижние перекрытия сгнили, кто сунется вниз — сразу на тот свет. Вытаскивать никого не будем. Уяснили? Теперь — где прятать флаг? — он достал слабо светящуюся оранжевую тряпку. — Прятать только там, где его можно увидеть. За пазуху или под ящик — нельзя. Предлагайте. — Давайте в капитанскую рубку. Спина защищена, дверь можно оборонять малыми силами. Остальные будут искать их флаг. — Нет! Лучше в один из контейнеров. Они ни за что не догадаются, в каком… В обсуждении участвовать не хотелось. Сегодня опять снились кошмары, и после часа дремы голова раскалывалась. Я просто стояла, прикрыв глаза, и надеялась не отключиться на ходу. Когда решили прятать флаг на мостике, мы с Эриком рассредоточились по носу корабля. Ещё двое остались охранять флаг в рубке, а Энн и Стив — ловкий невысокий паренёк из Искренних — пошли в разведку. Не долго выбирая, я забилась за крайний контейнер, чтобы со спины быть прикрытой морем. Куда делся лидер — не видела. Пока не прозвучал выстрел, означавший начало боя, я свесила ноги за проржавевшие перила и слушала тихий плеск волн в полном одиночестве. Какое-то время ничего не происходило. Я уже собралась сменить позицию, чтобы хоть что-то видеть, как тишину прорезал крик со стороны кормы. Надеюсь, не наши! Сон как рукой сняло. Я напряжённо вглядывалась в темноту, как вдруг сбоку раздался шорох. Ну вот и по мою душу пришли. Что ж, давайте поиграем! Аккуратно высунула голову из-за контейнера, но кроме ржавых бочек, ничего не разглядела. Наверное, уже глюки… Неожиданно из-за туч выглянула луна, и на меня упала чья-то тень. Не успела развернуться, как меня прижали к крепкой груди, а тёплая ладонь закрыла рот. — Тихо, — прошептал Эрик, убирая руку. — Они рядом. Я тебя подсажу, а ты лезь на контейнер и оттуда стреляй по всему, что движется. Поняла? Давай! Без возражений я полезла на крышу контейнера. Устроившись как могла в луже ледяной воды, я вскоре увидела первую цель. Спустя минут пятнадцать, сняв ещё одного противника, я заметила, как в паре контейнеров от меня идут ожесточённая перестрелка — Фор против Эрика. У последнего рука висела плетью, но он ловко перекатывался и отстреливался. Надо спуститься и помочь! Можно обойти контейнер и выстрелить Фору в спину. Нечестно, конечно, но на войне все средства хороши. Лихорадочно думая об этом, я уже цеплялась за край контейнера, болтая ногами в поисках опоры, когда меня резко обхватили поперёк туловища и швырнули на палубу. Люк! — Не так быстро, зайка! Хочу с тобой поговорить. А чтобы никуда не убежала, давай опробуем нейростимулятор? Мой позвоночник пронзила острая боль, будто его переломили в нескольких местах разом. Крикнуть я не успела — этот ублюдок выстрелил в упор в место сплетения нервов, и через секунду боль исчезла, а с ней пропала и способность двигаться. Что он задумал? Неужели так переживает из-за того боя, что решил отомстить? Это же идиотизм… — Как ты, наверное, поняла, я недоволен, — тихо начал Люк, приседая рядом на корточки. — Ты опозорила меня на первом бою. Я тебя почти убил, ты уже харкала кровью, но нет… Откуда в такой козявке взялись силы, чтобы победить меня? — Он противно ухмыльнулся. — Да и не важно. Я решил, что будет лучше, если ты просто исчезнешь. Тогда я буду на законном третьем месте в таблице. Ведь ты — ничтожество, получаешь очки за красивые глазки. А в том бою тебе просто повезло! Так что я тебя сейчас скину, и все подумают, что оступилась и утонула. Искать даже не станут. Всё же бывает, да? Вижу, ты оценила мой план. Только не обижайся! — Он потянул меня за ноги к краю палубы. Вот же сукин сын. Я парализована. Шансов нет. Неужели так и закончится? Утону, не в силах пошевельнуться. На глаза навернулись слёзы — не столько от страха, сколько от дикой обиды. Солдат Бесстрашия. Ну конечно. Меня так легко уделали. Даже пикнуть не успела. — Знаешь, я тут подумал, — снова разговорился Люк, пыхтя. — Ты же живучая, мало ли выплывешь. Лучше наверняка. Ударю-ка я тебя этим прикладом, а если тело найдут — решат, что о подводные конструкции башку разбила. Согласна? Вот и славненько! Ну, пока! И на меня опустилась тьма. --- Эрик. Разобравшись с Фором, который, скрипя зубами, вытаскивал из себя дротики, я огляделся. Ко мне бежали наши разведчики, улыбаясь до ушей и размахивая зелёным флагом. Отлично. Поработали на славу. И Фору всегда приятно надрать задницу. Надо пойти помочь Лили слезть, пока не отморозила свою тощую пятую точку. Стреляла, кстати, неплохо. Одному так вообще в руку попала, как раз когда тот целился в меня… Подойдя к месту, где оставил девчонку, я услышал шёпот — и явно не женский. Тихо обойдя контейнер, я замер. Этот мудак Люк, пыхтя и бормоча, уже наполовину перевалил бесчувственное тело Лили через перила. Ещё одно движение — и она рухнет в море с высоты пятиэтажного дома. — Стоять! Что здесь происходит?! — взревел я, запоздало сообразив, что от испуга он может разжать руки. На шум сбежались все, включая Фора, который тут же навёл на парня стимулятор. — Объясняй! Быстро опусти её и подними руки, если не хочешь получить полный магазин в лицо. Побледневший Люк метнул взгляд на меня, потом на Фора, видимо, соображая, что делать. В итоге, выбрав единственное разумное, потянул тело назад. Лили мешком рухнула на палубу. На голове у неё зияла глубокая рана, кровь уже собиралась в тёмную лужу. Мудак. Ты за это ответишь. Сгниёшь в тюрьме, уж я позабочусь. — Рассказывай, — приказал я неестественно спокойным голосом. Парень, видимо надеясь смягчить наказание, выложил всё как на духу: как злился из-за того поражения, как придумывал, как бы её убить, чтобы подняться в таблице, и как сегодня, решив не упускать шанс, парализовал и хотел скинуть за борт. Надеялся, что спишут на несчастный случай. — Ну, тебе пиздец, — я кивнул Фору, который уже тащил верёвки. — Вяжите его. Выдвигаемся. Бережно подхватив Лили на руки, я первым зашагал к станции. Держись, солнышко. Скоро будем дома. Руки отваливались от усталости, но я не мог позволить себе положить её на холодный пол вагона и отказывался от предложений Фора меня подменить. Казалось, стоит отпустить — и она перестанет дышать, или кровь из раны хлынет снова. Поэтому всю дорогу я сжимал её в объятиях, согревая своим теплом, под тихие удивлённые взгляды неофитов. Да и хуй с ними. Приехав, сразу понёс её в лазарет. Приказав дежурной медсестре будить Роджера, я со вздохом опустился на стул у кровати. Жутко клонило в сон. Последние дни выдались адскими: Изгои активизировались, их странные перемещения участились, и меня, как самого молодого лидера, постоянно кидали руководить рейдами. Неосознанно я опустил голову на сложенные у ног Лили руки. Яростно борясь с дрёмой в ожидании врача, я думал только о ней. Почему вся хрень постоянно происходит с этой девчонкой? Почему я вечно тащу её в лазарет без сознания? Хорошо, что Люк больше не тронет. Но надо приглядывать за другими. Она красивая — многие уже наверняка слюни пускают. Вдруг попытаются взять силой в тёмном углу? А она не отобьётся… Или, чёрт, выберет кого-то из этих обезьян?.. Я внутренне поморщился. Какая разница? Мы же не вместе. Но всё равно зубы повышибаю любому, кто на неё косо посмотрит. С этими мыслями я отрубился. Не услышал, как вошедший Роджер, тихо посмеиваясь, осмотрел девушку, поставил капельницу и ушёл, прикрыв за собой дверь.