Жизненно важный

Мэнор встретил меня холодом и полумраком. Я передвигался крадучись, стараясь ни на кого не наткнуться, словно и не жил здесь вовсе, а проник сюда незаконно. По коридорам ходили люди, прибывшие на собрание Пожирателей, которые игнорировали меня, лишь изредка кто-то кивал в знак приветствия. Некоторых я знал — родители других слизеринцев или же знакомые отца. Но, по большей части, люди были мне не знакомы. Я постоял около спальни матери, слушая, как она с кем-то громко ругается. Так и не поняв, с кем именно и о чем, я не решился зайти. Отца я тоже не нашел — ни в спальне, ни в кабинете его не было. Забавно. Родной дом перестал быть родным. Поттер молчал. От этого было еще противнее — мне не хотелось ощущать его жалость. Но выбора не было. Побродив по особняку, я заглянул в свою комнату. К счастью, кто-то наложил на нее защитные чары, поэтому никто, кроме членов семьи, не мог войти туда. Я удостоверился, что все в порядке, и тут же вышел. Я спустился в большой зал, где должно было пройти собрание. Строгий, роскошный зал в зеленых тонах, где мама любила устраивать званные ужины, теперь превратился в хаос. На стенах виднелись следы от заклинаний, попортившие картины и искусную лепнину. Кто-то принес сюда всю мебель, что нашел в доме — стулья, диваны, кресла — и расставил хаотично по всему залу. Кое-где уже сидели Пожиратели, вполголоса о чем-то разговаривая. Я выбрал изумрудное кресло, которое раньше стояло около большого окна в нашей библиотеке. Окно выходило на задний двор, где гуляли павлины и цвели причудливые растения. Я всегда выбирал именно это место, когда сидел в библиотеке. О, сколько часов я там провел в детстве, читая серию книг про приключения волшебника Отрикса, иногда переводя взгляд и наблюдая за гуляющими по саду птицами. Страшно было даже представлять, что теперь осталось от этого великолепия. Сейчас бархатное кресло небрежно занимало самый дальний угол полуразрушенного зала. Я брезгливо сел и приготовился ждать. Мне жаль, Малфой. Правда. Я фыркнул. «Только твоей жалости мне сейчас не хватало, Поттер». Не злись. Знаешь, у вас здесь очень красиво. «Ага. Было». Видел бы ты мою каморку под лестницей — заговорил бы по-другому. Я усмехнулся. «Ну, если сравнивать с каморкой под лестницей, то, пожалуй, ты прав». Поттер тоже усмехнулся. Я немного расслабился. «Тебе страшно?» Он помолчал немного, прислушиваясь к себе. Да. Мне страшно. Но, знаешь, вместе с тобой я чувствую себя увереннее. Как говорится, одна голова хорошо, а две — лучше. Вместе мы точно что-нибудь придумаем. «Две головы? Это о двухголовых змеях?» Я почувствовал, как Поттер рассмеялся. Да нет же. Это маггловская поговорка такая. Одна голова хорошо, а две — лучше. «Но у нас одна голова», — напомнил ему я. Дурак! «Чушь несешь ты, а дурак — я?» Поттер рассмеялся еще сильнее, и его веселье словно пеленой накрыло мое угнетенное состояние. Даже дышать стало как-то легче, поэтому я невольно улыбнулся. Вскоре в зал стали стягиваться еще люди, и я понял — пора. Собрание скоро начнется. В зал вошли родители. Отец выглядел невозмутимым, а мама была явно изможденной, бледной, с кругами под глазами, которые она попыталась скрыть косметикой. Увидев меня, она печально улыбнулась и подошла ближе. Когда она обняла меня, я почуял, что от нее сильно пахнет цветочником. Отец лишь немного кивнул мне, царапнув холодным взглядом. Они оба заняли небольшой диван рядом со мной. Через несколько минут посреди зала появился, аппарировав, сам Темный Лорд. Я невольно поежился. Он был еще уродливее, чем я помнил, и внушал страх, который пробирался к самым костям. Я вспомнил несколько заклинаний, скрывающих сознание, и хотел их использовать. Я чувствовал, что мне жизненно важно сохранить того, кто находился сейчас в моей голове, спрятать его, защитить. Не отдать этому ублюдку. Не надо. Это не поможет, но вызовет лишние подозрения. Я опомнился. Логично. Страх Поттера ощущался даже острее, чем собственный. Не только страх, но и презрение, ненависть. И я хорошо его понимал. Первую часть собрания я не запомнил. Пожиратели обсуждали какие-то операции, Лорд выслушал несколько докладов о проведенных миссиях. Я в этот момент пытался отчаянно слиться с креслом, изображая мебель. Когда внезапно на весь зал прозвучало мое имя, я, кажется, почувствовал, что вся кровь отхлынула от моего лица, а ладони заледенели. Мама тронула меня за плечо, подталкивая и подбадривая. Я встал. — Подойди ко мне, мой мальчик, — произнес Темный Лорд хрипло. Я попытался справиться с собой, поднял подбородок и маленькими шажками двинулся в центр зала, где стояла зловещая фигура в темном плаще. Не бойся. Я с тобой. — Драако, — протянул Лорд, приобнимая меня за плечи. — Славный наследник рода Малфой. Сегодня я позвал тебя, чтобы проверить — готов ли ты стать одним из нас, стать таким же, как твой отец. Сердце в груди непроизвольно заколотилось, пытаясь вырваться из рёбер. Я не смел поднять глаза, глядя на мраморный, грязный пол. Тише, тише. Все хорошо. Он ничего тебе не сделает. Вранье, но я хотел ему верить. — Скажи, Драко, ты готов верно служить мне? — вкрадчиво вопросил Лорд. Я хотел ответить, но слова застыли у меня в горле. Все хорошо, расслабься. Отвечай уверенно. У меня есть план. Мне ничего не оставалось, как снова ему поверить. — Да, мой Лорд. Раздался леденящий душу смех. — Что ж, отлично. Дай-ка я проверю, действительно ли ты готов, — с этими словами мужчина повернул меня к себе и заставил посмотреть прямо ему в глаза. К тому моменту я был настолько напуган, что просто ушел внутрь себя, сосредоточившись на активном течении мыслей Поттера. Я боялся думать о том, что это конец. Сейчас он все узнает. А я не успевал, да и не мог ничего предпринять. Не смог его защитить. Страх за Поттера перевесил даже страх приближающейся метки, а может быть даже и страх смерти. Расслабься сейчас, Драко. Отпусти мысли. Я кое-что сделаю, не паникуй. Я постарался еще больше прислушаться к нему и расслабиться. Кажется, получалось. Темный Лорд протянул руки и обхватил мое лицо, словно зажав в стальной холодной маске. Я закрыл глаза и упорно старался притвориться, что мне все равно. В ту же секунду я почувствовал, что мой мозг начал плавиться. Соображать стало труднее, будто на голову вылили ведро горячего меда, из-за чего извилины слиплись и двигались очень медленно. Я то ли засыпал, то ли медленно терял сознание. Это Лорд делает? Или все же Поттер? Не знаю. Да и не важно. Если Поттер — хорошо. А если Темный Лорд, я все равно не смогу дернуться сейчас. Просто стою. Просто жду. Просто слушаю. А мозги все плавятся… Все закончилось так же быстро, как и началось. Мозги резко встали на место, голову обдало холодом. Я распахнул веки, сталкиваясь взглядом с Лордом. Его рот искривился, теперь он смотрел на меня с каким-то… презрением? Что случилось? Что он увидел? Он узнал о… или нет?! Мужчина, державший меня за плечи, резко оттолкнул меня, словно все это время прикасался к чему-то грязному. — Люциус-с, не думал, что ты породил на свет настолько бес-столковое отродье! — прошипел Лорд. Среди Пожирателей послышались приглушенные смешки. Я недоуменно посмотрел на отца, не понимая, в чем дело. — Сядь на место! Уйди с глаз моих! — рявкнул на меня маг, оборачиваясь затем к моим родителям. — Люциус! Не ты ли говорил, что твой сын умен, рассудителен и сдержан? Обман… Твой наследник безжалостно туп и не заслуживает моей метки. Ты и твоя жена ответят за вашу ложь. Ко мне! Переглянувшись, родители робко встали и вышли в центр. Я видел, как мамино лицо посерело от страха. — Мой Лорд, мы… — хотел было сказать что-то отец, но не успел. — Круцио! Отвернись! Не смотри! Я успел отвернуться прежде, чем мама упала на грязный пол, но в ушах все равно стоял ее крик, сколько бы Поттер не орал, пытаясь его заглушить. Отец не позволил себе закричать даже сейчас, лишь иногда от него доносились какие-то негромкие горловые звуки. Казалось, это длилось целую вечность. Лишь когда Поттер перестал во всю свою мысленную силу кричать первое, что пришло на ум (а именно — гимн Хогвартса), я смог открыть глаза и повернуться. Тела родителей лежали у ног Лорда. Голова отца судорожно подергивалась, что позволило мне понять, что они живы. Но я все равно не мог унять панику. Прости. Мерлин, Драко, прости, я не знал, что он это сделает. Но я не слышал его, заморожено глядя на обездвиженное тело мамы. — Я не терплю лжи, — голосом доброго проповедника начал вещать Лорд, обращаясь уже ко всем Пожирателям. — Ложь подрывает мое драгоценное доверие, помните это. Его ведь нелегко заслужить обратно. Заслужить Круциатус гораздо, гораздо проще. Что ж, к сожалению, нам придется закончить наше собрание на этой немного печальной ноте. Лорд аппарировал, а вместе с ним и некоторые из его свиты. Остальные Пожиратели начали обсуждать итоги собрания. Друзья отца поспешили поднять бесчувственные тела родителей на второй этаж. Я поднялся за ними, но в их спальню не пошел. Поттер что-то пытался мне сказать, но я не слушал. Меня переполняла злоба, ненависть к лысому ублюдку, который рушит мою жизнь, делает, что ему захочется. Гнев заставлял руки трястись, но я ничего не мог поделать, абсолютно ничего. И мое бессилие бесило до невозможности. Я не мог никому помочь. Ни себе, ни отцу, ни матери, ни Поттеру. Никому из них. Бесполезный. Глупый. Пошатываясь, я шел в свою комнату по мрачному коридору. Второй этаж был пустой, что создавало какую-то зловещую тишину, нарушавшуюся только стуком моей крови в висках. Она кипела, бурлила, требуя от меня сделать хоть что-то. Внезапно на темном полу я заметил какое-то плавное движение. Сначала я подумал, что мне показалось, но, приглядевшись, я понял, что это было. Нагайна. Она ползла вдоль стены, сливаясь по цвету с полом, бесшумная, совсем незаметная, если бы я шел хоть немного быстрее, не заметил бы. Вынюхивает, шпионит для своего хозяина. Мои глаза налились кровью. Нет, тварь. Только не в моем доме. Малфой, нет, не надо. Это может быть опасно. Но я его не слушал. Также бесшумно подошел сзади. Она меня не видела, целеустремленно ползла по своим делам. Я достал палочку и уверенно направил на нее, не видя больше ничего вокруг. Драко, он узнает, пожалуйста, остановись… Но мне было все равно. Рука с палочкой чуть дрожала, но заклинание я произнес твердо. — Диффиндо! Змея зашипела. Красная вспышка заклинания разрезала ее на две части, которые тут же закрутились в кольца от боли. — Диффиндо! Диффиндо! Я повторял заклинание столько раз, пока от змеи не осталось кровавое месиво. Я стоял посреди коридора и тяжело дышал, глядя на то, что сделал. Это было крайне жестоко, но я чувствовал, что поступил правильно. — Инсендио! Останки змеи загорелись. Через несколько секунд не осталось даже пепла. Я посмотрел на место, где она лежала, и вздрогнул. Пора было возвращаться в школу.