Не шутите с тёмными ритуалами

Глава 63

Черный сад

Снег под теплыми сапогами тихо хрустел. Фелисити вышла из ночного леса прямо на заснеженную поляну, серебрящуюся под ликом молодой луны. Здесь, в отдалении от людской суеты, стоял одноэтажный уютный домик с черепичной крышей и небольшой трубой. Официальная резиденция глав Дикой Охоты, несколько часов назад вернувшихся всем составом в страну из отпуска. Разумеется, сейчас она пустовала. Как и всегда. Об этом месте знало очень небольшое число людей. Выйдя примерно на середину, ведьма остановилась и прислушалась. Снег не перестал скрипеть, а это значило, что она была здесь не одна. Далеко не одна. Чары, наложенные на здание, оставались неповрежденными. Злоумышленники не смогли взломать защиту, над которой поработали трое одаренных пользователей магии и адептов темных искусств. Все, что вторженцам оставалось — поджидать снаружи. Это было хорошим знаком. По крайней мере, среди них не нашлось действительно талантливых разрушителей проклятий, вроде Билла Уизли. Гоблины пылесосили рынок труда очень качественно, золотом сманивая лучшие кадры. — Посредственно. — скривила губы под волчьей маской девушка. А ведь они даже не особо старались, когда накладывали комплекс чар и вырезали руны. Никакими ритуалами или серьезными ловушками здесь даже не пахло. Это здание было лишь приманкой, пускай и очень качественной, раз на нее клюнули. Амос не отличался терпением, потому решил сам подтолкнуть затаившихся шакалов сделать свой ход поскорее, чтобы не переживать о предательстве в будущем. Он считал, что избавиться от неблагонадежных кадров лучше сейчас, наплевав на выгоду, которую из них еще можно было извлечь в будущем. Фелисити была с ним не согласна, но спорить не стала, раз уж перестраховщица Кэролайн тоже поддержала его. Может и правда выгода не перевешивала возможные риски. Амоса, кажется, очень обеспокоила активизация ПСов. Вскоре из леса со всех сторон вышли люди в черных балахонах. Половина из них носила маски пожирателей, а вторая, что было просто возмутительно, нацепила маски дикой охоты. Постыдились бы хоть, предатели. — Всего-то два десятка? Вы себя переоцениваете. — окинув быстрым взглядом и прислушавшись к собственным ощущениям и прочей сенсорике, спокойно произнесла та, кого среди оборотней зовут Серебряной Луной. Впрочем, Фелисити не стала упоминать наличие нечеловеческого присутствия, не беря в расчет скрытые силы врага. Очевидно, серой могли пахнуть только демоны, притаившиеся на деревьях. Значит, среди присутствующих был хотя бы один демонолог. По характерному запаху гнилой древесины, смешанной с запахом серы, ведьма могла сделать предположение, что это были древесные демоны. Шустрые, смертоносные, но очень уязвимые к определенным видам урона. Не зря они с Амосом на досуге перерыли всю доступную литературу и фолианты по противодействию демонам. Где-где, а в Испании знали как решать подобные проблемы. — Заткнись, подстилка Блэков! — прошипел один из носивших маску Дикой Охоты. Его голос был хриплым, а дыхание прерывистым. Мужчина явно нервничал, хотя и пытался это скрыть. Липкий страх, забивал дыхательные пути, словно вязкая слюна келпи. — На тебя хватит с головой! Ты одна, без своего сраного волкодава, а нас десятки. Думаешь, у тебя есть шансы? Тем более, когда с нами уважаемые Пожиратели Смерти. «Какая мерзость» — сморщила носик девушка, глядя на пресмыкающегося перед ПСами альфу оборотней. — Забавно и иронично. Я бы могла вступить в словесную перепалку и раздавить тебя как жука, но… предпочту сделать это физически. — желтые глаза блеснули в лунном свете. — Так ведь будет куда интереснее, не так ли? — Сучка, тебе лучше было не раскрывать свой поганый рот! — вспылил обиженный волчонок, позабыв на мгновение о страхе. — Сразу ты не сдохнешь, обещаю! Мы вдоволь наиграемся с твоим развратным телом, прежде чем запытаем круцио до смерти. В глазах говорившего плясал азарт на пополам с похотью и адреналином. — Да! — Выебем её! — Пустим по кругу, а потом убьем! — Мы давно мечтали поиметь тебя, надменная сучка, но все никак шанса не представлялось, но теперь тебе пиздец, ахахахаха! — поддержала толпа. Внезапно на гомонящую толпу опустилось сильнейшее давление магии. Словно каждому на плечи скинули по бетонной плите. Те, что были посильнее физически и магически, устояли, но слабейшие из них рухнули на колени. Стоит отдать должное Пожирателям, никто из них не рухнул, хотя многие пошатнулись. Смех прекратился. На губах Фелисити появилась довольная улыбка. Она-то знала, кто был источником давящей на плечи темной магии. А еще она знала, что никто из окруживших ее волшебников сегодня не уйдет, а выжившие позавидуют мертвым. В наступившей тишине отчетливо было слышно, как её оппонент сглотнул. Что бы он там не говорил, но женщину Черного Волка побаивались и уважали. Если Блэк и Кримсон были фигурами полумистическими, появляющимися не так уж и часто, то Сильвер находилась среди них практически постоянно. И её магическая мощь и мастерство поражали. Никто даже не усомнился, что это устроила она, хотя стоило бы. Сама Фелисити оставалась спокойной. — Ты довольно уверена в себе. — гулким эхом разнесся холодный голос одного из пожирателей смерти. Маска искажала голос и было сложно понять, мужчина это, или женщина. — Ты смогла неплохо запугать некоторых своих подчиненных, чего не скажешь про нас. Сдайся сейчас, и мы не станем тебя убивать. Станешь сопротивляться? Мы все равно возьмем тебя живой, но уже далеко не такой целой. Руки и ноги это роскошь, которая не обязательна для пленников Л… нашей организации. Да и волчатам твоим дадим тебя попользовать в таком случае. Без ручек и ножек ты мало что сможешь сделать. Снова раздался нестройное гыгыканье, но уже куда менее уверенное. «Н-да, и ведь эти мохнатые тапки ему поверили. Конечно же, ведьма такой силы, талантливая в темной магии вуду никак не сможет наложить посмертное проклятие на обидчиков одной силой воли и концентрацией ненависти и желания, ведь так? Смешно. Но сами пожиратели те еще хитрецы, конечно. Такое проклятие прицепилось бы в первую очередь на самые ненавистные цели. То есть на насильников и мучителей, маячивших перед глазами перед смертью, пока сами они отделались бы лишь отголосками, с которыми легко могли бы справится. Амос был прав, с ними нужно держать ухо востро» — Ну и ну, похоже жизнь вас ничему не учит, да? — насмешливо поинтересовалась Синдер, опираясь на свой новенький посох. Защитные заклинания уже давно были возведены вокруг нее еще до того, как первые «ласточки» выпорхнули из леса. Собственно, её враги тоже прекрасно это понимали, и именно по этой причине они еще не напали, упражняясь в словесных баталиях. У них не получилось застать жертву врасплох и теперь они, очевидно, тянули время. Ждали, когда подойдет их подкрепление. Как жаль, что никто не придет. — О чем ты? — насторожился другой пожиратель. — О том, что в прошлый раз вы подготовились плохо, но и в этот раз облажались. Ваш хозяин был бы разочарован вами, если бы не гнил в земле, позорно убившись о тупоголового пацана. — по щелчку пальцев девушки, снежные сугробы, находившиеся за спинами окруживших ее людей зашевелились и из-под слоя снега и земли стали выползать огромные акромантулы. Она готова была поспорить, что многие из ее врагов сейчас побледнели словно мел. Жаль, что она не могла видеть их лиц. Забавно ведь, что некоторые умники прятались среди этих же сугробов всего несколькими минутами ранее и ни о чем не подозревали. В этом неоспоримый плюс мертвецов — они не шевелятся, не дышат, не издают звуков, если запретить им делать это. Из-за чего совершенно невозможно обнаружить их, если не искать специально. И никто не стал шерстить лес, когда перед глазами находилась такая очевидная приманка, как защищенный дом на поляне. Как и предполагалось, враги потратили слишком много времени на поиски этого места, даже с оставленными подсказками, а оставшееся время ушло на попытку взлома защиты и подготовку собственной ловушки. Амос все правильно рассчитал. По крайней мере, антитрансгрессионный купол они поставили качественно, без возможности отключить его или перехватить контроль, как было на Черном Рынке. С одной стороны — умно, с другой же… они выстрелили себе же в ногу. Теперь вообще никто не сможет сбежать. — Твою мать… что это за херня?! — сорвался на визг один из оборотней-предателей, отскочив от щелкнувших у его носа жвал паука. — Как мы это пропустили?! Это что, акромантулы? — Хули они такие здоровенные и светятся в темноте? — дрожащим голосом прошептал другой. Инфернальные пауки выглядели действительно жутко. Их мертвые белесые глаза мерцали потусторонним светом, отражая гнилостно-зеленое свечение рун на хитиновых панцирях их соседей. Слюна вперемешку с трупным ядом капала на снег, образуя шипящие лужицы под членистоногими. — Не паниковать! — гаркнул один из пожирателей и, к удивлению Фелисити, направляя палочку на нее, а не на мертвых пауков. — Убьем некромантку и пауки все сразу же сдохнут. Авада Кедавра! — Авада Кедавра! Фелисити легко увернулась от парочки зеленых лучей, посылая в обидчиков собственные заклинания выскользнувшей из рукава волшебной палочкой. Другие заклинания врагов она принимала на наколдованные посохом щиты. Зигзагами она стала смещаться на север, не собираясь оставаться в центре, на самом простреливаемом месте. Дорогу к намеченной цели ей попытался преградить уродливый демон, спрыгнувший с дерева. Его гуманоидное тело покрывали корни и костяные наросты, а из головы, вместо глаз, торчали гнилые древесные ветви. Уродливое создание не имело глаз как таковых, зато имело огромную пасть, полную острых зубов. Фелисити не замедляя хода пригнулась к земле и оттолкнулась от нее ногами, вложив куда больше силы в свой прыжок, чем смог сделать обычный человек. Противник не ожидал такой прыти и замешкался. Демон попытался ее остановить, вытянув руки вверх, но не преуспел, получив струю воды под давлением прямо в открытую пасть, прошившую его насквозь, словно картон. Изнутри демоны были отнюдь не такими прочными, а этому и вовсе не следовало разевать свой роток на добычу не своего уровня. Фелисити взмыла в воздух, словно юркий стриж, оседлала свой посох и перелетела ошарашенное оцепление, ловко маневрируя среди разноцветных трассеров заклинаний. Фелисити не собиралась драться в центре чужой ловушки, когда у нее была приготовлена своя собственная. Сделав маневр, она по спирали спикировала к молча наблюдающему за ней мужчине в черной маске волка. — Говорила же, что справлюсь и волноваться не о чем. На~чи~на~ем? — весело пропела она. В ответ раздался хмык. — Ладно. Начинаем. — кивнул Санхайд. И они начали. *** Бой шел уже какое-то время, и я должен был отдать должное пожирателям — они хорошо держались, чего не скажешь о бывших членах моей организации. Да, понятно, что сравнивать их не корректно, ведь только мусор мог купиться на лживые посулы ПСов, но все же… Они начали огребать еще до того, как Фелисити стала вытаскивать из кармана маленькие куклы вуду и ломать их. Синдер была не меньшей перестраховщицей чем я и, естественно, подготовила куклы предателей задолго до покушения. У нее было полно времени чтобы насобирать волосы и шерсть подопечных оборотней, и я даже не удивлюсь, если она не ограничилась только потенциальными предателями. Готов поспорить, у нее на прицеле каждый. На самом деле, у нее и моя куколка могла где-то заваляться, так что, на всякий случай, я перестраховался и защитился от магии вуду дополнительно. А что? Я, может быть, и влюбчивый романтик, но не дебил. Особенно захотелось похвалить себя за бдительность после небольшой демонстрации того, что магия вуду может на практике. Взмывший на пять метров в воздух оборотень громко визжал и скулил, пока его медленно скручивало и выжимало словно половую тряпку. А потом его тело просто отбросило на ветви дерева, как использованный презерватив. Это Фел выбросила ненужную более куклу в соседние кусты. Зрелище не для слабонервных. Древесные демоны кое как помогали пожирателям сдерживать мою мертвую армию, очень креативно используя свою власть над корнями и ветвями деревьев. Напомню, вокруг был лес, так что проблем с мобильностью они доставили массу, из-за чего пожиратели смерти до сих пор могли планомерно отступать к домику. Только по этому их все еще и не затопило море мертвецов. Забавно, что их круг сужался, как они и задумывали изначально, только вот теперь они отступали, а не наступали вглубь поляны. Теперь они затягивали петлю не вокруг шеи Сильвер, а вокруг своей собственной. В битве некромантов и демонологов, кто победит? Конечно же тот, кто более искусен и силён магически. Сами трупы и демоны лишь стихия в руках волшебника. И тот, кто лучше умеет ею управлять — победит. И еще важно уметь мыслить тактически и готовить ловушки. В этой партии, похоже, победил я. Не потому, что такой уж гений, а враги сплошь дураки, вовсе нет. Просто им пришлось играть на моем поле, из-за чего преимущество изначально было на моей стороне. — Выйдите и деритесь честно, трусы! — выкрикнул какой-то шутник. Парень (или девушка) явно силён в пост иронии. Или просто бессовестный и наглый до безобразия. Хотелось бы надеяться на первое, потому что тогда я мог бы признать, что у моих врагов, вдобавок, имеется неплохое чувство юмора. Надо же, деритесь честно… Впрочем, я как раз собирался эффектно завершить это представление, поставив здесь жирную точку. Только показавшись из леса мне пришлось тут же отбивать и принимать на щиты пакостные заклинания и проклятья. Пропустил аваду над головой. Бесполезное заклинание против людей с быстрой реакцией и хорошей мобильностью. Пару раз меня пыталось зашибить ветвями ближайших деревьев, но кого этим напугаешь? Ученики Хогвартса буквально живут по соседству с таким вот недружелюбным пнем постоянно. У нас много практики в избегании хлестких ударов агрессивной древесины. Плакучая Ива даже поопаснее будет. Потому тот потайной ход из замка и не пользуется особой популярностью. Не всем нравится попадать в медпункт. Вся эта атака не была проблемой, потому что враги уже немного выдохлись, ковыряя крайне жирных и бронированных пауков. Их заклинания становились все проще и менее манозатратными. Мои пауки ведь огнеупорные, ко всему прочему. Единственная стихия, которая против них отлично работала, это лед. Оставил себе бэкдор на случай потери или перехвата контроля. Лед — моя стихия, но поди догадайся об этом в таких экстремальных условиях и в сжатые сроки. Нежить традиционно была уязвима к огню и инертна к воздействию ледяной магии. Я же решил перевернуть все с ног на голову, хотя это и было непросто. Неспешно, опираясь на трость, немного хромая, я подошел поближе, ступив на поляну. Снег под ногами больше не хрустел, а мерзко чавкал. Нетронутый белоснежный покров был окончательно испорчен следами гари, крови и зеленоватой слизи, сочившейся из потрепанных паучьих инферналов. Мерзкое месиво бурого цвета. Туфли можно смело выкидывать в мусор. А ведь я даже не использовал в атаке некро-сов…. Хотя ладно, не то чтобы я не хотел, просто еще не успел восстановить их численность. Дело это не быстрое. Впрочем, не важно. Пауки и так справлялись на отлично. Надеюсь, Кэролайн со своей частью плана тоже. В конце концов, именно у нее сейчас в руках вся мощь Дикой Охоты. Мы же здесь разбирались лишь с передовым отрядом, пока она давит и втаптывает в грязь втрое большее количество ПСов и предателей. Почему же враги разделили свои силы? Да просто такую кучу народа разместить и спрятать поблизости ну никак не получилось бы. Здесь Фел поджидали сильнейшие, относительно элитные силы, которые должны были схватить или ликвидировать ведьму, а в случае провала хотя бы потянуть время до прибытия основных сил. Неплохой план, так-то. И у них могло бы всё получиться, если бы не спешка и тот факт, что их план был заранее известен мне. Кто сказал, что только врагам можно засылать кротов, а? У пожирателей тоже водились оборотни, так что в эту игру можно было играть вдвоем, о чем они, похоже, даже не задумывались. Зря они решили использовать своих оборотней для вербовки моих. Так у нас завелись двойные и тройные агенты. Похоже, шпионы Дамблдора так и не были раскрыты после войны, раз те так небрежно относятся к проверке собственных людей. Правда, информация из стана врага приходила довольно противоречивая. Кто-то говорил, что Темный Лорд возродился и вновь возглавил ПСов и готовит новое восстание. Кто-то считает, что он еще не возродился, но вот-вот возродится и вовсю готовится к этому, а ПСы ему помогают. Кто-то считает, что это именно он освободил Блэка из тюрьмы, ведь простые обыватели уверены, что Сириус был чуть ли не его правой рукой все это время. Кто-то…. В общем, слухов и шепотков во внешнем круге пожирателей ходило много, а в средний и, уж тем более, внутренний никто из оборотней никогда не входил. Кроме Фенрира Сивого. Так что я уж и не знал что думать. Готовился ко всему, вплоть до сражения с самим Томом. К счастью, его здесь не было, иначе пришлось бы переходить к плану Б. А пока что… пора завершать план А. — Надеюсь, кто-то из вас, ублюдков, все же выживет. Мне хотелось бы побеседовать с вами с глазу на глаз, но если нет… ничего страшного. — Я стукнул тростью о землю, пробив слой спрессованного снега. Синий сапфир в навершии блеснул, и в тот же миг от пятки распространилась по земле невидимая волна магии. Я одними губами прошептал всего два слова. — Чёрный Сад! И… ловушка захлопнулась. Рунный круг на дощатом полу дома засветился ярко синим светом и в его сиянии хищно блеснули антрацитово-черные грани льда. Дом, который оказался аккурат за спинами все еще пятившихся к нему волшебников, взорвался тысячью острых шипов, разлетающихся смертоносной шрапнелью. Черные осколки вперемешку с щепками и кусками каменной кладки оказались страшнее вольфрамовых шариков тяжелой баллистики. Смертоноснее так уж точно. Потому что смерть сеяло не честные пламя и сталь, а черный проклятый лёд. Я наморозил достаточно перед своим отъездом и оставил его в доме-ловушке — разрастаться словно кристалл, попавший в благоприятную среду. ПСам Темного Лорда повезло, что они не смогли вскрыть защиту дома. Умерли бы еще более бесславно, чем сейчас, даже не успев понять, что их убило. Теперь же моим черным саженцам пришло время прорасти. Удобрения сами забрели на мою лужайку, так что грех было не воспользоваться случаем. Снег начал стремительно таять, а вода, кровь и слизь испаряться, обнажая гигантскую магическую печать. Проклятый лёд, вонзившийся в плоть моих врагов, запустил новый темный ритуал. Облако пара, возникшее из-за резкого перепада температур, частично скрыло картину бойни, словно утренний туман на кладбище. Шотландия, я скучал. Очень повезло, что столько сильных волшебников лишатся своих жизней и магии, чтобы усилить меня еще немножко. Девять пожирателей среднего круга и минимум один из внутреннего. Оборотней можно было не считать. Среди них не было никого достойного, если говорить о чистой магии. Сущие крохи. Трое последних оставшихся в живых оборотня-предателя погибли мгновенно. Их спины, руки, ноги и затылок прошили множество черных шипов, тут же начавших прорастать внутрь их тел, будто пуская корни. Умрут они, однако, еще очень не скоро. Да, проклятый Лёд не убьет их вот так сразу. В отличии от своего антипода — Адского Пламени, лед действовал медленно, причиняя жертвам океан боли напоследок, погружая разум в пучины безумия и отчаяния. Если Адское Пламя просто пожирало все подряд, превращая в прах все, чего коснется, без шансов на восстановление, то эта штука буквально вымораживала небольшие куски реальности из пространства и времени. Представьте себе муху, застывшую в янтаре, но не мертвую, а вполне себе живую. Она видит, она слышит, она осязает, чувствует боль каждой клеточкой своего тела и разума, но не может пошевелиться. Застывшая во времени, поглощенная моментом всепоглощающей боли, растянувшимся в вечность. Насекомое более не может изменить свою судьбу. Никто не может. Это если все сильно упростить. Объяснить детальнее было сложно, проще один раз увидеть. Благо, примеров перед глазами сейчас будет предостаточно. Упавшие оборотни стали медленно покрываться тонкой коркой черного льда, поскуливая от боли. Пока они еще могли скулить, но даже эта привилегия вскоре растворится в вечности. Шипы в их спинах росли и удлинялись, превращаясь в некие подобия стебельков, оплетающих тела подобно виноградной лозе. Нет, больше похоже на тернии или ядовитый плющ, оценил я композицию. Тем временем, фокус моего внимания сместился на все еще сопротивляющиеся цели. Пожиратели оказались не так просты. — Мордред и Моргана, этот безумный ублюдок использовал проклятый лед! — в ужасе закричал один из масочников, гладя на торчащий из ноги черный осколок. Ему практически удалось защититься от атаки благодаря отличным рефлексам и кинетическому щиту. Не зря он мог похвастаться принадлежностью к среднему кругу пожирателей. Молодой волшебник был прекрасным дуэлянтом. Но тут ключевым словом было «практически». Теперь проклятый лед его уже не отпустит и медленно убьет, если только он… Ох, вот как. Как и стоило ожидать от темных магов, они знали что делать в таких случаях. Его приятель позаботился о нем, отрубив раненному ногу по колено. На самом деле, это было хорошее решение. Корни-усики которые обязательно пустил бы проклятый лед в кровеносные сосуды, вены, артерии и даже каналы маны его товарища, пока что не успели проникнуть так глубоко. Всем был хорош проклятый лед, кроме скорости распространения. В этом его величайшая слабость. Хотя, завывающий и катающийся по полу пожиратель, баюкающий свою культю, наверное, с этим не согласился бы. Сам же добрый самаритянин, оказавший первую помощь пострадавшему товарищу, позаботиться о себе уже не мог. Несколько шипов торчали у него из спины и, как вы понимаете, от них так же просто как от ноги или руки не избавиться. Безусловно, если доставить его в Мунго прямо сейчас, то колдомедики смогли бы вырезать пораженные участки тела и внутренностей, но он был лишен такой возможности. Их антитрансгрессионный барьер исключал такую возможность, исправно работая. Стоит отметить, что пожиратель, осознав свою судьбу, не впал в прострацию или истерику, как и не стал сдаваться, что говорило о его опыте и силе воли лучше всего. Он с особым остервенением набросился на меня, посылая одно заклинание за другим, больше не беспокоясь о собственном выживании. Пожиратель сквозь зубы цедил заклинание за заклинанием, на секунду заставив меня забеспокоиться, и даже сделать пол шага назад, с осторожностью отбивая его атаки. Магия была опасным оружием, и темный маг, загнанный в угол, мог натворить с её помощью много бед, прежде чем издохнуть. Уж я-то точно представлял себе все возможности этого искусства. Круговой взмах волшебной палочки смертника и его воздушное заклинание «вентис» развеивает пар, позволяя ему оценить поле боя целиком и не потерять меня из виду. В меня тут же устремилось еще три различных заклинания от других выживших пожирателей, воспользовавшихся этим. Пришлось уходить перекатом, уклоняясь от неизвестной мне гадости. Паук, который стоял у меня за спиной и попал под раздачу, скукожился словно чернослив. Его хитин покрылся трещинами и с хрустом раскололся. Трещал словно панцирь сваренного лобстера, раздираемый голодным богачом. Черная жижа расплескалась по земле, впитываясь в светящиеся алым силовые линии ритуального круга. Стремительно покрывающемуся коркой льда волшебнику больше нечего было терять. Он шел ва-банк. Даже безумная боль от прорастающей внутри его тела ледяной смерти не сбила его с каста финального проклятия, как и мои тщетные попытки уничтожить его одним ударом. Его прикрыли щитами остальные выжившие. Фелисити обеспокоено выкрикнула заклинание, нанося собственный удар. Ей даже удалось пробить брешь во вражеской защите лучом своего пробойника, но я попросту не успевал реализовать эту возможность. Тело могло успеть, но не моя магия. Время замедлилось, практически остановив свой ход. Мысли текли размеренно и спокойно. Момент кристальной ясности. Я понимаю, что уклоняться бессмысленно. Проклятья работают немного иначе, нежели обычные заклинания. Черт. Я почувствовал его. Проклятие. Стылое дыхание чего-то ужасного коснулось моего затылка. Волосы встали дыбом… А через секунду ощущение неминуемой беды бессильно растворилось во тьме шепотом пожухлой листвы. Проклятье засосало в ритуальный круг, усилив эффект, ожидаемый мною на выходе. Я чувствовал это на интуитивном уровне. Кажется, сегодня на свет родится кое-что действительно страшное. Незавидная судьба минула меня в этот раз, ценой оттока большого количества Черной Удачи, накопившейся за последнее время. Страшно было даже представить, что это за проклятье такое, в сравнении с которым Авада Кедавра была детской хлопушкой, если судить по оттоку ЧУ. «Неужто что-то родовое, кровное? Ух, зараза. Если бы не моя везучесть…» На лице моего врага застыла полубезумная ухмылка. Я не видел её, но чувствовал. Представлял, глядя в смеющиеся голубые глаза, в которых перемешались агония и торжество. Хорошо. Кажется он не понял, что проклятье с меня соскользнуло и развеялось. Значит не будет пытаться повторить этот трюк. Удар по запасу удачи и так по поверхностным ощущениям вышел знатным. Вот тебе и плевое дело, Амос. Доигрался? Еще одна такая херня, и можно будет ложиться в Мунго. Или сразу же в гроб. «Из какого рода этот урод? Надо будет выяснить это и либо перебить их всех нафиг, либо держаться от них подальше. Вроде и не недооценивал пожирателей, а вон как вышло.» Я невольно облизал пересохший губы. Только когда «корни» достигли позвоночного столба жертвы и стали оплетать его, словно ствол дерева, он упал навзничь и почти перестал двигаться. Лишь его мышцы непроизвольно сокращались в судорогах, свидетельствуя о непрекращающейся агонии плоти и духа. Его ждут незабываемые ощущения. Хоть это радовало мое встрепенувшееся черное сердце. Через мгновение рядом со мной оказалась Фелисити, двигаясь так быстро, что для обычного человека-наблюдателя её силуэт смазался бы в размытое пятно. Она обеспокоено осмотрела меня сверху донизу, будто пытаясь найти нечто инородное. В глазах плескалась паника. Она наверняка смогла оценить масштаб проблемы, с которой я едва смог разминуться. — Как ты? Эта штука… — Все в порядке, не беспокойся. Ты же знаешь, что проклятья ко мне не липнут. — я постарался говорить максимально уверенно, ничем не выдавая свое беспокойство. Голос даже не дрогнул. Спасибо хорошему самоконтролю. — Но стоит отступить. Пускай акромантулы и Черный Сад добьют остальных. Не будем рисковать. И мы отступили в лес. Ну их нахуй, этих пожирателей. Выжили сильнейшие из них, и я не хочу оказаться в зоне их видимости в момент смерти. Слава яйцам Мерлина, они не знают ни моего имени, ни лица. Без зрительного контакта они не смогут отправить нам с Фел еще таких гостинцев. У других пожирателей и их ручных демонов дела тоже обстояли неважно. Лишь трое пожиратей смогли полностью избежать близкого знакомства с черным льдом. Засранцы прикрылись телами демонов и своими бывшими товарищами. Неэтично, но действенно, бесспорно. Демоны минус. Поголовно. Это было хорошо. Раздражающий фактор. Что касается остальных ПСов — точно не жильцы. Двое других раненых упали и перестали двигаться лишь парой секунд после падения голубоглазого. Они не решились отчекрыжить себе конечности и у них не нашлось друзей среди масочников, что захотели бы отвлечься от попытки моего убийства и помочь им спастись. А теперь уже поздно. Досталось и первым рядам моих паучков, но это ожидаемые потери. Плотоядный Лед был жадным до всего, до чего только мог дотянуться. Трупы тоже были неплохой питательной средой, в конце концов. Но мертвых тварей мне было жалко не больше, чем пожирателей. Однако, на этом всё не закончилось. Никакой передышки для пожирателей, в отличии от меня любимого, планом не предполагалось. Саду только предстояло расцвести. Я же потирал руки, собираясь пожать урожай. Самой питательной средой для проклятого льда была органика, но, как и Адское Пламя, заклинание превращало в топливо для своего дальнейшего распространения все что угодно. Пространство вокруг дома поросло шипами, словно травой. И теперь все эти шипы начинали медленно расти, удлиняться, превращаясь в терновые заросли. Свободное от них пространство медленно уменьшалось, вызывая у застрявших посреди этого кошмара пожирателей панику. Они пытались очистить площадь вокруг себя сначала обычным огнем, но когда это не помогло, они рискнули и перешли на адское пламя. Впечатляющий контроль. Объединив усилия, они смогли создать вокруг себя пылающий круг, задержавший распространение черных шипов. Но надолго адского пламени не хватит. Ему нечего было жрать. Лед был здесь первым. Земля заново покрылась инеем и задубела до состояния бетона. Тернии замораживали все к чему прикасались, и одного укола было достаточно, чтобы убить. Шипастые лозы переплетались в центре поляны, там, где раньше стоял дом. Конечно же, ведь именно там была самая большая концентрация проклятого льда. Ввысь медленно поднимался колючий столб, состоящий из переплетения множества терний. Он был тонким и гибким. Холодный ветер качал его, пригибая к земле, но тот упорно продолжал тянуться к небу, раскинув тонкие колючие веточки. Еще немного, и посреди поляны расцветет плодоносное дерево. Осталось лишь немного подкормить его. Пожиратели почувствовали, что происходит что-то неладное. Проклятый лед не должен был себя так вести. Конечно же, они были абсолютно правы. Не должен был. Обычно. ПСы попытались уничтожить его магией, но… это было скорее проявление отчаяния. Черный лёд был практически неразрушим. Они это знали. Просто не смирились и из-за страха попытались уничтожить то, что не понимали. Глупцы. Когда «Черный Сад» полностью закончит свое формирование, часа эдак через два, он станет незаживающей язвой на теле мироздания. Искалеченное время и пространство внутри очерченного кругом ритуала, застывшие в сладкой агонии деформации и разрушения. Единственный способ избавиться от язвы — полностью вырезать поврежденный участок мира и вышвырнуть его куда-то в пустоту космоса. Обычно именно так и поступали невыразимцы, когда сталкивались с поврежденными проклятым льдом участками пространства и времени. К счастью, в отличии от адского пламени, черный лед перестает активно расти без подпитки своего создателя. Если не были поражены десятки квадратных километров, то убрать такой кусок проще простого. Но то, что взял, лед уже никогда не вернёт. Пожиратели кажется поняли, что им хана, если они не предпримут что-то прямо сейчас. Они пошли на прорыв, к лесу, пытаясь проложить себе путь адским пламенем. Естественно, у них ничего не получилось. Пять метров. Именно столько они смогли пройти, прежде чем пламя затухло. У них оставался лишь маленький пятачок земли. Тогда они попробовали нечто более креативное, левитируя друг друга над ледяным морем смерти. Слишком медленно, как по мне, но у них могло бы и получиться выбраться, если бы мы не стали бы им мешать. Достаточно было сбить одного, самого слабого, чтобы их задумка рухнула, как и они сами. Меткий выстрел из снайперской винтовки поставил точку в этой истории. С диким криком все трое рухнули прямиком в объятия вечных мук. Не зря я взял с собой огнестрел. Пригодился. Спустившись с верхушки дерева в двухстах метрах от стремительно чернеющей полянки, я закинул снайперскую винтовку на плечо и, насвистывая веселую мелодию из старого фильма «Убить Билла», двинулся обратно. Когда я подошел, Синдер удовлетворенно кивнула, подтверждая, что все цели были уничтожены. Я вздохнул с облегчением. Честно говоря, я до последнего боялся, что главный пожиратель выкинет что-то опасное, но нет. Сдох, как и его подельники. Возможно они отправили сюда кого было не жалко потерять в случае провала. Чисто номинального командира. Вероятно, так и есть. Тот же Нотт был намного сильнее этих вот, по моим личным ощущениям. Хотя… А ведь голубоглазый говнюк заставил меня пропотеть от страха. Может быть он и был настоящим куратором миссии захвата? Убрал мишень со своей спины и повесил её на чужую, обманув меня и заставив опасаться не того, кого следовало бы? Сука. Очень даже может быть… Кто знает, какие у него еще были припрятаны тузы в рукаве? Если бы не ранение… Ладно, что уж теперь. Жаль, что его тело полностью покрылось коркой черного льда. Трогать его тело — самоубийство. Даже для меня. Придется узнавать о нем по косвенным признакам. В Пророке вскоре должен выйти длинный некролог. Мы с Фелисити остановились у кромки поляны, завороженно наблюдая за рождением проклятого артефакта. В конце-концов на ветвях черного дерева появились ледяные бутоны. А затем, с пронзительным звоном, все бутоны взорвались осколками и… застыли в воздухе, образуя некое подобие лиственной кроны. Все, кроме одного. Он стал превращаться в плод, постепенно набухая. Я нервно сглотнул и вытащил волшебную палочку. Осталось совсем немного. Не верится даже, что у меня действительно может получиться с первого раза. Дафна уверяла, что это рабочая схема, но я до последнего относился к этому крайне скептически. Создание могущественных темных артефактов я как-то представлял себе немного иначе. Не знаю даже, в пламени роковой горы там, или еще как, но явно совсем не так. Строки заученного ритуала-заклинания сорвались с моих губ. Они больше походили на песню или стихотворение. Причем на языке, о существовании которого вообще мало кто знал. Еще меньше людей его помнили. Язык фейри. Откуда Гринграсс знает его — я могу только догадываться, но слишком много об этом стараюсь даже не думать. На всякий случай. Плавными движениями я словно подтягивал к себе плодоносную ветвь. И древо откликнулось на мой призыв. Ветвь медленно стала удлиняться, вытягиваясь к краю поляны. Пространство пошло рябью, из-за чего мне сложно было концентрировать внимание и продолжать. Голова кружилась, а в глазах плясали разноцветные круги. Магия, древняя и необузданная, пронизывала все вокруг. Это чувство единения с магией опьяняло сильнее самого крепкого алкоголя. Накатила эйфория. Свободная рука сжалась в кулак, из-за чего проявившийся острые когти пробили кожу. Боль немного привела меня в чувство, но не так чтобы слишком. Горячая кровь сочилась сквозь пальцы на землю, но мне было не до того. Мгновение спустя я позабыл об этом. Фелисити что-то говорила мне, но ее голос раздавался будто из-под воды. Я почувствовал себя каким-то темным друидом, древним волхвом, чародействующим на рассвете времен. Меня переполняло ощущение чего-то невероятного. Подушечки пальцев покалывало от прикосновения к тайне. Это было волшебно. Вот почему я так сильно был увлечен магией. Быть. Магом. Охуенно. Если бы я не знал нужных слов, то плод так и остался бы висеть там, вне досягаемости. За последние полчаса, что я простоял у кромки, время и пространство внутри магической печати уже настолько исказились, что сорвать его самостоятельно было попросту невозможно. Любое живое существо, пересекшее линию пространственно-временной аномалии застыло бы навечно. Черное Дерево само должно было поделиться плодом. Наконец-то ветвь достигла края, зависнув в считанных сантиметрах от моей вытянутой навстречу руки. Только сейчас я заметил стекающую с пальцев кровь. Ничего, так даже лучше. Не придется полосовать ладонь секо ради привязки артефакта к себе. Видимо я инстинктивно подготовился к завершению ритуала. В голове начало проясняться. И вот, плод, очень похожий на гигантский черный апельсин-персик из горного хрусталя, наконец-то пересек линию аномалии и, оказавшись в нормальном течении времени, созрел. Кожура осыпалась лепестками. Мякоть мгновенно сгнила, а затем истлела и развеялась по ветру. Осталась лишь тонкая длинная «косточка» все еще висящая на быстро засыхающей веточке черного дерева. «Косточка» была лишена формы, и даже ее размер и длина колебались, вызывая головокружение у тех, кто пытался её рассмотреть. В данном случае у меня и Фелисити. Складывалось ощущение, словно она сама еще не определилась с тем, какая она. Да, я отчетливо чувствовал зачатки разума в моем будущем артефакте. Совсем крохи, словно у новорожденного младенца, но в перспективе… Я занес руку над «косточкой», окропив её своей кровью. И пожелал придать ей нужную мне форму. Пространство последний раз пошло рябью и ветка треснула, не выдержав внезапного увеличения веса. Пальцы сжались на лезвии, не дав тому упасть в грязь под ногами. Нет, мой клинок ни в коем случае не должен быть вымаран в грязи. На удивление, острейшее лезвие не причинило мне никакого вреда, хотя я готов был поклясться, что никогда не видел лезвия острее. А у меня глаз-алмаз. Чудно. Похоже, оно не способно ранить своего создателя и хозяина, как и положено. Ритуал пошел с небольшими отклонениями, так что я немного переживал насчет послушания. Лезвие было рождено из проклятого льда, испившего крови демонов, оборотней, нежити, волшебников и даже своего собственного создателя. У меня было отличное имя для него, идеально подходящее кровожадному мечу. Кровопийца. Хотя… это еще и не окончательное решение. В конце концов, даже могущественное посмертное проклятье превратилось в корм для этого ненасытного обжоры. Мне только предстоит узнать, какие свойства благодаря этому обрело черное, отливающее бордовым, лезвие. Учитывая то, сколько черной удачи (почти полторы тысячи(!)) испарились безвозвратно, предполагаю нечто впечатляющее. Надеюсь на это, по крайней мере, а то у меня чуть сердце не прихватило. В общем, на уме были и другие варианты, ничуть не хуже. Например… — Ммм. Это было… чертовски круто, я должна сказать. — пробормотала Фел, с восхищением рассматривая мое творение. — Но почему у него нет рукояти, и разве ты не говорил, что собираешься получить лезвие меча? Это в лучшем случае годится для создания не очень длинного кинжала. Я повернул голову и приподнял бровь, еле сдерживая улыбку. Фелисити замахала руками, изменившись в лице. — Нет-нет, ты не подумай, что я жалуюсь или вроде того, просто… — Ох, Фел. — я закатил глаза и вздохнул. — Всему свое время. Рукоять я сделаю себе сам, ведь ее предстоит переделывать и подгонять под размер еще множество раз. Сейчас же я вообще подумываю интегрировать его в свою трость. А длина лезвия… скажем так, оно просто еще слишком юное. Моему мечу предстоит долгий путь к вершине своего могущества. Нам обоим. «Этот обжора еще вдоволь попьет кровушки моих врагов, хе-хе-хе.» — О. Понятно. Ну, в любом случае, размер это не главное, Ами, главное умение. — Фелисити доверительно похлопала меня по плечу с очень серьезным лицом. Но продержалась она недолго, натолкнувшись на мой офигевший взгляд и звонко рассмеявшись собственной шутке. — … Даже отвечать не стал, только снова закатил глаза и спрятал живое лезвие в специальный тубус из драконьей кожи и повесил его на ремень вместе со снайперской винтовкой. Благодаря специальным чарам, лезвие не касалось стенок тубуса, застыв посередине. Чем-то это напоминало магнитный эффект, но работало на ином принципе, основанном на магических проводниках. Нужно будет провести некоторые опыты, прежде чем я буду уверен в том, что в пассивном состоянии лезвие не влияет на иные предметы и существ помимо меня. Повезло Фел, что завтра утром… хотя нет, уже давно за полночь, так что выходит уже сегодня, мне нужно будет ехать в Хогвартс, иначе я бы ей показал и размер, и умение… Вот же вредная пигалица. Я невольно улыбнулся, бросив взгляд на свою девушку, которая все еще хохотала, согнувшись пополам. Ведьма слишком заразительно хохотала, совсем не по девчачьи, и вскоре я не выдержал и тоже рассмеялся. Похоже мы дошли уже даже до «таких» шуток. Стресс, напряжение и усталость, которые весь день цепкой хваткой держали меня за горло наконец-то начали отпускать. Навалилась усталость. Я огляделся по сторонам и немного приуныл. Эх. Нам еще предстояло зачищать за собой все следы, вместо того чтобы понежиться вдвоем в теплой постельке. Тяжела жизнь темного мага, ох тяжела. Вскоре со мной связалась Кэролайн, подтвердив относительную успешность своей части операции. Хорошо. Вот теперь я точно со спокойной душой могу отправляться в Хогвартс. *** В Отделе Тайн, не переставая, уже два часа звучал сигнал тревоги. Люди в масках уже даже не бегали, а просто волочили ноги, выбившись из сил. Отдел имел огромную территорию, по совокупности подземных этажей и расширенных пространств превосходя все министерство магии целиком. Причем намного. При этом сотрудников всегда не хватало. Потому, бывало, путь обычного служащего из пункта А в пункт Б занимал полчаса или даже целый час по извилистым коридорам, кабинетам, этажам и целым зонам, имитирующим те или иные климатические особенности разных регионов мира или магических аномалий. Периодически, с завидной регулярностью даже, этот путь превращался в целое опасное «приключение на двадцать минут», испытывающее компетентность сотрудника тайной службы на прочность. Хотя обычно это держало людей в тонусе, а многие даже находили это забавным, но вот прямо сейчас все они проклинали начальство за то, что оно не желало раскошелиться на сраный горизонтально-вертикальный лифт, как в остальном министерстве. И поделать с этим было ничего нельзя, из-за того, что отдел строился нон-стопом со дня своего основания и продолжал расширяться. Чем-то он напоминал античные города древности, которые возникали и строились стихийно, без какого либо плана, со временем превращаясь в нагромождение зданий и запутанные лабиринты улочек. И самое смешное во всей этой ситуации, что они даже не могли понять в чем проблема и, соответственно, не могли отправить группу быстрого реагирования для её устранения. Почему сирена все никак не замолчит? Каков был уровень опасности? Что вообще происходит? И, что важнее — где? А еще важнее — когда? Из-за практически уничтоженного зала истинных пророчеств и частичной утраты архивов не только работа отдела была сильно затруднена, но и автоматическая система обнаружения аномалий и темных артефактов, или же АСОАТА, вышла из строя. Точнее, утратила львиную долю точности и стала путаться в таймлайнах и геопозиции. Если бюрократический (ад) бардак, вызванный неизвестным, разгрести еще как-то было возможно, то вот отладка системы была делом куда более деликатным. Восстановление АСОАТА могло занять не то что годы, десятилетия и даже столетия, ведь она напрямую зависела от накопленных пророчеств и заархивированной информации. Чем больше было данных, тем точнее система указывала на магическую аномалию. Не то чтобы она работала исключительно на пророчествах, просто они были одним из ключевых элементов. Шестеренка, без которой «система» показывала какую-то расплывчатую белиберду без точной привязки не то что к месту, но и ко времени. Тревога могла сработать сегодня, в абсолютно правильное время, с мааааленькой поправочкой на то, что событие произошло, например, неделю назад. Или только произойдет через неделю, но зато точно в этот час. Где? Ну, где-то на островах, очевидно. Как часы, у которых шла только минутная стрелка. Какой в них вообще был смысл? Раньше АСОАТА была способна сузить область поиска до одного квадратного километра и нескольких минут... Теперь же область поиска СОТА (сленговое, сокращенное название) сужалась до… Великобритании. А про временной промежуток вообще лучше было не вспоминать. Хроновороты впервые оказались почти бесполезны. Но начальству было плевать. Начальство требовало результатов. И отдел работал на износ, при этом с КПД в районе одного жалкого процента. Сирена продолжала орать еще целый час, пока наконец не заткнулась. Все вздохнули с облегчением. Пара сотрудников пропала на этаже «вечной мерзлоты» и уставшим невыразимцам пришлось опять срочно собирать поисковую группу, что не добавило всем настроения и мотивации работать. Никто так и не узнал, что АСОАТА пыталась предупредить их о рождении нового проклятого меча высшей категории опасности. Вот прямо сейчас, не очень то и далеко от штаб квартиры Отдела Тайн в Лондоне, вообще-то. Он был далеко не единственным в своём роде, конечно, но только его существование выбивалось из основной линии судьбы и разрушало баланс. Естественно, только Моргана Ле Фей могла предсказать последствия своего решения. И она была кровно заинтересована именно в таком исходе. Ей было даже не жалко поделиться технологией создания оружия, которым она сама не брезговала пользоваться по сей день. Если это поможет ей уйти от собственного рока, то почему бы и нет? К тому же ее второй ученик подарил ей шикарные теплые носки на Йоль, и пусть ответный подарок ведьмы немного запоздал, он был не менее ценным с ее точки зрения. Спираль судьбы раскручивалась и отклонялась все сильнее и сильнее. Не хватало лишь небольшого толчка, чтобы вырваться из бесконечного круга повторяющейся раз за разом приевшейся ей драмы. И как только она вернет себе всю свою магию, рок более не будет властен над ней. П.С. У системы АСОАТА была точно такая же слабость, как и у всех пророков и прорицателей — опасность для себя самой она не видела в упор. П.П.С. Да, подобными волшебными ковырялами пользуются и Моргана, и Вивьен, а так же парочка ее самых доверенных полководцев. И даже Рыцари Сезонов используют нечто подобное. Правда у них слегонца иная процедура, как вы понимаете. У них мечи благословленные стихиями и не жрут трупы и проклятья, запивая их кровью. Перебирают харчами.