Не шутите с тёмными ритуалами

Глава 71

Лунное прорицание

У Гарри наконец-то началась белая полоса. Как только система ожила и вновь дала о себе знать, раздавая квесты, за которые Гарри мог получить привлекательные бонусы, вроде крутых заклинаний и увеличения магической силы, вот сразу и началась, да. У него, по правде, появился закономерный вопрос: «А что, сразу так нельзя было?!» Но да ладно. Сраная баганутая система какого-то криворукого бога игр, не иначе. Частое явление в фанфиках. Впрочем, Гарри уже смирился с этим. Лучше поздно, чем никогда, верно? Постепенно он осваивал и парселтанг, на котором, как оказалось, недостаточно просто иметь возможность говорить. На нём еще надо было уметь разговаривать. Бред полный, конечно. В каноне у Гарри сразу же всё получилось, без всякого там обучения. Просто хоп — и умеет говорить со змеями. Но система объяснила это просто: У каноничного Гарри, видимо, за разговорный парселтанг отвечал кусок крестража в голове, а у нынешнего Гарри его не завалялось. Только какие-то ошмётки. Хорошо хоть сам дар змееуста остался, а то ведь как ему прикажете квесты выполнять и планы свои на жизнь воплощать, без василиска-то? И ему приходилось тратить своё драгоценное время и учить змеиный язык, как какой-нибудь обыкновенный немецкий. Хотя, учитывая большое количество шипящих звуков, скорее китайский. И он был пиздец каким сложным. Но Гарри же был гением (по собственному мнению, а не утверждениям общественности, ну так и что?), потому не сомневался, что у него всё получится. Тем более открыть дверь в Тайную Комнату Слизерина он уже вполне себе мог. Просто пока не хотел. И это не пустое бахвальство! Просто пока что Гарри сомневался в своих способностях договориться с василиском и сделать того своим фамилиаром, только и всего. Всё равно никто другой в Тайную Комнату не попадёт, потому что на парселтанге может говорить только он (в перспективе). Зато нападки семейства Уизли всё чаще срывались и не приносили желаемого рыжими говнюками результата, оборачиваясь против них самих. Вот что магия животворящая делает! Прокачанного Поттера так просто не взять! Он бы и с Дамблдором поквитался, и с этим выскочкой Амосом, и с сучкой Де Аморе, но… пока решил отложить свою страшную мстю до лучших времён. Видал он, как Амос размазал того семикурсника, жениха Аманды, кстати, по дуэльному помосту. Гарри уже был достаточно уверен в собственной победе над тем же семикурсником, Ланселем, кажется, но не с такой лёгкостью, да и… ну, по правде говоря, его пугала способность Амоса придумывать заковыристые проклятья, которые даже обновлённая система распознать не сумела. Это не значило, что они какие-то имбовые, просто неизвестные. Авторские. А неизвестность, как это часто бывает, пугает больше всего. Гарри хотел стать своим среди носителей голубых кровей Магической Британии, но не так же… и не в таком смысле! Конечно, ничего не доказано, но… мнение слизеринцев практически единодушно сошлось в том, что тех троих неудачников проклял именно Санхайд, причём воспользовался дуэлью как прикрытием и поводом. Брррр. Пугающее проклятье. Не хотел бы Гарри в один (не)прекрасный день почувствовать тягу к смазливой мордашке Малфоя… Ну нахер! Да и хуй его знает, кто так жестко проклял Снейпа, что он аж откинулся? На Слизерине ходили нелепые слухи, что и тут приложил руку Санхайд. Никто особо не верил, правда, да и доказательств никаких не было, опять же, иначе того бы уже упекли в Азкабан находящиеся в Хогвартсе авроры, но… Но Поттер привык доверять своему острому уму и обострённой интуиции. Для него-то уж всё было очевидно. Снейпа убрал… Дамблдор! Кто же ещё? Старый интриган понял, что его шпион слишком уж проникся судьбой избранного и перешёл на его сторону, вот и решил убрать зельевара, чтобы тот не помешал его гнусным планам на героя Магической Британии. Боялся, что Снейп предупредит Гарри об опасности. Да, скорее всего так и было. Сволочь! Он убил Снейпа! В общем, Гарри решил придержать возмездие до лучших времён, которые, несомненно, вскоре настанут, пока сконцентрировавшись на выполнении квестов. В конце цепочки маячила столь сладкая награда, что Поттер решил забить на всё прочее. Ритуал, который усилит его в десятки раз — это вам не шутки. Да и цепочка квестов, вроде сбора определённых ресурсов, приготовления зелий, набивания руки в начертании символов и прочей нудной мути, была не иначе как подготовкой к нему же. Вот проведёт в конце учебного года ритуал и кааак захуярит на каникулах и Амоса, и Голубую Бороду, чтоб те не плели вокруг него свою паутину лжи. Аманду, эту строптивую сучку, можно будет затащить в гарем силой, попутно прибив её женишка и свалив его смерть на «пропавшего без вести Санхайда». Немного легиллименции — и будет как шёлковая. Ещё спасибо скажет, ведь он-то уж о ней позаботится как следует, хе-хе, во всех смыслах. Гарри не забывал обид. Просто месть — это блюдо, которое подают холодным. И с компотом, вот. И местечко он под ритуал уже выбрал хорошее. Тайная Комната подойдёт идеально, а прирученный василиск не даст никому сорвать ритуал. Даже Дамблдору с его ощипанной курицей-гриль. Единственной ложкой дёгтя во всём этом была головная боль, настоящая мигрень, возникшая, судя по оговоркам системы, из-за прямого вливания знаний по магии в его мозг. Но ради такого можно было и потерпеть немного. Система обещала, что со временем канал передачи данных разработается (Гарри старался не шутить про анал, ведь разрабатывался-то как раз его канал, а не чужой) и боль пройдёт. А Гарри станет самым могучим волшебником. По крайней мере, на островах. Нужно было только немножко потерпеть и следовать инструкциям… Что может пойти не так? *** Луна деловито расхаживала по ночной полянке с перекинутой через локоть корзиной тухлого мяса, подкармливая то одного фестрала, то другого. На макушке у неё красовалась симпатичная красная шапочка с помпончиком. Зимой она всегда надевала её, когда отправлялась к Запретному Лесу. Первый раз случайно, но после того как хихикающий Амос рассказал ей сказку о Красной Шапочке, делала это умышленно. Что поделать, если сказка ей понравилась и её всегда пробивало на хи-хи от вида сдерживающего улыбку друга. С удовольствием Луна отметила возросшее количество плотоядных гостей. Не только приплод молодых фестралят, но и незнакомые доселе взрослые фестралы были здесь. Дикие. Хотя различий между «дикими» и «не дикими» особо-то и не было. Фестралы умны, как и единороги. И на самом деле даже более благосклонны к людям, чем их светлая противоположность. Хотя большинство считает иначе, почему-то. Это заблуждение. Может они и страшные снаружи, но добрые внутри. Даже скучная и сухая статистика на стороне милых фестральчиков. Разве что пегасы, в частности, абраксанцы — другая летающая порода магических лошадей, могла посоперничать с ними в дружелюбии и добровольном сотрудничестве с людьми. Однако содержать пегасов могли позволить себе далеко не все. А всё из-за их особой диеты. В отличии от неприхотливых фестралов, те любили пить ячменный виски. Вместо воды. Не нужно быть великим счетоводом, чтобы прикинуть затраты на их содержание. Лошади пьют много. А ещё они едят далеко не тухлятину всякую, которую можно раздобыть за гроши в любых количествах. Так что пегасов могли себе позволить либо очень богатые аристократы, либо такие богатые школы магии как Шармбатон, с практически бесконечным финансированием. В их случае финансовую сторону покрывал Николас Фламель — единственный в мире создатель и обладатель философского камня. Для него такие траты были несущественны. Пегасы в дикой природе сами обеспечивали себя огненной водой, пускай и похуже качеством. Всё таки магией они обладали, и неслабой, но процесс созидания ячменного виски был сложен и тратил много маны, так что те предпочитали жить в симбиозе с волшебниками испокон веков. Зачем напрягаться, если люди сами тебе всё принесут в награду за простейшую работёнку? Или вообще просто так. И чем породистее были пегасы, тем элитнее требовалось виски. Конечно, они могли и простой водой перебиться, если нет виски, но какой тогда смысл служить людям, верно? Простой водицы они и в дикой природе себе найти могут. Луна вздохнула. Хотела бы она посмотреть на пегасов, но в Хогвартсе их не сыскать. Разве что у таких богатых родов, как Малфои, может быть пара пегасов в стойле, и то не факт. В Британии слишком холодный климат, так что все пегасы, что не несут службу у волшебников, давно мигрировали в тёплые края. Но это особо не печалило прорицательницу, ведь будущее сулило ей встречу с этими крылатыми конями. Как раз с абраксанцами. Нужно было только подождать, когда в Хогвартс прибудут гости из Франции. Жаль, точной даты она не ведала. Будущее имело неприятную привычку меняться по семь раз на дню, а уж капризное время в пророчествах вело себя и вовсе несносно. Ну а пока Лавгуд развлекала себя знакомством с новыми копытными друзьями. Любимых фестралов она в любом случае не променяла бы на пегасов. Ей просто было интересно всё новое, вот и всё. С тех пор как министерство убрало дементоров от школы, не только у Луны поднялось настроение и проснулась жажда приключений, но и у большинства её однокурсников в принципе. Сложно переоценить тот «вклад в школьную жизнь», который они вносили одним своим присутствием. Луна имела весьма явные догадки, благодаря кому их решили убрать, но помалкивала. Для неё также не было секретом, из-за кого фестралов стало появляться куда больше на еженедельной субботней кормёжке. Луна скосила взгляд в сторону. Её дорогой друг, Амос Санхайд, сидел неподалёку на зеленоватом, покрытым толстым слоем пушистого шотладского мха, валуне, приглядывая за ней вполглаза, читая томик по древним рунам. Он выглядел расслабленным, слегка позевывая время от времени, будто дремля. Запретный Лес и тёмное время суток не вызывали у него ни капли дискомфорта и друг чувствовал себя здесь как дома. Как и сама Луна, впрочем. Но тот всё равно всегда сопровождал её на такие обязательные ночные вылазки. Либо он, либо Кэролайн. Как объяснял Амос, он не сомневался в её способности найти общий язык хоть с нарглом, хоть с игольчатой шушерой, однако напомнил, что с людьми сомнительных моральных качеств общий язык Лавгуд может и не найти. Ведь не все люди стремятся к этому. Найти общий язык. Странные они. Но Луна уже привыкла и в таких вопросах доверяла мнению немногочисленных друзей, которым безоговорочно верила. Она ценила заботу и отвечала взаимностью… по мере своих возможностей и понимания. — Я думаю, ты и сам справишься, без чужих подсказок и важных замечаний. — внезапно сказала она, проходя мимо клюющего носом, сонного друга — Амос уже как пять минут не перелистывал страницу. Это было нехарактерно для Амоса, способного читать и усваивать материал на высоких скоростях. Он поднял на неё непонимающий взгляд и тряхнул головой, прогоняя сонливость. Иногда Луна меняла вектор разговора столь кардинально, что даже близкие люди не могли угнаться за её мыслью. — Советы — это хорошо, конечно, но ты должен слушать своё сердце, вот что я хочу сказать. Сердце и магию. Не дай чужим мозгошмыгам проникнуть тебе в голову и расплодиться. — Хммм. — Амос почесал подбородок, провожая взглядом пританцовывающую в лунном свете фигурку красной шапочки с корзинкой «пирожков» и улыбнулся. — Я это учту. Спасибо, Луна. Попрошу собственных мозгогмыгов отгонять чужих. — Да не за что. — пожала плечами девушка. — Я придумала новую колыбельную для фестралят, хочешь послушать? — Давай, почему бы и нет? — кивнул Амос, закрывая книгу. Он плавно соскользнул вниз по покрытому инеем мху и, встав на ноги, пружинистой походкой догоняя подругу. Подругу… Не подопечную. Воспринимать Луну на её возраст категорически не получалось. Как и Моргана, она будто существовала вне времени. Впрочем, это не мешало Луне получать удовольствие от детских забав. Обратив сияющие очи к ночному светилу, Луна затянула веселую, но плавную и мелодичную песенку, вызвавшую фурор среди четвероногих слушателей. Амосу, впрочем, тоже понравилось, так что Луна с чистой совестью посчитала, что и на двуногих это тоже распространяется. Санхайд похвалил её голос, после чего они вместе вернулись в башню факультета и разошлись по спальням. Луне нравились полуночные прогулки. После них её куда реже мучили видения и кошмары, а будущее не пыталось заползти под подушку. Лавгуд высыпалась.

***

Весна наступила. Правда, только по календарю. Если же взглянуть за окно, то наглого белого цвета всё еще было куда как больше, чем застенчивого зеленого. Да и холод Шотландию отпускать категорически не желал, посему Луна продолжала кутаться в теплую мантию, вязанный шарф и рукавички. Заниматься по ночам астрономией ей одновременно и нравилось, и не нравилось. Точнее, ей не нравилось заниматься ею на холоде, но что уж поделать? Никто не стал бы переписывать расписание под её предпочтения. В Шотландии и так в это время года сложно было поймать «окно» в облачном небе, так что приходилось терпеть. К сожалению, Амос на её ночных занятиях присутствовать не мог, а потому Луна, Гермиона и Рон мёрзли. Они не умели накладывать согревающие чары настолько филигранно, как их старший друг, а по-другому было нельзя. Профессор запрещала. Неопытные второкурсники могли своими кривыми рук… заклинаниями сбить настройки магических телескопов. Тем более когда встречались парой Рейвенкло и Гриффиндор. В целом, не так уж и холодно было, так что Лавгуд скорее просто ворчала, потирая ладошки, вглядываясь в ночное небо. Гермиона прилежно проводила расчёты и делала записи. Рон честно пытался вникнуть в сложнейшие нумерологические таблицы и расчёты, но толстые астрономические альманахи вызывали у него головную боль одним своим видом. Он путался в цифрах и злился на себя. А Луна же… ну, ей особо все эти костыли с цифрами и вычислениями и не нужны были. Она могла на глазок прикинуть и, с точностью до девяноста девяти процентов, выдать верный результат за пару минут. С учётом того, что погрешность была неизбежным фактором, а поправка на неё всегда присутствовала… Можно было смело сказать, что точность Луны была даже выше, чем у их профессора Синистры. Однако иногда даже звёзды не знали ответа. Луна силилась рассмотреть будущее среди блестящих искр на ночном небосводе, но то не давалось. Словно огромная тень накрыла его и не давала рассмотреть. Это вызывало беспокойство. Последнее время её мучили неясные кошмары, которые она не могла вспомнить поутру, но не сомневалась, что те обещают весьма неприятные перспективы. Луна искала знаки, напрягала внутреннее око, но никак не могла понять, что таит в себе опасное будущее. Но у неё было предчувствие, что сегодня она сможет получить подсказку. Когда пришло её время заглянуть в телескоп она едва не отшатнулась. Закусила губу, не дав крику сорваться и заставила себя смотреть на ужас, не позволяя страху взять над собою верх. Небо словно раскололось, пойдя бирюзовыми трещинами, похожими на кровоточащие тьмой раны. С небес на прорицательницу сыпались радужные осколки звёзд, будто разбитые стёкла витражей. Прекрасно и ужасно одновременно. Завораживающее зрелище абсолютного разрушения. Чья-то когтистая лапа словно разорвала мир когтями, разрушая всё на своём пути и растворяясь, сгорая в свете мироточащих светом звёзд. Знамение, не сулящее ничего хорошего, определённо. Катастрофа. Но в чём её суть? Пока что Лавгуд не могла понять, зато смогла прочувствовать масштаб и ощутить неумолимое приближение значимого события. Каждый день будет приближать её к разгадке, но вместе с тем всё меньше будет у нее возможности хоть на что-то повлиять. Что-то мешало её способностям прорицать будущее. Словно она… натолкнулась на чужое пророчество огромной силы. Такого с ней ещё не было, так что она затруднялась с толкованием, но ей определённо не нравилось всё это. Нужно вмешаться, но когда и куда? Кого ждёт незавидная судьба? Было такое ощущение, что вообще всех. Нужно было продолжить наблюдение, используя другие методы.

***

Минул март месяц, всё ближе был конец учебного года, а настроение Луны становилось все мрачнее, несмотря на налаживающуюся погоду. Её друзья даже начали беспокоиться о её здоровье, не понимая, почему вдруг их веселая и жизнерадостная подруга внезапно замкнулась в себе и ходит мрачная и отрешённая, как грозовая туча. Но пока что Луна не могла им ответить, так как была в замешательстве. Никакие известные ей способы предсказания не работали как положено. Причём не только у неё. Профессор Трелони и вовсе выглядела потерянной и запила. Или закурила? Или всё вместе? Хотя, она и до этого… Но теперь куда сильнее, раз даже Луна заметила неприятный запах перегара и терпкий запах марихуаны. Тень шторма, затишье перед бурей. Надвигающееся бедствие давило, не хуже чем перепад давления перед приближением циклона. Ежедневные попытки пробиться через непроглядную пелену выматывали девушку. По ночам она плохо спала, терзаемая ужасными кошмарами и знамениями смерти. Смертей. Множества смертей дорогих ей людей. И прочих, незнакомых, тоже. Луне становилось дурно от предположений, но она отказывалась сдаваться. Она многому научилась у своих друзей, например — идти против течения, каким бы непреодолимым оно ни казалось на первый взгляд. Благо, её попытки узнать хоть что-то дали свои результаты. Всё благодаря упорству и капле таланта. Картина начала выстраиваться перед ней, словно мозаика. Но некоторых ключевых кусочков пока что не хватало. Место, список действующих лиц… Зато полу-альв смогла нащупать временные рамки и подготовить почву для последнего, максимально точного прорицания. К сожалению, раньше чем за неделю до точки невозврата она этого сделать никак не могла, потому ждала подходящего случая, не находя себе места. Она чувствовала, скоро всё решится. Будущее было куда туманнее чем когда либо прежде на её памяти. В том числе и из-за неё самой. Она слишком поздно поняла, что своими попытками вмешаться в естественный ход вещей лишь больше взбаламутила воду. Ослепила других пророков, пытавшихся понять, что вообще происходит и почему они потеряли способность заглянуть дальше чем на два месяца. Их пророчества будто заперли в небольшом временном промежутке, как рыбок в аквариуме. Отделили от бушующего за матовым стеклом речного потока реки. Казалось, что… все иные пророчества оказались временно «замороженны» до того, как минует отведенный день X. Стало быть, то событие определит основную линию судьбы Магической Британии на многие годы вперёд. Останется ли курс прежним, сохранив основную линию неизменной, либо кардинально изменится и все старые предсказания потеряют силу навсегда, уступив дорогу новому, неизвестному будущему и молодой крови. Подняв доступные ей книги и даже попросив отца прислать ей дневники с заметками её матери, Луна зарылась в них, пытаясь откопать там похожее магическое явление. Хотя бы упоминание самого феномена в прошлом. И нашла пару примеров, подтвердив свои догадки. Вот-вот должно было произойти значимое событие — поворотная точка в истории, способная изменить всё… или ничего. Но, определённо, это событие не будет мирным. Прольётся много крови, а смерть пожнёт многих в случае сохранения нынешней линии судьбы, а в случае новой… неизвестно. Возможно, новая окажется ещё хуже? Хотя было ещё одно объяснение тому, что её способности к прорицанию стали вести себя странно. Правда это не отменяло и предыдущий вариант, а скорее дополняло. Истинное пророчество вот-вот могло родиться, причём источником его станет… Луна Лавгуд собственной персоной. В попытке повлиять на точку бифуркации, она сама могла стать ею. Словно насмешка судьбы, сорвавшееся с её губ пророчество сделает точку бифуркации практически нерушимой, стабильной, неизменной, сузив возможности повлиять на будущее практически до нуля. Луна боялась этого. Боялась, что заглянув в будущее, сделает только хуже, но и отвернуться тоже не могла. Она уже догадалась, кого именно из её знакомых должно было затронуть мрачное будущее. Она была просто обязана хотя бы попытаться что-то сделать. И вот, когда до тревожных событий оставалось всего ничего — жалкие три дня, она наконец смогла прозреть будущее. При этом Луна поступила умно и спряталась ото всех, уйдя глубоко в Запретный Лес в сопровождении табуна фестралов за неделю до предполагаемого дня X. Она не могла позволить кому-либо услышать истинное пророчество. Сами провидцы запомнить и услышать собственное истинное пророчество были не способны (если только им его потом перескажут), а потому, если не найдётся слушателя… то пророчество оказывалось мертворождённым и не имело силы. Благо, в Министерстве Магии так и не успели починить ни Зал Пророчеств, ни магическую машину, перехватывающую и собирающую пророчества. Это Луна уточнила у вхожего в Отдел Тайн отца лично. Оставалось только порадоваться, что всё так удачно сложилось. На самом деле, Луна даже не была уверена, что пророчество сорвалось с её губ в тот день, ведь не могла бы вспомнить его, а фестралы не те слушатели, которые зачтутся пророчеством как свидетели. Нужен был кто-то, кого это пророчество касается непосредственно. Но, к счастью, Лавгуд перестраховалась и, прежде чем сбежала из школы, оставила записки, разослала письма близким, чтобы никто не волновался и не стал искать её эти несколько дней. Было бы глупо, если бы Амос или Кэролайн пошли искать её в Запретном Лесу и нашли в самый неподходящий момент. Но этого, благо, удалось избежать. Фестралы подтвердили. Никто не входил на их территорию и не тревожил их покой. Заглянув наконец-то в будущее, Луна смогла немного успокоиться и вздохнуть с облегчением. Узрела множество вероятностей, парочка из которых были вполне себе хорошими исходами, хотя от других, которых было многим больше, её начинало тошнить, а слёзы сами собой начинали течь из ясных глаз вперемешку с кровью. Вот над воплощением ПРИЕМЛЕМЫХ вариантов будущего!»*? 3ц@ (Луна мысленно шлёпнула себя по губам за плохое слово) ей и придётся поработать. Иначе… Случится что-то действительно плохое и у нее станет куда меньше друзей. Если вообще останется хоть кто-то кроме Гермионы и Джинни. Этого она допустить никак не могла. Тем более, пробившись сквозь туманную завесу, она смогла заглянуть ещё чуть дальше и там всё было ещё мрачнее. И это при условии, что исход переломного момента будет удачным. Если же она не справится и ключевые фигуры, спасение которых она поставила во главу угла, погибнут, то Британию охватит такой хаос и круговорот смертей, что предыдущее восстание Того-Кого-Нельзя-Забывать покажется доброй сказкой. Ну а если всё же справится, то… спасённые ею станут волнорезом, способным остановить гигантскую волну разрушений и смерти. Или, по крайней мере, выиграют время другим людям прийти в себя и дать отпор новой напасти. Тяжелое бремя легло на её хрупкие плечи, но Луна сама взвалила его на себя. Она должна была сделать то, что до́лжно. Даже поставив свою жизнь и здоровье на кон. Луна не могла попросить помощи у друзей, отца или даже директора Дамблдора. Не могла предупредить их о грозящей опасности, иначе её попытка скорректировать будущее пойдёт прахом из-за множества непредсказуемых переменных. Она должна была сделать всё сама. Одно вовремя сказанное слово могло изменить ВСЁ и она собиралась произнести его в нужный момент, став той самой соломинкой, что сломает спину верблюду. Основной сложностью было не сломаться самой…