Эпик фейл по-парижски

Стоило мне подумать, что весь цирк наконец-то уехал, клоуны сложили шатры, а я могу спокойно досидеть урок, как дверь класса снова открылась. В проёме нарисовался месье Дамокль — сияющий, который принес новости уровня «мы все умрём, но с улыбкой». А за ним — какой-то рыжий мужик с усами. Такой, знаете, будто его вытащили из ситкома нулевых, дали папку и сказали: иди, сообщи детям судьбоносную херню. Они вежливо поздоровались с мадам Бюстье, пошептались, и в следующую секунду вся троица уставилась на класс. Никогда не доверяйте взрослым, которые так делают. — Ребята, — начала мадам Бюстье, — сегодня к нам пришёл месье Алим Кубдель. Это папа вашей одноклассницы Алекс… и у него для вас важные новости. Рыжий мужчина вышел вперёд и улыбнулся так, будто собирался презентовать новый айфон, а не ломать мне остатки нервной системы. Директор щёлкнул пультом, и проектор тут же высветил на экране Алекс в латексном костюме кролика. Я моргнула. Потом ещё раз. Нет. Это никуда не делось. — Моя дочь, ваша подруга Алекс, — начал он с выражением лица гордого отца года, — ненадолго отлучилась. Ага. В латексе. — Леди Баг попросила передать, что теперь Алекс — супергерой. Кроликс. Класс взорвался: охи, ахи, чей-то восторженный визг. Может, это и мой. Подождите. То есть теперь все в курсе, что у Алекс есть квами? Что она супергерой? Что она, блядь, КРОЛИК? Тогда у меня логичный вопрос: почему Леди Баг и Супер Кот до сих пор шифруются, как будто за ними ФБР следит? — Она путешествует во времени, — продолжал месье Кубдель, листая фотографии дочери с таким видом, будто это выпускной альбом, — чтобы защитить талисманы от Монарха. И вот тут мне стало по-настоящему плохо. От какого, мать его, Монарха? Был же Бражник. БЫЛ. Я это помню. — Она вернётся, когда враг будет повержен, — заключил он. — Спасибо вам, — тут же подхватил директор с торжественным видом. — Спасибо вам и вашей дочери за мужество. Все мы должны быть готовы помочь Леди Баг и Супер Коту, если это потребуется. Не-не-не. Увольте. Я не оформляла подписку на «добровольное самопожертвование ради спасения мира». Мне и так досталось. С меня сейчас как с козла молока, отстаньте. — И помните, — мягко добавила мадам Бюстье, — не обязательно быть супергероем, чтобы их поддержать. Да ты что. Я откинулась на спинку стула и уставилась в потолок. Это ведь только начало? — Но Бражник сейчас силён как никогда! — подала голос с задней парты пухлая блондинка. Милен, вроде бы. Так Бражник или Монарх? — Да, — деловито подхватил Макс, — у него девяносто девять и девять десятых процента всех талисманов. Это почти стопроцентная вероятность победы. Я медленно закивала. Логично же. А потом до меня дошло, и я резко повернула голову в сторону Маринетт и Адриана с выражением лица, будто только что узнала, что Земля — плоская, а меня об этом забыли предупредить. ДЕВЯНОСТО ДЕВЯТЬ ЦЕЛЫХ ДЕВЯТЬ ДЕСЯТЫХ?! Вы… Вы проебали талисманы?! Когда? Как? Почему я узнаю об этом вот так?! Маринетт и Адриан в этот момент изображали высший пилотаж «моя хата с краю»: смотрели в стол, в окно, в тетрадь, куда угодно. Ага. Понятно. Значит, всё-таки вы. — Статистика — это, конечно, круто, — подал голос сосед Агреста. — Но ты сейчас всех демотивируешь. Нино. Это точно Нино. Мой ахер тем временем уже не катился. Он набирал скорость, превращаясь в лавину. А можно мне, пожалуйста, обратный билет в мой родной мир без супергероев, без талисманов, без этой коллективной шизофрении? Вдруг с одной из парт поднялся огромный чувак с блондинистым чубом. Это Айван. Его я помнила, потому что он нормальный. Он приобнял Милен и очень серьёзно сказал: — Когда тебе страшно, ты занимаешься йогой. Я моргнула. …и? Очень ценное наблюдение. А дальше что? Мы всей школой идём в позу собаки мордой вниз против Монарха? — Верно, Милен, — неожиданно вмешалась Маринетт. — Помоги таким, как ты, привести чувства и мысли в порядок. Охуенно устроилась, — подумала я. Вы всё проебали, а теперь мы должны привести мысли и чувства в порядок. — Главное — позитивный настрой! — вдруг восторженно заявил кто-то с последней парты. — Точно! Да! — радостно поддержал его весь класс. Я медленно оглядела этих людей. Им только что сообщили, что злодей почти победил, герои облажались, мир на грани, …а они рады. Они реально рады. Это клиника, товарищи. — Если вам так надоело бояться, — резко сказала Хлоя рядом со мной, не выдержав этого цирка, — давайте просто отдадим Монарху то, что он ищет. Класс замер. Ну ее предложение — тоже не выход. — Леди Баг и Супер Кот накосячили, — продолжила она холодно. — Из-за них мы вообще в этой заднице. Леди Квин Би так бы не поступила. Тишина повисла такая, что почти затрещали стёкла. Я медленно повернула к ней голову. Вот он. Почти единственный голос разума в этом дурдоме. И, кажется, мне срочно нужно держаться за эту блондинку. — Хлоя, — мягко, почти елейно сказало новое лицо, — Леди Баг совсем юная. На неё столько всего свалилось… Ошибки неизбежны. Давайте найдём в себе силы простить её. Ведь ребёнок не должен сражаться с Монархом. А-а-а. Вот ты где, Лайла. Эту стерву я помнила. Отлично помнила. Женщина — огонь, если бы не была ходячей фабрикой пиздежа и манипуляций. И сейчас она говорила слишком правильно. Подозрительно правильно. — Я смотрю, ты мать Тереза, — не удержалась я и закатила глаза. Маринетт дёрнулась так, будто я наступила ей на хвост и зарычала. Тихо, но я услышала. — Всё верно, — тут же поддержала Лайлу Сабрина своим самым миленьким голоском. — Со злодеями борется мой отец. Я медленно ахиревала. Простите, ЧТО? Это сейчас был аргумент? Типа: «Мой папа сильный, так что Леди Баг можно не напрягаться»? Я посмотрела на Хлою. Потом снова на класс. Тут вообще есть кто-нибудь, кто на стороне Хлои? Кроме меня и здравого смысла? — Да, Лайла, — уверенно сказала Алья. — Мы не подведём Леди Баг. О. Прекрасно. Ещё одна моя любимица. Обычно. Но сейчас наши мнения разошлись, как тектонические плиты. Класс снова подхватил эту странную волну энтузиазма. Кто-то кивал. Кто-то улыбался. Кто-то выглядел так, будто вот-вот начнёт аплодировать. Интересно, это групповая терапия или массовый делюжн? Хлоя сидела, сжав губы, с выражением лица человека, который видит этот фарс насквозь и ненавидит его всей душой. После урока на меня навалились. Не буквально, а как стая дружелюбных голубей с вопросами «откуда ты? Где живёшь? Чем увлекаешься? А это правда, что ты… ну…» Ребята окружили меня плотным дружелюбным кольцом, и пока я отбивалась общими фразами и неловкими улыбками, моя королева драмы по имени Хлоя ловко смылась. Я заметила это слишком поздно и мысленно послала вселенной сердитый смайлик. При этом — чёрт возьми — все были реально милыми. Я болтала, улыбалась и ловила себя на том, что кайфую от общения, как фанатка, которую внезапно пустили в гримёрку к любимым персонажам. Очень странное чувство, если честно. В голове крепко засела мысль: ладно. Пусть я не отсюда. Пусть всё это выглядит как херомантия уровня «мне это точно снится». Но раз уж я здесь — почему бы не пожить? Через пару уроков я устала от внимания так, будто пробежала марафон, сидя на месте. Тогда я торжественно сообщила, что мне срочно нужно выйти и позвонить родителям. Конечно, это было враньё. Просто хотелось тишины и хотя бы минуту без людей. Так что я направилась к своему локеру. Коридор был забит под завязку. Для такого небольшого пространства — слишком много голосов, смеха и бессмысленных разговоров ни о чём. Локер открылся не с первого раза. И не со второго. Как выяснилось, директор перепутал последнюю цифру кода — написал 6 вместо 9. Как я догадалась, что цифру надо перевернуть? Хуй его знает. Возможно, месье Дамокль таким образом выразил свое мнение обо мне, типо «догадайся сама, лошара». Пока я боролась с кодовым замком, в голову пришла ещё одна радостная мысль. Раз занятия по здоровью мне разрешили посещать три раза в неделю вместо пяти обычных, с понедельника по среду, четверг и пятницу я проводила дома, так как в эти дни не было обязательных занятий и их вполне можно прослушать онлайн, пока полностью не поправлюсь. Значит, ко мне стопудово приставят кого-нибудь из кураторов. Типа: тетрадочки принести, объяснить темы, помочь с успеваемостью и, не дай бог, ещё и следить, чтобы я не развалилась по дороге. Так, по крайней мере, обещал мне месье Дамокль. И, зная его, он выберет на эту почётную должность самых умных. Пожалуйста, только не Агреста. Я мысленно перекрестилась всеми богами всех пантеонов и тут же придумала гениальный план спасения. А что, если предложить кандидатуру Хлои? На этой довольной и абсолютно эгоистичной ноте я кивнула сама себе — и, наконец, открыла этот чёртов замок локера. Я сделала пару шагов и с удивлением поняла одну простую вещь: пока стояла — было нормально. Тело, видимо, решило дать мне иллюзию, что оно здорово. Типа: да-да, всё окей, — а потом такое: СЮРПРИЗ, СУКА. Я остановилась, вдохнула поглубже и задержала дыхание. Старый, проверенный фокус: мозг занят тем, что ему не хватает кислорода, а не тем, что нога ноет, как будто её кто-то медленно выкручивает. Сработало. — С тобой… точно всё в порядке? Голос сзади был знакомый. И, разумеется, именно тот, который мне сейчас хотелось слышать меньше всего. Я обернулась — Маринетт. Стоит, смотрит на меня с лицом человека, который одновременно переживает и лезет не в своё дело. — Более чем, — кивнула я. Она осмотрела меня так, будто прикидывала, развалюсь ли я прямо сейчас на запчасти. — Эм… — она замялась. — Хочешь, я покажу тебе школу? — Спасибо, но экскурсия для меня сейчас — это экстремальный спорт, — усмехнулась я. — А я, как видишь, уже своё отэкстремалила. На самом деле я отчаянно хотела, чтобы она ушла. Я не знала, сколько еще пробуду в этом мире. День? Неделю? Пока не починят баг? Как внезапно сюда попала, также внезапно отсюда исчезну. И заводить тут друзей… Зачем, если потом всё равно придётся возвращаться? — Прости, если я лезу не в своё дело… — снова замялась Маринетт. — Но… что с тобой случилось? Я захлопнула локер чуть резче, чем планировала. — Боевые раны, — сказала я. — Неудачно оказалась между супергероями и какой-то летучей хернёй в пачке. Она напряглась. О, она напряглась. — Один мужик с крыльями решил, что я — идеальная груша для битья, — пожала я плечами. — Видела по новостям, наверное? Такие… за зубами гонялись. С изяществом балета и агрессией чихуахуа. Я вспомнила, как Камилла — моя новая мама — сутками смотрела сводки, будто ожидала увидеть там моё лицо с подписью «опять». Маринетт кивнула, но взгляд у неё стал… неправильный. Слишком сосредоточенный. Как у человека, который начал сводить два и два, и результат ему не нравится. — Но… — она запнулась. — Почему на тебе не сработала исцеляющая сила Леди Баг? Я моргнула. — Чего? — Что? — она дёрнулась, явно поняв, что только что ляпнула лишнего. — Ой. Прости. Я иногда говорю глупости. Я медленно кивнула. Сделала вид, что всё ок. Хотя вопрос был чертовски логичный. Почему же не сработала? — Увидимся на следующем уроке! — слишком бодро сказала Маринетт и почти убежала. Я смотрела ей вслед и прекрасно представляла, как у неё сейчас в голове начинается мозговой штурм. Жаль только, что ответов у меня не было. А ещё жаль, что это начинало выглядеть как начало какой-то очень кривой арки. Уже по дороге обратно в класс боковым зрением я зацепила знакомое сияние. В самом конце коридора мелькнули блондинистые патлы — идеальные, блестящие, как у жертвы рекламы шампуня за двести евро. И такой шанс уговорить королеву школы стать моим куратором я упускать не собиралась. Кажется, Хлоя тоже меня заметила. Потому что злобно зыркнула в мою сторону ровно на полсекунды, и тут же втопила прочь с такой скоростью, будто я налоговая инспекция. Я, забыв про здравый смысл и рекомендации врача, рванула за ней. Так на своих троих, что мне бы позавидовал волк из «Ну, погоди!», когда гнался за зайцем и искренне верил, что в этот раз точно догонит. — Стой! — крикнула я и прибавила шаг. Наивная. Если ты куда-то торопишься, то Вселенная всегда скажет:«Подожди-ка. Сейчас будет сценарный подгон». — Эй, осторож— Поздно. БАХ. Следующие полсекунды прошли в режиме плохо смонтированного слайд-шоу. Сначала ощущение от удара, а потом — что-то тёплое, высокое и явно бегущее не туда, куда надо. Мир перевернулся. Костыль решил, что с него хватит, и отправился в самостоятельное путешествие. Я — за ним, но по диагонали и без энтузиазма. Но меня поймали. Блять. Снова. И ведь раньше я не была настолько талантлива в падениях. Что за проклятие? Сценаристы решили добавить меня, как карикатурного персонажа, чтобы опомидорить? — Ого… — выдохнул кто-то мне прямо в макушку. Мы зависли. Я наполовину на нём, наполовину в философском кризисе что это вообще сейчас было». Он с лицом, который просто бежал по своим делам и внезапно вспомнил, что я ему сотку задолжала. Я подняла голову. Спортивный парень с широкими плечам, растрёпанными волосам и азиатскими чертами. Я его видела раньше. Помнила смутно, как персонажа из фона. — Прости! — затараторил он. — Я нёсся и вообще не смотрел! Ты как? — Я была готова к нападению любого психа, — мрачно сообщила я, оглядываясь в поисках оружия. — У меня был костыль. Он рассмеялся, да так искренне, будто ситуация действительно была смешной, а не травмоопасной. Это оказалось… неожиданно приятно. Улыбка у него была хорошая. Слишком милая что-ли. Только зубы были белые, как у керамического унитаза из рекламы, где все счастливы. И вот тут я поймала себя на странном ощущении. Где-то внутри что-то глухо стукнуло. Тудум. Я внутренне застонала. Машу ж вать! Только не это. Только не очередная романтическая херня из сценарного набора «ЛБСК: случайное столкновение». — Я Ким, — сказал он и чуть неловко улыбнулся. — И, эм… обещаю больше не сбивать людей. По крайней мере, сегодня. — Кейша, — еще раз представилась я. — Спасибо, я только что едва не стала школьной легендой из разряда «новенькую увезли на скорой уже в первый день». — Звучит… впечатляюще, — он почесал затылок. — Хотя, если честно, у тебя и так очень эпичное появление. — Я стараюсь держать планку, — вздохнула я. Мы замолчали, и повисла та самая неуютная пауза. Такая, в которой оба не знают, что делать с руками и куда смотреть, чтобы не усугубить ситуацию. — Если тебе нужно… — начал он и тут же запнулся. — Ну, типа… донести вещи. Или помочь дойти. Или… не знаю. Я могу помочь. Я прищурилась, оценивая его как потенциальную угрозу и как потенциальный сценарный подгон одновременно. — Пожалуй, я всё-таки… — начала я. И вот тут меня накрыло это странное, липкое чувство, когда реальность вдруг перестаёт быть безопасной декорацией. Когда то, что ты знала как выдуманный мир, внезапно начинает претендовать на статус твоей личной гробницы. А я не собиралась помирать. Даже если вокруг французские булки и латекс. — Ты точно не ушиблась? — осторожно спросил Ким ещё раз. Судя по интонации, он всерьёз опасался, что его сейчас либо проклянут, либо дадут по лицу за попытку сбить школьного инвалида. — Поверь, — сказала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение от сотого за день вопроса «ты в порядке?». Ещё один такой — и кто-то точно получит в табло. — Это далеко не худшее, что со мной случалось. Он явно хотел что-то добавить, но вдруг резко изменился в лице, будто прямо за моей спиной материализовался чокнутый снеговик из кошмаров. — Кейша? Позвал меня, собственно, тот самый чокнутый снеговик в человеческом обличье. А ещё он положил руку мне на плечо, и я дёрнулась, выпрямившись так резко, будто меня только что приняли в армию без моего согласия. — Здравствуйте, месье Дамокль, — с запинкой выдала я, оборачиваясь. Серьёзно, я постоянно на него натыкаюсь. Он что, следит за мной? Или это новая школьная форма надзора? — Выделите мне немного времени? — вежливо спросил директор. Я машинально бросила на Кима осуждающий взгляд, будто это он виноват в происходящем. Тот понял намёк мгновенно. — У меня сейчас урок литературы, — сказала я. И этот гад тут же воспользовался паузой, ловко ретировавшись в конец коридора. Туда же, куда, в общем-то, ранее ускакала и Хлоя. Я уже открыла рот, чтобы извиниться за сцену «вроде как потасовка», но директор не дал мне шанса. — Я сообщу мадам Бюстье, что вы срочно мне понадобились. Проблем не будет. Пойдёмте. Он развернулся и пошёл первым, даже не оглядываясь. А мне, прихрамывая и собирая остатки достоинства, оставалось только последовать за ним — навстречу очередному акту этой странной, кривоватой пьесы под названием «моя новая жизнь».