Далтон

Далтон Эпизод 23 — Показ

***

      Было уже за полночь.       Блейн переоделся и приготовился ко сну, но заснуть так и не смог. Голова была слишком забита, а совесть отказывалась давать ему передышку. Мысли о том, кто прав, кто не прав, кто должен быть первым…       …и он вспомнил эти голубые глаза.       Дзинь!       Блейн поднял голову. Он повернулся к окну.       Дзинь!       Еще один камешек ударился об окно. Блейн нахмурился и поднялся с кровати, подойдя к окну, где он услышал звук, как раз когда тот, кто это был, продолжал идти.       Дзинь! Дзинь! Бах!       Блейн вздрогнул, когда один камешек — забудьте о камешках, это был камень — ударился в окно и расколол его. Быстро взявшись за защелку, он распахнул окно и выглянул в лунный свет.       Под ним на холодной земле, дымясь от холодного воздуха, кутаясь в толстое пальто и шарф, который был ему почти слишком велик, стоял Шейн, слегка ухмыляясь и еще больше светлея при виде него.       — Привет, Блейн! — воскликнул он, увидев его.       — Шшш! — судорожно зашипел Блейн, оглядываясь по сторонам. Он старался говорить тише. — Шейн, какого черта ты здесь делаешь? — он взглянул на часы. — В два часа тридцать минут ночи?       Шейн топтался на месте, засунув руки в карманы, пытаясь согреться.       — Я взял такси, перелез через низкий забор — знаешь, плющ по всем стенам — очень хорошее место, чтобы перелезть? В общем…       — Шейн, ты же не можешь!       — …То есть да, конечно, но уже нет, нога в порядке, я же говорил тебе, что работал над ней. Она не на сто процентов, и я могу прихрамывать, если ее особенно напрячь…       — Шейн!       — Неважно! Впусти меня!       — Что с тобой такое? Почему ты здесь?       — Ты знаешь, что я не отвечаю на звонки?       — Да?       — Я… — Шейн попытался собраться с мыслями, чтобы достойно объяснить все возмущенному старшему брату, но у него получился лишь миниатюрный приступ сумасшествия, и он замахал руками. — Рид звонил мне все это время?       Блейн застонал и потер лицо ладонями, зачесывая назад свои непокорные черные кудри. Фантастика. В два тридцать утра.       — Шейн…       — В смысле, какого черта, чувак? Я думал, ты единственный, кто мне звонит! Он звонил? Сообщения? Как будто погребен под всеми твоими пропущенными звонками и сообщениями? Он злится на меня? Он злится на меня? О, Боже…       — Шейн…       Окно на той стороне, где жил Блейн, распахнулось. Из него высунулся Дуайт, выглядевший раздраженным и очень вооруженным своим оружием из дерева и серебра.       — Простите, что прерываю ваш очаровательный званый вечер в столь благословенный час, но я уже близок к тому, чтобы пристрелить его из арбалета. Блейн, пожалуйста, скажи мне, что это действительно Шейн, а не какое-то создание из бездны, посланное, чтобы отвлечь меня от привычного сна и притупить мой острый охотничий нюх?       — Прости, Дуайт, — вздохнув, начал Блейн.       Справа открылось еще одно окно, и из него высунулся Эван, выглядевший сонным, и Итан, тоже зевнувший, но, тем не менее, выглядевший глубоко веселым.       — Что мы здесь пропустили…? — спросил Итан.       — Привет, Шейн… — Эван зевнул и получил ответ: «Привет, близнецы» от Шейна внизу, в то время как Блейн в раздражении тер глаза.       — Заходи в дом, Шейн… — пробормотал его брат.       Шейн беспокойно запрыгал по земле.       — Подожди! Сначала ответь на мой вопрос, Блейн! Он злится на меня? Скажи мне!       — Блейн… — Дуайт нацелил арбалет.       — Идем. Внутрь, — Блейн бросил взгляд на брата и исчез в окне. Шейн выдохнул, застонав. Он совсем не хотел, чтобы все так получилось. Если бы только он поправился раньше…       Эван мрачно улыбнулся Шейну, опершись локтями на оконное стекло, и сказал:       — Он в ярости. Рид тоже. Наверное, он не захочет тебя видеть.       — Никогда. Ты разбил ему сердце. На кусочки, — Итан добавил с той же сонной улыбкой.       Шейн побелел как полотно.       — Что?       — Угу… — продолжали улыбаться близнецы.       — …пожалуйста, скажите, что вы шутите, — вздохнул Шейн.       — Частично.       — Может быть.       — Да, а вы с Блейном?       — Одиноки на Валентинов день.       — Навсегда.       — Да.       Глаза Шейна расширились от ужаса.       — О нет. Онет. Онетонетонетонетонет… — он бросился бежать к входу, но в итоге врезался в своего брата, который только что вышел на площадку, все еще одетый в рубашку и пижамные штаны. Блейн поймал брата за руку и нахмурился.       — Пойдем. Пойдем.       — Подожди, я должен поговорить с…       — Ты не будешь будить Рида в такое время. За это тебя убьют, — это, конечно, было сказано соседом мальчика по комнате, который, возможно, был не в восторге от того, что его разбудили в такой час. Курт и так был достаточно зол, ему не нужно было еще одно обострение.       — Но…       — Не слушай близнецов, они просто издеваются над тобой, не обращай на них внимания… — Блейн потащил брата прочь.       — Спокойной ночи, Шейн… — хором сказали близнецы, помахав рукой.       Дуайт закатил глаза, откинул арбалет и скрылся в собственном окне, ворча про одержимость и проклятие Дня святого Валентина. Официально это был день ярмарки, насколько все понимали, и день, конечно же, начался не слишком удачно.       В Виндзоре все еще было темно как в склепе, и шаги по деревянной лестнице звучали гулко, когда они поднимались. Когда Блейн потащил все еще быстро говорящего Шейна наверх, в свою комнату, его сердце замерло, когда дверь напротив открылась. Из нее высунулась голова с всклокоченными кудрявыми волосами, протирающая глаза.       — Блейн…?       — Извини, Рид, мы тебя разбудили…? — Блейн вздохнул, потянув Шейна за собой, и обнаружил, что Шейн застыл на полу и не двигается. Он повернулся к брату и увидел, что они с Ридом смотрят друг на друга.       Рид прогнал сон из глаз и задумался, не проснулся ли он на мгновение, потому что это действительно не могло происходить прямо сейчас.       — …Шейн…?       — Рид… — Шейн уставился на него. Он стал пунцовым. — Я… эээ… — выдохнул он, на минуту изобразив руками небольшой приступ судорог в безуспешной попытке выглядеть спокойно. — Привет.       — Привет, — мягко ответил Рид, глядя вниз.       — Я… — Шейн сглотнул, разминая руки. — Я приехал на ярмарку, — в конце он неловко рассмеялся, но ищущий взгляд, которым он окинул Рида, сказал все, что не мог сказать.       Рид бросил на него короткий взгляд и, казалось, не смог удержать его.       — О… Это… действительно здорово.       Из-за нового напряжения в коридоре Блейн прислонился лбом к двери, сопротивляясь желанию удариться о нее головой. Он был просто не в состоянии справиться с этим в такой час. Слишком много всего было навалилось на него после недосыпа, ужина и завтрака.       — Рид, что там…?       И дальше стало только хуже. Блейн вскинул голову, услышав этот голос. Курт стоял позади Рида в голубой шелковой пижаме и, казалось, не замечал Блейна, пока старший брат не шагнул вперед рядом с Шейном.       — О, — пробормотал Курт, увидев обоих Андерсонов. Блейн слегка опешил, увидев красные глаза Курта.       Шейн выглядел немного растерянным из-за напряжения между Куртом и его братом, которому, казалось, не было объяснения, но он поймал взгляд Рида, и тот слегка покачал головой, как бы говоря: «Нет». Шейн, хоть и был иногда немного медлителен, но не был совсем уж тупым, поэтому он просто кивнул…       …и сказал:       — Мы собираемся исправить этот беспорядок?       Блейн уставился на него, недоумевая, не сошел ли Шейн с ума. Шейн продолжал говорить.       — Я серьезно! Вы только посмотрите на это! Это же безумие! Блейн! Серьезно, ты сейчас злишься? Сейчас? Честно. Я, конечно, идиот, сам пропустил все эти звонки, но что здесь происходит?       Рид опустил лицо в ладони, а Курт прислонился лбом к боковой стенке двери, размышляя, не галлюцинация ли у него.       — Серьезно! — возмущенно продолжал Шейн, когда Блейн взял его за локоть и сказал:       — Пойдем… пойдем внутрь…       — Но…       — Утром, Шейн…       — Я просто…       — Утром, — повторил Курт, заставив всех посмотреть на него. Он мгновение смотрел на Блейна, потом опустил глаза. Блейн пристально смотрел на него, не отводя глаз, и Рид улыбнулся.       — Да, — согласился Блейн. И он потянул брата в комнату. Курт схватил Рида за плечо и быстро втащил его обратно: меньший мальчик уже ухмылялся, а Курт назидательно смотрел на него.

***

Я Курт. А это академия Далтон. Сегодня День святого Валентина, и с самого начала мне никогда не нравился этот праздник. Не вижу, чем этот будет отличаться от других, и не собираюсь задерживать дыхание. …К сожалению, игнорирование не помогает избавиться от этой проблемы.

***

      Ярмарка была оглушительной, когда она, наконец, разразилась. Ворота Далтона были открыты, и люди потоком хлынули в кампус. Обычно серьезная и официальная атмосфера школы была полностью разряжена тем количеством декора, которое мальчишки умудрились разбросать по территории. В свое оправдание они утверждали, что так было лучше, чтобы привлечь всех девочек из других школ, которых пригласили приехать. Живя в полностью мужском окружении, они всегда пользовались случаями, когда школа открывала двери для девочек.       Помимо местных жителей, пришедших поучаствовать, и девочек из родственной Далтону школы Добри Холл, здесь были представлены школы со всего региона и, как оказалось, за его пределами.       Банда подростков, несущая одну из карт, розданных на входе, уже прибыла, держа карту наперевес. Мерседес, одетая в сверкающие валентинки, которые ей подарил Рид, опустила карту, нахмурившись, и увидела, что на празднике присутствуют Финн, Рэйчел, Майк, Тина, Арти, Бриттани и Сантана.       — Так. Где он, — прорычала Мерседес.       — Полегче, — предостерегающе сказала Тина, оглядываясь по сторонам. Она была одета в праздничное кружевное платье глубокого винного цвета, волосы были завиты и убраны назад, и выглядела она очень мило для этого дня. Майк не мог оторвать от нее глаз. — Я уверена, что он где-то здесь.       — Который он? — спросила Рэйчел, оглядываясь по сторонам. — Курт? Или Блейн?       — Любой из них, я хочу пробить головы им обоим, — Мерседес сверкнула глазами.       — Мерседес, пожалуйста, они могут сделать это сами, — закатила глаза Сантана, стоя с рукой на бедре и одетая в облегающее платье так, что ни один парень в радиусе тридцати ярдов не мог сосредоточиться. Не помогало и то, что ее столь же великолепная лучшая подруга, возвышающаяся над Арти, была одета в шорты и подтяжки и стояла так близко от нее. Эффект был разрушительным. — Если хочешь знать мое мнение, — вздохнула Сантана, — вот что бывает, когда не переходишь на следующую базу! Они были вместе целую вечность…       — Недели? — Финн уставился на нее.       — И им просто нужно разобраться со всем этим в горизонтальной плоскости, — Сантана одарила их увядающей сладкой улыбкой.       — А если серьезно… — сказала Тина, оглядываясь по сторонам. — Это ведь не считается шпионажем, верно? Вы сказали, что эти Соловьи выступают.       — Ну, если мы увидим их выступление, то это будет просто случайность, — сказала Рэйчел. — Это открытое выступление. Все смогут увидеть, и мы тоже.       Финн только вздохнул и закатил глаза.       — Пойдем. Пойдемте, — и он повел их в сторону, ведущую вниз по территории, а Бриттани сказала: «Я бы хотела яблоко… у них тут в цирке такое есть…?», когда они уходили.       Арти как раз собирался сказать ей, что он найдет для нее одно, когда заметил в толпе несколько человек, которые вели себя очень странно. Если «Новые направления» беспокоились, что будут выглядеть как шпионы, то эти люди, по сравнению с ними, могли бы быть фанатами Джеймса Бонда, раз уж они крадутся за киосками.

***

      «Чистая энергия» не шпионили. Они категорически не шпионят, и им не нужно шпионить, а если им это и нужно по какой-то причине, то они не посылают для этого своих лучших исполнителей. Именно на это в основном жаловались Шей — красивая чернокожая девушка с бесконечными косами — и Миа — их белокурая акробатка, пока три девушки перепрыгивали от стенда к стенду. Брай, брюнетка и второй капитан, не обратила внимания на них двоих и оглядела толпу, сузив глаза.       Зачем Том послал их сюда? Она была не против пойти — все эти красивые богатые мальчики, просто осмотреть достопримечательности — этого было достаточно, чтобы не заниматься шпионажем, и, конечно, если она пойдет, то и другие девочки захотят пойти с ней. Девон и Лео тоже поехали — Девон потому, что Шей заставляет своего парня везде ходить с ней, а Лео потому, что ему нечем заняться, — но сам Том остался в Нью-Йорке с большей частью команды.       Если увидеть выступление «Соловьев» было так важно, почему Том не поехал с ними? И почему именно «Соловьи»? В этом году «Вокальный адреналин» был командой, которую можно было победить. Даже «Новые направления», должно быть, более достойны шпионажа, чем эти избалованные богатые мальчики, у которых, наверное, под стояками лежат коврики, когда они только и делают, что качаются.       Что в этом такого, если верить Мие? Может, у Тома есть какое-то секретное оружие, о котором он особенно беспокоится?       — Нет, Девон! — Шей почти кричала в телефон. Они уже час пытались найти мальчиков. — Ты и Лео, тащите свои брейкдансерские задницы сюда, поближе… поближе… — она посмотрела на Брай. — …где мы, черт возьми, находимся?       Брай сузила глаза, глядя на табличку неподалеку:       — Ганновер.       — Ганновер! — прокричала Шей в телефон. — Теперь, Дев, я серьезно! — и она ткнула большим пальцем в свой телефон, злобно сверкнув глазами. — Мужчины.       — Ну, их тут полно, — усмехнулась Миа, наблюдая за тем, как несколько парней покидают Ганновер, особенно один высокий европеоид. Она кивнула ему, подмигнула и ухмыльнулась. Парень, увидев ее, коротко улыбнулся, но тут же зашагал дальше, выглядя немного обеспокоенным.

***

      — Джастин. Чувак. Эта красотка только что подмигнула тебе, — Спенсер Уиллис смотрел на своего префекта широкими недоверчивыми глазами, пока тот шел за ним в сторону Саус и Мейн. — Да что с тобой такое?       — Не в моем вкусе, — рассеянно ответил Джастин, доставая рацию и ища нужный канал. — Слишком много блесток в ее макияже. И слишком много открытой кожи, чтобы быть безопасной для такой температуры на улице.       Дэнни Эббот, один из немногих ганноверских Соловьев, закатил глаза.       — Джастин, никто не подходит тебе. Если бы кто-то был в твоем вкусе, ты бы уже был помолвлен. Ты хоть пытаешься?       — Пытаюсь! Просто они мне не нравятся после первого свидания… — ворчал Джастин. — Оставь меня в покое…       — Неважно, чувак, — закатил глаза Спенсер. — Твои предки все равно убьют тебя.       — Это они виноваты в том, что отправили меня в захудалую школу для мальчиков, когда хотят, чтобы я обручился еще до поступления в колледж, — раздраженно ответил Джастин. — У меня впереди еще весь учебный год. Я сам найду девушку, на которой хотя бы отдаленно подумаю жениться, мне не нужно вмешательство мамы и папы.       — Чувак, в том списке, который был у твоих родителей в Англии, должно быть около двух десятков девушек, готовых выйти за тебя замуж, — сузил глаза Спенсер.       — Они выходят замуж не за меня, а за мою семью, — огрызнулся Джастин. — Это прозвучит отвратительно — поверь мне, я знаю, — но я настаиваю на том, что хочу жениться на той, на ком действительно захочу жениться и кто хотел бы выйти за меня в ответ. Неужели это так невероятно?       Спенсер и Дэнни посмотрели друг на друга косыми взглядами, которые объясняли, что, хотя они и понимают эти чувства, они не уверены в их практичности — временные ограничения были чудовищными, а о европейских девушках они слышали слишком много хорошего. Вскоре раздался треск рации.       — Эй, Ганновер!       Джастин поднял трубку.       — Виндзор, спаси меня — мои друзья-ганноверы снова пытаются заставить меня жениться.       Пауза. Затем Чарли осторожно спросил:       — …Спенс и Дэнни начали вызывать духов твоих родителей?       — Ты должен перестать болтаться с Хьюстоном, приятель.       — Если бы я мог, чувак, я бы так и сделал. Но я застрял с ним и всем этим домом до окончания школы.       — Дом Виндзоров еще стоит? — Джастин ухмыльнулся, проходя через ярмарку, и остальные парни последовали за ним. — Или ты решил еще раз взорвать его сегодня утром?       — Чувак, заткнись. Я сделал то, что должен был сделать.       — Мм. Ты присматривал за Блейном и Куртом?       — Я оставил Блейна дежурить с остальной толпой, а Курта — с людьми на сцене. Они должны быть в порядке. Приходил сумасшедший брат Блейна, так что Блейн с ним на цепи. Как насчет твоего военнопленного?       — Я оставил Логана у информационного стенда под охраной, — Джастин усмехнулся. — Я выбрал самую обыденную и безобидную работу, которую можно было дать ему на ярмарке. С этой стороны он точно не сможет ничего испортить.       — Звучит спокойно, — Чарли, должно быть, ухмылялся, глядя на бедственное положение их товарища-префекта. — Полагаю, он был благодарен.

***

      — Я пиздец как ненавижу Джастина Бэнкрофта.       Дерек разразился хохотом, выйдя из полосатой информационной палатки. Он облокотился на одну из стоек палатки с большой вывеской «Информация». Логан сидел за столом и перекладывал бумажки с картами, учениками, событиями и программами, которые охватывала ярмарка. Почему они не могут предоставить ему все это в цифровом виде, было непонятно, особенно после того, как Далтон похвастался одним из самых разрушительных технических умов в Огайо — который, кстати, был вытащен Чарли из своей норы и сейчас бродил по ярмарке, уткнувшись головой в свой нетбук.       — С другой стороны, ты не бегаешь по улицам, как Курт и Блейн, — непринужденно сказал Дерек, пожимая плечами, пока Логан снимал с себя форменную куртку. — Ты можешь не двигаться.       — Я сраный секретарь, — Логан зарылся лицом в свои руки, подавляя вздох разочарования. — Я превратился в чертову секретаршу, — не поднимая глаз, он поднял папку и ударил ею Джулиана по боку — актер сидел на столе в темной одежде и солнцезащитных очках. — Убирайся со стола.       Джулиан скорчил ему рожу, закатив глаза из-за очков, и слез со стола, обойдя его, чтобы войти в палатку.       — Ты сегодня невероятно стервозный.       — Я думал, ты будешь в лучшем настроении хотя бы теперь, когда Паваротти вернулся, — прокомментировал Дерек.       Логан посмотрел на него сбоку. Да, этим утром в Стюарте чудесным образом вновь появился призовой соловей. Бейли обнаружил его первым и пытался вытащить из клетки компрометирующий шарф Hermes, когда в прихожую вошел Логан. Бейли был похож на оленя, попавшего под свет фар, но Логан просто выхватил шарф и протянул ему. Сам он не мог отдать его Курту, поэтому позволил Бейли сделать это.       — Неважно… Я уверен, что Виндзорам просто надоело за ним ухаживать.       — Не будет ли иронией судьбы, если Блейн в итоге получит награду вместе с ним на следующий год? — Джулиан ухмыльнулся. — Поскольку он, похоже, справляется с делами гораздо лучше тебя.       Логан наконец отложил ручку и посмотрел на двух Стюартов в темных очках в палатке.       — Что вы оба здесь делаете?       — Составляем тебе компанию? — с сарказмом предположил Джулиан. — Ты же знаешь, что мы умрем, если не будем постоянно находиться в пятнадцати футах от твоего величественного присутствия.       Дерек разразился ехидным смехом, а Логан просто уставился на него, заметив темные очки, которые Дерек тоже прикрепил к своей шляпе.       — Скажите мне, что вы оба не прячетесь здесь, — потребовал Логан.       — Дерек случайно отправил массовое сообщение всем своим подружкам, — фыркнул Джулиан. — И теперь они все здесь. На ярмарке. Ищут его.       — Поздравляю», — сказал Логан Дереку, приподняв бровь. — Что мне написать на твоем надгробии? «Здесь покоится Дерек, убитый жадностью и либидо»?       — Джулиан тоже здесь прячется, — заметил Дерек.       — В отличие от тебя, я прячусь от папарацци и фанаток, — проворчал Джулиан, приподнимая очки. — Далтон открыт для публики, некоторые из моих фанаток уже знают, что я учусь здесь.       — Почему ты просто не сказал им, что не придешь? — спросил Логан.       — Я попросил своего пиарщика сказать им, что лечу в Майами на фотосессию, но это стало известно не сразу. Я уже заметил здесь камеры и несколько моих самых сумасшедших фанатов.       — Возьми себя в руки и посмотри им в лицо, — огрызнулся Логан. — Хватит драматизировать, — он бросил на него взгляд. — Пока ты находишься на территории школы, с тобой все будет в порядке. Мне все равно, чем ты занимаешься, но если ты не собираешься быть полезным, убирайся отсюда и иди куда-нибудь еще.       Дерек ожидал от Джулиана язвительной отповеди о том, что Логан такой же, если не более, драматичный, чем он, но Джулиан просто молча смотрел на префекта. Актер почувствовал, что Дерек смотрит на него, и поднял голову, одарив его яростным взглядом, который велел ему заткнуться, не произнося этого вслух.       — Ну что ж, хорошо, — Джулиан резко встал, надвинув темные очки, и улыбнулся, что должно было быть снисходительной гримасой, но на самом деле было самым горьким, что Дерек когда-либо видел. Не говоря больше ни слова, актер вышел из палатки и направился в толпу.       Логан и Дерек удивленно смотрели ему вслед. Логан нахмурился.       — Что, черт возьми, с ним такое?       — Ты сказал ему уйти, он ушел, — холодно ответил Дерек. Но он понимал, что имел в виду Логан. Они не думали, что он действительно уйдет. Возможно, это было связано с тем, что Логану, похоже, было все равно.       Логан бросил взгляд в сторону, куда направился актер.       — Он самый большой ханжа, которого я когда-либо видел, а это о многом говорит, учитывая, кого я знаю, — пробормотал он и снова принялся перебирать свои бумаги. Дереку захотелось швырнуть в него пластиковым стулом. Не может быть, чтобы кто-то был настолько глуп, когда Джулиан сделал это настолько очевидным, сняв свою защиту, чтобы драматично уйти.       А может, он действительно был ослеплен Куртом.       Я сдаюсь, — раздраженно решил Дерек. — Я, черт возьми, сдаюсь. Можно подумать, в школе для парней меньше драматизма. Но нет… Я должен был застрять с самыми вспыльчивыми придурками в Стюарте и Далтоне, а также с примадонной с проблемами признания. К черту, я перейду в старую школу Хаммела, может, там будет спокойнее.       Конечно, он ошибался. Но на самом деле он этого не знал.       — Эй, — вдруг сказал он, подталкивая Логана. — Посмотри на этих парней. Разве мы не видели их раньше?       Логан посмотрел туда, куда кивнул Дерек, и, конечно же, там была стая людей, которые оглядывались по сторонам, словно ища кого-то. Взгляд Логана остановился на куртке самого высокого парня и нахмурился.       — Отлично. Маккинли.       Как раз в тот момент, когда он это сказал, после короткой перепалки в группе самая маленькая девочка подошла к информационному стенду с таким видом, будто сдерживалась, чтобы не взорваться на всех, кто там стоял.       — Здравствуй, — сказала она с широкой улыбкой. — Ты не знаешь, где мы можем найти Курта Хаммела?       Логан поднял на нее глаза и слегка улыбнулся.       — Рэйчел Берри, верно?       Рэйчел моргнула и посмотрела на него с удвоенной силой, а потом подняла голову, глядя на него, и наконец-то узнала его по отборочным и вечеринке, которую они в последний раз устроили в Далтоне.       — О. Да. Логан, не так ли?       Логан слегка ухмыльнулся.       — Вижу, моя дурная слава дошла до Маккинли.       — Ну, учитывая, кто ты такой, твоя известность, должно быть, распространилась гораздо шире, — сказала Рэйчел, но не беззлобно, а просто констатируя факт. Она прочистила горло. — Ты не видел Курта?       Логан посмотрел на нее, потом на людей вдалеке позади нее, а затем снова посмотрел на Рэйчел.       — Можешь поискать возле сцены. Но он дежурный, он может быть… где угодно на ярмарке.       — Дежурный? — Рэйчел нахмурилась. — А разве вы не должны готовиться к выступлению?       Дерек моргнул. Значит, они еще не знают. Логан вздохнул и откинулся на спинку стула, выглядя почти слишком высоким для своего места.       — Соловьи будут выступать. Просто там не будет ни меня, ни Курта, ни Блейна.       — Почему? — спросила Рэйчел, нахмурившись еще сильнее.       — Что-то не так? — спросил Финн, наконец подойдя к палатке. Рэйчел посмотрела на него, но Логан встал.       — Финн, верно? — спросил он. Рэйчел заметила, что когда Логан встал, он был на равных с Финном, что случалось нечасто.       — О, ты… — Финн слегка нахмурился, немного насторожившись. — Ты — Логан. Ты тот парень, который… приходил раньше?       — Я, — Логан кивнул. — На самом деле мы еще не встречались, — между ними повисла напряженная пауза, пока Логан не кивнул в сторону сцены. — Я сказал ей, что ты, наверное, сможешь найти Курта там. Бегает вокруг.       — Ну ладно, — Финн слегка улыбнулся. Дерек фыркнул и покачал головой, наблюдая изнутри палатки, как ученики Маккинли возвращаются к своей группе, а затем уходят в сторону сцены. Друзья Курта, похоже, практически не знали о том, что произошло вчера. Если бы они знали, все было бы гораздо сложнее.       — Ты ведь понимаешь, что, когда они узнают, сводный брат Курта будет охотиться за тобой? — сказал Дерек. — Или та девушка с ними, которая выглядит так, будто уже хочет кого-то выследить.       — Ее зовут Мерседес, и я ни секунды в этом не сомневаюсь… — спокойно ответил Логан. Он посмотрел на Финна. — Хотя я, наверное, смогу с ним справиться.       — Может, не надо? — Дерек поднял бровь. — Ты так близок к исключению.       — Правда… — Логан молча сел на стол. После некоторого момента, когда он уставился в пол, казалось, погрузившись в глубокие размышления о вещах, о которых, по его мнению, он всегда должен был думать, но никогда не делал этого всерьез, он посмотрел на Дерека. — …Я облажался, да? На этот раз сильнее и хуже?       — С чем?       — Курт… Блейн… школа… жизнь?       — Добро пожаловать в старшую школу, — Дерек встал и вздохнул. — С другой стороны, признание того, что у тебя есть проблема, — это первый шаг, — он двинулся к выходу из палатки.       — …я… я думаю, что перестану гоняться за Куртом.       Дерек остановился, услышав заявление, которое он не ожидал услышать, по крайней мере, до выпускного класса. Он медленно повернулся.       — Прости?       Логан пристально смотрел на него, оценивая его реакцию.       — Я имею в виду… серьезно попытаться. Раньше я… я не особо старался. Я просто чувствовал, что… если он мне действительно нравится, я не смогу так просто отказаться. Думаю… мне стоит попробовать сейчас. По-настоящему. …если мне действительно не все равно.       Дерек медленно повернулся к своему другу.       — Ты серьезно?       — Да.       — Хорошо… — Дерек кивнул.       — Да.       Пауза.       — Не то чтобы я не испытывал полного облегчения, но… что привело к этому прозрению?       Логан покачал головой, глядя вниз.       — Я… устал. Не в том смысле, как ты думаешь. Я устал от того, что… он смотрит на меня так, будто защищается. Это единственное, что никогда не менялось. Он так… защищается, когда смотрит на меня, как будто… боится, — он коротко улыбнулся Дереку. — Лучшие моменты, которые я когда-либо переживал с ним, были каждый раз, когда он улыбался мне… когда он смотрел на меня и улыбался без всякой защиты. Такое случалось только… может быть, дважды.       Логан глубоко вздохнул — он устал гораздо больше, чем следовало бы.       — …Я просто хотел, чтобы он посмотрел на меня.       — Это не значит, что ты ему безразличен, Логан.       — Дело в том, что если я буду продолжать… если я буду продолжать это делать, я потеряю его. Я уже потерял его. Я думаю… я должен отступить. Я должен отпустить его.       Еще одна пауза. Дерек поднял на него глаза, чувствуя себя немного неловко.       — С тобой… все будет в порядке?       Логан поднялся из-за стола и сел обратно на стул.       — …Я должен попытаться, — костяшки его пальцев побелели, когда он сжимал ручку. Он слегка дрожал. — …Я должен попытаться.       Дерек посмотрел на него и наконец понял, что Джулиан имел в виду. Логан сейчас был так сильно увлечен Куртом, что Джулиан практически не мог появиться на радаре. И если смотреть на это со своей стороны, то да, он мог понять, насколько это больно. Должно быть, Джулиану действительно пришлось нелегко, раз он выдержал все эти годы. Может, побег помог. А может, он просто не мог оставаться в стороне. Так же, как Логан не мог оставить Курта в покое.       Дерек просто вышел из палатки, пробормотав:       — Ты такой тупой.       — Что это было?       — Ничего! Я собираюсь смело отправиться в зону боевых действий и надеяться, что карма меня не подкосит!       — Эй!       Дерек остановился и оглянулся, чтобы увидеть, как Логан поднимает заслонку палатки и раздраженно смотрит на него.       — Проследи, чтобы Джулиан не наделал каких-нибудь колоссальных глупостей, пока будет бегать вокруг. Я не хочу, чтобы мне пришлось отбиваться от фанаток или папарацци, когда они выйдут за рамки.       Желание высказать все это ему в лицо было непреодолимым. Дерек почувствовал себя почти в ярости. Но он не собирался говорить Логану то, что Джулиан не был готов сказать сам. Это была проблема Джулиана, а не его. Поэтому он лишь пожал плечами.       — Ладно, — и ушел, так и не дождавшись ответа.       Возвращаясь в палатку, Логан размышлял, разочарованы ли его друзья тем, что он сдался, или просто рады, что он хоть раз попытался помочь себе сам.

***

      — Если ты так хочешь пойти с Шейном на ярмарку, почему ты прячешься под моим пальто? — спросил Курт, с раздражением глядя на невысокого парня, который вцепился в спину его пальто и с опаской поглядывал на толпу. Было трудно тащить Рида за собой и жонглировать стопкой оборудования, которое он должен был нести в направлении сцены.       День предстоял долгий, особенно после того, как ребята из Комитета по аудиовизуальным средствам разбудили его по мобильному слишком рано, чтобы он помог им установить сцену. Конечно, они были Стюартами — если бы они были Виндзорами, то не стали бы будить его сразу после рассвета.       Рид проснулся вместе с ним и прижался к нему, как утенок к матери. Курт нахмурился.       — Шейн наверняка уже проснулся, разве ты не должен быть с ним на ярмарке? Ты уже несколько дней ноешь об этом.       — Стало неловко, — пробормотал Рид, стыдясь самого себя и ужасаясь этому. — …знаешь, после того как он не позвонил, и я расстроился, и… он вдруг появился, и… и я надулся, и… я решил показать ему, каково это, когда звонки игнорируют, и…       — Ты злишься, что он тебя подвел, — уточнил Курт, ставя оборудование у аудиостанции.       Рид беспомощно застонал.       — Что я делаю, Курт? Во что я превратился?       — Да успокойся ты… — Курт усадил его на один из стульев, а сам принялся распутывать провода в своих руках. — Люди раздражаются, делают то, чем не гордятся, говорят то, что не имеют в виду…       — Не надо на меня проецировать, Курт…       Курт только зыркнул на него. Ладно, может, это и правда. Он сказал Блейну «сегодня утром», но у него еще не было возможности сесть и остановиться, чтобы исправить то, что между ними было, даже если бы он знал, что скажет или сделает, а он не знал. Но в данный момент они оба бегали по ярмарке, и если за все утро он так и не увидел Блейна, то это не из-за отсутствия попыток.       Рид вздохнул.       — …Думаешь, я должен отвечать на его звонки?       — Сколько раз он звонил?       Рид взял в руки свой мобильный телефон. На экране высветилось не менее двадцати четырех пропущенных звонков от «Шейна Андерсона» и не менее тридцати восьми сообщений. Курт вздохнул.       — А Блейн тебе звонил? — спросил Рид, убирая телефон в карман.       Курт пожал плечами, заканчивая сматывать провод.       — У меня не было возможности проверить. К тому же… это большая ярмарка, и он, наверное, тоже занят. Как только мы закончим этот безумный день, мы сможем поговорить, — Курт бросил микрофон в футляр и раздраженно захлопнул его. — Не могу поверить, что я не пою на этой ярмарке. Посмотри на эту толпу.       — Огромная, — признал Рид, выглядя бледным. Он сделал паузу, окинув взглядом толпу и посмотрев на Курта. — Как думаешь, если я попрошу Харви, он поменяет тебя со мной? Ведь ты готов это сделать, а я…       — О нет, — огрызнулся Курт. — Во-первых, Харви не уступит. Ты видел его лицо. И поверь мне, если бы я думал, что смогу его убедить, я бы говорил с ним прямо сейчас и не уходил, пока не смог бы выйти на сцену. А во-вторых, ты не собираешься отказываться от своего первого соло.       — Неважно, будет у меня первое соло или нет, — ныл Рид, плюхаясь на стул, как тряпичная кукла. — Это никого не волнует, а я забочусь о свете прожекторов гораздо меньше, чем ты…       — Рид! Ты не упустишь эту возможность, не упустишь — или я от тебя отрекусь, — прорычал Курт, уперев руки в бедра. — Ты называешь себя Соловьем? Вставай. Давай, — он схватил Рида за руку и попытался стащить его со стула, но Рид совсем обмяк, упал на пол, как промокший плащ, и не встал. — Рид! Ну же, ты ведешь себя как ребенок.       Рид неохотно поднялся на ноги и отряхнулся, когда Курт бросил на него неодобрительный взгляд. Кудряшка виновато посмотрел на своего друга.       — Прости, я знаю, что не должен вести себя так рядом с тобой, тем более что ты хотел петь на ярмарке… Но… я действительно сейчас не чувствую себя уверенно, — Курт поджал губы. — Ну так перестань себя накручивать, — он взял Рида за руку в перчатке. — Пойдем. Пойдем.       — Куда?       — Сделаем, чтобы тебе было удобно петь перед этой толпой.       — Что? — Рид выглядел так, словно Курт только что предложил ему воздержаться от участия в Неделе моды в Париже. Курт проигнорировал внезапное отсутствие цвета на лице Рида и потянул его за собой по ярмарочной площади. После утренней беготни с комитетом по оборудованию и помощи в установке всего необходимого Курт, вероятно, уже знал, где что находится на этой ярмарке.       Трио Соловьев совместными усилиями создало что-то вроде закрытой кабинки для записи, с очень хорошим микрофоном, чтобы пары могли петь друг другу песни о любви и приносить домой диск с записью. Это было очень умно и уже пользовалось популярностью. К тому времени, как они пришли туда, там уже собралась толпа девушек, ожидающих своей очереди в надежде записать собственные песни, и парней, надеющихся спеть серенаду подружкам, поскольку в кабинке можно было выключить звук снаружи или позволить парням, управляющим ею, включить колонки снаружи, чтобы люди могли тебя услышать.       Последний вариант оказался на удивление популярным.       Когда Рид увидел, куда его ведет Курт, он тут же остановился, как мертвый груз, который чуть не отбросил Курта назад. Курт закатил глаза.       — Да ладно. Ты же собираешься это сделать. Ты действительно хочешь так волноваться, когда будешь выступать потом? Ты выступал на Зимнем фестивале, черт возьми.       — Да, но ты пел со мной, и это немного облегчило ситуацию!       Курт зыркнул на него.       — Ты уверен, что хочешь так волноваться? Шейн будет смотреть на твое выступление, как бы неловко ты себя ни вел рядом с ним.       Когда лицо Рида стало пунцовым, это произвело желаемый эффект. Курт улыбнулся и прошел мимо очереди к Бейли, который, как и следовало ожидать, был одним из тех, кто подошел к музыкальной кабинке.       — Привет, Курт! — весело сказал он, опуская наушники — и снова было слышно, как из них громко бьет музыка. — Похоже, наша будка стала хитом. Это будет довольно большой вклад.       — Однако вы все не из одного факультета, — заметил Курт.       — Да, но мы решили разделить прибыль на троих, так что каждый факультет получит свою долю, — Бейли ухмыльнулся ему и Риду, который ярко улыбнулся ему.       — Неплохо, — усмехнулся Курт, прижав руку к бедру. — Нам нужна небольшая услуга.       — Хочешь попробовать, а? — Бейли ухмыльнулся в ответ.       Музыка зазвучала через гарнитуру Бейли и внешние динамики, как только он нажал кнопку «Play» на пульте управления. Рид захихикал из кабины, когда Курт надел наушники ему на голову. Это выглядело довольно забавно.       — Но я пою, только если ты тоже поешь, — напомнил ему Рид.       — Разве это не сводит на нет всю цель этого упражнения? — Курт поднял бровь.       — Курт, ты не оставишь меня в этой кабинке — клянусь, я сбегу. Обязательно.       — Хорошо! Ладно… — Курт закатил глаза, надел наушники, и они вдвоем встали вплотную к студийному микрофону. Вероятно, это был единственный раз, когда он пел для публики сегодня. — Просто пой. Ты знаешь эту песню, — снаружи люди в очереди с любопытством смотрели на двух симпатичных парней у микрофона.       Бейли помахал им рукой и, щелкнув переключателем микрофона, дал сигнал, что они готовы. Курт, стоявший перед стеклянной витриной, отошел в сторону, чтобы не загораживать Риду вид на толпу. Когда заиграла песня «Fools Like Me», Рид все еще выглядел немного неловко и бросил на Курта многозначительный взгляд, умоляя его выступить первым. Курт вздохнул, слегка улыбнулся и наклонился вперед.

Everybody go…

The party's over

I want to be alone in my head, in my bed tonight

You never show…

      Девочки снаружи разразились возгласами восторга. Они хихикали, пытаясь заглянуть внутрь, гадая, кто этот элегантный мальчик, поющий в микрофон, и кто его очаровательный кудрявый друг. Ребята Далтона, сидевшие в соседних кабинках, подняли головы при звуке знакомого голоса Курта и заулыбались.       Курт ободряюще кивнул Риду, когда тот запел:       — I'm right back where I started…       И Рид присоединился к нему:       — When it comes to wanting you…       — I can't have what I wanted… — Курт продолжил, с улыбкой кивнув Риду, и они оба запели:

But I did, I can; I was, I am only human; living, dying

Just like any fool who ever breathed…

If love is blind, if love's a drug;

It always is, it always was and love was surely made for fools like me…

      Курт улыбнулся, почувствовав, что возле кабинки собралась толпа, которая с любопытством заглядывает внутрь и интересуется, кто поет. Он ухмыльнулся. По крайней мере, это поможет Риду справиться с нервами, а Курт сможет получить свою аудиторию. Он бросил взгляд на Рида, и его друг, явно чувствуя себя лучше, наклонился к микрофону и запел,

I know where I'm going

I'm tripping, I'm sliding around, that's ok

At least I'm excited…

      Они снова объединились в песне, оба наклонились к единственному микрофону:

It wasn't how I planned it (wasn't how I planned it; Feet are where I landed; At least I understand it now)

My feet are where I landed… (feet are staying on the ground)

But I did, I can; I was, I am only human; living, dying

Just like any fool who ever breathed…

      Снаружи толпа одобрительно зашумела, приветствуя двоих в кабинке для записи, а Бейли ухмылялся так сильно, что едва сдерживался, чтобы не прибавить громкость еще чуть-чуть.       А в ряду кабинок, расположенных неподалеку от места, откуда доносилась музыка, стоял Шейн и завороженно слушал, вцепившись рукой в куртку брата.       — Блейн. Блейн!       — Я не глухой, Шейн, я слышу… — Блейн ответил, на его губах появилась небольшая улыбка, когда он поднял голову от починки аптечки. Он взглянул на брата, выражение лица которого говорило о том, что он, возможно, слушает ангелов, а не просто пару участников школьного хора.

Fools like me; Fools like me…

      — Хочешь подойти поближе? — терпеливо предложил Блейн после того, как стало казаться, что Шейн неподвижен и его не оттащить от звука.       — Да, пожалуйста, — автоматически ответил Блейн, и именно Шейн потянул их к музыке.       Но это было легче сказать, чем сделать: когда они достигли периферии музыкальной кабинки, там уже собралась целая толпа, слушавшая двух участников знаменитого хора Академии Далтон. Ученики и гости окружили кабинку, и Блейн мог поклясться, что видел, как сквозь тела в толпе мелькнула куртка Маккинли.       Шейн вскочил на ноги, чтобы посмотреть, и сквозь море голов увидел двоих в кабинке, которые двигались под музыку и с улыбками пели.

Maybe it's the sanest thing or just the sweetest kind of dream

But love was surely made for fools…

Love was surely made for fools…

Love was surely made for fools like me…

      Музыка остановилась, и снаружи кабинки раздались одобрительные возгласы учеников Далтона. Бейли улыбнулся им из окна, показав большой палец вверх, а Курт и Рид рассмеялись, сняв наушники и повесив их на место, прежде чем выйти из кабинки. Их встретили аплодисменты и благодарные взгляды собравшейся толпы.       — О, я определенно могу понять, как Рэйчел живет на аплодисментах, ну, знаешь, в такие моменты… — вздохнул Курт, с довольной улыбкой оглядывая толпу.       Рид, хотя и был благодарен за реакцию, полученную от толпы, бросил на него косой взгляд.       — Тогда забудь о Динь-Динь, вы двое должны быть бессменными правителями Сказочной страны.       — Я слышал.       Вдвоем они подняли глаза и увидели слева от себя двух действующих див «Новых направлений». Рэйчел смотрела на них, прижав руки к бедрам, но Мерседес выглядела просто безумной. Курт уставился на них широко раскрытыми глазами.       — Вы уже здесь?       — Мы все собираемся поговорить, — Мерседес схватила Курта за обе руки, но Риду она улыбнулась гораздо ярче и дружелюбнее. — Рид, милый, как ты думаешь, ты сможешь найти для нас мальчиков? Мы потеряли их на ярмарке и вроде как собирались накричать на Курта и Блейна одновременно?       — Что? — шипел Курт.       — Ладно, — Рид слегка нервно улыбнулся, заметив кинжальный взгляд Курта, но тут же помчался в другом направлении. Прежде чем Курт успел возразить, выражение лица Мерседес снова стало мрачным, и она потянула их за собой в толпу ярмарки.       Выбравшись из толпы, Брай посмотрела на других членов «Чистой энергии», идущих к ней, а затем вернула взгляд к комбинации «Соловьев» и «Новых направлений», которые только что разошлись в разные стороны.       — Неплохо, — пробормотал Лео, поедая яблоко и наблюдая за тем, как они уходят.       — Мужик, заткнись, — проворчал Девон, нахмурившись. — И ради этого Том заставил нас лететь из Нью-Йорка? Ну и дела.       — Даже не заикайся, ты же знаешь, что они были хороши, — огрызнулась Шей на своего парня, выражение лица которого тоже было мрачным.       — Их было только двое, Брай, — добавила Миа, впервые не выглядя так благодушно.       — А как остальные звучат вживую?       — Посмотрим, — наконец сказала Брай, авторитетно заявив, что является их со-капитаном. Она слегка ухмыльнулась. — Кроме того… петь в музыкальной будке — это одно. Могу поспорить, что эти мальчики сломаются под давлением настоящего шоу.       Признаться, ее перья немного взъерошились от такого неожиданного выступления, особенно от того высокого, что сидел в кабинке, но тот, что поменьше, не выглядел как материал для выступления.       — Может, покажем им, как это делается…? — пробормотала она.       — Подожди, — Лео нахмурился и подошел к ней, глаза потемнели. — Ты хочешь, чтобы мы… здесь?       — Сейчас? — повторила Миа, выглядя немного обеспокоенной. — Мы на их территории, Брай, разве это такая уж хорошая идея?       — Эй, это не соревнование, — ухмыльнулась Брай. — Мы просто… веселимся, — она ушла. Это и эти Соловьи — совсем не соревнование.

***

      Шейн протиснулся сквозь рассеивающуюся толпу и вдруг обнаружил, что потерял из виду свою цель. Курта и Рида нигде не было — он был уверен, что мгновение назад они стояли рядом с киоском, а теперь их не было, словно они испарились в воздухе. Быстро вытащив телефон, он набрал номер Рида и попробовал дозвониться до него.       — Шейн, я же говорил тебе, не убегай так просто, — сказал Блейн, появляясь рядом с ним и хмурясь. Судя по тому, как он обвел взглядом толпу, возможно, он искал не только Шейна. — Я должен отвечать за тебя, помнишь? И мне нужно вернуться в палатку первой помощи.       Звонок сразу же перешел на голосовую почту. Шейн ворчал и вешал трубку, выглядя очень расстроенным.       — Он все еще не отвечает.       — Если он не отвечал первые два десятка раз, когда ты звонил, почему ты думаешь, что он ответит сейчас? — ответил Блейн, оттаскивая брата.       — Я понимаю, что ты расстроен, но не надо срывать злость на мне, Блейн, — запротестовал Шейн. — Это твоя привычка, ты обычно погружаешься в свое большое темное облако раздражения. И в отличие от тебя, я готов найти Рида и унижаться, если потребуется!       — Ну, похоже, ему сейчас не очень хочется слушать твои унижения, — вздохнул Блейн. — Я просто говорю, пусть он остынет.       Толпа уже сгущалась. А его телефон только что оповестил его о сообщении от группы первой помощи ярмарки — к ним внезапно обратились несколько человек, у которых возникли странные побочные эффекты от какой-то еды с ярмарки. У Блейна возникло тревожное подозрение, что Дрю и Сатору действительно осуществили свои планы и заразили часть еды тем, что успели приготовить в последний момент.       Если судить по прошлому году, открытие школы для публики обычно приносило немало хлопот тем, кто был приписан к палатке первой помощи на ярмарке, то в этом году работы будет вдвое больше. Блейн почувствовал, что страх поднимается на новый уровень — как же он теперь найдет Курта в этой неразберихе?       — Но ты же должен был поговорить и с Куртом, — ныл Шейн, как будто Блейн не был полностью осведомлен об этом факте. — Разве мы не можем просто найти их обоих и все исправить?       — Я пытался дозвониться, но он тоже не отвечает, — Блейн вздохнул, отправляя сообщение всем в Виндзоре: Дрю что-то подмешал в еду. Узнайте что!       — Я решил, что он занят, но если у него есть время петь с Ридом, то, наверное, он избегает меня. Не могу сказать, что я его виню, — он ворчал про себя. — …я действительно вел себя как придурок.       — Опять твое облако раздражения.       — Я ничего не могу с собой поделать, Шейн.       — Вот почему ты должен пойти со мной и все уладить! — сказал Шейн, глядя на брата широкими глазами. — Ты не можешь потерять Курта, Блейн — ты и так потерял слишком много людей. И я никогда не видел, чтобы ты так относился к человеку. Никогда.       — Думаешь, я не знаю этого? — наконец сказал Блейн, повернувшись к нему в отчаянии.       Лицо Шейна расплылось в ухмылке — он не любил, чтобы настроение брата брало верх над ним в такие моменты.       — Ну и что? Чего мы ждем? Пойдем поговорим с ними, — он схватил Блейна за руку и сделал несколько быстрых шагов по ярмарке — и тут же остановился.       Блейн терпеливо отдернул руку.       — Ты ведь не знаешь, где они?       — …нет.       Телефон Блейна сходил с ума от сообщений о том, что его ищет команда первой помощи.       — Хорошо, Шейн. Я обещаю, что мы их поищем, но пока давай пойдем в палатку? Потому что я должен выяснить, что Дрю положил в еду и в какую еду он ее положил, хотя бы для того, чтобы убедиться, что никто больше не ест эту дрянь. Кроме того, как только я узнаю, что это такое, мне придется сообщить об этом Курту и Риду, чтобы они тоже держались от этого подальше. Я не могу допустить, чтобы Курт ел эту дрянь.       — Вполне вероятно, что Рид съест это первым, раз уж он так подвержен опасности, как ты сказал, — обеспокоенно сказал Шейн, когда Блейн зашагал дальше.       Шейн глубоко вздохнул. Ему стало интересно, все еще ли Рид в плохом настроении. Он не хотел этого, ради всего святого. Что парню нужно было делать здесь? Ведь в данный момент он был готов практически на все! А выражение лица Рида в то утро! Шейну захотелось ударить себя по рукам. Глупость, глупость, глупость… Александр Грэм Белл должен разбить первый телефон о мою голову…       Мимо одной из будок пронеслась русая голова. Шейн мгновенно остановился. Это был…?       — Шейн? — услышал он голос Блейна.       — Просто… просто дай мне секунду, — Шейн быстро пробирался сквозь толпу, глядя туда, где он видел, как тот прошел мимо. Это был он, должно быть. Он не знал, что будет делать, но просить прощения было неплохо. Или что угодно, лишь бы заставить Рида поговорить с ним!

So scared of breaking it that you won't let it bend

And I wrote two hundred letters I will never send…

Sometimes these cuts are so much deeper then they seem

You'd rather cover up, I'd rather let them be…

Шейн побежал к повороту, но никого не нашел. Где…? Он судорожно огляделся по сторонам и увидел мелькание за очередным углом. Он бросился к нему как раз в тот момент, когда Блейн успел его догнать.

So let me be and I'll set you free…

Ничего. Опять! Шейн со стоном выдохнул. Он все время ускользал от него! И все же, увидев, как мимо одной из будок мелькнуло знакомое дорогое пальто, он снова поднялся на ноги и отчаянно запел,

I am in misery

There ain't nobody who can comfort me, oh yeah…

Why won't you answer me?

The silence is slowly killing me, oh yeah…

И он снова побежал вперед, уворачиваясь от посетителей ярмарки и перепрыгивая через попадающиеся на пути предметы,

Oh, you really got me bad

You really got me bad

Now I'm gonna get you back

I'm gonna get you back…

      Блейн хотел схватить Шейна за спину, но его брат уже снова убежал. Да что с ним такое? Он бы и дальше гнался за братом, пока ему не показалось, что он слышит знакомый голос. Он быстро повернулся — и мог поклясться, что увидел Мерседес, которая тащила за собой парня, в которого он был безумно влюблен.       Гордость, воля и ответственность вылетели в окно при виде Курта. Он бросился к нему.

Your salty skin and how it mixes in with mine

The way it feels to be completely intertwined…

Not that I didn't care, it's that I didn't know

It's not what I didn't feel, it's what I didn't show…

      Протиснувшись сквозь толпу, он прошел мимо кабинок и прижался к одной из стен, оглядываясь по сторонам, чтобы увидеть, как Курта уводят в другое место.

So let me be and I'll set you free…

      Он решительно двинулся вперед, туда, где сейчас стоял Курт, с таким видом, словно вел намеренную дискуссию с Рейчел и Мерседес. Все три дивы разговаривали с хмурыми лицами. Блейн быстро подбежал к ним.

I am in misery

And there ain't nobody who can comfort me, oh yeah…

Why won't you answer me?

The silence is slowly killing me, oh yeah…

      Перед Блейном в возбужденной толпе прошел отряд Святого Патрика, и к тому времени, когда вся группа успела пройти мимо, трех див уже не было. Блейн стоял, пораженный, и в тревоге оглядывался по сторонам, пока не увидел алую куртку Рейчел, направляющуюся в сторону кабинок рядом со Стюартом. Он немедленно последовал за ней.

Oh, you really got me bad

You really got me bad

Now I'm gonna get you back

I'm gonna get you back…

      Блейн решил не терять их из виду, и пока он бежал, Шейн бежал почти в том же направлении, следя за волосами Рида в толпе — он вел за собой высокого брюнета в футбольной куртке. Он почувствовал легкое беспокойство. Не собирается же он проводить время с этим парнем ради ярмарки? Да и собирался ли?

You say your faith is shaken, and you may be mistaken

You keep me wide awake and waiting for the sun…

      Блейн не сводил глаз с яркой куртки Рейчел и блестящего шарфа Курта, убедился, что они идут в определенном направлении, и пошел коротким путем, чтобы обязательно столкнуться с ними в следующем переулке. Новые направления были здесь. Они будут в ярости. Судя по выражению лица Мерседес, она была в ярости. Но если кому-то и нужно было все объяснить, то не им — Курту. Он должен был вернуть Курта, он знал это, задыхаясь, пел,

I'm desperate and confused, so far away from you

I'm getting there, I don't care where I have to roam…

      Шейн запыхался, нога начала слегка пульсировать, но он не обращал на это внимания. Куда исчез Рид? Почему он пошел с этими парнями и почему не берет трубку?       Неподалеку от них Блейн сокрушался. Шейн увидел своего брата, стоящего перед той же будкой, что и Блейн. Они оба посмотрели в ту сторону, куда шли оба, и двинулись в том направлении, уворачиваясь от людей.

Why do you do what you do to me, yeah?

Why won't you answer me, answer me yeah?

Why do you do what you do to me yeah?

Why won't you answer me, answer me yeah?

      Они увернулись от водоворота пейнтбольных шаров, когда проходили мимо одного из стендов, уже установленных Близнецами, и едва не промахнулись мимо снарядов — один из них задел рубашку Шейна, — и достигли места, где в этот момент должна была проходить вся группа:

I am in misery

And there ain't nobody who can comfort me, oh yeah

Why won't you answer me?

The silence is slowly killing me, oh yeah

      Но их и след простыл.

Oh you really got me bad

You really got me bad

And now I'm gonna get you back

I'm gonna get you back…

      Шейн пыхтел, держась за недавно восстановленную ногу. Он чувствовал себя как Грег Хаус в плохой день.       — Куда они пошли?       — Понятия не имею, я был уверен, что они пошли в ту сторону… — Блейн огляделся по сторонам в поисках хоть каких-нибудь признаков Курта. Как они могли просто исчезнуть? — Может, они ушли…       ПАУ!       И оба Андерсона оказались заляпаны белой и красной краской, ошеломленные молчанием. По их лицам, волосам и одежде стекали красные и белые струйки от неприлично больших шариков с краской, брошенных с хирургической точностью. Позади них раздался взрыв истерического хохота, вызванный двумя одинаковыми голосами.       — Прямое попадание! — воскликнул Эван.       — Их оружие очень мощное, сэр, мы не выдержим еще одного такого попадания! — процитировал Итан, ухмыляясь от уха до уха.       Блейн смотрел на них, практически не реагируя.       — Эй, если проходишь мимо нашей будки и не здороваешься, то просто напрашиваешься на это, — усмехнулся Эван.       — Итак, привет, — радостно сказал Итан, ухмыляясь.       С Андерсонов капало, и их встретило ошеломленное молчание. Эван подался вперед и обнял Блейна за плечи.       — Да ладно тебе, ворчун. Ты провалялся все утро, мы тебя видели!       — Не унывай! — радостно сказал Итан, обнимая Шейна аналогичным образом. — Все образуется, вот увидите. Нет смысла расстраиваться, когда все вокруг так счастливы, понимаете?       — Мы все здесь веселимся, и вы тоже должны!       — Поверьте нам, это облегчит последующий разговор, когда ваше настроение станет лучше!       При этих словах Шейн закрыл глаза и тщательно стер краску с лица руками. В данный момент он был похож на клубничный молочный коктейль, но для человека, обычно склонного к безумствам, подобным полетам близнецов, он выглядел потрясающе уравновешенным.       — Блейн… — очень спокойно сказал он, глядя на своего брата, праведно возмущенного. — Я хотел бы получить твое разрешение на их уничтожение.       — О, я тебе помогу, — прорычал Блейн и бросился на близнецов, которые закричали от восторга и бросились бежать, бросая в двух Андерсонов еще больше шариков с краской.

***

      Джулиан зашипел от раздражения, когда мимо него промчалась пара высоких белокурых близнецов, их шарики с краской едва не задели его, когда они бросились на пару разноцветных Андерсонов, разбрасывая краску во все стороны на бегу.       Актер застыл, глядя на Блейна — красная, белая и розовая краска на его кудрях краска все еще стекала с его лица, — и задался вопросом, что, во имя всего хорошего, что есть на Голливудском бульваре, Логан когда-либо видел в этом невысоком теноре. Конечно, он был очень приятен на вид и умел вести мелодию, но кроме этого…       Лицемер. Именно это и привлекло внимание Логана в первую очередь.       Его собственный мысленный голос был настроен против него. Замечательно.       Женщинам на ярмарке не потребовалось много времени, чтобы понять, что Джулиан Ларсон бродит по окрестностям без телохранителей и практически без защиты, если не считать других стюартов, которые, вероятно, не имели ни малейшего представления о том, что происходит, когда он материализуется в общественном месте.       Первые две девушки, понявшие, кто он такой, едва не свернули себе шеи, забыв о своих парах. Джулиан на мгновение снял темные очки, чтобы протереть глаза — прошлой ночью ему не удалось поспать после того, как он снова и снова пытался вспомнить о том, что уехал из Далтона. В конце концов, результат был ожидаемым:       — К черту, я устал. Я ухожу.       Его график, его работа, его жизнь, может быть, и не очень хороши в свете всех галогенных ламп Лос-Анджелеса, но это было лучше, чем сгорать под презрением Логана. Какого черта они вообще дружили?       Именно об этом он думал, когда подошел к одному из киосков с едой и попытался найти что-нибудь перекусить. Девушка неподалеку заметила его и зашепталась со своими друзьями. После некоторых уговоров она подошла, сохраняя благоразумную дистанцию, и вежливо спросила, не Джулиан ли он Ларсон.       Какой смысл отказываться? Она знала ответ, а вопрос задала лишь из формальности. Поэтому он сказал, что он и есть. Хотя группа вежливо попросила его расписаться на их рукавах и сделать пару снимков на камеры мобильных телефонов (парни, управляющие киоском с едой, все это время хихикали), это был лишь вопрос времени, когда все пойдет кувырком.       Еда Джулиана оставалась нетронутой, пока они подходили ближе, и маленькая стайка постепенно уплотнялась. Человек не смог бы понять, что внутри у него все бурлит из-за неудачного начала дня и того, что он проголодался. Когда Джулиан был «в ударе», он действительно был в ударе. Слишком хорошо обученный в Голливуде, чтобы поступить иначе.       В этот момент члены официального фан-клуба Джулиана Ларсона, преследующие ярмарку, поняли, что происходит.       У него были считанные секунды, чтобы сбежать. Маршалы уже поняли, что происходит, но они могли лишь попытаться вмешаться, а Джулиану нужно было уходить, пока есть возможность.       Именно тогда он встретил Адама.       Рука, схватившая Джулиана за запястье, была невероятно сильной и принадлежала человеку одного с ним роста и размера. Парень из Далтона, схвативший его в толпе, тащил его за собой так быстро, что Джулиан думал, что упадет.       — Давай! — шипел парень, носивший форму Далтона под толстым черным плащом.       Пока маршалы пытались всех успокоить — никто, конечно, не был в восторге, и некоторые девушки все же погнались за актером, — высокий темноволосый парень, утащивший Джулиана за собой, продирался сквозь толпу, снимая лыжную шапочку и натягивая ее на Джулиана, пытаясь замаскировать его слишком ухоженные локоны.       — Кто ты, черт возьми, такой? — потребовал Джулиан, когда они, задыхаясь, забежали в переулок на углу Саус и Мейн, кстати, там же, где Карофски некоторое время назад украл Курта. Теперь они, задыхаясь, пытались отдышаться, а Джулиан старался разглядеть своего маловероятного спасителя. Он выглядел ровесником, был выше ростом и немного шире в плечах. Парень ухмылялся, но при этом выглядел смущенным.       — Адам Клавелл, — ответил он низким голосом.       Джулиан оглядел его.       — Почему ты в форме?       — Я новенький; я не знал, что сегодня мы не должны носить форму. А потом мне просто не хватило ума переодеться.       На его лацкане виднелся значок. Ганновер.       — Ну да… — Джулиан попытался перевести дыхание. — Спасибо за спасение, наверное.       — Кинозвезды ведут бурную жизнь… — Адам вздохнул, достал сигарету и положил ее между губами. Его бледные и дрожащие руки, обнаженные на холодном воздухе, подняли зажигалку. Джулиан посмотрел на него и, кажется, заметил. — О, прости. Тебе не нравится, когда рядом с тобой курят, — он раздавил сигарету под ногами.       — Откуда ты знаешь? — Джулиан поднял бровь.       Теперь Адам выглядел еще более смущенным, опустив свои серые глаза.       — Извини. Я… наверное, я тоже твой поклонник.       Джулиан фыркнул, прислонившись к кирпичу здания.       — Со сковородки да в огонь… — он посмотрел на него с весельем. — Ты вытащил меня сюда для частного интервью?       — Не совсем… — ответил Адам, пожав плечами. — Кроме того, у меня уже есть твой автограф. Ты не помнишь, но ты дал мне его еще во втором сезоне «Кое-что поврежденное». Тогда впервые объявили, что ты будешь сниматься в сериале.       Губы Джулиана скривились в ухмылке.       — Ты мой фанбой.       Адам выглядел смущенным.       — Я знаю, я жуткий.       Актер теперь гадал, в какую сторону качнется этот парень, ведь большинство парней больше интересовались красивыми девушками из сериала. Но разве это имело значение?       — В любом случае… — Джулиан встал и огляделся. — Море бушующих гормонов исчезло, — он стянул с головы дурацкую шапку и бросил ее Адаму. — Спасибо за спасение. Я ухожу.       — Эй, подожди, — Адам подошел к нему, достал из карманов пару сэндвичей и протянул ему. — Ты не ел. Я видел, как эти девчонки одержали над тобой верх. Вот.       Жареная индейка. Любимое блюдо Джулиана. Конечно, фанбой знал, что ему нравится. Несмотря на себя, его это позабавило. Он кивнул ему, передавая второй сэндвич.       — Пойдем выпьем что-нибудь с этим.       Лицо Адама засветилось.       — О. Хорошо.       Джулиан вышел из переулка вслед за Адамом, который выглядел еще более неловким теперь, когда не скакал по территории, как лошадь, и пока они шли, Джулиан заметил Курта, Рида и группу странных детей, которых он не узнал. Курт был единственным, кто сидел. Все остальные окружили его.       — Эй, ты не против, если мы остановимся у информационной палатки? — пробормотал Джулиан.       — Зачем?       — Друг хотел бы знать, что его «дива» забилась в угол.

***

      — И вот что произошло? — сказала Мерседес, глядя на Курта после того, как долгий и напряженный рассказ был наконец закончен.       — Почти, — глубоко вздохнул Курт, скрестив руки на груди.       — …Тогда ладно — теперь я просто не знаю, кого из вас я хочу сначала приправить, а потом зажарить.       Они начали разговаривать с самого начала прогулки, но никак не могли найти место, где на ярмарке было бы достаточно тихо, чтобы они могли поговорить обо всем этом. Каждый раз, когда они переходили на новое место, там происходило что-то еще — один подводный камень за другим в превратившемся в лабиринт учебном заведении, — пока они не нашли убежище в районе Сауc и Мейн, который был не так часто посещаем.       Рид прибыл с несколькими членами хора МакКинли (потому что, честно говоря, как он мог не заметить голову Финна, покачивающуюся над плечами остальных участников?) На собрании присутствовали Рейчел, Мерседес, Сантана и Финн, но остальные так и не появились на ярмарке. Он также не смог найти Блейна, который, вероятно, находился среди сумасшедшей группы первой помощи, которая, судя по всему, принимала поток ребят, съевших на ярмарке что-то такое, что заставляло их бегать в туалет каждые пятнадцать минут.       В конце концов вся группа укрылась на безлюдных скамейках у Южного и Главного корпусов, и, наконец, события были полностью пересказаны, включая то, что произошло в зале, в кафетерии и наказание.       — Так ты тоже не выступаешь? — спросила Рейчел, почти с большим сочувствием относясь к потере внимания, чем к драке с парнем. Курт недоверчиво посмотрел на нее, но ответил:       — Нет, не буду. Никто из нас не будет.       — Думаю, мне стоит еще раз поговорить с тем Логаном, — сказал Финн, нахмурив брови.       — Нет! — Курт тут же ответил, пристально глядя на него. — Оставь это. Все кончено.       — Все будет кончено, когда я скажу, — огрызнулась Мерседес. — Меня не волнуют высокий рост, блондинка и Аберкромби в палатке, меня волнует то, насколько глупа эта ссора между тобой и твоим мужчиной.       Курт слегка поморщился. Выражение «его мужчина» впервые прозвучало в адрес Блейна из уст его друга, и это было похоже на обвинение. Он бросил на нее взгляд и ответил:       — Я, по крайней мере, думал, что вы все будете на моей стороне. По-моему, я вполне справедливо заметил, что он установил двойные стандарты и что я не сделал ничего такого, за что меня можно было бы обвинить в прелюбодеянии. Ведь по сравнению с некоторыми вашими выходками… — он поднял бровь. Под безжалостным натиском правды лица нескольких его друзей окрасились в пунцовый цвет, в разной степени выражая дискомфорт и внутреннюю ярость.       Финн вздохнул, сел рядом с ним и сказал:       — Слушай, мы тоже не говорим, что его поступок был правильным, — он слегка пожал плечами. — Я имею в виду, что это был довольно дерзкий поступок, и он не должен был так на тебя срываться.       — Мы просто говорим, что ничего не решится, если вы оба не встретитесь лицом к лицу и ты не расскажешь ему то, что рассказываешь нам сейчас, — сказала Мерседес.       — Прости, а разве он уже не сделал этого? — Сантана подняла бровь. — И вот что получилось в итоге. Ты что, хочешь, чтобы они устроили этот маленький праздник крика посреди ярмарки?       — Тогда отлично, пришло время для вас, призоловов, провести второй раунд, — подняла бровь Мерседес. — И на этот раз вам обоим придется выслушать другую сторону и попытаться взглянуть на ситуацию с другой стороны.       — Я уже несколько дней пытаюсь взглянуть на это с его стороны, — проворчал Курт, скрестив руки на груди.       — Тогда это должно быть легко, — Мерседес сверкнула глазами.       — Ты же сказал, что хочешь поговорить, — мягко добавил Рид, глядя на друга. — И я уверен, что Блейн не стал бы тебя игнорировать. Думаю, он тоже хочет тебя видеть, — он сел рядом с Куртом с другой стороны. — На следующий день после вашей ссоры я видел, как он стоял возле комнаты, словно ждал тебя. Он выглядел… немного раздавленным, когда я сказал ему, что ты ушел.       Курт посмотрел на него, затем на своих друзей, которые выжидающе смотрели на него.       — Хорошо, но могу я спросить — есть ли какая-то причина, по которой вы все так на меня смотрите?       — Курт, мы видели, как ты был счастлив… — Рейчел ответила, пожав плечами. — Мы просто хотим убедиться, что все так и останется? — она усмехнулась.       — Только честно, — подняла бровь Мерседес. — Ты не можешь сказать мне, что хотя бы часть причины твоего недовольства сейчас в том, что сегодня День святого Валентина и вы с ним ссоритесь.       — Я даже не люблю День святого Валентина, — заметил Курт.       — Но он ведь тебе нравится, верно? — Мерседес ухмыльнулась, когда ее встретила фригидная тишина и укоризненный взгляд друга. — Ладно, пойдем, — она потянула его. — Пойдем, найдем его, а потом разберемся с этим.       — А теперь я могу пойти поговорить с этим Логаном? — спросил Финн, все еще хмурясь. — Чтобы убедиться, что он не вмешивается?       — Нет, Финн, — вздохнул Курт в отчаянии. — Я уже кричал на него в коридоре, думаю, он все понял, — девочки уставились на него, и он закатил глаза. — Один из моих не самых лучших моментов, но тогда я был в настроении. На самом деле я не видел его весь день…       — Ну, когда мы его увидели, он выглядел немного подавленным, — сказала Рейчел, моргнув. — Полагаю, это сработало.       Конечно, сработало, Курт знал это. Он донес до Логана эту мысль, потому что это был единственный способ заставить его слушать. Возможно, ему следовало быть твердым с самого начала, но он всегда чувствовал, что половина причины, по которой Логан был так настойчив, заключалась в его состоянии. Ему приходилось напоминать себе, что причина — это только часть его состояния, а все остальное — это Логан, который хотел своего и добивался своего, если мог.       Но ему было не все равно. Ему было небезразлично, как это повлияет на ту, которая так сильно к нему привязалась.       — О нет, не волнует, — проворчала Мерседес, потянув его за собой. — Я знаю, о чем ты думаешь, и не стоит все усложнять. Сначала мы разберемся с тобой и Блейном, а потом уже с ним.       — Надо бы найти и остальных, пока они не попали в беду в этом месте — что с ними вообще случилось? — пробормотала Рейчел, оглядываясь по сторонам.       — Мы потеряли их после того, как Бритт начала таскать Арти по ярмарке — перевозбудилась, — Сантана закатила глаза, но в это время разговаривала по телефону. Она дважды перевела взгляд на сообщение. — Подожди. Похоже, она в палатке первой помощи вместе с остальными.       — Зачем?       — Откуда мне знать? Она говорит только, что Арти и Тина съели что-то плохое, — Финн выглядел растерянным и обеспокоенным. — Я не понимаю, все, что я видел, как они ели, это шоколадное печенье.       Курт удивленно посмотрел на него.       — Печенье? Какое печенье?       Озадаченный, Финн достал из кармана куртки прозрачный пакет с печеньем и протянул ему.       — Вот это, — Курт взял их и уставился. Они выглядели почти так же, как те, что он делал для Виндзора. Финн добавил. — Мы купили их в одном из киосков с сине-золотыми полосками.       Курт поморщился — услышать, что что-то пришло из «сине-золотого», вряд ли было хорошей новостью. И тут Финн вдруг схватился за живот, как будто его ударили по кишкам.       — Вообще-то… если подумать… я не очень хорошо себя чувствую с тех пор, как мы…       Мерседес отшатнулась, когда из желудка Финна раздалось громкое булькающее кваканье.       — Пойдем, — глубоко вздохнул Курт и, взяв Финна за локоть, потянул его за собой. — Палатка первой помощи.       — О, хорошо, — усмехнулась Рейчел. — Ты же сказал, что Блейн на дежурстве — мы можем столкнуться с ним.       — Думаю, я лучше пойду в туалет… — простонал Финн, побледнев.       — Нет, давай сначала посмотрим, могут ли они дать тебе какое-нибудь лекарство… — настаивал Курт, потянув его за собой. Желудок Финна издал еще одно жуткое кваканье, и группа тут же обступила его со всех сторон.       — О, Финн, это звучит очень плохо… — Рейчел поморщилась, когда Курт повел их обратно на ярмарочную площадь. Финн начал стонать, как умирающая корова. В этот момент Курт заметил в толпе знакомое лицо и сразу же привлек его внимание.       — Чарли! Привет, Чарли! — он помахал рукой, чтобы привлечь его внимание.       Префект, выглядевший слегка взволнованным, поднял голову и подбежал к нему.       — Привет, Курт, — он посмотрел на Финна. — Что с этим парнем?       — Еще одна жертва войны Близнецов, — проворчал Курт. — Это печенье. Это печенье, Чез, лучше убери его со стендов.       — Я очень сомневаюсь, что Близнецы имеют к этому отношение — им чертовски нравится твое печенье, — пробормотал Чарли, глядя на Финна, который отстегнул рацию от пояса, чтобы предупредить другого префекта. — Но Дрю и Сатору, возможно, решили сделать свою собственную партию, и вот результат.       — Сколько раз я должен повторять вам, ребята, чтобы вы не пытались одомашнить себя без надлежащего присмотра? — потребовал Курт.       — Не говори мне, Курт, это они…       — Чувак! — Финн почти крикнул Чарли. — Туалет! Где?       Чарли уставился на него.       — Тебе придется пойти в то здание… — указал он. — Саус и Мейн — там полно туалетов.       Финн оторвался от Курта и помчался так быстро, что можно было подумать, будто он стремится к последней секунде тачдауна, проносясь мимо людей, которых, казалось, это не слишком беспокоило — должно быть, знак был обычным в течение всего дня.       — А мы потеряли Финна, — хмыкнула Сантана.       — Кстати, о Близнецах, — Чарли хмуро посмотрел на Курта. — Очевидно, что они устраивают хаос, бросая в людей шарики с краской, так что тебе лучше быть поосторожнее. Думаю, они пытаются рекламировать свою будку с шариками-красками как форму мести на День святого Валентина. Твой парень и его брат пострадали довольно сильно.       И Рид, и Курт вздрогнули.       — Неужели все так плохо? — спросил Рид.       — Спроси сам — вот Шейн.       Шейн остановился в нескольких футах от них, в основном привел себя в порядок, но с одеждой ничего нельзя было поделать — она напоминала Риду малярные плавки после сеанса безостановочной покраски. На его волосах все еще оставались разводы краски, и Шейн выглядел удивленным, возможно, не ожидая обнаружить их прямо здесь. Курт в недоумении уставился на его состояние.       — О, Шейн… — Рид ошеломленно смотрел на него сверху вниз. — Что случилось?       — На самом деле это очищенная версия, — проворчал Шейн, выглядя огорченным.       — Кажется, я вдохнул немного этой дряни.       — А Блейн? — спросил Курт, не в силах смириться с мыслью, что Блейн должен бегать вокруг и выглядеть хуже, чем Шейн сейчас.       — Думаю, он в палатке первой помощи.       При этих словах Рейчел и Мерседес подхватили Курта под локти.       — В таком случае мы идем! — две дивы ухмыльнулись, а третий злобно зыркнул на них, после чего схватил Рида за плечо и кивнул в сторону Шейна. Рид стал пунцовым и бросил на него взгляд «Я понял», когда ученики МакКинли практически унесли своего бывшего члена.       — Удачи, — фыркнул Чарли и похлопал Рида по плечу, после чего тоже поспешил прочь, предположительно, чтобы накричать на двух нерадивых печников, и Шейн с Ридом остались вдвоем.       Они посмотрели друг на друга, и Рид покраснел и отвел взгляд.       — Эм…       — Э-э… — Шейн почесал затылок, выглядя неловко. — Может, мне уже начать унижаться?       — Что? — Рид моргнул.       — Я… сильно запутался за последние несколько дней, извини. Я сказал, что должен быть рядом, но… я вроде как не был, это было очень глупо с моей стороны, и в итоге я просто расстроил тебя… ты не ответил на сорок восемь моих звонков, и… и… и я снова слишком много говорю, — Шейн опустил лицо на ладони.       Рид бросил на него короткий взгляд.       — …Ты можешь стоять на ноге? Ты немного хромаешь.       — Я? Нет, я в порядке! Я великолепен, потрясающе… А насчет тебя…       — Шейн, — Рид нахмурился.       — Все это время я был сосредоточен на том, чтобы поправиться, — наконец вздохнул Шейн. — Я хотел взять тебя на ярмарку без костылей. Но ты же знаешь, какой я рассеянный человек и как легко отвлекаюсь, поэтому я убрал телефон, чтобы сосредоточиться на выздоровлении и не донимать тебя.       Он покачал головой.       — Надо было подумать об этом немного больше. Не подумал о том, что ты мне позвонишь… Подумал, что Блейн будет доставать меня, но… почему я все еще говорю? Не стесняйся заткнуть меня в любое время, Рид, серьезно…       Рид негромко рассмеялся, и Шейн поднял голову с искрой надежды.       — Эй, я заставил тебя смеяться. Это хорошо?       Художник лишь закатил глаза, слегка улыбнувшись.       — Ты действительно сумасшедший.       — Блейн часто говорит мне об этом. Но в основном в эти дни я схожу с ума по тебе, так что…       Рид окрасился в такой пунцовый цвет, что он боялся, что у него лопнет кровеносный сосуд. Шейн снова начал ухмыляться, и Рид бросил на него взгляд.       — Я собирался простить тебя, но если ты собираешься смеяться за мой счет…       — Ладно, извини! Прости! — Шейн поспешил к нему, ухмыляясь.       — Перестань напрягать ногу — присядь, что ли, — сказал ему Рид.       — С ногой все в порядке, — отмахнулся Шейн. — Я сказал, что отведу тебя на ярмарку, и я тебя отведу.       — Мы уже на ярмарке, Шейн.       — Тогда пошли веселиться! — Шейн схватил его за руку и потянул за собой в толпу. Рид не мог не улыбнуться воодушевлению младшего Андерсона и задался вопросом, почему некоторые вещи не могут быть такими же простыми, как эти, постоянно.

***

      Чарли поднял голову и увидел, как Шейн и Рид прошли мимо. Он улыбнулся про себя. Полагаю, на одного меньше. Затем он снова обратил внимание на Уэса, который помогал ремонтировать одну из арок, которую близнецы пробили во время своей предыдущей выходки.       — Черт возьми, Чез, мы тут до смерти заработались! — запротестовал Уэс, размахивая молотком и едва не контузив им префекта Виндзора. — Откуда мне знать, где близнецы? Ты проверил их кабину для рисования шариками или Зеркальный зал?       — Я уже проверил.       Зачем Близнецам два аттракциона (и как они умудряются ими управлять), Чарли не понимал, тем более что они, судя по всему, не были ни на одном из них. Шарики, наполненные краской, были оставлены в покое в огромной корзине на соседнем стенде. Поскольку арсенал остался в полном одиночестве, Чарли начал беспокоиться, что близнецы решили сменить тактику и сделать что-то другое, более разрушительное.       — Их нет ни там, ни в Зеркальном зале, который они устроили на Орионе. Не понимаю, почему — он сегодня немного популярен. Но американские горки в Ганновере все еще убивают нас. Их очередь поднимается на трибуны.       Чарли про себя хмыкнул. Если они продолжат в том же духе, Ганновер будет побеждать уже третий год.       — Ну, я не знаю, — пожал плечами Уэс. — Они могут быть где угодно — им нравится ярмарка. Лично я думаю, что мне стоит поискать там Курта или Блейна. Как бы мне ни хотелось вкалывать в День святого Валентина… — он поморщился, вставая. — …Меня беспокоит, что они до сих пор не разобрались во всем этом.       — Ну, Джастин держал Логана взаперти в информационном киоске — они должны были поговорить без помех, если бы у них была такая возможность, — пожал плечами Чарли.       — Кстати, о Джастине… — Уэс прибил вывеску на место. — Передай ему, что его ищет новый парень из Ганновера.       Это заставило Чарли поднять глаза.       — Новый парень из Ганновера? Ты имеешь в виду Адама?       — Нет, другого, — Уэс вытер руки о джинсы.       — Другого? Джастин сказал, что недавно в Ганновере появился только один новый человек, и это тихий Адам Клавелл, с которым они до сих пор не успели толком пообщаться.       Но Уэс покачал головой, выглядя усталым.       — Коротышка. Иностранный валютчик. Как его зовут? Лорел?       Чарли уставился на Уэса с изумлением.       — Что?       Уэс нетерпеливо огляделся по сторонам и указал пальцем.       — Он. Вон там!       Чарли повернулся и увидел, как невысокий парень в форме Далтона — один из немногих, кто был в форме, — которая казалась ему великоватой, пробегает мимо одной из кабинок, пытаясь заглянуть людям через головы. Когда он бежал, то держал одну руку на кепке газетчика на голове. Это было очень похоже на Оливера Твиста.       Чарли с раздражением покачал головой, отстегивая рацию от пояса.       — Эй, Уэс, почему бы тебе не посидеть с Дэвидом или еще с кем-нибудь?       Уэс пробормотал себе под нос:       — Он с Кэтрин. А у меня нет пары. Не думаю, что вежливо прерывать его.       — Ревность тебе не к лицу, — Чарли уклонился от пинка Уэса и заговорил в рацию, направляясь вслед за маленькой фигуркой. — Эй, Ганновер! Ты жив?       Рация пискнула в ответ, когда по каналу связи раздался голос Джастина.       — Что?       Чарли быстро пробирался сквозь толпу, устремив взгляд на невысокого «парня из Ганновера», который озирался по сторонам.       — Где ты?       — У киосков с едой. Я умираю от голода. Хочешь чего-нибудь?       Он подошел ближе к парню, который, казалось, отвлекся на стенд для бросания колец. Вздохнув, он покачал головой, молча приближаясь к своей жертве.       — Я? Я бы хотел, чтобы ты подошел сюда, к ряду с кольцами.       — Неприятности?       — Для тебя — да.       Наконец-то он добрался до своей беспечной маленькой цели. Чарли тут же протянул руку и схватил парня за заднюю часть пиджака, потянув его назад и вверх.       — Эй! — раздался возмущенный вопль — слишком высокий.       Чарли усмехнулся, крепко сжимая пиджак, так как понял, что не ошибся в своих догадках.       — Кепка — приятный штрих, — сказал он небрежно.       — Отпусти меня прямо сейчас, Чарли! — прошелестели светлые волосы, сбивая с головы кепку, которая так яростно сопротивлялась маленькой фигуре. Пара голубых глаз уставилась на него, а лицо в форме сердца побагровело от унижения.       — Чарли, что происходит? — потребовал Джастин.       — Джастин? — в ужасе произнес пойманный.       Чарли вздохнул и снова поднял рацию.       — Забери свою сестру, Ганновер.       — Черт возьми, Лора!       — Послушай, девочка… — начал Чарли.       — Я лишь немного младше тебя, спасибо тебе большое, и тебе лучше помнить об этом, — промурлыкала Лора Бэнкрофт. — А теперь отпусти меня.       — Хорошо, — Чарли бесцеремонно отпустил ее — Лора приземлилась на ноги и отряхнулась.       Джастин произнес властно.       — Лора, оставайся на месте — я скоро приду, и тебе лучше найти хорошее объяснение этому.       Девушка выглядела совершенно расстроенной и только скрестила руки, ворча.       — Это просто смешно, честное слово. Девушка больше не может ходить на публичные мероприятия?       — Ты должна быть в Лондоне, — напомнил ей Чарли. — И ты это знаешь. Ты не можешь просто так взять и уехать через Атлантику, когда тебе этого захочется, Лора. А путешествие в одиночку не может быть настолько безопасным для тебя.       — Я не ребенок, — ворчала Лора.       Чарли со вздохом посмотрел на младшую сестру своего лучшего друга. Это был не первый раз, когда Лора пыталась проникнуть в Далтон, и остается только удивляться, почему родители позволяют ей так свободно бегать по улицам, ведь она должна быть в школе. Может, она просто скучала по брату? Он снова поднял рацию.       — Ганновер, если подумать, оставайся там, мы пойдем к тебе.       Затем он кивнул Лоре.       — Пойдем. Давай сначала пообедаем, пока Джастин снова не прочитал тебе закон о беспорядках.       Лора сразу же просветлела — обычно она могла рассчитывать на то, что Чарли будет не таким заносчивым, как ее брат.       — О, хорошо. Можно нам печенье, которое, кажется, все едят?       — Нет.

***

      — Что вы знаете, — уставился Дуайт, наблюдая за тем, как Чарли уходит с невысокой блондинкой, появившейся из-под кепки. — Чарли завел себе «говорящий цветок».       — Даже не думай, — усмехнулись близнецы. — Это Лора Бэнкрофт.       — Бэнкрофт — сестра Джастина?       — Ага. Она нам нравится. Она чокнутая, — теперь они оба смотрели на Охотника, который слонялся по ярмарке так, словно всей душой ненавидел ее и ее душевную доброту. — А как насчет тебя, маленький рыцарь? Не скачешь галопом за прекрасной девой?       — Если бы это было так просто, я бы сделал это прямо сейчас, — ответил Дуайт. — Но нет, долг зовет. Я обнаружил довольно сильные дурные предчувствия, исходящие из некоторых мест на этой ярмарке, и у меня есть все намерения найти их и уничтожить ради блага всех присутствующих. Именно поэтому я привел вас.       Близнецы уставились на него. Дуайт лишь закатил глаза и развернул Близнецов к выходу, указывая на сцену, где в данный момент проходил конкурс танцев.       В соответствии с великой традицией, когда человек пытается увидеть самый безумный и постыдный поступок, на который он готов пойти ради того, чтобы подарить своему возлюбленному ослепительный День святого Валентина, несколько парней решили провести на ярмарке мероприятие, в ходе которого люди будут танцевать друг с другом, чтобы выиграть оплаченное свидание с ужином в довольно дорогом французском ресторане. В конкурсе участвовало немало пар (большинство парней привлекли их подружки, которым до смерти хотелось устроить шикарное свидание), но в Силе, как сказал Дуайт, явно происходило какое-то нарушение.       Он случайно оказался поблизости, когда случилась беда. Сначала появилась пара афроамериканских подростков, и они были первыми, кто действительно попросил включить определенную песню для их танца. Это не противоречило правилам, и команда сцены согласилась.       Когда из колонок зазвучала песня Jet «She's a Genius», пара начала эффектно расправляться со всеми остальными парами, участвовавшими в конкурсе. Они танцевали без тени стеснения и определенно умели двигаться. Аплодисменты, которые они вызвали, выбили другие пары из игры.       Пока толпа медленно собиралась, чтобы понаблюдать за танцующей парой, им «противостояла» другая пара — на этот раз с симпатичной блондинкой и стройным парнем в брюках-карго и массивных кроссовках. Они встретили этих двоих с яркими ухмылками, ничуть не испугавшись. И пока первые двое танцевали, толпа изумленно вскрикнула, когда новая пара в точности повторила их движения, а затем перешла к своему собственному стилю танца, включающему в себя несколько акробатических движений. Особенно хороша была светловолосая девочка, которую сильный мальчик с легкостью подбрасывал в воздух, делая сальто.       Первая пара «Чистой энергии» (Девон и Шей) смеялась над двумя акробатами (Лео и Мией) и не выглядела ничуть запуганной. Они отбивались от них чередой танцевальных движений в стиле хипхоп, пока в итоге обе пары не стали повторять одни и те же танцевальные движения.       К этому моменту Дуайт уже давно понял, кто именно эти ребята, вторгшиеся на танцпол. В конце концов, он видел видео во время Нового года. Движения показались ему знакомыми. Если раньше он не был уверен, что это ребята из «Чистой энергии», то теперь, увидев выражение лиц Близнецов, он убедился в этом.       — Что они здесь делают…? — шипел Дуайт. — Они шпионят? Они шпионят за нами?       — Это не шпионаж… — сказал Эван с небольшой холодной ухмылкой на лице, наблюдая за движением двух пар на полу.       — По-моему, это вызов, — ухмыльнулся Итан.       — Извините… — высокая девушка-брюнетка с улыбкой протиснулась мимо близнецов — она посмотрела на них так, словно приберегла этот взгляд именно для них — и направилась прямо через толпу к парам, стоящим в центре партера. Не раздумывая, она выполнила серию кувырков назад, в результате чего оказалась в центре группы, и стала танцевать посреди них, взяв на себя роль лидера и органично вписавшись в их танцевальные движения. Толпа ликовала и улюлюкала, а озадаченная команда сцены смотрела на нее, не зная, что делать с этим внезапным нашествием танцоров.       Лидер Брай исполнила особенно сложное движение с Шей и Мией, а затем откинула волосы назад и ухмыльнулась прямо Близнецам.       Близнецы ухмыльнулись еще шире.       — О, значит, все так и будет, да?       — О чем вы говорите? — спросил Дуайт.       — Они немного выпендриваются, — сказал Эван, развернулся вместе со своим близнецом и пошел прочь.       — Эй, подождите! — запротестовал Дуайт. — Вы просто уйдете и позволите им продолжать в том же духе? Они бросили вам вызов!       — О, мы не собираемся принимать это близко к сердцу, — заверил его Итан.       — Оставайся тут, Дуайт, и постарайся держать их под прицелом, если сможешь — мы скоро вернемся.       — Что? Что вы собираетесь делать?       Близнецы лишь улыбнулись.       — Соберем несколько цветов, конечно.

***

      Дерек пробежал мимо близнецов — его беспокоили эти коварные ухмылки на их лицах, но куда больше его волновало спасение собственной шкуры. Он промчался мимо людей на ярмарочной площади, пока не заметил кого-то знакомого и не бросился к нему.       — Дерек, какого черта? — потребовал Джулиан, поскольку его явно более крупный друг в данный момент пытался укрыться за его спиной, вцепившись в пальто Джулиана. Адам выглядел немного встревоженным, но Дерек сразу же сказал:       — Джулс! Клянусь Богом, ты должен спасти меня…       — И что же ты натворил? — Джулиан фыркнул, приподняв бровь. — Скажи мне, что это не Табита.       — Если бы это была только Табита. Хизер и Луиза уже видели меня. И я уже слышал, что парочка моих бывших преследует это место. Я на грани, чувак!       — Кто это…? — спросил Адам, растерянно глядя на Джулиана.       — Видимо, ходячий мертвец, — Джулиан поджал губы, глядя на своего друга, который все еще цеплялся за него. Он закатил глаза с притворным терпением мудреца. — Это очень жалко, Ди, просто подумал, что ты должен знать.       — Чувак, даже не пытайся читать мне нотации — я видел, как ты бежал, спасая свою жизнь, — Дерек кивнул Адаму. — Это был ты, да? Отличное спасение, парень из Ганновера.       — Спасибо, — пробурчал Адам, все еще немного недоумевая. — Эм… меня зовут Адам.       — Неважно, — Дерек оглянулся на Джулиана, который был вынужден следовать за ним, так как актер уже возобновил движение. — Куда ты идешь? Почему вы находитесь на открытом пространстве, где являетесь гигантской мишенью для всех фанаток на ярмарке?       — Мы не антилопы, — ответил Джулиан. — Я вернусь в информационную палатку и расскажу сидящему там О Буйному, что на некоего человека, которым он одержим, напала кучка ребят из какой-то другой школы.       Дерек на мгновение растерялся, но потом сказал:       — Ты имеешь в виду Курта, верно? О, эти ребята, наверное, из его старой школы, — он фыркнул. — Им очень нравится вмешиваться, хотя он туда больше не ходит.       — Как тошнотворно мило, — проворчал Джулиан. — Значит, беспокоиться не о чем?       — Если только ты не считаешь проблемой то, что они в команде Блейна, — фыркнул Дерек.       — Ну, тогда проблема не во мне…       — Пожалуйста. Это твоя проблема.       — Я что-то упускаю? — спросил Адам, немного смутившись, но оба проигнорировали его.       — Но ты должен кое-что знать, — сказал Дерек с сомнением, засунув руки в карманы куртки. — Логан что-то говорил мне о своих проблемах с Куртом ранее в палатке. Адам поднял глаза.       — Логан…? Логан Райт? Префект Стюарта? Тот, который устроил ту большую драку в коридоре и в кафетерии, верно?       — Ого, новенький, ты действительно быстро обо всем узнал, — саркастически хмыкнул Джулиан.       — Да ладно, кто об этом не слышал? — Дерек фыркнул. — И он ударил тебя локтем в лицо, когда ты пытался его удержать, и у тебя пошла кровь.       Джулиан заливисто рассмеялся, а Адам в шоке уставился на него. Дерек покачал головой и схватил Джулиана за локоть.       — Но в любом случае, это важно. После того, как ты удрал в палатку, Логан сказал…       — Вспомнишь солнышко… — Джулиан поднял глаза на высокую фигуру, надвигавшуюся на них со стороны информационной палатки. Да какое там солнышко. Даже Дерек был поражен мрачным выражением лица Логана. Он выглядел разъяренным и несся прямо на них, бросая взгляд, в частности, на Джулиана.       Актер в недоумении уставился на него, когда Логан наконец добрался до них. Не теряя ни секунды, он обрушил на Джулиана свой гнев.       — Что, черт возьми, с тобой не так? — потребовал он.       — Чего ты хочешь, сумасшедший? — резко ответил Джулиан. Джулиан резко огрызнулся, глядя на него и практически выходя из себя. — До сих пор я был на расстоянии футбольного поля от тебя!       — Я думал, ты должен быть незаметным? — Логан почти кричал на него. — В информационной палатке поднялся водоворот, все твои чертовы фанатки требуют, чтобы мы вызволили тебя из любой дыры, где ты прятался! Они сказали, что ты бегал по улицам и раздавал автографы, и теперь они все хотят получить один!       — И что? — Джулиан холодно поднял бровь. — Это проблема, потому что…?       — Потому что в итоге это становится моей чертовой проблемой! — взорвался Логан. — У меня и так достаточно людей, которые сходят с ума из-за дурацких случаев пищевого отравления, вызванных этими психами в Виндзоре, без того, чтобы ты выставлял свою примадонну по всей ярмарочной площади…       — Подожди, Логан… — начал было Дерек, но Логан направил огонь ярости и на него.       — И ты! Все пять твоих подружек и бывших уже побывали в этом чертовом киоске в поисках тебя! Не лучше ли тебе просто взять себя в руки и дать им возможность тебя прикончить?       Дерек бросил на него взгляд.       — Эй, ты все утро был в плохом настроении…       — Или год, — фыркнул Джулиан, и Логан сузил на него глаза.       — И не надо срывать злость на нас! — огрызнулся Дерек.       — Ну, ты же не облегчаешь мне задачу! — яростно шипел Логан. Он повернулся к Джулиану и проворчал. — Ты мог бы затаиться, но не смог удержаться, да? Тебе просто нужно было пошалить.       — Эй, подождите минутку, — нахмурившись, отозвался Адам. — Это нечестно…       — Ты заметил? — все трое Стюартов на мгновение обернулись к нему, прежде чем снова повернуться друг к другу. Адам уставился на них, а Бейли материализовался у его локтя.       — Новенький! Пссс! — т он оттащил его подальше от троих ссорящихся.       — Не лезь туда, — прошипел Бейли.       — Что здесь происходит? — потребовал Адам, жестом указывая на троих Стюартов.       — Оставь это, — взмолился Бейли. — Серьезно — ты же не хочешь попасть под перекрестный огонь.       — Он кричит на Джулиана за то, что тот не…       — Ты должен позволить им разобраться…       Еще одна вспышка Логана заставила их всех посмотреть вверх.       — Мне плевать, что ты должен делать! — Логан накричал на Джулиана. — Просто мне сейчас это не нужно, Джулс, правда не нужно! У меня и без тебя хватает забот, чтобы усложнять мне жизнь!       — Дело всегда в тебе! — Джулиан почти кричал на него. Он был раскрасневшимся и разъяренным, более неуправляемым, чем Бейли или Дерек когда-либо видели его. — Может, я здесь и главная знаменитость, Логан, но ты — тот, кто всегда в центре внимания! Снаружи и в своей голове! Так что можешь катиться ко всем чертям, потому что я больше этого не потерплю! — Джулиан отступил, качая головой. — К черту дружбу, если тебе нравится так ее называть… Меня тошнит от всего этого. Я все равно всего лишь твой маленький буксир.       — Джулиан! — запротестовал Дерек.       — Я ухожу! — крикнул Джулиан в ответ. — Мне все это надоело, — он оглянулся на Логана, но тот выглядел скорее отвратительно по отношению к себе, чем к чему-либо. — Не могу поверить, что я остался здесь из-за этого, — он зашагал прочь, надвинув темные очки так сильно, что они чуть не срезали переносицу. — Адам! Пойдем.       — Не делай этого, ты же не хочешь вляпаться в это, серьезно… — сказал ему Бейли, но Адам уже ушел. Он мрачно посмотрел на Логана и последовал за Джулианом. Дерек смотрел на Логана в полном недоумении.       — Да что с тобой такое, парень? Ты никого не щадишь, да?       Логан был ошеломлен больше всех, что удивительно.       — Я просто говорил ему, что…       — Да, ты просто рассказывал нам, как тебе тяжело, — язвительно заметил Дерек. Он покачал головой. — Отличная работа. Потрясающе. Ты действительно донес до нас суть.       Он толкнул Логана, прежде чем уйти.       — И теперь ты уходишь? — спросил Логан.       — Знаешь, Логан… — Дерек обернулся. — Помнишь, как ты сказал в палатке, что хочешь измениться? Вот тебе большая подсказка: перестань пугать друзей. Потому что, видимо, мы единственные, кто может тебя выносить, и ты нас теряешь. Его больше, чем меня. Но для тебя это не имеет значения, верно? Или…? — Дерек развернулся и поспешил за Джулианом.       Бейли смотрел, как они уходят, и смотрел на Логана, который смотрел им вслед. Он подошел к нему, волнуясь.       — Логан…       — Не надо, Бейли. Не надо.       — Эй, сейчас я — все, что у тебя есть, — сказал Бейли, глядя на него. Он выглядел извиняющимся. — Логан. Никто не говорил, что будет легко. Но… знаешь, они могли бы помочь. Это все, что они пытаются сделать. Но даже у их терпения есть предел. И я думаю, что в этот раз ты зашел слишком далеко.       Логан повернулся и пошел обратно к палатке.       — Видимо, я часто так делаю, — он провел пальцами по волосам, словно пытаясь собраться с мыслями. — Они уходят, как и все остальные.       — Но в этом-то и дело? — Бейли улыбнулся. — Они вернутся. Они же твои друзья.       — Разве ты не слышал Джулиана? С ним все кончено.       — Когда это было правдой? — Бейли усмехнулся, засунув руки в карманы. — Подумай об этом. Они ведь всегда были твоими друзьями, не так ли? Или ты не замечал?       Логан сделал паузу и снова посмотрел на него. Бейли улыбнулся еще шире, понимая, что по крайней мере дал ему повод задуматься.       — Мне нужно возвращаться на работу… но тебе, Типтон, действительно нужно перестать так стараться, чтобы все было спокойно и счастливо.       — Я не Ганновер, но мне нравится гармония в доме Стюартов, — ответил другой мальчик. Логан просто помахал ему рукой и ушел.       Бейли стоял и с любопытством смотрел ему вслед, слегка улыбаясь. Это был не лучший момент для трио Стюартов, но и не худшая ситуация, в которую они попали. Бейли обдумал ситуацию и решил, что если он действительно нажмет на нужные кнопки, то, возможно, сумеет уладить всю эту неразбериху. Если, конечно, у него еще есть время.       — Бейли!       Пара бодрых близнецов тут же схватила его за плечи, и невысокий мальчик удивленно вскрикнул, когда они без предисловий оттащили его в сторону.       — Нам нужно, чтобы ты взял на себя управление звуком на сцене! — заявил Эван.       — Зачем? — уставился Бейли.       — Просто сделай это — нам нужно отомстить! — сообщил ему Итан, широко ухмыляясь.       — Законно ли то, что вы собираетесь сделать, в штате Огайо? — сразу же спросил Бейли.       — Абсолютно точно, — заверили его.       — Хорошо, тогда…

***

      — Просто чтобы вы знали, люди могут подать на вас в суд за то, что вы намеренно травите людей, — Курт скрестил руки перед Дрю и Сатору, которые стояли перед палаткой первой помощи. — О чем вы только думали?       — Это не было преднамеренным, — ворчал Сатору.       — Неужели так сложно сделать печенье? — пробормотал Дрю.       — Нельзя же делать печенье с помощью лабораторного оборудования! — ответил Курт, удивляясь, почему от пары, казалось бы, невероятно блестящих молодых людей ускользнул этот маленький факт. — И нельзя использовать «сыворотку любви», которую сами еще даже не тестировали!       — А у твоих друзей их двадцать четыре, — Блейн со вздохом вышел из палатки первой помощи, выглядя усталым и, как и ожидал Курт, все еще немного перепачканным краской. По крайней мере, его волосы были вымыты, а локоны освобождены от средства. — Нам понадобится палатка побольше — клиника уже переполнена, по словам мисс Саммерс. И я не знаю, сколько съел твой сводный брат, но он выглядел как очень тяжелый случай.       — Учитывая, что это Финн, я думаю, что пару мешков, — Курт закатил глаза.       Внутри палатки Майк держал голову Тины у ведра. Ее реакция на печенье была несколько иной: ее тошнило и рвало.       — Ну, по крайней мере, для некоторых людей все происходит с другой стороны, — он поморщился, услышав очередной рвотный позыв своей девушки.       — О, азиатский бог, убей меня, — простонала Тина, прислонившись к Майку, который похлопал ее по плечу. — Я больше никогда не хочу есть печенье.       Бриттани только что вернулась к сцене с Арти, она катила его обратно в палатку, и Арти выглядел очень бледным, но слабо улыбался.       — Думаю, Арти будет жить, — сказала Бриттани с торжествующей улыбкой. — Он долго возился в туалете, но, думаю, избавился от всего плохого.       — Поздравляю, — проворчал Финн, которого Рейчел заставила допить целую бутылку воды, чтобы не допустить обезвоживания.        — О боже… — Сантана поморщилась и распылила над всеми освежитель воздуха.       — Сантана, не делай этого… ох… — простонал Курт, когда страдальцы в палатке уловили запах спрея, и Тину снова начало тошнить.       — Это безумие, — сказал Блейн, оглядываясь по сторонам, наблюдая за происходящим в палатке первой помощи. — Не думаю, что у нас раньше было такое сильное пищевое отравление.       — Ты хочешь сказать, что такое уже случалось? — Курт сузил глаза.       — Практически каждый год случается что-то плохое, связанное с едой… — Блейн вздохнул. — Но не настолько. Завсегдатаи ярмарки обычно знают, что от еды нужно держаться подальше. Я знал, что меня ждут плохие новости, когда Чарли назначил меня на эту должность.       Наступила пауза, когда оба осознали, что на самом деле ведут вполне приличный и непринужденный разговор, не имеющий абсолютно никакого отношения к их разногласиям. Мерседес ухмылялась со своего места, ожидая, когда они это поймут. Двое долго смотрели друг на друга, но в конце концов отвели взгляд от неловкости.       — …Мы можем идти? — неуверенно спросил Дрю.       — Нет, — нахмурившись, ответили Блейн и Курт.       В этот момент к ним подбежали близнецы: один с Шейном и Ридом на буксире, другой с Дэвидом и Кэтрин (за которыми следовал очень возмущенный Уэс).       — Привет, друзья плюс говорящие цветы! — хором проговорили близнецы, выглядя дико взволнованными и давая понять всем, кто их хорошо знал, что они снова что-то затевают.       — Лучше бы это было хорошо, вы двое, — проворчал Дэвид, с раздраженным видом отталкивая Кэтрин от одного из близнецов.       — Ты чуть не обезглавил Рида! — запротестовал Шейн.       — Мы созываем экстренное представление, — объявили близнецы без предисловий.       — Немедленно идите с нами, все. Включая вас, ребята! — они кивнули людям из Маккинли, словно те были для них авторитетом.       — Мы не Соловьи, — подняла бровь Рейчел.       — Мы знаем, — сказал Итан.       — Но вы нам нужны, — кивнул Эван.       — Только на сегодня.       — Потому что вы умеете петь.       — И танцевать.       — И очень хорошо при этом.       — Ну… — Рейчел торжествующе ухмыльнулась, глядя на то, как дети МакКинли слегка подбоченились. — Конечно, движение — одна из наших специальностей.       — Нам особенно нужны Майк и Чириос, — сказали близнецы. Эван повернулся к Шейну. — И ты тоже. Потому что ты умеешь танцевать.       — И Кэтрин! — сказал Итан с ухмылкой. «Потому что она все еще лучшая танцовщица в Добри Холле.       Вся группа выразила протест, в основном спрашивая, не сошли ли близнецы с ума, а близнецов спрашивали об этом так часто, что близнецы не сочли это оскорблением и скорее комплиментом, чем чем-то еще. Близнецы подождали, пока они успокоятся настолько, чтобы высказаться.       — Мы настроены серьезно, и у нас нет времени. Нам нужно ответить на вызов. И немедленно.       — Кэтрин не должна напрягаться! — запротестовал Дэвид.       — Нет, я могу это сделать, — Кэтрин моргнула, выглядя немного испуганной.       — И нога Шейна! — воскликнул Рид.       — Я могу на ней танцевать, если постараюсь, — ответил Шейн.       — Вы оба не помогаете! — воскликнули Дэвид и Рид, глядя, как оба танцора морщатся.       — Назовите нам хоть одну причину, чтобы поддержать вас в этом импровизированном безумии, — попросил Уэс, скрестив руки на груди.       В этот момент у близнецов зазвонил телефон. Эван держал его в руках и включил громкую связь, когда увидел, что звонит Дуайт.       — Ребята, где вы? — шипел охотник. — Они все еще там — эти нью-йоркские дети полностью убивают тех, кто уже попытался выйти вперед! Они начинают петь и танцевать! А та высокая девушка — она просит претендентов! Зрители уже переходят на их сторону! Не знаю, как вы все собираетесь их победить, но вам лучше что-нибудь придумать, иначе они надерут вам задницы по всей ярмарочной площади!       В палатке воцарилась тишина. Все смотрели друг на друга.       Близнецы очень спокойно смотрели на остальных.       — Целая толпа ньюйоркцев только что выбила входную дверь нашего регионального дома. Они проделали такой путь, и мы не должны их разочаровывать. Ну…?       Курт поднялся во весь рост и приподнял бровь.              — Ну. Это немного меняет дело, — он посмотрел на «Новые направления». — Может, объединимся хоть раз? — предложил он собравшимся вокруг него. Рейчел и Финн посмотрели друг на друга, как со-капитаны «Новых направлений», а затем на остальных, которые смотрели на них в ответ, и кивнули. Они посмотрели на Близнецов.       — Мы в деле.       И тут Тину стошнило. Желудок Финна издал еще один крик, и ему пришлось снова бежать, едва не столкнувшись с Арти и Бриттани.       — Идите без нас, — простонала Тина, подталкивая Майка вперед. Арти подтолкнул Бриттани. — Да, выходи отсюда и иди к ним, девочка. Мне нужно в туалет… — он снова выглядел больным.       — Мы возьмем его, — предложил Дрю. — Вам, ребята, лучше идти.       — Мы уже опаздываем! — близнецы схватили Бриттани и помчались прочь. Шейн помчался за ними, а Кэтрин, пожав плечами и ухмыльнувшись Дэвиду, последовала за ним, заставив своего парня и его лучшего друга идти следом. Рид вздохнул и сделал то же самое — остальная часть новообразованного комбайна «Соловьи-Новые направления» помчалась прочь.       — Я все еще не думаю, что это хорошая идея, — шипел Рид, бежавший, слегка спотыкаясь, рядом с Шейном и Куртом. — Что, черт возьми, мы должны делать?       — Полагаю, сделать это по-виндзорски… — ответил Блейн. — Мы сделаем это. Мы всегда это делаем.       Когда близнецы потянули Бриттани за собой, они оба посмотрели на нее с яркими ухмылками.       — Привет, говорящий цветок, — сказал Эван с коварной улыбкой.       — …Ты танцуешь под Ke$ha? — спросил Итан. Бриттани, не возражавшая против того, чтобы игривые блондины потащили ее за собой, выглядела озадаченной, но улыбнулась.       — Мне нравится Ke$ha. Однажды я сказала, что собираюсь исполнить ее песню… — она посмотрела на других учеников Маккинли, которые просто озадаченно уставились на нее.       — Ну и хорошо, потому что ты будешь петь с нами, — ухмыльнулись близнецы.

***

      — Ты уверена, что это хорошая идея? — Мия снова зашипела, проходя мимо Брай в танце. Мальчики, Девон и Лео, были заняты тем, что доводили толпу до исступления, пока группа снова танцевала вместе. — Я имею в виду, что мы привлекаем гораздо больше внимания, чем…

There's nothing left to say; Don't waste another day

Just you and me tonight; Everything will be okay…

      — Что они собираются делать? — шипела Брай, кружась по танцевальной площадке. — Покачиваться в такт на своих красивых кожаных туфлях? Пожалуйста…       — Вы обе, пожалуйста, заткнитесь и пойте! — Шей огрызнулась, ее широкая улыбка все еще была идеальной на ее лице, когда она выскочила на середину и была немедленно подхвачена ее поющим парнем, который танцевал вместе с ней.

If it's alright with you then it's alright with me

Baby let's take this time let's make new memories…

      Группа пронеслась по полу, их движения были плавными, а голоса гармонично сочетались в припеве, уверенные и непоколебимые, купающиеся в сиянии признательности толпы. Мальчики взяли на себя ведущую роль в песне, явно наслаждаясь своим временем в центре внимания, пока оно у них было.

Do you remember…

Do you remember…

Do you remember…

All of the times we had…

      Брай снова сменила позицию на танцполе и наконец заметила пару высоких светловолосых парней, ухмыляющихся прямо напротив нее. Это были те самые, которых она видела раньше, и которых она уже опознала как Соловьев, пару близнецов.       При виде их она сразу же насторожилась. В отличие от других учеников Далтона, эти двое не выглядели испуганными — напротив, они выглядели очень веселыми. Она приподняла бровь, но продолжала выступать.

Do you remember…

Do you remember…

Do you remember…

All of the times we had…

      — Ну, они хороши, — прошептал Майк, стоя вместе с остальными.       — Действительно хороши… — Уэс слегка кивнул, удивленный.       — Да… — Рейчел пожала плечами и ухмыльнулась. — Но мы лучше.       — Держись, гном, — ответила Сантана, протискиваясь мимо Рейчел с холодной улыбкой, когда они с Бриттани встали вместе. — Пусть профи покончат с этими позерами.       — Ты уверен, что с тобой все будет в порядке? — с опаской спросил Рид у Шейна, пока тот затягивал шнурки на ботинках. Но Шейн лишь ухмыльнулся.       — Эй, если мы победим этих ребят, я возьму тебя на американские горки?       Рид побледнел.       — Зеркальный зал — это все.       — Я согласен.       — Я все еще не думаю… — начал Дэвид, но его тут же заткнула взглядом его девушка. Кэтрин усмехнулась.       — Перестань думать. Сосредоточься на том, что тебе придется показать этим ребятам. Они явно думают, что ты не умеешь танцевать.       — Ну, они и не поймут, что их поразило, — ухмыльнулся Уэс, шагнув рядом с Дэвидом. — Они просто зашли не на ту территорию.       Курт посмотрел на Блейна, тот ответил ему кивком. Курт бросил взгляд на зону управления звуком на сцене и усмехнулся, когда Бейли поймал его взгляд и ухмыльнулся. Стюарт ъ подбежал к своим товарищам по факультету и бесцеремонно отпихнул одного из них от пульта.       — Извини! — усмехнулся он.

Let's bring it back (Bring it back!)

Let's bring it back (Bring it back!)

Let's bring it back (Bring it back!)

Let's bring it back (Bring it back!)…

      «Чистая энергия» продолжали танцевать, но они поняли, что что-то происходит, когда музыка начала меняться, превращаясь в ремикс диджея. Толпа удивленно оглянулась на внезапную перемену.       Близнецы прошли вперед к танцевальной площадке, сопровождаемые группой, которую они собрали, и ученики Далтона, узнавшие их, зааплодировали, поняв, что они собираются выступать. Диджей на сцене крикнул:       — У нас есть претенденты!       — Хорошо, Соловьи… — ухмыльнулась Брай, отступив немного назад.       Близнецы ухмыльнулись.       — Что значит «Соловьи»? — невинно спросил Итан. — Мы просто немного развлекаемся, не так ли?       Удивленные, члены группы «Чистая энергия» уставились на пару и незаметных учеников позади них.       — А? — уставилась Брай.       — Не будь такой серьезной, — Эван ухмыльнулся.       Как по команде, Бейли врубил музыку из колонок, и близнецы начали петь и танцевать в унисон.

My first kiss went a little like this—and twist—and twist—

      Близнецы расступились, когда Бриттани скользнула вперед, откинув назад свои длинные светлые волосы и ухмыляясь, а ее тело покачивалось в такт.

Well my first kiss went a little like this—and twist—and twist—!

      Бриттани подарила им еще один поцелуй, прежде чем присоединиться к близнецам. Близнецы и Бриттани начали танцевать вместе, и внимание толпы привлекли ее разрушительные танцевальные движения. Она попеременно танцевала между двумя ребятами, которые прекрасно двигались вместе. Близнецы взяли в руки нить, музыка зазвучала, и толпа захлопала в такт музыке:

I said no more teachers and no more books

I got a kiss under the bleachers hoping that nobody looks—

Lips like licorice—tongue like candy

Excuse me miss, but can I get you out your panties?

      Из толпы раздались крики смеха, когда Бриттани, притворившись шокированной, оттолкнула обоих парней назад, открыв остальным возможность двигаться.       Теперь вся группа двинулась вперед — близнецы стояли перед ними и выполняли ряд движений в идеальной синхронности в течение нескольких мгновений, прежде чем остальные подхватили шаги и начали копировать танец вместе с ними, а близнецы и Бриттани пели с ухмылками на лицах своих ошеломленных противников.

In the back of the car—

On the way to the bar—

I got you on my list (I got you on my list)

At the foot of the stairs—

With my fingers in your hair—

Baby, this is it—

      Толпа разразилась радостными криками, когда Шейн и Майк нырнули вперед, обойдя близнецов, и начали фристайл. Шейн закрутился впереди в серии сложных танцевальных движений — его ногам почти не мешала травма. Майк буквально перекувырнулся через него, когда Шейн соскользнул на землю, и толпа взорвалась. Майк, ухмыляясь, безупречно приземлился на ноги, а его тело задвигалось в такт музыке.       Остальные начали подпевать близнецам, танцуя вместе с ними и позволяя музыке задавать дикий темп, доводящий толпу до исступления.

She won't ever get enough—

Once she gets a little touch—

If I had it my way, you know that I'd make her say:

Ooooooh

Ooooooh

      Майк и Шейн разделились, отступив, а Дэвид буквально спиной вперед полетел на танцпол. Толпа взорвалась радостными криками, когда Дэвид обернулся, чтобы поймать Кэтрин и перекинуть ее через себя, а затем закружить ее обратно к остальным девушкам.

She won't ever get enough—

Once she gets a little touch—

If I had it my way, you know that I'd make her say:

Ooooooh

Ooooooh

      Мальчики танцевали вперед, выстраиваясь в шеренгу, и отпрыгивали назад, когда вся шеренга девочек выходила вперед, а Сантана щелкала пальцами в сторону группы «Чистая энергия»:

Well my first kiss went a little like this—and twist—and twist—!

      Близнецы обернулись и ухмыльнулись остальным.       — Все ваши… — прошептали они, отступая назад. Когда музыка продолжила звучать, а группа запела, они образовали небольшой полукруг, уступив место главным танцорам группы.       Майк сделал кувырок в центр и снова начал фристайл. Бриттани скользнула к нему, и они танцевали вдвоем, напоминая о своей впечатляющей победе на отборочных. Когда Майк отошел назад, Шейн двинулся вперед рядом с ним, а Сантана заняла место рядом с Бриттани, и они стали танцевать вместе.

In the back of the car—

On the way to the bar—

I got you on my list (I got you on my list)

At the foot of the stairs—

With my fingers in your hair—

Baby, this is it—

      Мальчики снова вторглись в их пространство — на этот раз Близнецы подхватили Сантану и подбросили ее в воздух. Толпа разразилась радостными криками, когда близнецы поймали брюнетку, и вся команда снова рванула вперед, заставив ребят из «Чистой энергии» отступить — теперь объединенная группа полностью контролировала сцену. Зрители сходили с ума.       Мальчики, двигаясь, пустились в пляс, ведя за собой близнецов, и все они запели.

She won't ever get enough—

Once she gets a little touch—

If I had it my way, you know that I'd make her say:

Ooooooh

Ooooooh

      Девочек снова повела вперед Бриттани, но они встали в пару с мальчиками, которые притопывали в такт. Майк и Шейн последовали примеру Дэвида и рванули вперед, когда близнецы схватили Бриттани и Кэтрин, перевернув девушек прямо через их головы. Вся группа танцевала вместе под оглушительную музыку и крики зрителей. Курт и Блейн ухмылялись друг другу, танцуя с Рейчел и Мерседес, и вся группа старалась не отставать от близнецов.

She won't ever get enough—

Once she gets a little touch—

If I had it my way, you know that I'd make her say:

Ooooooh

Ooooooh

      Близнецы подбросили Бриттани вперед между собой — она перевернулась и покатилась, а затем распласталась в идеальном расколе. Шейн и Майк перепрыгнули через опущенные руки близнецов, Дэвид в последний раз покрутил Кэтрин, после чего близнецы схватили Бриттани за руки и с размаху втянули ее между собой.

She won't ever get enough—

Once she gets a little touch—

If I had it my way, you know that I'd make her say—!

      Ярмарочная площадь взорвалась. Аплодисменты раздавались со всех сторон, и даже мальчики у пульта управления прыгали вверх-вниз, охваченные диким восторгом. Объединенная группа «Соловьев и Новых направлений» хваталась друг за друга, подпрыгивая от восторга.       «Чистая Энергия» потеряла дар речи. Мия бросила на Брай такой взгляд, что у нее свело брови.       — Свей, да? Откуда, черт возьми, взялись все эти трюки? — потребовала она.       Брай бросила на нее взгляд, а Девон добавил:       — Черт возьми, они что-то собирают.       — Заткнись, — пробормотала Шей, глядя на своего парня.       Близнецы расхохотались, обнимая Бриттани, а потом обернулись к ребятам из «Чистой энергии» и пожали плечами, словно говоря: «Полегче!».       Диджей, смеясь со сцены — возможно, от потрясенного вида ребят из «Чистой энергии» или от того, что истерический смех самого Бейли был заразителен, — помахал толпе.       — Отлично! Ну и что вы, ребята, думаете об этом? А мы-то думали, что эта танцевальная вечеринка будет скучноватой! Кто, по-вашему, стал победителем?       Толпа ревела в ответ, а группа МакКинли и Далтона продолжала смеяться друг над другом. Близнецы помахали диджею, чтобы привлечь его внимание. Они ухмыльнулись.              — Мы здесь не для того, чтобы соревноваться. Просто веселимся.       Курт поднял бровь на близнецов, но понял, что они имели в виду, когда самая высокая девушка из группы «Чистая энергия» выглядела так, будто только что проглотила лимонный сок. Близнецы ухмыльнулись и, пожав плечами, помахали диджею в сторону другой группы.       — Давайте не будем все время такими серьезными… — небрежно сказали они.       Курт ухмыльнулся и помахал ньюйоркцам, после чего вместе со всей группой покинул танцпол под всеобщее замешательство и одобрительные возгласы.       Брай вздрогнула при виде них и отбросила волосы, обернувшись.       — Пошли.       — Что? После всего этого мы просто уйдем? — Лео уставился на нее.       — Мы видели достаточно, — Брай пошла прочь, разгоряченная до кончиков волос. Миа и Шей посмотрели друг на друга и поспешили за ней, немного обеспокоенные, но Брай ничего не сказала, слишком занятая тем, что снова все прокручивала в голове.       Хорошо. Может быть, Том хотел, чтобы они увидели именно это — то, ради чего Том послал ее в Огайо. Потому что это, — она оглянулась на группу мальчиков и девочек, все еще ухмыляющихся друг другу, — определенно стоит того, чтобы разобраться.

***

      — Ой… ой… ой… ой…       Рид нахмурился и посмотрел на Шейна, который теперь хромал чуть более открыто.       — Я же говорил тебе. Теперь садись.       — Ты шутишь, я чувствую себя прекрасно! — Шейн вздохнул и плюхнулся на скамейку. Рид только закатил глаза, когда Блейн ударил бутылкой с холодной водой по лицу Шейна. Младший брат был в восторге. — Ура! — он пил так, словно пережил засуху.              Вся группа снова укрылась от толпы, хотя было очевидно, что некоторые из них грелись в лучах популярности, которую принесла им их маленькая выходка. К ним присоединились больные члены «Новых направлений», которые, похоже, немного пришли в себя.       Майк наклонился к Тине, которая обнимала его, и с ухмылкой пожал руку Шейну.              — Это были отличные движения.       — Еще бы, — слабо улыбнулся Шейн. — Хотя в последний раз, когда я пытался так подпрыгнуть, кажется, я разбил зеркало.       — Вы, ребята, были великолепны, я слышал, — усмехнулся Арти, глядя на Бриттани, которая снова сидела у него на коленях. — Жаль, что мы не смогли увидеть все это так хорошо — из-за рвоты, беготни в туалет и всего остального, — он бросил взгляд на Финна, который все еще выглядел бледным, пытаясь удержать Рейчел от излишнего энтузиазма. Тодд, сосед Дуайта по комнате, был репортером газеты Далтона и планировал включить этот маленький трюк в репортаж о ярмарке и взять у нее интервью. Звезда Маккинли с радостью согласилась и дала несколько комментариев.       Уэс обмахивал Кэтрин папкой, которую он где-то нашел, и девушка тоже присела на скамейку, где сидел Шейн.       — Ты в порядке, Кэти? — обеспокоенно спросил он.       — Я в порядке… — устало улыбнулась она, переводя дыхание. — Лучший день святого Валентина за всю историю. И лучшее веселье за долгое время…       Уэс улыбнулся ей.       — Ну, не форсируй события. Дэвид и так с ума сойдет, — он посмотрел на Дэвида, который стоял неподалеку, доставая для нее еще одну бутылку воды.       Кэтрин проследила за его взглядом, потом снова за ним. После некоторого раздумья она улыбнулась ему.       — Эй. Я почти никогда не говорю тебе спасибо за то, что ты присматриваешь за ним, — Уэс недоверчиво посмотрел на нее. — О чем ты говоришь? Это вроде как моя работа — особенно если учесть, что ты не можешь присматривать за этим рассеянным мозгом двадцать четыре раза в семь дней, — он усмехнулся. — Так когда ты собираешься вернуться в Добри? Возможно, ему будет немного легче, если ты будешь поближе.       — Я скучаю по девочкам, — Кэтрин слегка рассмеялась. — Возможно, я вернусь… это зависит от моей мамы, — но она посмотрела на него. — Но как насчет тебя? Ты в порядке?       — Я в порядке. Почему ты спрашиваешь?       Кэтрин рассматривала его.       — …Я просто подумал, что вы немного подавлены. В последнее время ты не совсем обычный. Тебя что-то беспокоит?       Уэс засиял.       — О да, определенно. Я окружен этими психами, — и он ткнул большим пальцем в сторону Виндзоров. — Они меня беспокоят.       — Ммм… — Кэтрин слегка кивнула, и тут появился Дэвид с водой.       — Вот, — сказал он, улыбаясь ей. Она взяла у него воду и улыбнулась.       — Рада видеть, что ты все еще можешь танцевать.       Дэвид разразился смехом.       — Ну, я же танцевал с тобой, значит, не могу выглядеть не в своей тарелке.       — Куда делись близнецы? — спросил Блейн, оглядывая их бессистемную группу — близнецы снова растворились в воздухе. Бриттани, прислонившаяся щекой к голове Арти, ответила:       — Они следили за говорящим цветком… Они сказали, что у него красивые стебли.       Арти посмотрел на нее.       — Думаю, они имели в виду, что у нее красивые ноги…       — Нет, они сказали «стебли».       — А, то же самое.       Сантана подняла бровь, но выглядела заинтригованной.       — Эти странные близнецы никогда не останавливаются, не так ли? — прокомментировала она, надеясь обнаружить ужасную двойку.       — С тех пор как я их знаю, нет, — многострадально вздохнул Курт. — Ну, по крайней мере, сейчас они терроризируют других людей, а не нас.       Блейн слегка рассмеялся.       — Дай им время. В конце концов, они вернутся.       Курт тоже немного посмеялся, и они с Блейном уставились друг на друга. Это продолжалось достаточно долго, чтобы Сантана застонала и закатила глаза.       — Ради всего святого, это неразрешенное сексуальное напряжение мешает всем остальным — идите уже целоваться, что ли.       — Сантана! — воскликнул Финн, и пара тут же уставилась на нее, алая и шокированная. Сантана только хмыкнула и закатила глаза.       — Да ладно, вы все об этом подумали.       Уэс очень аккуратно положил папку, которой он до этого обмахивал Кэтрин.       — Ну что ж! Так много развлечений — Дэвид, Кэтрин, как насчет американских горок в Ганновере?       — Звучит здорово! — Кэтрин схватила Дэвида и Уэса за руки и тут же начала тащить их за собой, изо всех сил стараясь не улыбаться при этом.       — Шейн! Зеркальный зал? — Рид посмотрел на Шейна большими глазами — хотя в этом не было никакой необходимости: Шейн вскочил на ноги, словно его недуг полностью испарился. Младший Андерсон, ухмыляясь от уха до уха, фактически подхватил Рида на руки, подмигнул брату и помчался прочь, не обращая внимания на возмущенные команды Рида немедленно спустить его вниз.       — Ну, если мы здесь не нужны… — усмехнулся Арти, и Бриттани, смеясь, покатила его прочь, а Сантана, закатив глаза, со словами «ну наконец-то…» устремилась за ними. Майк и Тина последовали ее примеру, но в основном для того, чтобы найти Тине другое ведро для мусора.       — Мы можем просто сказать… — начала Рейчел, но Финн схватил ее за руку и потащил в сторону какого-то другого ярмарочного аттракциона.       Мерседес ушла последней, одарив Блейна поистине испепеляющим взглядом, а затем перевела такое же выражение (но менее интенсивное) на своего друга, который лишь болезненно улыбнулся ей в ответ. Когда Мерседес, наконец, ушла, вытирая руки, Блейн бросил взгляд на Курта и подождал, пока его глаза снова встретятся с его глазами.       — Итак… — Курт медленно кивнул. — Похоже, мы должны поговорить об этом или рискуем быть расчлененными двумя разными хорами.       — Похоже на то… — Блейн кивнул, сжав губы в мрачную линию.       К счастью, остальные ушли, так как последовавшее за этим неловкое молчание могло бы заставить группу вскинуть руки в отчаянии. Но именно Блейн первым нарушил молчание.       — Послушай… я думаю… я думаю, что немного перегнул палку.       — Немного, — Курт ответил легким пожатием плеч. Но при этом он бросил на него долгий взгляд. — Я не был совсем уж беспечным, я думаю… Может быть, я подумал, что это… несколько усугубит его положение…       Блейн только кивнул, засунув большие пальцы в карманы и выглядя немного неловко. Он вздохнул и покачал головой.       — …Что же все-таки произошло…?       — Что ты имеешь в виду?       Он глубоко вздохнул.       — …Как мы сюда попали, я имею в виду? Потому что… некоторые моменты я уже не помню. То есть… я больше не вижу в этом смысла.       Курт слабо улыбнулся, оглядываясь по сторонам в поисках отвлекающего маневра.       — Мы оба, видимо, легко поддаемся настроению. И мы, видимо, плохо реагируем на некоторые… провокации…       — Я скучаю по тебе.       Курт поднял глаза. Блейн смотрел на него своими глазами, которые говорили так много одним лишь взглядом. Курт сглотнул и посмотрел на него в ответ, не зная, как реагировать на эту внезапную открытость, которая сделала другого мальчика уязвимым.       — Правда, — добавил Блейн для убедительности, не сводя глаз с Курта.       Курт, изрядно опешив, почувствовал, что его руки слегка дрожат, и сжал их, убрав в карманы пальто. Он выдохнул с легкой дрожью в дыхании, пытаясь собрать в голове все, что хотел сказать в связную форму…       -и тут телефон Курта зазвенел, как и рация Блейна.       Из рации Блейна раздался возмущенный голос одного из медиков:       — Блейн! Чувак, где ты? Давай, нам нужна помощь в палатке! Хватит валять дурака!       Поднеся к уху телефон, Курт попытался сдержать свое разочарование.       — Курт, ради всего святого, проверяй свои сообщения чаще! — крикнул один из Стюартов. — Ты уже повеселился! Давай уже, ты нужен нам, чтобы помочь подготовиться к следующему мероприятию! — и повесил трубку, даже не попрощавшись.       — Очаровательные эти Стюарты, — безмятежно прокомментировал Блейн.       — Такие искрометные личности, — заметил Курт, закатив глаза. Он убрал телефон в карман и снова поднял глаза на Блейна. — …похоже, тебе придется скучать по мне еще немного.       — Я найду тебя, когда закончу, — пробормотал Блейн. — А потом мы… разберемся с этим. Разберемся, что к чему.       Курт закрыл глаза и кивнул. И они должны были сделать в этот день.       — Хорошо.       — Блейн! — снова прокричала рация, когда телефон Курта выдал очередное сообщение. Оба парня застонали и разделились: Курт направился к сцене, решив, видимо, проучить Стюартов, как правильно вести телефонный разговор.       Убегая, он оглянулся в ту сторону, где скрылся Блейн, и обнаружил, что тот все еще находится в пределах видимости. Он остановился в отдалении и помогал мисс Медель, которая выглядела слегка нехорошо. В любом другом случае Курт решил бы, что у Медель съела одно из печений, но сейчас он просто почувствовал опасение.       Ему было интересно, заметит ли Блейн то, о чем они с Ридом уже догадались, но вероятность этого была невелика, учитывая все проблемы с едой на ярмарке. Он также заметил, что мистер Харви стоит рядом с мисс Медель, и удивленно моргнул, увидев рядом с ним высокую темноволосую женщину. Его жена?       Не слишком ли близко, не так ли, мистер Харви? Курт в недоумении отвел взгляд. Мисс Медель, должно быть, внутренне сходила с ума, пока они шли.       Когда Курт скрылся из виду, размышляя о том, что он скажет Блейну позже, и о том, во что, похоже, ввязались руководители их хора, он заметил близнецов, которые бежали за симпатичной шатенкой в белом халате. Они следовали за ней с ухмылками на лицах. Курт застонал: где же был Чарли, когда он так был нужен?       Стюарты могут подождать. Близнецов нужно было обуздать.

***

      — Привет, милый говорящий цветок! — сказал Эван, выскочив перед девушкой, которая подпрыгнула, выглядя испуганной.       Итан материализовался за ее спиной, протягивая белую розу, которую они выхватили из одного из цветочных киосков.       — Цветок за цветок!       — О… спасибо, — девушка, выглядевшая на их фоне ровесницей с добрыми карими глазами, неловко рассмеялась, не понимая, что делать с этой парой светловолосых парней. Она приняла цветок с благодарной улыбкой. — И вам привет…       Эван с любопытством наклонил голову, глядя на нее. Нечасто такая красивая девушка гуляла по ярмарке в Далтоне в одиночестве. При таком количестве парней, готовых сопровождать заблудившуюся девушку.       — Почему ты одна?       — Тебе не нравится ярмарка? — спросил Итан.       — Мы можем взять тебя с собой, чтобы ты увидела больше! — закивали они.       Девушка улыбнулась, выглядя немного обеспокоенной, но не напуганной их появлением.       — Нет, спасибо, честно говоря… — она улыбнулась и огляделась по сторонам. — Меня просто притащила сюда моя девушка, а она убежала искать этого парня…       Эван сразу же просветлел. Это было даже лучше, чем они думали.       — О, так у тебя есть подруга!       — Давай найдем ее, чтобы нас было четверо! — нетерпеливо сказал Итан, поднимаясь рядом с девушкой.       — Нет, правда, вы не должны… — сказала она, выглядя обеспокоенной.       — Как тебя зовут? — спросили близнецы в своей обычной манере, пристально глядя на нее.       — Бекка, — ответила она, выглядя озадаченной. — А вас…?       — Эван, — сказал один из близнецов, — и Итан, — сказал другой. Они оба улыбнулись одинаковыми улыбками, что заставило ее снова улыбнуться. — Мы видели, как ты смотрела, как мы танцуем.       — Вы были очень хороши, — ответила Бекка, лучезарно глядя на них и чувствуя себя более уверенно в этой теме.       — Ты не досидела до конца, — заметил один из близнецов.       — Я же сказала, я искала…       — Вы оба… — тут Курт появился позади близнецов, схватил их за спины и потянул назад. Он сверкнул на них глазами, несмотря на то, что они все еще возвышались над ним. — Перестаньте пугать людей!       — О, привет, Алиса, — близнецы удивленно посмотрели на него, а Курт перевел взгляд на смущенную девушку. — Прости, но они неспособны понять некоторые социальные этикеты.       — Все парни здесь такие… странные? — спросила Бекка, глядя на близнецов. — А тебя действительно зовут Алиса?       — Нет, — огрызнулся Курт. Он посмотрел на близнецов. — Оставьте ее в покое, или вы отправитесь обратно в Виндзор, где не сможете больше никого свести с ума.       — Вообще-то… — Бекка оглядела всех троих, возможно, отметив тот факт, что на куртках и пальто у всех были виндзорские булавки. — Вы все ученики Далтона? Все?       — Да, — тут же ответили близнецы, причем Курт по-прежнему крепко держал их за пальто. Выглядели они немного комично, так как близнецы были несколько согнуты в коленях.       Бекка улыбнулась.       — Ну что ж, хорошо, может, вы мне поможете. Я ищу ученика. Вы знаете Блейна Андерсона?       Все трое удивленно посмотрели на нее. Курт отпустил близнецов и двинулся вперед, приподняв бровь.       — Да. А что?       — Вы не знаете, где я могу его найти? — спросила она. — Мы ищем его с тех пор, как приехали, но не можем найти.       — Мы? — повторил Курт.       — О, так это тот самый парень, которого искала твоя подружка, — поняли близнецы.       — Ну, он в медицинской палатке, он дежурит в этой команде, — ответил Курт, скрестив руки и нахмурившись. — Почему ты его ищешь?       Бекка просто пожала плечами, слегка улыбнувшись.       — У нас есть история.       Все трое Виндзоров уставились на нее в полном удивлении. Бекка, казалось, была довольна их реакцией и сказала:       — Блейн в медицинской палатке, да… Вполне подходящее место, я думаю. Но вы не знаете, долго ли он там пробудет?       — Возможно, но его могут отозвать в другое место, — ответил Курт, которому с каждой минутой это все больше не нравилось, и он почувствовал странное раздражение в своем нутре.

***

             — Ну, я уверен, что люди там помогут мне разыскать его, если его не будет, — Бекка улыбнулась. — Мне нужно найти свою спутницу и сказать ей, что я нашла его. Спасибо за помощь. Как вас зовут?       — Курт Хаммел, — ответил он, коротко улыбнувшись. — Я его парень, — четко добавил он.       Близнецы пытались подавить улыбки, но у них это плохо получалось. Бекка теперь выглядела искренне удивленной.       — Я Ребекка Дуглас, — она пожала ему руку с заинтересованным видом. — Его парень…? Вот это сюрприз… Не ожидала, что у него есть парень. Раньше он был довольно… сдержанным.       Она легко улыбнулась, и Курт принужденно улыбнулся ей.       — О, ты бы удивилась, узнав его историю в наши дни.       — Тогда это будет интересная беседа.       — Алиса, твой телефон звонит как сумасшедший, — подсказал Эван.       — Может, хватит называть меня так в присутствии людей, которые не понимают, что ты говоришь? — Курт зашипел, глядя на них обоих, достал свой телефон и уставился на него.       — Ну, вы, ребята, выглядите занятыми, так что я пойду найду свою спутницу, — улыбнулась Бекка. — Увидимся позже — надеюсь, и с тобой тоже, Курт, — она улыбнулась и поспешила прочь без лишних слов.       Курт проводил ее взглядом и посмотрел на Близнецов, которые ухмыльнулись ему вслед.       — Полегче, Алиса. У тебя снова такое выражение лица, — ухмыльнулся Эван.       — Ты должен помнить, — сказал Итан, похлопав его по плечу, — что здесь все может стать немного сумасшедшим, — им тоже пришло текстовое сообщение. На этот раз телефон был у Итана, и он достал его из кармана. Они с близнецом взглянули на него и разразились истерическим хохотом.       — И что теперь? — спросил Курт, как будто у него началась мигрень, и он действительно чувствовал, что она начинается.       — Это Дуайт! — Эван ухмыльнулся. — Он говорит…       — Шейн и Рид находятся в нашем Зале Зеркал, — усмехнулся Итан.       — И их разделили, — сказал Эван.       — И безнадежно потерялись! — Итан снова разразился хохотом.       — И вы считаете это истерикой? — крикнул им вслед Курт, когда они тут же бросились к другому источнику интереса, который их ограниченное внимание сочло привлекательным. Насколько он знал, они собирались как-то усугубить ситуацию.       Курт прижал руки к вискам, ожидая, когда проснется от этого безумного сна — ведь он определенно должен был еще спать в общежитии, а он просто не просыпался. Это не могло быть реальностью. Безумие даже не могло описать эту ярмарку. Только он подумал, что наводнение закончилось…

***

      — Рид?       — Шейн?       — Где ты?       — Я здесь!       — Где?       — По другую сторону стены.       — …тебе придется прыгнуть, чтобы я тебя увидел, ты слишком мал.       — Шейн!       — Прости, прости! Но я не могу тебя видеть, честно.       Рид вздохнул, сдаваясь. Он понятия не имел, как близнецам это удалось (впрочем, никто никогда не знал, как близнецам удавалось сделать что-то, что казалось слишком далеко за пределами человеческого понимания), но им удалось построить удивительный Зал Зеркал, который, должно быть, охватывал весь Орион-холл, от входа до заднего выхода. Это были зеркала от стены до стены, причем в форме лабиринта. Высота каждой зеркальной панели превышала шесть футов, а пути действительно запутывались, поскольку единственными источниками света были небольшие потолочные светильники.       Единственным средством ориентации во всем этом месте была люстра, расположенная далеко над ними, но она не горела. В лучшем случае она показывала, что вы уже находитесь в центре зала. В противном случае это ничем не помогало. Правила зала были просты. Вы входите в зал вместе с партнером и должны выходить вместе, иначе люди снаружи не откроют дверь. Чтобы выйти, нужно было работать вместе.       Рид и Шейн не знали, как это произошло — возможно, Шейн думал, что Рид следит за ним, и наоборот, — но через некоторое время они поняли, что разделились. И они почему-то не могли найти дорогу друг к другу в лабиринте. У Рида закрадывалось подозрение, что некоторые зеркала на самом деле открывают другие пути, и близнецам действительно нравится морочить людям голову.       — Я написал Дуайту, чтобы близнецы спасли нас… — Рид вздохнул. — Но зная их, они, скорее всего, посмотрят, как долго смогут нас здесь держать.       Он поднял голову, увидев, как Шейн, пытаясь привлечь его внимание, машет кончиками пальцев по стене.       — Эй, ты в порядке? — спросил Шейн. — Ты меня видишь?       Рид слегка рассмеялся.       — Да, вижу. С трудом.       — О, хорошо, — в голосе Шейна звучало такое облегчение, что Рид улыбнулся. Он встал с места, прислонившись к зеркалу, и посмотрел на пальцы в верхней части зеркала. — Тебе не нужно быть таким внимательным. Тебе не нужно ничего исправлять.       — А я хочу, — пальцы Шейна легонько барабанили по стене. — Ты не совсем простил меня, я знаю это.       Рид недоверчиво посмотрел на него, и Шейн добавил:       — Я знаю, потому что ты мне не улыбался. Я имею в виду, по-настоящему. Ты даже не смотрел мне в лицо.       Я знаю, что не смотрел, но не из-за того, что ты думаешь… Рид покраснел. Он все еще помнил все то, что говорил Курту, — о том, как осознать, что он на самом деле чувствует к Шейну. Половина причины, по которой ему потребовалось столько времени, чтобы хотя бы отдаленно задуматься о том, что он может быть влюблен в младшего Андерсона, заключалась в том, что он все еще был наполовину сбит с толку тем, почему его так влекло к нему, и было ли это хоть каким-то признаком его ориентации.       У него все еще не было ответов.       Но он точно знал, что Шейн ему нравится. Очень сильно. Романтически. И это было единственное, что было определенно в его голове сейчас. И, как ни странно, это его не смущало. Он подумал, не сказать ли ему об этом прямо, ведь Шейн, похоже, действительно ему нравился. Но даже думать об этом было странно. Он не знал, как сказать ему об этом, чтобы он понял его ситуацию.       — Ты замолчал.       Рид подскочил от неожиданного тона и удивился, что в нем прозвучало такое уныние. Шейн сказал:       — Неужели я так сильно тебя расстроил?       — Я не расстроен, — улыбнулся Рид. — И ты меня не расстраиваешь, — он пошел по дорожке, перебирая пальцами стекло. — Вообще-то, ты делаешь меня довольно счастливым…       Шейн покраснел до самых корней своих кудрей.       — О… правда? — промолвил он, молясь, чтобы восторг не был столь очевиден в его тоне. Он заметил, что голос Рида удаляется, и последовал в том же направлении.       — Да, — задумчиво пробормотал Рид. — А ты так не думаешь?       — Думаю, иногда я доставляю тебе дискомфорт, я это знаю, — ответил Шейн. Голос Рида удалялся все дальше, но его собственный путь должен был остановиться, чтобы свернуть за угол, который также вел в сторону от Рида. — Но ты терпел меня, и я решил, что, несмотря на это, у меня все хорошо?       Рид остановился, заметив, что его голос стал немного более отстраненным.       — Шейн, где ты?       — Здесь. Думаю, в конце концов я пойду в другом направлении, чем ты.       — Что? — голос Рида повысился, немного встревоженный.       — Э-э… — Шейн огляделся, дезориентированный высокими зеркалами вокруг них. — Ну, раз уж мы продолжаем идти, то обязательно столкнемся друг с другом. Давай просто попробуем найти дорогу друг к другу.       — Я тебя не вижу, и, видимо, я слишком мал, чтобы ты меня нашел, — ворчал Рид. — Как же мы узнаем, куда идти?       Шейн сделал паузу, положив руки на зеркала и оглядываясь по сторонам. Затем он поднял голову и ухмыльнулся.       — Эй. Пой.       — Что? — Рид недоверчиво уставился на него из угла, в котором он оказался. — Сейчас не время…       — Давай, пой! Я буду петь с тобой — и постараюсь направиться на звук твоего голоса, а ты направишься ко мне.       — Это смешно.       — Есть идеи получше?       Молчание.       — Эй, ты же говорил, что нервничаешь из-за соло! — весело позвал Шейн. — Это поможет успокоить нервы, ведь тебе придется уйти на подготовку, как только мы выйдем.       Рид поморщился. И в этом он был прав. Он глубоко вздохнул и добавил к этому ворчание.       Шейн на мгновение замер, вслушиваясь в тишину, а потом услышал голос Рида, доносящийся откуда-то издалека.

I'm still feeling the rain fall, bouncing off my skin.

How long do I have to wait for the sun to shine again?

Come out and paint me a rainbow, so I can follow it.

I don't know where it will take me, but I like wandering…

      Шейн широко улыбнулся и направился в ту сторону, глаза загорелись при звуке голоса Рида — он следовал за ним, как маяк. Да! — усмехнулся он.       Рид продолжал двигаться по тропинке, с улыбкой оглядываясь по сторонам, и нашел ту, что вела туда, откуда он в последний раз слышал голос Шейна. Он повысил голос, надеясь, что это приведет Шейна к нему.

Whoever you are, where will you be?

Are you the same old dreamer I've been waiting on for me?

Waiting for love, waiting for the same old dreamer on the other side,

Hoping no matter how far, I'm gonna find my way to you…

Following a rainbow…

      Шейн усмехнулся, обнаружив, что путь через зеркала ведет к голосу. Он повысил голос, надеясь, что Рид тоже направляется к нему, и прибавил шагу. Он был немного взволнован, немного надеялся, что песня — не просто песня, что это нечто большее.

I'm gonna stop in the middle, hang my feet off the edge.

I got no reason to worry, I know I'll find the end;

And that's where you'll be waiting; I hope you don't forget,

That I won't quit 'til I find you, no matter the risks…

      Рид заметно покраснел при звуке голоса Шейна и радостно направился в его сторону. Он растерянно смотрел на два разных пути, но голос привел его к нужному. По мере продвижения вперед он слышал голос Шейна все ближе и снова начал улыбаться.

Whoever you are, where will you be?

Are you the same old dreamer I've been waiting on for me?

Waiting for love, waiting for the same old dreamer on the other side,

Hoping no matter how far, I'm gonna find my way to you…

Following a rainbow…

      Они были уже совсем близко, почти на другом конце зала. И голоса их звучали все ближе. Когда Рид нашел тропинку, он услышал голос Шейна, присоединившийся к его голосу так отчетливо, что, должно быть, теперь он снова был только по ту сторону стены, и они оба легко подпевали друг другу.

Stuck in my mind—I'm wasting time—Still on my own—

I never thought that I would find my way into the light;

Dreaming to find…

      Пальцы Рида, проведя по зеркальной стене, наткнулись на пару настоящих. Подняв голову, он увидел, что в проеме дорожки стоит Шейн и радостно ему улыбается. Рид рассмеялся и с облегчением обнял его, напугав другого парня, но Шейн рассмеялся в ответ.

      Whoever you are, where will you be?

Are you the same old dreamer I've been waiting on for me?

Waiting for love, waiting for the same old dreamer on the other side,

Hoping no matter how far, I'm gonna find my way to you…

Following a rainbow…

      Шейн взял Рида за руку и повел его по единственной тропинке, на другом конце которой их ждала дверь. Наконец-то они нашли конец лабиринта. Шейн ожидал, что Рид отпустит его руку, когда они пойдут по тропинке, но Рид легко держал его руку в своей, идя вместе с ним.

I know I'm gonna find you, I know.I know I'm gonna find you.

I know I'm gonna find you,

I'm never gonna let you go…

      Наконец они добрались до двери, и Рид вздохнул с облегчением. Не успели они дотронуться до нее, как дверь тут же распахнулась.       Близнецы стояли позади с яркими ухмылками.       — Поздравляю, — небрежно заметил Эван.       — Вы двое, должно быть, установили абсолютный рекорд, — Итан ответил.       — …по самому долгому времени, затраченному на прохождение коридора, — хором сказали они и разразились истерическим хохотом — таким, что чуть не упали.       Дуайт, стоявший рядом с ними, вздохнул.       — Не знаю, где Чарли, но почему я должен заботиться о вас всех — это выше моих сил, — раздраженно прокомментировал он. — Я привел Близнецов, но они настояли на том, чтобы подождать, пока вы двое сами разберетесь с этим.       — Все равно спасибо, — ухмыльнулся Шейн.       Дуайт заметил, что они держатся за руки, и поднял бровь. Рид заметил, куда он смотрит, и покраснел, но его рука на руке Шейна стала еще крепче. Дуайт посмотрел на него, потом пожал плечами.       — Ну что ж. Похоже, вы двое пришли к согласию. Однако вам не понравится, если вы узнаете, что демоническое вмешательство Стюартов пока не позволило Блейну и Курту разобраться со всем.       — Опять Логан? — потребовал Шейн.       — Нет, у этого факультета вообще есть мстительные обитатели, — холодно ответил Дуайт. — Хан сказал мне, что Стюарты отозвали Блейна и Курта к их соответствующим обязанностям, прежде чем они смогли нормально поговорить. Честно говоря, я пытался изгнать этот факультет из его кофеинового режима террора, но, похоже, мне понадобится армия охотников, чтобы справиться со злом такого уровня.       — Хан действительно вышел… на дневной свет? — Рид уставился на него. — …он дышит?       — У него есть беспроводной интернет, он выживет, — отмахнулся Дуайт. Он посмотрел на Рида. — Разве ты не должен готовиться к пению? Все вы, предполагаемые «ведущие исполнители»? — проворчал он, глядя на близнецов.       Рид побледнел, осознав время. Через несколько мгновений наступят сумерки. Соловьи должны были дать последнее, грандиозное представление. Ему предстояло солировать перед собравшейся толпой, и он почувствовал, как кровь стремительно отхлынула от его лица.       — Все будет хорошо, — улыбнулся ему Шейн.       — Ты ведь… будешь наблюдать, правда? — спросил Рид, наполовину опасаясь ответа «да» и «нет».       Шейн недоверчиво посмотрел на него.       — Рид. Не так давно на меня сошел оползень. Я должен был проходить восстановительный период. И все же я здесь. Ты понимаешь, что это означает, что даже стихийные бедствия не могут помешать мне смотреть, как ты поешь?       — Идите сейчас, пожалуйста, вы можете продолжить весь этот разговор позже… — сказал Дуайт, оттесняя «Виндзорских соловьев» в сторону сцены, выглядя крайне отвратительно из-за всей этой кашицы.       — Когда-нибудь из тебя получится хороший префект, раз ты так обо всех заботишься, — неожиданно сказал Эван, ухмыляясь Дуайту, который уставился на него и его близнеца, сомневаясь в их здравом уме уже в пятый раз за этот день (в среднем обычно их было восемь).       — Верно, — согласился Итан, тоже ухмыляясь. — Эй, мы не собираемся оставаться здесь навсегда. Когда мы закончим школу, ты превратишься в выпускника. Кому-то придется взять на себя ответственность.       Дуайт только фыркнул и закатил глаза.       — Я очень сомневаюсь в этом. Я буду слишком занят, чтобы убедиться, что все обитатели дома живы и не покалечены.       — А знаете, именно так Чарли описывает свою работу… — Рид засиял.       Дуайт подтолкнул их, близнецы побежали вперед, а Шейн снова ухватился за руку Рида и побежал за ними. Он ворчал про себя, пока они бежали, но тут кое-что понял.       — Где Чарли? — вслух задался вопросом Дуайт, оглядываясь по сторонам. Вместо того чтобы последовать за остальными, он остановился и огляделся, почувствовав что-то неладное.       И хотя Дуайт имел некоторые представления о своих экстрасенсорных способностях (которые могли быть как очень точными, так и совершенно несуществующими), он был уверен, что чувствует дурное предчувствие, исходящее откуда-то еще — откуда-то не очень далеко.       Он повернулся в ту сторону, откуда исходило это ощущение, и понял, почему: Джулиан и какой-то мальчик, которого он не узнал, стояли у ступенек внутреннего двора за Саус и Мейн. Дуайт и в лучшие времена не любил знаменитостей Стюартов, но тут что-то изменилось.       Джулиан сидел на ступеньках, уставившись в землю так пристально, что могло загореться что-нибудь. Но он не выглядел сердитым. Он как будто пытался разобраться в себе. А парень, которого Дуайт не узнал, выглядел совершенно подавленным своим состоянием.       Что-то здесь было не так, Дуайт знал это. Но он не мог понять, что именно. Может, дело в том, что Джулиан, далекий от своей обычной откровенности, сейчас сидел так, словно только что побывал на месте великой трагедии, на которую до сих пор не может правильно отреагировать?       Джулиан и новенький выглядели так, словно они спорили: новенький пытался что-то выведать у Джулиана, постоянно задавал ему вопросы, но актер — после того как проигнорировал несколько его вопросов — был просто слишком раздражен и наседал на него. О чем бы они ни говорили, все выглядело серьезно.       Наконец Джулиану это надоело, и он ушел. Дуайт смотрел вслед новому мальчику, который сжимал кулаки, пока Джулиан исчезал в тусклом свете дня. Его кулаки сжимались так сильно, что Дуайт застыл на месте, увидев, как его трясет. Мальчик на мгновение огляделся по сторонам, немного дезориентированный, и ему пришлось сделать глубокий вдох.       Глубокий, успокаивающий вдох.       Испугавшись, Дуайт отступил назад и чуть не налетел на Лору Бэнкрофт. Он отпрыгнул от нее, поспешно отмахиваясь от прикосновения, как человек, вечно опасающийся какого-то заражения. Лору это почти не беспокоило, но она подняла на него расширенные глаза.       — Ты это видел? — прошипела она ему, не задумываясь, и кивнула в сторону Адама, который все еще стоял на месте.       — Да, — Дуайт оглянулся и повернулся к ней. — Ты его знаешь?       — Джулиан Ларсон, если верить болтливым фанаткам, и вон тот парень, он Адам. По крайней мере, я слышала, как кто-то это сказал. Он из Ганновера, где живет мой брат.       — А тебе не кажется, что он немного странный, этот Адам…? — заметил Дуайт, снова оглядываясь назад. — Не думаю, что ты поймешь, но если он из Виндзора…       Лора окинула его пустым взглядом.              — …ты не знаешь многих ганноверских парней, не так ли?

***

      — Привет, Хаммел.       Курт, которого послали с поручением забрать что-то в зал как раз перед тем, как группа вышла на сцену для выступления, едва не выпрыгнул из кожи, когда за его спиной появился Джулиан. Он бросил взгляд на Стюарта, который сегодня выглядел немного бледным, и стал размышлять, почему всем в этой школе так нравится устраивать на него засады. О цене славы: если в Маккинли его практически не замечали, то здесь, в Далтоне, на него сваливалось все — и хорошее, и плохое.       — Ты хуже близнецов. Ты просто появляешься из ниоткуда, — сказал он ему.       — Я сразу перейду к делу, — спокойно сказал Джулиан. Он подошел к Курту и протянул руку.       Курт уставился на протянутую ему руку.       — Для чего это…?       — Я уступаю, — Джулиан сказал это с окончательностью, на его лице появилась широкая улыбка. Курт, который к этому моменту уже знал, как выглядит улыбка человека, который, возможно, полностью ее потерял, сразу же узнал этот взгляд.       — Уступаешь в чем? — Курт поднял бровь.       — Тебе не нужно это знать, — Джулиан опустил руки и засунул их в карманы пиджака. Он пожал плечами. — Но ты выиграл. Я устал. Я ухожу.       Удивленный, Курт повернулся к нему лицом.       — Устал от чего? От школы? — он слышал от других, что у Джулиана была привычка появляться и исчезать из школы из-за расписания, но поскольку он всегда возвращался, Курт предположил, что актеру нравится быть в Далтоне.       Джулиан лишь пожал плечами.       — Да, но в основном из-за Логана. Я уезжаю. Так что теперь он, по сути, твоя проблема.       — Подожди, а что он сделал сейчас? — спросил Курт, нахмурившись. — И что ты имеешь в виду, говоря, что он моя проблема?       — Он ничего не сделал, — пожал плечами Джулиан. — Это проблема с моей стороны… А теперь он твоя проблема, потому что, кроме Дерека, ты останешься единственным, кому он небезразличен.       — Ты уезжаешь из Далтона. Навсегда? — Курт недоверчиво уставился на него. — Ты ему уже сказал?       Джулиан бросил на него взгляд.       — Он не владеет мной и не управляет моей жизнью. Ему не нужно ни о чем говорить.       — Это значит «нет», — Курт скрестил руки и нахмурился, придвинувшись к нему чуть ближе. — Я не знаю, что именно ты пытаешься подтолкнуть меня к нему, но могу сказать, что на меня твое «мне все равно» не действует.       — Правда, — выражение лица Джулиана было таким же спокойным и почти таким же холодным, как у замерзшего пруда.       — Тебе не так уж много людей отказывали в жизни, верно? — спросил Курт, приподняв бровь. — Поверь, я знаю, что такое безответная горечь, когда вижу ее. Не понаслышке. Так что ты меня не обманешь.       Впервые на лице Джулиана мелькнуло выражение настоящего уважения. Он медленно кивнул и откинулся на спинку кресла, заложив большие пальцы за карманы брюк, и из его уст вырвался смешок.       — Верно…       — Угу… — Курт одарил его слишком понимающей улыбкой.       — Интересно, что ты заметил, когда именно он подвергался этому все эти годы… Я бы попросил тебя не говорить ему, но не думаю, что ты скажешь.       — Не скажу?       Джулиан пожал плечами.       — Потому что это не твой секрет, и тебя воспитывали лучше, чем меня, — у тебя есть принципы. В этом твоя слабость, — он наклонился к Курту. — Но у меня этого нет. Поэтому я собираюсь поступить безответственно и бросить его тебе на колени, потому что я действительно очень устал от этого.       — Вы с ним друзья, — заметил Курт. — Он нуждается в тебе прямо сейчас, и ты это знаешь. И ты знаешь, в каком он состоянии. У него не так уж много друзей. Ты же не бросишь его просто так, потому что тебе так захотелось.       — О, поверь мне, я брошу. Я уже делал это раньше.       — Но, как я слышал, ты всегда возвращаешься, — Курт встретил его взгляд без тени сомнения. — В этом-то и проблема, верно? Это не то, от чего можно просто отвернуться. Я даже не так давно его знаю, и меня беспокоит его положение.       Джулиан насмешливо фыркнул.       — Может, ты и знаешь, каково это, но ты меня не знаешь.       Курт шагнул к нему, совершенно не впечатленный этой бравадой. Все, что он видел, даже не наводило на мысль об этом избалованном актере.       — Я знаю, что общался с тобой всего несколько раз, но уже по одному этому разговору могу сказать, что ты готов поступиться своим эго ради него. И если учесть, что ты, возможно, более самолюбив, чем я, а это о многом говорит, то это определенно признак того, что ты не собираешься так просто от него оттолкнуться.       Джулиан бросил на него взгляд, и Курт улыбнулся.       — Ты не уйдешь, Джулиан. Я правда так не думаю. Ты можешь говорить, что уедешь, но я действительно думаю, что ты вернешься только для того, чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Потому что, даже если ты не собираешься ему рассказывать, он слишком много для тебя значит, — он отступил от актера и начал идти в сторону зала.       Джулиан сжал кулаки и посмотрел ему вслед.       — С каких это пор ты стал таким всезнайкой? — крикнул он.       — Я вообще-то говорил наобум, но спасибо, что подтвердил! — отозвался Курт и, ухмыляясь, зашагал дальше. — Удачи! Попробуй спеть! Кажется, это сейчас в моде в хоровых кружках!       — Ты меня достанешь, да? — спросил Джулиан уже не так уверенно и даже с некоторым беспокойством.       В ответ он услышал смех. «Виндзорский», как теперь принято называть у Стюартов, потому что этот смех означал «просто подожди и увидишь».       Джулиан застонал и в разочаровании потянул руками воздух, после чего поспешил прочь. Он должен был догадаться, что это будет плохая идея. С Виндзором просто невозможно было разговаривать. Но, по крайней мере, теперь он имел представление о том, что Логан видит в парне.

***

      Когда Курт закрыл дверь Зала Соловьев, он прислонился к ней спиной и выдохнул от усталости. День оказался гораздо длиннее, чем он ожидал от этой сумасшедшей ярмарки, и то, что его разбудили слишком рано, не дав толком отдохнуть, сказалось. Он не мог дождаться, когда день официально закончится, и тогда он сам закажет близнецов, чтобы они отомстили этим садистам Стюартам.       Курт опустился на один из диванов и полностью погрузился в него лицом вниз, чувствуя себя вымотанным. Он знал, что должен встать, что ему следует взять то, что он должен был взять, выйти, отдать это команде сцены и помочь Соловьям подготовиться к выступлению, проверить, вышел ли Финн из туалета, и отправить его домой к Берту и Кэрол, если он еще не пришел в себя, но сейчас он не мог заставить себя встать. Он начал понемногу дремать, чувствуя себя слишком тепло и уютно, желая хоть раз побыть в одиночестве, в месте, где он мог бы отгородиться от всего, что видел и слышал сегодня. Он хотел на несколько мгновений забыть о Соловьиной стране и просто оказаться в безопасном месте.       От его спины начало исходить тепло, и в полудреме он понял, что рядом с ним лежит чья-то рука, достаточно осторожно, чтобы привлечь его внимание, но без насильственных попыток разбудить. Курт пробормотал в подушки:       — …я отвезу тебя домой позже, Финн…       Тихий смех.       — Тебе все еще снится сон, Алиса…?       Удивленный, Курт приоткрыл глаза и увидел Блейна, который стоял на коленях рядом с диваном и слегка улыбался ему. Курт слабо улыбнулся в ответ.       — …Ты меня напугал на минуту.       — Я же сказал, что найду тебя, — просто ответил он. — Если ты так устал, я скажу им, что тебе пришлось вернуться в Виндзор, — но он позволил Курту взять свою руку, чтобы использовать ее в качестве опоры, чтобы встать и сесть на диван.       — Нет… — Курт выдохнул, садясь. Блейн не совсем отпустил его руку, поэтому он слегка сжал руку Блейна. — …мы же говорили, что разберемся во всем этом.       — Да… — Блейн сел рядом с ним. Курт заметил, что у него нет с собой рации. Очевидно, он не хотел, чтобы его прервали во второй раз. — Это действительно… Ну… я думаю, это не должно было длиться так долго, как длится. Если так будет продолжаться и дальше, я полностью убежден, что Мерседес придет, чтобы покончить со мной. И закопает мое тело в лесу.       Курт немного посмеялся вместе с ним, глядя вниз. Блейн тоже отвернулся с небольшой улыбкой, похоже, радуясь, что тоже заслужил смех и некую степень комфорта между ними. Их руки лежали на диване в дюйме друг от друга, но не соприкасались.       Блейн закрыл глаза и глубоко вздохнул.       — Послушай… Мне жаль…       — Прекрати, — Курт пристально посмотрел на него. — Остановись.       Блейн уставился на него.       — Но…       — Ну, я не хочу это слушать, — просто ответил Курт, хотя теперь он сжимал кулаки на коленях.       — Почему? — Блейн чуть не рассмеялся, увидев, как напряженно смотрит на него Курт.       — Потому что стало ясно, что мы оба где-то ошиблись, — Курт посмотрел в окно. — И в то же время мы оба были правы. Никто не выигрывает.       — Курт, я… — Блейн покачал головой. — Курт, то, что я сделал… Это был первый тест между нами как парой, и я его провалил. Я провалил его по полной программе. Я должен был доверять тебе, а вместо этого… — он долго смотрел на него, прежде чем добавить. — …Я не могу притворяться.       — Я не говорю, что ты должен притворяться, потому что нет смысла, — ответил Курт. — И я не собираюсь притворяться, что мне не было больно от этого… Я также не собираюсь притворяться, что я был полностью уверен, что не буду вести Логана за собой, делая с ним все эти вещи. И что… я не рассказал тебе всего, потому что знал, что ты подумаешь… ну, именно то, из-за чего мы поссорились. Если бы я просто сказал тебе то, что намеревался, не думаю, что все бы так разгорелось.       — Ну… я не все тебе рассказал, — признал Блейн.       Курт покачал головой.       — …Нам действительно нужно больше разговаривать. Никогда не думал, что с нами такое случится, учитывая, сколько мы говорим, когда вместе…       — А я не думал, что когда-нибудь буду так ревновать, — прокомментировал Блейн.       — Ты ревновал… — Курт посмотрел на него с самой мимолетной ухмылкой.       — Очевидно, — улыбнулся Блейн. — Нельзя винить меня за то, что я так сильно хочу прижаться к тебе, — он вздохнул. — Мне так плохо. У меня все плохо с тобой и… — он пожал плечами. — Это заставляет меня делать очень глупые вещи.       Курт прикусил губу от такой откровенности и слегка улыбнулся, когда положил свою руку на руку Блейна, крепко сжав ее и заставив того посмотреть на него.       Блейн сжал его руку.       — Знаешь, чего я больше всего боялся все это время…? Что… я точно потеряю тебя — особенно после того большого взрыва. Это был бы самый глупый поступок в моей жизни.       — Если бы ты закончил с еще одним жалким плейлистом, думаю, Уэс и Дэвид были бы готовы к тому, что Дуайт действительно изгонит тебя.       — Я серьезно, — Блейн слегка улыбнулся, переплетая свои пальцы с пальцами Курта, который лишь слегка пожал плечами.       — Ну, — пробормотал Курт, отводя глаза, — я полагаю, что, хотя у меня и были сомнения, я полагал, что в конце концов мы поговорим об этом. Нам придется. Мы оба… очень устали от бегства. И мы бы не стали убегать друг от друга…       Курт встал и подошел к окну, за которым неуклонно опускалось солнце. Блейн наблюдал за ним со спокойным выражением лица.       Повисла пауза, как будто оба ждали, что будет сказано еще что-то. Курт смотрел в окно на угасающее солнце, обдумывая, что он хочет ему сказать, и размышляя, нужно ли ему вообще это говорить. Снаружи он видел людей, собравшихся в направлении сцены, возможно, наблюдавших за Соловьями. Он немного грустно улыбнулся.       — …Мы должны были спеть вместе на День святого Валентина… — наконец пробормотал Курт. — Я хотел петь с тобой. Перед толпой. Это было бы хорошей переменой после всех остальных разочаровывающих Дней святого Валентина. Я проведу его со своим первым парнем.       Блейн медленно встал и повернулся к нему.       — Я думал, ты не веришь в День святого Валентина.       — Сегодняшний день доказывает, почему, — ответил Курт с небольшой улыбкой, глядя на Блейна. — Мы немного все испортили, не так ли?       — Ты же нас знаешь, — сказал Блейн, подойдя к нему. — Мы всегда модно опаздываем, но мы успеваем, — он протянул руку и снова взял Курта за руку.       Курт посмотрел на их соединенные руки и тихо засмеялся, опустив голову.       — В какой-то момент, когда мы даже не могли смотреть друг на друга… мне в голову пришла одна настойчивая мысль. Ты меня знаешь, я склонен немного… драматизировать, но Рид говорит мне, что именно этот момент был примечательным, — он вздохнул. — Я, наверное, долго смотрел на листы с песнями, прежде чем понял, что я… — он на мгновение остановился, как бы желая признать, что это уже неловко. Блейн подождал, но не сразу понял, что происходит, когда Курт смахнул с лица странное выражение, которое он пытался скрыть. — Я не хочу… петь эту чертову песню ни с кем, кроме тебя. И я хочу сделать это так, чтобы ни от кого из нас не исходила ненависть, — Курт облизал пересохшие губы и слегка пожал плечами, уставившись куда угодно, только не на Блейна. — Ты знаешь, какую. Ту, которую мы отрабатывали еще до того, как они назначили партнеров. …это все, чего я хотел в то время, и это просто застряло у меня в голове, — он коротко рассмеялся. — Мы ссорились, и все, о чем я мог думать, — это петь с тобой. Ты можешь в это поверить…?       Блейн пристально смотрел на него, так много вещей в словах Курта он хотел опровергнуть. Поэтому он начал с самого важного.       — …вот в чем дело… Я никогда не ненавидел тебя. Ни на одну минуту. Никогда, — он подошел чуть ближе. — Почему… ты думаешь, что я могу тебя ненавидеть? То есть ты можешь меня ненавидеть, и я тебя не виню, но наоборот…       Курт не поднимал на него глаз.       — Я же сказал тебе. Это была просто мысль, скорее всего, вызванная временным помешательством. Похоже, это распространено на этом факультете.       В этом расстоянии была какая-то странность, благодаря которой они могли видеть все, что должны были видеть. В воздухе безмолвно висели частички, ожидающие, когда все встанет на свои места, и надежда на то, что все встанет на свои места.       Блейн протянул руку и коснулся лица Курта, чтобы заставить его посмотреть на него. Курт поднял глаза, и Блейн уставился на него так, словно пытался полностью запомнить его лицо в этот момент. Это удивило Курта, который недоуменно смотрел на него, недоумевая, почему настроение так внезапно изменилось, почему оно стало чуть более теплым, чуть более уязвимым и чуть более срочным.       — Если… все в порядке… — пробормотал Блейн, наклоняясь чуть ближе и нежно проводя большим пальцем по щеке Курта.       У Курта перехватило дыхание, когда Блейн подошел ближе и пристально посмотрел в глаза, которые смотрели на него с искренней мольбой. Он почувствовал, как рука Блейна слегка дрогнула, и поднял свою, чтобы накрыть ладонь на его щеке. Дыхание Блейна было теплым.       — …Мы можем попробовать еще раз…? — тихо спросил Блейн.       Глаза Курта слегка затуманились, на губах заиграла трепетная улыбка. Блейн увидел выражение его лица и притянул его к себе, крепко прижав к себе, словно ждал этого шанса целую вечность, и в каком-то смысле так оно и было. Когда Блейн прижал его к себе, руки Курта обхватили плечи Блейна, и он прижался к нему так же крепко, надеясь, что его руки не дрожат так явно, надежно, не собираясь отпускать.       — Мне жаль… — прошептал Блейн в плечо Курта, прижимаясь к нему еще крепче. — Мне так жаль…       Курт закрыл глаза и так же крепко прижался к нему в ответ, вздохнул, борясь с жжением в глазах, и сказал так тихо, что его можно было услышать только в тишине.              — Прости… — прошептал он в ответ, крепко прижимаясь к нему.       Курт закрыл глаза и так же крепко прижался к нему в ответ, тяжело вздохнул, поборол жжение в глазах и заговорил так тихо, что его можно было расслышать только в тишине.       — Прости… — прошептал он в ответ, крепко прижимаясь к нему.       Ни один из них не мог победить. Да и гордость редко стоит того, чтобы держаться за нее, когда начинаешь задумываться о том, что можно потерять нечто гораздо большее. Разве такие вещи не происходят между людьми постоянно? Ушло то бессловесное чувство удивления, почему они вообще отдалились друг от друга — оно длится лишь мимолетное мгновение, достаточно быстрое, чтобы потерять смысл после того, как оно сгорит, — и вместе с тем осознание того, что они могут попробовать снова, но на этот раз более осторожно.       В тишине Курт чувствовал все. Он чувствовал, как колотится сердце Блейна, как теплая рука, лежащая на его затылке, прижимает его к себе, а другая рука надежно обхватывает его талию. Он задавался вопросом, чувствует ли Блейн теплые слезы, падающие на его плечо, те, которые он не хотел, чтобы он видел, но они все равно пробились наружу.       Может, и так. Блейн просто прижался к Курту на долгий, тихий момент, его тело слегка расслабилось, когда он почувствовал, как Курт дышит рядом с ним. Может быть, именно поэтому он начал так тихо, словно это была почти колыбельная. Просто чтобы успокоить раны, которые никто из них не мог увидеть.

Never knew I could feel like this

Like I've never seen the sky before…

I want to vanish inside your kiss

Every day I love more and more…

      Курт поднял на него глаза, и сердце забилось чуть быстрее, когда он узнал песню по первой строчке. Блейн осторожно взял лицо Курта в свои руки, как делают люди, которые боятся, что разобьют что-то, если будут держать слишком крепко.       Блейн прислонился лбом к лицу Курта, пока еще не поднимая на него глаз. Он мало что мог сделать для него в этот момент, но это… это было нужно им обоим.

Listen to my heart, can you hear it sing?

Telling me to give you everything…

Seasons may change, winter to spring…

      Блейн смотрел прямо на него с небольшой улыбкой.       — But I love you…until the end of time       Глаза Курта снова заблестели, дыхание стало почти прерывистым, пока Блейн продолжал петь, а его руки скользили вниз, пока не взяли руки Курта и нежно сомкнулись над ними.

Come what may

Come what may

I will love you until my dying day…

      Курт поднял на него глаза, трепетно улыбаясь сквозь туман в глазах. Теперь это значило гораздо больше, чем те бесконечные репетиции, — за несколько дней все изменилось, и каким-то образом они собирались найти дорогу назад.       Он взял Блейна за руки и начал тихонько напевать в ответ.

Suddenly the world seems such a perfect place…

Suddenly it moves with such a perfect grace…

      Подняв голоса, они стояли чуть ближе, не сводя друг с друга глаз:       — Suddenly my life doesn't seem such a waste…       И Курт улыбнулся Блейну, чьи глаза загорелись так, как Курт никогда не думал, что сможет вызвать у кого-то такой же взгляд.              — It all revolves around you… — пропел он, держа его за руки.       Блейн притянул его к себе, и их голоса снова зазвучали в комнате, а пальцы переплелись между собой.

And there's no mountain too high no river too wide

Sing out this song and I'll be there by your side…

Storm clouds may gather and stars may collide…

      Блейн смотрел на него с нежной улыбкой.       — But I love you…       — I love you… — ответил Курт, его лицо слегка покраснело.       — Until the end of time… — они оба пели, а снаружи, за огромными стеклянными окнами, сменяя друг друга, загорались яркие огни, пронзая тьму, опустившуюся на школу, — сотни ярких огней заполняли сцену, устилая ковром территорию Далтона и вычерчивая ее на черном фоне.

Come what may, come what may…

I will love you until my dying day…

Oh come what may, come what may…

I will love you…

      — I will love you… — пробормотал Курт, пристально глядя на Блейна и свет, отражающийся в его глазах. — Suddenly the world seems such a perfect place…       Блейн притянул его ближе и коротко поцеловал, обменявшись дыханием.       И без всякого предупреждения в небо взмыли фейерверки. Соловьи, должно быть, уже давно закончили свое выступление — по всему потемневшему небу пронеслись вспышки света и цвета, наполняя воздух светом и звуком и рассыпая тысячи искр на землю, словно по волшебству.       Пара в зале едва ли могла обратить внимание на сияние, вспыхнувшее над окнами комнаты, в которой они стояли, — слишком уж они были увлечены друг другом, глаза их были полны надежды.

Come what may…

Come what may…

I will love you until my dying day…

      Фейерверки продолжали взрываться даже тогда, когда их голоса затихли, глаза не отрывались друг от друга, они глубоко дышали, словно пытаясь отдышаться, словно им едва удалось избежать утопления во время шторма, и, возможно, так оно и было.       Курт как раз собирался перевести дыхание, когда Блейн снова остановил его, подавшись вперед и целуя его еще глубже, чем прежде, а его рука прикоснулась к щеке Курта. Лицо Курта стало теплым, и он ответил на поцелуй, положив руку на шею Блейна.       Они никогда не были так благодарны за одну песню.       И тут зал Соловьев взорвался аплодисментами.       Вдвоем они разошлись в разные стороны и, широко раскрыв глаза, увидели Соловьев у широко распахнутых дверей, улюлюкающих и аплодирующих так сильно, что Курт увидел, как руки Рида побагровели. Шейн был рядом с ним, прыгая вверх-вниз и снова забывая про ногу, а «Новые Направления» стояли с ними, тоже ухмыляясь от уха до уха. Харви и Медель стояли у двери, слегка улыбаясь, но тоже тихонько хлопали.       Рид же смеялся от души.       — Ну вот, теперь мы будем считать, что простили тебя за то, что ты не смотрел наше выступление! — сказал он, ухмыляясь своему соседу по комнате.       — Наконец-то! — сказал Уэс, вскидывая руки вверх, а Мерседес подняла глаза к потолку в знак согласия.       — Отличная песня! — Бейли ухмыльнулся, аплодируя.       — Идеальное время для фейерверка, хотя… — сказал Финн, глядя на окна, где продолжали вспыхивать фейерверки. Близнецы посмотрели друг на друга и незаметно дали себе пять — вообще-то фейерверк запустили раньше, чем планировалось, но он должен был появиться в самый подходящий момент. Они позаботились о том, чтобы некий Катерпиллер подстроил его именно так.       Арти насвистывал, а Сантана ухмылялась, глядя на парочку в зале, которая явно не закрыла дверь перед своим приватным выступлением. Соловьи намеревались вернуться в зал, чтобы провести собрание, и «Новые направления» отправились с ними, после того как Финн заявил, что ему нужно найти Курта.       Курт немного посмеялся, но они с Блейном удивленно подняли глаза и увидели Логана, стоящего среди Соловьев. Он тоже слегка улыбался — более искренне, чем они оба видели за последнее время, — и тоже хлопал в ладоши. Он слегка кивнул им обоим, что само по себе было признанием. Это говорило о его намерении отступить.       Курт посмотрел на Блейна, который продолжал смотреть на Логана. Блейн, все еще стоявший рядом с Куртом, мягко кивнул ему в ответ. Логан лишь слегка улыбнулся и, осторожно отступив от Соловьев, прошел мимо остальных и скрылся в коридоре.       Тут Курт на мгновение повернулся к Блейну, что-то обдумывая, а затем прошептал:       — Мне нужно поговорить с тобой кое о чем позже, хорошо?       Блейн удивленно посмотрел на него и кивнул.       — Хорошо.       — Ладно, тише, тише, — сказал Харви, хлопая в ладоши, чтобы привлечь их внимание. — Поскольку у нас в зале, похоже, гости… — и он улыбнулся «Новым направлениям», которые ухмыльнулись ему в ответ, — …нам придется отказаться от встречи после выступления.       Лицо Рейчел слегка погрустнело. Тина хихикнула.       — Но для пользы двух отсутствующих… — он поднял бровь на Блейна и Курта, которые покраснели. — Я повторю, что вы все сегодня отлично справились.       Шейн ухмыльнулся, глядя на Рида, который задорно улыбнулся ему. Близнецы подмигнули Бриттани, которая рассмеялась.       — Если мы продолжим в том же духе, то будем более чем готовы к региональным соревнованиям. Где вы будете ждать, я полагаю, — добавил он, обращаясь к «Новым направлениям», и Рейчел усмехнулась.       — Абсолютно! — гордо сказала она.       — Еще бы, мистер Харви, — засмеялась Мерседес.       — Конечно, — с улыбкой заверил ее Харви. Хотя должен признать… — он посмотрел на группу Соловьев и ребят из «Новых направлений», выступавших в середине дня. — Кажется, вы все хорошо работаете вместе.       Медель выглядела довольной.       — Это всегда хороший знак, знаешь ли. Надо будет как-нибудь попробовать еще раз — не на соревнованиях. Интересно, что об этом подумает Уилл Шустер.       Все присутствующие в комнате разразились бурным ревом, и Харви пришлось снова их успокаивать.       — Думаю, на сегодня хватит, все идите. Уходите отсюда — не забудьте подготовиться к родительскому вечеру, предложив свои песни, и запишитесь, кто хочет, на роль ведущих.       — Что такое родительский вечер? — спросила Тина у Дэвида, когда вся масса начала выходить из зала.       Дэвид слабо улыбнулся.              — Адская ночь, в основном.       — Все родители и опекуны приходят сюда с фантазией, в основном для того, чтобы их проинформировали о том, что произошло за год, — сказал Эван. Итан кивнул:       — Мы должны выступить перед ними, лучшие получат награды, вся эта помпа и обстановка.       — Почему тогда это адская ночь? — спросила Рейчел, нахмурив брови. — Разве вы не рады, что выступаете перед такой эксклюзивной аудиторией?       — Потому что мы все делаем это перед самыми осуждающими глазами на планете — нашими родителями, — проворчал Уэс, когда они вышли из комнаты.       Курт и Блейн вышли в коридор вслед за остальными, но Харви остановил их. Он пристально смотрел на них двоих, все еще держащихся за руки.       — Если это поможет, я все еще раздумываю над тем, чтобы позволить вам двоим возглавить Родительский вечер. И не только потому, что вы — двое из наших лучших.       — Вы уже продемонстрировали некоторые улучшения, — с улыбкой сказала Медель. — Нам сказали, что вы очень старались на протяжении всей ярмарки… Даже Логан сегодня выступил неплохо. А ваши товарищи по Соловьям сказали, что скучают по вам на сцене.       Курт слегка улыбнулся — но не слишком сильно. Не хотелось бы показаться чересчур восторженным…              Харви и Медель посмотрели друг на друга, и наконец Харви сказал:       — Ну что ж… Мы разрешим всем троим попробовать себя в роли ведущих на Родительском вечере. Предпочтение все равно будет отдано нынешним ведущим — Риду и близнецам, но если ваши соловьи выберут вас, вы можете выйти на сцену.       — Нам нужны два ведущих — просто два, отдельных солиста, — Медель кивнула, не обращая внимания на надежду, которая определенно росла в глазах Курта. — Так что вам следует подготовиться.       — Спасибо, сэр, — с улыбкой кивнул Блейн директору. Харви положил руку на плечо Блейна. — Мне нужно одолжить тебя на минутку, я хочу поговорить с тобой о твоем брате.       Блейн выглядел смущенным.       — Шейн? Что с ним?       — Ну, я случайно увидел его сегодня в действии… — и он повел Блейна прочь по коридору, а обеспокоенный мальчик отпустил руку Курта, следуя за директором.       Курт остался с Медель, к которой и обратился. Медель улыбнулась ему и сказала:       — Я очень рада, что вы с Блейном все уладили. Должно быть, вам обоим было нелегко. И, судя по всему… Логан немного успокоился. Я надеюсь, что все наладится.       — Я тоже, мисс Медель, — ответил Курт.       Он на мгновение приостановился, размышляя, стоит ли ему это делать, — ведь это было ужасно поспешно, но что еще может быть? Если она даже не может сказать Харви, то, вероятно, ей нужна любая поддержка. Куинн и бэбигейт оставили у Курта не самые приятные воспоминания о незапланированной беременности. Он быстро взял ее руки в свои, поспешно улыбнувшись.       — Мисс Медель. Вы в порядке?       Женщина в недоумении уставилась на него.       — О, да, конечно, в порядке.       — Просто… я видел вас больной на днях, — сказал Курт, бросив на нее многозначительный взгляд.       Она не поняла.       — О, я же говорила, меня просто немного тошнило.       — И сегодня вас тоже тошнило, — добавил Курт.       — О, это… просто печенье, — ее улыбка слегка дрогнула.              Курт уставился на нее расширенными глазами.       — Ладно… ну… — медленно произнес он, — я просто хотел, чтобы вы знали… что я уже сталкивался с подобными вещами у некоторых моих знакомых и… — он пристально посмотрел на нее. — Вы можете мне доверять.       Медель уставилась на него, все еще немного неуверенная, но ее руки крепко сжались.       — Что ты имеешь в виду?       -… Я просто хочу сказать, что могу немного присмотреть за вами, если вам понадобится помощь.       Должно быть, ее наконец осенило, потому что ее руки еще крепче сжали руки Курта.              — Курт… ты очень хороший парень и отличный ученик, — начала она, немного дрожа. — Но… я думаю, мы с тобой можем договориться… чтобы это осталось между нами обоими на некоторое время. Хорошо? — сказала она, расширив глаза.       — Я же говорил вам, — ответил Курт, гадая, понимает ли она, что прерывает кровообращение в его руках. — Вы можете мне доверять.       Медель выглядела обеспокоенной.       — Ты… Ты говорил об этом кому-нибудь…? О моей… ситуации?       Курт почувствовал тревогу. Рид знал. Он был там, он все слышал. Но он заставил себя улыбнуться Медель и красиво соврал.       — Нет, конечно же, нет.       В ее глазах промелькнуло облегчение.       — Хорошо. Давай… давай оставим эту тему, хорошо? Со мной все будет в порядке, — и под этим она подразумевает, что об этом не должно быть и речи. Никогда больше. В этом была окончательность.       Курт кивнул.       — Я понимаю, — он отпустил ее руки. — Увидимся завтра, мисс Медель.       — Завтра… — Медель кивнула, с тревогой глядя ему вслед, когда он пошел по коридору вслед за Харви и Блейном, которые вместе с другими Соловьями двинулись к выходу.       Когда Курт подошел к дверям Саус и Мейн, к нему подбежал Блейн, выглядевший немного взволнованным.       — Что? — спросил Курт, подходя к нему и выходя вместе с ним из дверей. — Что хотел Харви?       — Он видел, как Шейн выступал на танцевальном баттле, — ворчал Блейн. — Он спросил меня, умеет ли Шейн петь.       Глаза Курта расширились.       — …ты хочешь сказать…       — Это была просто мысль — по крайней мере, я молюсь, чтобы это была просто мысль, — ответил Блейн, выглядя немного раздраженным. — Он спросил меня, почему Шейн в другой школе, а я в этой. Я сказал ему, что это было решение Шейна пойти в Уолкотт, но он не сказал мне, почему.       — Он спросил, не собирается ли Шейн перевестись в Далтон? — Курт ухмыльнулся.       — Пожалуйста, не начинай меня пугать, Курт, правда, это уже слишком, — Блейн опустил лицо в ладони, когда они подошли к ступенькам и увидели, что остальные мальчики уже ждут их там. — Я уже учился в школе с Шейном и могу сказать тебе прямо сейчас, что это подготовило меня к поступлению в Виндзор.       — Что обо мне говорите? — усмехнулся Шейн, когда они подошли к ним.       — Ничего, — холодно ответил Блейн. — То, что ты — дурак.       — Видимо, так и есть, — с сожалением сказал Шейн Риду, который только рассмеялся. — Всегда им был. У меня длинная, задокументированная история.       При слове «история» в голове Курта мелькнула мысль, и он тут же повернулся к Блейну.       — Кстати, о том, чтобы все друг другу рассказывать, я сегодня встретил девушку, которая искала тебя. Сказала, что у тебя с ней была история? Что это было? — он скрестил руки на груди.       Блейн посмотрел на него с недоумением.       — Девушка?       Даже Шейн выглядел удивленным и повернулся к брату.       — Только не говори мне, что одна из твоих подставных спутниц на самом деле выследила тебя.       — Что? Нет! — Блейн уставился на него. — Я бы узнал об этом…       — Ого, семейная история зашла немного дальше, чем мы предполагали… — Дэвид уставился на двух Андерсонов.       — Ранее Блейна искал говорящий цветок, — прокомментировал Эван, наклонив голову. — Каштановые волосы, красивые стебли, очень красивый с длинными каштановыми волосами.       — Что? — спросил Блейн, смущаясь и избегая пристального взгляда Курта.       — Этот говорящий цветок! — внезапно сказал Итан.       И это была она. Девушка, которую Курт встретил ранее, бежала сквозь медленно рассеивающуюся толпу ярмарочной площади по прямой линии к Блейну, выглядя дико радостной.       — Блейн! — кричала она, размахивая руками.       Блейн поднял голову и увидел ее, на мгновение ошеломленный, а затем его лицо озарилось абсолютным изумлением.       — О Боже… Ребекка! Я не могу поверить! — он бросился вперед и тут же обнял ее, когда она добежала до него. Она поцеловала его в щеку и похлопала по плечам, выглядя очень восхищенной.       У Курта отпала челюсть. Блейн выглядел взволнованным.       — Когда ты приехала? Как давно ты в Огайо?       — Ребекка? — сказал Шейн, выглядевший также удивленным и вполне счастливым.       — Шейн тоже здесь! — воскликнула Ребекка, выглядя еще более счастливой, и крепко обняла его. — Я думала, ты учишься в Колорадо!       — Да, я приехал в гости…       — Эй, мы все еще в неведении, — обратился Курт к своему парню, который подпрыгнул. Блейн слегка рассмеялся. — О, нет, Курт, все не так. Это Ребекка, она…       Его прервала дико взволнованная девушка.       — Наконец-то, Блейн! Мы искали тебя повсюду на этой ярмарке, ты не мог стоять на месте ни минуты! — она тут же повернулась к нему спиной и начала махать руками, прыгая вверх и вниз так же возбужденно, как Шейн ранее. — Милая! Милая, иди сюда! Я наконец-то нашла Блейна!       В этот момент к ним подошла миловидная девушка в джинсах, кроссовках и кожаной куртке, ее прекрасные рыжие волосы свободно рассыпались по плечам. Если Курту показалось, что Блейн был поражен, когда увидел Ребекку, то это было ничто по сравнению с тем шоком, который он испытал, увидев рыжеволосую.       — О Боже… Эрин!       — Вообще-то да! — рассмеялась рыжая, крепко обнимая его в ответ. — Столько времени прошло! Блейн, я так рада снова тебя видеть! Сто лет не виделись! — она смотрела на него, положив руки ему на плечи. — …а ты не вырос ни на дюйм.       — Эй!       — Эрин! — Шейн вырвался и повалил девушку на землю, к изумлению Рида.       — Черт возьми, ты тоже здесь, маленький вихлявый червяк? — ворчала рыжая, поднимаясь с земли. — Ты совсем не изменился, Шейн? Кто-нибудь из вас? — но она фыркнула от смеха, поднимаясь вместе с ним, явно довольная тем, что увидела его.       — Эрин…? — шепотом спросил Рид у Курта, гадая, знает ли его друг больше, чем он сам. Курт на мгновение задумался и посмотрел на Рида, понимая.       — Эрин…? То есть… из твоей старой школы Эрин? — Курт добавил, глядя на Блейна. — Одна из вашей «потрясающей пятерки»?       — Ты все еще называешь нас так? — Эрин спросила Блейна, выражение ее лица немного смягчилось.       — Конечно, называю, — ответил Блейн с улыбкой. Ребекка выглядела довольной таким ответом, она улыбнулась и сжала руку Эрин.       — Видишь? — сказала она, склонив голову на плечо Эрин. — Я же говорила, что он будет таким же, как всегда.       — И вы тоже, — фыркнул Шейн, когда Эрин обхватила Ребекку за талию и быстро поцеловала ее в губы. Отношения между Эрин и Ребеккой мгновенно осенили всех — близнецы слегка застонали, понимая, почему их так оттолкнули раньше и что она на самом деле подразумевала под словом «девушка».       Эрин внезапно оторвалась от Ребекки.       — О, что я делаю? Я еще не добралась до самого важного! — она схватила Блейна за руки. — Ты никогда в это не поверишь… Клянусь.       — Пожалуйста, скажи мне, что ты не переведешься в Добри Холл или что-то в этом роде, — сказал Блейн, почти испугавшись ответа, если судить по тому, как рыжеволосая рвется вперед.       — Что это за Добри Холл? Нет! Я имею в виду — заткнись на пять секунд! — Эрин выглядела такой же воодушевленной, как и Ребекка, которую Шейн представлял все еще сбитому с толку Риду. — Мы знали, что должны были сразу же приехать сюда, чтобы рассказать вам!       — Что рассказать? — Блейн уставился на нее. — Твои родители забирают тебя обратно? Ты снова будешь бегать? Олимпийские игры? Что?       — Вау, ты не замолкаешь.       — Иногда я пытаюсь его заставить, — ответил Курт.       — А это, должно быть, тот парень, о котором мне говорила Бекка, — усмехнулась Эрин, заключая Курта в крепкие медвежьи объятия. — Ааа, наконец-то. Совет: когда он начнет вытворять безумные вещи вроде лазания по мебели, просто спусти его вниз, и все будет в порядке. Отвлеки его от внутреннего безумия.       — Курт ухмыльнулся Блейну, который стал пунцовым.       Эрин отмахнулась от него и сказала:       — Что я говорю? Я все еще не сказала тебе!       — Что не сказала? — наконец потребовал Блейн.       Рид уставился на Шейна, недоумевая, почему тот стоит, белый как полотно, и не шевелится. Похоже, он был в шоке. Он дотронулся до его руки.       — Шейн? Шейн, что случилось?       Ребекка обернулась к остальным и улыбнулась, увидев, на что уставился Шейн.       — Он здесь.       — Он…? — спросил Рид.       Курт уставился на высокого, худощавого, кареглазого мальчика, который подошел к ним, одетый в довольно красивую одежду в стиле преппи и в очках в золотой оправе. Его улыбка была доброй, но глаза выглядели усталыми. Но эти глаза никогда не покидали Шейна.       — Мы нашли его, представляете? — Эрин с диким шипением обратилась к такому же пораженному Блейну. — Мы думали, что больше никогда его не увидим, но мы нашли его! Мы столкнулись с ним на книжной конвенции в Сан-Франциско!       Шейн стал немым и парализованным. Рид переводил взгляд с него на высокого мальчика и обратно.       — Шейн?       Высокий мальчик улыбнулся Шейну с извиняющимся видом.       — …привет.       У Шейна перехватило горло, голос звучал отстраненно.       — …ты…       Курт посмотрел на Блейна, который, совершенно ошеломленный, сказал:       — …Мика.       Эрин и Ребекка нетерпеливо заулыбались, а все остальные Виндзоры выглядели растерянными. Но Курт знал, кто такой Мика, и, судя по лицам Шейна и Блейна, а также по тому, что теперь он повернулся к своему маленькому соседу по комнате, который выглядел встревоженным — как будто начал делать ужасную и точную догадку, — они вовсе не вышли из леса.       Они только-только вошли в него.

***

      Было уже поздно. На площадке оставалось лишь несколько учеников, которые все еще были готовы разбирать все ярмарочные вещи — остальные сдались и разбрелись по своим общежитиям. Бейли уже был готов убрать будку для записи, когда услышал, что кто-то подошел к нему сзади.       — Привет, Типтон.       Обернувшись, Стюарт увидел Джулиана, который стоял, слегка побледнев, засунув руки в карманы. Он был один. Удивившись, Бейли сказал:       — О, привет, Джулиан. Что случилось? Ты выглядишь каким-то… больным. Ты ведь не ел то печенье?       — Нет, нет… — Джулиан слегка улыбнулся. Он действительно выглядел подавленным, и Бейли уже собиралась предложить отвезти его в клинику, когда Джулиан сказал. — Эй, можно я… э-э… — он сделал паузу, затем просто пожал плечами и немного удрученно указал на музыкальную будку. — …как думаешь, я могу попробовать? Пока ты не убрал ее?       Бейли недоверчиво посмотрел на него. Зачем Джулиану понадобилась ученическая кабинка для записи? Он, наверное, мог бы заказать запись в одной из сотни студий, которые с радостью приняли бы его.       — Ты записываешь диск?       — …Да, как хочешь, так и называй… — пробормотал Джулиан, опустив глаза к земле. — Ну?       Он даже спрашивал разрешения. И по всему, что Бейли слышал и знал, он был уверен, что это окончательно сломило Джулиана.       — Конечно… то есть… если ты хочешь, — он жестом указал на кабину. — Ты хочешь, чтобы я вел трансляцию?       — Зачем…? — пробормотал Джулиан. — …никто не будет слушать.       Территория была практически пуста, но Бейли был уверен, что Джулиан имел в виду не совсем это. Он чувствовал себя немного виноватым, зная теперь его секрет. Но если это поможет ему почувствовать себя лучше…       — Ладно. Что будешь петь?       Джулиан сказал ему. Бейли стало еще хуже.       — Джулиан…       — Что?       Он не должен был ничего знать. Он должен был быть еще одним забывчивым Стюартом. Но ему так хотелось спросить, что сейчас на уме у Джулиана. Иначе зачем ему петь одному, холодно, поздно ночью? Он пел для кого-то, кто никогда не услышит, никогда не узнает. Теперь Бейли был уверен, если не был уверен раньше, что Джулиан намерен уйти.       Он не думал, что все пойдет так плохо. Он действительно думал, что они все уладят. Актер в кабинке сел на высокий табурет и надел наушники, закрыв глаза и не обращая внимания на то, что его одноклассник снаружи был очень расстроен. Он и сам был достаточно расстроен, чтобы заметить, что Бейли демонстрирует все признаки того, что знает его секрет.       У Курта была правильная идея — петь, то есть. Может быть, это поможет. Шансов было мало — очень мало, — но он уже испробовал все другие способы, чтобы почувствовать себя лучше. Впервые с первого курса, столкнувшись с возможностью отделиться и просто исчезнуть, он не смог подавить в себе это чувство: ощущение, что его раздавили под ногами и не замечают.       Он не мог скрыть это бравадой — Курт видел его насквозь — он не мог скрыть это, ведя себя как придурок — Дерек считал его прозрачным — и он даже не мог скрыть это от какого-то новичка-фанатика, который даже не знал его — Адам знал это и сказал, когда был с ним на ступеньках.       Только тот, кто действительно имел значение, этого не замечал. Но как он мог?       Ну… теперь это уже не важно. Он прощался.       Он поймал взгляд Бейли и кивнул ему. Бейли, которому это все еще не нравилось, только вздохнул про себя и включил трек. Не сводя глаз с Джулиана, он осторожно протянул руку и нажал на светящуюся красным кнопку с надписью «запись».       Джулиан наклонился к микрофону, глаза закрыты, одна рука лежит на гарнитуре — он готов в последний раз спеть в стенах Далтона.

The time is right; I'm gonna pack my bags

And take that journey down the road…

Cause over the mountain I see the bright sun shining

And I want to live inside the glow

Yeah…

      Бейли сидел и слушал, как поет Джулиан. Он был потрясающим певцом. Но в этом и заключалась проблема — люди, которые были потрясающими певцами, выражали столько эмоций, когда пели. И то, как Джулиан пел сейчас… ему казалось, что он вторгается во что-то очень личное. Такого он никогда не видел и не ожидал от знаменитости. Он хотел остановить запись, потому что записывалась не только песня Джулиана.       Это была запись его самого, человека, которого никто никогда не увидит.

I wanna go to a place where I am nothing and everything…

That exists between here and nowhere…

I wanna go to a place where time has no consequences oh yeah

The sky opens to my prayers…

      Джулиан не очень хорошо помнил, как собирался. Он помнил, что взял свою одежду и личные вещи и положил их в чемодан и дорожную сумку. Он помнил, что оставил свою форму, учебники и все остальные вещи, которые ему не принадлежали.       И вообще все, что хоть как-то напоминало о его пребывании в Академии Далтон.

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

      Он вспомнил, как взял стопку фотографий, лежавшую у его стола. Их было не так много, но на каждой из них были запечатлены он, Дерек и Логан, начиная с первого курса. Дерек говорил, что если их пролистать, то можно увидеть, как они становятся немного выше.       Джулиана на этих фотографиях было меньше всего. В основном на них присутствовали Дерек и Логан. И вот актер осторожно протянул их над мусорным ведром и отпустил.       Все равно его было недостаточно, чтобы они не заметили. Да и с чего бы им…? Что он вообще сделал такого, из-за чего стоило бы скучать по нему? А если серьезно…       -Заметит ли Логан?

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

      Дерек пришел в Стюарт после разговора с Мердоком на Саут и Мейн. Ему отчаянно хотелось отдохнуть. Его подружки нагнали его, и ему пришлось многое объяснять. Теперь все было кончено.       Он остановился, увидев чемоданы у дверей к Стюарту, незаметно пристроившиеся в углу фойе. При виде бирок у него запеклась кровь. Он знал, кому принадлежат эти чемоданы, и тут же помчался наверх, пройдя через коридор.       Не успел он выкрикнуть его имя, как снова остановился. Он увидел Джулиана, стоящего перед комнатой Логана. В комнате горел свет, он проникал через щель в нижней части двери. Но Джулиан просто стоял у двери, глядя на свет под ней.

Please understand that it's not that I don't care

But right now these walls are closing in on me…

      Дерек с замиранием сердца наблюдал, как Джулиан продолжает стоять на месте. Он смотрел на своего друга, мысленно уговаривая его. Иди. Давай, ты можешь это сделать. Просто постучи в эту чертову дверь, Джулиан, давай. Ты должен сказать ему. Ты должен!       На мгновение, когда Джулиан поднял глаза и один из его сжатых кулаков потянулся к двери, Дереку захотелось подпрыгнуть.       Затем Джулиан слегка пошатнулся и сделал шаг назад, закрыв глаза и сделав дрожащий вдох.       Он не мог. Просто не мог. Это было слишком трудно. И падать было слишком далеко. Почему он плакал? Ему хотелось ударить себя — почему он не может остановиться? Он хотел закричать, чтобы слезы перестали падать. Потому что это было глупо — это было ничто.       Это всегда было, всегда будет ничем.

I love you more than I love life itself…

But I need to find a place where I can breathe

I can breathe…

      Дерек увидел, что на глаза навернулись слезы, и опустил взгляд. Он выдохнул и подошел к своему другу, который, возможно, все это время знал, что он рядом. Он подошел к нему и мягко обнял за плечи. Джулиан прижался к нему, дрожа.       — Прости, Ди… — задыхался он. — Я просто был… — идиотом.       — Все в порядке… — наконец пробормотал Дерек, голос был таким низким, что его мог услышать только Джулиан. Он покачал головой. — …все в порядке, Джулс… Ты пытался. По крайней мере… по крайней мере, ты пытался, — это уже что-то значит. Он не собирался давить на него. Смотреть на это было слишком тяжело.       Он повел его прочь от двери, так же бесшумно, как они пришли. Человек по ту сторону никогда бы не узнал, что они там были.

I wanna go to a place where I can hold the intangible

And let go of the pain with all my might…

I wanna go to a place where I'm suspended on ecstasy

Somewhere between dark and light

Where wrong becomes right…

      Бейли наблюдал из общей комнаты, как Джулиан, закутанный в толстое пальто, проходит вместе с Дереком в парадный зал. Он поднялся со стула, нахмурив брови. Сегодня вечером? Он собирался сегодня? Логан знает? Он посмотрел на лестницу, по которой они только что спустились. Наверху не было никакого движения…       Логан сидел в своей комнате и ничего не замечал. Его мысли в этот момент были заняты совсем не Джулианом. Он размышлял над текстовым сообщением, которого не ожидал получить.       Оно было от Блейна.       Курт хочет, чтобы мы поговорили. Все трое. Он хочет знать все. Я готов рассказать ему свою версию. Но я не знаю твоей.       Логан оперся локтями о стол и отвернулся к окну, размышляя.

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

      Бейли наблюдал, как Дерек помогает Джулиану поднять сумки в фойе: Джулиан взял дорожную сумку, а Дерек — чемодан. Он наблюдал, как Дерек, не говоря ни слова, долго смотрел на Джулиана, молча спрашивая, действительно ли его друг хочет этого.       Джулиан на мгновение замер перед дверью, погрузившись в раздумья, и наконец посмотрел на Дерека, слегка кивнув.       Он толкнул дверь.

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

I wanna go to beautiful, beautiful, beautiful…

      Воздух был холодным и горьким. Ночью в Далтоне было тихо, как никогда.       Выйдя из Стюарта, Джулиан с испуганным вздохом упал на Дерека, прижимаясь к другу, который в ужасе смотрел на него: на ступеньках перед Стюартом лежали брызги, похожие на раздавленные красные розы, лепестки повсюду были порваны и сложены, алая жидкость окрасила землю, черную в лунном свете.       На ступеньках валялась изуродованная фотография Джулиана — вырванная из школьной газеты.       Дерек выругался и быстро затащил Джулиана в дом, оглядывая территорию в поисках следов того, кто это сделал. Он втолкнул Джулиана внутрь и тут же закрыл дверь, отправившись за ведром воды, чтобы избавиться от «подарка».       Джулиан прижался к стене, сердце застучало в горле. Теперь все было еще хуже. Он знал, что теперь будет хуже, потому что сообщение было громким и ясным.       Он не мог уйти.

***

      А вдалеке, далеко за территорией, в тишине ночи красные капли блестели на ступенях Ганновера. Джастин Бэнкрофт не обратил на это внимания, когда вошел в дом, увлекая за собой сестру, которой надо было сделать серьезный выговор. Но Лора Бэнкрофт заметила. Она увидела капельки красного цвета и растерялась, гадая, не краска ли это.       Она увидела, что след уходит в дом и поднимается по лестнице.       Последнее, что она увидела, прежде чем Джастин втащил ее в общую комнату, был Адам Клавелл, выглядывающий из окна второго этажа, выходящего на Стюарт.

***

      В следующем эпизоде: В прошлом году в академию Далтона поступил мальчик. Его перевели из средней школы Стэнтона. Он прибыл сюда, спасаясь от хулиганов из своей школы, и искал убежища. Его определили в Виндзор, где он впервые знакомится с его сумасшедшими обитателями и встречает высокого вокалиста Логана Райта. История прошлого года будет рассказана многими людьми Курту, который считает, что заслуживает услышать, что именно произошло, что привело их всех к этому моменту.