[mono-no aware]

— И как долго мы будем стоять здесь? Что ты вообще задумал? — Не ворчи, Чиби. Ещё чуть-чуть… Чуя ворчит, потому что, ну, только Дазай может так — выцепить его из Порта прямо посреди рабочего дня, и, ничего не объясняя, потащить куда-то на «очень секретную миссию». Конечно, он будет недоволен. С другой стороны, разве Чуя не привык к этому ещё лет семь назад? — И ещё… Сейчас! Смотри! Чуя выглядывает из-за угла, щурясь. Они прятались за невысоким домом, сделанным из красного кирпича — это было такое же офисное помещение, как здание Детективного Агентства. На первом этаже кофейня и маленькая забегаловка с японской уличной едой — в ней иногда Ацуши берет отядзуке с зеленым чаем или онигири, чтобы съесть на бегу. В кофейню детективы ходили редко, у них было свое кафе, в котором работала Люси, уже научившаяся варить кофе так же хорошо, как владелец. За это Дазай каждое утро готов был расцеловывать ей руки. За этим зданием лежала самая обычная асфальтированная дорога, узенькая и уютная, совсем на похожая на те туристические широкие улицы. Здесь, как думалось Чуе, и пряталась сама жизнь простых людей. Здесь, в озерах луж после проливного дождя, в островках с уличной едой, в тени деревьев отцветшей уже сакуры, в магазинчиках с мангой, в киосках с молочным чаем — везде, в каждой детали была та самая жизнь. Дом. Чуя любил свой дом. За этим самым углом на узкой улочке проходила пожилая пара, держась под ручки, совсем как в молодости — Чуя даже на секунду умилился этому зрелищу; а вдалеке дети со всем присущим им невинным весельем играли в мяч. Больше он ничего не заметил. — Видишь? Видишь, Чуя? — Дазай едва не подпрыгивал, тыча куда-то вдаль пальцем и каждую секунду оборачиваясь на Чую, чтобы разглядеть в красках его реакцию. Только никакой реакции, кроме непонимания и замешательства, на его лице не отображалось. — Нихрена я не вижу, мудак ты ебаный. Если тебе стало скучно, приставай к своим детективам, а я пошёл. Чуя делает шаг назад, правда-правда собираясь уходить — ну честное слово. Ему, конечно, скучно сидеть в башне Портовой Мафии и перебирать опостылевшие отчеты, только потому, что Мори и сам будто не знал, чем занять своего лучшего исполнителя, но и таскаться за Дазаем, развлекая его, Чуя не хотел. Но, возможно, совсем немного ему было интересно. Не каждый день прилетает такое предложение — пусть даже глупое и непонятное — пройтись до странной точки и последить за кем-то. — Да стой ты, слепошара, — ноет этот несчастный детектив-шпион. Он хватает Чую за шею и подтягивает его лицо ближе к себе, соприкасаясь щеками, чтобы он смотрел примерно на том же уровне, откуда смотрит Дазай. — На двенадцать часов. Видишь? На этот раз он шепчет, и Чуя больше щекой ощущает это, чем слышит. Придурок Дазай. Там, за маленьким деревцем вдалеке, стоял Куникида собственной персоной. Те же собранные в хвост блондинистые волосы, те же прямоугольные очки и блокнот в руках. Рядом с ним была незнакомая девушка с длинными красными волосами, одетая в широкую кофту и юбку, похожую чем-то на школьную форму. — Это ваш очкарик, что ли? С кем это он? — хмурится Чуя. — Вот именно! Я знал, что у тебя есть мозг! — Идиот! — Чуя пихает его локтем в бок. — Она, похоже, школьница. Ничего странного в этой картине он не видел. Ну, Куникида как Куникида, наверняка общается с молодой девушкой по поводу какого-нибудь дела, которое поручили детективам, а Дазай, как обычно, отлынивает от работы, вот и решил развлечься за счет Чуи. Может, она была свидетелем. Может, она подозреваемая — всё равно. Дазай его догадки опровергает. — Неа. Учится в университете, по утрам заходит сюда за кофе. Не наш клиент. — И в чём проблема? Дазай устало вздыхает, косит на него взгляд, и Чуя отшатывается на добрых пол метра, потому что этот придурок всё ещё так близко к нему и не отпускает щеки, сжатые в длинных пальцах. — Я ошибся на твой счет. Ты всё ещё такой же тупой. — Ты охуел?! — Чуя уже набирает в легкие воздуха, чтобы разразиться тирадой о том, кто из них здесь ещё тупой и почему вся затея Дазая провальная с самого начала. Не успевает — на него шикают, а потом быстро-быстро бормочут: — Помолчи, будь добр, иначе Куникида нас услышит и весь план пойдет ко дну. Видишь, как он с ней разговаривает? Не похоже на выяснение информации. Чуя присматривается. Да ничего особенного, разговор как разговор. Слов не слышно, и по губам не разобрать — слишком далеко они прячутся. Куникида не хмурится, не держит в руках блокнот с ручкой, чтобы что-то записать, а на его лице застыло доброжелательное выражение. Девушка почему-то хихикает, поправляет волосы, а потом чему-то кивает, наверняка улыбаясь — её лица не видно, стоит спиной. Чуя оценивает её волосы — красивые, длинные, ухоженные. Чем-то похожа на Коё, только весьма ниже ростом. Наверняка вровень с Чуей. Потом до него доходит. — Он флиртует с ней?! Дазай усмехается. — Вот именно! — Куникида умеет флиртовать? — Вот именно! — второй раз кивает Дазай. — Он же вообще не умеет общаться с девушками! В этом и проблема. Нам срочно нужно спасти эту бедную леди, она даже не представляет, в какой она опасности! — Имеешь в виду эти его сколько-там-пунктов идеальной женщины? — вскидывает бровь Чуя. Дазай кивает. — Хуже и быть не может! Если Куникида в неё влюбится, бедняжка обречена на вечные муки и страдания! Только представь: вся жизнь по расписанию с точностью до секунды. Ночной кошмар! — Без понятия, мне кошмары не снятся. — Ты не понимаешь масштаба проблемы, глупый Чиби! Мы теряем Куникиду! «Разве это плохо?» — думает Чуя. Он молодой парень, он тоже заслуживает любви и заботы. А девушка кажется милой и привлекательной даже с расстояния в десяток метров. Ему хочется ударить Дазая за излишний драматизм, а потом плюнуть и вернуться в Порт. Но он обреченно вздыхает, подписывая себе приговор — угомонить Дазая и заставить его отъебаться от бедного очкарика. — И что ты предлагаешь, горе-разлучник? Дазай с хитрой улыбкой, не предвещающей ничего хорошего, поворачивается к Чуе. Боже, лучше бы он не спрашивал. — У меня есть гениальный план. — И каким образом в твоём «гениальном плане» затесался я, позволь спросить? — У тебя самая важная миссия, между прочим! Так жаль поручать это тебе, знаешь, я очень сомневаюсь, что у тебя получится… — Дазай уворачивается от подзатыльника и хихикает. — Ты должен подстроить её похищение. — Чего, блять?! Он восклицает слишком громко, секундой позже понимая это, потому что и аловолосая девушка, и Куникида оборачиваются ровно в то место, где за кирпичной стеной прячутся два сталкера — вернее, один идиот-сталкер и насильно затащенный сюда Исполнитель Портовой Мафии. Дазай тут же ныряет обратно за угол, утягивая за собой Чую. — Вот поэтому ты так плох в расследованиях, — ворчит Дазай. — Так попроси тигра, или кто там ещё в вашем детском саду! — Ацуши с Кекой пошли в парк аттракционов… — Рампо? — Уехал с Директором. — Хорошо, врачиха? — О, у неё свидание с одной очень жестокой женщиной из твоего детского сада. Чуя обреченно вздыхает. — Ладно, ладно! Я понял. — Я знал, что на самом деле ты очень добрый, Чи-иби! — Дазай весело улыбается и негромко хлопает в ладоши. — План такой… И следующие десять минут Чуя едва не бьется головой об эту самую кирпичную стену, пока за углом Куникида с милой красавицей с красными волосами о чём-то очень увлеченно беседуют. А когда Чуя вновь смотрит в ту сторону — кроме играющих детей, там больше никого нет.