Тайны кошмарных снов

      Ночь сгущалась.       Инни, одетая в просторную белую футболку и короткие шорты, стояла перед зеркалом и прибирала растрёпанное каре в короткий хвостик.       Домашнее задание давно выполнено и сложено в рюкзак. Комната прибрана до блеска. Ужин, представляющий заказанные отцом гамбургеры, съеден. И теперь девчонка готовилась ко сну с чистой душой.       Почти чистой.       Тот странный сон, встреча с Моно и случившийся разговор длиною в несколько часов всё не выходил из её головы, заставляя обдумывать эту ситуацию, сильнее погружаться в неё…       Закончив прибирать волосы, девчонка вышла из ванной, как вдруг встретилась в коридоре с отцом, что на ходу надевал на себя синюю офицерскую куртку с характерной надписью «Police» на спине. — Ты куда-то уходишь? — с лёгким удивлением поинтересовалась Инни у родителя. — Да, срочно вызвали на работу, — сообщил шериф Гринс, остановившись перед дочерью. — Думаю, это на несколько часов минимум. Поэтому меня не жди, ложись спать. Дом я закрою, включу сигнализацию, так что о безопасности можешь не беспокоиться. — Ну… хорошо, — ответила девчонка и отвела в сторону несколько взволнованный и даже обиженный взгляд.       Заметив смешанные чувства на лице дочери, мужчина опустился на согнутое колено и ласково провёл рукой по её щеке. — Всё в порядке, солнце? — вполголоса поинтересовался он.       Девочка ответила не сразу, для начала позволив нескольким крохотным слезинкам проскользить по её худым щекам. — Мама?.. — сразу догадался отец.       Инни перевела тоскливые глаза на родителя. — Мама… — тихо прошёптала она в ответ.       Шериф Гринс крепко обнял свою дочь обеими руками. — Я не допущу, чтобы с тобой случилось страшного, — пообещал он шёпотом, и сам невольно поддаваясь грусти. — Клянусь.       Инни обняла отца. — Хочешь, я отвезу тебя в участок? — предложил отец. — Там есть пара дежурных ребят. Приглядят за тобой, пока я на выезде. — Спасибо, но я лучше, так и быть, останусь дома, — отказалась девчонка. — Завтра в школу. Не хочется пропускать занятия, поэтому нужно выспаться. — Как скажешь, солнце, — ответил шериф Гринс и тихо выдохнул.       Инни ушла в свою комнату и крепко закрыла дверь на встроенный в латунную ручку замочек. Посмотрела в окно, провожая отца, что сел в служебную машину, а затем уехал вдаль по ночной дороге, освещённой уличными фонарями.       Зашторив окно, девчонка погасила свет в комнате и улеглась в кровать. В руках тут же оказался смартфон — немного посмотреть видео с забавными котятами перед сном ещё никому не навредило.       И вот, вскоре, когда одно видео сменилось на десяток других, Инни почувствовала долгожданную сладкую сонливость. Отложив телефон на прикроватную тумбочку, девочка улеглась на правый бок и прикрыла глаза… и заметила, как за её окном прошла чья-то тень.

* * *

      Моно не спал.       Уснёшь тут, когда мысли о пережитом по-прежнему не хотели покидать голову. Они мешали делать уроки (с чем юноша хотя бы справился), теперь мешают уснуть.       И поэтому Моно не придумал ничего лучше, как бездумно лежать на кровати в одежде и сортировать мысли, воспоминания, задумки. Для этого дела он разместил рядом с собой открытую записную книжку и несколько пишущих принадлежностей.       Произошедшее тяжело назвать сном. Точнее, это, очевидно, был сон — кошмарный сон, если быть точнее, — но не простой. Что-то такое, что с трудом поддаётся точному описанию, точной оценке и характеристике. Но учитывая то, что в этот сон попадают и другие дети, можно ли назвать его «коллективным кошмаром»? Существует ли вообще такой термин?       Чтобы узнать ответ на появившийся вопрос, полусонный Моно поднял перед собой экран потрёпанного смартфона. Разблокировав устройство, помимо спама из групповых чатов, он увидел достаточное количество непрочтённых сообщений от Эрика, пришедших буквально несколько минут назад. — Ё-ё… — тихо прошёптал Моно сквозь удивление после того, как пробежался глазами по сообщениям друга.       Юноша поднялся с места, забросал в рюкзак немного полезных вещей и, открыв окно, осторожно слез на карниз. Затем, ухватываясь за редкие неровности, Моно медленно спустился вниз, во двор. Это уже не первый опыт его ночных побегов из дома, поэтому подросток справился со спуском менее чем за минуту — почти новый рекорд.       Оказавшись на мягком, аккуратно подстриженном газоне, юноша надел на голову капюшон толстовки и, закинув за спину любимый рюкзак, помчался вперёд по ночной улице между рядами однотипных жилых домов.

* * *

      Инни замерла.       Теперь она боялась даже пошевелиться — точнее, пошевелиться ей, напротив, очень даже хотелось, чтобы подняться с кровати и спрятаться. Только вот всё тело сковало от сильнейшего страха.       Приступить к хоть каким-нибудь действиям удалось лишь тогда, когда в коридоре, в отдалении, послышались чьи-то шаги, сопровождаемые едва уловимым шорохом… целлофана?       Он уже пробрался в дом…       Девчонка осторожно, чтобы не издавать случайных и крайне ненужных звуков, поднялась со своей кровати. Взяв телефон, Инни плавно подошла к окну и встала с правого края, откуда заглянула за приоткрытую штору.       Ночной двор без забора, перед которым расстилалась дорога и другие дома, был пуст. Никого. Набрав в грудь побольше воздуха, чтобы усмирить дрожь всего тела, девчонка поднялась на подоконник, открыла окно и вылезла наружу.       Как только ноги коснулись прохладной травы газона, девчонка поняла, что босиком ей далеко не убежать. Поэтому она, осознавая весь риск и безумие своей затеи, добралась до парадной двери, которая, как и ожидалось, была приоткрыта.       Инни очень осторожно зашла в коридор и принялась искать в полумраке свои кроссовки. Но поиски прервали приближающиеся со второго этажа шаги.       Девчонка, не думая и не сомневаясь, скрылась под обеденным столом, расположенным рядом со входом, напротив сплошной стены из панорамных окон. Оттуда она увидела, как буквально в паре метров от неё прошёл неизвестный человек в странной одежде — разглядеть её в подробностях не удалось из-за повсеместной темноты. Только синие мешочки на ногах, отдалённо напоминавшие медицинские бахилы.       Зато что точно удалось рассмотреть, так это заложенную за спину правую руку, в которой был сжат небольшой револьвер со странной толстой трубкой на конце ствола — Инни не особо разбиралась в оружии, но благодаря работе отца знала, что подобные штуки называются «глушителями», и служат они для того, чтобы как можно сильнее скрыть шум от выстрела.       Как только таинственный визитёр прошёл мимо и скрылся в глубине коридора на первом этаже, Инни покинула своё укрытие, взяла кроссовки и практически бесшумно убежала из дому.

* * *

      Моно держал уверенный темп, пока шёл по узкому тротуару вдоль ночной дороги, скупо освещённой придорожными фонарями проезжей части.       Как истинный друг — а также человек, впутавший товарища в скользкое дело, — Эгерикс поставил перед собой задачу во что бы то ни стало добраться до Эрика, в чей дом проник неизвестный индивид с железной палкой наперевес, уничтоживший дорогой компьютер и все записи касательно пропавших детей, а затем скрывшийся во мраке ночи.       И ведь как назло, жизнь решила подкинуть новых неприятностей в тот момент, когда не были разрешены все старые. Но ведь это ещё, как уже начинает казаться, всего лишь «цветочки». Поскольку таинственный визитёр проник с целью уничтожения всех имеющихся зацепок и оборудования для работы, то, очевидно, он как-то причастен к событиям с кошмарными снами и пропажей детей.       Но вот как? Догадок и предположений — масса. Разобраться вот так, на ходу, вряд ли получится, необходима долгая и кропотливая работа. Практически целое детективное расследование, устроенное силами троих подростков. Однако для этого необходимо время, которое, вот вопрос, есть ли у них?       Что, если одна из целей домушника являлась физическая расправа над Эриком, но просто он, по счастливому стечению обстоятельств, его не нашёл? Если это и вправду так, то едва начавшееся дело уже начинает набирать высокие и крайне опасные обороты! — Держи себя в руках, Эгерикс, — шептал Моно себе под нос, ни на секунду не останавливаясь. — Дыши, думай, оглядывайся по сторонам, контролируя обстановку.       И здесь он остановился и взялся обеими руками за голову. — Чёрт… — тихо проговорил он. — Как же стрёмно-то, а…       Немного отдышавшись и придя в чувство, Моно продолжил идти, и одновременно с этим следуя собственным советам — постоянно осматривать округу.       Добросовестно выполняя эту установку, в какой-то момент юноша заметил, что в доме Инни, возле которого он проходил, была открыта дверь. И это ночью, в доме, где было темно, и в котором проживал сам шериф!       Замерев на месте, впадая в лёгкий шок, юноша по великой случайности заметил боковым зрением чью-то белую спину слева от себя, бежавшую вдоль ночной дороги в северо-западном направлении.       Быстро сложив в уме «два плюс два» и потратив на сложный анализ фактов и доводов всего секунду времени, Моно что есть сил рванул следом.       Нагнать ночного беглеца оказалось несложно. Сложнее было приказать Инни остановиться и успокоиться.       — Это я, Моно! — вполголоса сказал Моно, взяв девчонку за оба предплечья, когда она наконец-то остановилась. — Моно! Не бойся!       На перепуганной и бледной Инни буквально не было лица. — Т-там… Там… — заговорила девчонка дрожащим и запинающимся голосом, пытаясь что-то объяснить. — Т-там… — Не говори, — тут же сказал Моно. — Я понял.       Взяв девчонку за подрагивающую руку, юноша побежал вперёд по улице, уводя за собой подругу.       Однако забег оказался недолгим. Вскоре они увидели вдали позади себя свет фар и, не сговариваясь, скрылись в декоративных кустах, расположенных в чьём-то очередном дворе без забора.       Как только «свет» проехал мимо, Моно осторожно высунул голову из зелёного укрытия и, напрягнув зрение, всмотрелся в проехавший транспорт. Это была та же самая допотопная машина, которая преследовала их после школы! — У… уехала?.. — с трудом прошептала Инни, следом поднимаясь из-за защиты куста. — Уехали, уехали, — проговорил ошеломлённый Моно, наблюдая, как машина скрылась за поворотом на небольшом перекрёстке. — Ё-ё… — Что?.. — Эта машина… — произнёс Эгерикс, пытаясь поверить в происходящее. — Она преследовала нас тогда после школы.       Девчонка молчала, опустив тоскливые глаза в газон. Моно почувствовал, как её пальцы крепко вжались в его собственные. — Что же делать?.. — поинтересовалась Инни перепуганным голоском.       Моно задумался. — Есть одна мысль… — ответил он. — Пойдём.

* * *

      Встретив в назначенном месте бледного, как призрака, Эрика, что, как и Инни, не мог связать вместе двух слов, Моно подхватил обоих спутников за руки и повёл в ближайшее людное место, которым оказалась заправочная станция. Но перед этим, следуя манерам, надел на Инни свою толстовку — ей нужнее.       Как только троица перешагнула порог круглосуточного магазинчика, совмещавшего в себе ещё и кассу для оплаты бензина и маленькое кафе, стоящая за кассой молодая девушка с удивлением покосилась на вошедших. Оно и понятно — на улице тёмная осенняя ночь, а трое подростков, которым на вид явно ещё нет восемнадцати лет, бродят одни в неположенное для прогулок время.       Благо для работницы заправки, и заодно для прибывших ребят, за одним из столиков сидело двое полицейских, неторопливо поедающие уже вчерашние пончики и ведущие увлечённый разговор на самые разные темы. — Ваши родители явно не обрадуются, когда получат штраф, — сказал один из представителей закона, невысокий лысый мужичок средних лет, имеющий на морщинистом лице пышные каштановые усы, из-за чего напрашивались ассоциации с моржом. — Ночь за бортом, а вы не дома, не в кроватях. Не порядок. Что скажешь, Барни? — Не порядок, — кивнул его напарник, более молодой и с едва проступившим пухом на лице — похоже, что стажёр. — Составим протокол, Бёрн? — Да что сразу за протокол! — поднял «морж» от удивления свои брови. — Не видишь, ребятишки дрожат все! Мадам! — обратился он к молодой девушке за кассой. — Будьте так любезны, три горячих чая и большую порцию блинчиков!       Затем перевёл внимательный взгляд на прибывшую троицу. — Рассказывайте, что у вас стряслось?       По праву старшинства и негласного лидерства Моно пересказал патрульному наряду о неизвестном преследователе, который поочередно проник в дома каждого из его друзей с не самыми добрыми намерениями. Инни и Эрик, как только отведали горячего чая и поклевали толстых блинчиков, подтвердили слова своего друга.       Внимательно выслушав ребят, офицер Бёрн нахмурился. — Едем в участок, — сказал он, поднимаясь с места. — Барни, подъём. — Так точно, — ответил стажёр, вставая следом.       Троица друзей спорить не стали — в участок тот жуткий тип уж точно не явится. По крайней мере, не по своей воле, а только в наручниках после поимки. К тому же, сейчас шерифом во всём Пэйлвилле является отец Инни, так что переживать за какие-то проблемы не стоит.       С этой обнадёживающей мыслью Моно последним залез на заднее сиденье полицейской машины. Офицер Бёрн сел за руль, его молодой напарник разместился на штурманском кресле справа. Машина тронулась с парковки и последовала вперёд по ночной дороге. — «Головному», внимание. Говорит офицер Бёрн Мурн, патруль 1-2-4, — проговорил обладатель моржовых усов в рацию, которой держал возле губ левой рукой. — В районе Южных скал злоумышленник проник в дом шерифа Гринса и затем скрылся на старой чёрной машине без крыши. Возможно, «Даймлер» или «Родстер» или что-то схожее. Номера неизвестны. Преследование не веду, отвожу в участок троих детей, среди которых дочь шерифа. Как понял, «Головной»? — Понял тебя, Бёрн, — прохрипела рация чуть искажённым мужским голосом. — Высылаю оперативные группы в указанный район. Конец связи. — Конец связи, — ответил офицер с усами и выключил рацию.       В то время как оба друга сидели в полнейшем напряжении, Моно старался держать себя в хладнокровии. Да, было страшно — это нормально. Не бояться только сумасшедшие. Но уходить в панику со всей головой явно не стоило, что юноша прекрасно понимал.       Сейчас главное — добраться до безопасного места, полицейского департамента, успокоить друзей, поговорить с полицией. И только после этого думать, что теперь делать дальше. — Ну и дела… — проговорил стажёр вполголоса, обращаясь к напарнику. — Здесь всегда так? Уже три проникновения в дома за неделю. — Пэйлвилл только выглядит, как тихий городок, Барни, — в тон ему ответил офицер Бёрн. — Здесь с давних пор постоянно творится какая-то чертовщина. Поэтому всегда держи уши востро, парень. — Веришь в мистику? — удивился молодой стажёр. — Верить, не верю, — сказал Бёрн, поморщившись. — Но порою волосы на спине от жути встают. Опять же, не хочу тебя напугать, просто предупреждаю на будущее.       Короткий диалог закончился так же внезапно, как и начался.       Всю дорогу до пункта назначения Инни сидела, вжавшись в сиденье, и тяжело дышала. Эрик же постоянно смотрел то в боковое окно, то в заднее, опасаясь увидеть таинственного преследователя.       Но вот они прибыли.       К этому моменту на улице вновь хлынул типичный для города и его окрестностей дождь. Как только дети вышли из патрульной машины, к ним подошёл шериф Гринс собственной персоной. Инни тут же бросилась в объятия отца. Где-то в отдалении звучал гул множества полицейских сирен.       Через несколько минут вся троица ребят уже находила в хорошо освещённой комнате ожидания под присмотром дежурного полицейского, пока офицер Бёрн и его напарник вели разговор с шерифом в его кабинете.       Как уже успел подметить Моно, большая часть департамента была поднята по тревоге. Эгерикс услышал фрагмент разговора нескольких сотрудников, из которого узнал, что основные городские дороги перекрыты, а в близлежащих районах рыщут отряды из гвардии национального порядка, выискивая ночного преступника. — Ну и в дело мы влипли... — шептал Эрик, поправляя на себе тёплый шерстяной плед. - Перед самым праздником, чтоб его...       Моно, наблюдая краем глаза за присутствующим рядом полицейским, незаметно ткнул друга в бок, намекая не распространяться достаточно странной информацией во избежание проблем. Поняв свою ошибку, О’Райли послушно заткнулся.       Вскоре в участок явились мистер и миссис Эгерикс с намерениями забрать своего сына. Однако шериф Гринс заявил, что не отпустит Моно до тех пор, пока не будет проведён допрос. И чтобы не тревожить и без того обеспокоенных родителей, первым на этот самый допрос отправился именно их сын.       Так юноша очутился в залитой ярким светом простенькой комнате без изысков, где из мебели в наличии имелись лишь стол и два раскладных стула. — Расскажи всё, как было, — сказал сотрудник департамента после приветствия и обмена именами. Заметив лёгкую встревоженность юноши, мужчина добавил более мягким голосом: — Не переживай, ты просто свидетель. Нам необходимо узнать об этом происшествии всё, что только можно. Поэтому я тебя внимательно слушаю.       Только вот рассказывать было нечего. Произошедшие ночные события оказались слишком сумбурными, и поэтому рассказ Моно не отнял у сотрудника и трёх минут.       Внимательно выслушав допрашиваемого, мужчина сделал некоторые записи в протоколе, после чего задал несколько вопросов касаемого того, не замечал ли в последнее время юноша что-нибудь странное, не имеет ли он давних врагов и тому подобные.       Эгерикс спокойно дал ответы на все заданные вопросы. Но, судя по безучастному лицу сотрудника, они его не впечатлили и, соответственно, не заинтересовали — несмотря на редкие прогулы, в целом Моно имел репутацию порядочного и добросовестного гражданина, так что сомневаться в его словах никто не собирался.       Когда сотрудник отдела закончил разговор с допрашиваемым, он отпустил Моно к родителям. Встретившись в дверях с Инни, юноша мельком взглянул в тоскливые глаза девочки и с грустью осознал, что и вправду волей случая втянул ребят в мокрую историю…       Закрыв дверь, Моно упёрся спиной в серо-синюю стену и посмотрел на лампу под потолком. Прикрыл глаза от яркого белого света и вздохнул. — Вот ты где!       Подросток обернулся на голос. К нему подбежала встревоженная мать, следом за которой размеренно шагал полусонный отец. Как и подобает любой хорошей матери, первым делом миссис Кэролин крепко обняла своего сына. — Зачем ты сбежал из дома?.. — сразу же поинтересовалась женщина. — Мам, утром всё объясню... — как можно более вяло ответил юноша с наигранной усталостью на лице. — Столько всего было. Я с ног падаю… — Что? — ожидаемо удивилась мать. — Достаточно, Кэролин, — вмешался в разговор отец семейства, говоря каждое слово умеренно грубым тоном. — Сын прав. Поговорим утром. А сейчас едем домой.       Женщина хотела возмутиться, но, понимая, что мужа, умеющего стоять на своём до последнего, не переубедить, и сдалась. — Хорошо, дорогой… — кивнула она, вздыхая. — Мам, пап, — воспользовавшись моментом, обратился юноша к своим родителям. — Предки Эрика сейчас в отъезде. Можно он немного поживёт у нас? Для его же безопасности.       Миссис Кэролин посмотрела на главу семейства. Тот спокойно пожал плечами. — Почему нет? — сказал отец. — Зови, конечно же.