Тайны кошмарных снов

      Очередное утро ничем не отличалось от прошлого. Такое же хмурое небо, холодный штиль и моросящий дождик, противно капающий за воротник толстовки. Благо от небесной воды была и практическая польза — он бодрил. Самое то после дурной ночи, практически лишённой нормального сна.       Вместо попыток отправиться обратно в мир кошмарных сновидений (что у него не получилось), остатки минувшей ночи Моно провёл за длительными рассуждениями, анализом событий и планированием дальнейших действий. В этом ему помогал заинтересованный в происходящем Эрик.       Сопоставив остатки информации, что помнил О’Райли с новыми находками из интернета, удалось прояснить следующее.       Во-первых, начиная с девяносто третьего года ни один из пропавших детей не был найден живым или найден вообще. Данный факт лишь сильнее убедил Моно в правдивости своей гипотезы о том, что дети, не сумевшие выбраться из кошмаров, остались там, а те, кто сумел покинуть ловушку страшных снов, погибали при разных обстоятельствах.       Во-вторых, ночной преследователь. Эгерикс не припомнит, чтобы в городе действовал серийный убийца или иной вершитель детских судеб. Последнее убийство несовершеннолетнего произошло более пятидесяти лет назад: исполнитель преступления был пойман, осуждён и давно сгнил за решёткой. С тех пор в Пэйлвилле наступило спокойное затишье.       Можно ли списать исчезновение детей на таинственного преследователя? В целом, да. Однако вместе с этим проявляется ряд странностей.       Ещё вчера Инни успела мельком упомянуть револьвер в руке преступника, а Эрик говорил о железной палке. Но, изучив некоторые материалы, О’Райли заверил, что, насколько он помнит из уничтоженных выписок, на телах найденных детей не было ни ушибов, ни пулевых ранений. Все они погибали от несчастных случаев, но не от насилия.       Мог ли все эти годы таинственный преступник заниматься устранением спасшихся из кошмаров детей, виртуозно обставляя всё как смерть от случайных стечений обстоятельств? В это верилось с трудом — к расследованию привлекались лучшие специалисты округа и даже столицы. И чтобы никто из них, опытных следователей с многолетним стажем, не смог выявить в исчезновениях след маньяка? Бред.       Моно тряхнул головой.       Что-то не сходится. Или же просто он сам никудышный следователь и не может увидеть очевидных деталей, обладая гораздо более значимой информацией, чем подготовленные специалисты из полицейского департамента.       Одно очевидно точно — мир кошмарных снов и пропажи детей как-то связаны с неизвестным преследователем. — Тяжело… — вздохнул Моно. — Чего? — спросил шедший рядом Эрик.       Оба друга шли от автобусной остановки к школе. Мистер и миссис Эгерикс до последнего не хотели отпускать детей на занятия, но, узнав, что на городских улицах и территории школы выставлены патрули, смягчились и отправили обоих юношей за получением новых знаний.       Моно, который относился к школе прохладно, такому решению был чрезвычайно рад, хоть и не подал виду. Сидеть целые сутки напролёт в четырёх стенах, пока где-то в иномирье продолжают погибать невинные дети, в его планы не входило. А вот что точно туда входило, так это встреча с одним очень компетентным человеком, который, в теории, может хорошо помочь сразу всем.       Но одно дело найти этого человека, а совсем другое — договориться. Потому что, вспоминая последнюю встречу, Эгерикс понимал, что найти общий язык будет ой как нелегко… — Смотри!       Удивлённый голос Эрика вывел Моно из размышлений. Они дошли до расположенного перед школой памятника некой женщине в военной форме, в ногах которой имелась табличка с инициалами «AvB».       Но внимание О’Райли привлекла не скульптура воительнице времён Великой войны, сколько обустроенный возле постамента хаотичный мемориал с фотографиями и цветами. — Это же Майерс, — сказал Эрик, указывая на рамку с фотоснимком юноши. — Погибший парень из твоего класса, про которого ты вчера говорил. — Вижу… — сказал Моно вполголоса. — Любят же здесь мемориалы устраивать. Сначала Гарри с Портером, потом Эн…       Эн Майерс, больше известный в мире кошмарных сновидений как «Вожак», был известен почти на весь город. Сильный и смышлёный юноша, выходец из небогатой многодетной семьи с окраины Пэйлвилля, он закрепил за собой репутацию славного парня, сумевшего собрать вокруг себя самых разных ребят со всех старших классов.       Однако назвать данный коллектив «бандой» было сложно: они не делали что-либо противоправное. Напротив, благодаря жёсткой дисциплине и так называемому «кодексу чести» ребята помогали поддерживать порядок во всей школе, благодаря чему в ней отсутствовали хулиганство, драки и буллинг.       В свободное от учёбы время вся эта «тусовка» проводила время за различными занятиями, начиная от обычных гулянок по городу, заканчивая походами и играми в футбол против команды колледжа.       Сам он никогда не был частью этого коллектива, хоть ему и предлагали присоединиться знакомые ребята. На эти предложения Моно всегда лишь отмахивался, постоянно отвечая, что обязательно подумает над этим на досуге, если будет время.       Спокойный по своей натуре Эгерикс предпочитал большим шумным компаниям, коими и являлась тусовка Вожака, общее с двумя-тремя друзьями. И поэтому Моно прекрасно понимал, что никогда не сможет стать там своим. — Жаль парня… — тихо проговорил Эрик, снимая с головы кепку, которую он прижал к груди.       Да. По-человечески Эна было жалко. Но не более того. По крайней, какой-либо грусти Моно не ощущал: тосковать по Майерсу для Моно было равносильно грусти по совершенно случайному человеку из совсем другой страны, живущему много сотен лет назад. — Хорошо было при нём, спокойно, — продолжать говорить О’Райли. — А что теперь-то будет, ой ё-ё… У него ведь не было заместителя или кого-то в этом роде? — Без понятия, Эрик, — честно ответил Моно, продолжая смотреть на фотографию в чёрной рамке, рядом с которой стояло несколько свечей. — Во сне был брат, Шаман. Но здесь, в настоящем, я его никогда не видел. Странно, правда? — Может кузен? — предположил О’Райли. — Может кузен, — пожал плечами Эгерикс.       Кузен или нет — сейчас не важно. Важно найти человека, причастного к убийству Эна, и выпытать из него всё, что только может пригодиться в их расследовании. Для чего Моно и явился в школу раньше обычного. — Помнишь ту странную девчонку? — спросил Моно, поднимаясь по ступеням высокого крыльца. — Нелюдимая. То спокойная, то чересчур пугливая. А то и вовсе злая, что все обходят стороной. — Дженни, — сказал О’Райли имя местной «белой вороны». — Дочь бизнесмена Грэмса? — Именно она, — утвердительно кивнул Эгерикс. И добавил шёпотом: — Клоринда…       Перешагнув школьный порог, оба юноши увидели, что сегодня никто не слоняется по школьным коридорам без дела. Этажи патрулировали полицейские, которые отправляли детей сразу по классам.       Встретив двух прибывших учеников, стоящий поблизости блюститель закона собирался последовать инструкциям и загнать обоих ребят в свой класс. Но благодаря подвешенному языку Моно и своевременным киваниям Эрика им удалось убедить полицейского, что прежде чем отправиться в класс, юношам необходимо навестить школьную библиотеку.       Добравшись до нужного места под внимательным наблюдением дежурных, оба друга вошли в огромный зал с высокими потолками, разделённый на зоны чтения и целые ряды книгохранилищ. Библиотекарь на своём месте, как обычно, отсутствовал — она была известна частыми походами в столовую за кофе. Поэтому Моно сразу направился к дальнему столу, расположенному возле широкого окна, за которым, спиной к нему, сидела молодая девушка.       Орнаментальная кофта в карамельных тонах, джинсовый комбинезон каштанового цвета, кеды под цвет верха. Общий образ схож с тем, каким он был во сне, в «Стае». Разве что не хватало зелёного плаща с глубоким капюшоном, и волосы были не цвета свежевыпавшего снега, а под оттенок комбинезона.       Услышав позади себя частые приближающиеся шаги, девчонка прекратила листать страницы книги и обернулась. Увидев Моно, она испуганно отползла назад и вжалась спиной в стол. — Я… — тихо проговорила девушка чуть дрожащим голосом. — Я н-ничего вам не сделала. Уходите… — Ты — да, — сказал Эгерикс, сев рядом с ней на длинную лавочку. — А вот Клоринда — ещё как сделала. — Её здесь нет, — неуверенно добавила собеседница, продолжая сторониться пришедших. — В этом… — В этом мире?       Девушка слегка прищурила взгляд и внимательно осмотрела Моно с головы до ног. — Можно и так сказать… — Я так и думал, — кратко кивнул Эгерикс. — Ты — Беглянка?       Собеседница украдкой оглянулась по сторонам, выискивая посторонних. Заметив стоящего рядом с Моно упитанного юношу в синей толстовке, она демонстративно поджала губы, будто намекая, что ничего не скажет.       Заметив недоверие в глазах девушки, Моно сказал: — Он свой. Ему можно верить. Как и мне, к слову.       После этих слов девушка стала немного менее напряжённой. — Так ты — Беглянка?       Девушка вздохнула. — Беглянка… — сказала она, опустив глаза в пол.

* * *

      Инни едва стояла на ногах. Первая половина ночи — бегство от неизвестного преследователя, вторая — бессонное от нервов пребывание в департаменте полиции, под чутким наблюдением вооружённых бойцов. Поближе к встревоженному отцу.       Девчонка вздохнула.       Сейчас она находилась в кабинете своего родителя, без возможности выйти просто так — нужна веская причина. Поесть приносят по первой же просьбе, а если выйти в туалет — до него сопроводит приставленный сотрудник, а в самом туалете бдит женщина-полицейский. И так до самого утра…       Полиция на взводе.       Чтобы не уснуть, Инни наворачивала круги по кабинету. Посмотрела на картину мэра, провела рукой по холодному стеклу аквариума с причудливыми рыбками из местной реки, остановилась возле полок с картонными коробками.       И задержалась у той, на которой чёрным маркером была выведена надпись «Пропавшие дети Пэйлвилля».       Девушка оглянулась по сторонам. Подошла к двери, прислушалась к шуму коридора — тишина, только вздохи стоящего на посту охранника.       Воспользовавшись столь благоприятным моментом, Инни вытащила с полки увесистую коробку и поставил на стол. Открыла, пробежалась глазами по корочкам с именами, пытаясь вспомнить хоть одно.       К счастью, вскоре такое нашлось. Девушка вынула из коробки тонкую белую папку с фотографией, которую она увидела вчера днём вместе с Моно. Несчастного вида молодая девчонка лет пятнадцати, бледная, с мешками под чёрными глазами и растрёпанным тёмно-каштановым каре по плечей, почти бесцветными тонкими губами. — «Рут Эмм», — прочитала Инни название документа вполголоса, практически шёпотом. Открыла первую страницу: — «Место рождения: г. Пэйлвилль. Дата рождения: 01.10.2007. Адрес проживания: окружной приют для несовершеннолетних им. Святого Николаса, г. Пэйлвилль. Родители: статус «мертвы». Родственники: Уильям Скофилд, отставной военный…» Так, что тут у нас… Ага-а… «Дата пропажи: 22.08.23». Чуть больше месяца прошло…       В коридоре послышались частые, приближающиеся шаги. Инни тут же закрыла папку, вложила её обратно в коробку, которую, в свою очередь, вернула на прежнее место — на всё у девушки не больше пяти секунд.       Как только дверь открылась, в кабинет вошёл шериф Гринс. Застав свою дочь спящей на стуле, он, укрыв её своей курткой, взял с полки одну из картонных коробок и бесшумно покинул кабинет.       Убедившись, что отец отдалился на достаточно большое расстояние, Инни поднялась с места и добралась до полок. Коробка с делами о пропавших детях исчезла…

* * *

      Девушка рассказала, что в данный момент Дженни «спит» из-за усталости, и вместо неё в школу пошла она, Беглянка. В свою очередь, Клоринда, что и была ответственна за большинство злодеяний в мире кошмарных снов, в мире настоящем не имеет должной силы и поэтому как бы «заперта», не в состоянии взять контроль над телом. — Её может выпустить только сама Дженни, если для этого будет острая необходимость, — добавила Беглянка, объясняя работу своей… «странности». — А когда же вернётся сама Дженни? — поинтересовался Моно.       Эрик смотрел на обоих ребят с приподнятыми бровями. С одной стороны лавки чокнутая девушка, у которой наблюдались отчётливые проблемы с психикой, с другой — Моно, и вовсе побывавший в каком-то иномирье, и теперь пытающийся разобраться во всём происходящем. Не знай он Эгерикса, то старался бы держаться от этой чудаковатой компании подальше — так, на всякий случай. — Я не знаю, — ответила Беглянка вполголоса, разводя руками. — Когда отдохнёт и захочет вернуться, я думаю?.. Это ведь её тело, не моё. Она здесь хозяйка. Я лишь часть разума, по воле Дженни сумевшая обрести собственное сознание… Но на полную власть над телом, как Клоринда, не претендую!..       Моно напрягся, но вида не подал. Всё же странная была эта Беглянка, что ещё мягко сказано. Но кроме неё сейчас вряд ли кто-то сможет помочь ему в расследовании, так что придётся работать с тем, что есть.       Эгерикс поведал о случившемся за последние двое суток. Внимательно выслушав юношу, при этом ни разу не перебивая, как-то часто делал тот же Эрик, девушка задумалась. — По правде говоря, — тихо сказала она, смотря в страницы раскрытой книги. — Мне кое-что известно. Вот только Дженни запретила мне об этом рассказывать. — Что? — удивился Моно. — Почему? — Потому что опасается «большей крови», — ответила Беглянка. — Не знаю, что могла бы значить эта фраза… Но факт остаётся фактом: только Дженни может рассказать тебе о том, что известно и мне, и ей, и даже Клоринде. Оставь нам свой номер телефона. Она позвонит тебе, как только вернётся.       Эгерикс продиктовал девушке свой номер, который она незамедлительно вписала в телефон. — И ещё кое-что…       Беглянка вытащила из кармана тонкий и длинный прямоугольник чёрного цвета. Одни «щёлк» — и из него выдвинулось лезвие под размер самой рукоятки. — Стилет?.. — тихо произнёс Моно, не поверив своим глазам. — Зачем ты протащила в школу нож? У тебя могут быть проблемы, если его найдут. — Если найдут, — заметила Беглянка уже чуть более уверенным тоном. — Меньше рассказывай другим о том, что видишь и что знаешь, и тогда у нас у обоих не будет проблем.       Сказав это, она отрезала от своих волос небольшой клочок и скрутила его в маленький узелок. — Вот, держи, — протянула Моно результат своей работы. — Носи его при себе, если не хочешь, чтобы тот мужчина продолжал за тобой охотиться. — Это-о… — неуверенно произнёс юноша, нехотя принимая странную вещичку. — Оберег? — Можно и так сказать, — кивнула Беглянка. — Во всяком случае, он почувствует в тебе покровительство вассала и уйдёт. — Спасибо… — поблагодарил Моно. — А что насчёт Инни и Эрика? Им тоже такие штучки не помешают. — Ты предлагаешь мне постричься налысо? — прищурилась на него девушка, несколько оскорбившись. — Эрик ему неинтересен. А вот Инни пусть держится поближе к тебе. Всё. Больше ничего не скажу.       Немного подумав, выдерживая короткую паузу, Моно сказал: — Ладно. И на том спасибо, Бе… — Тш-ш-ш! — резко шикнула она, приставив к своим губам указательный палец. — Кто бы сейчас ни управлял телом, всегда называй нас «Дженни»! Я и так в центре внимания. Не хватало, чтобы из-за моих «особенностей» его стало больше. — Хорошо-хорошо, как скажешь, — с пониманием кивнул юноша. И добавил: — Дженни… — Грэмс, — уточнила девушка. — Приятно познакомиться в настоящем мире, Моно Эгерикс. А теперь, если у тебя больше нет ко мне вопросов, то попрошу оставить меня в покое. — Пусть она позвонит, как вернётся, — сказал юноша, делая сильный акцент на нескольких словах. — Разумеется. Я передам, — ответила Беглянка.       Девушка надела на голову белые наушники, ставя точку в разговоре, и вернулась к чтению книги. Поднимаясь с места, Моно украдкой взглянул на открытые страницы, переманившие на себя внимание Беглянки. На одной странице был сплошной текст мелким неразборчивым шрифтом, а на другой изображён чёрно-белый рисунок, больше напоминавший старинную гравюру. Высокое человекоподобное существо в белом балахоне с когтистыми лапами, преследующее убегающих детей. И ниже подпись — «Притворщик. Злой дух детских снов». — Надо же… — прошептал юноша себе под нос. — А вот это интересно… — Что узнал? — поинтересовался Эрик, когда к нему подошёл Моно. — А ты будто не грел уши, стоя рядом, ага... — тихо проворчал Эгерикс. — Не нравится мне она, — резко перевёл тему О’Райли. — Никогда не нравилась. То мечта всех парней, то гроза всех хулиганов, то тихая серая мышка. Ещё и говорит о себе во множественном числе. — Тем не менее, это очень полезный для нас человек, — сказал Моно. — И её номерок сейчас у нас в кармане. Осталось дождаться, когда она созреет нам позвонить, и, можно сказать, наше дело пойдёт семимильными шагами. Во всяком случае, я очень на это надеюсь. — Ну, это ожидание может и затянуться, — резонно заметил О’Райли, задумавшись. — А сейчас какие планы будут? — Проводим нашего погибшего побратима после школы, похороны же сегодня после полудня. Как раз узнаем, отчего же такого «странного» он погиб, — ответил Моно. — А в данный момент идём на занятия. Иначе мне мои родители настучат по голове и лишат карманных, и твои поступят с тобой аналогичным образом, когда вернуться. — На занятия?! — встрепенулся Эрик. — Ты же сам говорил, чем дольше мы теряем время просто так, тем больше де… — Тише ты! Не ори на всю библиотеку! — резко шикнул Эгерикс. — Посидим один урок, а на спортивную тренировку не пойдём. — Вот! Вот это уже другой разговор! — в момент обрадовался О’Райли. — Вот такой Моно мне нравится! — Пошли уже, — слабо улыбнулся Эгерикс.       Несмотря на то, что Моно и так относился к Эрику достаточно тепло, однако после вчерашнего прецедента он старался язвить ещё как можно меньше. Всё же чувство вины за подвергание друга смертельному риску давало о себе знать, повиснув на Моно тяжким грузом… — А вот и вы.       Как только оба друга покинули помещение школьной библиотеки, то чуть не столкнулись с двумя новыми знакомыми, которыми они обзавелись вчера ночью по прихоти злой судьбы. — Здравствуйте, — поприветствовал Моно полицейских. — Аналогично, — кивнул Эрик.       Офицер Бёрн и его стажёр Барни кратко переглянулись. — Пойдете с нами в участок, — сходу предупредил обладатель моржовых усов.       Теперь переглянулись уже Эрик с Моно. — Да не бледнейте вы так! — усмехнулся офицер Бёрн Мур. — Задержали водителя чёрной машины. Шериф дал команду привезти вас в участок на опознание. Только для начала предупредим вашего учителя.

* * *

      По правде говоря, дважды попасть в полицейский департамент за такой короткий промежуток времени являлось для Моно рекордом. Хотя до этой злополучной недели он здесь никогда и не был.       Как только ребят привезли на подконтрольную департаменту территорию, то первым делом их отвели на автомобильную стоянку. Среди нескольких патрульных машин и бронированного фургона с надписью «SpecForce Palewille» стоял архаичный чёрный автомобиль без номеров и с затёртым жетоном на капоте «…er…edes-…enz 2…0…». — Это она? — поинтересовался офицер Бёрн у ребят. — Она, — кивнул Моно. — Будь я проклят, если совру. Это именно та машина, что преследовала нас вчера днём, а после ночью. — Тише ты, не выражайся, — покачал головой обладатель моржовых усов, делая записи в офисном планшете. — Та-ак… Показания совпадают с таковыми у Инни.       Расспросив ещё о нескольких вопросах в присутствии стажёра и получив соответствующие ответы, офицер Бёрн увёл ребят непосредственно в главное здание пэйлвилльского департамента полиции.       Это было обширное двухэтажное многокорпусное здание в белых и тёмно-синих тонах, расположенное на северо-востоке, практически на самом краю города — позади расстилались серо-зелёные поля с одинокими елями, ещё дальше — леса.       Проводив подростков в специальную комнату со смотровым окном, офицер Мур передал их начальнику департамента, после чего вышел в коридор. Шериф Гринс выглядел уставшим, на что особенно намекали синие пятна под глазами. Похоже, эта ночь выдалась для него бессонной, что совсем неудивительно. — Ты, должно быть, и есть Моно? — сказал шериф, посмотрев на Эгерикса.       Заданный вопрос прозвучал немного странно на фоне того, что подобная информация шерифу известна ещё с ночи. Значит, всего лишь обычные формальности и нотки этикета. Просто, а как приятно. — Он самый, мистер Гринс, — ответил юноша.       Мужчина протянул правую руку. После краткого рукопожатия он сказал: — Инни рассказала о тебе. И мне хотелось бы выразить тебе личную благодарность за сохранность моей дочери. Спасибо, Моно. — Оберегать друзей — мой гражданский долг, мистер Гринс, — ответил Эгерикс как можно более подобающе. — К слову, с ней всё в порядке? — Вполне, — кивнул шериф. — Спасибо, что спросил. Как только закончим здесь, можете с ней немного поговорить. Думаю, ей будет приятно. А теперь перейдём к делу.       Пожав руку Эрику, глава городской полиции вкратце объяснил ребятам суть их визита. Выслушав шерифа и согласившись помочь, юноши поставили подписи в документе о неразглашении информации и прочих обязательных бумагах.       И только после этого их подвели к специальному двустороннему стеклу. По ту сторону окна была комната для допросов в белой керамической плитке, таких же цветов освещения и столом, за которым сидел неизвестный мужчина лет сорока. Невысокий, упитанный, но в меру, темноволосый, с умным, но взволнованным лицом в круглых очках — эдакий Эрик в будущем, если решит стать учителем, врачом или учёным. — Мариус Браун, — сказал шериф Гринс, сложив руки на груди. Он также смотрел в окно, через которое задержанный их не видит, зато они видят его во всей красе. — До недавних пор научный сотрудник окружного психиатрического института. Был уволен по состоянию здоровья — нервишки стали шалить. Машина, которую вы описали, принадлежит именно ему. — Я не могу сказать, он это был или нет, — честно сказал Моно, продолжая рассматривать задержанного мужчину сквозь защитное стекло. — Мы не могли его рассмотреть. Ни днём, ни тем более ночью. — Понимаю. Инни говорит то же самое, — кивнул шериф. — Но я должен сообщить вам, что подобного транспорта больше нет ни у кого в городе или в его округе. Поэтому на данный момент это наш единственный подозреваемый. — А что он говорит в свою защиту? — поинтересовался молчащий до этого момента Эрик. — Что ни за кем не следил, — ответил Гринс так, словно это типичный случай в его многолетней практике работы полицейским. — Что вчера днём ездил в продуктовый супермаркет, а ночью возвращался домой после дел. — Звучит убедительно, учитывая, что в том районе и вправду есть супермаркет, — задумчиво проговорил Моно. — Что теперь с ним будет? — Пока ничего. У нас практически нет доказательств, — сказал шериф. — Согласно протоколу, мы должны продержать его неделю в камере под наблюдением. И если за этот срок у нас не появится больше улик, придётся отпустить. — Понятно… — произнёс Эгерикс без каких-либо эмоций. — Что ж, это всё на данный момент, — сказал Гринс, устало вздыхая. — Спасибо за сотрудничество, парни. Можете возвращаться на занятия. Вас вместе с Инни довезёт помощник офицера Мура, стажёр МакКой.       После этих слов мужчина чуть наклонился вперёд торсом и положил руки на плечи ребят. — Персональная просьба, парни, — проговорил он вполголоса, смотря то на Моно, то на Эрика. — Будьте добры, приглядите за моей дочерью. Понимаю, вам и самим сейчас непросто, но ей-то уж тем более — девчонка всё же. Ну а я добрых дел не забываю, слово офицера. — Конечно, мистер Гринс, конечно! — сразу же оживился О’Райли. — Можете не беспокоиться, — сказал Моно более спокойным и понимающим тоном. — Приглядим.       Шериф посмотрел на Эгерикса благодарными глазами и лёгкой улыбкой.       Покинув комнату, юноши вышли в коридор, где их, сидя на одном из множества стульев, дожидалась полусонная Инни в компании с офицером Бёрном и его напарником. — Быстро ж вы отстрелялись, — заметил обладатель моржовых усов. — Ну что, это он был? — Без понятия, — покачал головой Моно. — Говорю же — темно было, все дела. — Так себе новость… — поджал губы офицер полиции. — Придётся дальше искать, — и шёпотом пробормотал себе под нос: — Плакал мой отпуск… — Привет, Инни, — поприветствовал Моно свою подругу. — Как ты?       Девчонка подняла усталые глаза на юношу. — Привет… — произнесла она тихим, не менее измотанным голоском. — Жива вроде…       И через силу улыбнулась.