Notte Stellata

      Молчание сохранялось, и девушка, даже не обратив внимание на неразговорчивость своего нового знакомого, не переставала озираться по сторонам. Её беспокоило, что преследователи так и не явились по их души, и чем больше тянулось ожидание, тем тревожнее становилась атмосфера. Тем не менее Бёль старалась отвлекаться от невеселых мыслей, посматривая то на цветущую опушку, то на спутника, связанного с ней по волею судьбы. Её не переставала удивлять столь бурная растительность повсюду. Когда она перешла границу с камнем, то ожидала увидеть в лучшем случае выжженные несколькими предшествующими войнами пустыри, однако наткнулась на благоухающую землю.       Бёль и не предполагала, что даже после стольких войн страна восстанет из пепла. Более того, кажется, Коноху не могла сломить ни длинная зима, ни засуха. Мощные деревья, стоящие в каждом уголке страны Огня, могли, наверное, простоять ещё несколько тысячелетий. Бёль улыбнулась одними уголками губ. Приятно было видеть что-то кроме вечного мороза и замерших пик деревьев. Толща льда никогда не сходила с узких тропинок мокрой земли в особо холодные зимние периоды. Вечный белый свет царил на всем бескрайнем пространстве, а о столь же крепких деревьях народ Льда и вовсе позабыл. Впервые она увидела иную растительность только когда прибыла в другую страну.       Для Бёль было настоящей загадкой, почему новый знакомый не был уверен в своей деревне. Почему в столь мирное, на первый взгляд время, их поджидали другие опасности, хотя они даже не подошли к деревне Листа? Бёль слышала много рассказов про шиноби, более того, её, как и многих братьев и сестёр, обучали нинджутсу. Но, несмотря на это, она никогда бы не стала полноценным шиноби… И всё равно Бёль с удовольствием слушала про других — шиноби разных стран. Шиноби Суны — во многом кровожадные, жестокие, но чрезвычайно сильные, закалённые в жаре и на солнце, которые сделали их столь же опасными. Шиноби Конохи — из всех существующих воинов самые лояльные, дружелюбные и справедливые, а об их несгибаемой воле ходят легенды по всему континенту. В них всегда горел вечный огонь праведности. Шиноби Кири — столь же изворотливы, хитроумны и коварны, сколь и водная стихия, с которой они имеют дело почти ежедневно. Эти ниндзя похожи чем-то на тех, что живут у неё на родине. Однако, как всегда казалось Бёль, шиноби королевства никогда не отличались особыми талантами, если не брать в расчёт представителей определенных кланов. Обычные люди, как и везде, но с необычными амбициями…       Бёль рефлекторно сомкнула руку чуть покрепче, отчего Шисуи остановился почти во мгновение. Под его закрытыми глазами пряталась темнота, а спокойный лик смотрел куда-то, куда не могли дотянуться взоры. Однако он повернул к спутнице голову, будто в ожидании, что она предупредит или объявит, что они в опасности. Девушка быстро похлопала его по руке, говоря, что всё в порядке, никаких врагов поблизости нет.       — Почему ты забрела так далеко от дома? — спросил наконец новый знакомый, начав ход тем же неспешным шагом.       «Так получилось.» — начертила на его ладони незамедлительный ответ, юрко петляя ногтем по шершавой руке, которая зарубцевалась от… оружия. Он слишком много воевал в своей жизни.       — Никогда бы не поверил, что у кого-то получилось пройти от одного конца континента до другого, — с сомнением изрёк Шисуи, настороженно ступая по дороге. Под их ногами в унисон скрипела земля. Они шли сквозь такие заросли, словно здесь уже давно не ступала нога человека.       «Мне пришлось покинуть свою страну.» — медленно и неуверенно осведомила она его, не зная, раскрывать ли всю информацию или же придержать до деревни.       — Почему?       «Я хотела уйти.»       — И искупаться в горной речке?       «Люблю острые ощущения.» — рассердилась девушка и больше ничего не писала, поведя молодого человека за собой. Она надулась и поспешила хоть куда-нибудь, не разбирая дороги.       — Всё это выглядит слишком подозрительно, но раз ты меня спасла, я не стану тебя допрашивать, — Шисуи довольно быстро решил оставить свои вопросы, кашлянув, продолжил столь же ровным голосом: — Однако я хочу попросить тебя выполнить два условия.       Бёль замедлилась и написала утвердительный ответ, не без сомнений поднимая бровь вверх. Она чувствовала подвох.       — Даже, если я слеп, не думай, что тебе удастся меня обмануть, поэтому предупреждаю: если ты попытаешься как-либо повлиять на Коноху или сделать что-то, что может ввергнуть деревню в кризис… — Шиноби замолк на пару мгновений, а потом его голос завеял льдом, который немедленно напомнил ей родные снежные курганы: — Я убью тебя.       «Это угроза?»       Бёль повернула голову, сжав челюсть до скрипа. Её зелёные глаза уставились на мраморный кирпич, лишенный всяких человеческих эмоций.       — И да, и нет, — пояснил молодой человек. — Я решил прояснить кое-что, так как ты спасла вражеского для себя шиноби. Обычно не занимаюсь образованием других ниндзя, но ты проявила ко мне почти неслыханную доброту, и я решил обозначить тебе свою позицию.       «И что за условия?»       — Первое: ты можешь оказаться шпионом, поэтому сразу же по прибытии, я бы хотел, чтобы тебя проверили… Вдруг на твоём теле печать? Или применена была такая техника, которую я не заметил? — Можно было подумать, что слепой человек уже успел тщательно проверить её… Хотя Шисуи говорил настолько уверенно, что в этом даже усомниться было практически невозможно. — Глупо говорить об этом вслух при тебе, но я не ощущаю опасности. Ты вообще шиноби?       «Сложно сказать.»       Бёль даже расстроилась из-за такого вопроса. В самом деле, она повела себя совсем не как обычный ниндзя. Ей следовало хотя бы связать Шисуи, не дать ему так быстро её прижать к земле. Но даже такой беспомощный слепец оказался гораздо проворнее и сильнее, чем она. В последние месяцы из-за постоянного стресса и вечного скитания девушка совершенно не успевала уделять достаточное внимание тренировкам. А ведь раньше она практически каждый день практиковалась в джитсу. Из-за преследования ей пришлось урезать время для тренировок на половину, а сторонние мысли не давали сосредотачиваться на контроле чакры.       Стыдно было перед другим шиноби признавать, что у неё были некоторые проблемы с этим. Легкая краснота медленно появилась на её бледных щеках.       — Я не часто видел в своей жизни, чтобы вражеские шиноби проявляли доброту. Ты спасла меня, чтобы использовать? — спросил он до того, как девушка придумала достаточно логичное оправдание своей глупости. — Можешь не стараться. У меня больше нет глаз.       «Зачем мне твои глаза?»       Шисуи даже повернул к ней голову и сложил брови домиком. А она… даже и предположить не могла, зачем ей вдруг понадобятся глаза Учихи?       — Ты либо слишком хорошо прикидываешься, либо и правда не понимаешь, кто я. — Парень медленно покачал головой, но свой взор от неё не отнял, будто бы пытался «высмотреть» в ней угрозу.       «Я знаю о твоём клане только лишь одни слухи. Ваши глаза обладают какой-то силой, но, честно говоря, в своей жизни я ни разу не видела этому подтверждения.»       Пока она вырисовывала каждое слово — измучилась. За несколько месяцев безмолвия она приспособилась к такой жизни. Молчаливой, тихой и в основном привыкла не отвечать на вопросы, а в большей степени то кивать, то качать головой. А сейчас приходилось разжевывать, объяснять и уверять, что она не враг. Действительно, слава о клане Учиха пошла дальше них, распространяясь на все стороны света. Однако она не видела ни одного представителя в стране Льда… О других благородных старинных кланах можно и не говорить. Легенды, слагаемые о них, были слишком складными, но правдивы ли? Одно только действительно имело значение — слова её мастера, Ван Юна, который занимался с ней джитсу. Бёль помнила из его рассказов, что Учихи — опасны, и настолько, что встречи с ними чреваты самыми неожиданными последствиями.       — Видимо, в королевство не часто прибывают гости из Конохи.       «Их вообще больше не будет.»       — О чём ты? — настороженно спросил Учиха.       Бёль опустила глаза в землю и бесшумно выдохнула. Она даже не могла крикнуть или издать какой-нибудь шум — голос полностью и бесповоротно пропал, оставляя её практически беспомощную в мире, где каждый мог издать хотя бы один звук.       Она и не надеялась, что он знает последние новости из Когурё, однако надеялась. Думала, что раз другие страны узнают, то возможно… помогут? Только вот непонятно чем.       «Правящий клан Хан полностью истребили мятежники. Королевская семья — мертва.»       — Не может быть! — кажется, Шисуи и сам был в некотором недоумении. В его голосе и правда звучали искорки недоверия. — Когда это случилось?       «Несколько месяцев назад. Кланы Мун и Сон вошли в сговор, низвергли правящую семью, а также и других членов клана Хан. Узурпировали власть и теперь правят в королевстве.»       — Я не знал… — Парень ей всё-таки поверил, она чувствовала это в звуке его голоса. Искреннее сочувствие. Наверное, и он ощутил её нечёткие, волнительные движения руки, от которых веяло отчаянием. — Поэтому ты бежала из страны?       «Многие бежали. Хаос мятежа поглотил королевство Когурё. Там сейчас небезопасно.»       — Ты сказала, что за тобой ведётся преследование. Потому что ты бежала из страны?       «В том числе.»       — Мне… жаль. — Шисуи отвернул голову и пошел дальше, больше не смея задавать ей вопросов. — Я не представляю, какого это — бежать из страны из-за вспыхнувшего мятежа. Но я прекрасно понимаю, что всё это навсегда изменило привычный уклад всей жизни граждан страны Льда. В худшую или в лучшую сторону — только время способно показать.       А Бёль?       Девушка неспешно стирала предательские слёзы, молчаливые и безмолвные, довольно быстро, чтобы парень не догадался о чувствах, которые её раздирали. Капельки слепили ресницы, а глаза сразу же опухли, словно в них попала инфекция. Мама всегда говорила, что плакать ей противопоказано. В отличие от других веки у неё были очень чувствительные. Мама сразу понимала, чем она занималась, ведь Бёль превращалась в огромные опухшее от влаги облачко. Но ещё хуже стало тогда, когда она не могла обличить свою боль в слова. Лишившись голоса Бёль не могла зарыдать, как следует, закричать от агонии, которая резала ей ребра.       Одно сплошное недоразумение — вот кем была маленькая звёздочка. Лучше бы её назвали каким-нибудь смешным именем, а не столь приятным.       «Второе условие.» — Напомнила она ему, решив закончить их странную перепалку. Общение хоть и было вполне нормальным, но с каждым произнесённым словом становилось всё хуже и хуже, сложнее и труднее.       — Постарайся не создавать проблем, — как-то неоднозначно выразился Шисуи, и девушка, прикусив губу, начала строчить ему на руке гневное обращение:       «Это не условие.»       — Нет, но если хочешь получить помощь, то я бы посоветовал писать более подробно. Постарайся объяснить свою ситуацию, и я уверен, что тебе предоставят пищу, новый дом и работу, — не слишком конкретизируя, объяснил Шисуи, и Бёль легким кивком, а после утвердительным ответом приняла его ответ.       Однако грусть всё-таки коснулась её лица, как и горечь, скользнувшая по горлу вниз и отравившая желудок. Кислый привкус напомнил ей еду, которую скармливали… несколько месяцев назад.       «У меня не будет дома.»       — Почему? — спросил парень и остановился на полном ходу, прикоснувшись к своему карману, находящемуся за спиной. Оттуда показалась часть черного куная. А сам парень принял стойку, готовясь применить своё оружие в действии.       «Из-за них.»       Оставила на руке последнее послание и посмотрела на длинные тени, тянущиеся от сомнительных кустов. Из этих теней вместе с паром возникли две знакомые фигуры — с весёлой и грустной маской.       Опять они её выследили. Бёль собралась с духом и также встала в стойку, хотя и понимала: сейчас им с Шисуи следует бежать, а не сражаться. Перевес, притом значительный, находился на стороне этих шиноби.       — Какой интересный состав! — засмеялась весёлая маска, человек за которой явно упивался их не заманчивым положением. — Слепой и немая — удивительная группа. Сюжет достойный настоящей комедии!       — Хватит паясничать, если ты уже позабыл, то у нас с тобой задание, — шикнул на него грустная маска, после чего развернулся к девушке. Из-под темного плаща показалась длинная сверкающая сталь, которая была острее бритвы. А резать головы им было… весьма просто.       Бёль мысленно сглотнула, вновь поднимая взгляд на этих шиноби. Трудно было не смотреть на оружие, которым в большинстве случаев убивали преступников или изменщиков. Или королевскую семью…       — Кто вы такие?       — Прошу прощения, мы не представились. — Отдал вежливый поклон грустная маска, поздоровавшись, как подобает. Его черная тень склонилась над землёй и быстро выпрямилась. — Мы граждане страны Льда, а также верные подданные королевства. У нас задание вернуть эту девушку на родину.       — Мне кажется, она не спешит обратно, — вступился Шисуи, чуть толкнув её по направлению назад. Они медленно отступали, и, кажется, у него имелся какой-то план, пока не доступный для разума Бёль. — Наоборот, ей хочется уехать. И, как я слышал, по закону, граждане могут путешествовать по другим странам.       — Законы сейчас меняются так быстро, господин, — насмешливо проговорил веселая маска, беззаботно потирая заострённый конец орудия, выглядывающего из-под плаща. — А эту девушку мы обязаны привести обратно домой. И это решение неоспоримо.       — Я так не думаю, — почему-то Шисуи за неё заступался, хотя был не обязан.       Она ничего для него не сделала, чтобы он рисковал своей жизнью. Однако в благодарность скиталица сжала его руку, будто пытаясь передать всю признательность, которую к нему в этот момент испытывала. Он почувствовал, кажется, даже краем губ улыбнулся, но, возможно, ей показалось. В любом случае, Бёль было приятно, что новый знакомый, который поначалу проявлял к ней враждебность, теперь старался защитить.       — Прочь с дороги, идиот, — рыкнул на него весельчак, двинув острым наконечником по земле. Оружие ровным слоем прорезало грязь, оставив четкую вмятину. — Ты даже не знаешь, кого защищаешь.       — Я знаю лишь то, что вы оба хотите убить эту беззащитную девушку, — уверенно ответил им Шисуи своим стальным голосом, от которого у Бёль поползли мурашки по спине.       Она его и правда боялась.       — Глупец, ты считаешь её беззащитной? — Грустная маска наставил на девушку катану, а остриё смотрело прямо ей в сердце. — Её?       — Ты даже не представляешь, что она может с тобой сделать, — теперь голос весельчака звучал зловеще, а его эхо захватило пустующую опушку леса.       Шисуи промолчал, ничего не ответив на эти слова, однако за него решил договорить другой.       — Возникнет международный скандал, если ты не отдашь нам принцессу Когурё по-хорошему, — донёс до его сведения грустная маска, а от брошенного в лицо титула у Бёль заходили на лице желваки.       Принцесса Когурё? Они опорочили её титул, а саму смешали с дерьмом. Теперь она не принцесса, а простая помеха новому режиму, который установили с приходом к власти мятежники.       Однако теперь, когда правда вскрылась, Бёль боялась посмотреть в лицо Шисуи, и увидеть в нём то, что видела в других — предательство. Её предали практически все: народ, близкие люди, целая страна решила избавиться от последнего представителя клана Хан. Просто потому, что в ней текла кровь последнего правителя и представителя древнего клана.       Хотя получить нож в спину от незнакомца не так уж и больно.       — Международный скандал и так возникнет, если я вам её отдам, — отозвался парень весьма здраво, прибавив к своему голосу искорки странного веселья. Он над ними подшучивал? Нет, скорее, недоумевал. — Законы королевства действуют в пределах королевства. А ваши… кто вас там послал — не мои заказчики и хозяева. Подчинятся вашим приказам я не стану.       Чувство благодарности и уважения переполняли Бёль, и она, не сдержавшись, с удовольствием улыбнулась, глянув на молодого человека. В его бледном и уверенном лице не было и намёка на страх или сомнения. Столь приятны были моменты, когда люди вступались за неё, несмотря на то, что они были знакомы пару мгновений. Столь ценны. Она никогда не была беззащитной, могла о себе позаботиться, но иногда, как и сейчас, ей нужна была помощь. И Шисуи, несмотря на то, что ей пришлось немного приукрасить историю побега из страны, решил поддержать девушку.       Он не будет сражаться в одиночку. Если они умрут сегодня, то вместе и в одном сражении. Потому что теперь бежать бессмысленно.       — Послушай, мальчик, лучше бы ты убрался куда-нибудь. Мы забудем об этом случае, и ты останешься… — не договорил весельчак, поскольку Шисуи громко хмыкнул, качнув головой:       — Лучше бы внимательнее смотрели под ноги, — издал насмешку, а потом резко потянул Бёль за руку по направлению к дереву. — Прикрой глаза!       Девушка успела прикрыть глаза и поддастся движению, после чего раздался оглушительный взрыв. Она быстро оглянулась, увидев на месте, где стояли враги — лишь впадину и дым. Огонь перекинулся на деревья, поджег листву, которая в ту же секунду истлела.       Шисуи не дал ей удивиться, как и понять, что случилось. Каким-то образом он разместил под ногами веселой и грустной маски взрывные печати. Но это уже не важно, ведь у них появилось время сориентироваться и унести ноги от преследователей.       Не успела Бёль обрадоваться благоприятному стечению обстоятельств, как на их пути вновь появились черные тени. Радость от первоначальной задумки испарилась, из теней выступили почти невредимые шиноби Льда. Только их плащи стали чуть короче, в некоторых местах огонь всё-таки достал их. Но печати никак не помогли их оглушить. Хуже то, что они больше не намерены были разговаривать. В атмосфере повисла тишина, надвигающаяся битва заставила каждого приготовиться к нападению.       Бёль отпихнули в бок, но она сохранила равновесие и быстро отошла, приняв в руки кунай от Шисуи, который он проворно достал из другого кармана. К ней в то же мгновение подлетел весельчак, занося катану для того, чтобы располовинить на части. Но она успела. Выставила своё оружие, блокируя удар. Весельчак угрюмо покряхтел, начав наносить один сокрушительный удар за другим. Бёль изворачивалась, уходила в сторону, но не приближалась к другому. Шисуи был занят грустной маской и сражение между ними проходило куда более грандиозное. Огненные шары один за другим вспыхивали на периферии.       В какой-то момент Бёль настолько увлеклась боем, что не заметила, куда пропали Шисуи и другая маска. Весельчак скрывал под плащом не только меч, но и свою внушительную мускулатуру. Он был мощным противником, который при каждом взмахе мечом рассекал воздух с небывалой силой. Ветер свистел и завывал, не в силах отклониться от таких разрезов. И сама Бёль еле успевала, отступая назад, пока не наткнулась на дерево. Она сгруппировалась и проскользнула между ног у весельчака, пока тот был занят обрушением дерева.       — Почему ты не применяешь техники?! — спросил весельчак гневно и с легкой отдышкой, словно каждый такой внушительный удар отнимал у него много сил. — Так боишься своей силы?       Бёль встала в стойку, совершенно не реагируя на слова, брошенные врагом. Она не станет поддаваться провокациям или давать ему шанс насмехаться над ней.       — Боишься собственной силы? — не переставал издавать презрительные комментарии, хотя в душе Бёль была с ним согласна. Его слова действительно достигали её сердца. — Жалкое зрелище, принцесса. Вас не так воспитывали.       Бёль прикусила губу, ощущая вспышку гнева внутри себя. Она повертела головой, а потом резко повернула голову, ища глазами Шисуи.       И нашла.       Шисуи продолжал сражаться, но с течением времени слепой, с высокой температурой парень, который всего пару часов назад находился в шаге от гибели, уставал. Грустная маска тем не менее держал темп, однако все чаще попадал своей катаной по нему: то разрежет лоскуток одежды, то оставит порез на коже, из которой моментально польется кровь.       В какой-то момент враг сложил несколько печатей и на Шисуи хлынул град из игл. Одна из самых эффективных техник клана Сон, от которой парень хоть и ушёл, но не столь проворно, как в прошлые разы. В левую руку Учихи впились несколько десятков игл, а из-за боли он чуть было не сложился пополам. Молодой человек мужественно остался стоять, однако раненой до плеча рукой совершенно не мог шевелить. Избавляя в темпе себя от игл, он не заметил, как тихонько к нему приблизился враг. Грустная маска одним жёстким ударом поставил его на колени. Шисуи взвыл от боли безмолвно, не издав ни единого звука.       Бёль ужаснулась, увидев на лице парня хмурое выражение. Даже эмоционально не выдал, что ему было больно. Она забыла о своём противнике, ринувшись на подмогу к Шисуи. Он не должен был умирать от рук вражеских шиноби, которые пошли по её душу.       Она поступила опрометчиво, забыв о враге, который остался за спиной. Её ударили в спину, заставив также упасть на колени. Длинные белые волосы натянули до скрипа, принудив девушку сесть в неудобное положение. Она зажмурилась, но ей насильно раскрыли глаза, схватив за подбородок. Бёль задышала чаще, стук сердца готов был пробить грудь.       Ей хотелось закричать.       К горлу Шисуи приставили иглу, пустив маленькую струйку крови. Он не проявлял эмоций, однако пытался всеми силами оглушить грустную маску. Бёль тоже старалась выбраться из хватки, чтобы спасти его.       — Принцесса, просто смотрите. Вы же так любите наблюдать за смертями невинных людей, — мерзко прошептал ей на ухо весельчак, стальной хваткой держа за подбородок.       Бёль закрывала и открывала рот, как немая рыбка, выкинутая течением на сушу. Она пыталась умолять не делать этого, но не могла.       «Пожалуйста… пожалуйста… не делайте этого! Молю вас… Не надо…»       В голове ясными картинками пролетали кошмарные воспоминания из прошлого. Она вспомнила сцену, которую её принудили узреть несколько месяцев назад. Как мятежники, захватив тронный зал, поочередно разрезали иглами горло членам её клана, заставляя её смотреть на то, как быстро каждого из них смерть забирала в своё царство вечности. Бёль смотрела. Ей просто не давали закрыть глаза или лишиться чувств, чтобы не смотреть на этот кошмар.       Игла грустной маски полоснула горло Шисуи, разрезав его так чётко и быстро, что он и сам не успел отреагировать. Он пытался закрыть рану, но мужчина не позволял ему это сделать. Шисуи умирал. И его задыхающийся в крови стан вызывал перманентный ужас.       С каждой секундой он становился всё менее бойким. Кровь, вытекая из горла, постепенно, поступательно вытягивала из него жизнь.       Бёль застыла от непередаваемого ужаса, не смея более шевельнуться в железной хватке противника. Через несколько секунд парень истечёт кровью — из-за неё. Вновь из-за неё. Потому что он не отступил, решил защитить незнакомку, не послушав угроз вражеских ниндзя.       Из глаз полился несдержанный поток, состоящий из горьких слёз, вины и злости, покрывающийся ледяной коркой.