Дарованный Морю

      Йен понял, что им не уйти, когда эхо пушечного залпа отразилось от воды и град ядер ударил в море буквально в двадцати метрах от борта.       Он стиснул зубы и обернулся к приближающемуся кораблю.        Они хотели боя, значит, он покажет им, почему «Серая стрела» овеяна дурной славой.       — Приготовьте пушки левого борта! — выкрик и посвист, в ответ послышались нестройные выкрики.       — Держитесь! Бросить якорь по левому борту!       Цепь застучала, якорь ударил в воду, а команда похваталась за перила и снасти, зная, что сейчас будет: капитан проделает трюк, которым славился его отчим.       Корпус корабля издал протяжный низкий стон, когда его развернуло на полном ходу. Йен опустил штурвал, давая судну ход. Борт дал резкий крен.       — Убрать паруса! — громыхнул над палубой приказ. Когда нужно, Йен умел быть очень громким.       Капитан поймал рулевое колесо, с трудом удерживая его. Бриг развернулся на волнах, оказавшись бортом к преследователям.       — ОГОНЬ! — выкрику капитана вторил крик второго помощника.       Палуба вздрогнула под громовым раскатом пушек, ее на несколько секунд заволокло пороховым дымом.       Йен резко выдохнул, выровнял штурвал, чувствуя странное спокойствие.       — Поднять паруса, поднять якорь!       Серые узорчатые полотнища тут же стали наполняться ветром, корабль застонал снова, но уже тише. Нужно было попытаться уйти с линии огня, но поздно.       Он крутанул руль вправо, в попытке хоть немного отклониться от летящего в них залпа. Почти удалось: два ядра все же достали, он услышал хруст проломленных досок.       Княжна не удержалась на ногах, когда корабль тряхнуло. Больно ударившись коленкой, она тут же привстала с помощью брата, который бросился ей помогать.       — Сола! Ты как? Все хорошо? — мальчик успел испугаться за свою сестру. — Тут второе кресло, садись!       — Все нормально, Солус, я просто не удержала равновесие, — девушка все же послушалась брата и села на кресло, как раз в тот момент, когда «Серая стрела» болезненно затрещала от попавших в неё ядер.       Юный князь на секунду застыл, а затем, убедившись, что его сестра сидит, развернулся и окинул взглядом комнату в поисках какого-нибудь оружия. Его потряхивало.       У него был кортик, подаренный отцом на первый юбилей. Ради общей безопасности он не носил его с собой, о чем сейчас безмерно жалел.       Поняв намерения брата, девушка тут же встала и перехватила его за руку.       — Солус… Пожалуйста, сядь на место…       — Но я хочу тебя защитить! — мальчик непонимающе уставился на сестру. — Я хочу сражаться!       — Я понимаю… — она прикусила язык, подбирая слова, и выдохнула: — Но лучше всего ты меня защитишь, если выживешь сам!       Это была чистой воды правда: если княжну захватят, а Солус выживет, он все еще сможет отправиться к королю за прошением и по итогу освободить сестру. То, что корабли были посланы по их души, Сола не сомневалась.       Пиратский корабль повернул к «Серой стреле», быстро поднимаясь на гребень волны, ветер был на его стороне.       Капитан Йен выругался и повел судно кругом, притворяясь, что уходит от нападающих.       Он скомандовал новый поворот, на этот раз по правому борту. Пушки заряжены, якорь брошен, навты были готовы к повороту. Бриг снова развернуло, но корабль с черными парусами усвоил урок.       Он вильнул, уходя в сторону, гораздо более маневренный, и смог уклониться от залпа. Рагул скомандовал заряжаться, но пока «Стрела» была беззащитна. Он пригнулся и вцепился в руль, чувствуя, как летят щепки.       Пираты наступали им на пятки. Они никогда бы не потопили корабль, который пытаются захватить и разграбить, но сделают все необходимое, чтобы прижать его и замедлить.       Новый залп, но урон был недостаточным.       Йен обнажил клинок. Бегство было окончено. Верный Маата вырос у него за плечом.       — Стройся боевым порядком!       Это заявление капитана заставило Солу затравленно оглянуться на дверь. Совсем как при побеге из родного поместья. Тогда им было где скрыться, но сейчас кругом было лишь море.       Тряхнув головой, она поспешила вернуть все свое внимание брату. Юный князь уличил момент и освободился из захвата сестры.       — Ты предлагаешь просто сидеть и ждать, когда за нами придут? — мальчик неосознанно повысил голос и указал рукой на дверь. — Они там будут сражаться!       — Мы им будем только мешать, как ты не понимаешь? — девушка старалась сдерживать подступающие эмоции, но с каждой секундой это становилось всё сложнее.       — Ни ты, ни тем более я ничем не сможем помочь в настоящей схватке! Единственное, чем мы можем отплатить команде, это помолиться за них, выжить и помочь раненым! — княжна потерла переносицу и заглянула в глаза брату.       Мальчик сжал зубы. Он подсознательно понимал, что сестра права, но его собственное бессилие сводило с ума. Он хотел помочь, защитить, да сделать хоть что-нибудь, но ему оставалось только стоять на месте и слушать, как их друзья будут сражаться.       Корабль подошел вплотную.       Йен бросил взгляд на палубу противника — там было минимум три десятка бойцов, и это определенно были еще не все. Он почувствовал, как на загривке поднялась несуществующая шерсть.       На лицах атакующих через одного виднелись клейма изгнанников.       Йен нырнул за баррикаду из ящиков, несколько пуль пришли в деревянную стенку.       Повезло команде «Стрелы» в том, что морские разбойники довольствовались тем, что могли найти, и потому оружие у них было из рук вон.       Крюки-кошки заскреблись о корпус, цеплялись и стягивали корабли борт к борту, а стрелки не давали защищающейся команде пообрубать канаты.       Капитан выглянул на секунду, прицелился в ближайшего пирата, спустил курок и спрятался обратно. Человек с клеймом со стоном свалился в воду.       Волки первыми бросились в бой. Прячась за укрытием, под прикрытием навтов Восточной гильдии, они срубали первых бросившихся на штурм бандитов. Те висли на колкой веревочной сети, становясь хорошей мишенью. Но их было много, достаточно много, чтобы первые из них уже успели перебраться на «Серую стрелу».       Стрельба прекратилась, после очередного залпа все стихло, пока навты с обеих сторон перезаряжали однозарядные винтовки.       Йен увидел, как край сетки свалился, таки перерубленный топориками, и к нему на корабль перескочила группа из четверых пиратов, где трое охраняли четвертого. И этот четвертый был очень знакомым.       Голубоглазый капитан сощурился, снова выглядывая из укрытия, и понял, что узнал этого человека. «Джейкоб?»       Командор Джейкоб был на ножах с Васко, еще с тех пор, как попытался отнять у него талисман корабля — Соль, такое имя в Гильдии было дано Каю, — они несколько раз сталкивались, но ни разу еще Йен не был при таком столкновении без поддержки отцов.       У него за плечом зарычал Маата, который не пошел в атаку с остальными, оберегая свой рэзон дэтр неотступно.       «Он пират? Или только нанял их?» — посыпались вопросы, пока Йен наблюдал, как статный мужчина, который в свои пятьдесят даже не начал сдавать, уверенно стоял на палубе его корабля.       Двое его людей встали перед ним, защищая его от выстрелов, трое — позади.       Джейкоб заговорил глубоким и звучным голосом, его глаза были черными, как уголь, темные удушающие дыры…       — Кто здесь утверждает, что он капитан? — командор вращал в руках кривой длинный ятаган, сделал финт и загнал клинок в ножны.       Но пистолет он не убрал, ствол смотрел в небо, прижатый к плечу. Те самые черные глаза из-под густых бровей оценивали ситуацию.       Йен стиснул зубы и встал, прекрасно зная, что вот сейчас все может закончиться с единственным выстрелом.       Джейкоб на секунду прищурился, затем на его лице появилось выражение узнавания.       — Йен?! Маленький юнга, приемыш этого мужеложца Васко… Оу, как тесен мир!       — Капитан Йен, и это теперь мое судно, — парень взглянул исподлобья, чувствуя, как за его спиной воздух вибрирует от злости красноголового старпома.       Джейкоб расхохотался. На его лице не было клейма, а значит, изгнанником он не стал. Надолго ли, если он оставить свидетелей?       — Она сделала тебя капитаном? Кабрал, должно быть, в отчаянии! — он саркастично рассмеялся. — Малыш Йен, все такой же голубоглазый ангелочек…       Голубые глаза опасно сузились:       — Ты напал на нас, чтобы упражняться в красноречии?       Джейкоб направил на него пистолет.       — О, щенок пытается кусаться? О, чуть не забыл! — командор обменялся насмешками с одним из своих людей, прежде чем переложить пистолет в другую руку. — Нет, я здесь не для дружеского разговора… Но ради памяти о нашей дружбе с твоим стариком, может быть, стоит быть немного вежливым, — он наконец убрал ствол в кобуру, черные глаза смотрели неотрывно.       — Трудно быть вежливым, когда ты делаешь дыры в моем корабле, — сухо заявил Йен, вздернув подбородок.       Джейкоб сделал шаг вперед, и вся команда «Стрелы» вскинула оружие. Константин поднял и медленно опустил ладонь, успокаивая своих людей.       — Могу сказать то же самое и тебе. Это был хорошо разыгранный трюк с разворотом.       — Чего ты хочешь, командор Джейкоб? Хватит предисловий, мы не при дворе, — сухо произнес Йен.              Его оппонент усмехнулся и покачал головой.       — Я хочу того, чего хочет любой мужчина… хорошо заработать. Ты когда-нибудь устанешь работать за жалкие подачки, практически в рабстве, а, капитан Йен? — внезапно спросил черноглазый.       Вопрос застал врасплох.       «Да что он несет?»       Джейкоб почесал челюсть, там красовалась татуировка Дарованного морю.       — Навты, если подумать, ты… я… любой другой, кто отдан морю, все мы для них рабы, купленные и оплаченные на рынке, как скот, — Джейкоб сердито сплюнул. — Я прожил всю свою жизнь, когда мне говорили, что делать и во что верить… У меня не было выбора… — темные глаза сканировали Йена и его команду. — В конце концов, я, как и ты, сдался, принял свою судьбу… Рожденные в море всегда будут стоять выше таких, как ты и я. Быть самому себе хозяином — это прекрасно, знаешь?       — Мы не одинаковые, командор, — блондин приподнял верхнюю губу то ли в улыбке, то ли в оскале. — Это мой корабль, не гильдейский. Я сам пришел в сознательном возрасте, меня не продали. Быть навтом — это был мой сознательный выбор, и я не пеняю на судьбу и не нападаю на собратьев. А теперь убирайся!       Джейкоб усмехнулся и погрозил ему пальцем.       — Я не нападаю на собратьев из-за пустяков. Я нападаю на собратьев, которые, я знаю, загружены. Корабли с достаточным количеством золота, чтобы обеспечить мне и моим людям хорошую жизнь.       Йен никак не отреагировал.       — Что ж, прошу прощения за разочарование, но я везу только снедь и лес, мы даже почты почти не взяли. Единственное золото на борту — это жалование моей команды, я мог бы отдать тебе это, гильдия возместит нам.       Командор уверенно двинулся вперед, приближаясь к капитану «Серой стрелы».       На протяжении всего обмена любезностями было напряженно и тихо. Единственными голосами была перепалка двух капитанов с их словами. Джейкоб остановился напротив и повел шеей с неприятным хрустом.       — А теперь, малыш Йен, не лги мне… У меня есть свои источники… Я точно знаю, что на борту этого судна у вас не только припасы. Птичка шепнула мне, что у вас в трюмах есть пара невероятно прекрасных гончих… Княжеской породы в придачу.       Константин недоуменно поднял брови и покачал головой, оставаясь спокойным.       — Сколько бы тебе не посулила эта птичка, я бы вернулся и спросил с нее. Никаких собак у меня тут не водится.       Джейкоб вздохнул:       — Упрямый, как Васко, не так ли? Хорошо, я думаю, нам придется их выкурить! — мужчина закричал так громко и внезапно, что Йен вздрогнул.       Пронзительный звук разбивающегося стекла заставил его повернуться к капитанской каюте, раздался приглушенный хлопок и вспышка света, после чего дым начал заполнять его каюту и кабинет. Острый приступ страха пронзил до самого позвоночника.       В ту же секунду в каюту нырнули Анару и Гуанг, до того охранявшие дверь. И тут же удар сбил Йена с ног — Маата уронил его на пол, спасая от раздавшегося залпа.       Сердце бешено колотилось, когда Константин откатился в укрытие. Он надеялся, что Солу и Солуса не посекло соколками. Джейкоб же вернулся за спину своих людей, ухмыляясь.

***

      До этого момента брат и сестра стояли тихо, прислушиваясь к голосам снаружи. Солус все же послушал сестру и, подойдя, взял её за руку.       Когда раздался крик, а затем и треск, княжна машинально прижала брата к себе, стараясь закрыть от осколков.       Сердце девушки пропустило несколько ударов, ей стоило невероятных усилий не закричать вместе с Солусом. Им повезло, они стояли достаточно далеко от окна.       Запахло дымом, дышать стало тяжелее, мальчик, как и девушка, зашелся кашлем.       Кто-то ворвался в каюту и, стянув одеяло с кровати, подбежал к князьям. Сола уже была готова сопротивляться, когда в мутной пелене слез и дыма разглядела, что это Анару и Гуанг пришли на помощь.       Первый матрос как раз и схватил одеяло. Он что-то сказал мальчику и, укутав его одеялом, побежал с Солусом к распахнутой двери. Гуанг же твердо взял Солу под руку и повел спотыкающуюся княжну следом.       Первым из каюты выскочил Анару, держа одной рукой сверток одеяла, а за ним Гуанг, к которому жалась дезориентированная княжна Арьен.       Гуанг со слезящимися глазами вытащил свой клинок и закашлялся, глядя на театр боя. Эльф осторожно поставил Солуса на ноги и загородил собой. В его руках оказался тяжелый медный жезл, из которого со щелчком с двух сторон вышли лезвия, похожие на косы. Такого экзотичного оружия юная княжна не видела никогда. К ним подскочила Юнгсу с коротким топориком наперевес.       Две пары наемников, вооруженных крюками и веревками, перелезли через перила квартердека и окружили маленькую группу.       Выстрелы прекратились, когда Джейкоб издал пронзительный свист.       Йен только губы поджал, глядя на командора, который уверовал в свою безнаказанность. Тот покачал головой и поцокал языком.       — Я думал, мы были вежливы, парень, теперь попробуем еще раз? — спросил он, когда нападавшие, окружившие Солу с остальными, начали их зажимать.       — Я тебя прикончу.       Оскалив зубы, как пес, Анару следил взглядом за приближающимися пиратами. Он еще чувствовал, как в горле саднит от дыма. Проклятый поднял свою глефу, позволяя себе подчиниться инстинктам: он боролся не только за свою жизнь, но и за маленького ребенка позади себя, укрытого одеялом, которое он заставил мальчика пообещать не снимать, несмотря ни на что.       Рядом с ним Юнгсу приготовила свой топорик для мяса, а чуть дальше Гуанг, он с каменным спокойствием смотрел на тех двоих, что направили на него свои сабли, как будто просто собирался поспарринговать.       Однако пираты остановились, и Анару почувствовал себя медведем, окруженным собаками со всех сторон. Некуда идти, он был в ловушке, но не собирался сдаваться, пока не пустит кровь каждому из этих людей.       Раздался голос, глубокий и хриплый.       — Судя по тому, что я вижу, я бы сказал, что это и есть те дворяне, о которых мне говорили. Я думал, вы будете более любезны, голубая кровь, все дела… А тут попрятались за несчастными навтами.       Анару бросил взгляд по палубе и нашел своего капитана, а рядом с ним и Маату. Глаза эльфов встретились. Этого взгляда хватило, чтобы они друг друга поняли. Едва заметный кивок, а после сразу удар — лезвие глефы зацепило саблю пирата, Анару крутанул древко, и оружие бандита улетело за борт.       — Чего ты хочешь? — снова подал голос Йен из укрытия.       Джейкоб только головой покачал.       — Я уже все сказал, капитан. Но давайте попробуем заключить сделку, а? Ради старых времен.       — Что за сделка?       — Например, когда ты смотришь в другую сторону, пока я ухожу с упомянутыми дворянами… За них хорошо платят, знаешь ли. ОЧЕНЬ хорошо. А их багаж можешь оставить себе.       — Ты действительно думаешь, что я соглашусь на это?       — Почему нет? Это просто аристократы, напыщенные и требовательные, всегда думают, что они лучше, потому что какой-то давно потерянный предок случайно убил нужного человека в нужное время, — черные глаза уперлись в Солу, и взгляд этот ничего хорошего не предвещал.       — Ответ по-прежнему отрицательный, — твердо заявил Йен. Командор вздохнул, затем вытащил саблю.       — Ну, тогда, я думаю, мне придется убить тебя за них. Я надеялся, что этого не произойдет, ради памяти Васко… Кстати, где он? Говорят, пропал, да? Хотя, не важно…       Яркие голубые глаза Константина на секунду закрылись, капитан открыл их, и все светлое небо выцвело до бесстрастного серого цвета.       — Посмотрим, кто кого убьет! — закричал Васко. — Стреляй!       Раздался новый залп, команда как будто того и ждала, и Джейкоб бы свалился замертво, но успел спрятаться за одного из своих охранников, и тот принял на себя все пули.       Разговоры закончились, теперь заговорила сталь. После залпа в ход пошли клинки.       Теперь внимание Анару было сконцентрировано на тех четверых, что наседали на него и Гуанга. Очевидно, ни один из них не имел опыта сражения против боевой глефы. Выпад, зацеп, и лезвие легло на затылок самого резвого. ЭЭльф качнулся в сторону и довел прием — голова пирата покатилась в сторону, а тело рухнуло на доски.       Анару не стал отвлекаться и поднырнул под крюк, которым другой пират атаковал его, крутанул глефу и принял удар на другую сторону древка. Пират оказался зафиксирован, всего несколько секунд, пока он осознавал, что случилось, хватило, чтобы Юнгсу взмахнула топориком и вогнала его в череп пирата. С тошнотворным хрустом его голова раскололась и прогнулась под лезвием, глаза закатились, а тело дёрнулось, когда по его лицу потекла струйка крови. Как вырвала свое оружие из тела врага и стряхнула с него остатки мозга.       Анару повернулся, чтобы помочь Гуангу, но навт уже отправил двух пиратов на тот свет — оба лежали в больших лужах собственной крови. Эльф бросил взгляд на княжну…       Только оправившись от дыма, девушка застыла на месте, инстинктивно прижимая брата к себе. Лицо побледнело, а её взгляд никак не мог сдвинуться с изуродованных трупов пиратов. Кровь нападавших долетела до её одежды, запачкав белоснежную сорочку.       Она видела смерть раньше, но никогда настолько кровавую. Секунда, вторая, третья. Ей показалось, что кровь из тел вытекает слишком медленно, а из ртов павших еще слышен крик.       Княжну качнуло, к горлу подступил ком, который пришлось подавить.       Рядом с ней все еще был брат, которому также было страшно и которого нужно защищать. С трудом оторвав взгляд от убитых, она перевела его на Солуса. Одеяло, накинутое Анару, начало сползать. Княжна поторопилась поправить его, чтобы мальчик не увидел бойни.       В груди помимо страха вспыхнула совершенно новая эмоция. Она появилась внезапно, но княжне стало совершенно понятно. Она возненавидела пирата, который отдал приказ. Голубые глаза устремились в толпу, где самодовольно красовался Джейкоб.       — Иди, спрячься под этими ступенями, — приказал Анару, указывая на небольшое пространство под лестницей, ведущей к мостику. Поднимая Солуса, он говорил тихо и спокойно, пригибаясь, когда несколько пуль рикошетом пролетели над его головой. Он услышал, как мальчик захныкал.       — Все в порядке, все в порядке, я здесь, — сказал он, усаживая мальчика в самую дальнюю часть закутка.       Следом туда забрались Юнгсу и Сола, закрывая собой ребенка. Эльф отдал княжне в руки свою короткую саблю — все же предпочитал ей глефу.       Спокойный и свирепый Гуанг заговорил.       — Я спускаюсь, чтобы помочь нашим, защищай их.       Княжна Арьен почувствовала оцепенение. Пронзительные выстрелы больше не заставляли ее вздрагивать, запах дыма в воздухе казался правильным, звуки металла, сталкивающегося с металлом, хриплые крики людей… Все это казалось естественным до жути.       Навты хорошо держались. Четверо стрелков и несколько бойцов с копьями держали оборону против гораздо менее организованных наемников, у которых еще и не было укрытия.       Движение на границе зрения привлекло внимание — еще одна группа из четырех пиратов перелезла через поручни на другой стороне квартердека. Используя крюки-кошки, они попытались обойти баррикаду, однако их встретила глефа Анару. Эльф шагнул навстречу, чтобы отвлечь их внимание от тех, кто прятался в маленьком закутке.       Это сработало: все взгляды устремились на него, однако атаковали они толпой и мешали друг другу. Проклятый неловко проехался по палубе, поскользнувшись на пролитой крови. Четверо разбойников крутились вокруг черноволосого волка с фиалковыми глазами, как стая бродячих собак, рыча и огрызаясь. Он бросился к леерам, подскочил и пробежал по верхней балке, как раз успев уйти от нескольких ударов, пришедшихся в дерево позади.       Он спрыгнул обратно, благополучно обойдя пиратов, оказался на верхней площадке лестницы.       — Догоняйте, твари трусливые!       И они бросились вслед за наглецом. Анару заблокировал один клинок древком глефы, от второго чудом увернулся, а третий прошел по касательной, разрезав одежду, кожу и плоть на груди. Он зарычал по-звериному и бросился вперед, отталкивая врагов, но четвертый в этот момент сделал выпад и оказался слишком быстр — челюсть с удлинёнными клыками сомкнулась на запястье. Хрустнула кость, и пальцы, державшие саблю, разжались, а пират откатился назад с истошным воплем.       Короткий взгляд в сторону, чтобы увидеть, что внизу все еще кипит бой, как Маата держится рядом с Йеном, прикрывая его спину. Его глефа, разложенная на манер клинка с длинной ручкой, опустилась на противника и рассекла ему плечо, погрузившись в грудную клетку. Анару всегда посматривал на Маату, старался у него учиться, так и теперь повторил этот удар своей глефой с клинками-косами. Пират рядом с ним выставил свой клинок вперед, он скользнул мимо слишком верткого для своих размеров проклятого, а вот удар косы своей цели достиг, безобразно раскроив грудную клетку и вывалив внутренности разбойника на ступени.       Следующий пират выскочил на смену своему товарищу, но внезапно стал оседать, издавая сиплое бульканье. Серебристый кончик клинка сабли внезапно вырос из его горла. Бандит неловко попятился, оборачиваясь, чтобы увидеть у себя за спиной княжну Арьен, забрызганную кровавыми каплями. Воспользовавшись тем, что все внимание на себя отвлек Анару, она подкралась и несколькими короткими ударами положила двух бандитов, причем, вторым был тот, у кого сейчас из шеи торчала сабля, которую буквально только что отдал ей навт.       Последний из четверки попытался атаковать княжну и тут же лишился головы от удара Анару.       Пират с клинком в шее рухнул на палубу, Сола изо всех сил дергала, пытаясь вытащить свое оружие, застрявшее в позвоночнике врага. Эльф придавил труп ногой, вырвал клинок и вернул его девушке.       — Спасибо, госпо…       Княжну наконец вырвало. Рвотная масса упала на палубу, смешиваясь с кровью и жидкостями на ступеньках. Девушка наклонилась и закашлялась, крепко держа саблю и опираясь на нее, как на трость.       Раздался выстрел, гораздо громче мушкетного.       Сола обернулась только для того, чтобы увидеть что-то длинное и темное, летящее в ее сторону. Оно обернулось вокруг ее ноги под коленом, впившись в кожу ботфортов отполированными крюками. Это было похоже на штурмовой канат, какими пользовались атакующие, но…       Никто не успел среагировать. С чудовищной силой веревку рвануло, и княжна не удержалась на ногах, ее поволокло по доскам палубы. Навты расступились с дороги, некоторые пытались схватить ее или веревку, но безуспешно. Она услышала голос Йена, выкрикивающий ее имя, но все произошло слишком быстро.       Все произошло очень быстро, как будто смазавшись, все, что было в сознании, это мучительная боль от веревки, обвитой вокруг ноги. Ее протащили через одну из баррикад, к счастью, между ящиками, и в конце концов Сола оказалась у ног командора Джейкоба. Ударом ноги ее перевернули на живот, и тяжелый сапог опустился на спину, пригвоздив княжну к палубе. Джейкоб наклонился, оттянув ее за волосы и прижав нож к горлу.       Из глаз от острой боли брызнули слезы. Помутненным взором Сола видела, как к ней попытался рвануться Йен, но его остановил Маата и заступил капитану путь, прикрывая его своим телом.       — Хорошо, Йен, а теперь давай сюда второго, или кто-то сейчас сломает свою хорошенькую шейку, — объявил командор Джейкоб, посмеиваясь и глядя на Арьен своими черными жуткими глазами.       Она дернулась, пытаясь вырваться.       — Пусти меня, ублюдок!       — О, у маленькой княжны есть язык, не так ли? — поддразнил мужчина, бросив взгляд туда, где кипел яростью Йен. — Ну же, пусть князек выйдет. Мне заплатили за полный комплект этих блудных детишек.       Константин снова рванулся вперед, но Маата поймал его за локоть, когда Джейкоб снова перевернул свою пленницу и грубо поставил на ноги, до боли сжав медвежьей лапой под челюстью. Он покрутил девичью голову, будто рассматривая рабыню на невольничьем рынке.       — А она хороша, что такое с этими дворянами? Или уроды с жабьей рожей, или нечеловечески красивые?       Сола вцепилась Джейкобу в запястье, танцуя на цыпочках, но следующее, что произошло, было еще более неожиданно, чем веревки с крюками.       С высоким свистом сверху обрушилась тень. Удар с ноги пришелся в руку командора, переломав ее с отвратительным влажным хрустом, и сразу следом толчок, мощный, но мягкий, и Сола отлетела аккурат в руки красноголовому эльфу.       Хэми, впередсмотрящий, которому перед боем поручили отправить письма с почтовыми птицами в ближайший порт, просидевший начало боя в вороньем гнезде, слетел вниз на веревке, которой пользовался для быстрого спуска. Он освободил княжну и откатился в сторону, невооруженный.       Джейкоб сел на задницу, глухо и грязно ругаясь. Его охранники оттащили своего капитана к носу, когда снова зазвучали выстрелы.       Маата передал одновременно перепуганную и разъяренную княжну своему капитану, со щелчком полностью разложил глефу и бросился в атаку вихрем разъяренной стали. У пиратов было мало шансов, когда дело дошло до его клинков.       Постепенно другие навты из команды «Серой стрелы» перелезали через баррикады, присоединяясь к своему капитану и Маате. Солу попытались оттеснить в безопасное место, но она схватила с палубы кинжал погибшего пирата, понимая, что сейчас за спиной у Йена ей будет безопаснее.       Краем глаза она увидела, как командор Джейкоб, на удивление быстро пришедший в себя, с двумя людьми сопровождения направляется прямо к ним. Его правая рука висела мертвой плетью. Сола рыкнула злой кошкой, и Йен шагнул вперед, пряча ее за своей спиной. Первый из подручных Джейкоба пошел в атаку, он легко парировал клинок Йена и отскочил от неумелого укола Солы, но не раньше, чем Йен смог на обратном ходу провести клинком по руке пирата, сделав не смертельный, но серьезный разрез.       Второй охранник стал бить быстро и беспорядочно, не давая атаковать. Йен едва успевал парировать, когда охранники вдруг немного расступились синхронно, и между ними проскочил Джейкоб, ударив голубоглазого капитана в живот ногой.       Казалось, их лягнула лошадь, Йен и Сола повалились на палубу.       Джейкоб стоял над Йеном, который приложился затылком и немного поплыл, не успев прийти в себя. Черноглазый выхватил пистолет и спустил курок.       Осечка.       Он рассмеялся и бросил пистолет.       — Проклятый хлам, бесполезный даже с такого расстояния, — командор выхватил саблю из ножен. — Я думаю, от этого будет больше толку… — и вогнал клинок Йену в живот, прежде чем кто-то успел среагировать.       Сердце Солы пропустило удар.       Она услышала хриплый крик, который почти перекрыл звуки боя. Медленно приходило осознание, что это кричит она. Его пронзил неистовый гнев, в его голове что-то щелкнуло, и животное подняло голову.       Глаза застило красным, она вскочила на ноги, рыча от ярости, и бросилась вперед, врезавшись в командора Джейкоба со всей силой, на которую была способна. Ее тело онемело ко всему, кроме боли, скручивающей его сердце.       Не Йен, нет! Нет-нет-НЕТ. Каждое «нет», кричавшее в его голове, было ударом кинжала, входившего в его живот и грудь.       Гордый и самоуверенный капитан превратился в изодранный, вонючий кусок окровавленного мяса, а на его лице застыло растерянно-удивленное выражение.       Сола толкнула Джейкоба вперед, к вантам. Она заставит этого человека заплатить, за всю боль и кровопролитие. Она заставит его ЗАПЛАТИТЬ!       И последним ударом она столкнула его через поручень. Он уже даже не кричал, падая вниз, мертвое тело прибрали волны.       Сола не знала, что произошло дальше, и ей было все равно. Все, что она знала — пираты сбежали, и скатертью им дорога. Она бросилась к Йену, который держался за саблю в животе.       Княжна проигнорировала все это и сосредоточилась на Константине. То, что до этого проскакивало в ней лишь искрами, теперь вспыхнуло пламенем.       — Останься со мной, останься со мной, я держу тебя, тебя, — шептала она, держа его за руку.       Сморгнув слезы с глаз, Сола закричала, зовя Сэн, и коснулась ладонью бледнеющей щеки, умоляя капитана не закрывать глаза.       — Останься со мной! Йен, не бросай меня! Ты должен остаться, ты, блядь, обещал! — закричала она, когда глаза Йена закрылись.