Дарованный Морю

      Руи влилась в команду настолько, насколько это было возможно, и она не могла не заметить, что корабль пришел в движение. На кухне чаще появлялись люди, ее нагрузили заготовками больше, чем в предыдущие дни, хотя ничего особенного, вроде бы, не промелькнуло в словах Мхету.       А потом он выдал ей небольшой список и, приставив к Анару, отправил в трюм.       Анару был самым младшим и маленьким среди «клыкастой» части команды. Черноволосый, смуглый, с фиолетовыми глазами, изящный и стройный, он был меньше своих соплеменников, но при этом всё равно более чем рослый.       Они спустились на нижний ярус трюма, Анару поцыкал. Из полумрака раздался топоток, и вышел корабельный кот размером с небольшую собаку. Рыжий, с бандитской мордой, лоснящийся и очень пушистый зверь издал вопросительное «Мррррааа?» и потерся о ноги парня, после чего принюхался к девушке.       — Оу… А кто это у нас? — Руи присела на корточки и потрепала бандитского вида кота по загривку.       — Это Олаф. Десятник нашел его в порту и принес на корабль в кармане, — Анару криво ухмыльнулся. — Он иногда поднимается выше, но обычно спит тут, на тюках с парусиной. — Кот тем временем поставил девушке на колени лапы и ткнулся мордой в ладонь. — Скажи мне, что достать, а вы пока ласкайтесь.       — Ах да… Точно, — Руи достала из кармана список и, развернув его, бегло просмотрела содержимое. — Шмат солонины, бочонок с бренди, сушёные коренья атора, и немного сушёных трав, мед, орехи… хм, кажется, всё, — произнесла она, убирая листок обратно в карман и, наконец, подхватила на руки кота, который с тихим «мяу» тут же перебрался на плечи.        Кот тарахтел и мял ее лапами. Заласканный зверь не знал обид с момента попадания на «Серую стрелу» и оттого совершенно не чурался незнакомцев.       Анару кивнул и отправился через тускло освещенный трюм на поиски провианта. Эльф несколько раз ходил туда-сюда и складывал у ног спутницы всё, что было в записке, переспрашивая, но когда Руи попыталась дать ему лист, он отрицательно покачал головой и поджал губы.       — На этом языке я не умею читать, прости.       В конце концов он собрал всё, что требовалось, и принес большую корзину, куда уложил всё, кроме бочонка. Парень мялся, как будто пытаясь на что-то решиться.       — Я хотел спросить… — он покраснел, хотя под загаром это было плохо видно. — Завтра праздник. Ты согласишься со мной потанцевать? Ты такая красивая, и я пойму, если откажешь…       Его предложение заставило девушку недоуменно вскинуть брови. Праздник? она слыхом не слыхивала ни о каком празднике. Может, что-то местное? Почему Йен ничего не сказал, раз команда готовится?       — Ну, меня еще никто не звал, так что… Да, почему бы и нет? — Руи широко улыбнулась.

***

       Вечером Юнгсу передала ей кое-какую одежду, что осталась от бывших членов команды, дабы у странницы была смена, да и снаружи понемногу холодало, и утащила в женский кубрик, чтобы помочь подогнать вещи по фигуре.       Здесь жили малышка Эйви, Лора, Зои, Юнгсу, Сэн и Игиру. К последней то и дело наведывался Гуанг, на сей раз он снова зашел, и они сидели парочкой, наслаждаясь свободным временем, а заодно она латала ему куртку, которую матрос порвал во время работы.       Все женщины щебетали и хихикали в ожидании завтрашнего. Как выяснилось, они собирались праздновать то, что называлось Ночью Белой Луны. Это было странно, поскольку от самой луны был лишь тончайший месяц.       — Руи, а ты готовишься? — проворковала Сэн, забираясь в свой гамак, висящий рядом, и обнимая подушку.       Странница повернула к ней голову, прерывая свои мучения с иголкой.       — Ох, ну… — девушка на мгновение задумалась.       — Тебя пригласил кто-нибудь? — она хихикнула. — Нас тут не так уж много, так что утром жди очередь из желающих. — Лекарка устроилась на боку, подперев голову рукой, и смотрела, как Руис возится с тканью. — А то ты так говоришь, как будто тебе вообще неинтересно, что происходит на корабле.       — Не то чтобы… Как бы сказать… На самом деле, меня уже пригласил Анару, — сказала Руи, смущённо улыбнувшись. — А что насчёт тебя?       — Я двоим обещала танцы, — Сэн кокетливо повела плечиком. — И в этот раз я думаю попробовать зайти в хакка. Не уверена, что смогу вытянуть ритм, но Юнгсу обещала помочь, если что. А тебе успели рассказать, что за праздник?       — Нет, не успели. Я даже поверхностно не представляю… И хакка?       — Праздник Белой луны они отмечают дважды в год, — Сэн коснулась кончиком пальца нижней губы и перевернулась, откинувшись на подушку. — Это связано с драконами, которым наш капитан приходится сыном. Дважды в год, один раз, согласно лунному циклу — в ночь самой яркой, а второй — в обратной фазе. Но я не очень понимаю, как высчитывать, обычно это делает Тай. В это время чествуют погибших и воспевают живых.       — Вот как… — странница вспомнила, что слышала о чем-то подобном. — А что вы делаете на этом празднике? Кроме танцев, я имею в виду, — спросила Руи, просовывая нитку в иголку, однако мысли в голове ушли в другое русло.       Йен — сын драконов? Это бы многое объяснило, стоит заметить. Но… Она не помнила, чтобы драконы водились с морскими эльфами, да и признаков полукровки капитан не проявлял.       — Ну… — Сэн прикрыла рот ладошками, — в эту ночь можно всё, и, если ты не очень свободна в своих нравах, то настоятельно не советую приходить в купальни, — она захихикала, смешки раздались и со стороны других девушек.       Руи невольно присвистнула.       — И это общепринятый праздник?       — На самом деле, это не обычный корабль, — заговорила Игиру. — Никто такого больше не празднует. Во всяком случае, мы не слышали. И когда оказались тут и впервые случился праздник, тоже удивлялись. Вообще волки любят устраивать гулянки по любому поводу. Они даже прибытие в порт празднуют.       — А что такого будет в купальнях? — поинтересовалась Эйви, в силу возраста не понявшая о чем шла речь.       — О, милая, — совершенна покрасневшая Лора забегала глазами. — Там будут игры …Да, игры для взрослых. В карты, да.       — Фу, как скучно, — фыркнула девочка.

***

      На следующий день корабль так и не снялся с якоря. Капитан дал команде отдохнуть и подготовиться.       Десять клыкастых с рассвета до полудня сидели вкруг на носу и что-то тихо пели на неизвестном прочим языке. Их окутывал пряный дым из нескольких курильниц, а ветер разносил запах по всей округе — они почитали ушедших.       Ближе к вечеру на палубу стали выносить столы из кубрика и достали большую кованную жаровню, где развели огонь.       Постепенно корабль наполнился возбужденным ожиданием того, что скоро начнется. Гуанг и Райлаг устроились рядом на ящиках, настраивая струны своих гитар, вокруг них приплясывали несколько человек.       Пока что не было видно только капитана, который покинул свою каюту и ушел куда-то вглубь судна. Кажется, странница слышала его голос из одной из дальних кают, где двери были исписаны витиеватыми рунами, она направилась туда.       Из кубрика, который занимали эльфы, вышли Маркус, Анару, Тэйн и Хеми. Все четверо были одеты в одинаковые синие рубашки, узорчатые широкие тканевые пояса, пусть и с разным рисунком, похожим на волны, темные штаны и сапоги, идеально начищенные. Впервые Руи увидела их без бандан: у них были такие же одинаковые прически с выбритыми висками. У троих волосы черные, тугие кудри держали объем, а у четвертого, внезапно, шевелюра оказалась невероятного синего цвета.       Парни замедлили шаг и остановились рядом с дверью, под которой топталась Руи.       — Ты хочешь позвать Кэпа к остальным? — поинтересовался Тэйн приятным бархатным голосом.       — Я думаю, он пока медитирует, но вообще идея хорошая, — пожал плечами Анару и постучал.       — Это тоже его каюта?       — Да, это тоже его каюта. Он жил тут, когда был юнгой. Помнишь, Хеми, а? — парень пихнул локтем трехпалого, и все, кроме самого Хеми, рассмеялись.       Анару еще раз постучал, и из-за двери донеслось недовольное ворчание. Константин приоткрыл дверь и выглянул, стараясь скрыть то, что на нем нет рубашки. Из комнаты пахло как из магической лавки, а сам капитан был настолько бледным, что этого не скрывал даже бронзовый загар.       — Я занят, — проговорил он негромко и немного хрипло. — У меня есть дела в чертогах отца, просто не беспокойте меня. — И дверь снова закрылась.       — Серьезно? — Хеми поднял брови и зачесал пальцами назад синие кудри. — Отца? — он нахмурился и, недовольно дернув головой, пошел наверх, оставив остальных.       — Боюсь, это надолго, — Анару, напротив, казался озадаченным. — Позови Ма, — обратился он к Тэйну, и тот, кивнув, убежал.       — В чертогах… Отца? Я ничего не поняла. Что это значит? — спросила странница.       Молодой матрос не выглядел столь же озадаченным, сколько она.       — Ну… Представь, что в твоей голове есть… Ну… Дом без окон, — стал объяснять Анару. — И в этом доме все твои воспоминания и мысли лежат как вещи… Вот… И некоторые умеют не только свой такой дом здорово выстраивать, но и проделывать ходы друг к другу. Понимаешь, о чем я?       — Примерно представляю, о чем идёт речь, — мягко кивнула девушка, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос.       — Ну вот теперь он где-то там, хотя физическая оболочка здесь, но пока его пока лучше не беспокоить.       — Раз такое дело, похоже, это действительно надолго, как ты и сказал… Надеюсь, он не пропустит весь праздник.       Они выбрались на палубу, где веселье было в разгаре. Здоровяк галантно подставил девушке локоть и улыбнулся.       — Ты согласилась на танцы, и я твой кавалер до самого рассвета, а его мы можем поймать первыми на самом верху. Может, хочешь перекусить сначала? И там должен быть готов чудесный грог, совсем не крепкий. А рассвет мы встретим первыми в вороньем гнезде.        — О, я уж на это надеюсь, — Руи поиграла бровями, настраиваясь на предстоящее веселье. — И я использую каждую секунду такого прекрасного общества.       Анару явно польстило такое отношение, и он повёл свою спутницу туда, где рядом с мачтой стояла жаровня и пара столов с закусками. Юнгсу разливала из большого чана исходящий паром пряный напиток, от которого вкусно пахло над всей палубой. Рядом стояли тарелки, и каждый мог взять то, что ему понравится из еды.       Руи воспользовалась моментом и натаскала себе сладостей, что-то медовое с орехами и сушеными ягодами, и набила рот, не особенно стесняя себя манерами. Ее спутник, открыто любовался ею, и лишь на минутку отвлёкся, чтобы принести им обоим напитки. Сам он сладкое обходил вниманием, таская в основном всякие мясные кусочки и печёную рыбу. Грог был пряным и некрепким, для того чтобы повеселела голова, а не для того, чтобы напиться.       Звучала музыка, несколько пар танцевало в круге, не выступая для других, а сами для себя. От небольшой компании на носу корабля слышались взрывы смеха, тут же неподалёку трое матросов играли в кости на бочке.       — Ты такая красивая, — Анару немного смущённо улыбнулся и подал спутнице руку.       Не смотря на простой комплимент, странница почувствовала как к щекам прилила краска, хотя может дело было в алкоголе, мягко кружившем голову. Она приняла его ладонь, парень наклонился, целуя костяшки пальцев, а после вывел к остальным парам.       Анару повёл, и они влились в круг с другими танцорами. Одна мелодия сменялась следующей, быстрые мотивы сменялись неспешными и медленными, так, чтобы парочки могли немного отдохнуть и просто насладиться объятиями.       Если подумать, черноволосый проклятый с фиалковыми глазами был действительно хорош собой. Руи смотрела на него снизу вверх, а в голову отчего-то лезли мысли о купальне и том, что сегодняшней ночью позволено все. Другой мыслью было, что если бы знакомые девушки увидели его или любого другого мужчину с этого судна, они бы не предпринимали попыток такого заполучить. Где капитан таких набрал, спрашивается?       Кстати о капитане… Йен так и не появился и, казалось, что так и не выйдет к своим людям этим вечером.       — Ты исключительно изящна, — Анару улыбнулся, сверкнув клыками, и сбил ее с мысли. — И ты легкая, как пушинка, можешь даже танцевать на моих мысках. — Он немного придержал ее и приподнял, сделав оборот, после чего снова поставил на ноги.       — Ох! — Руи удивлённо распахнула глаза, когда парень поднял её на руки, ее распущенные волосы взлетели шелковой волной. — Помню, в родной деревне шутили, что меня можно посреди улицы схватить и унести, — она улыбнулась, чувствуя, как ее постепенно подхватывает общее настроение.       Музыканты взяли небольшой перерыв, и танцующие разошлись, чтобы отдохнуть. Анару держал локоть, чтобы Руи и дальше могла на него опираться, и буквально сиял, улыбаясь ей. На них упало несколько одобрительных взглядов из толпы, облепившей стол.       — Хочешь, я принесу тебе чего-нибудь? — Парень отвёл девушку к перилам вдоль борта.       — Да, еще грог — то, что нужно, — она облокотилась спиной о леер.       Когда эльф ушёл, Руи расслабилась, погрузившись в размышления о сегодняшнем вечере. Всё действительно было волшебно, неожиданно хорошо… Однако её задумчивость прервал мужской голос:       — И почему это ты одна?       В следующий миг Руи оказалась вжата в перила, а по обе стороны от её бёдер легли крупные ладони. Джек. Совсем молодой еще матрос, крупный, пусть и не особенно высокий и, судя по тому, как его пошатывало, принял на грудь он уже изрядно.       Парень хотел еще что-то сказать, но удар коленом по причинному месту заставил его свалиться, свернувшись в позе зародыша, и тихо взвыть.       — Наш… разговор ещё не окончен… Сука… — прохрипел он, а странница поспешила отойти подальше, ища глазами своего кавалера.       Их обступило четверо клыкастых здоровяков. Громадина Хеми поднял подвыпившего нахала за шиворот, как котенка, у того ноги оторвались от земли. Рядом с ним стояли Тай и Тэйн. Анару подал Руи руку, она схватилась за нее и шмыгнула ему за спину.       — Ты в порядке?       — У нас не принято силой добиваться расположения женщины, — процедил квартирмейстер. — Даже в такой день. Особенно в такой день. Но ты пьян, и поведение твое мы обсудим позже, за мной. — Тай махнул синеволосому проклятому, и они ушли с палубы, скрывшись за дверью на нижние уровни.       Остальные как будто и не заметили происшествия, продолжая веселиться. Анару все же принес им по стакану грога, и они стояли рядышком, просто болтая ни о чем. Эльф расспрашивал странницу о ее доме, о том, что она видела в пути, но о себе говорил не особенно охотно, все время перескакивая на рассказы о том, как они восстанавливали корабль, о плаваниях в этих морях, даже о том, как недавно на судно пробрался котенок, что теперь жил у Сэн в лазарете, потому что старший кот не пускал его в трюм, отстаивая территорию.       Скоро вернулся Тай и распорядился расчистить место перед фок-мачтой. Анару оживился, будто навострив уши.       — Потешные бои, — объяснил он, — Сейчас будем играть. Позволишь мне?       — Я подарю тебе поцелуй, если ты победишь, — Руи не собиралась останавливать своего сегодняшнего спутника, тем более, что слишком заметно было, как он хочет померяться силой.       Парень довольно заурчал и, довольно ухмыльнувшись, оставил девушку. Однако одна она простояла недолго — вся команда обступала круг, и странницу проглотила толпа, рядом оказались другие девушки, каждая желала поболеть за кого-то из бойцов.       Было несколько сходов, и Руи успела усвоить простые правила: бой без оружия, пока соперник не упадет или не сдастся, хотя была и победа по очкам. За боями следили Тай и Рагул — старшие после Йена и Мааты, которого тоже она так и не заметила в толпе, хотя красную шевелюру здоровяка пропустить было бы сложно.       — Ставки! — в очередной раз выкрикнула Игиру, когда вышла новая пара навтов — Анару против Гуанга.       Анару стащил через голову рубашку, обнажив татуированный торс, и отдал ее Руи, мягко улыбнувшись девушке.       — Ты предпочтешь, чтобы он просто распластался на палубе, или хочешь, чтобы я поднес тебе трофей? — немного заискивающе поинтересовался парень, наклонившись так, что волшебные фиолетовые глаза оказались напротив глаз девушки.       — Трофей, — она дразняще улыбнулась в ответ.       — Хорошо, — он взял ее за руку и поцеловал костяшки пальцев, едва-едва коснувшись теплыми мягкими губами.       Проклятый эльф выпрямился и вышел в круг, встав в экзотичную боевую стойку, подняв перед собой руки, чуть пошевелил пальцами. Улыбка сошла с его лица, и он чуть склонил голову на бок, глядя на соперника.       Тай отсчитал и, увидев, что оба готовы, крикнул: «Бой».       Атаковать проклятый не спешил, наблюдая, что будет делать его долговязый соперник. Они неплохо изучили повадки друг друга за время совместных плаваний, тренировок и боев, в которых сражались бок о бок, и оба знали, что второй — сильный соперник.       Навт медленно шел по кругу и, достаточно сократив дистанцию, нанес резкий удар с ноги в колено. Анару не стал отскакивать и не принял удара. Он подпрыгнул вертикально вверх, как легкая лисица, с совершенно звериной прытью, и ударил раскрытой ладонью в грудь сопернику. Гуанг попятился назад, но устоял.       Навт быстро собрался: несколько быстрых атак, он бил ногами, демонстрируя идеальную растяжку, и пара из них достигла цели. Проклятый резко выдохнул, пропустив удар, и пошатнулся. Однако, когда навт попытался ударить снова, поймал его под колено и удержал, а потом начал крутиться вокруг своей оси, заставляя Гуанга нелепо прыгать на одной ноге.       Он все еще держал соперника, и когда тот поджал ногу и дернулся, решив сыграть ва-банк. Вес Гуанга потащил их вниз, и они оба с грохотом свалились на палубу, но Анару оказался сверху, рванулся и зубы проклятого сомкнулись на шее противника.       Гуанг трижды ударил ладонью по палубе, признавая поражение, и его тут же отпустили. Эльф подал руку, помогая сопернику встать и сдернул с его шеи небольшой кулон из перламутровой раковины, навт только головой покачал.       Пока толпа получала свои ставки, а новые поединщики готовились померяться силой, Анару выскользнул из толпы и вернулся к своей спутнице, донельзя довольный тем, как все прошло. Он вложил ей в ладони кулон, а та в свою очередь выполнила обещание — обвив руками крепкую шею, нежно поцеловала в губы. Гораздо жарче и дольше был тот поцелуй, чем эльф мог надеяться.       — Ты не хочешь одеться? — изящные ладошки скользнули по груди, по мягким волоскам, складывавшимся в симметричный рисунок на торсе, поверх татуировок, что сходили с лица на шею и ключицы, а дальше вязью изящных линий и завитков спускались вниз.       — Меня шкура греет, — парень бесхитростно улыбнулся. — Ты хочешь посмотреть еще бои или может…       — Мне говорили, что этой ночью купальни особенно хороши, — черные глаза взглянули снизу. — Может, ты покажешь мне?       Эльф воровато глянул на толпу и кивнул, взял странницу за ладонь и повел прочь. Вниз с палубы и дальше вниз, за жилые каюты, по лестнице туда, где было жарко натоплено.       Они оказались совсем одни в просторных купальнях, что еще только ждали, пока команда закончит развлекаться наверху, а потому могли выбрать себе местечко поуютней. Им оказалась дальняя от входа кадка, Руи попросила лишь поправить загородку, чтобы скрыть их от лишних глаз.       И снова поцелуй, теперь уже горячий, беспечный, жаркий. Чистое удовольствие, ничего от любви, только похоть и страсть. Они стащили друг с друга одежду и, побросав всё на пол, забрались в тёплую воду, сплетаясь телами, бесстыдно ощупывая, осязая, изучая.       Никто не хотел долгих прелюдий. Руи оседлала проклятого, сдавив его бока бёдрами, провела ладонью по налившемуся члену, отметив про себя заметное утолщение у основания, и направила в себя головку. Анару выгнулся, подаваясь бёдрами вперёд, и вошёл. Она застонала в голос, удовольствие смешалось с капелькой боли, всё было слишком быстро, но это было именно то, чего сейчас так хотелось.       Они двигались в едином ритме, не спеша, смакуя то, как соединяются тела, как наслаждение близости горчит кровь. Он мягко сжимал ее ягодицы, его губы поочередно ласкали яркие соски на маленькой груди, а она извивалась в его объятьях, постанывала и нарочно сжималась на его члене.       Первый раунд закончился быстро, они были слишком голодны, да и алкоголь давал о себе знать. Во второй раунд Анару зашел сзади, дав партнерше опереться о край кадки, он взял ее под сгибы ног и задал гораздо более резкий темп, так что купальни наполнились не только стонами, но и пошлыми звуками шлепков кожи о кожу.       Скоро из-за загородки послышались голоса, и парочка поняла, что они тут больше не одни, однако никому не было до них дела. Анару и Руи были не единственными, кто хотел в эту ночь иных плотских удовольствий, нежели танцы, бои или вкусная еда.

***

      Рассвет они встретили в вороньем гнезде. Анару помог своей спутнице забраться по вантам и обнимал ее со спины, закрывая полами своей куртки от холодного ветра, а на шее у нее висел перламутровый кулон.       — Очень красиво, — выдохнула странница, глядя, как розовое предрассветное небо светлеет и обретает новые краски. — Только ветер… Даже через твою куртку чувствую. Как тебе не холодно?       — Матросу не бывает холодно, только свежо, — Анару легкомысленно пожал плечами. — А если ему слишком свежо, то он умирает.       — Ну и шуточки у тебя, — девушка беззлобно фыркнула, не отрывая глаз от горизонта.       — Есть поверье, что если в ночь после Праздника Белой Луны первым увидеть солнце, то можно загадать желание.       — И… Что бы ты загадал? — спросила Руи, задумчиво тюкая пальцами, еле-еле виднеющимися из-под длинных широких рукавов куртки.       — Домой вернуться, но мне это не суждено. Да и… Там меня уже никто не ждет, и… Не дом это уже вовсе, — он слегка нахмурился, потом сделал шаг назад и уселся, опершись спиной о палубу. — Так что… Я не загадываю ничего.       — А я загадаю, — странница закусила губу и, когда первый всполох появился на горизонте, произнесла про себя несколько сокровенных слов.       Снова стало зябко, да и волосы еще не успели до конца просохнуть, а потому черноглазая поспешила снова прижаться к своему кавалеру, он принял ее в объятья и потерся щекой о макушку.       — Хочешь спуститься обратно?       — Если можно, я бы хотела ещё немного побыть здесь… Тут очень спокойно и… Красиво, — Руи подняла на него взгляд, преувеличенно-невинно хлопая ресницами.       — Конечно, оставайся сколько захочешь, до полудня нас все равно никто не хватится, — Анару подмигнул и поерзал, устраиваясь поудобнее, казалось, даже уши прижал, как довольный пес на солнце.