Дарованный Морю

      Они выдвинулись в путь с приливом, и уже к полудню на горизонте стал заметен дым курящихся вулканов, вдоль цепи которых пролегал маршрут.       Говорили, что именно из-за этих мест приходили гигантские волны, что переворачивали корабли и смывали прибрежные посёлки.       Утром у руля встал Константин, а к ночи его сменил Тай — лучший из рулевых, который повёл корабль по звёздам.       Малышка Эйви, как будто набравшись смелости, каждую свою свободную минутку крутилась около капитана, заглядывала в глаза и просила подержать штурвал. В конце концов он согласился, поставил рулевое колесо на стопор, поднял юнгу на руки и дал прикоснуться к рукоятям.       Она обняла его одной рукой за шею и блестящими глазами смотрела на горизонт, где блестела солнечная дорожка на воде, но потом внимание её привлек другой блеск — кулон на шее капитана пустил солнечного зайчика девочке в лицо, и она осторожно коснулась вставленной в него жемчужины кончиками пальцев.       — А что это?       — Это подарок моего отца, Эйви. Он приносит удачу.       — Красивый, — она смотрела зачарованно и хотела сказать ещё что-то, но послышался окрик Мхету, и девочка спохватилась, вывернулась из хватки Константина и побежала на камбуз.

***

      День пролетел незаметно, Лиора, которую преизрядно накачали разбавленным ромом развесёлые матросы, впервые в жизни столкнулась с такой вещью, как похмелье, и Ян провёл большую часть времени в её каюте. Пусть она номинально уже не была его подопечной, но бывший монстраж продолжал заботиться о юной княжне из простой личной привязанности.       Так или иначе, к вечеру всем стало лучше, и пассажиры «Серой стрелы» нашли в себе силы прийти на общий ужин. Команда уже сменилась, и оттого в кают-кампании было менее многолюдно, чем обычно, сейчас тут были только те, кто работал на дневной смене, а ночная уже заняла места на палубе.       Ян с Люм заняли край стола и под тихую беседу уговорили ужин, на них никто не обращал особенного внимания, в отличие от предыдущих раз. Кажется, они постепенно становились на корабле своими.       Ян собрал тарелки и подошёл к кухонному окну, чтобы поблагодарить Мхету за еду, как он делал это обычно, но тот, однако, казался расстроенным.       — Что-то случилось?       — Пытаюсь выяснить, куда убежала девчонка! — тот рыкнул в сторону. — Уже давно её не видно, а нужно мыть посуду.       — Мы её отыщем, — заверил Гурджес.       Он вернулся к княжне и перекинулся парой фраз, после чего они вместе отправились на поиски Эйви. Не по годам развитая девочка вызывала симпатию, и не хотелось бы, чтобы с ребёнком что-то случилось. Её точно видели днём, когда Ян ходил к Сэн за настоем для Люм, и после он слышал её голос за дверью вместе с лаем пса.       Они решили для начала пойти и проверить кладовки, что были на той же палубе, что и их каюты, где хранился какой-то инвентарь для уборки. Бывало, малышка пряталась там и засыпала.       Открыв первую кладовую, они увидели штабель ящиков от пола до потолка, занимавший почти всё свободное пространство. «Точно не здесь». А вот за дверью второй послышалось приглушённое всхлипывание.       Княжна осторожно открыла дверь и сунула голову внутрь.       — Привет? Эйви, малышка? Это я, Люм.       Она услышала хныканье.       — Эйви? — она спросила снова.       В полумраке она разглядела сжавшуюся маленькой дрожащей птичкой девочку, которая смотрела вникуда широко распахнутыми глазами, по бледным щекам текли слёзы. Девушка тихо присела напротив и протянула руки.       — Малышка, что случилось?       Юнга захныкала, издав высокий сдавленный писк, и часто неглубоко задышала.       — Эйви… пожалуйста, я хочу помочь… ты позволишь мне? — ребёнок растерянно посмотрел на неё и бросился вперёд, прижимаясь всем телом и дрожа. — Хорошо, а теперь мне нужно, чтобы ты сделала глубокий вдох… — Люм шумно вдохнула носом, как её учили дома, во время занятий по этикету, — задерживаешь и выдыхаешь медленно. Давай со мной. Вдох…       Ян стоял в дверях и помалкивал, наблюдая и слушая.       — Что случилось, малышка? Ты можешь мне сказать? — девушка погладила её по волосам, когда малышка немного успокоилась, достала из кармана платочек и стала вытирать щёки.       — Там… там оно… страшное. — Это приближается… это действительно большое… оно проглотит нас… и я просто хочу, чтобы это прекратилось! — Внезапно она сорвалась на визг, иглой прошивший пространство.       — Успокой её и отведи куда-нибудь, где спокойно, — проговорил Ян. — И запри ставни в своей каюте.       Он знал, что имела в виду юнга, он сам чувствовал скорое ненастье и краем уха слышал, что одним из навтских талантов было чутье на погоду, видимо, это была манифестация дара у девочки, спровоцированная первым в её жизни настоящим штормом.       Он вошёл в кладовку и взял девочку за плечи, жёлтые глаза блеснули в темноте.       — Эйви, послушай меня. Я понимаю, что тебе страшно, но расскажи мне, что там, мы должны сказать твоему капитану, откуда идёт эта тьма. Ты должна быть храброй, ты же настоящий навт, слышишь меня?       У Эйви снова хлынули слёзы, она дрожала и всхлипывала, но смотрела прямо.       — Я… это час… может быть, меньше, юго-восток… оно тянется к нам и воет, кидается чем-то холодным и острым.       — Спасибо, милая, ты умница. А теперь идите с Лиорой и спрячьтесь, хорошо? Берегите друг друга.       —… Хорошо.       Гурджес вскочил и побежал сломя голову в кают-кампанию, откуда слышался серебристый смех капитана. Он стоял, разговаривая с несколькими матросами, и замолк, увидев Яна, который пронёсся, чуть не сбив одного из такелажников.       Йен непонимающе уставился на него, сведя брови к переносице, но выражение резко изменилось, стоило Гурджесу заговорить:       — Эйви чувствует шторм! Юго-восток, около часа. Ветер, дождь или град.       В комнате повисла полная тишина.       «Почему Тай не заметил приближающейся бури?» — единственная мысль успела проскочить в голове капитана, когда с бледным лицом прибежал Куно, который болтался до этого на палубе, занимаясь уборкой.       — Тай говорит, что идёт буря, чтобы все собирались… ам… — он замешкался, не видя ожидаемой реакции.       — Мы знаем, — кивнул Константин. — Ты, Лора и Зои проверьте все ставни, спустись в трюм и предупреди всех, — тон сменился на командный.       В одно мгновение Йен стал совершенно неузнаваемым: голубые глаза похолодели сталью, спина напряглась, верхняя губа приподнялась в нехорошем оскале.       — Готовьте штормовое снаряжение! Мхету, ты знаешь, что делать. Остальные, я хочу, чтобы все были на своих местах через пять минут! Проверьте крепление груза!       Константин повернулся к Яну и схватил его за подбородок, притянув к себе.       — Ты остаешься под палубой в своей каюте, кто бы ты ни был. Сиди там и не путайся под ногами. Стереги Лиору и не вздумай высовываться. Я СКАЗАЛ. ТЫ СДЕЛАЛ. ТЫ ПОНЯЛ?       — Будет сделано, кэп, — криво усмехнулся Гурджес, отступил на шаг и покинул кают-кампанию вслед за остальными.