Раз профессор, два профессор

— Где все? Моё выступление должно было начаться семь минут назад, — Драко раздражённо листал свои записи. В серебристом костюме с иголочки и зачёсанными назад волосами он выглядел так, будто сошёл со страниц светской хроники, а не готовился выступить с коротким докладом на заседании попечительского совета. Кабинет МакГонагалл сиял во всей красе: под потолком развевался герб Хогвартса, на подоконнике стоял пузатый заварник, из которого так валил пар, что запотело всё стекло. Вдоль стен тянулись столы с небольшими закусками, а изображения на портретах прихорашивались, поправляя одежду и бороды. Гермиона удивлённо подняла на него взгляд. — Наверняка застряли у доски почёта, потому что Фарнсворт разглагольствует о своём вкладе в развитие школы. Это всё не настолько серьёзно, правда. Просто группка пожилых энтузиастов, которые любят поболтать о том о сём. — Нет, это очень серьёзно, потому что первое впечатление можно произвести лишь раз, — огрызнулся Драко. — Ещё эти энтузиасты дают деньги на проекты Хогвартса, а у меня большие планы на лабораторию. И вообще, кто-то должен выглядеть профессионально. Не все могут обойтись одним лишь природным обаянием. — Они скоро придут, и ты сам всё увидишь, — миролюбиво сказала Гермиона. Драко заметно нервничал, а она не хотела дразнить его. Заседания проходили несколько раз в год и больше напоминали тщательно спланированный спектакль: великовозрастные попечители осматривали Хогвартс (будто тысячелетние стены ждали драматические изменения), справлялись об учебных делах за скромным фуршетом и отбывали до следующей встречи. Никакой тщательной подготовки не требовалось: только решимость пережить светскую болтовню и порой путанные рассказы старичков о былых временах. Вскоре процессия во главе с МакГонагалл показалась на пороге. Все расположились на материализовавшихся из ниоткуда изящных стульях, и Драко всё-таки смог начать свой доклад. Он держался очень сдержанно, осветил только самую малость из своих планов — академичным языком и отрепетированными фразами, но несмотря на волнение всё-таки впечатлил гостей. — Я ввёл практику взаимного рецензирования, чтобы студенты, оценивая работы друг друга, учились не только отмечать ошибки, но и объяснять, обсуждать их, — голос Драко звучал ровно, но Гермиона не могла не отметить, как побелели его костяшки, крепко сжимавшие листы с заметками. — Моя цель в том, чтобы научить их не бояться промахов и неудач. Без них не бывает настоящего мастерства. — Совершенно верно подмечено! — воскликнул Фарнсворт, дряхлый на вид, но ещё весьма бодрый волшебник в фиолетовом колпаке. — Хогвартсу нужно больше лабораторий для зельеварения, непременно! — О-очень впечатляюще, мистер Мэ-элфой, — манерно растягивая слова, добавила Агата МакФи. Она была пышной дамой в искрящейся мантии невообразимого малинового оттенка. Из затейливого пучка на её макушке выглядывало окрашенное в сапфировый цвет перо павлина, а массивные серьги позвякивали от каждого движения. Дальше настала очередь Гермионы выступить с коротким докладом об историческом рунознании: в дополнение к классической программе она предлагала студентам сравнивать тексты разных эпох, чтобы проследить изменения в использовании тех или иных символов. МакГонагалл во время рассказа одобрительно кивала, всем своим видом излучая гордость. После выступления она отошла к столам с закусками, где стоял Драко, пока гостям представляли финансовый план нового учебного года. — Историческое рунознание! А ты знала, кому рассказывать про древние тексты, — Драко кивнул в сторону попечителей, средний возраст которых был под седьмой десяток. Он заметно повеселел после своего доклада и пребывал в приподнятом настроении. — Видишь? Довольно благодарная публика: половину не слышат, другой половине радуются как дети, — хихикнула Гермиона. Повисла пауза, и Драко вдруг посерьёзнел: — Ты закончила все переводы? Переписала все архивы? Она закатила глаза. — Даже не напоминай. Когда я закончу с документами, архив буду за милю обходить. — И будешь совершенно права, если спросишь меня, — кивнул Драко и, слегка изогнувшись, покосился на уставленные закусками столы позади них. — А это вся еда, которая будет? — Да. В этот раз даже больше, чем обычно, — присмотрелась Гермиона. Драко сморщился. — Засохшие сэндвичи, овсяное печенье. Выглядит как ланч команды по квиддичу. Это что, пирожки с мясом? — оживился он, указав на маленькие подрумяненные треугольники. — Нет, вряд ли, — помотала головой Гермиона. — Думаю… кажется, это ушки с потрохами. — Какой-то гастрономический позор, — простонал Драко. МакГонагалл выразительно кашлянула, посмотрев на него поверх очков. Он извиняющимся жестом махнул рукой и понизил голос. — Ничто не сравнится с французской кухней. Это искусство, философия! Кулинария для них — способ выразить себя, — наставительно заключил он. — Например, съесть мерзкий луковый суп или лягушек? — фыркнула Гермиона. — Вообще-то это считается едой бедняков, — насупился Драко. — Французы — мастера изысканных блюд: мусс из копчёного драконьего мяса, суп-пюре из гриба-зевуна… А вино! Бордо — просто рай. И это я ещё не упомянул десерты, например, замечтательный фондан. Стоит его съесть, как реальность становится не хуже грёз. С этим, — он с осуждением посмотрел на горку неказистых на вид подсохших сконов, — просто не сравнится. — А ты знаешь, что раньше французы не начинали ни одну трапезу, не поцеловав в губы домовика-повара? — Малфой, какая чушь, — закатила глаза Гермиона. — Ну вот ещё. Они даже говорят «bon appétit», от латинского «appetitus», то есть страстное желание. А французы издавна славятся своими любовными похождениями, вот и думай, что ждало домовика… — заговорщически подмигнул он. — Это просто ужасно, — еле выдавила, Гермионы сотрясаясь от беззвучного смеха. — А теперь, уважаемые гости, дорогие коллеги… — МакГонагалл выделила последнее слово и сделала многозначительную паузу, переводя взгляд с Гермионы на Драко, злостных нарушителей благостной атмосферы. Они постарались принять серьёзный вид и не смотреть друг на друга, чтобы не расхохотаться вслух. Гермиона сделала пару глубоких вдохов, чтобы взять себя в руки и унять смех. — Хочу пригласить вас к столу и пожелать вам приятного вечера, — ещё раз сверкнула глазами в их сторону она. Попечители оживились и поднялись со своих мест, с особенной прытью поспешив к столу с напитками. — Это и есть Фарнсворт? — кивнув на сгорбленного волшебника, спросил Драко. — Он самый, покровитель подземелий. Не пожертвует ни кната, если в документах не укажут, что меценатом был именно он, — неодобрительно поджала губы Гермиона. — Смотри-ка, кажется, он только этого и ждал. Ничуть не смущаясь, тот вытащил из кармана мантии внушительного вида фляжку и плеснул из неё щедрую порцию янтарной жидкости, напоминающей огневиски, прямо в бокал с сидром. Драко и Гермиона так увлеклись этой картиной, что не заметили, как к ним подплыла мисс МакФи. — Мистер Мэ-элфой! — томно протянула она, изящно протягивая пухленькую руку в перчатке. — Впечатляющий, достойнейший доклад! Какая стать! Я всегда говорила, что всё дело — в подаче! Вы должны непременно посетить мой вечер благотворителей в Котсуолде, это старейший клуб во всей Британии. Камерный приём, всего на сотню-другую человек, — игриво хохотнула она. Гермиона держалась из последних сил, чтобы не скривиться. Драко с каменным лицом отчеканил: — Никак не могу отлучиться из Хогвартса, мэм, при всём уважении. — А вы мне нравитесь всё больше, мистер Мэлфой, Драко! — прижала руку к груди Агата. — Какая чарующая скромность, невероятно редкое качество для мужчины сегодня! Я к вам ещё вернусь, чтобы обсудить, как выманить вас из этих стен, — пообещала она, будто ненароком коснувшись его ладони, и розовым облаком направилась к столу с десертами. — Очаровательная женщина, — Гермиона проводила её взглядом, приподняв бровь, и скрестила руки на груди. — Кажется, в следующий раз получишь приглашение стать лицом её салона. — Думаешь, обойдётся одним только лицом?.. — с сомнением покосился Драко. Гермиона спрятала лицо в ладони, чтобы приглушить рвущийся смех. МакГонагалл постучала ложкой по тонкой хрустальной ножке стакана, привлекая всеобщее внимание. — А сейчас хочу пригласить вас вместе поднять бокалы! Один из наших преподавателей любезно предоставил домашнюю настойку, не стесняйтесь… — МакГонагалл наколдовала маленькие рюмки, графин с розоватой жидкостью проплыл в её сторону. — Вересковый биттер, обязательно попробуйте. Фарнсворт удивительно резво потянулся за рюмкой, Драко тоже не остался в стороне. Стоя в небольшом кругу, все подняли напитки в бокалах, и уже начали пить, как Гермиона жестом остановила его. Он удивлённо изогнул бровь, но всё же опустил руку. — Не вздумай это пить, — шепнула она. — Но это же вереск! Должно быть вкусно, — непонимающе возразил Драко. — Так и есть! Но вереск — шотландский, а настойку готовил Невилл, и она с побочными эффектами… Подожди и сам увидишь. Драко с подозрением прищурился, но спорить не стал и незаметно отставил рюмку на стол. Вечер шёл своим чередом: попечители болтали, не забывая наполнять бокалы, горячо спорили о чём-то с Минервой. Гермиона неожиданно дёрнула Драко за рукав. — Смотри-смотри… кажется, начинается! Фарнсворт вдруг отбросил свою трость, потёр уши и потянулся. — Ну-ка, дайте-ка, кхе-кхе… — он вышел на середину комнаты и затянул: Король Генри был смельчак — Все его любили, Раз не опустил стульчак — За то его побили! Драко округлил глаза и обернулся к Гермионе. — От биттера Невилла не просто горят уши, а ещё просыпается тяга к исполнению баллад или… — Сэр МакТавиш шёл домой, Выпил бочку рома. Шляпу снял перед стеной, Отдал сапог гному! — … иногда матерных песенок, — заключила Гермиона. — Леди МакФи танцевала, Юбка задиралась! Лорда Грэма целовала — Так и обосра… Агата всплеснула руками и поспешила закрыть уши. Драко и Гермиона переглянулись, и на этот раз оба они рассмеялись вслух, даже не пытаясь сдержаться. Минерва обречённо вздохнула и покачала головой. — Знаешь, Грейнджер, кажется, я и впрямь зря волновался, — признался Драко. — Если все собрания проходят так, я готов участвовать в каждом, но только с напитками от Лонгботтома в программе.