I'LL BE YOUR DADDY BUT WITHOUT THE ISSUES

Чайльд резко проснулся от крика, нарушившего успокаивающую тишину ночи. Нож был наготове, он занял позицию с суженными глазами, мышцы болели от желания двигаться, сражаться - убить того, кто посмел хоть как-то угрожать его семье. Он стоял жутко неподвижно, губы были нахмурены, лунный свет рисовал темные тени на его напряженном лице, подчеркивая убийственный, почти маньячный блеск его холодных голубых глаз. - Дорогая, - его глаза метнулись в твою сторону, как только он услышал первые звуки твоего сонного зова, - ложись спать. - Но... - Ш-ш-ш... - взгляд Чайльд внимательно следил за твоей фигурой, когда ты нехотя покинула свое место под одеялом и придвинулась к нему. осторожно взяв нож в его руке, ты небрежно бросила его на кровать, а затем взяла его лицо в свои руки, с сонной понимающей улыбкой ты легкомысленно столкнулась лбами. - Слушай. Чайльд моргнул, но тут же по-мальчишески хихикнул, проводя рукой по волосам, когда ты освободила его от своей нежной хватки. Действительно, никакой угрозы не было, и никто не пострадал в непосредственной близости от него. Вместо этого его чуткий слух (по крайней мере, когда он не был лишен сна) уловил знакомый высокий плач, который и стал причиной его ошибочной тревоги. Твои губы дернулись вверх, и ты почувствовала только восхищение человеком, который, несмотря на то, что был на грани потери сознания от усталости, все равно вскочил, чтобы защитить твою маленькую семью, - я люблю тебя. - Я тоже тебя люблю, - прошептал в ответ Чайльд, прижимаясь губами к твоей макушке с нежностью и осторожностью, какую проявляет человек при транспортировке хрупкой керамики, - спи. Я позабочусь об этом. - Нет, я... - Иди спать, а то я тебя сам вырублю. Ты со вздохом сдалась, понимая, что как только на его лице появится упрямый и твердый взгляд, ты потеряешь все шансы на то, что ситуация разрешится по-твоему. Ты не заметила, как смягчилось лицо Чайльда, как губы сложились в улыбку, которая принадлежала только тебе, когда ты была далеко и слишком занята, чтобы понять, как ты обвела его вокруг пальца. Тогда, будучи простыми возлюбленными, он был готов сжечь весь мир и обернуть его луком, чтобы преподнести в качестве подношения тебе, а теперь, когда вы женаты? Даже смерть испугается, на что он пойдет ради своего поклонения. - Спокойной ночи, детка, - попыталась пробормотать ты в ответ, но была прервана целомудренным поцелуем и дразнящей ухмылкой, когда он легонько швырнул подушку тебе в лицо. не успела ты произнести язвительное замечание, как он уже выбежал из комнаты, оставив тебя на произвол судьбы. Боже правый, ты вышла замуж за ребенка. И все же никто не мог не заметить, как ты смотрела ему вслед глазами, полными нежности, которые ты лениво стряхнула, отправляясь обратно в страну грез, а его подушка уютно устроилась в твоих руках. - Принцесса? - тихонько позвал Чайльд, заглядывая в кроватку, где лежала его любимая дочь. Мгновенно его плечи расслабились, губы рефлекторно дернулись при виде ее красоты, - что это ты расплакалась? С нежностью взяв на руки малышку, которая бессвязно лепетала, он заметно успокоился, как только прижал ее к груди. Рукой он осторожно провел по щекам ребенка, быстро вытирая слезы, окрасившие нежную кожу. - Может быть, небольшой перекус поможет тебе заснуть? Не дожидаясь ответа и не ожидая его, Чайльд переместился в другой конец комнаты, взял бутылочку, которую вы приготовили специально для этой ситуации, и с ворчанием уселся в кресло-качалку в дальнем углу. Его глаза заблестели от восторга, когда малышка тут же потянулась к нему, крошечные ручки то сжимались, то разжимались, пока он не поднес бутылочку к ее губам. - Осторожно, малышка - усмехнулся он, взяв салфетку, чтобы протереть молоко, которая стекалась по подбородку ребенка. Держать на руках своего ребенка было сюрреалистичным опытом, которого, на его взгляд, он не заслуживал, ведь эти же руки разрушали земли и приносили боль людям , которые, возможно, не заслужили этого. Почти печальная улыбка прошлась по лицу Чайльда, когда его пальцы нежно гладили ее кожу. Она была его величайшим подарком в его жизни вместе с тобой. Вид улыбки его маленькой принцессы было достаточно, чтобы заставить его сердце учащенно биться о его грудную клетку. Необъяснимое чувство счастья и удовлетворения вызывало бушующие пожары в его крови и, наконец, яркие искры в его глазах. С ней было есть за что бороться, что стоило защищать, ради чего стоило жить. Она сделала его полноценным так, как он и не думал, что когда-нибудь будет. В его глазах ваш ребенок был ничем иным, как его спасением. Но в то же время, она была предвестницей его кошмаров. Бесчисленные бессонные ночи, кошмары, напряжение вызванная тем, что каждую секунду каждого дня он был на грани. В его сердце, он думал, что это еще одно испытание судьбы, дающие ему что-то, за что можно ухватиться, а потом вынужденно смотреть, как это отнимают, чувствуя себя бессильным, как и раньше. Мир так жесток. Ему только любопытно, если мир был так жесток, чтобы породить сумасшедшего, который не останавливается в своем стремлении мести, несмотря на горы трупов, которые он оставляет после себя. Чайльд вынырнули из оцепенения, когда из уст малышки вырвались бессвязные слоги и она уставилась на своего отца с широко раскрытыми глазами. Чайльд почти не принял ее действия за беспокойство, но отбросил это. Она была слишком юна, чтобы столкнуться с суровой реальностью. Неважно, он поклялся своей честью и жизнью, что он будет защищать ее от всего, что посмеет причинить ей вред любыми способами, даже если ему придется защищать ее от самого себя. - Ты уже все? Ладно, иди в кроватку. Длинные, тонкие пальцы поворачивали мобиль над кроваткой. Чайльд не мог не посмеяться, глядя, как малышка мило моргает, будто бы в трансе. Подумав, что его работа сделана, он наклонился, чтобы в последний раз поцеловать ее в лоб, но не успел он отойти, как маленькая рука слабо схватила его за одежду. Наклонив свою голову, Чайльд застыл на мгновении, прежде чем запорхали бабочки в его животе, заставляя чувствовать себя головокружительно и мягко из-за своей второй любви, второй после тебя. - Моя маленькая принцесса хочет, чтобы я остался? Чайльд подвинул один из кресел поближе, чтобы сесть, держа одну руку в кроватке, ритмично поглаживая пучок волос, лежащий на ее голове, - ты тоже грезишь о папе? - пробормотал он, положив подбородок на перила кроватки. - Ты снишься мне много. Иногда я просыпаюсь с самой широкой улыбкой на лице...иногда, не очень, - невесело посмеялся он, - интересно, что тебе сниться. Моему криминальному родителю тоже снятся сны обо мне и о тебе. Иногда это о том, что я не вернусь домой...о том, что я...не вернусь домой, чтобы стать твоим отцом. Чайльд хмыкнул, тихонько потрепал ребенка за нос, перед тем, как откинулся в кресло, - я тоже источник твоих кошмаров? Мне жаль, если это так, принцесса, но не волнуйся слишком, твой отец - боец и я не собираюсь сдаваться без боя. Неважно что на моем пути, я всегда, всегда вернусь домой. Это обещание. - Знаешь, как раньше мы говорили? Даешь обещание мизинцу - держишь его всю жизнь. Нарушаешь обещание - я бросая тебя на лед. Холод убьет мизинец, который предал твоего друга, мороз заморозит твой язык, что ты никогда будешь лгать. Чайльд нежно захихикал, а после замолчал, слушая тиканья часов, которые весели на стене. Секунда, другая, минута, другая, и третья, пока он не опустил взгляд и не увидел знакомые голубые глаза, смотрящие на него, - хм? Все еще не можешь заснуть? Я уже пробовал накормить тебя и убаюкивать...как насчет колыбельной? Чайльд начал тихо напевать, голос более глубокий и все еще сонный, но успокаивающим и, несомненно - его. С нежностью взяв ее маленькие руки в свои большие, растирал маленькие круги, а после поцеловал, позволив задержаться с маленьким вздохом. - Пусть ты уплывешь далеко в дальние края с бриллиантами и жемчугом у головы и у ног, и пусть тебе никогда не придется прогонять несчастье. Пусть ты найдешь доброту во всех, кого встретишь. пусть всегда будут ангелы, чтобы следить за тобой, чтобы направлять тебя на каждом шагу, чтобы охранять тебя и оберегать от всех бед. Лоо-ли, лоо-ли, лай-лай. Пусть ты принесешь любовь, пусть ты принесешь счастье, и тебя будут любить в ответ до конца твоих дней, а теперь засыпай, я не хочу тебя задерживать, я просто посижу здесь немного и спою лоо-ли, лоо-ли, лай-лай. Когда глаза дочери закрылись, он тоже закрыл их и с маленькой довольной улыбкой Чайльд мог желать самого лучшего для своей семьи, чтобы они были в безопасности и сохранности, вдали от того, что посмеет причинить им страдания сейчас и до конца ваших дней. - Спокойной ночи, маленькая принцесса. Пусть сегодня тебе приснятся сладкие сны.