While True

Гарри выползла из класса защиты под вечер. Мир за стеклами очков бесконтрольно множился, выдавая что-то среднее между плясками святого Витта и судорогами эпилептика, поэтому, когда картинка внезапно почернела, она даже не удивилась. Удивилась она, когда вместо знакомого пространственно-временного рывка ее схватили за руку и бесцеремонно куда-то поволокли. — Быстрее, Гарри! Бежим! …что? Отбиваться, впрочем, все равно сил не было, так что она просто отпустила ситуацию. Поворот за поворотом, лестница за лестницей (слишком много лестниц, на ее вкус, и все вверх) — весь путь в кромешной тьме, сопровождаемый только пыхтением ее спутника и отрывистыми: «Вправо!», «А теперь влево!», «Осторожно, ступенька!» Гарри не понимала, что происходит, но послушно следовала всем указаниям, надеясь, что в конце ее ждет диван. Наконец они остановились. Пауза, звук открывающейся двери и вырвавшийся наружу детский гомон. В лицо ударил теплый воздух: пахло пирогом с патокой и нестиранными носками — классический дух школьного общежития. Тьма наконец отступила, и, проморгавшись, Гарри обнаружила себя в большом увешанном гамаками помещении. Внутри собралась целая толпа — человек двадцать, не меньше, встревоженных подростков. Они резко замолчали при виде нее, но уже в следующую секунду обступили, хватая за плечи, ероша волосы, пожимая руку. — Мерлин, Гарри! — Так это правда! — Гарри Поттер!!! ПОТТЕР ЗДЕСЬ! Точно… партизанский лагерь в Выручай-комнате. Гарри напрочь о нем забыла, хоть и была здесь совсем недавно — перед тем, как пойти в Запретный лес за… той тварью. День, когда все перевернулось с ног на голову. С тех пор случилось столько всего, что, казалось, прошло не несколько месяцев, а несколько сотен лет. «Время относительно», — сказал старик Эйнштейн, но даже он не подозревал, насколько. Надо будет рассказать ему эту историю на ближайшем балу. — Ну наконец! Мы знали, что ты придешь! — вперед протиснулась рыжая веснушчатая девушка, чем-то напоминающая Рона, и тут же набросилась с удушающими объятиями. И вот что странно, отметила про себя Гарри, машинально похлопывая девушку по спине, никакого тактильного голода на сей раз, никакого желания пообниматься в ответ. Это что же выходит, у нее только на Лорда такая реакция? С чего бы?.. Додумать она не успела — рыжая отстранилась и посмотрела на Гарри с суровым осуждением. — Ну и зачем было так рисковать и переть напролом?! А если бы мы не смогли тебя вытащить? Гарри моргнула. Ах, так вот что это было… Спасательная операция. Жаль, они не спасли ее пару часов назад, когда Лорд еще не превратил ее мозг в фарш бесконечными упражнениями на концентрацию. Девушка повернулась к стоящему рядом с Гарри старшекурснику, ее спасателю. — Вас точно никто не видел? — Точно, — кивнул парень. — Я распылял порошок на всем пути. Выглядел ее предположительный однокурсник неважно: лицо украшали ссадины и почти зажившие порезы, нос был поломан и не раз. Своим видом он напоминал лидера сопротивления из какого-нибудь американского фантастического боевика. Хотелось верить, что будь она в лучшей форме, она бы вспомнила его имя. — Почти Безголовый Ник видел, как ты зашла в кабинет, — повернулся к ней безымянный боец за свободу. — Мы пытались вскрыть дверь, но не смогли обойти защиту. — М-м-м… — протянула Гарри. Похоже, от нее ждали более обстоятельной реакции, но единственное, что выдал в ответ ее организм — урчание голодного желудка. Она попыталась прикинуть, хватит ли у нее сейчас сил на аппарацию, однако при попытке представить конечную точку истерзанный мозг переклинило. Взгляд вновь зацепился за висящие по периметру комнаты гамаки. Они выглядели желанно. — С чего вы вообще взяли, что это она? — раздался неожиданно недружелюбный голос. Девушка-азиатка (Как ее имя?.. Что-то на Ч…) шагнула вперед и наставила на Гарри палочку. — Джоу, хватит! — рявкнула рыжая. Хм… значит не на «Ч»… — Надо задать ей проверочный вопрос! Какой у тебя патронус, Поттер? — Дурацкий вопрос, Чанг, все Пожиратели это знают. А, нет, все же на «Ч». Интересно, а как зовут остальных? …Хотя нет, не особо интересно. Совсем не интересно, если уж начистоту. — Ладно, вопрос получше. Кого ты пригласила на Святочный бал на четвертом курсе? — Снейпа, — отмахнулась Гарри, усилием воли отвернувшись от гамаков. Спать — плохая идея, ведь тогда завтра наступит слишком быстро, а утром у нее очередной урок… Нет уж, к еще одному кругу ада она пока не была готова. Надо поесть, прийти в себя и развеяться. Растянуть вечер на подольше. — Что?! Нет! Ты позвала Седрика, но он уже шел со мной! — Может быть. Тебе виднее. Вообще, если не заострять внимание на дрожащих ногах и раскалывающейся голове, с Лордом было весело. Все эти усиленные эмоции, взрывы адреналина, водоворот жизни, как когда увлекаешься каким-то проектом или бросаешь самой себе вызов. Стоило признать, с его появлением Гаррино существование стало напоминать феерию. — Гарри… ты выглядишь измученной. Когда ты ела в последний раз? …Но сегодня она пропустила ланч. Она пропускает его уже несколько дней подряд. А на прошлой неделе она перенесла просмотр «Римских каникул», стабильно пересматриваемый ровно раз в сто лет. Такими темпами она и традиционный покер со Снейпом пропустит. Хотя они и так часто видятся последнее время, но покер — это другое. Это — ритуал. Ритуалы важны. — Эй! У кого-нибудь остался сэндвич? Погоди, дружище, мы что-нибудь найдем. Дружба — это что? Разделять интересы друг друга, делиться всякими хорошими штуками. А ее распорядок был очень хорошим, наиболее подходящим для Цикла. Ланчи, кино, творчество — лучше не придумать. Она делилась этим с Лордом, потому что знала, что в конечном итоге, когда все его попытки выбраться на свободу провалятся, именно эти мелочи удержат его в своем уме, как удерживают ее. Но что-то пошло не так. Не прошло и полугода с момента прибытия Лорда, а он уже установил свои распорядки, и Гарри чувствовала себя как никогда беспомощно. Все эти уроки вместо ланчей, тренировки вместо фильмов и экзамены вместо долгой вечерней прогулки нарушали ритм ее жизни, а она ничего не могла с этим поделать. — Вы всерьез верите ей? Она даже на вопрос не ответила! — Чжоу, хватит! Не видишь, ей и без твоих расспросов плохо! Гарри, скажи честно, тебя допрашивали? Пытали? — Не то слово… Теперь еще эти уроки… нельзя так просто копаться в ее голове и провоцировать срывы. Нельзя врываться в чужой дом и начинать бесконтрольно сносить стены под видом ремонта, если не знаешь, какая стена несущая. Он ломает подпорки, о которых даже не догадывается. Что будет, если все рухнет?.. — Гарри, расскажи, что с тобой? Он ее не слушает. Вернее, она сама в его присутствии толком ничего сказать не может… Но если бы он захотел, он бы дал ей возможность объясниться! Но он же не хочет, ему это не надо. Ему надо, чтобы Гарри делала то, что он хочет, как он этого хочет, а на ее мнение ему плевать. … Кажется, она чересчур увлеклась и окончательно потеряла контроль над своей жизнью. А это не дело. Ей срочно надо посоветоваться с кем-то, кому она доверяет. С тем же Снейпом, а еще с Фламелями и, конечно, с… Гарри так погрузилась в мысли, что не услышала, как за спиной скрипнула дверь. К реальности ее вернул коллективный вдох ужаса. Подростки отпрянули от нее, как коты от пылесоса, их лица вытянулись и побледнели. В комнате повисла гробовая тишина. Ох… Помяни беса… — Так-так. Комната по желанию может быть довольно полезной, верно? Тонкие пальцы невесомо скользнули по плечу, и Гарри глухо застонала. — Волдеморт, пожалуйста… В обманчиво мягком голосе послышалась снисходительная усмешка: — Мы еще в Хогвартсе, Гарри. Называй меня правильно. — Мы не на уроке. — Неужели? Гарри молчала, избегая смотреть в перепуганные и непонимающие лица бывших соратников. Теперь она поняла, почему Волдеморт решил провести занятие в Хогвартсе. Ну разумеется, он все спланировал заранее. Чего он хочет? Разыграть очередной сценарий? Ролевая игра: «Избранная на темной стороне»? После семичасового урока? Ни хрена себе афтепати. Мог бы предупредить. Головная боль, поутихшая было, вспыхнула с новой силой, когда напряженную тишину нарушило первое отчаянно-смелое: — Отпусти ее! Это разбило панцирь, сковавшего всех удушливого страха. Дети повыхватывали палочки и перегруппировались — те, кто постарше, вышли вперед, прикрыв собой младшекурсников. Как будто это бы что-то изменило, происходи дело всерьез. — Опустите оружие, — попросила Гарри, нехотя следуя предполагаемому сценарию. — Все в порядке. Мы заключили перемирие. Ее слова были встречены стеной глухого молчания. Непонимание, растерянность, страх. Словно Иисус, ни с того ни с сего явившийся к своим последователям, принялся убеждать их в том, что дьявол, в сущности, неплохой парень. — Перемирие, — безо всякого энтузиазма повторила Гарри, потирая ноющие виски. — Больше никакой войны, победила дружба. Волдеморт насмешливо хмыкнул, но возражать не стал. Он вообще ничего не говорил и не делал, просто наблюдал за спектаклем, не убирая руку с ее плеча. Взгляд Гарри скользнул мимо авангарда сопротивления, цепляясь за незамеченные ранее детали. Вон в заднем ряду две совсем юные пуффендуйки — курс третий, не старше — держатся за руки, одна побледнела так, словно сейчас упадет в обморок. Рядом парень стоит без обуви, в разноцветных носках и в майке задом наперед: оделся кое-как, в спешке. Полупустая коробка сахарных перьев у стены — одна на всех. Все равно что залезть в песочницу и хвастаться огнеметом… Парень — Невилл, наконец вспомнила Гарри — сориентировался первым. — Не знаю, что он тебе наплел, но этого не будет. — Хогвартс — наш дом, — поддержала его рыжая (ну правда, так похожа на Рона… Но разве у Рона были сестры?) и упрямо встряхнула волосами, занимая боевую стойку. — Мы будем за него сражаться! Ребята явно решили, что этот поезд в огне и им некуда больше бежать, а значит, пришло время последнего сражения. Храбрые и стойкие. Готовые отдать жизнь за убеждения. Но все равно дети. Как можно воевать против детей? Нет, серьезно, что с ним не так? Почему все кругом постоянно огребают за его травмы? Надо устроить ему очную ставку с Фрейдом. Наверняка все это дерьмо как-то связано с Меропой. — Ну все, заканчивай. Пойдем отсюда, — устало попросила Гарри, отказываясь продолжать этот цирк. Она раздраженно дернула плечом, но рука Лорда осталась на месте. Пальцы сжались крепче. — Считай это небольшой репетицией. Тебе придется столкнуться с этим, когда мы выберемся из петли. А… так это все не для него… а для нее. Среди юных партизан нарастали волнения. Может, оттого, что Лорд не спешил вступать в конфликт, но они осмелели. — Ложь! Ловушка! — А я говорила, что это не она! — Нам все равно, что тебе промыли мозги! Мы не поведемся на это! Невилл шагнул вперед и недрогнувшей рукой наставил палочку на Гарри. — Отойди в сторону, Поттер. Гарри молчала. Внутри медленно поднималась злость. Змеиное шипение щекотало волосы, пробиралось под кожу: — Тебе придётся выбрать, Гарри, выбрать, на чьей ты стороне. Да какого хрена?! Да-да, она поняла идею: если они выберутся, свои ее не примут. Но, во-первых, они не выберутся, а во-вторых, если это и произойдет, она в любом случае не собирается… Стоп. Она не хочет даже думать в эту сторону. Это больше не ее война и даже не ее мир. — В сторону, Поттер, это последнее предупреждение. — Невилл, она безоружна! — Это не имеет значения, если она за него! — Так каков будет твой выбор, моя ученица? И тут Гарри сорвалась. — Хватит! Она высвободила злость резким взмахом руки. Магия пронеслась вперед, волной накрывая все сопротивление. Мгновение дети смотрели на нее непонимающе, а потом палочки повыпадали у них из рук. Сонно зашатавшись, они дружно осели на пол. Гарри рывком выдернула плечо из когтистой хватки и развернулась. — Надеюсь, ты доволен, учитель… Язвительный комментарий замер у нее на языке. Она ожидала увидеть самодовольную усмешку, очередной нарциссический парад самолюбования… Волдеморт смотрел на спящих, и глаза его горели одержимым нездоровым восторгом. Он перевел взгляд на нее и улыбнулся. При виде этой улыбки Гарри вдруг посетила тревожная мысль. Похоже, что их с Лордом представления о маршруте, по которому движется паровозик их дружбы, самую малость расходятся.

***

— «Встречайте нового Темного Лорда! Еще не угасло зловещее зарево мирового пожара, учиненного Геллертом Гриндевальдом, как на ночном небосводе Британии вспыхнула изумрудной звездой Темная Метка…» — Поттер усмехнулась, быстро пролистывая выпуск за декабрь 1972. — Смотри-ка, тебе посвящен целый разворот. …Впрочем, ничего интересного. В основном автор обсуждает твой псевдоним и гадает, нет ли у тебя французских корней. Булгакова он явно не читал. События в Аркхеме повлияли на настоящее, это было ясно. Вопрос лишь, в какой степени. Поскольку с изучением скрижали возникли трудности, Волдеморт сосредоточился на поиске и исследовании хронологических изменений. Помогало ему в этом, как не странно, злополучное издание «Скрытое-Раскрытое», которое в этой временной ветке вовсе не выглядело таким уж злополучным, напротив, было чуть ли не передовым новостным журналом, славящимся честными, объективными и подробными описаниями всех самых заметных событий, произошедших не только во Франции, но и во всем волшебном мире. — Ого! Бонавентура даже раскопал твое настоящее имя! Черт, а этот парень хорош. — На свою беду, — прохладно согласился Волдеморт, помещая сыщика в список тех, кого надо уничтожить сразу по выходу из петли. Неделю назад они разворошили редакцию и перенесли в хранилище весь архив с мая 1952 по май 1998. Помимо изменений, они искали зацепки, тщательно изучая все, что выглядело подозрительно: нападение неведомых монстров, бесследное исчезновение городов и загадочные пропажи людей. Последнее, впрочем, было не редкостью — ко многим исчезновениям Волдеморт имел непосредственное отношение. — Египетский выпуск. «Восстание мумий: месть древнего жреца или секрет древнеегипетского долголетия? По словам нашего эксперта К. Кима, высеченные на саркофаге иероглифы связывают находку с древним орденом, активно действовашим в эпоху Среднего и Нового царств. Подробности на странице двадцать четыре…» Не интересует долголетие? Поттер сидела напротив с карандашом за ухом и дурацкой ухмылкой. Девчонка добровольно вызвалась помочь, Волдеморт согласился и теперь жалел. Ее комментарии сильно мешали работе. — А вот еще. «Пятилетняя экспедиция обернулась оглушительным провалом: легендарная гелиополистская библиотека бесследно исчезла. С комментариями выступил наш эксперт А. Кляйн, подробности на странице сорок два», — прочла Поттер. — Единственная библиотека, куда ты меня еще не отправлял. — Предпочитаю более цивилизованные источники информации, чем древние папирусы с рецептами плодородия. По оцененной одной Поттер иронии, последний выпуск журнала также был посвящен Магической Британии, что объяснило панику в редакции при их появлении. Первую полосу украшала фотография Лорда Волдеморта, сделанная исподтишка на приеме в Министерстве. «Темный Лорд Британии: полунаг или жертва импринтинга?» — интригующе вопрошал заголовок. За это он потрошил их крысиную конторку особенно тщательно и с большим наслаждением, в процессе неизменно сжигая ее дотла. — Ноябрьский выпуск 81-го. «“Псковские пушистики” победили “Дрезденских драконов” со счетом 460:30». Какие молодцы, прогнули под себя пищевую пирамиду… «Лучшие рецепты бабушки Эдит» — это не по моей части… О, а вот еще про нас: «В Британии объявлен национальный праздник: Темный Лорд исчез! Пуф!» — Твои комментарии не обязательны. — Но с ними же веселее. Смотри-ка, тут и про меня есть… «В этот знаменательный день магическое сообщество Британии единодушно чествует сына Поттеров — Гарольда…» Эй! Волдеморт даже не стал комментировать, предпочитая злорадствовать молча. — Это какой-то маскулинный заговор! Почему, скажите на милость, Избранным не может быть девочка? Они что там, совсем… — начала было возмущаться Гарри, но тут ее взгляд упал на часы, и она резко прервалась. — Обеденный перерыв! Схожу проветрюсь. Продолжим завтра, ты не против? Волдеморт поморщился и махнул рукой. — Свободна. Третий день подряд Поттер не пыталась его куда-то вытащить, проявляя столь несвойственную ей независимость. Его это полностью устраивало. Полностью. — Вернусь сегодня поздно, так что не жди. — Я не собирался тебя дожидаться, девчонка. — А, ну и отлично. Чао! Лорд проводил ее раздраженным взглядом и вернулся к архиву. Сосредоточиться было сложно: мысли его с досадной периодичностью дрейфовали в сторону Поттер. Обработка шла неплохо. Да, были границы, которые она не готова была перейти, но Волдеморт знал, что это вопрос времени. В остальном все оказалось до смешного просто. Не надо было выдумывать никаких стратегий, годился все тот же примитивный метод кнута и пряника. Выяснилось, что эмоциональная близость — слабое место Поттер: она реагировала на ласку, как изголодавшийся по хозяину щенок. Оставалось лишь подобрать правильный кнут. Боль девчонку не особо пугала, нужно было что-то более действенное. Игнорирование и отчуждение? Да, пожалуй. В прошлом эта тактика принесла ощутимые плоды. Забавно, если так посмотреть, Поттер не особо отличалась от Беллатрикс. А что до внезапного отдаления — Волдеморт поморщился, — ему стоило это предусмотреть. Психика девчонки сопротивлялась столь стремительным изменениям, вынуждая ее увеличивать дистанцию. До сих пор он давал Поттер иллюзию свободы, однако вскоре все изменится. Самое время дернуть за поводок. Профилактическое похолодание активизирует страх потери и заставит ее пожалеть о своем своеволии. Еще немного, и она будет есть с его рук. Он возвращался к своему плану еще пару часов, без спешки продумывая детали, потом собрал все выпуски в стопку и убрал в стол, снял и запер в шкатулке поттерово кольцо и уже собирался выходить, как услышал хлопок входной двери и радостный голос девчонки: — О, так ты здесь! Он продолжил собираться, не удостоив Поттер ответом. Однако следующие слова заставили его насторожиться: — Тебе мадам Фламель привет передавала. Волдеморт застыл. Поттер была у старухи? С чего бы? И с какой стати та передавала ему привет? Она даже не должна была его помнить. Дверь в мастерскую была прикрыта, и он не видел Поттер, но слышал, как она движется по мастерской, чем-то позвякивая. Его молчание совершенно ее не напрягало. — Да, да. Столько наворотил, а до сих пор ее любимчик. Строго наказала захватить тебя с собой, когда в следующий раз приду. Поттер что, издевается? Резкий ответ почти сорвался с его губ… — Да хоть сейчас. Лорд все равно чем-то занят весь вечер, так что можно до завтра не волноваться. …Что? Из мастерской послышался сухой смешок. — Попрошу без подколок. Мы с ним только вышли на тропу мира, а это было охренеть как не просто, сам знаешь. Неприятное озарение настигло Волдеморта: девчонка говорила не с ним. …но с кем? Передвигаясь беззвучно, он подобрался к выходу из хранилища и выглянул наружу. Поттер возилась в ящике верстака, спиной к нему. В руках никакого средства связи — ни магического артефакта, ни маггловского телефона. Больше в мастерской никого не было, кроме летающего вокруг ее головы снитча. Что все это значит? — В какое-то прикольное место, я думаю, — она повернулась к дивану и жалобно скривилась, обращаясь к пустому месту. — Слушай, давай не сейчас. Я отказываюсь обсуждать это на трезвую голову. Через три дня у меня выходной, предлагаю взять ящик пива, забраться в Альпы и закатить апокалиптическую тусу. …Окей, вина. Хотя я подустала от вина. Постоянно у Малфоев его пьем… Снитч рванул в сторону хранилища, Поттер машинально потянулась за ним и наконец заметила Волдеморта. Ее расслабленный треп оборвался на полуслове, глаза испуганно округлились. — А-а-а! Ты что здесь делаешь?! Я думала, ты ушел! Волдеморт ответил не сразу. Его цепкий взгляд прошелся по комнате, остановившись на диване. Плед ровный, выемок нет, никаких следов невидимки. Но главное — он не чувствовал посторонней магии. Кроме них с Поттер, в мастерской точно никого не было. — Я заканчивал работу. С кем ты говоришь? — Эм-м… говорю? Разве я с кем-то говорила? — Да. — А, ну да, точно. Сама с собой. Ты же знаешь, я с приветом, — Поттер свистнула и покрутила пальцем у виска. Волдеморт молча посмотрел на ее покрасневшее лицо, потом еще раз обвел взглядом пустую комнату. Поттер очевидно лгала. Его подмывало устроить полноценный допрос, но опыт подсказывал, что сейчас он ничего из нее не вытянет, только спугнет. — Понятно. Что ж, мне пора. Девчонка даже не потрудилась скрыть облегчение. — Отлично! До завтра тогда! Он вышел из мастерской, поглощенный одной-единственной мыслью. У Поттер были секреты.

***

Гарри смотрела вслед своему соседу, испытывая почти непреодолимое желание побиться головой о книжный шкаф. — Вот дерьмо, — пробормотала она, дождавшись паузы в слышимой только ей задорной баварской мелодии. — Как думаешь, он поверил? Призрак молодого мужчины в щегольском старомодном костюме оторвался от губной гармошки и лукаво усмехнулся. — Не думаю. Как долго ты планируешь скрывать меня, mein Schatz? — Так долго, как получится, — мрачно пробурчала Гарри. Юноша откинул голову и легко рассмеялся. Луч закатного солнца, прошедший через бордовое стеклышко витража, скользнул по его золотым кудрям и остановился на лице, окрасив один глаз темным.