Замкнутый круг

Аська умывал лицо холодной водой, чувствуя, как горят щеки. Стыдно было настолько, что хотелось провалиться сквозь землю. Даже Виталий Алексеевич был удивлен. Нет, скорее растерян. Видимо, не каждый день посреди его класса ребенок начинает громко и безудержно рыдать. Аська не кусал губу, он ее яростно жевал. Что теперь делать? Идти назад не хотелось даже под угрозой исключения из школы. — Ась? Барашек, смешной, растерянный, топтался с ноги на ногу. Аська вытер распухший от слез нос и посмотрел косо на друга. — Виталий Алексеевич сказал, чтобы ты в класс вернулся… ну, если ты уже… Аська закатил глаза и потер их яростно. Не хватало, чтобы его еще и Барашек жалел. — Он ведь меня достает, да? — Аська надо было услышать это от кого-то другого, ведь сомнения ели изнутри. Может, он все это придумал, может, со стороны это не так выглядит? — Достает, — уныло согласился Барашек, пиная растрепанной сандалетой кафель мужского туалета. — И чего ты ему такого сделал? — Не знаю. Аська смотрел как вода стекает в раковине, вращаясь против часовой стрелки. «Вячеслав, если ты не способен правильно переписать условие задачи, то проверять твое решение я не вижу смысла». Да разве можно быть таким жестоким? Аська ошибся в условии, но пример разобрал и решил же правильно! Обида вновь защекотала в горле и в носу, а глаза опасно стали влажными. Коська Гавранович учился намного хуже. И Ржевская тоже. Но неуды по математике хватал только Аська — урок за уроком. — Может, ты ему где-то дорогу перешел? — Барашек таращил свои выпуклые глаза. Он иногда любил верить, что жизнь похожа на ковбойский фильм. — Я? Ему? — Аська задумался, пытаясь вспомнить, где и как он мог перейти дорогу студенту-практиканту. — Да я его и не видел никогда раньше. А в школе он ко мне сразу цепляться стал, верно? — Сразу. — подтвердил Барашек, продолжая счесывать подошвы о кафель. — И выглядит еще так… Словно шпион! Аська не удержался и рассмеялся сквозь слезы от наивности Борьки-Барашка. Нет, на шпиона Виталий Алексеевич похож не был. Разве что взгляд тяжелый, изучающий. — Точно шпион, я тебе говорю! Он и английский знает хорошо, помнишь, как он заменял Обезьяну? Передает математические разработки странам третьего мира. Аська фыркнул — Барашек слишком много вечерами смотрел новости с дядей Славиком. Признаться, ему бы тоже хотелось, чтобы Виталий Алексеевич оказался шпионом. Это было бы намного лучше, чем реальность, в которой его, Аську, невзлюбили за непонятные грехи. Зеркало, покрытое трещинами, отражало красное заплаканное лицо. Стыдно-то как. Аська сердито тряхнул золотыми кудряшками и решительно сказал: — Скажи Тоське что я тоже на котлован пойду. Барашек побледнел немного, но все же кивнул. Аська долго не соглашался идти на заброшенную стройку, но сейчас ему очень хотелось совершить какой-то личностный подвиг, чтобы загладить стыд. Иначе на самого себя смотреть противно было.