Я найду тебя там

Глава 3. Отработки у Снейпа закончились, и Мэл снова могла по вечерам полноценно заниматься домашней работой. Хейзел регулярно писала Мэл письма. Порой Мэл даже испытывала утомление от необходимости на них отвечать, поскольку подруга излагала свои новости не меньше, чем на пяти листах не слишком содержательного текста, и явно ждала того же от Мэл, засыпая ее вопросами о всяких школьных пустяках. Иногда трудно было выкроить время между занятиями, отработками и домашними заданиями, чтобы хотя бы коротко ответить на эти письма, но Мэл всегда старалась писать и отправлять ответ в течение двух-трех дней. Помимо писем Хейзел, Мэл иногда получала письма от миссис Руш, искренне обеспокоенной ее судьбой. В одном из последних писем миссис Руш сообщила ей, что через неделю в Министерстве магии состоится заседание по официальному признанию ее родителей без вести пропавшими и по решению вопроса о ее временном опекунстве. На заседании присутствие Мэл необязательно, это чистая формальность. Никакая информация о ходе расследования дела разглашаться не будет, только официальное заявление от мракоборцев об отсутствии каких-либо следов преступления. «Это не значит, что твоих родителей перестанут искать. Это заседание необходимо прежде всего, чтобы определить твой статус и твоих опекунов, ведь ты несовершеннолетняя, и у тебя пока ограничено право на распоряжение имуществом твоих родителей. Их денежные средства будут храниться в банке неприкосновенными до твоего совершеннолетия. Распоряжаться ими сможешь только ты или твой опекун по согласованию с тобой», - поясняла миссис Руш в письме. Прочитав это письмо, Мэл почувствовала невольный укол совести. Судя по стилю изложения, миссис Руш, вероятно, считала, что Мэл не желает, чтобы чета Руш оформила над ней временное опекунство, из нелепого подозрения, что они растратят деньги ее родителей. Но причина состояла совершенно в ином: Мэл просто не хотела никому навязываться. Ей оставалось два года до совершеннолетия, так пусть ее временным опекуном станет человек из Отдела по делам несовершеннолетних, работа которого будет надлежащим образом оплачиваться из соответствующего министерского фонда. Именно это она аккуратно изложила в своем ответном письме миссис Руш. Спустя пару дней ее посетил поверенный ее родителей. Дамблдор пригласил ее в свой кабинет, и поверенный в его присутствии зачитал Мэл заявление мракоборцев о признании Джиллианы и Уотнера Донован без вести пропавшими, а затем ознакомил ее с заявлением Отдела по делам несовершеннолетних о назначении ей опекуна из числа штатных работников отдела. На первом заявлении Мэл поставила свою подпись об ознакомлении и отсутствии замечаний. На втором расписалась и приложила к нему под диктовку написанное согласие на назначение опекуна. Забрав заявления, поверенный сообщил Мэл, что после заседания навестит ее еще раз, чтобы занести ей решение комиссии и решить вопрос с имуществом, и собирался было удалиться, но тут Мэл кое о чем вспомнила и задержала его еще на пару минут, попросив, чтобы после заседания ее будущий опекун оформил ей разрешение на посещение Хогсмида. Поверенный обещал выполнить ее просьбу. Он вернулся через полторы недели с решением комиссии и разрешением на посещение Хогсмида от ее нового опекуна – некого мистера Хайенга. С мистером Хайенгом она должна была встретиться уже на рождественских каникулах, а пока поверенный должен был получить отметку о ее согласии на заявлении о переводе всех денежных средств со счета ее родителей на ее собственный счет. Дамблдор, в присутствии которого проходила эта встреча, попросил самолично ознакомиться с этим заявлением, дабы убедиться, что права Мэл ни в чем не нарушены. Когда все формальности были наконец разрешены, поверенный удалился, и Мэл с заветным разрешением на посещение Хогсмида радостно направилась в свою комнату, предвкушая выходные. Мэл заранее договорилась с близнецами Уизли о встрече с их загадочным знакомым в «Трех метлах». - Но почему «Три метлы»? Там же очень людно, - удивилась Мэл. - Именно, - хмыкнул Джордж. – Сядете в уголке и вас никто не услышит на фоне шума. Мы будем сидеть неподалеку, если понадобится наша помощь. Все-таки этот Авран Бергман очень неприятный тип. - Не переживай, мы всегда с ним встречаемся там, - подхватил Фред, – и ни разу проблем не возникло. Да, кстати, сначала мы заглянем в «Кабанью голову» и тебе советуем пойти туда с нами. Намечается кое-что интересное, - он задорно подмигнул. - Что именно? - недоуменно спросила Мэл. Она знала, что бар «Кабанья голова» отличался сомнительной репутацией. - Пока не скажем, но тебе стоит пойти. Только это чрезвычайно секретно, никто больше не должен знать, поняла? Мэл посмотрела на близнецов с сомнением, но любопытство взяло верх, и она согласилась. В назначенный час Мэл с близнецами подошли к «Кабаньей голове». В баре она с удивлением обнаружила небольшую группу студентов с разных курсов и факультетов, собравшихся вокруг Гарри Поттера, Рона Уизли и Гермионы Грейнджер. В ходе встречи выяснилось, что Гарри Поттер решил организовать что-то вроде кружка по Защите от темных искусств с целью научиться самостоятельно практиковать защитные заклинания в обход Амбридж, которая категорически отвергала практику на своих занятиях. Эта идея показалась Мэл интересной, тем более, что со времен Дуэльного клуба она почти не практиковала защитные заклинания, поэтому девушка вписала свое имя в список участников. Выйдя из «Кабаньей головы» вместе с Фредом и Джорджем, она направилась в «Три метлы». Бар был забит, как консервная банка. Близнецы провели Мэл к дальнему столу, где их уже ждал приземистый темноволосый человек с глубоко посаженными глазами, сверкающими в полумраке, словно мелкая галька на берегу реки. Он был одет в темно-синюю мантию на несколько размеров больше, чем нужно. Мэл мысленно усмехнулась, представив, как он распахивает полы мантии, предлагая своим покупателям товар, приклеенный к мантии с изнаночной стороны. Но в целом, несмотря на свой вид, он выглядел довольно опрятно и вполне безобидно, если не считать тяжелого, проницательного взгляда широко распахнутых глаз, заставляющего Мэл чувствовать себя неуютно, словно ее выставили перед ним обнаженной. - Знакомься, Авран, это Мм… Мэгги, - представил Мэл Фред, на секунду запнувшись на ее имени. – Мы будем там, - это он сказал Мэл, и они с Джорджем отошли к столику на противоположном конце бара. Авран Бергман (это определенно не было его настоящим именем) оценивающе оглядел Мэл с головы до ног. Мэл села на стул напротив него и слегка дернула уголком рта в приветливой улыбке, но тут же осадила себя. «Не лучшая идея быть слишком приветливой», - подумала она, натягивая на лицо каменную маску. - Ну, с чем ко мне пожаловала? – подал голос Авран, пригубив стоящее перед ним кисло пахнущее пойло. Голос у него был низким и слегка хрипловатым. Мэл неуютно поерзала на месте, невольно оглядываясь по сторонам. За соседним столом сидели две пожилые волшебницы и оживленно что-то обсуждали. По другую сторону от их столика находилась только дверь в подсобное помещение. - Мне нужны книги по темным искусствам, - тихо проговорила Мэл, убедившись, что их никто не подслушивает. Авран пренебрежительно усмехнулся уголком рта: - И только? Ты так оглядываешься, девочка, словно просишь у меня по меньшей мере кровь единорога. Какие именно книги тебе нужны? Мэл вытащила из кармана свернутую бумажку и подала Аврану. Тот развернул ее и бегло пробежался глазами по короткому списку из книг, названия которых Мэл с трудом откопала в литературе. - Это не настоящие книги по темным искусствах, девочка, - с усмешкой проговорил Авран. – Это так, очерки. Скажи мне, какой именно аспект темной магии тебя интересует, и я достану тебе нужные книги. Мэл призадумалась. - Меня интересуют заклятья исчезновения людей: что-то вроде бесследной смерти. Авран пристально всматривался в нее, отчего Мэл почувствовала, как кожа на лице пошла пятнами. - Добуду к следующим выходным, - наконец сказал он. – Приготовь деньги. - Сколько? - 30 галлеонов. Мэл судорожно втянула носом воздух. - Это слишком дорого, - возмутилась она. - Достать книги не так просто, - пожал плечами Авран. - Вы наверняка купите их в Лютном переулке. - Если считаешь, что это так легко, то почему сама туда не сходишь? Мэл не нашлась, что ответить. - Именно. Лютный переулок сейчас кишит Пожирателями смерти, а они сильно осмелели в последние несколько месяцев. Кроме того, спроси у своих друзей, которые привели тебя сюда, и узнаешь, что я не торгуюсь. Ну как, идет? Мэл вздохнула: - Идет. - Жду тебя в следующую субботу в это же время в Визжащей хижине, - с этими словами Авран допил свое пойло, кинул на стол несколько сиклей и направился вон из бара. Через пару секунд к Мэл подошли близнецы. - Ну, как все прошло? – спросил Джордж с беспокойством. Мэл пожала плечами: - Неплохо. С ним правда бесполезно торговаться? - Да, правда. Он назначает свою цену или отказывается от сделки, - ответил Фред. – Но он не наглеет, берет с наценкой в полтора – два раза. Это немного, учитывая, какие товары он продает. Что ты такого заказала, что у тебя теперь такое мрачное лицо? - Ничего особенного, - уклончиво ответила Мэл. Они вышли из бара. - Нам еще нужно в «Сладкое королевство», - сообщил Фред, остановившись на пересечении улиц. - Хорошо, до встречи, - Мэл распрощалась с близнецами и направилась в сторону замка, думая о том, что ей придется снять почти все деньги со своего текущего счета, чтобы расплатиться с Авраном. Это означало, что пока ей не переведут средства со счета родителей, и новый опекун не выдаст ей из них сумму на карманные расходы, она не сможет купить даже корм для почтовой совы, чтобы отправить письмо. И от всех подписок на книги и журналы придется временно отказаться. И, конечно, больше никакого сливочного пива в Хогсмиде. «Не все так плохо. По крайней мере, у меня вообще нашлись эти деньги», - старалась подбодрить себя Мэл, понуро бредя в сторону замка. … Неделя пролетела для Мэл незаметно. В понедельник она отправила в банк письмо, подписанное особой магической подписью, удостоверяющей его подлинность, а уже в субботу получила свои деньги в отделении Гринготтса в Хогсмиде. К назначенному времени она ждала Аврана в Визжащей хижине, сжимая в липкой ладошке теплые монеты. Она испытывала небольшое беспокойство от перспективы остаться с этим мрачным человеком наедине, в месте, которое местные жители обходили стороной, но убеждала себя, что поступает правильно. На всякий случай Мэл переложила волшебную палочку в карман куртки, чтобы та была под рукой. И вот она услышала, как заходили доски скрипучего пола хижины, и на пороге появился Авран с потрепанным кожаным портфелем в руках. - Ты приготовила сумку, в которую сложишь книги? – не здороваясь, деловито спросил он, окидывая ее с головы до ног цепким взглядом. - Я спрячу книги под курткой, - неуверенно пролепетала Мэл, заранее чувствуя себя крайне глупо. Авран глянул на нее как на безнадежную идиотку, а затем вынул из своего портфеля холщовый мешок с логотипом магазина волшебных принадлежностей «Дэрвиш и Бэнгз» и протянул ей: - Сложишь книги в этот мешок. Она послушно взяла и расправила мешок, а затем под выжидательным взглядом Аврана поспешно протянула ему монеты. Авран брезгливо принял их, тщательно пересчитал, засунул в карман за пазухой мантии и потянулся к своему портфелю. Мэл смотрела, как на полу одна за другой появляются толстые книги в новеньких красивых обложках, некоторые - с фотографиями улыбающихся магов на лицевом обороте. На ее недоуменный взгляд Авран с легким раздражением поинтересовался: - Неужели ты думала, что книги по темным искусствам кто-то держит у себя незамаскированными? - Ах, ну да, - промямлила Мэл, в очередной раз удивляясь своей тупости. В общей сложности на полу появилось около десяти толстенных томов. - Я наложил защиту на книги сам, это тебе бонус за редкий идиотизм, - высокомерно пояснил Авран. - Чтобы снять маскировочное заклятье с книги, необходимо дотронуться до нее волшебной палочкой и произнести заклинание: «Отрего». То же самое делаешь, чтобы вернуть маскировку. Мэл протестировала заклинание на верхней в стопке книге. В одно мгновение «Советы по ведению волшебного домашнего хозяйства миссис Оливер» обернулись изрядно потрепанным старым томиком «Заклинаний Тихого ужаса» Разидиана. Мэл проверила еще пару книг, чтобы убедиться, что Авран ее не обманул, и вновь наложила на них маскировочные чары. - Я принес не только книги по той теме, которая тебя интересует, но и книги по введению в темные искусства, поскольку без них ты все равно не разберешься, - пояснил Авран, наблюдая за ее манипуляциями. Мэл хотела было сказать, что не собирается подробно разбираться в темных искусствах, но решила, что спекулянту это знать ни к чему. - Учти, что некоторые книги написаны древними рунами. Ты умеешь читать руны, девочка? – спросил Авран. - Да, немного, - Мэл в душе порадовалась, что на третьем курсе в качестве дополнительного предмета для изучения выбрала именно Древние руны. - В таком случае, считаю нашу сделку состоявшейся. Если тебе снова понадобятся мои услуги, в одну из книг я вложил свой временный адрес. Учти, что я не задерживаюсь на одном месте больше четырех месяцев, - с этими словами Авран закрыл свой портфель и направился к выходу. - Спасибо! - запоздало крикнула ему вслед Мэл. Сложив книги в холщовый мешок, Мэл, кряхтя, взвалила его на плечи и направилась в замок. По дороге она подумала было применить к нему левитацию, чтобы не тащить на себе, но отбросила эту идею, решив, что так может вызвать к нему повышенное внимание прохожих. «Теперь необходимо найти безопасное место, чтобы изучать эти книги», - размышляла Мэл, чувствуя, как от перенапряжения начинают болеть руки и плечи. – «Не буду же я читать их прямо в общей гостиной Пуффендуя или в библиотеке на глазах у миссис Пинс». Мэл без труда протащила в замок мешок с книгами, тем более, что студенты частенько покупали что-то в «Дэрвиш и Бэнгз», и никому из преподавателей не приходило в голову проверять эти мешки. Мэл спрятала книги под кроватью, особо не переживая о том, что ее соседки могут их найти. Вряд ли кого-то заинтересует пособие: «Как с помощью «Амортенции» вызвать у Него настоящие чувства. Пособие по истинной любви автора знаменитого бестселлера «Как подобрать мантию, чтобы Он не смог отвести от тебя глаз». Эти книги разве что могут подпортить ей репутацию, но уж это она переживет. Но где же ей заниматься изучением этих книг? Когда начались занятия Отряда Дамблдора и Мэл узнала о существовании Выручай-комнаты, ей поначалу показалось, что она нашла идеальный вариант. Ведь занятия ОД проходят раз в неделю, а остальное время Выручай-комната стоит без дела и можно использовать ее в личных целях. Но выяснилось, что так думала не она одна. Когда Мэл впервые выделила время, чтобы позаниматься, и, прихватив одну из книг, направилась в сторону Выручай-комнаты, она увидела, что вокруг нее уже ходит Кэти Белл, сосредоточенно нашептывая что-то себе под нос. В следующий раз Мэл была настолько нагружена домашним заданием, что, когда наконец закончила его и направилась с книгой в Выручай-комнату, у нее, сколько бы она ни ходила взад-вперед около стены, не получилось искренне пожелать помещения для своих занятий, поскольку она чувствовала себя слишком уставшей и отправилась заниматься скорее из чувства долга. Тем вечером комната перед ней так и не появилась. «Придется поискать другой вариант» - в итоге решила Мэл, когда в третий раз комната появилась перед ней, но в виде темной, без единого источника света спальни с удобной кроватью, которая так и притягивала Мэл своим уютным видом. Видимо, проходя мимо комнаты в третий раз, Мэл отвлеклась и подумала про отдых. Стоял уже глубокий вечер, неделя выдалась напряженной, и девушке ужасно хотелось спать. Она попробовала позаниматься в этой спальне, обеспечив себе источник света с помощью световых чар, но в итоге чуть не уснула, едва осилив пару предложений «Введения в Темные искусства». Смирившись с неудачей, Мэл отправилась спать, пообещав себе, что подумает о новом месте для своих занятий завтра. Она все же не смогла удержаться и перед сном мельком пролистала несколько книг, пока никого из соседок не было в спальне. Мэл ожидала, что все книги по темным искусствам будут древними, потрепанными и устрашающими, но таких оказалось всего несколько - именно они были написаны древними рунами. Большинство же книг представляли собой обычные, ничем не примечательные пособия, некоторые из которых были изданы всего пару десятилетий назад. Мэл вспомнила, что не во всем магическом мире темные искусства запрещены к изучению и применению, например, в Думстранге студенты изучают их официально. Осознание этого факта немного расстроило Мэл, ведь она уже было почувствовала себя самой большой бунтаркой Хогвартса. В то же время Мэл несколько беспокоило собственное отношение к своим действиям. Она чувствовала себя так, будто лишь слегка нашкодила, к примеру, купила порнографические журналы и искала потайное место, чтобы с ними поразвлекаться. То, что она слышала про темные искусства - что они способны безвозвратно изуродовать тело и душу волшебника, казалось чем-то далеким от нее, искусственным и никак с ней не связанным. Она была твердо уверена, что не поддастся соблазну испробовать заклинания, которые найдет в этих книгах; они были нужны ей исключительно в благих целях: чтобы узнать, что произошло с ее родителями. Безвредность этих намерений убеждали Мэл в правильности своих действий, и это убеждение на время заглушало ее тревогу. В следующий четверг Мэл шла вечером из библиотеки в гостиную Пуффендуя и встретила по пути Кровавого Барона. Привидение проплыло мимо нее в сторону Астрономической башни. Мэл вдруг остановилась, глядя ему вслед, настигнутая внезапно пришедшей в голову мыслью. Под верхней площадкой Астрономической башни располагалось подсобное помещение. По воспоминаниям Мэл оно представляло собой темную, пыльную комнату, заполненную всяким учебным хламом, с подвешенными под потолком к деревянным балкам цепями. На верхней площадке башни проходили занятия по астрономии, но в остальное время площадка пустовала, так как студентам строго воспрещалось на нее подниматься. Ходили слухи, что много веков назад, когда еще не было запрещено применять телесные наказания к студентам, в этом чулане провинившихся детей подвешивали к балкам за лодыжки и избивали розгами. Но, несмотря на привлекательную для любопытных умов славу чулана, никто из студентов в него не совался, так как он являлся одним из излюбленных мест Кровавого Барона, имевшего занятное хобби изображать там висельника, подвешивая себя призрачной веревкой к балке и убедительно покачиваясь под дуновением несуществующего сквозняка. «Идеальное место для моих занятий», - с воодушевлением подумала Мэл, продолжив путь до гостиной Пуффендуя. Однако, как пробираться туда незамеченной? - О чем задумалась, Донован? Мэл вздрогнула, услышав за спиной веселый голос Фреда Уизли, чей обладатель бесшумно подкрался к ней и теперь наслаждался произведенным эффектом. Мэл хотела было отмахнуться от него, но потом ей в голову пришла неожиданная идея. Ведь вся школа знала, что близнецам Уизли известны все потайные закоулки замка. - Послушай, Фред, - протянула она, останавливая его и утягивая к нише у окна, чтобы не мешаться на пути спешащих в свои гостиные студентов. - Что такое, ищешь укромное местечко для поцелуев? – с ухмылкой поинтересовался Фред. - Мне нужно попасть на верхнюю площадку Астрономической башни незамеченной, - объяснила Мэл, проигнорировав его шутку. – Ты не знаешь какой-нибудь тайный ход туда? – тут она понизила голос так, что Фреду пришлось к ней наклониться. - Ты какая-то слишком загадочная, Мэл Донован. Что ты замышляешь? – с любопытством спросил Фред, но Мэл с чувством облегчения отметила, что любопытство его было по большей части напускным. Однако, в целях безопасности следует убавить его интерес, чтобы ему не пришло в голову проследить за ней. - У меня там свидание, - без запинки сорвала она, напустив на себя глупый вид. Вранье в последнее время начинало входить у нее в привычку. Фред фыркнул, и на лице его отразилась глубочайшая скука: - Хочешь со своим загадочным ухажером понаблюдать за звездами на верхней площадке Астрономической башни? Романтично до тошноты. - Именно! – с энтузиазмом подхватила Мэл. - Ты обратилась к кому нужно. Так и быть, покажу тебе один потайной ход, - Фред подхватил ее под руку и стремительно повел в сторону гостиной Пуффендуя. - Мы с Джорджем через него иногда бегаем ночью на кухню. А кухня, как известно, находится недалеко от вашей гостиной. Этот ход также сворачивает на лестницу, ведущую на Астрономическую башню. И да, Филч про него не знает. Они миновали коридор. Фред остановился у входа на кухню и, воровато оглядевшись по сторонам и убедившись, что никого поблизости нет, слегка приоткрыл дверь и указал пальцем на дальний угол, где находилась кладовая. Мэл протиснулась у него под рукой, чтобы заглянуть в проем и посмотреть, куда именно он указывает. - Тебе надо зайти в кладовую и спуститься в погреб. Там темно и можно не разглядеть маленькую дверь – она невысокая, размером с домашнего эльфа, для них она, собственно, и предназначена. Это и есть тот самый ход. Передвигаться придется на корточках. Ход имеет два ответвления: одно ведет в Гриффиндорскую башню, другое – в Астрономическую. Чтобы добраться до нужного тебе поворота, нужно будет подняться по небольшой металлической лестнице. Фред закрыл дверь, пока их не успели заметить трудящиеся на кухне домашние эльфы. Мэл взглянула на него с благодарностью и улыбнулась. - Спасибо, - сказала она. – Если тебе в чем-нибудь понадобится моя помощь… - Я это учту, - Фред с задорной улыбкой отсалютовал ей и бодро двинулся в обратный путь, Мэл же вернулась в свою гостиную. Теперь ей нужно было разработать график своих занятий и выбрать время, чтобы посещать Астрономическую башню так, чтобы не попасться смотрителю Филчу – тот осуществлял обход замка два раза в день. Кроме того, один из многочисленных декретов Амбридж грозил суровым наказанием любому ученику, который будет замечен в неположенном месте или в неположенное время, а Мэл не нужны были неприятности. И конечно придется договориться с Кровавым Бароном, чтобы он никому не рассказывал о ее вылазках. Мэл казалось, что это будет не так сложно осуществить, когда Кровавый Барон узнает, для каких именно целей Мэл планирует использовать этот чулан. … Мэл выбрала для своих занятий темными искусствами вечер четверга и вечер субботы, когда ей стало достоверно известно, что Филч в это время совершает обход западного крыла замка. Домашнюю работу она распределила так, чтобы эти дни не были слишком загруженными. Правда, в итоге чрезмерно нагруженными выходили среда и воскресенье, но другого выхода она все равно не видела. Первую вылазку на Астрономическую башню Мэл осуществила в первый декабрьский четверг. Студенты Пуффендуя, в том числе и Мэл, были в хороших отношениях с домашними эльфами, служившими на кухне. Гостиная пуффендуйцев находилась неподалеку, и они частенько заглядывали на кухню, чтобы выпить горячего какао и съесть свежеиспеченного печенья, которыми угощали их эльфы. Поэтому Мэл не составило никакого труда незамеченной добраться до кладовой и спуститься в погреб. В нем, подсветив себе волшебной палочкой, Мэл обнаружила маленькую дверку, о которой говорил Фред. Дверка была заперта, но легко открывалась обычным заклинанием «Алохомора». За дверью оказался такой же, как сама дверь, низкий и узкий коридор, уходящий в непроглядную тьму. Усилив световые чары, Мэл встала на корточки, пролезла в дверной проем, тщательно закрыла за собой дверь, убедившись, что та защелкнулась, и поползла по коридору в неизвестность. Неизвестность вскоре обернулась небольшой площадкой, слегка подсвеченной лунным светом, льющимся из маленького круглого окошка под потолком. От площадки расходились в разные стороны два коридора. Один из них, уходящий влево, начинался с небольшого подъема по очень старой ржавой вертикальной лестнице, которая, как только Мэл вступила на нее, заскрипела таким громким и мерзким скрежетом, что Мэл почувствовала, будто по ее нервам прошлись наждачкой. Поднимаясь по лестнице с зажатой в зубах волшебной палочкой, Мэл приходилось постоянно останавливаться и трясти следующую ступень, чтобы убедиться, что она не развалится под ее весом. Наконец лестница закончилась, и Мэл взобралась на верхнюю, такую же низкую и узкую площадку, оканчивающуюся тупиком. На стене слева от лестницы Мэл после недолгих поисков разглядела дверь, вмурованную так, что отличить ее от стены можно было только по чуть более широким щелям между каменной кладкой. Открыв дверь с помощью заклинания, Мэл оказалась прямиком под витиеватой, залитой слабым лунным светом лестницей, с которой начинался подъем на Астрономическую башню. Девушка аккуратно прикрыла за собой дверь и замерла, прислушиваясь. В башне стояла полная тишина, но на всякий случай Мэл погасила огонек на конце палочки, чтобы в случае чего успеть спрятаться в какой-нибудь темной нише. Спустя несколько минут Мэл поднялась на верхнюю площадку башни. Чулан, расположенный чуть ниже площадки под лестницей, оказался не заперт. Девушка аккуратно приоткрыла дверцу и спустилась в темное помещение, пропахшее затхлостью и пылью. Несмотря на то, что весь замок был сделан из камня, здесь под потолком действительно были прикреплены деревянные балки, видимо, как временная конструкция, которая осталась на постоянной основе. На одной из этих балок ожидаемо висел Кровавый Барон. На его шею была накинута призрачная петля, голова с запавшими стеклянными глазами свисала к плечу, с призрачной одежды сочилась серебристая кровь. Он мерно покачивался из стороны сторону, словно его колыхал неведомо взявшийся откуда-то сквозняк, и не подавал признаков жизни. Несмотря на то, что Мэл была готова увидеть это зрелище, она все равно внутренне содрогнулась. Привидение не могло не услышать ее, но с его стороны не последовало ни единой реплики или иного проявления интереса, поэтому Мэл решила пока не тревожить Кровавого Барона разговорами. Пусть себе висит, сколько ему влезет. Сняв с плеч рюкзак и расположив его на деревянном ящике у одной из стен чулана, Мэл достала оттуда подсвечник, книгу, тетрадь для заметок и чернильницу. Пока Мэл зажигала свечу и раскладывала свои принадлежности, выпученные пустые глаза Барона как будто передвинулись в глазницах и теперь, если такое вообще было возможно, смотрели на нее. Мэл уже давно убедилась, что Авран Бергман был прав, когда говорил, что без основ темных искусств ей не удастся понять принцип действия заклинаний исчезновения, поэтому решила начать с «Введения в Темные искусства» Гормлайт Мракс. Как только она сняла маскировочные чары с книги и открыла ее, из глубин страниц послышался еле слышный зловещий шепот. Мэл не смогла различить слов, поэтому нагнулась чуть ближе, и тут в книге вдоль корешка расползлась черная щель, и Мэл почувствовала, как что-то невообразимо сильное притягивает ее к себе. Она изо всех сил уперлась руками в пол и с трудом отпрыгнула от книги на безопасное расстояние, свалившись прямо под ноги Кровавому Барону. Тот медленно наклонил голову к ней, и с уголка его губ вытекла капля серебристой крови. Судорожно сглотнув, Мэл отодвинулась, вскочила на ноги и уставилась на книгу. Определенно, приближаться к внутренней стороне ее корешка ближе, чем на расстояние полусогнутой руки, не следовало. Девушка осторожно примостилась около книги, взяла ее на руки и, игнорируя шепот, который, впрочем, вскоре затих, принялась читать первую главу, аккуратно переворачивая страницы кончиками пальцев. Кровавый Барон продолжал молча глядеть на нее пустыми, выпученными глазами, покачиваясь на виселице. Мэл интуитивно чувствовала, что ей следует молчать, пока он сам не заговорит с ней. Но ни через час, ни через два Барон не заговорил. Мэл закончила читать несколько глав, законспектировала основные положения прочитанного, собрала свои принадлежности и отправилась в обратный путь. Она испытывала сильное смятение от прочитанного. Темные искусства являли собой оборотную сторону светлой магии, ее тщательно спрятанную от посторонних глаз изнанку. Многие принципы волшебства, которые преподаватели вдалбливали им с детства и которые казались Мэл незыблемыми, в темных искусствах не работали, ведь эти искусства не признавали никаких ограничений в своем применении. Темные искусства были наполнены безграничной свободой, бесконтрольностью и опьяняющей властью. Они словно открывали перед волшебником мир, в котором можно было творить без оглядки на правила, технику, формулы и средства. Темные искусства подчинялись лишь эмоциям. Неудивительно, что многие темные волшебники дошли до помешательства в процессе их изучения и применения. Так пролетел декабрь. Мэл следовала своему плану, хотя это и не всегда давалось ей легко. Домашней работы становилось все больше, продолжались и занятия Отряда Дамблдора. Кровавый Барон при ее посещениях Астрономической башни все также не произносил ни слова, хотя продолжал за ней внимательно наблюдать. Иногда Мэл не заставала его вовсе, а иногда он предпочитал чулану прогулки по башне, сопровождаемые устрашающими стонами и лязгом. С каждым новым занятием в душе Мэл все больше закрадывалось сомнение в том, что она поступает правильно. Она не собиралась применять темные искусства в жизни и безусловно испытывала отвращение к заклинаниям, приносящим боль и страдания людям, тем более, что ее родители, вероятно, погибли от одного из таких заклинаний, но она не могла не испытывать восхищения, читая о древних заклятиях, способных призвать мертвецов, или о заклинателях бури, или о невербальной магии крови…. Уверена ли она, что всегда сможет противостоять соблазну?