Радости готовки

      Выводов у исследования не нашлось. Да, от некоторых фотографий внутри всё переворачивалось. Но всё же, в защиту Санджи — он выдул целую бутылку вина куда быстрее, чем на то рассчитывал. Так что, может, во всём стоит винить алкоголь. Голь. Хм. В общем. Не на всех страницах взгляд задерживался. И, насколько Санджи мог судить, непостоянство это никак не влияло на его чувства к леди. Ни на грамм. Так что, очевидно, геем он не был. Не то чтобы этот вопрос вообще был на повестке дня! Но всё же, очевидно, Санджи создан для дам.        Напавшие словно бы ниоткуда дозорные тоже никак его проблемам не помогли.        Как и их скорый приезд в Уотер 7 — и беспокоящие его мысли Санджи отложил в долгий ящик. С личным кризисом он разберётся после всех остальных, более насущных: первый хотя бы не тащил за собой ранения и долгоиграющие политические последствия. Да и вряд ли от него получится так быстро избавиться. Что за ужасные сравнения, конечно….       А когда в их жизни появилась «Таузенд Санни», Санджи отвлёкся на кухню: на этом корабле она была абсолютной райской. На холодильнике и двери кладовой сияли замки. Места для готовки хоть отбавляй. А когда он смог, наконец, выдохнуть, то бросил все силы на то, чтобы как можно больше внимания уделять Робин и Нами — просто на случай, если они заметили, как сильно он отвлёкся. Ему не в тягость: Робин только что снова вернулась в команду, и он старался осыпать её вниманием, но не особо в этом преуспевал. Ну а для того, чтобы угождать Нами, лишних поводов не требовалось.        Санджи спустился по лестнице в новую библиотеку — в руках его осторожно балансировал поднос с напитками и закусками для его корабельных богинь. Хорошо, что у прекрасных дам появилось своё убежище на судне. Библиотека без сомнений превратилась в их королевство: Робин чувствовала себя как дома в окружении книг, а Нами — да славится её бесконечная мудрость! — решила обустроить здесь стол для своих карт. Ах, если бы только его обязанности не привязывали Саджи к камбузу, он бы с радостью проводил в компании прекрасной половины команды больше времени!        — Принёс вас немного полуденных освежающих закусок, дорогие мои! — возвестил он, грациозно склонившись к Робин и протянув ей поднос с ягодным чаем и аккуратными птифурами.        — Спасибо, Санджи. Пока ты не сказал, я и не поняла, насколько меня замучила жажда. Благодарю за заботу! — произнесла Робин, и сердце Санджи воспылало от такой щедрой похвалы.        — Рад служить, Робин, дорогая моя! Прошу, скажи, если я могу ещё чем-то помочь! — прощебетал он.        Голову немного кружило. Робин чуть удивлённо улыбнулась, а потом прищурилась.        — Раз уж ты об этом упомянул… Я расставляю в библиотеке книги по темам, — она заговорчески подалась вперёд. — Использую систему, которую разработали на Охаре. Очень удобная, если, конечно, запомнить все коды.        Санджи кивнул, не особо понимая, о чём она. Робин так хорошо разбирается в самых разных вещах!        — Я заметила, что от тебя в библиотеку попали несколько прекрасных книг по кулинарии и парочка романтических новелл, — продолжила Робин. — Но, если не ошибаюсь, у тебя остались ещё немного томов по искусству, которых я в нашей коллекции пока не видела.        Санджи замер.        — А. У меня есть несколько книжек с, эм, зарисовками человеческой фигуры, — уклончиво заметил он. — Не уверен, что остальные члены команды так уж ими заинтересуются…        — Чепуха! — оборвала его Робин, и глаза её довольно блеснули. — Мне очень нравится искусство! Как археолог могу сказать, что это основа материальной культуры…        Санджи утонул в розоватом тумане, потеряв нить рассуждений Робин. Когда он наконец пришёл в себя — с окровавленным платком в руках — Санджи сосредоточился на главном: Робин с присущей ей изысканной элегантностью взрослой женщины-учёного интересовалась искусством. В библиотеке у неё было несколько полок с посвящёнными этому книгами, и парочка из них оказалась ещё более скандальными, чем любой томик из коллекции Санджи. Он сомневался даже, что его имущество так уж украсит её полки. Не всё искусство он понимал, даже вида не подавал: ясно же, что Робин на всё это смотрит с абсолютно недостижимого уровня, судя по некоторым вещам в её собственной библиотеке. Какая разностороння женщина! Как одарена! Он пообещал принести ей запрошенные книги, как только закончит с приготовлениями к ужину.        В приподнятом настроении он подал Нами цитрусовый спритц и лимонный чизкейк. Он подняла взгляд от журнала… какого-то очень уж знакомого журнала.        — Благодарю, Санджи-кун! А я просто просматриваю этот каталог купальников в поисках идей, — чересчур радостно заявила она, ясно понимая, что Санджи прекрасно видит: на соседней странице нет никаких купальников. Вообще.        Санджи сбежал вниз, придерживая кровь из носа.        Он проверил шкафчик — и для того, чтобы забрать для Робин несколько книжек и чтобы проверить коллекцию на предмет знакомой картинки из журнала Нами. Но он, похоже, ошибся, потому что так и не смог её найти. Наверное, Санджи подвела память. Или он в самом деле заглянул в каталог купальников, когда ходил за покупками, вот и всё. Нами так любит следить за модой!        Он мысленно отругал себя, а потом решил, что на шкафчик стоит повесить замок. Не то чтобы его беспокоили воры… то есть, кроме тех, что нацелились на еду, выпивку, сладости или взрывные реагенты. Все эти сокровища Санджи держал запертыми на камбузе. Это — и то, что он мог выбить дерьмо из любого, кто потревожит его отутюженные костюмы и рубашки, а также заставить этого кого-то заново всё гладить — хранило его от любопытствующих. С другой стороны, неуёмная энергия вездесущего Луффи и собственные яростные разговоры Санджи с местной растительностью частенько приводили к тому, что личные вещи оказывались раскиданы по всей комнате. Что, если его чуть более пикантные журнальчики попадут в поле зрения дам? Ничьи нежные чувства Санджи оскорблять не хотел. Особенно дражайшей Нами, которая наверняка примет эти журналы за кое-что другое. Но стоит ли повесить сюда замок? Запретный плод наверняка привлечёт куда больше внимания. Он ведь столуется с пиратами, в конце-то концов. Другого ожидать глупо.        Да и что там осталось в его шкафчике… коллекция пошловатых (утончённых!) журналов, его любимая рыбная энциклопедия — в которую он лазал так часто, что решил всегда хранить под рукой… и Книга. Книга в библиотеку ни за что не отправится, там её точно увидят. И теперь, когда она стояла не среди кулинарных справочников, она сразу бросалась в глаза… Санджи осторожно перебрал журналы и подвинул коробку с ботинками так, чтобы позади осталась небольшая полость. Вот так. Невидимая ни для кого… если только этот кто-то не полезет в шкафчик целенаправленно, дабы порыться среди его выходных туфель и последних выпусков «Плейпирата».        Санджи выдохнул — ну что за глупость! Он достал Книгу из тщательно выстроенного тайника и лениво перелистнул пару страниц. В заднем кармане его брюк лежал окровавленный платок — вполне себе живое доказательство того, что женщины продолжали играть на струнах его сердца как никто. Зачем он всё ещё думает о Книге? Настоящая трата вре…        — РЕЗИНО-РЕЗИНОВЫЙ ОБНИМАТЕЛЬНЫЙ СЮРПРИЗ! — голос Луффи разнёсся где-то наверху, и Санджи вдруг осознал, что окопался в каюте посреди белого дня.        Раздавшийся вслед за предупреждением капитана крик мог принадлежать как Усоппу, так и Зоро — если последнего внезапно выдернули из сладких объятий сна. Затем Санджи услышал громкий всплеск.        Санджи поднялся на ноги и замер, а потом убрал Книгу обратно. До приготовлений к ужину у него оставался ещё примерно час. Устроенный Луффи хаос отвлечёт всех остальных — из тех, кто и так не был занят. И, конечно, каюта на «Таузенд Санни» — не особо личное пространство, но корабль этот таил в себе немало сюрпризов. Одно только количество здешних комнат… поражало. И как бы дорога сердцам ни была «Гоинг Мерри», семи людям на ней было довольно тесно. Но если Санджи хотел улучить момент тишины на «Санни», то у него были варианты: пустоты в головной фигуре (нет уж), кладовая (не особо гигиенично) или склад, где они хранили верёвки (некоторые члены корабля всё ещё не особо понимали, что именно означает надетый на дверную ручку носок).        Фрэнки мастерски подошёл к тому, чтобы задействовать все до последнего закоулки корабля, включая несколько технических комнатушек, находившихся в довольно странных уголках. На прошлой неделе Санджи нашёл одну на самом нижнем уровне, у системы доков — с раковиной, лавочкой под небольшим иллюминатором и, что самое важное, запирающейся дверкой. По размеру комнатка была не больше шкафа. Наверняка однажды и сюда доберутся механизмы их изобретателей, но пока, насколько Санджи мог судить, комнатка пустовала. Иными словами, идеально подходила для его целей.        Он направился туда с показной беспечностью, по дуге обогнув до нитки мокрого Маримо, устроившегося взбучку капитану, и вопящего от волнения Чоппера. Санджи уверенно запер дверь изнутри и устроился на лавочке под окном. Идеально: ни тебе выпивки, ни дозорных. Ничто не отвлекает.        Через некоторое время он почувствовал явное волнение, просматривая рецепт лингвини — воистину, самых сексуальных из макарон — и занимающее весь разворот фото Рауля, уроженца Гранд Лайна, который сам вылавливал мидии для готовки, и мог похвастаться, скажем так, не только моллюсками… Ладно, кровь из носа не потекла, уже хорошо, но линии мышц Рауля определённо делали что-то с его…        БУМ! Дверца затряслась, потому что что-то… нет, кто-то в неё врезался. Санджи, кажется, никогда в жизни не двигался так быстро, как в тот момент: он молниеносно спрятал Книгу под сиденье. БАХ.        — Эй, чего это с дверью? Застряла? — раздался голос человека, которого в данный момент Санджи хотел видеть меньше всего.        — Какого хрена, Маримо? — закричал он в ответ, пытаясь привести в порядок одежду. — Тебе знаком вообще концепт замков? Не выламывай чёртову дверь!        — Кок? Что за..? Это общая каюта, если ты забыл, нельзя вот так просто запираться…        — Ах ты проклятый антинавигационный водоросли кусок, нихрена это не каюта!        Какие бы приятные чувства не пробудил в Санджи Рауль, их тут же снесло кипящей яростью. Он отпер дверь и с силой распахнул дверь, намереваясь дотянуться до говорящего мха ногой…        …и чуть не врезался в блестящую от пота стену мышц. Зоро как обычно скалился, одной рукой опираясь на дверной косяк, а вторую опустив на рукояти мечей — явно готовясь пустить их в ход. Рубашки на нём не было, с волос капала морская вода и оставляла на загорелой, покрытой шрамами коже дорожки — до самых V-образных линий пресса. «Солёненькое», — на автомате подумал Санджи.       Вот ведь дьявол.        Зоро что-то говорил, но Санджи не слышал его — в ушах шумело так, словно совсем рядом палили из пушек. Ах, чёрт.        Санджи почуял на языке кровь. Ох, нет.        Он захлопнул дверь прямо перед лицом Зоро и не отвечал ему до тех пор, пока тот не ушёл.