«Серые души. Часть I».
<<<•>>>
Недели шли своим чередом, казалось, всё возвращается в норму. Сэм каждую неделю встречает брата на пороге, выключает защиту и пускает его. Кастиил всё так же шипит, словно кот, приметивший собаку. Оно и понятно: Кас всё же ангел. Хоть он и пытался скрывать своё отвращение к нечисти, но в каждом слове, в каждом движении, проскальзывало это. Сэм понимал его и разделял чувства Кастиила.
— Да ну, Сэмми, — Дин смотрит на фотографии трупов с скучающим видом, — фигня всё это. Честно тебе говорю, изучил я это дело, даже Бела отправил. Радар его не забибикал, так что все твои аргументы бьются об кастрюлю на плите.
Сэм поворачивает голову, но кастрюли никакой не видит. Как обычно. Дин вновь говорит фразы, которые никак не связаны с действительностью. А может, связаны, кто знает. Сэм не так часто видит брата, как Бельфегор. Белоглазый, скорее всего, шутку бы оценил. Хотя, Сэм не знает точно, может в голову Дина пришла такая ассоциация и он сказал первое, что в голову пришло. Сэм махает головой. И с каких пор он начал придираться к каждому слову брата?
— Ошибся твой хвостик, — прошипел Сэм, краем глаза приметив, что уголок рта Дина чуть приподнялся в некой полуухмылке, — все факты на лицо. Сам же знаешь историю этого места, столько трупов, да и каждый третий там маньяк-убийца.
Сэма до сих пор выворачивает от изуродованных тел людей. Он конечно видал и похуже, но почему-то именно это убийство вызывает у него зверский страх. Охотник не знал почему. В трупах ничего необычного: у одного неестественно повёрнута голова, у другого в шее нож.
Минимум крови на кадрах дня убийства. Никаких выпущенных кишков и других внутренностей наружу. По сравнению с другими убийствами, это одно из самых «чистых». Это Винчестеру и не нравилось, но он же не мог сказать, что банально боится.
— Почему ты трясёшься, Сэм? — охотник вздрагивает и резко поднимает голову, смотря на хмурого Дина. Он убирает прядь волос за ухо, но соврать ему так и не дали.
— Я слышу твоё сердце и дыхание. Чего боишься? Что с тобой, Сэм?
«Сэм». — эхом повторяется его же имя в голове.
— Неужели из-за трупов? — ещё один вопрос и вновь никакого ответа. — Там же нет ничего… — Дин запинается, когда на кухню заходит бледный Кас. — Здравствуй, Кастиил.
Ангел как-то испуганно дёргается, делает шаг в сторону от Дина. Что-то невнятно пробормотав, Кас на заплетающихся ногах подбирается к электрическому чайнику. Сэму не нравится такая реакция ангела.
Конечно, до рыка ангельского они ещё не дожили, но, казалось, скоро это и произойдёт. Кас в ближайшее будущее рычать начнёт на демона, не то что шипеть. Сэм мог понять чувства и инстинкты Кастиила, но странно то, что он не мог это контролировать… Или просто не хотел.
Дин же махает на ангела рукой, подпирает подбородок и продолжает.
— Ты и похуже видал. Почему твоё хрупкое сердечко сжалось от страха? Лица знакомые?
— Да я сам не знаю! — восклицает Сэм, Кастиил чуть кофе на себя не разлил, но всё обошлось. — Крови минимум, а страх так и… Дин, только не говори мне, что по дыханию определил, что я…
— Конечно, — глаза Дина на секунду чернеют, Кастиил вновь шипит, Сэм хмурится, — да и душа твоя… Беспокойна. Но тебе нужно думать головой, брат, — Дин словно избегал «Сэмми», — душа иногда бывает не права. — глаза его вновь принимают нормальный цвет. — Ты чувствуешь, что что-то не так с этим делом, но аргументов нет, а все факты указывают на то, что это дело рук человека.
— Я просто не верю.
— Не верь, — спокойно отзывается Дин и перехватывает кофе Кастиила, — спасибо за кофе, ангел.
— Дин, — Кас старается произнести его имя безэмоционально, впрочем, получилось довольно неплохо, — дай мой кофе.
— Ну что ты, пернатик, — «нечто» улыбается и делает глоток, — жалко?
— Для тебя — да. — отрезает Кастиил, всё сильнее хмурясь.
Сэм достаёт нож.
— Никогда мне не рады, — обиженно пробурчало «нечто», блестя чёрными глазами, — да и такие жадины. Тело Дина никак не отдаёте.
— Дин, хватит… — говорит Сэм и аккуратно встаёт, пытаясь не делать резких движений.
— Какой Дин? Прости, Сэмушка, он сейчас вне зоны доступа сети. — улыбается «нечто». Смеётся, когда клинок Кастиила прижимается к его шее. — Дин временами устаёт. Да и не может весь день сдерживать меня. Впрочем… С Белоснежкой мы общий язык нашли, а вы оба меня начинаете раздражать. — «нечто» убирает голову в сторону от клинка. — Но, к сожалению, с Дином мы тоже нашли общий язык.
— Перестань, — Сэм достал нож, но не смеет подносить лезвие к горлу брата, — демона нет… Ты материализовал его в своём сознании… И…
— У Белоснежки нахватался? Теория о шизанутости Дина? Мило. Как я понимаю, убеждать вас в обратном бесполезно. Хотя, для чего я вылез? Да просто «привет» передать. — демон смеётся и махает рукой. Бутылка на столе телепортировалась прямо ему в руки. — Сэмми, ты чего нож достал?
«Сэмми..?»
Кас убирает нож с его горла и смотрит на недоумевающего Дина. Демон-человек смотрит на свои руки, в которых он держал и бутылку пива и кофе Каса. Последнее он отдаёт обратно ангелу.
— Зачем мне
твой кофе, Кас?
«Кас…»
— Дин, твой демон…
— Вырвался? — Дин фыркает и делает глоток пива. — Ну, я сам попросил. Что он так вас довёл, что ножики достали? — Дин весело хмыкает, другим же совсем не смешно. — Какие кислые рожи.
— Серьёзно? — Сэм бросает нож на стол, от звона Дин вскакивает. Сэм сейчас похож на рассерженного льва, который вот-вот выпустит когти. У него даже грива имелась: вот как волосы дыбом встали. — И зачем это?
— Всё просто, Сэмми. Показать, что он не опасен. — Дин улыбается и прислоняется к ближайшей стене. — Я, к сожалению, имею ещё и эмпатические способности. Поэтому у меня уже мигрень от ваших эмоций. Особенно от тебя, Сэмми. С Касом легче, пернатые эмоциями задницу не протирают, а ты — да.
— Ради этого ты выпустил демона? — Сэм хмурится. — Ты же обещал…
— Да? Не помню такого.
Как не помнит? Неделю назад он обещал контролировать своего демона, не делать так, чтоб глаза его чернели, не использовать силы. Сэм не просил об этом, Кас тоже не просил; Дин сам, по собственному желанию поставил себе такие рамки. Так почему же он нарушает обещание не только данное Сэму и Касу, но и самому себе. Ведь, сколько Сэм знает брата, тот никогда не нарушал свои обещания.
#1995 год. Чикаго.
Город, где остановились Джон, Дин и Сэм не уступал самому Нью-Йорку. По крайней мере, мотели здесь, как и в Нью-Йорке, приличные и побольше, чем богом забытые мотели в маленьких городах. В этом мотеле вряд ли призрака встретишь. Обычно, в старых мотелях встречаются мелкие совсем неопытные призраки, которые просто хотят обрести покой. Они никого ещё не убили, не сошли с ума… Совсем молодые, спокойные призраки, не видавшие ни спокойной жизни, ни света в конце туннеля. Обычно найти и сжечь их кости Джон поручал своим сыновьям. Но, к счастью для Джона и к огорчению его детей, в этом мотеле призраков точно нет.
— Скучно то как, — ноет Дин прыгая на диван. От веса брата маленький Сэм подпрыгивает, — никаких завываний ночью. Тишина.
— Это же хорошо.
— Никаких призраков, Сэмми. — говорит Дин и вновь протягивает «u».
— Наконец полноценный сон. — неуверенно говорит маленький Сэм.
— Нужен он мне! — в отличие от младшего брата, Дин чуть ли не кричал. — Отец ещё на охоту не взял. Вообще скукотень.
— Он пошёл охотится на вампира…
Сэм не продолжает, Дин молчит. Оба понимали почему никто из них не учавствует в охоте. Максимум, что они могли бы сделать при охоте на вампира, так это кое-как добыть кровь мертвеца и колья, и то, чтобы этого самого вампира удержать. Единственное, что могло убить вампира так это
обезглавливание.
Если Дин это спокойно принимал и визуально, и на слух, то Сэм боялся этого слова как огня. Воображение у него уж слишком буйное и иногда оно рисует такие картины, что хочется несколько недель не вылезать из-под одеяла, словно это самое одеяло сможет защитить его от всех монстров.
Джон же просто не хотел добивать и так поломанную психику детей. Оба спокойно могут взять пистолет и пристрелить кого угодно, это не так страшно и не так кроваво. Но обезглавливание… Сэм даже обычных ужастиков боится, а в особенности там, где хоть какая-нибудь часть тела лежит далеко от основы, будь то голова или же рука. Дин более устойчив к такому.
Джона пугало это. Он сам не мог спокойно убить вампира (поэтому и охотился на них обычно один), а тут его сын, который с удовольствием смотрит разного рода ужастики не моргая. Хотя, Джон себя накручивает, конечно накручивает. В жизни, если бы Дин увидел отдельно голову, отдельно туловище, то тот точно бы не расставался с туалетом несколько дней.
— Отец мачете не забыл? — обеспокоенно поинтересовался Сэм, чувствуя, как его сердце переполняет непонятный страх.
— Нет, он взял. Я видел. — отвечает Дин и Сэм расслабляется. Но страх всё так же сковывает его тело. Сэм прижимается к Дину. — Сэмми, что такое? Ты весь дрожишь.
Он прикладывает руку к лбу Сэма. Вроде не горячий. Сэм оглядывается по сторонам и ещё сильнее прижимается к брату. Дин достаёт из-под подушки пистолет. Он выключает везде свет, оставляя лишь слабую лампу, и возвращается к Сэму.
— Я не знаю. — шепчет он, когда Дин приобнимает его одной рукой. —
Мне страшно.
— Сэмми, не пугай так, — Дин закатывает глаза, но пистолет не убирает, — может, паничка?
— Не думаю.
Дин отстраняется от брата и смотрит прямо ему в глаза. Они сидели чуть дальше окна. Номер им достался такой, что можно было спокойно сбежать через окно. Сэм оборачивается, — уже не выдерживая обеспокоенного взгляда брата, — стоит ему только повернуться обратно к брату, как окно вдребезги разбилось.
Дин среагировал моментально: закрыл собой Сэма, не выстрелил, ведь до него дошло, что хоть они и в самом отдалённом номере, но всё же выстрел привлечёт внимание; а окна здесь каждый день бьются. Осколки от стекла всё же оставляют несколько мелких царапин на лице Сэма, как и на шее Дина.
Раны кровоточили слабо. Сэм сразу же взял за руку Дина и потянул его за ближайшую баррикаду. Перевёрнутый стол (после игры они так и не перевернули его). Дин держал пистолет на готове. Всё стихло. Были слышны лишь чьи-то шаги.
— Сэм, Дин?
Голос отца. Но они не выходили из укрытия, может это оборотень. Предполагаемый оборотень явно бежал от кого-то и скорее всего довольно долго. Джон же продолжал искать своих детей, хоть и голова после удара кружилась как колесо обозрения. Да и соображала видно плохо. Ведь он побежал прямо к детям.
Чёрт. Вампир же придёт сюда. Джон приготовил своё мачете и попытался не обращать внимания на сильную головную боль.
Дин видел как тёмный силуэт обнажил оружие. Хотел уже выйти, но Сэм его остановил. Винчестер старший остался в укрытии, внимательно наблюдая за силуэтом. Не так скоро появился второй силуэт, Сэм вскрикнул и сразу же закрыл рот.
Оба силуэта приближались к их укрытию, потому что услышали вскрик Сэма. Один и вовсе бежал. Дин время зря не терял, встав, он направил пистолет на этот силуэт и выстрелил прямо в голову. Второй, живой силуэт занёс мачете и отрубил голову тому, кого Дин пристрелил.
— Оставайся на месте, Сэмми. — приказал Дин брату, тот послушно кивнул и сильнее обнял свои колени.
— Собирайся. Живо. — сказал Джон. Дин узнал его только тогда, когда свет лампы осветил черты его лица.
— А как же… — Дин указывает на голову, очевидно, вампира, которую тоже можно было разглядеть благодаря свету лампы.
— Я что сказал? — повторит Джон, отвлекая внимание на себя. — Скорее.
Дин не смеет перечить. Он возвращается к Сэму, который всё так же обнимает свои колени. Да в таком положении и берёт в руки сжавшийся комочек. «Случайно» роняет лампу и, как-то ориентируясь в темноте, под ворчание Сэма, относит того в комнату. Они берут свои рюкзаки, еду, оружие под подушкой и другими подушками. Сэм ничего не говорит, слишком он привык к этому.
— Дин, у тебя на шее… осколок стекла? — говорит Сэм, когда чувствует, что рука его от чего-то потеплела. Оказалось от того, что он умудрился порезаться, когда его нёс Дин. — Я порезался.
— Так вот почему так болит. — говорит Дин и убирает не такой большой, но и не маленький осколок стекла. Он бросает его под ноги и прижимает левой рукой свою шею. — В машине залатаем раны.
Джон выкинул голову и тело через окно, убрал всё это подальше от их пути (когда постояльцы проснутся, то точно ахренеют). Как можно быстрее замёл следы. И, наконец, дал знак бежать из этого мотеля. Дети побежали за отцом через окно.
Добравшись до Импалы, Сэм сразу достал аптечку и начал обрабатывать рану Дина. Старший Винчестер не успел и слова сказать, как Сэм ему уже всё сделал. Впрочем, как только машина тронулась, он тоже перевязал руку Сэма и обработал все царапины на его лице.
— Уже не скучно? — лениво поинтересовался Сэм.
— Да после такого. любая скука сама себя закопает. — весело ответил Дин, не оборачиваясь.
На душе его не было так весело. Он думал, что если увидит человекоподобного вампира без головы, его, как минимум, будет мутить. Но ничего такого нет и не было, ему не хорошо, но и не плохо. Всё нормально; и это зверски пугает. Он так же может рубить головы и при этом не чувствуя ни страха, ни отвращения? Да и Сэм пугает… Неужели именно поэтому он дрожал? От скорого появления нечисти в их номере?
Сэма клонило в сон. Дин оборачивается и слабо улыбается. Ну по крайней мере бессонница ему точно обеспеченна.
— Дин, пообещай мне, — зевая, говорит Сэмми, — что никогда не бросишь меня…
— С чего бы это?
У Сэма слипались глаза.
— Да просто…
Он закрывает глаза. Мозг постепенно тоже отключается. Сквозь сон он еле-еле разбирает слова Дина.
—
Обещаю.
#Наше время.
Сэм невольно вспоминает Чикаго. После этого там они почти никогда не появлялись, по крайней мере отец там точно в розыске, может даже до сих пор. Несмотря на то, что к этому городу они не приближались, с ним осталось одно важное сейчас обещание. Обещание Дина. Сэм только сейчас понял, что брат его чуть не нарушил обещание. Если Дин помнит про это обещание и приходит каждую неделю только поэтому, то не всё потеряно. Человек-Дин ещё на связи. Это хорошо, правда?
«И сколько это «хорошо» продлится?» —
спрашивает сам у себя Сэм.
Дин махает рукой и к нему летит ноутбук Сэма. Этим он отвлекает брата своего от раздумий.
— В общем, Бел сказал, что дело появилось. Так что я пошёл.
— Погоди, Дин. — Сэм берёт нож в руки и убирает его. — Я всё равно поеду. Пусть убийца человек, но люди умирают.
— Как знаешь, — говорит Дин и касается дневника, — это дело ФБР и полиции, но раз у тебя в одном месте шило, то мне тебя не сдержать.
Дневник его отца лежит в переделанной кобуре для пистолета: с левой стороны книга, а с правой — пистолет. Дину нужно чуть приподнять свою рубашку и коснуться дневника, чтобы унять свой неконтролируемый гнев, который в последнее время начал каждую секунду напоминать о себе. Так он и сделал. Сэм заметил это, но ничего не сказал.
— Но, Сэм, — Сэм дёргается, когда слышит своё имя, — не оставляй Кастиила одного. Я уже напал на след его благодати. Потерпи неделю,
Сэмми, пожалуйста. — младший Винчестер расслабляется, когда слышит уже привычное ему имя. —
Кас, слышишь? Я пропаду на месяц или больше, вернусь уже с благодатью. Обещаю.
— Не касайся её, — говорит Кастиил когда Дин поднимает руку, — ты — демон. Благодать для тебя как святая вода, только в сто крат опаснее.
Дин хмуро кивает и, щёлкнув пальцами, пропадает. Лишь шлейф запаха тухлых яиц напоминает о том, что здесь был демон.
***
Тем временем в Аду уже во всю горели котлы с грешниками. Наверное, вы бы так и подумали, но котлов в Аду уже нет: слишком дорого нынче мастера куют. Душ у Кроули хоть лопатой копай, но души не деньги, по ветру их лучше не пускать. Себе хуже. Тем более в Аду давно из моды вышли котлы, сейчас всех грешников на цепи крепят, если конечно тело найти. А если не получится тело грешника материализовать, то что поделать: души приходится варить в потрепанном, но пока ещё рабочем котелке.
Но сейчас не о котлах. Сейчас о важном для всех демонов дне. Пришло то время, которое демоны ждут несколько столетий. Труд палачей наконец дал свои плоды: обращённые души перешагнули метку «10 000». На самом деле чуть меньше, но никто кроме Дэйнаса и Кроули об этом не знал, так что рядовые демоны считали, что было больше десяти тысяч.
Когда такое случается охотники чуть больше месяца не встречают демонов на Земле. Ведь все демоны собираются в огромном Адском Колизее, посмотреть на отбор демонов. Обычно, конечно, из десяти тысяч выходило десять, иногда сто новых демонов: смотря какое время. Цифры всегда прыгали как сумасшедшие, то демонов много, то ничтожно мало.
Просто мало настоящих грешников в Аду, большую часть занимают трусливые люди, продавшие душу. Так и сходки в Колизей были всё реже и реже. Вот и Кроули бывал лишь два раза там. Один, когда сам учавствовал в этом; второй раз, когда он был зрителем.
Если раньше демоны сами находили скопление душ, то сейчас всё нужно организовывать. И, конечно, от всего этого у Кроули начинала болеть голова. Мало того, что они припозднились (это ещё мягко сказано), так ещё и демонов всех толком не собрать, а Адский Колизей и вовсе чуть не валится. Первый месяц была реставрация этого самого Колизея, второй — сбор душ и демонов.
— Когда уже начало… — пробурчал Кроули, устало закрывая глаза.
— Слово молви, Царь Батюшка, да и начнётся.
Была, есть и будет всегда одна традиция: пленник возле Короля. Кроули противился. Ещё слушать всхлипы пленников под ухом. Конечно, ему же гула счастливых демонов мало. Но, к счастью, выбранный Дэйносом пленник, а точнее пленница, плевалась только ядом, что грело и душу (которой нет) и сердце Кроули.
Пленница — ведьма, что, конечно вызывает некую тревогу, но ко всему этому ещё и отвращение. Что поделать? Кроули мог только за цепь дёрнуть, чтобы железный ошейник на шее рыжей бестии заставил её хоть ненадолго заткнуться.
— Молвить слово-то можно, — устало отвечает Король Ада и протягивает руку, — но мне бы микрофон и две колонки.
Дэйнас рядом, кажись, уже приготовился навестить Землю, чтобы принести эти вещи своему Королю. Кроули сжал кулак и серый комок из дясятки тысяч душ появился прямо у носов демонов. Все послушно смолкли.
— Сегодня отбор демонов из кучки жалких, трусливых, но всё же изуродованных душ. — начал Кроули и отпустил руку. Все души послушно опустились на землю. — Останется сто, двести или вовсе один: мы не знаем. — те демоны, которые сидели в телах людей закатили глаза. Чёрные дымы тоже недовольно что-то прошипели, но Кроули продолжил. — Ещё раз напоминаю всем вам о том, к чему приводит сосуществование разных демонов на Земле и в Аду. К войне. Последнее время наблюдается неестественная активность демонов Абаддон. — демоны, как люди, начали обеспокоенно перешёптываться. — Но сейчас нас ждёт шоу. Посмотрим, сколько из десяти тысяч пополнят ряды демонов. Начинаем!
Чёрные дымы с трибун налетели на сероватые, ещё несформировавшиеся дымы душ. Те, кто в телах людей просто смотрели. Сильных демонов, то есть тех, кто мог управлять другими демонами не было, а вырываться из тела никто не хотел. Поэтому все смотрели на то, как более опытные демоны гоняют сероватые дымы.
— Вот и догонялки.
«Run» — так просто называлось одно из испытаний для душ. Их задача просто выжить. Конечно, это не так просто, если с одной стороны контролирует сам Король Ада, а с другой тебя «осалить» (впоследствии — убить) может демон. Серый дым должен избегать чёрного дыма и не только потому что так требуют правила, но и просто физически опасно.
Несформировавшиеся души имеют серый цвет потому что их не принял Ад до конца. Пепельная земля не жалует новеньких, но понимает, что они нужны. Поэтому, так уж получилось, когда демонов стало намного больше, Ад одарил демонов даром убивать «серые» души. После демоны сами построили этот Колизей, испытания и так далее. Такое выживание у демонов.
«Ещё десять минут, не так уж много».
Пленница рядом, словно прочитав мысли Кроули, закатила глаза.
***
— Чего призвал меня?
Дин, по традиции, занёс над головой Бельфегора ангельский клинок. Оружие, впрочем, не достало прыткого демона, лишь отрезало несколько волосков. По помещению пронёсся звон металла об металл, а если точнее удара двух клинков. Откуда Бел достал ангельский клинок, Дин знать не хотел.
— Соскучился, — говорит Бельфегор и убирает свой кинжал. Дин вторит ему и садится рядом, — а если серьёзно, я почувствовал твои скачки, вот и забеспокоился.
— Как мило.
Бармен, который явно привык к таким выходкам от своих посетителей, ничего не сказал насчёт их мини-драки. Хотя, этой дракой назвать нельзя. Впрочем, как и упоминалось, бармену, как и посетителям, было на это глубоко наплевать.
Рядом один уже обнюхался, облевался, отпился и прошёл это всё по четыре раза, чуть не помер, но всем всё равно. Другая девушка, чуть дальше от демонов, вонзает себе в горло шприц, то ли с ядом, то ли с наркотиками. Может, слышала она про яремную вену, посчитала, что будет быстрее. Но, видно не расчитала; так и погибла. Всем всё также наплевать на неё, да и друзей у той девушки нет. Если кто и бросил на неё свой взгляд, то явно думает, что она просто напилась и уснула.
Бельфегор же видел жнеца, который забирал её душу. Глаза демона при этом побелели. Глаза Дина тоже инстинктивно почернели, когда он почувствовал неладное. Обернулся и сам узрел жнеца. Тот никакого внимания на демонов не обратил, да и ушел с этой душой, скорее всего в Ад, а может и в Рай… Думать об этом было как минимум глупо, поэтому Дин и Бельфегор лишь плечами пожали и, наконец, после долгого лирического отступления, вернулись к выпивке.
— Ну как твой демон поживает? — Бельфегор честно устал убеждать Дина в том, что его не существует.
— Говорит, что Ад зовёт. — фыркает Дин и отпивает глоток огненной жидкости.
— Ясное дело. Сегодня день отбора душ. — отвечает Бельфегор, не решаясь пока сделать хоть глоток. — Впрочем, ради этого я тебя позвал. Метка всё так же вопит?
— Повторите. — говорит Дин бармену, тот кивает и забирает уже пустую стопку. Берёт стакан чуть побольше, на что бармен получает одобрительный взгляд демонов. — Я уже говорил, что метка орёт как резаная. Единственное моё желание сейчас, это просто перерезать всем глотки.
Бармен возвращает уже полный стакан, делая вид, что не слышал слова Винчестера.
— Тогда нам всё же придётся спуститься в Ад, — хмуро говорит Бельфегор и опустошает вместе с Рыцарем и свою стопку, — как не крути тебе необходимо подпитывать метку кровью. А серые души идеальный вариант. Так и демонов будет намного меньше и метка утихнет.
— И что за стокилометровка была от демонов всё это время? — недовольно бурчит Дин. — Смысл этих пряток тогда, если мы сами в лапы Кроули идём?
Бельфегор не отвечает на этот вопрос.
— В Ад попасть легко. — начинает он и улыбается. — Там можно узнать, как попасть на Небеса…
— Пошли.
И вновь шлейф сероводорода остаётся на местах, где раньше сидели демоны.
