Coil

***

Северус отложил книгу с тяжелым вздохом. Он уже больше часа безуспешно пытался произнести написанное там заклинание. Сколько бы раз он ни перечитывал этот отрывок, ни махал палочкой, ни загадывал очень—очень сильно — ничего так и не произошло. В любой другой ситуации Северус бы уже просто сдался. Как бы то ни было, подобное заклинание было практически бесполезным. Но Дадзаю нужно было выучить его, и Северус был в недоумении относительно того, как мальчик будет учиться сам без наставника. Мерлин знал, что мальчику нельзя доверять выполнение письменных заданий, не говоря уже о том, чтобы потратить время на изучение этого заклинания без направляющей руки. Как раз в тот момент, когда Северус сокрушался о предстоящем уроке, дверь в его кабинет внезапно распахнулась. На долю секунды сердце Северуса упало. Только не Гилдерой, снова врывающийся сюда.! Он резко вскинул голову, готовый прогнать автора едким словом или двумя. Но вместо громкой и броской фигуры Гилдероя Локхарта у своей двери Северус увидел посетителя гораздо меньшего роста. —Ты что, не знаешь, как стучать, мальчик? Дадзай отмахнулся от него с неизменной дразнящей улыбкой на лице. —Не похоже, что ты ждешь кого-то еще прямо сейчас, не так ли? Невольно глаза Северуса автоматически прошлись вверх-вниз по фигуре Дадзая в поисках повреждений. Быстрый осмотр, однако, не выявил ничего подобного. Только тревожные (но не неожиданные) повязки мальчика и те странные перчатки, которые он начал носить в этом году. Если у Дадзая и были какие-то травмы —членовредительство или что-то еще — они были прикрыты. Северус прищелкнул языком. —То, что я знаю, что ты придешь, не повод отказываться от хороших манер. —Верно, верно. Но ты уже знаешь, что я груб, так что нет особого смысла притворяться, — сказал Дадзай, явно не обеспокоенный тлеющей усмешкой мастера зелий. Любой другой студент задрожал бы. Как всегда, Дадзай был далек от того, чтобы быть просто «любым другим студентом». —Что у нас на уроке на этой неделе, профессор? —Сегодня мы будем работать над произнесением заклинаний. Северус почувствовал, как его глаза сузились. —И следите за своим языком. —Ах… Я слежу за этим, сэр. Северус сильно сомневался в этом. К счастью, Дадзай не сделал еще одного дерзкого замечания. Вместо этого он молча закрыл дверь за своей спиной. Только когда дверь закрылась и они остались по-настоящему одни, Дадзай развернулся к нему лицом. То же дразнящее выражение. Тот же веселый блеск в его глазах. Северус вздохнул. —Садись, — приказал он, указывая на стул напротив него за столом, — чем скорее мы начнем, тем скорее ты уберешься от меня. Только Дадзай не сделал ни малейшего движения, чтобы сесть. Он твердо стоял на месте, оглядывая комнату двумя проницательными глазами. Его взгляд перебегал с одного предмета на другой, задерживаясь на учебниках, незаконченных зельях, аналоговых часах, стоящих на столе Северуса… Казалось, он не искал ничего конкретного. Но через мгновение предположение Северуса оказалось неверным, когда Дадзай спросил: —Я нигде не вижу Чувствительного камня. Северус хмыкнул. —Мы не будем использовать его сегодня. Сядь. На долю секунды на лице Дадзая промелькнуло выражение, которое Северус не смог расшифровать. Затем нахальная улыбка вернулась на свое место. Дадзай сел. —Мадам Помфри не доверяет вам позаботиться об этом, да? — поддразнил мальчик. —Взрывной темперамент профессора Снейпа, небось, разрушил бы его случайно. Бровь Северуса дернулась. Его пронзило раздражение. —Следующее слово, сорвавшееся с твоих губ, принесет тебе задержание. Дадзай открыл рот, помолчал, затем, казалось, передумал. Его рот захлопнулся с щелчком. Хорошо. По крайней мере, у мальчика в его пустом черепе еще оставались какие-то мозговые клетки. Может быть, они все-таки смогли бы сделать этот урок полезным. —Чувствительный камень был подарен Поппи в медицинских целях, — объяснил Северус. —Вам не пойдет на пользу, если это будет присутствовать на этом уроке. Если только вы не захотите придумать другой ответ на простой вопрос «какой цвет вы видите?» —Я не лгал, говоря, что вижу белый, — сказал Дадзай, надувая щеки. —Профессор Снейп просто не доверяет мне! Северус приподнял бровь. Внезапно детские надутые губы Дадзая превратились в маленький разинутый рот. Он поднял руку, чтобы прикрыть рот. —Упс… — он замолчал, выглядя смущенным. — Я полагаю, ты не сжалишься надо мной и не отменишь свою угрозу насчет задержания? Северус проигнорировал его, заработав в ответ отрывистое «эй, не отворачивайся просто так». Вместо того, чтобы заглотнуть наживку, Северус воспользовался моментом, чтобы убрать со своего стола бумаги. Когда осталась только книга заклинаний, которую они будут использовать на уроках, он оглянулся, чтобы встретиться взглядом с Дадзаем. Несмотря на то, что мальчик выглядел скромным, он, казалось, не особенно беспокоился о наказании, которое теперь нависало над ним. Сопляк. Северус подвинул книгу заклинаний через стол, затем развернул ее так, чтобы Дадзай мог прочитать. —Прочти отрывок под названием Мотус Субтилис, пока я готовлю чай. Ты попрактикуешься произносить это заклинание, как только закончишь. —Мы будем пить чай? Как в старые добрые времена! Дадзай захихикал, наклоняясь вперед на своем стуле. Его глаза были прикованы к книге, очевидно, он читал. Когда Северус секунду не отвечал, только свирепо смотрел на него, Дадзай поднял взгляд. —Поскольку у меня уже есть наказание, не имеет значения, продолжу ли я говорить сейчас. —Будет два наказания. —Почему бы не провести сразу третий раунд? —Спросил Дадзай, снова опуская глаза к книге. Его глаза быстро пробежали по странице, но Северус не был уверен, сколько мальчик на самом деле может читать с такой скоростью, одновременно поддерживая беседу. —Не то чтобы у меня было много других дел… Эй! Может быть, вы сможете оставить меня после уроков на следующем занятии профессора Локхарта? Ему это не понравится! Помимо его воли губы Северуса изогнулись в безошибочно узнаваемой улыбке. Представив, как напыщенная, высокомерная ухмылка Гилдероя смягчилась от оскорбления — Северус подавил ухмылку прежде, чем Дадзай смог поднять взгляд. —Нет. Возвращайся к чтению. —Я читаю и разговариваю, — раздраженно ответил Дадзай. Верный своим словам, взгляд Дадзая по-прежнему был прикован к странице. —В любом случае, если мы говорим о Локхарте… —Нет, — повторил Снейп. Говоря это, он с помощью магии поставил чайник на свой стол и осторожно зажег под ним огонь. Еще несколько тихо произнесенных заклинаний наполнили воду и собрали кружки. К тому времени Дадзай перевернул страницу. —Несмотря ни на что, Гилдерой уже предъявил мне достаточно жалоб на тебя. Кажется, он воспринимает эти уроки лечебной магии как личное оскорбление своей чести. Дадзай фыркнул. —Конечно, так и есть. В конце концов, он же защитник народа. Во всем, что говорил Дадзай, был живой юмор, как будто он был посвящен в какую-то внутреннюю шутку, о которой Северус мог только догадываться. Северус не был уверен, должно ли такое пресыщенное отношение раздражать его или нет. С одной стороны, это говорило ему о том, как мало Дадзай уважал своих профессоров. С другой стороны, Северус никогда не знал ни одного студента, который бы его не боялся. Он не зашел бы так далеко, чтобы сказать, что это нечто новенькое. Но это было довольно любопытно. Все в Дадзае Осаму вызывало любопытство. Вот почему заклинание Мотус Субтилис был не единственной темой разговора, запланированной на сегодняшний урок. Северус почувствовал, как его глаза сузились, когда он наблюдал, как мальчик читает. С момента своего разговора с Поппи на днях Северус не мог отделаться от назойливого вопроса: что же такое Иокогама? Это был город — это был дом Дадзая. Но это было еще не все. Что-то, что Йокогама скрывал от остального мира. Что-то, о чем мог знать только Дадзай. Северус намеревался спросить его об этом сегодня, надеясь, что это не вызовет слишком серьезных подозрений у мальчика. Полушутливое замечание Поппи о том, что это похоже на их собственное магическое общество, только затянуло узел на его груди. Это было абсурдное утверждение! Но… Северус вспомнил слишком короткий разговор, который состоялся у него с Альбусом годом ранее. Разговор о так называемых пользователях с особыми способностями. Если подобная группа могла существовать без чьего-либо ведома, могла ли Иокогама скрывать что-то подобное.? —Похоже, вы слишком напряженно думаете — сказал Дадзай. В какой-то момент, пока Северус погружался в свои мысли, Дадзай перестал читать, чтобы вместо этого понаблюдать за ним. —Я практически вижу дым, идущий из ваших ушей, сэр. Если вы будете слишком усердно думать, ваш мозг взорвется, как самодельная бомба. И мозговое вещество будет разбросано повсюду! Губы Северуса скривились. —Возвращайся к чтению. Дадзай моргнул. Выражение его лица никак не отражало того, о чем он на самом деле думал. —Я закончил. На этот раз настала очередь Северуса ошеломленно моргать. Хотя отрывок, который он поручил прочитать Дадзаю, был не особенно длинным, текст был очень плотным. Он был полон сложной терминологии и словарного запаса на несколько уровней выше, чем у двенадцатилетнего подростка. Глаза Северуса сузились. —Ты просто просмотрел это, — предположил он, и сердитый взгляд сильно окрасил его слова, — Учитывая, что тебе вскоре предстоит выполнять это заклинание, простого извлечения информации из одного-двух абзацев будет недостаточно. Не испытывай мое терпение, мальчик. За исключением того, что вместо того, чтобы вернуться к книге, как это сделал Северус, взгляд Дадзая посуровел. Он выдержал пристальный взгляд Северуса. —Почему вы всегда думаете, что я лгу вам, сэр? Дадзай произнес слово «сэр» так, как будто это было оскорбление. Возможно, для него так оно и было. —Ты, наверное, еще не дочитал это до конца! — огрызнулся Северус. Раздражение покалывало его кожу. —Не торопись и прочитай это как следует, или я придумаю для тебя наказание похуже, чем задержание. Очевидно, угроза задержания потеряла свою власть над Дадзаем. Ему нужно было что-то более угрожающее. Возможно, что-то связанное с Гилдероем. Если верить словам Дадзая, ему нравился этот кричащий мужчина не больше, чем Северусу. Но, опять же, Дадзай ни в малейшей степени не выглядел отчитанным. Вместо этого он скрестил руки на груди, все еще не сводя глаз с Северуса. Затем, с величайшей уверенностью, он продекламировал: — Мотус Субтилис — одно из самых точных и трудных заклинаний для использования среднестатистическим заклинателем из-за бесконечно малого требования к скрытым магическим манипуляциям. Использование более чем минутного количества магии делает это заклинание устаревшим. Таким образом, использование Мотус Субтилис более практично как стимул для магических исследований или личного совершенствования, а не как ресурс в полевых условиях…— Дадзай умолк, его голос звучал скучно. Он ни разу не оглянулся на книгу. —Мне продолжать, сэр? Северус уставился на него. Его рот открылся без его разрешения. Дадзай не только только что рассказал ему содержание книги, но и процитировал его. Слово в слово. Как.? —Как ты это сделал? — Спросил Северус. Он потянул книгу к себе, проверяя, что — да. Слово в слово, точно. Это было невозможно, чтобы Дадзай запомнил первый абзац, прочитав его всего один раз. Должно быть, он каким-то образом подглядывал за ним. Только Северус знал, что это не так. Он видел своими собственными глазами. Дадзай пожал плечами, как будто только что не совершил чего-то невероятного. —Все так, как я тебе сказал: я закончил читать это. — Это не… На этот раз вечно хмурый вид Северуса подвел его. В его голосе появилось недоумение. —Ты читал эту книгу раньше? —Нет. Нос Дадзая сморщился так, что Северус подумал, что он обиделся. — Зачем мне книга заклинаний, если я не могу произносить заклинания? Глаз Северуса дернулся. —Не играй со мной в скромницу. Он смерил Дадзая суровым взглядом. —Ты в точности пересказал мне содержание книги. — Что? Ты хотел, чтобы я неправильно рассказал.? — Спросил Дадзай. На этот раз Северус был уверен, что мальчик оскорблен. Как будто подвиг, который он только что совершил, был не только типичным, но и ожидаемым от него. Северус открыл рот, затем закрыл его. В конце концов, ему не хватило слов. Шипение пара избавило Северуса от необходимости отвечать. Он погасил пламя взмахом магии, заставив чайник замолчать. Наливая дымящуюся воду в две кружки, Северус задумчиво посмотрел на Дадзая. Мальчик больше не наблюдал за ним. Вместо этого он обратил свой пристальный взгляд на офис вокруг них, снова перебегая глазами с одного предмета на другой. Дадзай, должно быть, не нашел того, что искал, потому что он громко фыркнул и откинулся на спинку стула. С тех пор как они впервые встретились, у Северуса возникло ощущение, что Дадзай умен — было что-то в его лукавых улыбках и в том, как огоньки мерцали в его глазах, когда он был удивлен. И хотя какая-то часть Северуса всегда придерживалась этого убеждения, он быстро отбросил его, увидев оценки Дадзая. За три недели занятий Дадзай перешел с пятерки на тройку, затем на четверку. Он никогда не выполнял домашние задания и редко сдавал тесты. На самом деле, Северус был уверен, что единственная причина, по которой Дадзай вообще пропустил свой первый год, заключалась в полном фиаско с Квирреллом. Но это… Северус налил порцию меда в кружку Дадзая, прежде чем подвинуть ее через стол. Это была та же самая кружка с картинкой из змеиной кожи, который он давал мальчику в прошлом году. Взгляд Дадзая метнулся прямо к нему, оторвавшись от часов на столе Северуса. Он взял его без колебаний. —Спасибо, сэр. Пар клубами поднимался вокруг его лица. Северус кивнул, молча наполняя свою чашку так, как ему больше нравилось. Он встретился взглядом с Дадзаем через стол. —Каждый ли студент в Йокогаме может так быстро запоминать тексты? —Только те, кто хорошо себя ведет, — сказал Дадзай, дуя на свой чай. Северус удержался от резкого ответа. Дадзай Осаму был кем угодно, только не воспитанным! Судя по ухмылке, которую Дадзай прятал под своей кружкой, мальчик прекрасно осознавал этот факт. Однако, прежде чем Северус смог отчитать его за это, Дадзай заговорил. —Эти часы сломаны. Северус проследил за взглядом своего ученика на его стол. Стоящие там аналоговые часы были маленькими и сделаны из темного дерева. Однако, как и заметил Дадзай, их стрелки совсем не двигались вперед. Они упрямо стояли ровно на отметке двенадцать. Северус повернул их, чтобы Дадзай мог лучше видеть циферблат. —Эти часы послужат тебе уроком на сегодня. При этих словах Дадзай сел немного прямее, явно заинтересованный. Он несколько долгих секунд смотрел на часы, прежде чем покачать головой. —Ну и как же? Это просто сломанные часы. —Ты читал главу о Мотус Субтилис. И еще кое-что, очевидно. Скажи мне, что делает это заклинание? Дадзай нахмурился, явно все еще расстроенный прежним недоверием Северуса. —Мотус Субтилис является катализатором невероятно мелких изменений в—… —Прекрати. Северус поднял руку, останавливая Дадзая. — Расскажи мне своими словами. Если ты просто собираешься выплюнуть мне в ответ то, что написано в книге, ты вообще ничего не выиграешь от этого урока. Дадзай замолчал, все еще с приоткрытым ртом. На секунду показалось, что все его существо замерло, неуверенное в том, какой шаг ему следует предпринять следующим. Небольшая морщинка залегла между его бровями. Медленно Дадзай ответил: — Это заклинание для перемещения предметов только на очень, очень малую величину. Доли долей. Дадзай снова сделал паузу. Но Северус мог сказать по тому, как его глаза задумчиво блуждали, что Дадзай еще не закончил. Он просто пытался подобрать правильные слова. Северус сделал глоток чая, пока Дадзай размышлял. — Он используется для таких незначительных движений, что вы бы даже не заметили, если бы не смотрели прямо на объект. Точные, отточенные движения — как в операционной. Он постучал пальцем по краю своей кружки. — Вы же не хотите перемещать скальпель на целый сантиметр, а только на малую его часть. Это едва требует малейшую энергию, чтобы переместить скальпель на такое небольшое расстояние, но если вы не будете чрезмерно сосредоточены на движении своей руки, то в конечном итоге проткнете то, чего не хотели. — Убивать пациента и заливать кровью все вокруг — это такой беспорядок, — наконец сказал Дадзай, его глаза заблестели, когда он посмотрел на Северуса в поисках одобрения. Северус моргнул — это, безусловно, был один из способов понять заклинание Мотус Субтилис. Хотя, когда он думал об этом, это не было необычным способом для магглорожденного понять магию. Он нашел способ связать почти неслыханное заклинание с маггловскими практиками. Северус был почти впечатлен, особенно учитывая, что он сам изо всех сил пытался представить какие-либо практические сравнения для подобного заклинания. Это и… —Твой отец врач, не так ли? Дадзай легко кивнул, но от Северуса не ускользнуло, как на мгновение напряглись его глаза. —Он и раньше проводил множество операций… Значит, это заклинание немного похоже на это? Северус на секунду задумался. Затем: —Это подходящее сравнение. Хотя Мотус Субтилис видит меньше практического применения. —Верно, — согласился Дадзай. Теперь он, казалось, был в ударе. — Поскольку у вас у всех есть исцеляющие заклинания, я думаю, хирургические заклинания не принесут большой пользы. Значит, это просто для практики магического контроля? —В данном случае мы будем использовать его для управления уровнем вашей магической чувствительности. Теперь настала очередь Дадзая остановиться и подумать. Он снова взглянул на часы, но о чем бы мальчик ни думал, вслух он этого не высказал. Северус прочистил горло, возвращая внимание Дадзая к себе. — Текущая теория Поппи заключается в том, что, если вы будете практиковать заклинание, подобное Мотус Субтилис, требующее такого небольшого количества магии, ваше тело может постепенно привыкнуть к большему количеству на будущих уроках. Дадзай понимающе кивнул. — В прошлом произнесение заклинаний для вас было сродни переходу от нуля к сотне за секунду. Поскольку для функционирования этого заклинания требуется почти незаметное количество магии, надеюсь, оно не так сильно шокирует ваш организм. Северус сделал паузу, пытаясь оценить выражение лица Дадзая. В прошлом он видел, как мальчик болел и терял сознание после произнесения заклинания. Такое незначительное заклинание, вероятно, не имело бы такого же эффекта, но он не был уверен. Неуверенность скрутила Северуса изнутри. —Вы говорите не очень уверенно, сэр, — прокомментировал Дадзай. Он отхлебнул из своего чая. Секунду спустя Северус тоже сделал глоток. Это согрело его изнутри. — Это всего лишь тест. Учитывая, что я никогда раньше не обучал кого-либо с вашим состоянием, мы не можем быть уверены, сработает ли этот метод. Если хотя бы на секунду вы почувствуете головокружение или недомогание, немедленно прекратите кастинг. Я ясно говорю? —Профессор Снейп сегодня ужасно суетливый—… —Я ясно выразился?! Дадзай несколько раз моргнул, на его лице было написано удивление. Он явно взял себя в руки. —Кристально ясно, сэр. Северус выдохнул. —Хорошо. —Тогда для чего эти часы? — Спросил Дадзай, быстро продвигаясь вперед. —Полагаю, я должен как-то использовать Мотус Субтилис на них. Северус секунду наблюдал за ним. Он вздохнул. — На сегодняшнем уроке вы будете использовать заклинание Мотус Субтилис, чтобы передвинуть секундную стрелку на один тик вперед. Глаза Дадзая на мгновение расширились, и он наклонился вперед на своем стуле, чтобы осмотреть сломанные часы. Северус специально выбрал часы для этого урока. Если бы Дадзай смог правильно произнести заклинание, у него был бы четкий показатель прогресса мальчика. Перевод часов на одну секунду вперед означал бы одно успешное произнесение заклинания и так далее. Хотя Северус и не ожидал, что Дадзай успешно произнесет заклинание всего за один урок. Дадзай столкнулся со значительным препятствием, и это было не то, что он смог бы преодолеть за один урок. Но, надеюсь, через несколько недель практики, и он, возможно, смог бы наложить Мотус Субтилис один или два раза. Не помогло и то, что сам Северус был не в состоянии наложить такое тонкое заклинание. —Всего один тик? Северус оторвался от своих мыслей. —Это заклинание не способно на большее количество движений. Мотус Субтилис использует такое малое количество магии, что не может сдвинуть предметы даже на дюйм. Дадзай понимающе промычал. Он сделал большой глоток из своего чая, прежде чем поставить его на стол. Северус наблюдал, как Дадзай достал из-под плаща волшебную палочку и сделал несколько пробных взмахов. Очевидно, мальчику не терпелось сразу приступить к уроку. —В книге не упоминалось о каком-либо конкретном движении палочкой, — сказал Дадзай, взмахнув запястьем. Но, поскольку Дадзай не произнес ни одного заклинания, никакая магия не ожила на другом конце его палочки. Северус хмыкнул. Это была еще одна проблема. —Нет. И это заклинание слишком старое и совершенно не практикуется в наше время, чтобы я мог найти правильное. А пока попробуйте любое движение, которое покажется вам наиболее естественным. Если повезет, следующий визит Северуса в библиотеку откроет более подробный отчет о методах наложения Мотус Субтилис. — Самый естественный, да?.. — пробормотал Дадзай. Проверяя, он сделал несколько взмахов палочкой, затем пару широких взмахов. Он покрутил запястьем, поменялся руками с палочкой, затем поменялся обратно. Несколько минут прошло почти в тишине, пока Дадзай выбирал правильное движение палочкой. —Хорошо, — сказал он, лучезарно поворачиваясь к Северусу, — Думаю, у меня получилось. —Тогда начинай практиковаться, — сказал ему Северус. Несмотря на то, что его ожидания были достаточно низкими, мастер зелий не смог сдержать заинтересованного гудения в груди. Однако в его тоне не чувствуется никакого волнения. —У меня не весь день впереди. Помните, что я говорил о плохом самочувствии. Дадзай покрутил палочку в руке. В перчатках дерево казалось идеально гладким и без бороздок. Он сжал ее. Какой способ держать палочку был самым естественным? Дадзай понятия не имел. По его мнению, все, что связано с палочкой, с самого начала казалось неестественным. Он гораздо больше предпочитал ощущение холодной стали под ладонью теплому, жужжащему дереву волшебной палочки. Щелчок пистолетного курка наполовину произнесенному заклинанию. Хотя Дадзай провел приличную часть предыдущего года, бесплодно вертя в руках свою палочку, он никогда не чувствовал себя в ней очень комфортно. Вместо этого, она казалась бесполезной. Дадзаю не нравились бесполезные вещи. Говоря о бесполезных вещах — Дадзай убрал палочку и поднес кружку с чаем ко рту. Сладкий привкус меда задержался на его языке. —Помни, что я сказал о плохом самочувствии, — говорил Снейп, серьезно глядя на Дадзая. На секунду Дадзай подумал о том, чтобы сказать своему профессору: «Как только я начну кастовать, меня стошнит», но решил этого не делать. Снейп и без того слишком беспокоился о своем так называемом состоянии. Дадзаю не нужно было, чтобы он мчался на поиски мадам Помфри каждый раз, когда он чуть выше приподнимал свою палочку. —Я обязательно остановлюсь, — сказал вместо этого Дадзай. И он бы остановился. В конце концов. Может быть, после нескольких десятков попыток или около того. Снейп наблюдал за ним долгую секунду, прежде чем, наконец, кивнул. Очевидно, он не уловил лжи в словах Дадзая. Получив разрешение, Дадзай обратил все свое внимание на сломанные часы Снейпа. Несмотря на все время, прошедшее за время их встречи, оно все еще не сдвинулось ни на секунду вперед. Теперь, зная, в чем заключался сегодняшний урок, Дадзай понимал почему. Он должен был стать толчком для его отсчета. Он прищурился, глядя на это, затем приготовил свою палочку. Одно заклинание Мотус Субтилис должно переместить секундную стрелку вперед на один тик. Вот и все. Ничего большего. Это было достаточно просто. И хотя Дадзай мог просто наклониться вперед и нажать на часы пальцем, это скорее сводило на нет цель этого урока. Теперь Дадзаю просто нужно было сосредоточиться. Но… Сосредоточиться на своей волшебной палочке или на секундной стрелке часов? Или на ощущении магии, витающей вокруг них в воздухе? Хотя, может исходя из того, что он узнал с помощью Чувствительного камня на прошлой неделе? Дадзай не был уверен, что он вообще должен был чувствовать всю скрытую магию вокруг них. Он мельком подумал спросить Снейпа об этом, но быстро передумал. Последнее, чего он хотел, это чтобы Снейп снова посмотрел на него широко раскрытыми глазами. —Долго еще проблемный ребенок? Что я говорил о времени? Дадзай фыркнул. —Я думаю. Он не повернулся, чтобы увидеть выражение лица Снейпа, но Дадзай был уверен, что мужчина закатил глаза. Неважно — сейчас Дадзай сосредоточился. Сосредоточился на.? Дадзай сделал глубокий вдох. Это охладило его горло и успокоило его по большей части несуществующие нервы. Магия в воздухе закружилась, но Дадзай проигнорировал это. Дадзай сосредоточился на кончике своей палочки. Для такого точного заклинания, как это, решающее значение должны иметь точные движения палочки. Держа палочку ровно, Дадзай слегка взмахнул ею. —Мотус Субтилис, — прошептал он. Он оживился, наблюдая— Ничего. Часы решительно молчали; стрелки все еще стояли на отметке полудня. Дадзай нахмурился, опустив взгляд на свою палочку, чтобы посмотреть на нее. —Попробуй еще раз. Дадзай перевел взгляд на Снейпа, который выжидающе наблюдал за ним. —У вас нет никаких подсказок? Снейп приподнял бровь, но на этот раз никак не прокомментировал наглое замечание. —К сожалению, я подозреваю, что только человек с такой высокой магической чувствительностью, как у вас, сможет наложить заклинание. Дадзай моргнул, на мгновение сбитый с толку своим сердитым взглядом. —Ты не можешь использовать его? Спросил он, несколько удивленный. Читая учебник, Дадзай не понял, что Мотус Субтилис невозможен. В книге это описывалось как сложное, но не выходящее за рамки возможного. На самом деле, у Дадзая возникло ощущение, что Мотус Субтилис — это заклинание, которое может сотворить любой, если захочет по-настоящему отточить свою магию. Хотя, теперь, когда Дадзай подумал об этом, Снейп предположил, что заклинание на самом деле больше не используется. Возможно, знания о Мотус Субтилис исчезли вместе с его популярностью. —Хм. Полагаю, тогда мне придется делать всю работу за нас двоих. Снейп вздохнул. В его вздохе звучало глубокое огорчение (Дадзай сомневался, что его дерзкая ухмылка сильно помогала делу). Все еще. Было интересно узнать, что Снейп ожидал, что он выучит заклинание, которое, предположительно, невозможно выучить. Дадзай снова поднял свою палочку. На этот раз он сосредоточился на часах и сделал своей палочкой длинный, драматичный взмах. Она рассекла воздух со свистом! —Мотус Субтилис! Прошла секунда, стрелка часов не двигалась. —Черт, — выдохнул Дадзай. Что-то перевернулось у него в животе. —Следи за языком. Дадзай искоса взглянул на своего учителя, прежде чем снова повернуться к часам. Он попробовал другое, теперь нерешительное, заклинание. Снова: ничего. Очевидно, он действовал неправильно. Это не сработало. И хотя Больше не Человек продолжал периодически жужжать ему, ни одна магия вокруг них не реагировала на призыв Дадзая. Он задумчиво постучал пальцами по краю палочки. — Я уже применял заклинания в прошлом. Что тогда помогло? — Возможно, — протянул Снейп, — если бы вы тратили больше времени на заклинание и меньше думали о нем, вы могли бы добиться реального прогресса. Дадзай, хотя сейчас в основном игнорировал своего профессора, автоматически ответил: —Только потому, что вы не хотите привести мне пример, я должен продолжать вот так останавливаться. О. Дадзай моргнул. Это оно. Снейп, сидящий напротив, ощетинился. Уголки губ Дадзая опустились, а глаза задумчиво сузились. В прошлом Дадзай знал, что он не изучал заклинания традиционным способом. Другие ученики слушали, как их инструкторы описывают надлежащий этикет применения заклинаний, а затем практиковались сами. В течение нескольких часов попыток они обычно могли достаточно хорошо произнести данное заклинание. Для Дадзая, однако, у него всегда был пример. Нет — ему нужен был пример. Потому что ему нужна была помощь не в том, как держать палочку или произносить слова. У него были достаточно твердые руки и он уже неплохо владел несколькими языками. Что нужно было Дадзаю, так это почувствовать заклинание. Инсендио ощущалось как щелчок. Вингардиум Левиоза был волнистым. Вердимилиус чувствовал дрожь. Как только Дадзай смог представить, на что похожа магия, он смог применить ее. Правда, за этим последовали головные боли и рвота продолжительностью в несколько часов. Но это не имело отношения к делу. Дадзай хмыкнул, осознав проблему: он не знал, на что должен был быть похож Мотус Субтилис. И без Снейпа, который мог бы привести пример, Дадзай действительно не был уверен, с чего начать. Как должна была отреагировать магия? Какую форму он должен придать магии? Дадзай отложил палочку и в задумчивости закрыл глаза. Мотус Субтилис был немного похож на Вингардиум Левиоса, не так ли? Только в гораздо меньшем масштабе. Так что это должно ощущаться волнообразно, но более контролируемо… —Мистер Дадзай, — вмешался рычащий голос Снейпа, — должен ли я напомнить вам, что на этом уроке будем только мы вдвоем. Спрятаться за парту и вздремнуть не останется незамеченным. —Я думаю, — повторил Дадзай. Снейп помолчал секунду, затем добавил: —У меня нет времени весь день ублажать тебя. —Нет, но у тебя есть время до четырех. Трепещущий и волнистый… нет, это слишком неуравновешенно. Заклинание, подобное этому, должно быть более точным… — Я не знаю, на что похожи занятия в Йокогаме, но обычно именно профессор отдает приказы, — сказал Снейп. Дадзай почти не слушал. — Не думай, что знаешь мое расписание. Я не могу представить, чтобы учителя в каком-либо сообществе больше принимали такое отношение, как у вас. — Я бы не знал, — небрежно сказал Дадзай, все еще пытаясь сформировать заклинание в своей голове. Немного строже, намек менее расплывчатый… —Я учился на дому. К тому же, Мори считает, что это мило, когда я им командую… —…Понятно. Полагаю, из врача получился бы хороший учитель. — Ну конечно. Когда он не занят тем, что зашивает этих идиотов после того, как они сами себя подстрелят, —задумчиво пробормотал Дадзай, не сводя взгляда с часов. —Подстрелен… — промычал Снейп себе под нос. Затем: —В Йокогаме много преступлений? Вопрос на мгновение вывел Дадзая из задумчивости. Он моргнул, глядя на Снейпа. Преступность в Йокогаме.? Дадзай ничего не мог с собой поделать: он расхохотался. Снейп напрягся. Он уставился на Дадзая широко раскрытыми глазами, явно не ожидая такой бурной реакции на в остальном безобидный вопрос. Его рот открылся и закрылся, очевидно, неуверенный, что сказать дальше. После того, как мгновение, его рот захлопнулся, и Снейп вообще ничего не сказал. Дадзай фыркнул. Хорошо. Разве он не видел, что Дадзаю нужно сосредоточиться? Это заняло несколько секунд, но, в конце концов, последние остатки смеха наконец перестали сотрясать его. Дадзай издал удивленный и запыхавшийся вздох. Верно. Хватит смеяться. Теперь пришло время сосредоточиться. Дадзай снова закрыл глаза. У него почти возникло ощущение, что он разгадал заклинание, подобное Мотус Субтилис. Теперь ему просто нужно было воплотить это в реальность. Более контролируемый Вингардиум Левиоса. Точный и безошибочный. Как острие иглы, рассекающее воздух и пронзающее цель. Продвинувшись вперед всего на один тик. Атом, смещающийся чуть влево. Скальпель Мори. Дадзай сосредоточился на себе, чувствуя, как что-то тяжелое оседает у него в животе. Закрыв глаза и положив руки на колени, Дадзай пробормотал: —Мотус Субтилис. Тик. Глаза Дадзая распахнулись. Снейп на другом конце стола, казалось, наполовину вскочил со своего места. Самая маленькая стрелка часов храбро передвинулась вперед на одну секунду. —Ой. Я сделал это, — довольно промурлыкал Дадзай. Так вот на что должен был походить Мотус Субтилис. Дадзай предполагал, что наличие примера ускорило бы процесс, но в целом это не был неудачный урок. В конце концов, он смог создать магическую подпись, которая сработала. Внутренне Дадзай запечатлел ощущение Мотуса Субтилиса в памяти. Интересно, что Дадзай отметил, что он не чувствовал себя особенно больным после заклинания. Снейп был прав: Мотус Субтилис использовал такое ничтожное количество магии, что его тело едва реагировало на это. Больше не Человеку почти нечего было отменять. Он сложил руки на коленях, чувствуя себя достаточно хорошо, чтобы попробовать еще раз. —Мотус Субтилис. Тик. Он сделал это снова! Триумф зажег улыбку на лице Дадзая. Он никогда раньше не произносил заклинание с такой легкостью. У него ушли недели на то, чтобы разобраться с Вингардиумом Левиоса. Мотус Субтилис был не только прост в освоении, но и не заставлял его растекаться лужицами рвоты по всему полу. Дадзай снова произнес заклинание и улыбнулся шире, когда оно не вызвало у него головной боли. Он повернулся к Снейпу. —Я получу проходной балл, профессор? Снейп уставился на него, разинув рот. Его глаза быстро перебегали с Дадзая на часы, затем обратно. Шок был ясно написан на его лице. Хорошее настроение Дадзая немедленно испортилось. —Ты… — начал Снейп, останавливаясь. —Ты применил это. Улыбка Дадзая окончательно исчезла. —Ты сказал мне сделать. —Но это… — он умолк. В голосе Снейпа слышалось удивление, когда он сказал: —Никто не произносил этого заклинания уже сотни лет. Дадзай воспринял это, нахмурившись. Внезапно до него дошло, почему реакция Снейпа была такой ошеломленной: он вообще не ожидал, что Дадзай выучит это заклинание. Со временем, возможно. Но не без значительной практики и, конечно, не с первых нескольких попыток. Хорошо… Дадзай мог бы с этим справиться. На секунду он забеспокоился, что Снейп увидел что—то в его кастинге — свидетельство о его Больше не Человеке. Но мужчина был просто удивлен, что Дадзай был хорошим учеником, и это было не столько тревожно, сколько забавно. —Мотус Субтилис, — сказал Дадзай, снова произнося заклинание. Он почувствовал, как заклинание обретает форму где-то в его черепе. Секундой позже часы пошли вперед. Оу — он почувствовал это. Голова Дадзая тупо болела в течение нескольких секунд, прежде чем исчезнуть в никуда. —Ты не пользуешься своей палочкой, — тупо прокомментировал Снейп. Очевидно, он все еще был слишком потрясен, чтобы утруждать себя тем, чтобы вкладывать обычную гримасу в каждое свое слово. Дадзай повернулся всем телом к Снейпу, и невидимая нить сосредоточения между ним и сломанными часами оборвалась. Широко раскрытые глаза встретились его. —Ну, в книге вообще не упоминалась волшебная палочка. Может быть, она просто не нужна. Правда в том, что Дадзаю было легче сосредоточиться на ощущении заклинания, когда он не сосредотачивался также на удержании своей палочки. Однако он не был уверен, как отнесется к этому Снейп, и мудро промолчал. —Для каждого заклинания нужна палочка. —Вы даже не можете его произнести. Что вы знаете? Снейп застыл. Кружка, которую он поднес к губам секунду назад, замерла. Затем на его лице появилось его типичное хмурое выражение. Наглость Дадзая, наконец, вывела мужчину из ступора. Прежде чем Снейп успел наброситься на него, Дадзай метнулся обратно к часам. Он мысленно уладил ощущение определенного заклинания, затем произнес: —Мотус Субтилис! … Тик. Боль пронзила его череп. Дадзай поморщился, сам того не желая, но боль внутри прошла. Насмешливое выражение лица Снейпа мгновенно отрезвило. Треск! Дадзай вздрогнул. Его взгляд оторвался от часов, дико ища место, где Снейп громко швырнул свою кружку на стол. Его сердце нервно забилось, он попытался успокоиться. —Не стоит. Снейп долго смотрел на Дадзая. Его глаза сузились, когда он оглядел Дадзая, явно выискивая что-то во внешности своего ученика. Но любая боль, которую Дадзай испытывал несколько секунд назад, с тех пор исчезла почти мгновенно. Все, что Снейп увидел бы сейчас, — это широко раскрытые глаза, слегка испуганный взгляд. — Это причиняет тебе боль. Больше не колдуй, — повторил Снейп заметно напряженным голосом. Дадзай повел плечами, физически избавляясь от затянувшегося волнения. — Я едва почувствовал это, — сказал он. —Любая боль неприемлема. Снейп выглядел так, словно хотел что-то сказать. Но его тон не изменился, когда он сказал: —Использование заклинаний вообще не должно причинять боли. — Я не стану лучше, если не буду пытаться, — рассуждал Дадзай. Насколько он знал, это был единственный способ улучшить свою магию. Если бы Дадзай не практиковался в Инсендио снова и снова с Клубом лояльности в прошлом году, он бы вообще не смог использовать его сейчас. Несмотря на все головные боли и тошноту по пути. Снейп фыркнул. —Возможно, это так. Дадзай начал прихорашиваться. Однако, прежде чем он успел начать хвастаться, Снейп продолжил: —Но важно осознавать, какие пределы ты стремишься раздвинуть. Мне не нужно, чтобы тебя вырвало в моем кабинете, проблемный ребенок. — Я бы не стал этого делать. Дадзай заерзал на стуле. Затем он потянулся за своим чаем. Он согрел его руки и успокоил все остальное. —Не нарочно. Снейп вздохнул. —Скажи мне, как это больно. Дадзай моргнул, услышав такую непоследовательность. Он вопросительно приподнял бровь. —На твоем последнем занятии с Поппи мы сосредоточились на теоретическом вопросе «почему это больно?» Снейп медленно объяснял каждое слово. Дадзай нахмурился. У него возникло ощущение, что Снейп просто пытается помешать ему снова применить заклинание. —Скажи мне, где болит. Как. —Прямо сейчас не больно, — сказал Дадзай, ничуть не удивленный. На недоверчивый взгляд Снейпа он пояснил: — Моя голова разболелась всего на секунду. Теперь я могу продолжать колдовать. — Не дави. Я не делаю этого, хотел было Дадзай огрызнуться в ответ. Он знал свои пределы — встречал их и преодолевал дюжину раз, пока не сворачивался калачиком на полу, моля о смерти. Дадзай потряс головой, чтобы прогнать эту мысль. — Тогда головная боль и тошнота. Снейп, казалось, разговаривал сам с собой, но по-прежнему внимательно следил за своим учеником. Он задумчиво постучал пальцем по своей чашке. —Хм… — Он замолчал. Дадзай наблюдал за ним, ожидая, что мастер зелий продолжит. Когда он этого не сделал, Дадзай с громким стуком поставил свою чашку на стол. Снейп перевел взгляд на звук, затем на выжидающее лицо Дадзая. Он прочистил горло. —На сегодня мы прерываем наш урок. Твое домашнее задание на неделю — попрактиковаться в заклинании. Дадзай отметил, что в голосе Снейпа все еще слышалось немалое потрясение, когда он произносил заклинание. Как будто он все еще не до конца понял, что Дадзаю удалось сотворить это. —В меру, — подчеркнул он. — И желательно, чтобы кто-нибудь из твоих друзей наблюдал за тобой. Я не хочу слышать, что из-за этого ты угодил в лазарет, парень. —И это все? — Спросил Дадзай, прежде чем смог остановить себя. Снейп смерил его равнодушным взглядом. — Я сказал тебе в начале урока, что мы прервемся, как только ты почувствуешь недомогание. Даже если это будет всего на секунду. Пока мы с Поппи не узнаем больше о твоем состоянии, мы будем относиться к нему с предельной осторожностью. Дадзай нахмурился, опустив взгляд на стол. Его чай стоял там, остывая. Он был допит только наполовину. Снейп неправильно истолковал выражение его лица как жалость к себе. — Радуйся, что я не даю тебе письменное задание. Мерлин знает, что ты все равно не выполнил бы ни одной домашней работы. Дадзай фыркнул. —Я бы сделал домашнее задание, если бы это было интересно. Что-то задумчивое промелькнуло в выражении лица Снейпа. Это продолжалось всего несколько секунд. Затем он тяжело вздохнул. —Ты принес свой учебник с собой, не так ли? Когда Дадзай кивнул, он проинструктировал: — Прочитай это до конца урока. Если вам это наскучит, вы можете перечитать раздел о Motus Subtilis. Но ни при каких обстоятельствах ты не должен разыгрывать это снова. Ах… Дадзай уже закончил читать свой учебник. Это было интересно, но в повторном чтении не было бы никакого смысла. —Ты просто хочешь, чтобы я замолчал, — проницательно сказал Дадзай. Снейп хмыкнул, но не подтвердил ни то, ни другое. Дадзай насмешливо фыркнул. Несмотря на свои внутренние жалобы, Дадзай достал свой учебник и послушно открыл наугад страницу посередине. Он мог поднять больше шума или даже покинуть комнату от скуки. Но занятия были не единственной причиной, по которой Дадзай хотел оставаться рядом со Снейпом прямо сейчас. На другом конце кампуса, в классе Локхарта, банда Адских гончих была занята своим первым официальным ограблением в этом году. Меньшее, что мог сделать Дадзай, это отвлечь профессора Снейпа, пока они работали. Повернувшись к своей книге, он…— Магия внезапно зашипела на краю сознания Дадзая. Он чуть не вскочил со своего места, лихорадочно ища глазами источник. Что это было?! —Возвращайся к чтению. Дадзай оторвал взгляд от задней стены. —Извините, — виновато сказал он. — Ах… Я читаю, я читаю. Взгляд Дадзая вернулся к своей книге, но слова под ним расплывались, не в фокусе. Его внимание было где-то в другом месте, все еще сосредоточенное на странной магии, которую он почувствовал мгновение назад. Всего на секунду Дадзаю показалось, что он почувствовал мощную магическую подпись, скользящую по стенам школы. Он не мог точно определить это — что-то большое, волшебное и древнее. Волна магии пробежала по водопроводу, прежде чем так же внезапно исчезнуть. Странно, подумал Дадзай. Он встряхнулся, шумно переворачивая страницу. Он заставил себя игнорировать беспокойство, внезапно вскипевшее в его венах. Не более странно, чем все остальное в Хогвартсе. *** Тук, тук, тук! Фред постучал трижды, затем наклонился к двери достаточно близко, чтобы тихо позвать в щель: —Ты там закончил? Звук царапающего пера заполнил краткую тишину. Затем: —Осталось записать всего несколько вопросов, — ответил Джордж голосом не громче шепота. —Локхарт, конечно, многословен… Фред фыркнул, веселье заструилось по его венам. Он оглядел коридор в обоих направлениях. Только убедившись, что они одни, Фред развернул Карту Мародеров. Несколько произнесенных шепотом слов, и карта ожила под его руками. На него снова уставилась полная карта Хогвартса. Фред начал осмотр с класса Локхарта. Как и ожидалось, в зале не было ни студентов, ни персонала. Взгляд Фреда остановился на его собственном имени: стоит на страже у двери в комнату Локхарта. В нескольких футах позади него на столе Локхарта было написано имя Джорджа. Его близнец усердно воровал ответы на тесты, в то время как сам Фред стоял на страже. Фред просмотрел карту в поисках еще одного набора знакомых названий. И… Вот они где! Малыш Ронни-кинс действительно стоял в конце коридора, сразу за поворотом. Фред почувствовал, как его губы дернулись вверх при этом замечании. Когда он попросил Рона о помощи ранее, он ужасно колебался, стоит ли его вмешивать. Несмотря на то, как сильно Рон возмущался по поводу того, что его не включали ни в какие рискованные схемы, он, несомненно, серьезно относился к своей роли. На другом конце коридора тоже стоял на страже аккуратно напечатанный Забини, Б. Это было меньшим сюрпризом. Несмотря на то, что Фред знал Блейза совсем недолго, он знал, что на второкурсника можно положиться. Казалось, он из тех, кого большинство вещей не слишком волнует. Но когда он находил что-то, что его действительно волновало? Блейз вкладывал в это все свои силы. Вот почему его имя теперь было каменной статуей в углу карты Фреда. Что ж, на другом конце карты Фред увидел имя Дадзая прямо рядом с именем профессора Снейпа в кабинете мастера зелий. Как он и говорил. Значит, все еще на уроке… Неважно. Возможно, Дадзай физически не присутствовал при сегодняшнем ограблении, но он все равно был так же вовлечен в его планирование. Фред с нетерпением ждал встречи с боссом после того, как все будет закончено. В конце концов, не было ничего глупее, чем собрать всю банду вместе для подобной выходки! С двумя верными сторожевыми собаками, стоящими на страже, и Фредом, изучающим карту, он не сомневался, что они смогут сбежать незамеченными. Теперь все, что им было нужно, это— —Получилось! Джордж запел. Он высунул голову из двери, широко улыбаясь. На лице Фреда тут же появилась точно такая же улыбка. Когда он закрывал дверь, Джордж помахал в воздухе листком бумаги. На нем было написано все, что можно, как наспех написанной шпаргалке. Фред прошептал заклинание, чтобы запереть за ними комнату. Она была заперта, когда они пришли, значит, будет заперта и когда они уйдут. Чистый вход и выход значили что ничего не произошло! —Отлично исполнено, брат мой! Ухмылка Джорджа была ослепительной, когда он надежно спрятал листок в карман плаща. — Что ты скажешь, мы скажем детям, что здесь покончено? —Звучит восхитительно, — сказал Фред, уже снова сворачивая карту мародера. Теперь они были в безопасности. —Я возьму Блейза, ты возьмешь Рона? Джордж промычал, уже настроенный на ту же волну, что и его брат-близнец. —Тогда мы встретимся в офисе Гончих после окончания урока босса! Фред издал смешок, развернувшись на каблуках в направлении, где находился Блейз. Он знал, что Джордж делает то же самое для Рона. Им двоим не всегда нужно было обмениваться словами. Фред предположил, что это связано с территорией побратимства. Уверенный, что его близнец справится с Роном, Фред радостно побежал по коридору туда, где находился Блейз. Он завернул за угол и увидел, что Блейз все еще находится точно там, где был на карте несколько мгновений назад. Как статуя, подумал Фред. Блейз стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди, и на его лице застыло скучающее выражение. Хотя Блейз выглядел должным образом сосредоточенным на своем окружении, что-то в нем заставляло Фреда думать, что на самом деле он глубоко задумался. Он смотрел прямо перед собой, не мигая. «Как статуя» — это верно, усмехнулся про себя Фред. Этот парень слишком серьезен. —У тебя что-то на уме, Блейз? Взгляд Блейза скользнул в его сторону. Он не вздрогнул, оставаясь начеку— так что, возможно, «глубоко задумавшись», в конце концов, было не так точно. Тем не менее, едва заметный прищур на лбу Блейза исчез. —Я так понимаю, ты закончил. Фред фыркнул. —Все готово! — расплываясь в улыбке еще шире, Фред положил руку Блейзу на плечо. Когда он шагнул вперед, Блейз послушно позволил увести себя. — Теперь все, что нам нужно сделать, это продать. Ты случаем не знаешь кого-нибудь, кто хотел бы купить ответы на тесты? — Практически каждый— глубокомысленно ответил Блейз. — Особенно тесты профессора Локкарта, учитывая, что почти никто не хочет читать его книги. Или слушать его на занятиях. Фред снова рассмеялся. Боже, знал ли он это! Локхарт мог говорить часами, но не сказал ничего стоящего. Ничего о темной магии или магии для розыгрышей или о том, где он прячет свои ценности в классе… Ах. Он сбился с пути. Суть была в том, что Локхарт всегда говорил только о себе, поэтому его уроки были не столько уроками, сколько самовозвеличиванием. У него также было много неприятных вещей, которые он мог сказать о Дадзае. Фред уходил с каждого урока защиты с кислым привкусом во рту и горьким защитным гневом, переполнявшим его грудь. —Что ж, я знаю, что с удовольствием воспользуюсь нашим чит-листом, чтобы пройти тест! Фред усмехнулся, заставляя себя сосредоточиться на настоящем. —А как насчет тебя, Блейз? Ты ведь не стесняешься жульничать, не так ли? Блейз приподнял бровь. —На один урок меньше, к которому нужно готовиться, — сказал он как ни в чем не бывало. Фред кивнул, как будто это было очень мудро сказано. —Рон тоже. Я думаю, Гермиона — единственная, кто твердо намерена честно получить свою оценку. На секунду воцарилась тишина. Фред не возражал — Блейз казался ему тихоней. Фред придержал Блейза за плечо, пока мальчик пониже ростом собирался с мыслями. —Я не думаю, что Дадзай планировал жульничать. Фред моргнул. —Нет? Спросил он, удивление промелькнуло на его лице. —Но все это было его идеей. Он даже не собирается пожинать плоды? Их босс иногда действительно был загадкой. Блейз скорчил гримасу. —Я не думаю, что хорошая оценка — вообще награда для Дадзая. Фред сделал паузу. Вес исключительно дорогой запонки давил ему на запястье. —И не деньги тоже. Загадка с кучей денег в придачу... — Пока профессор Локхарт является жертвой, я думаю, Дадзай будет считать это успехом. Блейз наклонил голову, и это движение слегка высвободило его из объятий Фреда. Фред позволил ему увести себя без возражений. —Я отправляюсь в офис пораньше, чтобы дождаться Дадзая. Тогда увидимся? До окончания занятий у Дадзая еще оставалось немного времени. —Я пойду с тобой! Сказал Фред с дружелюбной улыбкой. —По дороге ты можешь рассказать мне все обо всех потенциальных клиентах, которых ты для нас подготовил! По пятьдесят сиклей за клиента… Он замолчал, мысленно подсчитывая, сколько могли заработать «Адские Гончие». Блейз секунду пристально смотрел на него, прежде чем легкая, удивленная улыбка появилась на его лице. —Это много, — сказал он. —Почти все второкурсники, с которыми я разговаривал, проявили интерес. И это только Слизерин. Пока они шли по коридорам, Блейз продолжал перечислять клиентов, одного за другим. Веселье Фреда сменилось удивлением, а затем откровенным благоговением. Если бы они действительно могли заработать столько денег… Фред хихикнул. Маме наверняка не понравятся все новые выходки, которые Джордж и он сам могли себе позволить с таким большим банком.