Coil

***

Дадзай наклонил голову, когда шел по коридору, опустив глаза в землю и сосредоточившись на чем-то другом. Он сосредоточил свое внимание на школе, но не почувствовал никаких признаков могущественного магического существа, которое он почувствовал чуть ранее в тот день. Ушел. Без следа. Но у Дадзая все еще было ноющее чувство, что оно близко. Учитывая скорость, с которой оно могло двигаться, Дадзай не сомневался, что оно может нанести удар в любой момент. Вся ситуация нервировала Дадзая больше, чем ему хотелось бы. Между этой новой магической угрозой и учениками (у которых теперь было больше причин, чем когда-либо, ненавидеть его), Дадзай столкнулся с врагами на всех фронтах. И, к сожалению, в таком месте, как Хогвартс, действительно негде было спрятаться. У Дадзая было еще меньше шансов просто подождать, пока все уляжется, поскольку каждый раз, когда он переводил дух, казалось, что «Ежедневный пророк» хочет сказать о нем еще одну ужасную вещь. После сегодняшнего… Тьфу. Дадзай уже мог представить себе подстрекательские заголовки. Ветер взъерошил его волосы, когда Дадзай вышел во двор. Он сделал глубокий, успокаивающий вдох и позволил воздуху середины осени окутать себя. На улице было хорошо — солнечно и голубовато — лыжный спорт. Слишком хорошо для всех мрачных мыслей, которые в настоящее время пронизывают дыры в его мозгу. После встречи с директором это стало еще более очевидным, чем раньше: все здесь видели в нем угрозу. Даже профессора явно сомневались доверять ему, несмотря на определенные показания Помфри. Дадзаю стало интересно, знают ли они, что он их видит, как угрозу в этой ситуации. Вероятно, нет. Дадзай вздохнул, отрывая взгляд от стен. Какое бы существо он ни искал, оно, должно быть, решило залечь на дно после нападения. Искать прямо сейчас было бы бесполезно. Тем временем, ему нужно… Дадзай нахмурился. Если бы он прямо сейчас вернулся в Йокогаму, имея доступ ко всем ресурсам, которые только мог пожелать, о чем бы он попросил Мори? Дадзай размышлял об этом, пока шел. Настолько погруженный в свои мысли, что не заметил— Что-то острое и твердое внезапно впилось ему в щеку. Дадзай подпрыгнул, инстинктивно прижимая руки к груди в защитном жесте. Его взгляд скользнул по двору. Двое студенток насмешливо смотрели на него с расстояния в несколько футов. Дадзай сразу узнал в них новых друзей Панси — двух студенток, с которыми он познакомился ранее в этом году в поезде. Миллисент Булстроуд и Трейси Дэвис. Обе держали камни. Миллисент подбрасывала камень вверх и вниз. Тем временем Трейси сидела на корточках в саду камней, перекатывая между пальцами дюжину камешков. Что-то мокрое скользнуло по лицу Дадзая. Когда он поднял руку, чтобы поймать это, его щеку обожгло. Второй раз за день перчатка Дадзая стала мокрой от свежей крови. —Ты бросила в меня камень, — ошеломленно прокомментировал Дадзай. Он согнул пальцы, наблюдая, как кровь блестит на свету. —Меня уже тошнит от того, что люди бьют меня по лицу. Все увидят синяк. Трейси и Миллисент не обратили на него никакого внимания. —Ты убил миссис Норрис! Трейси плюнула, язвительно и непримиримо. —Все знают, что ты сделал. Кто ты есть. Дадзай окинул их холодным взглядом. Он был почти готов просто продолжать идти и не обращать на них внимания. На самом деле… это была неплохая идея. Этим соплячкам нечего было ему предложить, кроме камней. У Дадзая были дела поважнее, например, написать письмо для Мори и выследить волшебное существо. Все здесь ненавидели его, и это вряд ли было чем-то новым. Не было необходимости зацикливаться на этом. Не нужно огрызаться на детей, которые едва понимали, из-за чего они злятся. И поскольку здесь были только они трое, Дадзаю не нужно было беспокоиться о том, что Крэбб и Гойл удержат его, как в прошлый раз. —Что—эй! Уверенный в правильности своего курса, Дадзай снова двинулся в путь, направляясь в другой конец двора. Чем скорее он окажется внутри и сосредоточится на своей работе, тем лучше. Несколько камней его не беспокоили. Ему приходилось гораздо хуже, и вряд ли его репутации поможет преподать этим двоим урок. Звук хлещущего ветра был единственным признаком того, что в Дадзая бросили еще один камень. Он с глухим стуком ударился о его плечо, прежде чем с грохотом упасть на тропинку внизу. Секундой позже в спину Дадзая полетели еще два камня. —Куда, по-твоему, ты направляешься, демон? Миллисент гневно зарычала и замахнувшись, бросила еще один камень в направлении Дадзая. Этот попал Дадзаю в висок. Вопреки самому себе, Дадзай на самом деле споткнулся от удара, когда боль и головокружение внезапно пронзили его. —Попался! — прокаркала Миллисент. Дуэт зааплодировал. —Трейси, возьми еще камней! Звук скребущихся камней дал Дадзаю несколько драгоценных секунд, чтобы прийти в себя. Раны на голове были неудобными, они так дезориентировали. Он покачал головой. —Ты что, глупая? Забудь о камнях!Выпалила в ответ Трейси. —Теперь, когда мы привлекли его внимание, давайте сделаем настоящее дело! —Д-да! Правильно! Эй, Демон! Как ты относишься к тому, что тебя сглазили? Магия. Они собирались применить к нему магию. На самом деле Дадзай на этом остановился. Камни были одним — незрелыми и царапающимися. Магия была… Дадзай почувствовал, как предвкушение неприятно скрутило его желудок. Магия означала его Больше не Человек. Он быстро повернулся лицом к дуэту. Внезапно вспомнив свой недавний разговор с профессорами, Дадзай сухо прокомментировал про себя: «Я же говорил тебе, что волков нельзя насытить, глупый Снейп». В конце концов, ему все равно придется иметь дело с этими сопляками. Думаю, подумал Дадзай, просто ждать, пока пройдет буря, будет недостаточно. Тогда, возможно, мне все-таки придется испачкать руки. Примечательно, что, хотя Трейси потянулась за своей палочкой, Миллисент все еще склонялась над камнями. Наполовину взмахнув палочкой, Трейси внезапно подняла глаза и увидела, что Дадзай наблюдает за ней. Она пискнула, поняв, что он остановился и теперь смотрит в их сторону. —Милли!— Она полушепотом-полукрикнула. —Брось еще один! Это чудище смотрит на нас, а я… я еще не готова накастовать заклинание! —Просто накастуй это!— Миллисент огрызнулась в ответ. Тем не менее, она все равно не стала терять ни секунды, отводя руку назад для броска. —Я никогда раньше не произносила этого заклинания! Прежде чем Миллисент успела его произнести, вмешался Дадзай: —Разве ты не должна бояться меня больше? Миллисент сильно вздрогнула, не сумев выполнить бросок. Вместо того чтобы попасть в намеченную цель, камень безрезультатно ударился о землю в ноги девушки. —По твоему определению, — невозмутимо продолжил Дадзай, даже когда Миллисент лихорадочно схватила другой камень, чтобы бросить. —Я какой-то непостоянный монстр. Если бы это было действительно так, я бы не советовал провоцировать меня. Используй убивающее проклятие, если ты вообще собираешься использовать заклинание. —М-мы поступаем благородно! Трейси сплюнула, но теперь не сжимала палочку. —Прогоним монстра, пока он не причинил вреда кому-нибудь еще! Миллисент запустила в него еще одним камнем. Только он промахнулся на фут. Он громко треснул о кирпичную колонну. —Вы идиотки!— Язвительно заметил Дадзай, добавив в свой голос немного веселья. Миллисент и Трейси возмутил его тон. —Но не хуже, чем ваш босс. Эй, это Панси сказала вам выйти сюда и забросать меня камнями? —Я не разговариваю с демонами!— Закричала Миллисент. В то же время Трейси сказала: —Ну, не камнями конкретно... Миллисент бросила на нее уничтожающий взгляд. —Конечно, она это сделала, — проворчал Дадзай себе под нос. Панси была занозой в его боку — проблема иного рода, чем «Ежедневный пророк» и «Люциус», но, тем не менее, проблема. Проблема, к которой Мори и отец совершенно не смогли его подготовить. Пытай и убивай своих врагов, говорили они. Ну, а как насчет того, что именно это бездумное убийство в первую очередь привело меня ко всей этой неразберихе? Что теперь они прикажут Дадзаю делать при таких обстоятельствах? Конечно, проблема с Панси была более сложной, чем это, но Дадзай не смог разрешить внутреннее смятение девушки. Если Драко и Блейз предпочли его ей, то вряд ли это вина Дадзая. В конце концов, он был бесконечно обаятелен! Как и во всем остальном, Дазаю придется действовать медленно, чтобы отвязаться от Пэнси. Угрожая ей, я бы только еще больше разозлил ее. Но прямое игнорирование, казалось, беспокоило ее не меньше. Тем временем, однако, Дадзай действительно хотел бы, чтобы в него перестали швырять камнями. —Если ты бросишь еще одну, я сделаю с тобой то же, что сделал с тем котом, — весело сказал Дадзай. То есть я хочу сказать: я ничего тебе не сделаю. Но ты этого не знаешь. Но слова возымели желаемый эффект. И Миллисент, и Трейси взвизгнули. Вся напыщенная уверенность, которой они обладали несколько секунд назад, немедленно рассыпалась под псевдоугрозой. Ни секунды не колеблясь, они оба уронили все свои камни одновременно. Камни упали в уродливую кучу. —Скажите Панси…—Дадзай сделал паузу, пытаясь придумать, что он хотел сказать девушке. Он в задумчивости поднес руку к подбородку, но остановился, вспомнив о крови на нем. Вместо этого он вытер открытый порез тыльной стороной перчатки, размазывая ее по лицу. —Хм. Скажите ей, — он прочистил горло и придал своему голосу бодрый напев: «Мне на тебя наплевать, и я слишком занят важными делами, чтобы постоянно получать затрещины от твоих питомцев! Пожалуйста, держи свои проблемы с самооценкой при себе. С большой любовью, Дадзай». Миллисент и Трейси быстро заморгали, когда услышали просьбу Дадзая. —Вы поняли это?—Спросил Дадзай. —Я не буду повторять. Я действительно занят, знаете. Они продолжали долго смотреть на него. Дадзай вздохнул. На самом деле до таких идиоток, как эти, было не достучаться. Хм… Внезапно Дадзая осенило прозрение. Он наклонился, чтобы поднять с земли один из брошенных камней. Затем, без предупреждения, он выгнул руку назад и метнул. Как обычно бывает в Портовой Мафии: насилие — самое простое решение. Воздух треснул от силы его броска. Секундой позже воздух наполнился громким шлепком! . —Ой! Трейси отступила на несколько шагов, на ее лице отразились страх и боль. Камень Дадзая попал прямо между глаз девушки — из грубого красного пореза по ее лицу потекла небольшая струйка крови. Она залила ее нос и прилипла к подбородку. Трейси поднесла обе руки к ране, в ее глазах стояли слезы. — Т-т—ты… — Трейси затряслась. Дадзай восторженно захлопал, но Миллисент и Трейси только вздрогнули. —Я попал в яблочко! Значит ли это, что я выиграю приз? Они уставились на него с испуганным видом. — Тогда никакого приза, — фыркнул Дадзай. Ну что ж. По крайней мере, они снова обратили на меня внимание. —Не забудь передать мое сообщение дальше. Чем меньше времени я трачу на мысли о Панси, тем лучше… —Т-ты же не собираешься… понимаешь… Дадзай моргнул. —Убить тебя? Или… обратить в камень. Неважно. Миллисент пискнула. —Я не планировал этого, но ты действительно раздражаешь…— он умолк, наслаждаясь внезапными взглядами ужаса, устремленными на него в ответ. Спустя почти минуту Дадзай разразился радостным хихиканьем. Он широко улыбнулся. —Оу, я просто шучу. Так или иначе, Миллисент и Трейси выглядели еще более испуганными, услышав это. С этими двумя было совсем не весело… Ну, с ними было забавно возиться, когда ты перестаешь воспринимать все это как Анютины глазки. Решив, что их разговор достаточно хорошо закончен, Дадзай развернулся на каблуках, чтобы уйти. Только когда Дадзай снова начал уходить, эти двое пришли в себя. Миллисент резко ткнула Трейси локтем в ребра. Она захрипела, но секунду спустя пришла в себя достаточно, чтобы убежать, все еще держась за кровоточащую голову. Миллисент отставала от нее всего на полшага. Дадзай смотрел им вслед. Оставшись один, ликование на его лице растаяло. Он устало вздохнул. Если бы кто-нибудь посмотрел сейчас, он не узнал бы легкомысленного монстра, каким был несколько секунд назад. Вместо этого они увидели бы тусклые глаза и непонимающий хмурый взгляд. Выражение лица Дадзая ничуть не отличалось от камней, разбросанных теперь у его ног. Каменный. Неодушевленный. Ему было легко наслаждаться временем, проведенным в Хогвартсе. Так же легко было его ненавидеть. Как он сказал Макгонагалл ранее, весь этот год обещал стать настоящим испытанием. Он думал то же самое и о прошлом году. Дадзай ненавидел эту странную золотую середину между хорошим и плохим. Мягкая мораль всего этого. Хороший — потому что он делал именно то, чего хотел Мори, для улучшения портовой мафии. И плохой — так называемый Студент-Демон. В прошлом году было проще просто быть никем. Вместо этого он был ребристой стороной монеты, попавшей между орлом и решкой. Возможно, именно поэтому Мори был доволен тем, что бросил его на дно. Или, что более вероятно, Мори просто строил козни. Рука Дадзая потянулась к ножу, который теперь надежно покоился в кармане Блейза. Кровь на щеке Дадзая уже запеклась и подсыхала. Ни одна из других ран не кровоточила, но Дадзай был уверен, что на каждой из них останутся синяки. Ему повезло, что ни Миллисент, ни Трейси не стали наводить на него порчу. Дадзаю действительно не нужно было, чтобы два ничтожества знали о том, что он больше не человек. Особенно два ничтожества, которым нравилась компания Панси. Дадзай вышел со двора с еще одним долгим вздохом. Ветер, трепавший его волосы, исчез за его спиной. Внутри толпилось несколько человек. Он проигнорировал их. Когда Дадзай вошел в зал, он подумал, может ли он просто отложить проблему с Панси на некоторое время. Сосредоточить свои усилия на тесте Люциуса и позволить Панси, тем временем она отомстит, ничем не обремененная. Он вполне мог справиться с небольшой травлей, пока работа Мори была завершена. Хм… Когда Дадзай оторвал взгляд от своих ног, он увидел, что коридор вокруг него пуст. Как будто, просто войдя, все в здании поспешно покинули его. Дадзай снова посмотрел на пол. По крайней мере, в одиночестве у Дадзая будет время составить план. Он закрыл глаза, чтобы снова нащупать магический след зверя, но почувствовал только скрытую магию, летящую по коридору, как хищная птица. *** —Вы уверены, что мальчик невиновен? Северус нахмурился, ему сразу не понравился тон Альбуса. —Поппи была права, говоря, что мистер Дадзай физически неспособен сотворить заклинание такого калибра. Он не мог бы парализовать миссис Норрис, не сделав себя достойным недельного пребывания в больнице. Альбус наклонил голову, обдумывая это. Затем: —Но он мог написать это чертово послание. Северус почувствовал, как его глаза сузились. —Я не верю, что это так, Альбус. —Но это возможно, — повторил он. Очевидно, почувствовав, что Северус собирается рявкнуть что-то, что он не сможет взять обратно, Минерва резко вмешалась. —У него действительно была кровь на руке, когда я пришли. Хотя это можно было бы объяснить собственным свидетельством мальчика о событиях, если этому верить. Минерва говорила медленно, успокаивающе. — Хотя почему мистер Дадзай почувствовал необходимость исследовать место преступления, выше моего понимания. Северус ущипнул себя за переносицу, одновременно успокаивая свои расшатанные нервы и немного избавляясь от раздражения на своего проблемного ребенка. — В прошлом году ты меньше участвовала в расследовании дела о философском камне, Минерва. Уверяю тебя, такое любопытство вполне в характере этого мальчика. К несчастью. Северус уже мысленно готовился приструнить Дадзая, если тот решит совать нос не в свое дело. Если судить по прошлому году, такие приготовления были более чем необходимы. Минерва бросила на него вопросительный взгляд, прежде чем покачать головой. Она повернулась обратно к Альбусу. —Независимо от этого, вся эта ситуация заставляет всех нервничать. Как учеников, так и персонал. Нам нужно сделать официальное заявление, прежде чем кто-нибудь передаст эту историю прессе. Директор, после того, как разогнал остальных сотрудников, вернулся на свое место за столом. Он оперся подбородком на две сцепленные руки, молча глядя на то место, где ранее сидел Дадзай. —Это было бы в наших интересах. Когда Альбус не стал распространяться, Северус нетерпеливо бросил: —Без дальнейшего расследования у нас нет ничего, кроме теории, которую мы могли бы предоставить Ежедневному пророку». —Придется обойтись этим, — сказал Альбус. Наконец, он оторвал взгляд от кресла Дадзая, выглядя задумчивым. —Я составлю им письмо в ближайшее время. Минерва кивнула. —А пока? —А пока нам нужно сосредоточиться на нашем расследовании. Если Тайная комната действительно открыта, тогда нам нужно начать наше расследование с того места, где закончилось предыдущее. Северус, я предоставляю это тебе. Северус моргнул, а затем сразу же ощетинился. Если он заглядывал в Тайную комнату, то это означало— —Минерва, ты будешь расследовать мистера Дадзая. —Ты не можешь быть серьезным! Северус практически закричал, прежде чем Минерва успела вставить хоть слово. Его руки сжимались и разжимались по бокам, жгучий гнев пронизывал его насквозь. —Я присматривался к этому мальчику уже несколько месяцев! Альбус посмотрел на него. Минерва сделала то же самое, хотя в ее глазах было немного больше удивления от внезапной вспышки. —Именно поэтому я считаю, что это лучше передать в руки Минервы. Вы практически ничего не нашли, чтобы продемонстрировать свои усилия. Альбус сделал паузу, явно ожидая, что мастер зелий образумится. Но когда гнев не улегся, Альбус добавил упрек: —Ты слишком привязался к нему, Северус. Это затуманивает твои суждения. Северус зарычал, но не смог заставить себя опровергнуть это утверждение. Альбус, казалось, легко прочитал этот упрек. Он снова проигнорировал Северуса и проинструктировал Минерву: —Я бы хотел, чтобы ты присмотрела за мистером Дадзаем. Если он преступник — или связан с преступником — он не будет долго залегать на дно. Минерва стоически согласилась. —Есть что-то конкретное, на что мне следует обратить внимание? —Ничего необычного для двенадцатилетнего… Хотя он и так такой любопытный ребенок, — весело ответил Альбус. Он покачал головой. —На данный момент, я подозреваю, что поиск даже малейшей причины для исключения мальчика удовлетворил бы общественность. Он сделал паузу. —Конечно, я не собираюсь исключать мистера Дадзая. Но немедленно сообщайте мне, если станете свидетелями чего-то, что оправдывает это. —Я буду следить за чем-либо подобным. Она сделала паузу. Морщинка на лице Минервы подсказала Северусу, что она раздумывает, что сказать дальше. Неуверенность в том, какой ответ даст наилучшие результаты. После недолгой паузы Минерва, наконец, спросила: —В прошлом году мистер Дадзай упомянул, что пожиратели смерти были причастны к краже Философского камня, не так ли? Она смерила Альбуса пристальным, недрогнувшим взглядом. Северус мог оценить непреклонный тон Минервы. —Какова вероятность того, что сейчас это повторится? Это выглядело так, как будто что-то внезапно испортилось во рту Альбуса. —К сожалению, не так низко, как хотелось бы. Тем больше причин следить за каждым движением мистера Дадзая. —Он жертва пожирателей смерти, а не один из них, — отрезал Северус. —И если бы у вас было, если бы вы включили информацию о пожирателях смерти в свой первоначальный отчет в прошлом году, мы могли бы не оказаться в такой ситуации сейчас. Хотя Минерва бросила на него короткий виноватый взгляд, Альбус просто кивнул. Он не выглядел смущенным даже слегка. —Ты знаешь так же хорошо, как и я, Северус, что мальчик умеет хранить секреты. Северус не упустил из виду, как Альбус полностью отмел его второе возражение. Тот факт, что Дадзай почти целый год тайно исследовал Философский камень, не переставал терзать мозг Северуса с тех пор, как он узнал об этом. Да, Дадзай был хорош в хранении секретов. Но это не означало, что он был замешан в чем-то большем, чем просто любопытный мальчишка. Северус видел, как мальчик мог запаниковать, или замкнуться в себе, или красться куда-то после комендантского часа. И хотя все это само по себе вызывало беспокойство, Северус давным-давно перестал находить это откровенно подозрительным. Беспокоит — вот слово, которое использовал бы Северус. Дадзай Осаму беспокоит, потому что он представлял угрозу для самого себя, а не для всех остальных, и «Ежедневный пророк» заставил каждого поверить этому с точностью наоборот. — Минерва, — продолжил Альбус, то ли не замечая, то ли не заботясь о мысленном намеке Северуса, — я не прошу тебя слишком глубоко копаться в прошлом мальчика. Как бы я ни находил его неоднократное участие любопытным, Северус и Поппи правы, говоря, что он слишком молод и неопытен, чтобы совершать те подвиги, в которых его подозревают. Северус чуть было не выпалил поправку, что его сдерживает не молодость Дадзая, а скорее его здоровье, но в последнюю секунду прикусил язык, прежде чем заговорить. Альбус продолжил: —Но я не вижу причин, по которым мальчик все еще не мог быть каким-то образом вовлечен. Минерва, я прошу тебя внимательно следить за ним. Возможно, ты могла бы попросить кого-нибудь из своих старост следить за ним между уроками. —Это слишком много для ученика, — спокойно возразила Минерва. —Сейчас необычные времена, — вот и все, что Альбус сказал в ответ. Минерва прищурила глаза, но ничего не сказала. Северус почувствовал, что делает то же самое. Его типичное язвительное замечание о том, насколько никчемна «Общая картина» Альбуса, так и осталось у него на губах. Альбус вздохнул. Он с ворчанием откинулся на спинку стула. Затем он перевел взгляд исключительно на Северуса. —У тебя есть еще какие-нибудь новости из Йокогамы? Спина Северуса выпрямилась, и выражение его лица стало непроницаемым. Его разговор с Поппи на днях эхом отдавался в его голове. Почти как еще одно магическое сообщество… —Нет. Альбус приподнял бровь, недоверие и удивление ясно отразились на его лице. —Нет? Северус резко покачал головой. —Все мои запросы были отклонены. Я склонен полагать, что Йокогама просто менее гостеприимна к чужакам, чем другие города, с которыми мы имели дело в прошлом. Альбус нахмурился. Информация явно заинтересовала его. —Йокогама? — Спросила Минерва. —В этом городе живет Дадзай, когда не в Хогвартсе. Северус помолчал, решая, как много ему следует сказать. В конце концов, он решил, что лучше всего рассказать Минерве о своих самых насущных подозрениях. Если она собиралась расследовать дела Дадзая с этого момента, Северусу нужно было, чтобы она продолжала помнить об этом. —Я сильно подозреваю, что его семейная жизнь была неподходящей, и связался с Йокогамой, чтобы узнать об этом. — Неподходящей… — тихо повторила Минерва. В ту секунду, когда она поняла, что имел в виду Северус, выражение ее лица и тон стали очень серьезными. —Ты же не хочешь сказать, что с ним плохо обращаются?! —Я не знаю. А официальные лица Йокогамы менее чем откровенны.—Он проворчал. —Если вы намерены начать свое расследование с этого города, я просто посоветую этого не делать. Вы узнаете больше о Йокогаме, исходя из диких предположений, чем пытаясь расспросить жителя Иокогамы о месте, где они живут. Минерва резко повернулась к Альбусу, но обнаружила, что он поднял руку и заставил замолчать. —Проблема для другого раза, — просто сказал он. Минерва заартачилась. Она взглянула на Северуса, явно ища поддержки, но увидела, что выражение его лица мрачное, но молчаливое. Хорошо, подумал он. Она понимает серьезность моих подозрений. Надеюсь, она не будет слишком давить на моего проблемного ребенка. Переосмыслив промелькнувшую мысль, он немедленно ущипнул себя за столь приторно-сладкие надежды. —По словам мистера Дадзая, в Йокогаме довольно высокий уровень преступности, — поспешно продолжил Северус. —Я перепроверил. Однако в основном это похоже на нападение и кражу. Маггловские преступления низкого уровня без признаков активности пожирателей смерти. И никаких признаков магической активности тоже. Северус и не думал, что из-за этого стоит беспокоиться, пока Поппи не обрушила на него свое прозрение, словно тысячефунтовый камень. И все же то, что Дадзай рассмеялся над предположением о преступности в Йокогаме, явно показалось Северусу странным. Конечно, в Йокогаме была преступность. Но, похоже, ее было не больше, чем где-либо еще. Он побывал в Йокогаме — только для того, чтобы найти улицы безлюдными и простыми. Но веселье Дадзая было ощутимым… в очередной раз создав у Северуса впечатление, что Дадзай знает что-то большее, чем он сам. Когда дело касалось Дадзая Осаму, Северусу всегда казалось, что он упускает что-то важное. Тысяча кусочков головоломки без единого намека на то, как они сочетаются друг с другом. —Хм…—Альбус промычал, отводя глаза в сторону. Северус проследил за его взглядом к окну. Легкий ветерок колыхал листья, все еще зеленые от угасающих весенних лучей. Через несколько недель они станут оранжевыми и красными, а затем и вовсе погибнут. Они едва дожили до осени, а все уже пошло прахом. —Наш противник ведет себя довольно дерзко, — сказал Альбус. Наконец, он оторвал взгляд от окружающего мира и твердо остановил его на Северусе. —Нам нужно быть на шаг впереди них. Открытие «Тайной комнаты» прискорбно, но не совсем неожиданно. Я бы хотел определить стороны в игре и двигаться дальше… Давайте не будем забывать, в чем заключаются наши приоритеты. Северус нахмурился. Это достаточно легко сказать, с горечью подумал он, но как выиграть игру, даже не зная всех игроков? *** Дело не в том, что у Дадзая не было чувства направления. Напротив, на самом деле, у Дадзая было прекрасное чутье на это. Его память была практически безошибочной, на всякий случай он действительно решил уделить достаточно внимания, чтобы выучить что-нибудь в первую очередь. Нет. Проблема была в том, что Хогвартс просто не имел смысла. Дадзай был почти наполовину убежден, что скрытая магия вокруг Хогвартса подсказывала другим ученикам, как ориентироваться в школе, потому что ему это определенно ничего не говорило. Показательный пример: вчера этот коридор определенно вел в подземелья. Возможно. .....Может быть. Дадзай давным-давно перестал во всем этом разбираться. Примерно в то же время он подобрал нескольких верных телохранителей, которые стали его проводниками. Дадзай свернул за другой угол. Это были не подземелья Слизерина — в этом нет ничего удивительного — но, возможно, это было близко. Воздух, по крайней мере, стал немного холоднее. После почти десяти минут бесплодных блужданий Дадзай начал собираться идти вниз по каждой лестнице, которую он находил. Подземелья были внизу. …в конце концов, он найдет хоть что нибудь. Тем временем, все эти блуждания дали Дадзаю время подумать. И точно так же, как Дадзай решил, что лучший способ действий — сдаться, он также решил, что следующим лучшим шагом будет поиск Драко. Если окаменение миссис Норрис действительно было проверкой Люциуса, Драко был лучшей зацепкой для Дадзая. Дадзай свернул за другой угол, который он смутно узнал. Потрескавшиеся, холодные каменные стены навели его на мысль, что это, вероятно, ближе к гостиной Слизерина, чем нет. Он тихо ощупал все вокруг в поисках каких-либо признаков магии, но не почувствовал ничего, кроме обычного. Никаких признаков магического замка, удерживающего комнаты Слизерина закрытыми. Никаких признаков того волшебного существа тоже. Дадзай вздохнул. —... разве ты не слышал? Он оживился. Прошло несколько минут с тех пор, как он заметил какие-либо признаки жизни. Это было многообещающе! Возможно, Дадзаю придется немного пригрозить им, но это того стоило бы в обмен на указания. —Ты ведь был его другом, верно?Неуверенно спросил кто-то. —Я даже не могу себе этого представить… —Страшно… Кто-то фыркнул. —Не называй его моим другом. Я пытался сделать так, чтобы он вписался в Слизерин, но некоторых людей просто невозможно исправить. Дадзай остановился всего на секунду, прежде чем внезапно рвануть вперед с удвоенной скоростью. Он узнал этот голос! Он поспешил завернуть за следующий угол, уже широко раскрыв глаза и выискивая источник разговора. И— …там! —Драко!— Позвал Дадзай, размахивая руками над головой и склонив её в восторженном приветствии. Драко подпрыгнул. Его широко раскрытые глаза немедленно нашли Дадзая, быстро приближающегося с другого конца зала. Он бросил быстрый, почти отчаянный взгляд на обоих своих товарищей (двух второкурсников Слизерина, которых Дадзай узнал по классу). Дадзай проигнорировал безумное выражение лица Драко и встал рядом с ним. — Дадз… — Драко отступил от него. Стоявшие рядом с ним другие слизеринцы ощетинились. —Я не знаю, почему ты меня ищешь, но я не отношусь к твоему типу. Драко говорил медленно и многозначительно, как будто его глаза уже не кричали Дадзаю, чтобы он просто оставил его в покое! Дадзай кивнул, уже ожидая подобной реакции. Это не помешало ему соединить свои руки с руками Драко. —Верно, верно. Но я демон из низших слоев общества, поэтому я на самом деле не прислушиваюсь к такого рода просьбам! Драко фыркнул. —Ты не можешь просто…! —Я могу, и я такой какой и есть! Широко раскрыв глаза, Драко повернулся к другим своим друзьям, которые, казалось, разрывались между нападением на Дадзая там, где он стоял, и съеживанием от страха. Они уставились на Драко, словно спрашивая, что делать. Драко резко повернулся к Дадзаю и прошептал: —Дадзай! Что ты делаешь?! Дадзай пожал плечами, и это движение подтолкнуло Драко на шаг вперед. Решив, что все в порядке, Дадзай еще раз подтолкнул Драко и повел его по коридору. —Мне нужно позаимствовать немного твоей малфоевской мудрости! Потому что я такой ужасный демон, который тебе совсем не друг. Бла—бла-бла, и-и-и они ушли! Драко быстро заморгал, пытаясь понять бессмыслицу Дадзая. Затем он оглянулся через плечо. Конечно же, двое друзей Драко убежали в ту же секунду, как Дадзай решил просто украсть Драко. Он поймал концы их мантий как раз перед тем, как они исчезли за ближайшей дверью. —Теперь, когда здесь только мы… —О чем ты думаешь?—Драко высвободился из хватки Дадзая. Мафиози позволил ему, лишь слегка надув губы в ответ на это действие. —Я думал, я ясно дал понять, что меня нельзя видеть общающимся с тобой на публике! —Я бы не назвал это общением. Дадзай задумчиво погладил подбородок. —С их точки зрения, это было больше похоже на похищение. Драко застонал. Он ущипнул себя за переносицу. —Я не могу тебе поверить. Разве ты не должен стараться держаться подальше от неприятностей? —Я бы сказал, что на этом корабль отчалил, Драко. Судя по тому, как, казалось, исказилось все лицо Драко, новости о миссис Норрис уже распространились и в этой части школы. Это не было неожиданностью. Но это означало, что Дадзаю следует постараться не задерживаться, если это возможно. —Где находится наш офис по отношению к… где бы это ни было? Драко долго смотрел на него. Наконец, он вздохнул. —Пошли, — сказал он, хватая Дадзая за руку и потянув его в противоположном направлении, куда ушли другие слизеринцы. —Мы даже не близко, идиот. Дадзай пыхтел, но не вырывался из захвата. —Нельзя так называть своего босса, Драко. —Ты не мой босс, пока мы не в офисе. А до этого, разве ты меня не похищаешь? —Ах!—Дадзай захлопал в ладоши. —Да, да, так и есть! Он усмехнулся, и Драко повел его по длинным коридорам Хогвартса. Тело, прижатое к Дадзаю, было устойчивым весом. Невольно Дадзай издал тихий вздох облегчения, даже когда пальцы Драко сжали его достаточно сильно, чтобы оставить синяк. Это было… странно. Ощущение тепла на боку не было незнакомым. С тех пор, как он начал учиться здесь, Дадзай стал все более и более привыкать к тому, что с ним всегда был компаньон. Тем не менее, Дадзай заставил себя не зацикливаться на осознании того, насколько ему нравилось, что Драко с ним. О том, как быстро изменилось его настроение, когда он увидел своего друга. Это не подобало мафиози. Мори сказал бы что-то в этом роде. —Что случилось? Дадзай моргнул, отвлекаясь от своих мрачных мыслей. Он вопросительно посмотрел на Драко. —Хм? Я предположил, что все уже слышали о миссис Норрис, — сказал он. Выражение лица Драко на мгновение помрачнело, но секунду спустя он стряхнул это с себя. —Не это, — нахмурился он. Драко указал на свою щеку рукой, которая в данный момент не обнимала локоть Дадзая. —Что случилось с твоим лицом? О. Дадзай поднес свою руку к порезу. Засохшая кровь отслаивалась при прикосновении, некоторое время назад кровотечение прекратилось и больше не жгло, но он предположил, что это все еще создавало пугающую картину. —Столкнулся с друзьями Панси. В ответ на лице Драко появилось нечто неописуемое. Казалось, оно болезненно исказилось. Дадзай восхитился этим выражением. —Ты знал, что она создает свою собственную маленькую банду? В нем даже есть несколько членов за пределами Слизерина! Дадзай пошутил над внутренней дилеммой Драко. —Ты же знаешь, она всегда ненавидела, что я общаюсь с гриффиндорцами. Представляешь, она превратилась в лицемерку, пока я не смотрел, Драко! —Я не думал, что она станет… —Заводить друзей?— Нахально спросил Дадзай. Драко бросил на него усталый взгляд. —Нападать на тебя, — прорычал он. Он указал Дадзаю на лестницу. —Я знаю, что она встречалась с людьми, чтобы поговорить об истории со студентом-демоном. Я был там несколько раз, когда она это делала. Но они никогда не упоминали, что на самом деле что-то делают с этим. Дадзай приподнял бровь. —Таким людям, как Панси, нет объяснения, — пробормотал он. —Я все равно знал, что это возможно. —Тогда ты должен был сказать мне, — сказал Драко. —У меня есть влияние в Слизерине. Я бы убедился, что никто не зашел слишком далеко. Снова его взгляд метнулся к щеке Дадзая. Секунду спустя он отвернулся с виноватым видом. Дадзай предпринял еще одну попытку стереть кровь. Но без зеркала Дадзай понятия не имел, насколько успешной была эта попытка. —И разрушить план Люциуса сохранить имя Малфоев незапятнанным? Я бы предпочел не слишком сильно раздражать твоего отца, Драко. В любом случае, в маленькую банду Панси, похоже, входят ученики со всех факультетов. Я сомневаюсь, что твое слизеринское обаяние принесет там кому-нибудь пользу. Взгляд, которым Драко одарил его, не казался особенно умиротворенным, но Дадзай не обратил на это внимания. Вместо этого его взгляд метнулся в другой конец зала. Там собралось несколько человек, но они еще не заметили Дадзая или Драко. —Офис прямо за тем углом, верно?— Он тихо спросил. Как только Драко кивнул, Дадзай выскользнул из его хватки. Одним плавным движением он поменял их позиции. Дадзай крепко сжал руку Драко. Он потянул за конечность, заставив Драко споткнуться на целый шаг. Дадзай не унимался. Он потащил громко протестующего Драко за собой. — Эй! Не тяни так…! Все эти крики привлекли внимание других студентов. Они смотрели на сцену широко раскрытыми испуганными глазами: Студент-Демон грубо тащил Драко Малфоя. Дадзай знал, что в их глазах эту сцену можно было рассматривать только как-то, что Демон забирает очередную жертву. Драко явно тащили против его воли. Имя Малфоев не было бы запятнано. Никто не мог неправильно истолковать это как-то, что Драко свободно общался с Дадзаем. Как он и сказал: похищение. Ученики, дрожа, бросились бежать прочь. Дадзай отпустил запястье Драко, только когда они вышли из зала. Драко насмешливо фыркнул и потер запястье. —Это действительно было необходимо? Дадзай проигнорировал его. Вместо этого он неторопливо подошел к стене, где на том, что когда-то было чистым холстом, медленно формировалась дверь. Он распахнул дверь и вошел внутрь. Секунду спустя Драко последовал за ним, прежде чем закрыть ее за их спинами. Дадзай бегло оглядел комнату. Эгг спала на диване, каждый храп сопровождался клубами пепельного дыма из ее ноздрей. Поскольку у Дадзай был Больше не Человек, он, очевидно, не мог сидеть рядом с драконом. Вместо этого он подошел к столу, намереваясь сесть в кресло за ним. Однако, прежде чем он успел это сделать, кое-что еще привлекло его внимание. На стене напротив дивана висело зеркало. Под ним был маленький столик. Дадзай направился посмотреть. Драко посмотрел на него, но не последовал за ним. Вместо этого он скрестил руки на груди и встал у стола. Зеркало было блестящим — и явно новым. По крайней мере, Дадзай не помнил, чтобы оно было здесь в прошлый раз. Но постоянный, подавляющий поток магии в этой комнате удерживал его от любопытства. Все в офисе можно было списать на магию. Дадзаю не требовалось никаких дополнительных объяснений. Но на долю секунды Дадзай увидел не обычное настенное зеркало. Он увидел зеркало Эрисед. Он ничего не увидел. Никакого отражения. Ни мечтаний, ни желаний. Даже самого себя. Ничто в этом мире никогда не сделает меня счастливым. Дадзай крепко зажмурил глаза. Когда он моргнул и снова открыл их, зеркало снова стало таким, как обычно. Обычный кусок стекла. Усталое и знакомое лицо смотрело на него в ответ. Он отвел взгляд. Стол был, весьма интересным. Присмотревшись, Дадзай увидел на нем свежеприготовленную аптечку первой помощи. —Умойся, — позвал Драко с другого конца комнаты, не подозревая о том, как грудь Дадзая сжалась от беспокойства. Это тревожит. Сначала Дадзай встретился взглядом с Драко в зеркале. Затем он взглянул на свое собственное лицо. Его глаза были черными дырами, подчеркнутыми густыми темными тенями. Изнеможение на лице Дадзая было слишком очевидным. Он не выспался с тех пор, как начались занятия в школе. Учитывая сегодняшние события… Дадзай не был уверен, собирается ли он вообще спать. Но он был там. У Дадзая было о чем подумать все ночи. Хотя Драко явно говорил не об этом. Конечно же, нерешительное вытирание Дадзаем совсем не убрало кровь с его лица. Коричневое пятно засохшей крови покрывало всю правую сторону его лица. Оно было сильно размазано под глазом. Неудивительно, что люди убегали от него. Дадзай начинал походить на демона, которым все его считали! Дадзай достал из аптечки салфетку и начал тереть лицо. —Как получилось, что волшебная комната дает тебе все, о чем ты просишь, Драко? —Просто скажи спасибо за зеркало, идиот. Драко резко замолчал. Секундой позже он неохотно поправил: —Босс. Дадзай в последний раз вытер щеку салфеткой. В какой-то момент из-за его грубого обращения порез снова открылся. Однако, прежде чем рана начала сильно кровоточить, Дадзай схватил из коробки повязку в виде бабочки и поспешно прикрыл ее. Он в последний раз посмотрел на себя в зеркало, прежде чем повернуться лицом к Драко. —Лучше? —Намного, — невозмутимо ответил Драко. Дадзай запрыгнул на стол. После недолгого колебания Драко сел рядом с ним. На мгновение воцарилась тишина, и только хриплый храп Эгги заполнил паузу. Затем: —Я знаю, что твой отец мало что тебе рассказывает, — резко сказал Дадзай. Драко напрягся, но в остальном не выглядел удивленным. В конце концов, он должен был знать, что этот разговор состоится после того, как Дадзай оттащил его от друзей. —Но я должен спросить: похоже ли это на то, что сделал бы Люциус? Окаменение, Тайная комната, паника. Драко смотрел в пол. Когда Дадзай попытался встретиться с ним взглядом под копной серебристых волос, другая змея вместо этого повернулась и посмотрела на Эгги. —Я не знаю. Может быть, — сказал Драко, явно колеблясь. —Он не против… опасных вещей. Чтобы получить то, что он хочет. Дадзай задумчиво угукнул. Отказавшись от попытки поймать взгляд Драко, Дадзай откинулся на ладони и уставился в потолок. —Мне это тоже показалось слишком большим совпадением, — сказал Дадзай, осторожно умолчав о том, что Портовая мафия приписывала подобные тенденции. Он по-детски дрыгал ногами. — Ах, какая неприятность. Я немного надеялся, что тест Люциуса будет чем-то, что я смогу провести под прикрытием. Но прошло пять секунд, и я уже являюсь виновником окаменения миссис Норрис. Драко вздрогнул. Дадзай встретил его испуганный взгляд терпеливым взглядом. —Окаме— она не мертва?! Дадзай моргнул. Внезапно он вспомнил, что Миллисент и Трейси сказали ранее: «Ты убил миссис Норрис!» Так что у всех на уме был не только неправильный преступник, но и неправильное преступление. Хотя Дадзай вряд ли мог винить их, учитывая, что изначально он тоже пришел к такому же выводу. —Нет!—Сказал Дадзай с притворным весельем. —Я уверен, что реальная история в конце концов получит распространение, но, возможно, ты мог бы использовать часть своего слизеринского обаяния, чтобы донести информацию до масс. Это могло бы отвлечь Джемму от него, по крайней мере, на некоторое время. Где бы ни была префект, Дадзай был уверен, что она злилась из-за такого поворота событий. —Но это значит, что ты не мог быть тем, кто напал на миссис Норрис! —Это именно то, что сказала мадам Помфри!—С энтузиазмом сказал Дадзай. —Хотя, удачи в том, чтобы заставить кого-нибудь еще вразумиться. Губы Драко скривились. —Все в порядке. На этот раз Дадзай отвел взгляд. Он мельком взглянул в зеркало, затем решил, что предпочел бы не видеть эти пустые, усталые глаза, смотрящие на него в ответ, и вместо этого уставился в стену. —Мне просто нужно соответствующим образом скорректировать свои движения. Мерлин знает, что в этом году прятаться будет бесполезно, даже если это помогло мне продержаться весь прошлый год. —Твоя репутация в шести футах под землей! Как тебе удается быть таким небрежным? У Драко был дикий взгляд, а пальцы растопырены на коленях. Дадзай некоторое время смотрел на него, прежде чем улыбнуться. —Я думаю, для Малфоя что-то подобное очень важно. В мафии это тоже было важно. Хотя члены портовой мафии, как правило, предпочитали репутацию, подобную той, которую Дадзай приобрел здесь. Когда люди думали, что ты опасен, ты им и был. И ты хотел им быть — не было ложью, что страх был фантастическим мотиватором, как Мори сказал ему все эти недели назад. Хотя Дадзай, либо запертый в своей комнате, либо отправленный на это секретное задание, считал, что отсутствие репутации, возможно, важнее. Теперь уже слишком поздно, предположил он. —Имя Малфоев имеет вес, — многозначительно подчеркнул Драко. Дадзай кивнул. Затем, внезапно став серьезным, он сказал: —Вот почему мне нужно как можно скорее разобраться с тестом Люциуса. Твой отец пытается решить, на какую пешку поставить: Пожиратели смерти или Портовая мафия. Если он сделает неправильный выбор, твое имя Малфой будет рядом с моей репутацией. Шесть футов под землей. Губы Драко сжались в тонкую белую линию. —У меня есть несколько зацепок, — сказал Дадзай, когда стало очевидно, что Драко не собирается ничего говорить. —Кое-что, что мне нужно исследовать. Ты можешь присоединиться, если хочешь. Драко взглянул на него. Было что-то отчетливо напряженное в его челюсти, и он выглядел смущенным таким поворотом разговора. —Разве это не работа Гермионы? Дадзай усмехнулся. —Значит, вы двое ладите? —Я — нет!—Запротестовал он. —Но все знают, что она книжный червь. Для паршивой гриффиндорки она на самом деле довольно умна… Я полагаю. Дадзай демонстративно закатил глаза, заработав в ответ обжигающий взгляд. Он отмахнулся от Драко. —Драко — мой соучастник в этом преступлении, — просто сказал он. —Кроме того, Гермиона и остальные заняты схемами продажи ответов на тесты. Хотя Дадзай предположил, что несколько вопросов тут и там не повредят. Если не считать объяснения Портовой мафии и теста Люциуса — чего Дадзай никоим образом не хотел делать — это, вероятно, было самым полезным, что Дадзай мог получить от Гермионы. Он отбросил эту идею. —Забудь об этом, Драко. На этот раз исследование библиотеки второстепенно. Драко моргнул, явно удивленный. —Что—как? —Сначала о главном: что мы знаем о сегодняшнем инциденте?— Дадзай говорил медленно, стараясь привести свои мысли в надлежащий порядок, прежде чем продолжить. Драко выжидающе наблюдал за ним. —Первое: миссис Норрис окаменела — вероятно, из-за волшебного существа, живущего в стенах. —Что?! —Второе: На месте происшествия было оставлено сообщение, в котором упоминалось нечто под названием «Тайная комната». Профессора знают, что это значит, но не хотят со мною немного поделиться. Дадзай рассчитывал на пальцах. — И третье: когда я прибыл на место происшествия, там больше никого не было, несмотря на то, что сообщение было нарисовано всего несколько мгновений назад. Первыми, кто прибыл после этого, были студенты. На секунду воцарилась тишина, прежде чем Драко, казалось, понял, что Дадзай закончил. Он прочистил горло. —Нам нужно выяснить, что это за существо и Комната, — предположил Драко. —И… Дадзай приподнял бровь в ожидании. Всего секунду спустя Дадзай увидел, как шок от осознания осветил черты Драко. —Ты думаешь, преступник был среди первых прибывших учеников?! —Фред и Джордж показали мне все потайные ходы в Хогвартсе, и рядом с этим коридором нет ни одного, — объяснил Дадзай. —Если преступник едва не разминулся со мной, он не мог уйти далеко. Это означает, что они, вероятно, врезались прямо в толпу. Если бы они хотели сохранить свое прикрытие, им пришлось бы присоединиться к толпе, а не пытаться проскользнуть мимо нее. —Это упрощает дело… — Драко нахмурился. — Кто там был? — спросил он. Дадзай просиял так лучезарно, что Драко поморщился. —Вот тут-то и пригодился ты, верный подчиненный! Губы Драко скривились в усмешке, но она исчезла менее чем через секунду. Что-то тяжелое промелькнуло в его глазах, и он снова опустил голову. Дадзай запнулся. Чувство вины. Драко выглядел виноватым. Но Дадзай был уверен, что Драко не был виновником. А это означало, что чувство вины стало глубже. Это было то же самое выражение лица, которое было у Драко во время их последнего разговора в этой комнате — когда он говорил о том, каким человеком на самом деле был Люциус. Дадзаю нужно было двигаться вперед, несмотря ни на что. На самом деле у него не было времени глубоко вникать в текущий внутренний кризис Драко. Он также не хотел этого. —Люциуса, очевидно, нет в кампусе, —осторожно сказал Дадзай. Он подождал, пока Драко снова поднимет голову, прежде чем продолжить. — Что означает, что он привел в действие сегодняшний инцидент за некоторое время до начала занятий. Некоторое время между концом прошлого года и началом этого Люциус держал ученика под каблуком. Что-то в выражении лица Драко исказилось от резкого оборота фразы Дадзая. Дадзай не позволил себе чувствовать вину за это. Он предпочел бы, чтобы Драко был рядом с ним, а не с Люциусом. —Драко, — он встретился взглядом с другим мальчиком, — с кем за это время общался твой отец? Драко уставился на него, его обычно самоуверенное выражение лица теперь было искажено неуверенностью. Дадзай знал, что такое выражение шокировало бы его больше, если бы он не видел, как Люциус и его сын общаются лично. Если бы он сам не видел этого при случае. —Я не знаю, — сказал Драко. —Я знаю, что Люциус обычно не посвящает тебя в такие вещи. Дадзай проигнорировал то, как Драко приподнял брови, услышав это. —Но это не значит, что ты не хочешь быть включенным. Даже если он не спрашивает, ты ведь обращал внимание, не так ли? —Я не знаю, — подчеркнул Драко. —Он мне ничего не говорит. —Что ж, я говорю тебе: Люциус организовал сегодняшнее нападение тогда, чтобы я мог раскрыть его сейчас. Дадзай постучал костяшками пальцев по столу. —Он никогда не говорил, что просить тебя о помощи запрещено. Драко ссутулился, в его позе теперь не чувствовалось ничего от его королевского воспитания. Треск цветного стекла осветил кабинет синим и красным. Дадзай прижался к теплу. Эгги медленно просыпалась на диване. Она огляделась, на мгновение задержав взгляд на Драко и Дадзае, прежде чем медленно отойти в сторону. Она спрыгнула с дивана, взмахнув крыльями. Ее когти застучали по полу, когда она подошла к солнечному пятну из красного стекла на полу, где она снова свернулась калачиком, чтобы уснуть в тепле. — Мой отец занят. У него много встреч. Дадзай моргнул, оторвавшись от Эгги, и увидел, что Драко тоже с серьезным видом следит за движениями дракона. Драко вздохнул. В то же время Эгг выпустила необычно большой клуб пепельного дыма. —Многие важные люди хотят встретиться с моей семьей, чтобы попросить об одолжении или понять… как меняются политические течения. Но они приходят к нему. Единственный раз за все лето мы выходили из дома на благотворительный вечер, а потом еще раз, чтобы встретиться с тобой в Косом переулке. Дадзай промурлыкал. —Есть ли у кого-нибудь из этих важных людей в настоящее время дети в Хогвартсе? — Конечно— проворчал Драко. —Большинство из них слизеринцы. Молча, Дадзай мысленно вспомнил сегодняшний инцидент. Студенты в толпе… Некоторые из них были слизеринцами. Он повернулся, чтобы посмотреть Драко в глаза, но тот уже перечислял имена, не нуждаясь в дополнительных подсказках. — Теодор Нотт, Миллисент Буллстроуд, Трейси Дэвис, Крэбб, Гойл… — он сделал паузу. — Панси. Дадзай сел. —Панси была там?—на самом деле… — Миллисент и Трейси тоже? Драко бросил на него быстрый взгляд. —Мы с Пэнси тусовались, пока ее мать болтала с моим отцом. Он скорчил гримасу. —Хотя я и не знал, что ты дружишь с этими двумя. — Мы только познакомились. Они в банде «Панси»…—Дадзай нахмурился. —Банда, выступающая против Дадзая. Дадзай фыркнул, обдумав это. Конечно же, он видел лицо Панси в толпе раньше. И хотя Дадзай не думал, что когда-либо разговаривал с Ноттом, он мог узнать лицо мальчика. Да. Он был среди толпы. По крайней мере, Дадзай был уверен, что Миллисент и Трейси узнали о миссис Норрис только постфактум. Он не видел их на месте преступления, и, судя по тому, что они сказали, они узнали об этом некоторое время спустя. Что касается Крэбба и Гойла… Хотя Дадзай видел, по крайней мере, половину их дуэта в толпе, он сильно сомневался, что у них хватит мозгов провернуть что-то подобное. Это означало… Два имени для двух подозреваемых. Хотя, подумал Дадзай, нахмурившись, если Люциус установил связь с «Флориш и Блоттс», это добавляет десятки имен к списку. Хорошо. Итак, два имени для, возможно, более чем двух подозреваемых. —Профессор Локхарт тоже был на приеме, — внезапно сказал Драко. Дадзай очнулся от своих мыслей. —Что? —Ненадолго. Мой отец действительно его терпеть не может, и я думаю, что профессор Локхарт почувствовал, что он никому не нужен, после первых двадцати минут, —объяснил Драко. —Возможно, он и не нравится отцу, но как знаменитость приглашение было получено, несмотря ни на что. Ну что ж… три имени и, вероятно, больше трех подозреваемых. Его список становился немного громоздким. Локхарта, возможно, и не было в толпе, но как профессор он не был так ограничен в своих передвижениях. Более того, Дадзай вспомнил, что видел его поблизости всего за несколько мгновений до того, как сам нашел миссис Норрис. Более того, Дазаю действительно не нравился этот человек. Признание его виновным лишило бы Дазая всего года. —Ах… Как ты думаешь, профессор защиты может быть злым два года подряд?— Дадзай пошутил. Сгорбленная фигура Драко на секунду застыла. Затем тихий смешок вырвался из его легких. —Не сглазьте его, босс.. — А я и не собираюсь! Просто Локхарт и так уже настолько ужасен, что это не так уж и сложно. —До тех пор, пока ты снова не попытаешься убедить меня в какой-нибудь фальшивой теории о волшебной мафии! Драко начал смеяться, но затем внезапно осознал, что он сказал, и крепко зажал рот. Дадзай рассмеялся. —Даже я не смог бы совершить такой прыжок, Драко. Локхарт бесхребетный! У него характер мокрой лапши, и нет необходимой угрожающей ауры. Теперь Драко фыркнул. —А разве Квиррелл не был таким? —Это было тонко! Как только ты избавишься от заикания и почти плача, Квиррелл станет страшным парнем! —И все же— Внезапно дверь распахнулась. Она с силой ударилась о стену, сотрясая камень. Драко вздрогнул от этого звука. Рядом с ним Дадзай спрыгнул со стола и переместил ноги в оборонительную стойку. Даже Эгги, находившаяся в своем солнечном пятне, резко проснулась. Она взлетела на стропила наверху в шлейфе испуганного дыма. —Дадзай! — закричали Фред и Джордж, дико озираясь по сторонам. Когда они нашли Дадзая, близнецы испустили тяжелый вздох облегчения. —О, слава Мерлину. Когда мы услышали, что произошло, и не смогли найти тебя на карте… Дадзай с усилием сбросил напряжение со своих плеч и изобразил на лице любезную улыбку. Драко бросил на него странный взгляд, но Дадзай отмахнулся. —Это…— Гермиона оборвала себя, войдя в комнату. —Я говорила тебе, что он будет здесь. —Вы слишком сильно беспокоитесь о нем. — сказал Рон, подходя к Гермионе. Несмотря на его слова, Дадзай увидел явное облегчение в том, как опустились плечи Рона, когда он увидел его. Фред и Джордж проигнорировали колкость, уже спеша через офис, чтобы осмотреть Дадзая. Пока эти двое суетились вокруг него, Дадзай приветственно помахал Блейзу, который тихо закрывал за всеми дверь. Блейз улыбнулся, при этом испытующе оглядывая его с ног до головы. —Эй, что это?— Внезапно спросил Фред. Палец Джорджа замер, едва не ткнувшись ему в щеку. Дадзай оттолкнул руку. Хотя близнецы позволили этому случиться, их вопрошающие взгляды ничуть не утратили своей интенсивности. —Какие-то слизеринцы создают проблемы, — сказал Драко, прежде чем Дадзай успел вставить хоть слово. Все повернулись к нему. —Я не позволю им сойти с рук. Фред и Джордж охнули, веселье осветило их лица. —Собираешься натравить на них большого-плохого мистера Малфоя? —Я…—Драко застыл. Что-то темное и неуверенное промелькнуло в выражении его лица. —Нет, я… Учитывая их предыдущий разговор, Дадзай сильно сомневался, что Драко хотел обратиться к своему отцу за чем-то вроде этого. Дадзай сжалился над ним. —Все в Слизерине любят Драко! Я уверен, что если бы он попросил достаточно вежливо, они научились бы оставаться на своем месте. Фред и Джордж издали одобрительный звук, но все еще не закончили свою возню. Дадзай предпринял еще одну попытку отмахнуться от них. —Итак, вы все прибежали, чтобы увидеть меня, не так ли?— он спросил. Рон фыркнул, отрицание было готово сорваться с его губ. Но Блейз уже кивнул в знак согласия, прежде чем гриффиндорец успел открыть рот. —Мы слышали, что произошло! Гермиона подошла ближе, взяв обе руки Дадзая в свои. Дадзай подпрыгнул от неожиданного прикосновения, но не отстранился. Тем не менее, Гермиона, казалось, заметила его дискомфорт. Секундой позже она отпустила его. —О том, что миссис Норрис и профессора отвезли тебя в сторону! Это все правда? Зная, что это будет долгая история, Дадзай подошел к дивану и быстро укрылся одеялом. Конечно, ему пришлось бы опустить несколько ключевых деталей (Люциус, Портовая мафия, тот факт, что он, фактически, расследовал бы окаменение). Но он мог бы дать им общее представление. В конце концов, это была его банда, и он думал, что они заслуживают хотя бы частички правды. Но только боссы и их самые доверенные лица могли увидеть полную картину. Вот почему Дадзай был в Хогвартсе, погруженный в полуправду, в то время как Мори оставался в своем кабинете дома, улыбаясь невысказанной шутке.