Coil

***

Когда Дадзай проснулся следующим утром, Эгги лежала у него на груди. Её когти проделывали маленькие острые дырочки в плаще Дадзая, а хвост громко стучал по дивану. Эгги не прикасалась к его коже в течение ночи и поэтому не умерла. — Хорошая работа, — сонно поздравил он. В ответ Эгги просто свернулась ещё плотнее в клубок. Секунду спустя комнату снова наполнил раскатистый храп. Видя, что они успешно пережили одну ночь, не убив друг друга, Дадзай решил перейти на полный рабочий день в офис банды. Сон никогда не приходил так быстро. И сон был замечательным. Как он продержался так долго, не рухнув на пол, было выше его понимания. Впервые с начала своего второго учебного года в Хогвартсе Дадзай проснулся хорошо отдохнувшим. В тот же день Дадзай схватил все свои вещи из общей комнаты и перетащил их в кабинет. Его книги теперь были заперты в письменном столе, а свежевыбитая подушка украшала диван. И не только Дадзай в полной мере воспользовался своим новым местом для сна — у него возникло ощущение, что каждый второй слизеринец был рад, что ему не придётся делить комнату со своим Демоном-резидентом. Эгги, казалось, тоже наслаждалась своей новой подушкой. Единственным возражением была приподнятая бровь Блейза и замечание, сделанное за завтраком: — Я не видел тебя сегодня утром. — В слизеринских комнатах стало немного душновато для меня, — с улыбкой сказал ему Дадзай. В целом, это была хорошая договоренность. Дадзай чувствовал себя хорошо отдохнувшим, а хорошо отдохнувший Дадзай мог приступить к делу. Первым делом, о чём говорилось выше, было дело… Пара третьекурсников Когтеврана хихикали между собой прямо за дверями библиотеки. Заметив их, Дадзай оттолкнулся от стены и направился прямо к ним, бодрым шагом. Эти двое были бы таким же хорошим началом, как и все остальные (более того, они были единственными учениками в округе, которые сразу не заметили Дадзая и не убежали). Самое главное, Дадзай не узнал их из банды Панси. Дадзай поднял руку в радостном приветствии. — Привет, сокурсники! Вы, случайно, не знаете, где Теодор Нотт, не так ли? Они закричали. — Ах… — Поморщившись, Дадзай поднëс руку к своему звенящему уху. — Кричите, будто демона во плоти увидели… Они уставились на него, заметно дрожа. Рот девушки открывался и закрывался, но из него вырывались только слабые хриплые звуки. Дадзай приподнял бровь. Сегодня он не чувствовал себя особенно устрашающим. Но эти двое явно думали иначе. Хотя в эти дни все в Хогвартсе, казалось, думали так же. Наконец, подруге девушки удалось выдавить несколько слов из собственных дрожащих губ: — Теодор… эм, Нотт? Это… разве он не слизеринец? Дадзай кивнул. — Так и есть! Они подпрыгнули от откровенного энтузиазма Дадзая. Когда они больше ничего не сказали, Дадзай указал на библиотеку. — Его нет ни в библиотеке, ни в общих комнатах Слизерина, — медленно объяснил он. Это были единственные места, которые проверил Дадзай. И, точнее, единственные места, которые Дадзай мог найти достаточно надёжно, чтобы проверить. — Я не найду его с такой скоростью. Кто-нибудь из вас, должно быть, видел его поблизости. Равенкловцы переглянулись широко раскрытыми глазами, а затем отчаянно замотали головами. — Н-нет, мы не сталкивались. — Мы бы не столкнулись со слизеринцем… Дадзай выдохнул, изображая крайнее неудовольствие. Он опустил плечи и расправил их с разочарованным видом. Если раньше они боялись, то теперь были просто в ужасе. Как и ожидалось. — Сейчас, сейчас. Мы не можем этого допустить! Дадзай фыркнул. Он рассеянно взмахнул рукой, и это движение заставило других учеников вздрогнуть. — Мне действительно нужно найти его, вы знаете. — Эм… Удовлетворëнный тем, что они обе отчаянно пытались заслужить его расположение, Дадзай сменил тему. Он захлопал. Внезапно всё его поведение изменилось с «разочарованного, но угрожающего» на «пугающе бодрого и определённо что-то замышляющего». Менее чем за секунду вся его поза изменилась, и огромная, сияющая улыбка расколола его лицо надвое. — Я знаю! Вы двое можете пойти и привести его для меня! Они заартачились, обменялись взглядами, а затем, почему-то, заартачились ещё больше. — Я… эм… — Мы не должны… эм, ты… Дадзай улыбнулся. — Знаете, это ведь совсем не просьба. В воздухе повисла тишина. Прошло долгое мгновение, затем Дадзай усмехнулся. Его хихиканье разрезало напряжение, как ножом. –Ах, я просто шучу, — Он посмотрел на них, наблюдая, как их ужас ни на йоту не ослабевает. — Очевидно, это ваш собственный выбор, помогать мне или нет, — Улыбка Дадзая стала более тонкой и резкой. — В конце концов, я выслежу его в любом случае. Но я был бы очень признателен, если бы вы могли сделать для меня только одну вещь… пока я не начал слишком раздражаться. Хотя у Дадзая не было намерения на самом деле причинять вред этим двоим, подразумеваемая угроза всё равно была серьёзной. Что-то безумное промелькнуло на лицах обоих равенкловцев. Смерть Квиррелла, окаменение миссис Норрис, любая ложь Ежедневного пророка о студенте-Демоне… Какое бы из этих осознаний ни обрушилось на них, оно, казалось, разожгло огонь под ногами. Страх был хорошим мотиватором. И методом, которому Мори, несомненно, поаплодировал бы сейчас. Дадзай фыркнул при этой мысли. — Нет, нет, нет! Это, эм… — пискнула девушка. — Мы пойдём и найдём его для тебя! Другая поспешно отступила на шаг. — П-прямо сейчас! Дадзай просиял. — В самом деле? Спасибо! Вы обе слишком добры! И снова их единственной реакцией было кивнуть в отчаянном согласии. Удовлетворëнный, Дадзай жестом велел им двигаться. — Приведите его обратно, брыкающегося и кричащего, если нужно! — крикнул он им вслед. Через несколько секунд равенкловцы отчаянно бежали по коридору и завернули за угол. Восторженные махания Дадзая прекратились, как только они скрылись из виду. Его руки опустились по бокам с усталым хлопком. Дадзай рассудил, что они вернутся не скоро. Тем временем— Что-то рыжее мелькнуло в уголке зрения Дадзая. Немедленно заняв оборонительную позицию, он развернулся, чтобы встретить угрозу лицом к лицу. Его рука поднялась к груди в защитном жесте. Только лицом к лицу— Ничего. Брови Дадзая нахмурились, смущение обозначилось уродливой складкой на его губах. Он был уверен, что увидел кого-то в конце коридора. Кого-то с рыжими волосами. Уизли.? Но, если только его разум не сыграл с ним злую шутку, Дадзай определённо был один. «Наверное, какой-нибудь сопляк заметил меня и убежал, поджав хвост», — подумал Дадзай, прищурившись. Он попытался избавиться от беспокойства, буквально пожав плечами. Может быть, кем бы ни был этот незнакомец, они также пойдут и найдут Нотта для него. Немного ускорить процесс, чтобы Дадзай мог вернуться к важным делам. Например, поболтать с Адскими гончими. Или поискать подходящее место, чтобы покончить с собой. Или, что более реалистично, из кожи вон лезть, чтобы выяснить, чего от него хотят Люциус и Мори. Вздохнув, Дадзай сосредоточился. Он повернулся обратно к библиотеке. Она была почти пуста — большая часть студентов, очевидно, решила, что это территория Дадзая, и хотела держаться подальше. Не то чтобы Дадзай возражал против тишины, но вся ситуация всё ещё была немного раздражающей. По крайней мере, это давало ему возможность спокойно поработать. У него было время до возвращения этих равенкловцев. Конечно, этого времени было достаточно, чтобы хотя бы открыть одну книгу в поисках информации о Тайной комнате. До сих пор его исследования были в основном… неэффективны. Что вовсе не означало, что этой информации не существовало. У Дадзая возникло ощущение, что, подобно Философскому камню, информация, которую он искал, вероятно, хранилась в закрытой секции библиотеки. К сожалению, Дадзай не мог просто так вернуться туда посреди дня. Самым логичным направлением действий на данный момент было бы изучение окаменения. Все его прошлогодние исследования магических существ помогли точно определить, с чего начать. Подумав об этом, Дадзай оттолкнулся от стены и направился к разделу, посвящённому видам магических рептилий. Мадам Пинс сдержанно кивнула, увидев Дадзая, прежде чем вернуться к своей работе. Видя, что библиотекарь была одним из немногих людей, которые не были против него в Хогвартсе, Дадзай слегка помахал в ответ. Ему пришлось поискать всего минуту, прежде чем он нашёл раздел, который искал. Огненные саламандры, селезни… Знакомая книга о выращивании драконов также привлекла его внимание, но это было не то, что он искал сегодня. Лучше начать с более широкой темы. Дадзай снял с полки многообещающе выглядящий том «Магия чешуйчатых зверей и их сородичей». Он открыл указатель и просмотрел его содержимое, когда сел. Он быстро остановился на главе о василисках. Однако, прежде чем он смог начать читать, кто-то неуверенно прочистил горло. Дадзай оторвал взгляд от книги. Он поднял глаза и увидел, что двое когтевранцев нервно переминаются с ноги на ногу перед ним. В нескольких футах позади них встревоженная фигура Теодора Нотта смотрела куда угодно, только не на Дадзая. Его взгляд метнулся от стены к полу, к — умоляюще — мадам Пинс. Библиотекарша не предложила никакой помощи, ожидая, что она спокойно перевернет страницу в своих записях. Плечи Нотта поникли. –Ого, — Дадзай изобразил удивление, —вы двое быстрые. Равенкловцы переминались с ноги на ногу. Они выглядели запыхавшимися. «Почти как если бы они пробежали всю дорогу туда и обратно», — подумал Дадзай, пряча улыбку. — Спасибо вам двоим! — Дадзай сжалился над ними и попрощался без особой помпы. — Вы лучшие! В награду я больше никогда с вами не заговорю! Облегчение растаяло на их лицах. Не нужно было повторять дважды, равенкловцы бросились прочь. Они вышли из библиотеки прежде, чем Пинс успел крикнуть: –Не бегать по помещениям! Даже несмотря на то, что они ни разу не оглянулись назад, Дадзай игриво помахал на прощание. Было слышно, как Нотт сглотнул. Верно. Хватит валять дурака. Дадзай пнул сиденье напротив себя. Оно откатилось назад всего на несколько дюймов, но Нотт всё равно вздрогнул. — Садись. — Эм, — Нотт взглянул на стул, затем снова на стену. — Ты не можешь просто… сказать мне, чего ты хочешь? Дадзай приподнял бровь. — Я пытаюсь быть вежливым. Нотт не поднял глаз. Он поиграл с обтрепавшимся краем своей мантии, замер, затем начал снова. Страх заставляет людей делать то, что ты хочешь, но из-за этого с ними почти невыносимо поддерживать беседу. Дадзай надеялся, что Мори обдумывает его слова там, в Йокогаме. Он тяжело вздохнул. Потянувшись, Дадзай вместо этого положил ноги на другой стул. Он закинул их одну на другую. — Тогда ты встанешь, — решил он. Нотт кивнул, выглядя немного отчаявшимся. — Я буду вежлив и перейду сразу к делу, — сказал Дадзай. — Я сомневаюсь, что Панси всё равно хочет, чтобы ты со мной разговаривал. — …Панси? — Её маленькая банда, — Промурлыкал он. Дадзай мог ясно вспомнить, что видел Нотта сидящим с Миллисент и Трейси в прошлом. Конечно, Нотт, по крайней мере, знал о банде Панси. Хотя, теперь, когда он подумал об этом, сам Нотт никогда не присутствовал ни при одной из их стычек. Нотт подтвердил его мысли секундой позже. — Я на самом деле не люблю клубы. Или… эээ. Банды. Дадзай кивнул, как будто это было для него уже общеизвестно. — Тогда ты немного одиночка. Что ж, — Он откинулся на спинку стула. Откинув голову назад, чтобы скрыть чёлку Нотта, он, наконец, встретился взглядом с мальчиком. — Я перейду прямо к делу. Хотя Нотт тут же отвел глаза, он кивнул без возражений. — Тео — могу я называть тебя Тео? — Спросил Дадзай, но не стал дожидаться ответа. — День окаменения. Ты был там. Тео резко вскинул голову. Его глаза были широко раскрыты, а рот приоткрылся в удивлëнном «О». Дадзай наблюдал, как маленькая капелька пота скатилась по его подбородку. Губы Дадзая изогнулись в улыбке. — Ты говоришь, что не любишь большие компании, но именно ты и целая толпа людей столкнулись со мной в тот день. Тео дëрнулся. — Любопытно. — Я… — Тео отчаянно замотал головой. Паника в его глазах сменилась откровенным замешательством. — Это совсем не то… Я имею в виду, на самом деле… Ч-о чём ты меня вообще спрашиваешь? Хм. Дадзай ожидал бы другой реакции, если бы прямо сейчас допрашивал преступника. Но Тео, несмотря на весь свой страх, на самом деле выглядел просто сбитым с толку. Как будто он действительно понятия не имел, к чему клонит Дадзай. Дадзай сменил тему. — Я ищу кое-кого, — сказал он, отступая. Он постарался, чтобы его голос звучал ровно и дружелюбно, не желая отпугнуть Тео, не добыв хотя бы какой-то информации. — Скажи мне, кто ещё был с тобой в той толпе, — Он помолчал, затем добавил. — Или даже просто рядом в то время. Брови Тео сошлись на переносице. Дадзай практически мог видеть вопросы, вызывающие трение в глазах Тео, но другой слизеринец остановился, едва не озвучив ни один из них вслух. Когда Дадзай наклонился вперёд в своём кресле, это, казалось, отвлекло Тео от его мыслей. — Милли и Трейси были со мной. — Я уже знал об этих двоих, — отмахнулся от ответа Дадзай. Более того, Драко уже вкратце рассказал ему о них. Что касается Малфоя, то они были просто сторонними наблюдателями — несмотря на это, заноза в заднице у Дадзая. — Если вы шли втроём, почему вы вошли с целой толпой? Тео моргнул. — Поторопись, ладно? Дадзай фыркнул. Тео тут же побледнел. — Мне нужно на урок. — Это… э-э, но сегодня суббота? — Конечно. А теперь поторопись. — П-правильно! Э-э, ну что, мы только что столкнулись? Я не знаю. Я думаю, может быть, какой-нибудь клуб выпустил. Клуб… что ж, это было разумно. Дадзай никогда особо не интересовался клубной жизнью в Хогвартсе, предпочитая вместо этого погрузиться в одиночные исследования и создание банд. Но это объяснило бы, почему так много незнакомых лиц собралось в случайном зале во время перерыва. — Я имею в виду, они все вышли вместе. Так что я подумал… Да, — Тео всё ещё говорил, когда его губы слегка скривились. — За исключением этой Уизли. Внимание Дадзая немедленно вернулось в фокус. Он слегка наклонился вперед. — Который из Уизли? Тео переступил с ноги на ногу. Он перевёл взгляд на Дадзая, затем снова на пол, явно заметив внезапный интерес Дадзая. — Не близнецы. Или— или Рон. Я знаю, что ты. Гм. Дружишь с ними. — Кто это был? — Спросил Дадзай. Но даже когда он мысленно подсчитывал всех братьев и сестёр Уизли, ответ уже напрашивался сам собой. В конце концов, он видел её, не так ли? — Новенькая, — сказал Тео, — девочка. Джинни Уизли. Она появилась из ниоткуда, может быть, за минуту до того, как мы нашли тебя… эм, — Он фыркнул, затем поправил курс. — Эм, она гуляла одна. Но после этого она развернулась и присоединилась к группе. Дадзай откинулся на спинку стула. Любой шок, который он мог испытать от этого откровения, был немедленно скрыт задумчивым взглядом. Дадзай задумчиво почесал подбородок. Джинни Уизли… поведение, описанное Тео точно соответствовало движениям, которые Дадзай предсказал для их виновницы. Более того, Дадзай точно знал, что она присутствовала на автограф-сессии Локхарта. Конечно, достаточно долго, чтобы Люциус смог поговорить с ней. И — Дадзай, нахмурившись, осознал — если план Люциуса развалится, вина ляжет на семью «предателей крови», а не на уважаемую семью Малфоев. Всё, начиная с заявления и заканчивая мотивом, имело смысл. Но что могло склонить Уизли на сторону Малфоя? Угрожал ли он ей? Заколдовал ли её? Дадзай не думал, что это было последнее, хотя бы потому, что он не почувствовал на девушке никакой гнусной магии. Но это не означало, что он просто не пропустил это… Тео прочистил горло. Вырванный из своих мыслей, Дадзай взглянул на него. Тео нервно заëрзал на короткое мгновение, прежде чем, казалось, собраться с мыслями. Он смерил Дадзая самым пристальным взглядом, который Дадзай когда-либо видел. — Это всё, что тебе было от меня нужно? — Его голос звучал неуверенно. — Это Уизли… — Внезапно Тео ахнул. Он неосознанно отступил на полшага назад. — Она свидетель? Дадзай чуть не рассмеялся, увидев выражение ужаса на лице Тео — мальчик, без сомнения, подумал, что Дадзай пытается заставить замолчать свидетеля окаменения миссис Норрис. Какое бы суровое выражение ни появлялось на лице Дадзая, когда он был погружен в раздумья, вероятно, это тоже не помогало смягчить его образ. Однако вместо того, чтобы рассмеяться, Дадзай только отмахнулся от беспокойства. — Если хочешь, — сказал он двусмысленно. Тео скорчил гримасу, явно не понимая, что имеет в виду Дадзай. — Ты вообще видел Локхарта? — Спросил Дадзай вместо того, чтобы уточнить. — Я… нет? А я должен был? — Хм… Нет. Что ж, это точно не вычеркнуло Локхарта из списка подозреваемых. Но Дадзай, вероятно, всё ещё мог пока игнорировать этого человека. Эта новая зацепка была более многообещающей. Взгляд Дадзая вернулся к книге перед ним, игнорируя то, что Тео, казалось, с каждой секундой чувствовал себя всё более неуютно и сбивался с толку. Уродливое, вытянутое лицо василиска уставилось на него. Это были оскаленные ядовитые клыки и взгляд, который мог обратить человека в камень. Окаменение. Василиск. Это была его виновная сторона. Теории и планы ожили в голове Дадзая. Следующим планом действий для меня должно быть… — Э—э… — Ты можешь идти, — отмахнулся Дадзай, не поднимая глаз от стола. Тео издал изумлëнный звук. Дадзай бросил на него быстрый взгляд. — Если у меня возникнут ещё какие-либо вопросы, я пришлю за тобой позже. Теперь ты можешь уйти. — Эм… с-спасибо? — Тео поперхнулся. Было похоже, что он не знал, как правильно начать разговор. — Пожалуйста! — Дадзай просиял. Он повернулся и тупо уставился в стол, прежде чем Тео успел подумать, что ответить, но через несколько секунд услышал, как мальчик уходит. Дадзаю было о чём подумать. Хорошо, что он внёс в чёрный список всех, кроме Драко, причастных к этому расследованию! Последнее, в чём сейчас нуждался Дадзай — это необходимость объяснять Рону и близнецам, что его главной подозреваемой теперь является их младшая сестра. Дадзай провёл рукой по волосам. Они стали немного длиннее. Он сжал в кулаке вьющиеся волосы на шее и тянул их, пока они не начали гореть. Джинни Уизли… так что же тебе сказал Люциус?..

***

Дадзай опоздал всего на десять минут на свой урок коррекционной магии со Снейпом. Это было почти впечатляюще. Дадзай был уверен, что это число будет ближе к тридцати минутам. Хорошо… На данный момент Снейп должен быть просто рад, что он вообще решил появиться. Честно говоря, Дадзай подумывал о пропуске. Не то чтобы ему не нравилась возможность попрактиковаться в заклинаниях. Во всяком случае, ему это нравилось. Скорее… — Я уже целую вечность применяю Мотус Субтилис. Тик — маленькая стрелка сломанных часов двинулась вперёд. Дадзай дунул на малину. — Вы не можете уже научить меня заклинанию покруче? Тик. Он перевёл прищуренный взгляд на Снейпа. — Это слишком просто. Тик, тик. Снейп отхлебнул из своего чая. — Мне скучно. Тик, тик, тик. Бровь профессора дëрнулась. — Сэр, мне скучно. Вы мне надоедаете. Тик, тик, тик, тик— Рука Снейпа с силой опустилась на сломанные часы, крепко удерживая стрелки на месте. В тот же миг непрерывное тик-тик-тиканье заклинания Дадзая Мотус Субтилис оборвалось. Всего на секунду в кабинете мастера зелий воцарилась абсолютная тишина. –Если ты продолжишь это делать, — Снейп многозначительно посмотрел на него, — у тебя разболится голова. Дадзай ухмыльнулся. –Но я привлёк ваше внимание, не так ли? — У меня от вас болит голова. — С вами не интересно, — упрекнул Дадзай. Затем, увидев раздражение на лице Снейпа, переход к откровенному гневу, он исправился. –Я готов перейти к более сильным заклинаниям, профессор. Я уже сотый раз за сегодняшний день использовал это заклинание, и меня совсем не тошнит! Снейп мгновение пристально смотрел на него. С горестным вздохом он, наконец, отпустил часы. Когда прошла секунда, а Дадзай не запустил их снова, он сказал: — Это исключительно быстрое улучшение. — Я практиковался. — Надеюсь, безопасно. — Конечно, безопасно. Дадзай сделал паузу. Ровно настолько, чтобы на лице Снейпа появилось беспокойство. Затем: — Блейз всегда готов присматривать за мной. Мне даже не нужно вежливо просить его, поскольку он уже, вроде как, мать-наседка. Раздражение и облегчение одновременно промелькнули на лице Снейпа. Затем, к большому удивлению Дадзая, это было всего лишь раздражение. — Значит, теперь я могу выучить другое заклинание, верно? — Спросил Дадзай. — Как-то заклинание окаменения! Снейп бросил на него уничтожающий взгляд. Дадзай сделал большой глоток из своего чая, чтобы скрыть нахальную улыбку. Судя по ответному раздражению Снейпа, это действие никоим образом не было утончëнным. — Тогда смертельное проклятие, — поправил Дадзай. — Нет, — Снейп сверкнул глазами. — И нет. Точно нет. Учитывая общественное мнение о вас, мистер Дадзай, я бы посоветовал даже не шутить по поводу этих заклинаний. — Возможно, вы правы… Но профессор Снейп не стал бы меня сдавать, поскольку я его любимый ученик и всё такое. Ответный усталый взгляд Снейпа был единственным подтверждением, которое получил Дадзай. Снейп плавно провёл пальцем по краю своего чая. Дадзай секунду наблюдал за этим задумчивым движением, прежде чем демонстративно повернуться к часам. Он со звоном поставил свою чашку на деревянный стол Снейпа. — Как ты себя чувствуешь? Дадзай моргнул. –Хорошо, — сказал он. — хорошо. Совсем не болен. Снейп уставился на него, явно пытаясь понять, говорит ли Дадзай правду или нет. Прошло несколько секунд, и он, казалось, пришёл к какому-то выводу. — Я полагаю, мы можем перейти к другому заклинанию. Прежде чем Дадзай смог начать аплодировать — облегчение от явной скуки от произнесения такого убогого заклинания, слишком заманчивого, чтобы не быть вознаграждëнным аплодисментами, — Снейп заставил его замолчать острым взглядом. — Что-нибудь маленькое. И простое. Если я правильно помню, в прошлом году ты смог с некоторым успехом применить заклинание «Вердимилиус». «Успех» — это смелый выбор слова. Да, Дадзай произнёс заклинание. Но его также быстро вырвало. Итак… «Вердимилиус» также, по не столь скромному мнению Дадзая, было невероятно скучным заклинанием. — Что я собираюсь делать с маленькими зелёными огоньками? Он заскулил. — Давайте вместо этого сделаем Вингардиум Левиоза. В любом случае, это как бы следующий шаг вперёд по сравнению с Мотус Субтилис, не так ли? Тик. Словно собака, виляющая хвостом, услышав своё имя, сломанные часы на письменном столе внезапно сдвинулись на шаг вперёд. И Дадзай, и Снейп взглянули на них, прежде чем вернуться к своей личной битве воль. Снейп приподнял бровь. — И я тоже применял заклинание левитации в прошлом! Также с очень ограниченным успехом и очень болезненной реакцией. Но то, чего Снейп не знал, не вернется, чтобы укусить Дадзая за задницу. –Я этого не помню, — категорично прокомментировал Снейп. — Это был скорее мой личный проект. Вас не пригласили, так как Драко сказал, что сможет научить меня лучше, чем вы все вместе взятые. Губы Снейпа скривились. –Но теперь, когда вы научили меня Мотус Субтилис — «тик» — это по одному заклинанию для каждого из вас. Я бы сказал, что вы сопоставимы как учителя, — продолжил Дадзай. Взгляд Снейпа метнулся к часам, затем снова к нему, Дадзай прищурился. Пока Дадзай ждал надлежащего ответа, он отхлебнул из своего чая. Он был сладким и мягким — очевидно, Снейп снова добавил меда. Несмотря на свои протесты, Дадзай предположил, что медовый вкус был приятным. Тяжелый вздох Снейпа оторвал его от размышлений. — Я позволю тебе перейти к Вингардиуму Левиоза, — сказал он. Дадзай ухмыльнулся. — Отлично! — Если, — Снейп подчеркнул это слово ударом по столу. — и только если, ты сможешь успешно использовать Вердимилиус, не заболев. Дадзай сдулся. Для любого другого студента такая просьба была бы в лучшем случае смехотворной. Но для Дадзая… Снейп скорчил гримасу, явно заметив нерешительность Дадзая. — Если такая задача слишком непреодолима даже в мыслях, тогда тебе пока не следует отказываться от заклинания Мотус Субтилис. Покачав головой, Дадзай возразил: — Я только обдумываю свой подход! Пока не сбрасывайте меня со счетов, профессор! Снейп закатил глаза. — Я уже знаком с вашими методами, мистер Дадзай. Когда профессор Квиррелл произносил «Вердимиллиус», в заклинании было что-то особенное… Дадзай поджал губы и сжал пальцы на своей палочке. …дрожащее и воздушное. Да, так оно и было. Снейп наблюдал за ним через стол с безразличным, тупым выражением лица. Теперь его голос звучал несколько сдавленно, и он повторил: — Если ты не можешь этого сделать, даже не пытайся. Это было именно такое заклинание — и именно такое чувство позволило ему успешно применить его и в прошлом году. — Это ужасный совет от учителя. Снейп усмехнулся. — Но, — поспешно поправил Дадзай. –я полагаю, что для вас это наравне, профессор. — Я пытаюсь удержать вас от того, чтобы вы стали постоянным обитателем лазарета, — прорычал Снейп, хотя Дадзаю показалось, что он услышал где-то там лёгкое подтрунивание. — Если только это не является твоей целью… — Это не так, это не так! — Дадзай с энтузиазмом жестикулировал. Непреднамеренно, преувеличенно размахивая палочкой, он размахивал ею взад-вперед, острый конец дико указывал через всю комнату. Чья-то рука схватила запястье Дадзая. Он резко застыл. Дрожь пробежала по его телу. Дадзай автоматически отпустил рукоять своей палочки, и она со стуком упала на стол. Она прокатилась немного, прежде чем со звоном ударилась о кружку Снейпа и остановилась. Широко раскрытыми глазами Дадзай уставился на Снейпа. Снейп уставился на него в ответ, выражение его лица было чем-то средним между упреком и недоумением. Пауза. Дадзай не дышал. Однако в ту секунду, когда глаза Снейпа встретились с его собственными, его суровое поведение немедленно исчезло. Вместо этого что-то исказилось в выражении его лица. Секундой позже он медленно и осторожно убрал руку с запястья Дадзая. Дадзай в защитном жесте прижал ладонь к груди. — Не стоит… — запинаясь, сказал Снейп. Он схватил упавшую палочку Дадзая, начал поднимать её, затем вместо этого скользнул ею по столу. — делать так. Дадзай забрал свою палочку обратно, затем бездумно уколол запястье острием. — Волшебная палочка — это инструмент, но это также и своего рода оружие, — объяснил Снейп. В его голосе всё ещё звучали осторожные нотки, как будто он с величайшим вниманием выбирал каждый свой вдох. Дадзая кольнуло это замечание. — Размахивая им подобным образом, ты обязательно причинишь кому-нибудь вред. Особенно тому, у кого такой ограниченный контроль, как у тебя. Дадзай фыркнул, чувствуя тепло на лице от того, что его отчитали, а также от своей бессмысленной реакции к простому прикосновению. –Я осторожен, — проворчал он. — В том, чтобы размахивать палочкой, нет ничего осторожного. Когда-либо. Представьте, что это был… — Снейп замолчал, явно обдумывая свои слова. — …нож. Или… маггловское огнестрельное оружие. — Ну, это опасно, только если ты не знаешь, что делаешь. В прошлом Дадзай имел дело и с ножами, и с пистолетами. На самом деле, он использовал их обоих достаточно много раз, чтобы считать себя экспертом. Достаточно опытный, чтобы случайно не выстрелить в кого-нибудь, размахивая пистолетом у него перед носом. Должно быть, на его лице отразилось некоторое раздражение, потому что секундой позже Снейп устало вздохнул. — Как я уже сказал, — он посмотрел на палочку Дадзая, — опасно. Раздражённый, Дадзай уставился на него через стол. Снейп встретил его бесстрастный взгляд. Он снова вздохнул. — Просто будь осторожнее, трудный ребёнок. Дадзай не сводил с него пристального взгляда, пока не смог больше его выдерживать — слишком много требовалось от созерцания волшебного заклинания, чтобы выполнять многозадачность. Его взгляд упал на палочку. Вердимилиус–лёгкая и дрожащая. В прошлом году он решил, что заклинание легкое и шаткое, не так ли? Только… Брови Дадзая нахмурились, а губы опустились в раздраженной гримасе. — Не причиняй себе вреда. Дадзай резко поднял голову и увидел, что Снейп задумчиво хмурится, глядя на него. Мастер зелий наклонился вперёд, опершись на ладонь, забыв о чае и наблюдая за своим учеником. Легкий и дрожащий, легкий и— Дадзай взволнованно провёл рукой по волосам. Это бесполезно! Я не могу сосредоточиться на магии! Это всё— Прямо под манжетами его перчаток, казалось, остался отпечаток пальцев. Невидимое клеймо. Предупреждение. Мысленно отчитывая себя, Дадзай с недовольством попытался заставить себя отвлечься от того места, где его схватила рука Снейпа. Ему нужно было сосредоточиться на важных вещах, например, на изучении магии. Не на постоянно учащающемся биении его слишком быстрого сердца. Не на том, как ощущение руки Снейпа, казалось, задержалось на нём сейчас. Призрачное впечатление, похожее на воспоминание. Ему это не понравилось. Расправив плечи, Дадзай спрятал дискомфорт в глубине души, но он был уверен, что это всё равно отразилось на его лице. Северус совершил ошибку. Это было непреднамеренно. И это также был не первый раз, когда он совершал подобную ошибку. Потому что, хотя Северус никогда не стеснялся огрызаться на ученика, он понимал, что Дадзаю нужно немного больше… Уход. Слово, которое он искал, было «забота». Когда Дадзай начал размахивать своей палочкой с дикой самозабвенностью, Северус действовал с малейшей долей упомянутой осторожности. Скорее, единственной мыслью в его голове было: «Это опасно, глупец!» Но в ту же секунду его рука сжала руку Дадзая.— В ту секунду, когда он увидел лицо мальчика.— Северус растерялся. Дадзай стал смертельно бледным и таким же неподвижным. Что-то промелькнуло в его глазах на короткую секунду, почти сразу сменившись почти затравленным взглядом. Дрожь пробежала по спине Северуса. Он никогда раньше не видел, чтобы ребёнок так выглядел. Никогда не думал, что ни один ребёнок не должен так выглядеть. Отпустив руку Дадзая, Северус осторожно откинулся на спинку своего стула, надеясь увеличить дистанцию между ними. «Не похоже, чтобы Дадзай дышал» — отстранëнно подумал Северус. Как статуя. Как он надеялся, успокаивающим голосом, Северус объяснил всё сам. Это не было оправданием для того, чтобы так резко схватить Дадзая, но, возможно, это, по крайней мере, дало бы мальчику какое-то объяснение. Он попытался незаметно подтолкнуть чай Дадзая вперёд, но безуспешно. Взгляд Дадзая даже не метнулся в сторону всё ещё дымящейся кружки. Тем не менее, Северус с облегчением увидел, что затравленный взгляд Дадзая медленно исчезает с течением времени. Только, пока они разговаривали, эта паника превратилась не в удовлетворение, а в раздражение. Злобу. Что-то близкое к гневу. Судя по отсутствующему взгляду Дадзая, он был направлен не на Северуса. Внезапно ему показалось, что он проглотил камень. Подозрения Северуса в жестоком обращении только росли с каждым днём. Подозрения, которые, казалось, волновали только его. Но его расследование ни к чему не привело, благодаря молчаливому правительству Иокогамы-! Но я больше не отвечаю за его расследование. Минерва отвечает. Будет ли она относиться к Дазаю с такой же заботой? Стала бы она проводить свои исследования помимо того, о чём просил Альбус, ради улучшения одного студента? Он предупреждал её, но поняла ли она? (Я действительно лучше?) Наполовину сожженное письмо лежало нетронутым на его столе, прожигая дыру в сознании Северуса. Чувство вины и бездействие. Схватив запястье, которое не желало, чтобы его брали. Неуверенность сорвала вздох с его губ. Северус на мгновение задумался над этой мыслью, прежде чем прервать ее. –Скажи мне, — сказал он, потратив ещё секунду на то, чтобы оценить состояние Дадзая. Когда он не получил никакого ответа, кроме сдавленного хмурого взгляда, Северус спросил. — Ты недавно видел профессора Макгонагалл? Дадзай суетливо взмахнул палочкой. Северус проследил за движением, но было ясно, что сейчас Дадзай пытается держать свою палочку под контролем. Она едва сдвинулась даже на дюйм, прежде чем упасть обратно ему на колени. — Я думаю только о том, чтобы прогулять урок, — поддразнил Дадзай обманчиво лёгким голосом. Северус нахмурился ещё сильнее. Если бы он не видел, что мальчик всё ещё так явно на взводе, он был бы полностью одурачен, поверив, что Дадзай непоколебим. Что-то кольнуло Северуса в животе, но Дадзай продолжал говорить, сам того не подозревая. — Хотя, на самом деле я этого не делаю. — …Хорошо, — Северус тщательно подбирал слова, неуверенный в том, насколько сильно он в это на самом деле верит. — Честно! — Дадзай запротестовал. — Пока все остальные практиковались в каком-нибудь действительно крутом заклинании, я должен был писать эссе. В последнее время на уроках так скучно. — Она сказала тебе написать эссе, но действительно ли ты написал его, трудный ребёнок? Дадзай проигнорировал его. В любом случае, ответ был очевиден без пояснений. Затем, казалось бы, из ниоткуда, он спросил: — А что, вы шпионите за своим коллегой по факультету, профессор? Северус недовольно ощетинился, но, вопреки себе, обнаружил, что может не сдержать раздражение. Чем дольше они подшучивали и препирались, тем больше краски медленно возвращалось к лицу Дазая. Он раздражённо выдохнул. — Это вряд ли тебя касается. Если вы не хотите произносить одно и то же заклинание до конца года, я предлагаю вам перестать любопытствовать и начать концентрироваться. — Ну, тогда, во-первых, не спрашивайте меня о профессоре Макгонагалл. Теперь вы меня заинтриговали. Снейп потер виски, успокаивая головную боль, которая, казалось, постоянно присутствовала в эти дни. Зелья от головной боли Поппи — или его собственные, если уж на то пошло — в конце концов, не имели власти над людьми, причиняющими ему головную боль. Чертов Гилдерой. Он опустил руку и уставился на Дадзая через стол. Дадзай всё ещё рассеянно возился со своей палочкой. Свет в его глазах казался отсутствующим, и Северус безмолвно задавался вопросом, о чём думал мальчик. Но всё его поведение стало более спокойным по сравнению с… предыдущим. Было ли это всего лишь упущением в фокусе, из-за которого мальчик так ужасно вздрогнул? В любом случае, чувство вины в животе Северуса заработало сверхурочно. Чувство вины из-за того, что он был тем, кто напугал Дадзая. Затем чувство вины, в сто раз более глубокое и липкое, потому что он всё ещё не был в состоянии что-либо сделать с предполагаемой причиной этих вздрагиваний. — В любом случае, если ты собираешься за кем-то шпионить, это должен быть профессор Локхарт. Северус моргнул. — Почему? Он что-то натворил? — Локхарт есть Локхарт, — глубокомысленно заметил Дадзай, умно кивая головой. — Разве этого недостаточно ужасно? Честно говоря… Северус фыркнул. Это было неприлично, но Дадзай, несмотря ни на что, широко улыбнулся в ответ. Прежде чем Северус смог решить, отчитать ли Дадзая за то, что он плохо отзывался о своём начальнике, или выразить свои глубочайшие соболезнования нелюбимому ученику Гилдероя, Дадзай внезапно решительно кивнул. Затем, резким взмахом палочки, Дадзай произнес: — Вердимиллиус! Северус резко выпрямился. Ярко-зелёные искры брызнули с кончика палочки Дадзая. Это было далеко не идеальное заклинание, но… Взгляд Северуса немедленно метнулся к Дадзаю — зелёные огоньки несколько впечатляли, но не были самым важным в данный момент. Он оглядел Дадзая с ног до головы. У того были широко раскрытые глаза и маленькая буква «О» на губах. Глаза Северуса сузились. Дадзай, казалось, предвидел возражения, готовые сорваться с языка Северуса. Он издал пронзительный вздох. — Это было удовлетворительно, — решил для себя Дадзай. — Опусти свою палочку, — сказал ему Северус. — И не разыгрывай, не предупредив меня. — Он слегка наклонился вперёд, чтобы получше разглядеть лицо мальчика, но остановился, нахмурившись, вместо того, чтобы подойти ближе. — Тебя тошнит? У тебя болит голова? Последние несколько зелёных огоньков ярко горели ещё секунду, прежде чем полностью погаснуть. Один из них выплеснулся в его чай, и Северус с отвращением посмотрел на него. Послушно, Дадзай положил свою палочку на стол между ними. Точка была поставлена точно в точку. — Я чувствую себя хорошо. Северус недоверчиво приподнял бровь. — Точно! — Запротестовал Дадзай, обиженно надув губы, скрывая ранее широко раскрытые глаза мальчика. Это резко контрастировало с тем, что было раньше, когда Северус протянул руку.— Он прижал кончики пальцев к столу. Кончики покраснели, затем побелели от давления. — Мой желудок даже не скрутило! — Объяснил Дадзай. Он казался удручающе довольным тем, что должно было быть нормальным чувством. — Я просто был удивлён, вот и всё. Северус ещё раз оглядел его, прежде чем спросить: — Удивлëн? — Что это сработало, — сказал Дадзай. — Я вроде как забыл, что чувствует Вердимиллиус — э-э, как его разыгрывать. Северус прокомментировал промах Дадзая, лишь изогнув бровь и уныло нахмурившись. — Но ты себя хорошо чувствуешь? — Да, хотя, это странно. — Отсутствие боли вообще не должно быть странным. Северус прищурился, надеясь уловить хоть каплю правды в выражении лица Дадзая. Однако после недолгих поисков он был вынужден признать. К сожалению, Дадзай был экспертом по контролю за выражением своего лица. Хотя Северус уже считал себя кем-то вроде эксперта в расшифровке тиков мальчика, он, по общему признанию, не мог обнаружить на его лице никакого дискомфорта, кроме того, что уже было там раньше. — …Хорошо, — запинаясь, сказал Северус. Он был прекрасно осведомлён о том, как быстро чувство «всё в порядке» может превратиться в «я сейчас упаду в обморок». Особенно с такой неизвестной болезнью, как у Дадзая. Прежде чем Дадзай смог воспрянуть духом, он продолжил. — Давайте на сегодня остановимся на этом. — Что? — Дадзай подался вперёд на своём стуле. — Но я всё сделал правильно! Вы сказали, что я могу перейти на Вингардиум Левиоза. Если только… — он умолк, голос приобрёл скандальные нотки. — Если только профессор Снейп не лжец! Снейп заставил его замолчать, подняв руку и нахмурившись. Дадзай немедленно откинулся на спинку стула, но не выглядел особенно испуганным. — Не повышай голос. Дадзай фыркнул. –…Верно. Это не извинение. Но Северус знал, что с этим лучше даже не пытаться. Северус потянулся за своей кружкой, когда внезапно вспомнил, что видел, как заклинание Дадзая выплескивается в неё. Прервав движение, Северус вместо этого ущипнул себя за переносицу. Это не успокоило его нервы, но помогло немного сосредоточиться. — На следующей неделе мы перейдëм к заклинанию левитации. Глаза Дадзая заблестели. — Ах, может быть, вы всё-таки не такой скучный, как я думал! Северус проигнорировал его. — Мы будем работать медленно. Если ты почувствуешь себя плохо, — он сделал паузу, внезапно ему в голову пришла идея. — мы остановимся. На самом деле, возможно, я приглашу Поппи присоединиться к нашим следующим нескольким урокам, чтобы следить за происходящим. Это была хорошая — нет, отличная идея. Если окажется, что переводить Дадзая на более сильные заклинания слишком рано, старшая сестра немедленно заметит. Более того, Поппи могла заметить что-то, что Северус упустил в поведении мальчика, как и в прошлый раз. Что касается его здоровья, семейной жизни или Квиррелла… — Тем временем, тебе следует продолжать практиковаться в заклинании Мотус Субтилис — кивнул он. — Теперь ты можешь убрать свою палочку, мальчик. Пока Дадзай убирал свою палочку в футляр, который он хранил в своей сумке с книгами, Северус осмотрел свою уже остывшую кружку с чаем. Конечно же, крошечные зелёные крупинки… что-то плавало на поверхности. Несомненно, остатки заклинания Дадзая. Северус не собирался поглощать магическую энергию, способную создавать искры из воздуха. Пренебрежительно махнув рукой и пробормотав заклинание, он левитировал кружку на другой стол. Последнее, чего он хотел — это случайно выпить это позже, во время исследования. Дадзай поднял взгляд как раз в тот момент, когда Северус произносил заклинание. Его глаза проследили за полётом кружки в воздухе, слегка прищурившись, как будто в глубокой концентрации. Кружка со звоном приземлилась где-то позади него. Северус смерил Дадзая задумчивым взглядом. Заклинание, которое он только что произнёс — Вингардиум Левиоза — всё ещё слабо ощущалось на его коже. Это было всего лишь лёгкое покалывание. Он специально готовился к этому, иначе ощущение полностью ускользнуло бы от его внимания. Острый взгляд Дадзая проследил за заклинанием через всю комнату, как будто только шёпот заклинания донесся до него. Возможно, так оно и было. Северус вздохнул. Он молча поклялся обсудить это замечание с Поппи, когда они встретятся позже. Тем временем… — Как к тебе относились в школе? Дадзай моргнул. Всё ещё держа руки в сумке, Дадзай помолчал, затем вытащил учебник. Он положил его себе на колени. — Я уже говорил вам, что не прогуливаю занятия, — возмущëнно пыхтел Дадзай. — Снейп в меня не верит. — Профессор Снейп, — поправил он. Дадзай взмахнул рукой, не выглядя ни в малейшей степени отчитанным. Сопляк. — Занятия — это только часть школьного опыта, — объяснил Северус, спокойно глядя на него. — Учитывая обстоятельства, я ожидаю, что этот год был для тебя довольно трудным. Собственный школьный опыт Северуса с хулиганами в то время причинил ему более чем тяжкие последствия — даже сейчас воспоминания оставляют горький привкус на его языке. Он даже представить себе не мог, насколько ужасной была повседневная жизнь Дадзая. В конце концов, шумиха вокруг истории о студенте — Демоне всё ещё не утихла. Во всяком случае, она только усиливалась с каждым днём. С окаменением всё стало только хуже. Если бы Северус не знал ничего лучше, он бы сказал, что «Ежедневный пророк» активно пытался разрушить жизнь Дадзая. Или иначе, что кто-то определённо имел зуб на мальчика. И, к большому раздражению Северуса, так называемое заявление Альбуса для прессы относительно окаменения миссис Норрис было менее чем конкретным. «–Хогвартс серьёзно расследует это дело», — сказал он репортёру. За этим, должным образом, последовал избыток умиротворяющих, но в целом бесполезных чувств. (Убьёт ли Альбуса, если он скажет прессе, что они были совершенно уверены, что Дадзай не был преступником?! В этот момент Северус искренне спрашивал.) — Мнение школы о тебе, в общем и целом, менее чем благоприятное, — сказал Северус. Он не видел необходимости ходить вокруг да около. Дадзай был более внимателен, чем позволяло его мальчишеское отношение. — Как всегда, если тебе нужно куда-то обратиться, офисы Поппи и мой всегда открыты для тебя. — Какое странное предложение, — пробормотал Дадзай себе под нос. Непонятно, должен был он это услышать или нет, Северус просто молча наблюдал за меняющимся выражением лица мальчика. Через секунду Дадзай весело улыбнулся. — Профессор Снейп всегда суетится, — Он вывел, казалось бы, случайный узор на обложке своей книги. — У меня всё под контролем. Даже если все решат выследить и убить меня, я думаю, Блейз всё равно прикроет мне спину. Северус вздрогнул. От ненужно жестоких образов у него скрутило живот. — Всё настолько серьезно? — Спросил он, стараясь говорить ровным тоном. Он старался приглядывать за Дадзаем, но было неизбежно, что некоторые вещи ускользнут от его внимания. И хотя он слышал, как много людей плохо отзывались о его проблемном ребёнке, он ещё не видел никаких физических угроз. Дадзай сделал паузу, казалось, обдумывая что-то на мгновение, прежде чем прямо продолжить: — Панси — худшая из всех. Для меня было бы большим одолжением, если бы ты мог добиться её исключения. Северус посмотрел на него. Неосознанно его глаза снова прошлись по телу Дадзая в поисках синяков, но ничего подобного не нашли. — У меня сложилось впечатление, что вы двое были в каком-то клубе. Губы Дадзая слегка изогнулись. — Я думаю, это слишком много, чтобы просить… — он замолчал. — Ну, по крайней мере, ты можешь сказать мне, выяснили ли вы, кто превратил кошку в камень. Северус немедленно бросил на него уничтожающий взгляд. — Нет. И я думал, что сказал тебе держаться подальше от этого расследования. — А вы? Я не помню. — Дадзай пожал плечами. — Я всё равно остаюсь в стороне! Я просто спрашиваю, поскольку все уверены, что это сделал я. Если вы никого не исключите из-за меня, вы можете, по крайней мере, помочь доказать мою невиновность! Я уверен, что это заставило бы нескольких человек отвязаться от меня… Вы знаете, я, вероятно, заслуживаю знать, как продвигается расследование, больше, чем кто-либо другой, из-за этого. Несколько человек… Северус нахмурился. Тогда студенты определённо доставляли Дадзаю немало хлопот. Как глава факультета Дадзая, Северус не мог не чувствовать, что ему придётся поговорить со всеми ними. В конце концов, это была, по крайней мере, частично его собственная вина, и, безусловно, он нёс ответственность за исправление. Но что более важно— — Не вмешивайся в это, — повторил Северус. — Тьфу! Профессор Снейп несправедлив. Северус ещё мгновение наблюдал за Дадзаем. Губы мальчика были по-детски выпячены, а на щеках играл юношеский румянец. В прошлом он видел множество выражений на лице Дадзая, но каждое из них всегда казалось близким к истине. Даже сейчас Северус не мог избавиться от этого чувства. Мальчик, которого он не понимает, из города, который он понимает ещё меньше — — Просто держись подальше от неприятностей, трудный ребёнок, — сказал он, потирая переносицу. Северус тихо проворчал про себя. — После всего, что произошло в прошлом году, можно было подумать, что ты немного смягчился. Северус ожидал этого так же сильно, как и боялся. В конце концов, никто не мог пережить то, через что прошёл Дадзай, и просто прийти в себя невредимым. Но, в конце концов, Дадзай был такой же жизнерадостной угрозой, каким был тогда. Единственная разница заключалась в том, что теперь всё магическое сообщество, казалось, рассматривало его как угрозу. Несмотря ни на что, Северус всё ещё не мог сказать, что Дадзай чувствовал по поводу всей этой ситуации. Мальчик колебался между безразличием, возбуждением, затем внезапно забеспокоился. Если быть честным, Северус тоже не был до конца уверен в своих чувствах. Сердитый, конечно. Обеспокоенный, определённо. И, возможно… Подозрительный тоже. Дадзай ухмыльнулся ему с другого конца стола. Он всё равно барабанил пальцами по обложке учебника, ещё не открыв его по-настоящему. Северус безмолвно задавался вопросом, закончил ли Дадзай читать его несколько недель назад. После их предыдущих уроков Северус даже не был уверен, что Дадзай не запомнил это наизусть. — Я всегда держусь подальше от неприятностей, — бодро солгал Дадзай. — Я думаю, это просто само подкрадывается ко мне.