Семь дней до Хэллоуина

Вообще-то сначала Джастин выбрал костюм Чубакки — конечно его, кого же еще — но Софи сказала, что без маски (а Джастин не хотел надевать маску) он похож не на Чубакку, а на клубок волос, выуженный из раковины. Искать костюм в самый последний момент оказалось непростой задачей, но тут выход подсказал Адриан. Предыдущие пару недель он воображал себя волчонком. То он завывал за семейным обедом, то прятался за диваном и атаковал его ноги. Конечно, у сына-волчонка мог быть только отец-волк. Поздоровавшись с уже подошедшими гостями, Джастин скрылся в ванной на первом этаже, чтобы навести марафет. Их ванную прочно оккупировала Софи. Зря он помыл голову, теперь волосы не торчали, как он хотел. Хорошо, что он умудрился стащить лак для волос. Будет здорово заставить волосы торчать, как у Росомахи, чтобы они ложились поверх меховых ушей на ободке. Карман завибрировал, и Джастин чуть было не пшикнул лаком себе в глаз. Еще немного, и ему пришлось бы стать пиратом. — Привет, любовь, — глянув на экран, негромко сказал Джастин и поправил волосы. Мало лака. — При-и-ивет. По Эммануэлю можно было сразу сказать, когда он пьян. Или когда он притворяется трезвым. Сейчас он даже не притворялся. — Вечеринка в самом разгаре? — улыбнулся Джастин в трубку. — Да. Детишки меня уже заездили. — Ты нарядился в пони? — Я нарядился в… серый костюм. — Скучно. — Но у меня зажим с летучей мышкой на галстуке. — Я тебе не верю. Фото. Оборотень из Джастина получался весьма бюджетный, но по крайней мере детям понравится. Телефон пиликнул, и Джастин посмотрел на экран, ловя входящий файл. Зажим с летучей мышкой на галстуке действительно был, но галстук теперь висел на спинке кресла, пока Эммануэль развалился в нем, расстегнув верхние пуговицы рубашки. — Я понял твой костюм, — усмехнулся Джастин, вновь прислоняя телефон к уху. — Горячая штучка, да? — А ты кто сегодня? Джастин не стал делать фото, просто включая видеозвонок и показывая то, что должно было стать оборотнем. — Джон Бон-Джови? — Я не знаю, чему удивляться больше — тому, что ты знаешь Бон-Джови, а не начинаешь: «эта ваша современная музыка», — или тому, что ты не замечаешь этих ушей. — Джастин наглядно почесал накладное ухо. — А их у тебя раньше не было? Мне казалось, что… Джастин закатил глаза, вновь переключаясь на простой звонок. Похоже, в Эммануэле уже добрая доза пунша. Он не знал, готовят ли они пунш. — Что еще у тебя есть за части тела? — невинным голосом поинтересовался Эммануэль следом. — Больше никаких частей тела. Я в гостевой ванной, а за дверью куча народа. — Я ни на что не намекаю. Но вообще-то я уже остался один, пока дети внизу с остальными, а дверь тут закрыта на ключ. — Это самый тонкий не-намек, что я слышал. Джастин облизнул губы. Напряжение, которое он почувствовал с тех пор, как увидел расстегнутую рубашку Эммануэля, мурашками разбежалось к пояснице. — Покажи свой хвост. — У меня пока нет хвоста. — Джастин бросил взгляд на серую горжетку рядом с раковиной. — А мне кажется, что есть… — Маню… У меня гости. — Значит, тебе придется очень-очень быстро показать мне хвост. Джастин посмотрел на себя в зеркало. Его глаза сверкали от возбуждения. — И показать, что ты умеешь с ним делать. Он засмеялся. Ладно. Только если очень быстро. Хорошо, что он выбрал костюм оборотня и имеет право на некоторую неопрятность… Джастин включил камеру.