No time to die

Ноябрь 2009 г.

База NEST, полуостров Диего-Гарсия, Калифорния, США

      Натянув разноцветную гирлянду на праздничную ёлку, купленную лично полковником Ленноксом пару дней назад, Джаз отошёл назад на пару шагов и критическим взглядом окинул рождественское дерево: ослепительно яркое и нарядное. Земные праздники очень привлекали Джаза, особенно самый любимый и популярный — Рождество, которому лейтенант симпатизировал больше всего. Поэтому именно Джаз взял на себя ответственность подготовить военную базу NEST к празднику (хотя иных кандидатов на этот пост и не выдвигалось, ибо никто не был в курсе каких-либо выборов), решив начать сильно заранее: аж с конца ноября.       Джаз, проявив удивительную для большинства окружающих серьёзность, в перерывах между работой стал заниматься поисками украшений, полностью игнорируя едкие выпады Рэтчета по этому поводу. Джаз обожал праздники ещё до начала войны на Кибертроне, именно такие исключительные моменты были символом мирной жизни, чего-то не испорченного грязью войны, маяком надежды…       — Айронхайд, да брось. Нам всем нужны праздники. Видишь, какие ребята тухлые? Народу требуется хорошенькая взбучка, чувак, — весело пояснил Джаз, когда Айронхайд был очень недоволен желанием своего товарища приобщиться к земной культуре.       Почти три года незаметно минуло с момента высадки первой части команды автоботов на Землю. Здесь не было масштабных войн, хоть и гремели локальные и не очень военные конфликты, не ощущались постоянное присутствие смерти и полная безнадёжность, дороги не были заполнены телами товарищей и противников, не дымился почти каждый когда-то наполненный жизнью квартал… В разгорячённой непрекращающимися энергонопролитными боями не витало вечное чувство тревоги: сейчас разорвётся бомба, или прилетит дрон, или навсегда погаснет оптика друга, с которым Джаз смеялся только вчера, или снова не вернётся часть команды… Всё на Кибертроне, беспробудно полыхающем войной, уже не было похоже на дом, в котором когда-то жил Джаз. Несмотря на внешний оптимизм, Джаз давно не надеялся вернуть Кибертрон. Джаз перестал верить, что его дом сможет когда-нибудь восстановиться. Втайне ненавидя самого себя за утрату надежды, Джаз перестал существовать и стал находить радость в мелочах: отдушиной лейтенанта были гонки и розыгрыши. Защитная реакция психики кибертронца, который прошёл всю войну? Что ж, Джаз этого не исключал.       Джаз очень ясно запомнил один вечер, хотя, согласно временным данным, была уже ночь. Ещё на Кибертроне, охваченном военными действиями и преступлениями, Джаз, вернувшись из очередной разведки и отчитавшись перед одним из вышестоящих (ныне покойный Ультра Магнус), впервые допустил мысль о том, что он больше не верит в возможную победу автоботов и не знал ради чего он лично сражается.       Упаднические настроения среди армии автоботов не считались редкостью, но ранее сам Джаз, благодаря его характеру, не попадал под общую волну хандры. Война затягивалась, перерастая в постоянство — современную реальность. Довоенная, нормальная жизнь всё больше превращалась в вымысел, когда-то сложенную для мотивации общества легенду. Джаз не верил, что когда-то все они жили, не ожидавшие клинка или выстрела в любую секунду.       Джаз, составляющий письменный электронный отчёт о проделанной вылазке, краем аудиосенсоров услышал приближающуюся к его кварте поступь шагов кого-то неизвестного. Бесшумно отложив в сторону датапад и не приглушив свет, Джаз осторожно скользнул за один из выступов в стене и притаился, ожидая незваного гостя. Это не могли быть дозорные, ибо так близко к его отсеку они не шлёпали; почти исключалась возможность прихода кого-то из товарищей, ибо в данный час все нормальные ушли в оффлайн; кто-либо из начальства тоже бы предупредили о своём появлении, потому что знали, что Джаз частенько любит посещать нелегальные гонки по заброшенным и почти начисто сравненным с землёй городами.       Некий трансформер остановился. Послышался вежливый стук в дверь.       — Кто? — Джаз, не убирая оружия, как ни в чём не бывало подошёл ближе.       — Это Оптимус Прайм, Джаз. Могу я войти? — по внутреннему каналу связи поступил соответствующий запрос на подтверждение непосредственно от Прайма.       Оптограни Джаза взлетели от шока, корпус неверяще замер. Джаз не верил, что сам командующий пришёл к нему лично. Неужели с крайне секретным заданием? Или, может, отругать за нередкое участие в гонках? Или за подстрекательство совсем ещё юного Бамблби к подкармливанию каких-то противных инсектиконов? Ну, подумаешь, какую-то дрянь у Рэтчета они чуть не сожрали, с кем ни бывает. Как считал Джаз, Док наоборот должен был быть благодарным, что он сам не подходил к категории пищи для этих не самых приятных жучков.       «Ой, влетит мне щас от Прайма, Праймус не горюй», — подумал Джаз с неудовольствием. Кстати, командира и запустить следовало бы, а то как-то не очень вежливо держать лидера автоботов за дверью.       — Здравия желаю, сэр, — открыв дверь и впустив Прайма внутрь, встал по стойке «смирно» Джаз, отдав честь командующему.       — Вольно, капитан, — спокойно ответил Оптимус, внимательно наблюдая за солдатом.       Джаз решил действовать на опережение. Как говорится, лучшая защита — это нападение.       — Сэр, я хотел сказать, что от этой брюзги и по совместительству медика Рэтчета уже получил нагоняй, если Вы пришли из-за этого… И лекцию он мне тоже влепил таку-у-ю интересную, что я чуть не ушёл в оффлайн, — намеренно растянув гласные, начал Джаз, всплеснув манипуляторами.       — Капитан, об этом инциденте и твоём наказании я уже уведомлён, — сдержанно сообщил Прайм, чуть повернув шлем, оглядывая кварту.       Значит, не случай с инсектиконами. Любопытно.       — Если насчёт разведданных, сэр, я всё передал Вашему заместителю Ультра Магнусу, — зацепился за мысль, как за спасательный круг, Джаз, облокотившись плечевым сегментом на одну из стен. — Сплошные следы десептиконов в четвёртом и пятом квадратах, признаки высокой радиации…       — Джаз, я пришёл к тебе в столь поздний час не с целью получения доклада, — чуть подняв ладонный модуль в знак молчания, прервал Джаза Оптимус, внимательно смотря на капитана, удивлённого признанием. — За последнее время ты стал чаще пренебрегать правилами безопасности, подвергая собственную жизнь огромной опасности из-за регулярного участия в нелегальных заездах.       Джаз едва сдержал усталый вздох. «Всё-таки будет гайки выкручивать», — пронеслась мысль в процессоре разведчика. Раньше Джаза отчитывали все, кому не лень: Рэтчет, Айронхайд, Ультра Магнус, Элита-1… Ещё и Прайм добавился. Послужной список Джаза активно пополнялся новыми именами.       — Ты не только нарушаешь приказы высшего командования, Джаз, но и подвергаешь опасности более младших товарищей, осознанно или нет подавая им не самый разумный пример, — сцепив манипуляторы в замок за спинной бронёй, неодобрительным тоном заговорил Оптимус и черты его фейсплейста немного ожесточились. — Безответственность не является твоей чертой, Джаз, но твоя безрассудность заходит всё дальше и дальше, не видя границ…       Джаз хотел возразить. Во-первых, мелких никто не заставляет. Как будто их под дулом орудия гонят туда! Во-вторых, у Джаза всегда есть план и он не безрассуден. Однако, что-то неведомое заставило Джаза заткнуться. Возможно, тот факт, что сам лидер автоботов пришёл к нему лично, чтобы поговорить о его поведении. Или, может быть, потому, что Джаз слышал в привычно официальной речи командующего необычную для него толику мягкости и заботы?… Исходя из того, что Джаз ранее слышал об Оптимусе, Прайм был очень сдержанным и строгим.       — Сэр, Вы не правы, — Джаз громко прервал командира, но ничего за свою дерзость не получил, хоть и ожидал чего-то.       Странно, ибо Ультра Магнус бы назначил взыскание или, как минимум, сделал бы замечание о «вопиющем отсутствии дисциплины». Вспомнились слова Арси: «У Ультра Магнуса пунктик на уставе». Одним словом, зануда.       — Я не бросаюсь в огонь бездумно. У меня всегда есть план, — прямолинейно возразил Джаз, скрестив манипуляторы на груди.       — Это иллюзия контроля, Джаз, — заявил Оптимус, сохраняя тон прохладным как и всегда. — «Со мной ничего не произойдёт» — самые дорогие слова в мире, Джаз. Они всегда стоят жизни и здоровья.       — Но я осторожен, сэр… — негодовал Джаз, нахмурившись.       Джаз и не думал, что Оптимус сможет его понять. Прайм не шутил, не смеялся, был словно… неживым, всегда сосредоточенным на войне. Джаз старался держаться от таких автоботов подальше, потому что не имел с ними точек соприкосновения. Сам капитан никогда не был серьёзным. Ну не его это качество.       — Уверенность в своей неуязвимости — первый шаг к падению, Джаз… Всё чаще ты взваливаешь на себя наиболее опасные и рискованные задания, бросаясь в самое пекло. Безрассудность и опасность заменяет собой потерю психологической опоры… Ты потерял надежду, Джаз.       Джаз ожидал услышать что угодно, но точно не это. Слова, вертевшиеся в процессоре Джаза в течение минувших нескольких месяцев, были озвучены совершенно другим, от кого Джаз меньше всего ожидал это услышать.       — Сэр, это не имеет значения… — сохраняя тон непринуждённо весёлым, скрывая растерянность, попытался оправдываться Джаз. — Я лучше всех из моей группы выполняю свою работу. Всё остальное неважно…       — Я не пришёл сюда, чтобы упрекнуть тебя в чём-либо, Джаз. Я хотел бы поговорить с тобой не в качестве командира, а как… друг, — подойдя ближе, признался Оптимус, положив правый ладонный модуль на плечевой сегмент Джаза и чуть сжав его.       Джаз не знал, как реагировать на столь шокирующее высказывание.       — Да у меня всё бучком, — в привычно легкомысленной манере улыбнулся Джаз, совершенно забыв о субординации.       Улыбка вышла натянутой. Уголки губоподобных сегментов предательски дрогнули, выдавая их неестественность. Джаз нервно моргнул и отвёл взгляд куда-то вправо, за спину командира, который, напротив, не сводил пронзительных окуляров с подчинённого. Оптимус словно знал и понимал всё.       — Я… нормально. Всё в порядке… — не держа зрительный контакт, сказал Джаз, больше не пытаясь улыбнуться.       Фейсплейст Джаза почти слился с его боевой маской. Выражение было непривычно жёстким и лишённым радости. В искровой камере Джаза что-то треснуло.       — Я… Я просто не знаю за что мы сражаемся… Больше не знаю… Я думал, что после того, как закончится война, Кибертрон будет прежним. Но война идёт и я уже не знаю, будет ли мой дом таким же, каким был когда-то… — понурив плечи, раскаялся Джаз, старательно избегая взгляда Прайма. — Я не понимаю ради чего мы все сражаемся и умираем… Чтобы что? Продолжить этот бесконечный цикл смертей ещё на десятки ворнов? Во имя чего?       Джаза словно прорвало. Мысли, копившиеся в полном одиночестве продолжительное время, выплеснулись наружу. Джаз, не имея максимально доверительных отношений ни с кем из команды, не имел возможности обсудить свои метания ни с кем из живых. Осудит ли его командующий? Джаз не знал.       — Джаз, иногда надежда — это всё, что у нас есть… Надежда — вера в то, что будущее не предопределено. Именно от наших действий, Джаз, зависит исход войны, — искренне ответил Оптимус, устремив взгляд куда-то сквозь самого Джаза. — Меня тоже часто обуревают подобные сомнения, Джаз… Порой совершенно невозможно сохранять веру…       Оптимус Прайм был символом борьбы, надеждой на светлое будущее. Было парадоксально странно слышать такие живые слова от него. Образ Прайма, построенный пропагандой Совета для граждан Кибертрона, не состыковался с тем автоботов, которого в данный момент видел перед собой Джаз. Словно Прайм был таким же… живым, способным чувствовать и переживать.       — Но нужно бороться снова и снова, пока конечная цель не будет достигнута. Надежда помогает каждому из нас не погрузится в отчаяние. Надежда всегда сильнее страха, Джаз, — в окулярах Оптимуса промелькнуло что-то неизвестное на короткий миг, но эта слабость быстро исчезла.       Воцарилась тишина. Прайм, отведя взгляд от солдата, отчуждённо смотрел куда-то, словно разыскивая что-то неведомое разуму Джаза. Джаз на секунду заметил в оптике командира ту же усталость от войны и безоговорочное понимание, что словно освободило Джаза, даря ему надежду.       — Спасибо, сэр, — Джаз слегка кивнул, чувствуя долгожданное облегчение.       Джаз надолго запомнил тот разговор, который тогда был так необходим ему. Джаз стал просто жить, не оглядываясь на прошлое и не заглядывая в будущее. Будущее закрыто, настоящее — даровано.       Именно Земля, небольшой разноцветный приплюснутый шарик, привлекла Джаза своей жизнью, словно тут всё и все дышали жаждой жить. Люди жили так оскорбительно мало: всего 70-80 лет и того меньше, в зависимости от территории и условий проживания. Но они успевали сделать многое: вырасти, отучиться, завести друзей, найти дело всей жизни и посвятить самого себя этому ремеслу, путешествовать, создавать семьи, творить, мечтать… Именно всеми вышеуказанными чертами Джаза и подкупило человечество, особенно их искусство: литература, живопись, театр, кинематограф, музыка… Джаз искры не чаял в музыке, составляя собственными манипуляторами плейлисты под настроение.       В данный момент же сидя перед только привезённым на базу NEST Нокаутом, чьи манипуляторы были закованы в автоботские наручники, Джаз вспомнил те далёкие времена, когда гражданская война на Кибертроне только начинала свирепствовать. Нокаут выглядел нарочито скучающим, небрежно разглядывая стены комнаты.       — К заму Прайма связь провести забыли? Или у вас все здесь с неисправностью в процессоре? — натянув нахальную ухмылку, спросил Нокаут, закинув один сервопривод на другой.       — Радуйся, гоблин, что босс запретил применять физическое насилие по отношению к тебе, — не реагируя на провокацию, заявил Джаз, нарочито расслабленно откинувшись на спинку стула. — Но имей ввиду, что ситуация всегда может перемениться.       — Неужели святые автоботы перейдут к не гуманным методам допроса? — усмехнулся Нокаут, нагло пользуясь собственной безнаказанностью. — А как же совесть, моральные принципы или во что вы там верите? А ваш святой Прайм?       — Уважение к командиру прояви, — холодно заметил Джаз, ожесточившись. — Иначе глоссы не досчитаешься.       — Пытки? Не люблю их, — скривился Нокаут и вдруг ухмыльнулся, — если я не являюсь тем, кто их применяет.       — Не волнуйся, тебя от дезактива не спасёт даже твой статус военнопленного, — вмешалась в беседу Арси, сверля десептикона ненавидящим взглядом.       Джаз хмыкнул. Что-что, а личные и обоснованные причины у Арси имелись: по слухам, Нокаут прямо или косвенно был замешан в гибели одной из сестёр Арси — Хромии. Айронхайд тоже был в бешенстве, поэтому именно Джаз был приставлен к Нокауту.       — Вы не посмеете вырвать мою искру, — самоуверенно сообщил Нокаут, но всё-таки поглядывал на противников настороженно. — Я слишком ценен. Сведения, которые я могу предоставить вашему межрасовому цирку, чересчур важны.       — Информация о частоте проведения полировки твоей брони? — Джаз смерил Нокаута скептичным взглядом, приподняв одну оптогрань. — Праймус упаси меня узнать это, иначе мои кошмары снова вернуться.       — Смотрю, ты слишком разговорчивый для трупа, — издевательски проговорил Нокаут. — Помнится, пару недель назад ты валялся в оффлайне как проржавевшее ведро с гайками, списанное в утиль.       — Не волнуйся, тучка, после нашей беседы ты будешь выглядеть не лучше, — растянув губоподобные пластины в жёсткой ухмылке, сказал Джаз. — И весь твой вишневый цвет утонет в твоём же энергоне… А после, если, конечно, ты ещё будешь подавать признаки жизни, спинку тебе никто не протрёт.       Джаз не без удовольствия поймал промелькнувший на несколько мгновений страх в линзах Нокаута, горящих алым цветом.       — По-вашему вопросы я сам себе задавать буду? Где вас таких недотёп только берут? — недружелюбно посмотрел Нокаут, закатив окуляры.       — Разговорилась наша цыпа, наконец, — оптимистично заключил Джаз и, открыв пустой файл в датападе, приготовился записывать. — Итак, начнём с простого. Где паркуется ваш лидер, чей внешний вид пугает бедных спарков и детей по ночам?       — Как основного места стоянки у него нет, либо я не в курсе, — откинулся на спинку стула Нокаут, вернув тону привычную надменность. — Лорд Мегатрон вызывает каждого из нас отдельно, но его верная собачка Саундвейв всегда при нём. Старскрим, тот ещё бездарь, обычно курирует работу десептиконов…       — Чем твои подельники заняты и где они находятся? — законспектировал Джаз, перейдя к следующему вопросу.       — Везде шляются, но воздерживаются от нахождения в Арктике и Антарктиде, — пожал плечевыми сегментами Нокаут. — Сумасшедшая планетка… Жуткие холода, знаешь ли. Мои бывшие товарищи устраивают погромы, нападают на людей, веселятся…       — Что же тебя оставили гнить в Праймусом забытой Финляндии? Неужели столь ценный, — Джаз акцентировал внимание на последнем слове, — член команды и без дела?       — Слишком красив, чтобы умирать, радость моя, — посвятил лейтенанта Нокаут, чуть выше вздёрнув подбородок. — Я не смертник, мой дорогой. Мне дорог мой актив.       Джазу очень хотелось залепить Нокауту пару раз прямо по его самодовольной роже. Может, разговорчивей будет. Но чёткий приказ Оптимуса сдерживал лейтенанта. При этом Джаз прекрасно видел, что Нокаут не договаривал всей информации.       — С некоторыми людьми дружбу, мир, жвачку водят, — словно только вспомнил Нокаут, театрально загибая фаланги. — Лорд Мегатрон с ними соглашение заключил, но в суть договора я не посвящён. Давно не при делах, знаете ли… Но у этих людей имеется пару лабораторий и что-то, что интересует Мегатрона. Какая-то очень интересная ваша технология… Не посвятишь?       Автоботы уже давно знали, что конкретно ищут десептиконы. Что ж, давняя догадка Оптимуса подтвердилась. Час от часу не легче. Кто-то копал под NEST.       — Это общество мелких букашек с отсутствующей ответственностью возглавляет кто-то очень важный из человеческой шапки власти, — продолжил Нокаут, чуть наклонив корпус вперёд. — Он лично встречался с Лордом Мегатроном и держит под рукой собственный круг соглядатаев… Кстати, в вашей гоп-компании тоже есть его люди, которые всю информацию сливают непосредственно… отсюда.       Джаз слышал, как резко втянула воздух стоявшая позади Арси. Оптимус, Айронхайд, Рэтчет, Бамблби и сам Джаз уже дискутировали насчёт данной возможной догадки. Остальной команде Прайм сообщил не так давно, особенно когда всё стало ясно после исчезновения Джаза и Лины. Картина постепенно складывалась.       — Так что же готовит Мегатрон? — спросил Джаз, не удивлённый новостью.       — Что-то очень важное и максимально секретное, — Нокаут больше не выглядел самодовольным, в его линзах проскользнула несвойственная ему тревога. — Он словно ждёт подходящего момента.       — Подходящего момента? Решил запустить фейерверки в честь наступления нового, 2010, года? — оживившись, съязвил Джаз, приподняв одну оптогрань.       — Мегатрон ждёт вашего хода, — прямо заявил Нокаут, нервно постукивая фалангами по гладкой поверхности стола.       Чего-то не хватало. Мысли в процессоре Джаза стремительно сновали, прекидывая чего конкретно мог ожидать Мегатрон. Какой-то очень важной детали не доставало. *** *** ***

Декабрь 2009 г.

провинция Северный Хорасан, Иран

      — Штурм! — объявил по внутренней связи Леннокс, подав ладонью знак и возглавляя одну из групп солдат для атаки.       Согласно последним новостям из Ирана, страну с середины июня захлестнула волна протестов, превратившихся в погромы. По причине фальсификации результатов президентских выборов, граждане выходили на улицы, выражая своё недовольство и гнев из-за случившегося. У находящихся террористических группировок в Иране развязались руки из-за нестабильности в государстве. Освобождение захваченных террористами высокопоставленных членов правящей партии и нескольких дипломатов стало сегодняшней задачей отряда NEST.       Изначально, специально назначенные иранские переговорщики вели переговоры с террористами, но после главный руководитель страны — Высший лидер (Рахбар) — дал согласие на штурм. Захват преступников и спасение заложников осуществляла команда NEST, ибо правительство США опасалось за жизни членов своего дипломатического корпуса.       Весьма удивительно было, что и шесть десептиконов присутствовали недалеко от места удержания заложников. Крутясь возле границы с Туркменистаном, солдаты Мегатрона минировали приграничную территорию. Цель действий была крайне размытой: отвлечение внимания или привычный хаос десептиконов. Оптимус склонялся к первому варианту.       Некоторым автоботам Прайм доверил специальные задания: Бамблби должен был приглядывать за своим давним другом Сэмом, Кроссхэйрз и Дрифт были отправлены в Мексику для наблюдения за Саундвейвом, предположительно находящемуся на юге страны, Мираж патрулировал военный городок недалеко от базы NEST, чтобы проверить его на наличие кибертронских систем слежения. Сведения, поставленные Нокаутом, лишь подтвердили догадки Оптимуса, особенно касательно подозрительно притихших десептиконов за последний год. После сражения в Египте Мегатрон исчез, на этот раз объединившись с группой преступников, проводящих бесчеловечные опыты.       Семь артефактов при совместной работе складывались в мост, проходящий через пространство и время в рамках одной планеты. Имелась более мощная научная разработка: система колонн Сентинела Прайма, ныне навеки утерянная. Когда-то бывшая кибертронская технология в настоящее время попала под внимание Мегатрона, который ожидал «подходящего момента»… Это нервировало.       Команда NEST разделилась надвое: люди, занятые освобождением жертв, и автоботы в составе Оптимуса, Айронхайда, Хаунда и близнецов, отвечающие за нейтрализацию десептиконов.       — Оптимус, мы начинаем? — предварительно спросил Айронхайд по внутренней связи, активировав одну из своих пушек.       — Да, но соблюдайте осторожность, — предупредил Прайм. — Хаунд, займёшься разминированием снарядов. Скидс, Мадфлэп, прикройте Хаунда. Айронхайд, со мной.       — Так точно, босс, — отозвался Скидс и с воодушевлением продолжил. — Сэр, а можно… мы потом тоже присоединимся к надиранию задниц десептиконов?       — Если я вас раньше не прикончу, — закатил окуляры Хаунд, ворча.       Перед тем, как дать ответ, Оптимус заметил насмешливый взгляд Айронхайда, хоть и всегда говорящего о дисциплине, но дававшего младшим по званию некоторые поблажки.       — Сначала выполните доверенное вам задание. По его окончанию можете присоединиться, — сказал Оптимус, допустив едва заметную улыбку, услышав радостные возгласы близнецов.       — Мы сделаем всё, босс! — воскликнул Мадфлэп, хлопнув в ладоши. — Спасибо, сэр!       Скидс активно закивал, показывая брату как будет убивать врагов.       — Захлопнетесь, солдаты. Всех десептиконов своими криками распугаете, — буркнул Айронхайд.       Близнецы разом смолкли, но их окуляры горели предстоящим весельем.       — Расходимся, — приказал Оптимус.       Близнецы, снова начав бурно обсуждать свой будущий звёздный час, получили по подзатыльнику каждый от Хаунда. Айронхайд и Оптимус, активировав оружие, направились по следам энергона.       Тихая степь, полностью застелённая только выпавшем снегом. Молчаливые деревья, словно облысевшие без привычного листового покрова, заметно покачивались из-за дуновений морозного ветра. Под сервоприводами скрипел снег. Серое небо окружало такое же непримечательное солнце.       Мегатрон, презирая человечество, пошёл на сделку с людьми, предложив им, скорее всего, кибертронские технологии взамен. Оптимус, давший разрешение на трансфер минимального количества научных разработок автоботов, беспокоился о целесообразности посвящения людей в принципе в научный прогресс трансформеров. Человечество было слишком молодым и неопытным видом, и настолько фатальные ошибки могли привести к концу.       Оптимус боялся, что люди могут повторить судьбу его народа. Уничтожить Землю, превратив её в подобие полностью и окончательно угасшего Кибертрона. Прайм слишком привязался к Земле, найдя здесь новый дом и друзей. Земля так сильно напоминала Оптимусу довоенный Кибертрон, что это становилось больно. Свой дом он спасти не смог, может быть, получится сохранить этот?…       — Оптимус, тебе не кажется, что предполагаемое минное поле уже должно было появиться? — подозрительно спросил Айронхайд, сведя оптограни в единую линию.       Думая совершенно о другой теме, Оптимус, быстро оглядев окружающую их обстановку, не увидел ничего странного и не вписывающееся в ландшафт. Но должен был.       — Так и есть, — согласился Прайм, слегка кивнув.       Словно что-то предчувствуя, на связь вышел Хаунд.       — Босс, у нас пусто. Ни одного действующего взрывного устройства не найдено, — в замешательстве доложил Хаунд. — Но есть слабые следы энергона и муляж. Кривобамперный, правда, и сделанный на скорую руку.       Худшие опасения Оптимуса подтвердились. Их намеренно вывели с базы.       — Десептиконов тоже нет, Хаунд, — проворчал Айронхайд, деактивировав оружие.       — Может, они попрятались со страху, увидев рожу Скидса, — подколол Мадфлэп брата, пытаясь разрядить напряжённую обстановку.       — Отставить разговоры, — спокойно напомнил о дисциплине Оптимус.       — Оптимус, — по общей связи прервал разговор полковник Леннокс с некоторой озадаченностью в голосе. — Заложники освобождены, но террористы оказались липовыми.       — Таких баранов для столь большого дела не берут, — встрял Эппс. — Нам скормили какую-то дрянь… Джонас! Ещё раз я увижу…       Эппс отключился от связи. Команда NEST практически в полном составе покинула базу в Калифорнии, несколько автоботов отлучены от центра, отсутствие десептиконов здесь, создание ложного задания…       — Джаз, приём, это Оптимус, — скрывая смятение в голосе, во внутреннему каналу связи автоботов заговорил Прайм.       — Джаз на связи, кэп, — через несколько секунд раздался по обыкновению весёлый тон Джаза.       — За время нашего отсутствия, Джаз, на базе ничего странного не произошло? — спросил Оптимус, чуть нахмурившись и абсолютно игнорируя Айронхайда, который темнел с каждым циклом — аналогом человеческой секунды.       На искре у Оптимуса было неспокойно. Процессор подсказывал Прайму, что вся иранская операция по спасению людей — отвлекающий манёвр. Но с какой целью? Напасть на оставленную базу и захватить уже найденные артефакты? Разве не слишком прямой ход?       — Э-э-э… нет. Всё норм, Оптимус, — замялся Джаз. — Ну, кроме Рэтчета. Он мне шлем оторвать хочет. Ну, тут как обычно…       — Возьми Сайдсвайпа и проверьте территорию базы, — чуть сжав переносицу, проигнорировал Оптимус шутку Джаза. — Всю, включая внешние объекты. Передай Арси не сводить окуляров с Нокаута. Найденные артефакты не оставлять надолго без присмотра.       Могли ли быть здесь устройства прослушки? Саундвейв был непревзойденным мастером шпионажа. Однако, десептиконы, благодаря своему информатору, уже знали о том, что автоботы обладают некоторыми технологиями. Словно соглядатаи командира десептиконов были повсюду.       Почти девятнадцать часов занимал перелёт из США в Иран, где на данный момент команда и находилась. Использовать этот большой временной промежуток, чтобы произвести штурм базы в Калифорнии? С какой целью? Украсть артефакты? Пробраться в военный лагерь и установить подслушивающие устройства? Логично, но, зная методы Мегатрона, что-то отчаянно не складывалось. Словно столь откровенная демонстрация чьей-либо осведомлённости и привлечённости в дела NESTа была провокацией, кричащей о шатком положении отряда. Кто-то настойчиво старался развалить NEST, используя все возможные способы достижения цели и не взирая на последствия и потери.       Подорвут ли подобные случаи доверие между автоботами и человеческими чиновниками? Договор о межпланетном сотрудничестве работал для обеих сторон: автоботы защищают людей, те, в свою очередь, предоставляют разрешение на проживание команды на Земле. Взаимоотношения Оптимуса с представителями американской власти лишь с каждым днём повышали градус напряжения.       — Хаунд, Скидс, Мадфлэп, подтягивайтесь со скоростью света к самолёту, — поймав мысли Оптимуса, связался с остальными Айронхайд.       — Полковник Леннокс, собирайте группу. Мы срочно возвращаемся в Калифорнию, — сухо передал Прайм Уиллу.       — Ждём вас, Оптимус, — если растерянность и была в тоне Леннокса, то он её успешно скрыл.       Оптимус, отключив связь, вместе с Айронхайдом отправился на погрузку. Прайма не покидало тревожное чувство. Предательство Нокаута потянуло за собой череду ужасающих последствий, навалившихся на отряд. *** *** ***

Декабрь 2009 г.

База NEST, полуостров Диего-Гарсия, Калифорния, США

      Вернулась группа под утро. Ещё летя в самолёте, среди солдат ходили разговоры о произошедшем в Иране: террористы-новички, решившие взять в заложники высших представителей государственной власти Ирана и нескольких членов американского консульства. Звучало, как минимум, нелепо: не все опытные преступники пошли бы на такое серьёзное дело. Шесть десептиконов, о нахождении которых было заявлено непосредственно из Белого дома, словно испарились. Уловка, не иначе. Но зачем? Лина не понимала. Если бы произошло нападение на базу, команда была бы уже в курсе.       До самого позднего вечера весь NEST стоял на ушах. Мираж, Сайдсвайп, Арси и Джаз проверили всю территорию военной базы на наличие возможных устройств прослушивания; Рэтчет и Айронхайд искали бреши в системе безопасности; Оптимус и Хаунд просматривали личные дела сотрудников NEST, отмечая подозрительные моменты биографии; Джолт приглядывал за наблюдавшим за шоу Нокаутом, который по большей части выглядел нервным и даже испуганным; Скидс и Мадфлэп желали всем помочь, но только мешали, путаясь под сервоприводами. В конце концов, не выдержав, лишённый всякого терпения Айронхайд прогнал близнецов, приставив тех к бедному Джолту, который был не в силах возразить старшему по званию. Вид у Джолта был несчастный и обречённый.       Связавшись с генералом Моршауэром, полковник Леннокс и Оптимус долго обсуждали вопрос о будущей дополнительной проверке всех данных, которые поступали в спецслужбы о следах десептиконов. Также в качестве извинений от Президента за просчёт в информации, полученной от его сотрудников, автоботам в ближайшие дни после долгих прений должны были передать их артефакт. Хоть что-то хорошее озарило вечер.       Беспорядок, который был порождён сливом сведений противнику, непосредственно ударил и по медицинскому человеческому блоку. Из Белого дома пришло срочное распоряжение о замене практически всего медицинского персонала. Лина, когда узнала об этом, была так сильно удивлена, что чуть не грохнулась с лестницы, успев в последний момент ухватиться за перила. Как впопыхах объяснил ей Уильям, подобная практика проводилась каждый год, но в январе. Из-за сегодняшнего конфуза всё перенесли на более ранний срок. Лина, отвечавшая за персонал больницы, была обязана заполнить огромное количество документов в связи с потерей заметного числа коллег. Единственное, что хотела сделать Блэк, — это сделать вид, что она ничего не видела и не слышала. С огромным объёмом работы Лина разбиралась весь день и половину ночи, молчаливо покрывая проклятиями того, кто учинил всю эту неразбериху.       — Нет-нет-нет… — сидя в кабинете у своего коллеги офтальмолога Томаса, Лина устало подняла голову от бумаг, когда заметила в дверях терапевта Смит. — Нет, Кэт, скажи мне, что ты шутишь! Пожалуйста.       — Я тоже ухожу по собственному, Лина, — извиняюще улыбнулась Кэтрин Смит, поправив медицинский халат. — Зато теперь буду работать в нормальном месте, а не здесь… Никакой личной жизни тут…       — Ну, это да, — со знанием дела согласился Томас, кивнув, и вздохнул с сожалением. — Я свою жену уже четвёртый месяц не видел…       Проблема с взятием отгулов и увольнительных на пару дней была широко распространена в NESTе. Многие солдаты и остальные работники не видели родственников на протяжении нескольких месяцев.       — А что, многих наших переводят? — осторожно поинтересовалась Кэт, отодвинув стул и сев напротив. — Я здесь отработала почти полтора года, поэтому могу уйти с чистой совестью.       — Никто из медсестёр не остаётся… — отложив ручку и вздохнув, откинулась на спинку стула Лина. — В общем, почти все… Из наших 5-6 человек только остаются.       Лина была готова биться головой об стенку. Чуть ли не выть хотелось из-за сложившейся ситуации.       — Ничего себе, — взлетели брови Кэт, на что Томас угрюмо кивнул. — Начальство зверствует…       — Скорее, чистку проводят, — буркнул Томас, скрестив руки на груди и мрачно глянул на коллег.       — Больше на это похоже, — задумчиво согласилась Лина, положив ногу на ногу. — Темнят гады.       Люди вряд-ли попали бы под удар, в отличие от автоботов, как считала Лина. Понятно, что состав хотят обновить, дабы избежать передачи данных десептиконам, но гарантировала ли ротация состава отсутствие появления новых шпионов? Если у Мегатрона контракт с кем-то из людей, то у этого человека в подчинении должно было быть полным-полно сотрудников, у которых глаза и уши были повсюду.       — Лина, уходи тоже. Многие из тех, кого не было в списках на перевод, решили уволится по собственному, — нерешительно начала Кэт и, заломав пальцы, продолжила. — Послушай, Лина, возможно, NEST вообще закроют.       Чуть наклонив голову вбок, Лина перевела отстранённый взгляд на окно, поправив кончиками пальцев горлышко надетой чёрной водолазки. Бросать команду, которую Лина воспринимала как вторую семью, она не собиралась. Ребята стали Блэк почти родными. Лина в любом случае осталась бы здесь.       — Я не могу, — отказалась Лина, после чего Кэт совсем поникла. — Мне нравится работать в NESTе.       — А личная жизнь? Семья, дети? — неверяще спросила Смит, приподняв брови.       Этот надоедливый вопрос Лина слышала по несколько сотен раз, будто ничего важнее брака и рождения детей не было на свете. Лина скорее с моста прыгнет, чем пойдёт к алтарю. Ладно, брак ещё нормально, но дети… От одной подобной мысли бросало в ужас.       — О-о-о, с личной жизнью у Лины очень даже всё шикарно, — растянув губы в самодовольной улыбке, поддел коллегу Томас, подмигнув Кэт.       Лина закатила глаза. Разумеется, Томас говорил про сплетни, которые прочно укоренились на базе и доставляли большие проблемы. Автоботы и пару близких друзей и коллег из людей, которые поддразнивали Лину насчёт этих разговоров, делали это в шутку, шатая нервы как самой Блэк, так и Прайма. Однако многие солдаты и младший персонал смотрел на старшего лейтенанта Блэк с нескрываемым отвращением и непониманием, принимая слухи за правду.       Лина не могла отрицать, что они с Оптимусом построили достаточно близкие отношения, но ничего, кроме дружбы, там не было. Это невозможно. Пускай, её взаимоотношения с Оптимусом перешли на новый уровень взаимного доверия, но придумать и полностью серьёзно распространять такое… Лина лишь злилась.       Оптимус пару недель назад заводил беседу с Линой по поводу данной темы. Несмотря на собственную негативную реакцию, Лина реагировала на слухи внешне спокойно, хоть сама раздражалась до безумия. Как говорится, слухи — оружие глупцов.       — Закройтесь уже, — с лёгким оттенком нетерпения ответила Лина, резко вернувшись к документам.       Над военным объектом NEST в предшествии начала Нового года назревала огромная туча неприятностей, которая в ближайшем будущем обернётся массой трудностей. 2010 год стартовал не с очень благоприятного положения. Честно говоря, с кошмарного. Страшно пугал тот факт, что как новый год встретишь, так его и проведёшь.