Путь, который мы прошли

Контроль не был чем-то новым для Кевина, он привык к нему: контроль над своими эмоциями, диетой, публичным имиджем. Проблема с контролем заключалась в том, как много требовалось для его поддержания. Он все еще был полусонным после вчерашней тренировки, несмотря на попытки Нила остановить его. Он безуспешно просил Аарона пойти с ним. В классе он увидел сообщение Аарона: — Ты ничего не сможешь сказать, чтобы убедить меня пойти с тобой на ночную тренировку. Кевин провел остаток занятий, придумывая, как убедить Аарона пойти с ним на ночные тренировки. Ни один из сценариев не сработал, потому что Аарон обладал знаменитым упрямством Миньярда. Если бы он не привык работать до изнеможения, то таскаться на тренировки показалось бы ему непосильным трудом. «Практика делает совершенным», ― девиз мастера. 16-часовые дни. Кевин покачал головой. Он привык к этому. Но не только он срывался во время тренировок. Все приходили в разное время: спешили с занятий, не вовремя ложились спать и придумывали другие нелепые отговорки. Когда все собрались, Кевин был безжалостен в своих комментариях. Он успел бы сделать врагами всех новичков, если бы они не были так явно впечатлены им. В середине игры с Робин у ворот Кевин хлопнул клюшкой по стене, чтобы остановить игру. Он жестом попросил тренера послать Эндрю к воротам, но получил отказ. У него возникло безумное желание бросить шлем на пол и уйти. Робин не годилась для Кевина, и, несмотря на ночные тренировки, улучшений практически не было. Он закатил глаза и обратил свой гнев на ворота. Возможно, это была его вина. Аарон поддерживал ворота Робин, когда та споткнулась, а Кевин бежал слишком быстро, чтобы остановиться. Они врезались в стену, причем сильнее, чем обычно, и сердце Кевина чуть не остановилось при падении. Он повернулся на бок, но не сводил своего бешеного взгляда с Аарона. — Ты в порядке? Аарон подтащил себя, чтобы прислониться к стене. Он покачал головой. — Я... — начал Кевин и остановился. Аарон издал небольшой смешок. — Успокойся, нога болит. Наверное, растяжение. Кевин встал под обеспокоенные звуки Ники и Мэтта, помогающих Аарону подняться. Он все-таки снял шлем и бросил его на пол. Вероятно, он искал оправдание. То, что он сделал дальше, немного удивило его. Он подошел к Аарону, которого все еще держал за руку Мэтт, и тоже снял с него шлем, взъерошив его влажные от пота волосы. Аарон уставился на него, широко раскрыв глаза. Кевина не волновали последствия. «Это был просто жест», ― сказал он себе. Его сердце бешено колотилось. Он забрал у Мэтта Аарона и сказал, что посылает на замену нападающего. — Думаю, я тоже выйду на замену, — сказал Мэтт, потягиваясь. — Не спал всю ночь. Может быть, моя выносливость ослабла для этого вида спорта. Кевин улыбнулся ему полуулыбкой. У него не было места, где можно было бы поскользнуться. Он был в полном порядке. Мэтт любезно подобрал их упавшие шлемы и вышел за ними с корта. Кевин попытался взять на себя вес Аарона, но блондин колебался. Кевин не мог помочь ему хромать, если он собирался быть трудным без причины. — Просто обхвати меня рукой, — сказал он. — Я в порядке, — прохрипел Аарон достаточно громко, чтобы Нил рассмеялся, что вызвало смех и у других Лисов. Кевин взял руку Аарона между ними, где никто не мог видеть, а если бы и видел, то не стал бы комментировать. Они и раньше помогали друг другу покинуть корт. Не было причин делать это более странным, чем все остальные случаи. Аарон не отрывал взгляда от своих ботинок, как можно меньше нагружая травмированную ногу. Эбби поспешила встать по другую сторону от Аарона в то самое время, когда Мэтт, сильно зевая, направился в душевую. Похоже, все устали на тренировке. Кевин уронил руку Аарона, прежде чем тот успел выхватить ее обратно. — Я уверен, что это просто растяжение, — сказал Аарон Эбби. — Наверное, сейчас все еще болит, — рассмеялась Эбби. Она помогла ему дойти до своего кабинета, и Кевин последовал за ним внутрь. Он задержался в дверях, наблюдая за работой Эбби. Схватив аптечку, она повернулась и остановилась. — Ты тоже ранен? — спросила она, обеспокоенная. Аарон за ее спиной жестом показал, чтобы он вышел из комнаты. Кевин покачал головой в сторону Эбби, закатил глаза и ушел. Он не стал возвращаться на тренировку, переоделся и занял место на одной из скамеек. — Давно ты не закатывал истерик, — сказал тренер, не отрываясь от игры. Кевин тоже не отвел взгляда, сказав: — Я знаю. — А по какому поводу? Кевин некоторое время молчал. Ему не нравилось, когда отец делал ему замечание, но чаще всего претензии были достаточно обоснованными, чтобы Кевин не чувствовал себя виноватым. На этот раз не было ничего, кроме его гнева, и его последствия находились в медицинской палате вместе с Эбби. Возможно, Аарон не хотел брать его за руку по этой причине. Может быть, он тоже разозлился бы. Может быть, они бы подрались. — Просто устал, — вздохнул Кевин. Тренер кивнул и отпустил его. Кевин был рад этому.

***

На полпути к написанию сочинения с полуоткрытыми глазами он услышал стук в дверь. Эндрю и Нил были на крыше и не стали бы стучать. Ники был в другой комнате, но он тоже не стал бы стучать. К счастью, Кевину не пришлось отвечать, потому что через секунду дверь открылась, и на пороге появился Аарон с костылями. Кевин поднял бровь. — Почему ты здесь ходишь? Аарон закрыл дверь костылем и, прихрамывая, подошел к кровати Кевина. Он опустился рядом с ним, перекинув свой вес на бок Кевина, и Кевин закрыл свой ноутбук, отложив его в сторону. Он обнял Аарона и услышал, как тот вздохнул. — Извини, что поранил тебя, — сказал Кевин. — Все в порядке. Я не обратил внимания. Голос Аарона был приглушенным, но он звучал гораздо более усталым, чем чувствовал себя Кевин. После документального фильма Аарона о колибри Эндрю обнаружил бутылки и Кевина в плачевном состоянии и запретил пить в их общежитии. Ники ныл, пока Нил не сказал ему, что запасы Мэтта всегда полны. После этого Кевин попытался навести порядок, но с Бетси он так и не поговорил. Пока. Он не был уверен, что сможет. Ему едва удалось выспаться, и это едва ли помогло ему. Аарон говорил так, словно не спал уже неделю. — Почему у тебя такой усталый голос? — Потому что я такой, — сказал Аарон, уткнувшись в рубашку Кевина. Кевин приостановился, ожидая, что он будет говорить дальше. Когда Аарон не дал ему ничего, кроме глубокого вдоха в грудь, Кевин спросил: — Почему? Аарон откинулся назад и зажмурил глаза, словно заставляя себя не спать. Затем он отсчитал по пальцам: — Выбирай: Медицина, кошмары, ужасная соседка-первокурсница, которая слишком громко храпит. — Я думаю, все три, — прошептал Кевин. Он не понял. Слишком отвлекся на себя, чтобы не понять. — Ты угадал правильно, — зевнул Аарон и снова уткнулся в грудь Кевина. — Ты ничего не говорил. — А что бы ты сделал? Ты сам не можешь заснуть. Мы оба идиоты, — сказал Аарон. Кевин согласился, но, возможно, это было подстрекательством. — Я бы попытался помочь. — А ты бы помог? — полусерьезно пробормотал Аарон. Как будто он уже наполовину заснул. — Ты пытаешься начать драку? — невесомо спросил Кевин. Аарон сразу же отодвинулся, сузив глаза. — Что? Нет. Ты пытаешься начать драку? Кевин подумал об этом. — Я не уверен. Аарон оттолкнул его лицо и переместился на кровать так, чтобы положить голову на колени Кевина. Кевину нравилось, как легко он мог дотянуться до волос Аарона и погладить их, как он делал это раньше. Это движение успокаивало и его самого. — Тогда заткнись. Я не буду с тобой драться. Кевин вздохнул и прислонился затылком к стене. Он тоже закрыл глаза. У него не было сил на борьбу. Они оба были измотаны, и Кевин. Кевин чувствовал себя виноватым за то, что не заметил дилемму Аарона в разгар собственного хаоса. Аарон заметил, почему же он не заметил? — Чем ты занимался на этой неделе? — спросил Дэй, пытаясь узнать больше. Аарон протянул руку вверх, чтобы взять Кевина за волосы. Поцеловал его один раз. Затем он уставился на лицо Кевина со смесью нежности и веселья. — Я знаю, что ты хочешь сделать, но спроси меня позже. Я слишком устал, чтобы говорить как следует, — Кевин наклонился и поцеловал его в лоб. — Хорошо, — сказал он. — Но ты должен дать мне больше, чем медицинский факультет, кошмары и сосед по комнате. — Только если ты дашь мне больше, чем кошмары и университет. Кевин поцеловал его в щеку. — Договорились. У них не было возможности поговорить как следует, но Кевин найдет время, даже если не будет спать целую неделю. Или, по крайней мере, попытается. Это должно было иметь значение, верно? Ведь не его оплошность привела к следующему затруднению.

***

Неделю спустя Ники и Эрик поссорились на выходных. Эндрю и Нил оба болели и спали в своей комнате, и тихие слезы Ники призывали его самого к временному облегчению. Кевин попытался вспомнить, чем пьянство Ники отличается от его пьянства, и понял, что дело часто в количестве и причинах. Обычно Ники легко напивался, и ему нравилось делать это с друзьями, он любил танцевать и быть беззаботным. Каждый раз, когда Кевин напивался, он с тоской ждал сна. От этого он чувствовал себя дерьмом. Когда Кевин вернулся из библиотеки, на столе в главной комнате стояли одолженные Ники бутылки. Кевин смотрел на них и понимал, что, должно быть, выглядит расстроенным, потому что сам чувствует себя так же. В кармане зажужжал телефон. Аарон снова проснулся поздно и писал Кевину что-то о человеческих костях и костях животных, а Кевин смотрел на бутылки и думал, где же, черт возьми, находится Ники. Он вытащил телефон и за секунду решил, может быть, попросить помощи у кого-нибудь, кто мог бы его понять. Через несколько мгновений появился Аарон, потирая глаза под очками. — Я собираюсь убить Ники. — Я не знаю, что мне делать, — начал Кевин. Он не знал, что заставило его заговорить, может быть, комфорт присутствия Аарона. А может быть, отсутствие всех остальных. — Я собираюсь закончить университет и, возможно, буду жить один, и я не знаю, что мне делать. Я не могу позволить себе опуститься, но иногда мне хочется. Я хочу посмотреть, что будет, если я просто позволю себе уйти. Это разрушит общественный имидж, не так ли? Как ты думаешь, они убьют меня сразу же, как только это случится, или я получу предупреждение? Может быть, Ичиро сломается... Аарон начал качать головой на середине мини-речи Кевина и теперь положил обе руки на руки Кевина. — Посмотри на меня, — промолвил он. Кевин посмотрел на него. Он не пытался скрыть своего напряжения, да и не думал, что смог бы. — Нет причин думать так далеко вперед, Кевин. Мы со всем разберемся. Мы. Кевин посмотрел на него, выражение его лица изменилось. — Что? — спросил Аарон, заметив перемену. — Мы? Аарон вздохнул. — Ты же не думаешь, что я перестану с тобой общаться после того, как ты уедешь? Кевин молчал. Он не знал, что думает по этому поводу. Если ему было позволено рассчитывать на будущее. Он не знал, что будет, если Аарон по-прежнему будет так нерешителен рядом со всеми остальными. — Зависимость просто так не проходит, ты же знаешь. Он надеялся оставить все как есть. Но, возможно, он пытался начать ссору. — Ты не против, чтобы тебя видели рядом со мной после того, как я уйду? Или ты по-прежнему будешь вести себя так, будто моя помощь тебе на корте – это публичное проявление привязанности? Аарон закрыл глаза. — Черт. Черт. — Дело не в этом, — тут же сказал Кевин. — Не отвечай, — он не хотел знать. Все было хорошо, как было. Им было хорошо так, как было. Аарон подошел к нему ближе, взял его за руку, чтобы притянуть еще ближе, пока у него не осталось другого шанса, кроме как посмотреть ему прямо в лицо. Что он мог тогда сказать? — Прости меня, — сказал он. За то, что сказал то, что сказал. За то, что вызвал его сюда посреди ночи, чтобы решить проблему, которая не имеет к нему никакого отношения. Аарон не отпустил его руку. — Я знаю, как плохо может быть зависимость, Кевин, — прошептал Аарон. Они стояли так близко. — Это не проходит легко, но без помощи становится еще хуже, и я хочу помочь тебе. Ты должен позволить кому-то помочь тебе. — Я не собираюсь напиваться до смерти прямо сейчас. — Я знаю. — Иногда бывает хуже. Когда я один. — Я знаю. — Не хочешь прогуляться? В каком мире они жили, когда он мог попросить Аарона Миньярда пойти с ним на прогулку и надеяться на положительный ответ. — Да. Они не двигались, просто продолжали смотреть друг на друга. Аарон обхватил Кевина за талию. — Я был бы здесь, даже если бы у тебя не было кризиса. Рот Кевина искривился в подобии улыбки. — Я не думаю, что у меня кризис. — У тебя всегда кризис. — Как твоя нога? — Уже лучше. — Я понесу тебя, если хочешь. — Я заставлю тебя нести меня, если захочу. Они посмотрели друг на друга. — Кевин, — тихо сказал Аарон. — Мы разберемся с этим.