One shooter's game (Китайское руководство по взращиванию Имбы)

(Таймскип почти год) Чжуан Цзюнь* - Император Нанрэнэ был, конечно, стар. Время не щадило никого, тем более не щадило людей. Из зеркала на него глядел статный и высокий, еще сильный, но все равно уже старик. Император тяжело вздохнул, разглядывая глубокие морщины и темные от усталости глаза. Сейчас его не радовал ни огромный белоснежный замок, ни хрустальный золоченный трон, ни собственная власть, ни собственная сила. Все, что он видел, это усталого старика в искривленном медном зеркале. Встреча с Цзинь Шиланом снова заставила его задуматься о том, каким путем ему пришлось пойти. Увы, он не мог просто так взять и свернуть с него, сказать извините, пойдем другим. Слишком много пролито на нем крови, слишком много совершенно того, за что нельзя извиниться. Кем он стал за эти годы? Юность, максимализм, упрямство – он все это растерял. Ему осталось лишь идти вперед, потому что если бы он остановился, его страна, его Империя, его люди – все это бы кануло в небытие. Шилан был силен, год от года становился сильнее. Сила – давала право решать, сила имела решающее значение. Цзинь Шилан был горд, но не самонадеян. Будто его цель стать самым сильным на планете, он просто шел вперед, сметая препятствия на своем пути… Но именно поэтому разговор с ним был тяжел. Чжуан Цзюнь видел в нем своего преемника. Коль скоро их монархия рождена из военного переворота, вместо того, чтобы выбрать родственника, лучше выбрать на эту роль достойного. Цзинь Шилан подходил по силе, но в остальном… Император тяжело вздохнул. Цзинь Шилан был помешал на чистоте и силе. Он не желал повышать силу ритуалами. Такая победа не просто его не устраивала, он ее презирал. Как настоящий рыцарь он презирал и всю нечисть, поэтому не видел ничего даже близко замечательного в высасывании эльфов досуха. То, что это еще и происходило через постель вызывало у него максимальное отвращение. Как истинный адепт Света, он не мог даже в мыслях допустить подобное. Чжуан Цзюнь же не мог понять, как его преемник мог упускать такой шанс, перепрыгнуть сразу через несколько уровней! Тем более, что Бейгоу становится сильнее и сильнее с каждым днем. Эти демонические твари начали договариваться! И не просто образуя Унию, это было подобие теократической монархии. Разве что во главе стоял демон, но демон с идеями и принципами, жестокий, авторитарный и кровавый, и коварный. Говорят, это очередной Ыгуй, в котором проснулась старшая кровь. Только в отличие от очередной твари, сидящей ровно на своем престоле, этому явно не сиделось. Ходили так же слухи, что уровень этой твари – как минимум Сяньбэй, как максимум Бедствие. Последнее никогда не приносило в мир ничего хорошего. Бедствия часто не имели людской логики, живя своими стихийными понятиями. Сяньбэи – тоже малоприятная вещь, но хотя бы понять их можно. Их желания по-людски понятны, деньги, власть и подобное. Бедствия же живут своим внутренним я, своей стихией. Вбивая себе что-то в голову, они не могут остановиться, пока не подчинят все своей воле, своим странным желаниям. Поэтому Чжуан Цзюнь был обеспокоен, поэтому желал, чтобы Цзинь Шилан ускорил свой прогресс, и тот тоже вроде хотел того же… но не желал идти путем, что нашел для их Империи Чжуан Цзюнь. Император считал этот путь безотходным: и нечисть исчезала бесследно, а рыцарь усиливал свою магию, быстрее совершенствуясь. Что и говорить, вопрос морали он не поднимал с того момента, как вступил на этот путь. Вопрос он больше не поднимал, но сейчас в ушах его стоял гул. Он глядел в свое отражение, а позади видел тени-мертвых. Это было не более чем воображение, но для его игры были причины, письмо с границы. Запечатанное новой печатью, на странной тонкой, почти белой бумаге. Если и найти такую, наверняка она стоила бы как несколько домов в столице. Письмо гласило, что этот Достопочтенный считает всех эльфов своей собственностью и крайне недоволен, что кто-то пользуется ими без разрешения. Дальше шли суммы контрибуции, а так же морального ущерба, которые тот собирается взыскать в ближайшее время. Каждый эльф, по ощущениям, ценился на вес золота. Император Нанрэнэ долго смотрел на чужую жуткую, почему-то горизонтальную, а не вертикальную каллиграфию*, прекрасно понимая, что это значит. Рано или поздно Бейгоу пойдет на них войной. Их Достопочтенный выбрал себе идею фикс. Бедствие хочет владеть эльфами. Но, если это Сяньбэй, то он просто понял, как демоны могут использовать эльфов, чтобы увеличивать свой уровень… Тоже ничего хорошего, но бороться со “Старшим господином” все равно проще, чем со Стихией. - Я хочу победить их Ыгуй-вана! Победить сам! -Цзинь Шилан, вопреки всему, стоял на своем. Его ближайший круг рыцарей был того же мнения. Страх, казалось, был над ним не властен. Но что за глупое стремление быть настолько честным? Чжуан Цзюнь интуитивно чувствовал, что его привычному миру приходит конец. Еще недавно он крепко стоял на ногах и вот уже землю трясет под ногами, кажется еще немного и точка опоры будет потеряна… И самое главное, что он так жаждал получить бессмертие, что попрал собственные же идеалы. Но бессмертием впереди не пахло. Из зеркала на него глядело забвение. Месяц назад Цзинь Шилан поднял руку в кулаке, приказывая остановить наступление. Его отряд тут же замер. Послушный приказам Императора, он собирался захватить эту эльфийскую крепость на границе с Нанрэнэ и морем. Вырезать всю нечисть, прислать Императору достойный материал для совершенствования, если такой будет. Цзинь Шилан никогда не опускался до того, чтобы лично махать мечом, у него хватало подчиненных. Обнажал он меч, только когда находил достойного противника. Копье – если встречал поистине серьезного. Чжуан Цзюнь старался не растрачивать его силы понапрасну, и не посылал туда, где Цзинь Шилану придется просто стоять. Один из генералов Нанрэне, будущий Император, казалось, был абсолютно глух к страданиям и просьбам эльфов. Ведь часто бывало, что в мирную деревушку было некому защищать. И все же, он ни разу ни снизошел до милости. Он считал, что все эльфы должны быть истреблены по праву происхождения. Но вот сейчас они стояли перед эльфийской крепостью, над которой развивался флаг Бейгоу. Их новый флаг, который появился у них, когда вотчины начали объединяться. На черном полотнище хищную и опасную летучую мышь Бяньфу, размах крыльев которой достигал в реальности двух метров, оплетала не менее опасная ядовитая змея – Ван Мао. Лекарства от ее яда не существовало до сих пор, хотя медитация на высоких уровнях должна была его нейтрализовать. Но особенно коробило Цзинь Шилана, что Мао – означало “копье”. А копье он любил больше любого меча. И вот эта змея оказалась на флаге Бейгоу. Мало того этот флаг сейчас маячил перед его носом. Эльфийские лучники целились в его отряд, но отнюдь не поэтому он приказал остановиться. На крепостной стене, над воротами, стоял ребенок, едва-едва вступивший в переходный возраст. Ветер теребил его одежды глубокого зеленого цвета, настолько насыщенного, что периодически, казалось, что уходили в черный. Это означало, что, скорее всего, верхний халат сделан из чешуи рыбы Цзюйгу. Чешуйки вполне себе заменяли лучшие из доспехов, максимально сохраняя маневренность. Но вот поймать даже одну такую рыбу было непросто. Сделать себе целое верхнее платье? Со странным любопытством мальчик оглядывал наступающую “армию” и Цзинь Шилана. Он сам умел смотреть так на своих противником, оценивая, анализируя, но все равно этот взгляд казался Шилану неочевидным, так смотрят после долгой разлуки, желая проверить, выяснить, кем стал другой… Но они прежде не встречались! Цзинь Шилан не был глуп, когда дело касалось войн, и понимал, кто может быть перед ним. Но все равно сомневался. Неужели этот ребенок и есть тот, о ком судачат по всему материку? Тогда… он уже подавил эту крепость?  Шинлан внимательно глянул на напряженные лица эльфов на стене. Вперемежку с ними стояли люди, скорее всего, демоны, с арбалетами. Заставил эльфов служить ему? Неужели бесстрашие и глупость правят в его голове? Эльфы предадут его тут же, стоит тому спрыгнуть перед воротами и пойти в атаку. Будь он хоть семь пядей во лбу, его нашпигуют под завязку, на том все и кончится, никакие рыбные доспехи не спасут! Арбалетчики стоят на одном колене перед бойницами, эльфы с луками за ними, ыгуй просто не успеют повернуться и погибнут от второй стрелы! Но Цзинь Шилан не видел в глазах эльфов сомнений, колебаний. Как принц сумел их так настроить? Рядом с мальчишкой, сложившим руки на груди, стоял хорошенький юный эльф и два мощных генерала. Эльф что-то шептал мальчишке на ухо, чуть опираясь на плечо мальчишки, а тот насмешливо приподнял бровь, но лицо… Цзинь Шилан напрягся. Глаза ребенка потемнели, губы скривились в улыбке, подобной тонкому оскалу. Генералы Бейгоу, ранга, как минимум, цзянцзюнь, тут же скопировали его, оскаливаясь. Шилан, даже, кажется, узнал одного из них. Цзюци Гоулю! Давний друг его Императора! Когда-то так давно, несколько жизней назад, когда Шилан еще не был рожден, Чжуан Цзюнь дружил с демоном из Бейгоу. Тогда, они сами были юны, а никакой вражды не существовало в принципе. Время над Цзюци Гоулю, казалось, было не властно. Возраст можно было понять по седине на висках и морщинах на руках. Лицо без единой складки и черные волосы, как у юноши. Вот, тот привычно приложился к бурдюку, будто даже не планировал сражаться. А вот второй генерал с воодушевлением разминал руки. Тому на вид было не больше сорока пяти, за спиной у него были приторочены два тесака, такими бы мясо рубить. Как и Датянь Юань позади Шилана, этот генерал на вид не выглядел умником, но Юань присвистнул – значит, признал силу вражеского цзянцзюня. Цзинь Шилан всегда отдавал должное чужим восприятиям, люди одних и тех же формаций лучше могли оценить возможности друг друга.* - Эй, это ты – черепаший выродок Шилан? – поинтересовался с ворот ребенок, прерывая размышления наследника империи Нанрэнэ. Шилан нахмурился, так его еще никто не смел оскорблять! Цзинь Шилан никогда не сражался с демонами Бейгоу. Само собой, он собирался заняться ими, как только они закончат с эльфами. На его вкус, это был достойный вызов. Хитрость не была свойственна Цзинь Шилану, даже его стратегии были максимально прямыми. Обычно его подчиненные при необходимости разрабатывали его план сами, ему оставалось только пройти по прямой и довершить дело. Так было всегда, пока он не встретил Чуньжэня. Потерявшись в оранжевых глазах с зелеными всполохами, его прошлая жизнь потеряла всякий смысл. Он должен был убить его? Почему? Потому что Чуньжэнь нечисть? Ему казалось, в него самого вселился бес. Во всяком случае, он потерялся, растворился, просто исчез, как личность, возможно, это была магия, но ему было совершенно все равно. Его принципы, его идеалы – все рухнуло, перестало иметь всякое значение. Его чистота тоже перестала существовать. Что было под деревом вспоминать было сейчас совершенно не своевременно. Но мысль, что делая это люди уничтожают другую жизнь, заставила его глаза полыхнуть мрачным огнем. Чуньжэнь – был его новым смыслом. Теперь он жил эту жизнь ради него. И пусть это всего лишь магия эльфа, он был счастлив и ощущал себя живее всех живых. Он наконец понял, в чем сила настоящего рыцаря – Защита. Не знал лишь одного, как дать возлюбленному настоящую свободу. Стать Императором? Поможет ли это, если кроме него, никто не готов свернуть с легкого пути? - Значит, это ты считаешь, что можно убивать всех эльфов без разбора? – спросил его еще не коронованный король Бейгоу. Шилан рассматривал, как тот стоит, чуть склонившись к своему эльфу, чуть приобнимая того за талию, но лицо бледно, а на дне глаз горит зеленый болотный огонек, и это не зеленый цвет одежд нашел там отражение. Шилан чувствует старшую кровь – это более чем серьезный противник. С тех пор, как Разлом закрылся – исчезли Бессмертные, все расы сравнялись, магия сбалансировалась, являясь отличной для каждой расы, но имея общие точки и находясь в системе. Это было не очень очевидно до сегодняшнего времени, но как стало ясно, для эльфов наступили тяжелые времена.   - Эльфы не люди, - отрезал Шилан. Он не играл роль, он так действительно считал. Не люди, но и не нечисть. И даже если нечисть, что с того? Если бы только его Император знал, что вытворял его наследник ради улыбки Чуньжэня, он бы залил кровью тронный зал, а потом разбил голову о колонну! Но перед принцем Бейгоу он, само собой, не собирался раскрывать своих карт. Если про него прознают, некому будет помогать эльфам, здесь, на юге. То, что он не всесилен не могло не раздражать Шилана, заставляя стремиться к большему, добиваться более значимого. Но он все равно не видел выхода, ему приходилось жертвовать невинными жизнями, используя принцип меньшего зла, как оправдание… Он не успевал, отчаянно опаздывал, несмотря на свою силу, несмотря на то что становился сильнее день ото дня… Шилан увидел, как на лице мальчика появляется разочарование, смешанное с отвращением. Вот он отвернулся, чтобы что-то взять, а потом запулил это в Цзинь Шилана. Тот невольно поймал. Это был один из его старших товарищей, такой же генерал, как и он сам, который пошел в обход, чтобы зайти со стороны тыла. - Как ты… - Шилан впервые сжимал в руках голову кого-то из своего стана, но нужных ыгую эмоций в его душе не возникло. Этот генерал был из старшего “Золотого поколения”, которые никогда не брезговали ритуалами. Его смерть ровным счетом ничего не трогала в нем. Более того, в его планах было вырезать всех до единого. Они были угрозой для Чуньжэня. - О… - ядовито улыбнулся Принц Бейгоу. Ребенок насмешливо сложил руки в вежливом жесте, чуть потряс кулаком, накрытым ладонью, отведя локти в бок, будто собирался упомянуть Императора, совершенно неподходящий, несвоевременный жест. От этого всего веяло абсурдом. Как будто это существо жило вне их мира, минимально его представляя. - Умеешь себя контролировать. Значит, надо добраться до кого-то, кто тебе ближе! Цзинь Шилан успел среагировать на пределе своих сил. Мальчишка росчерком молнии, буквально в два стремительных перебора ног разгоняясь до предела, устремился вперед, подпрыгивая над каменным ограждением башни, а потом ударяя по нему пяткой уже с внешней стороны и придавая телу импульс. Шилан видел, как посыпалась крошка – ограждение разбилось в пыль, настолько велика была сила удара, настолько и стремительным был его полет вперед, будто он сам стал новомодной пулей. Его ноги и руки в этом полете были отведены назад, настолько велика была скорость, но было не смешно, а страшно. В глазах демона горело матовое свечение – для него его движения были тоже самое, что для других ходьба. Он не рисковал, не действовал на переделе своих сил. Скорость – его стихия. Шилану это было очевидно. Вот принц сделал кувырок в воздухе, гася скорость, прерывая полет. Глаз Шилана нервно дернулся. Менять направление в воздухе, делать повороты и прочее – это не про всех, совсем не про всех. И связкам не поздоровится и в принципе противоречит физике обычного человека. Юный демон приземлялся уже опасно близко к ним, казалось бы ненужный поворот возле земли был силовым поворотом, он перераспределял безумную энергию так, как удобно ему. Со стороны это выглядело как танцевальный элемент, на одну ногу опустился, сгибая в колене, амортизируя удар о землю, вторую вытянул в бок и прочертил ей круг, второй, поднимаясь вверх, как юла. Шилан, тяжело сглотнул. Ни он, ни его люди не смеялись, они видели то же, что и он – танец энергий вокруг Демона. Ходили слухи, что новая Империя Бейгоу пошла по тому же пути, что и они, потребляет эльфов и становится сильнее день ото дня. Слухи не могли быть беспочвенными, но Цзинь Шилан не был слепцом, эльфы на стенах, тот красавчик на воротах… Если бы их принуждали, то сейчас вели бы себя иначе. Шилан еле успел среагировать, защищая Гаоцзянь-дагэ, у того с его больной ногой не было и шанса против ыгуя. У демона не было в руках меча, но это не мешало ему сражаться. Удар, который заблокировал Шилан, заставил тех, кто был рядом, отлететь в сторону и покатиться по земле. Демон отскочил назад, делая оборот в воздухе назад, сделал еще одну силовую петлю. Шилан понимал, такое владение магией невозможно, без понимания баланса, и все же в его ауре нет ни грамма эльфийской магии. Этот демон никогда их не сжирал! - Ты не достоин быть Рыцарем! Достоин ли ты вообще копья?! Единственное, что могло покоробить Шилана это замечание о копье. Поэтому оно тут же появилось в его руке. - Гордость не про тебя, лицемерная шлюха, - выплюнули ему в лицо.   Цзинь Шилан был всегда спокойным, но сейчас, казалось, ярость взорвала его изнутри. Он бросился в атаку.  Кажется, как бы он ни скрывал это, демон перед ним чувствовал, что он брал эльфа, брал не один раз. Но не объяснять же, что он никогда не насиловал своего возлюбленного и не повышал за его счет уровень совершенствования! Мало того, это никогда не было игрой в одни ворота. Чуньжэнь был трепетным и нежным любовником. Копье со свистом устремилось вперед,  Цзинь Шилан  замешкался на долю секунды, потому что увидел, с каким безумным восторгом вспыхнули глаза мальчишки. Никто больше не жаждал поединка с ним, в этом мире Шилан считался настоящим монстром среди людей. И только этот мальчишка предвкушал! Копье прошло в миллиметрах от шеи, но демон, казалось, был недоволен, цыкнув, схватил древко и дернул его за себя. Шилан впервые полетел следом. Еще никто и никогда не мог провернуть подобного, никто не успевал уследить за его движениями, все выбирали другие возможности. Получив мощный удар в спину, Шилан выплюнул целый рот крови. - Недостаточно!! Это все, на что ты способен? – Шилан не мог понять эмоции демона, которые тот не пытался скрыть. Тот явно хотел боя, что шел бы по грани. Да он безумен!   Шилан широко открытыми глазами смотрел на принца, невысокого роста, сейчас он возвышался над ним подобно черной скале. Солдаты попытались напасть на принца Бейгоу, но их в тот же момент придавила гравитация. Нечто тяжелое, душное, физически ощутимое разлилось по полю боя, вжимая отряд в землю, разливая зеленое вертикальное сияние вокруг. Все это было всего лишь формат управления своей внутренней магией, но просто было лишь на словах. Шилан ощущал себя так, будто вторгся в Разлом, желая увидеть древних демонов. Во всяком случае мерцание было как на картинах. - Кто смеет вмешиваться в мой поединок? – глухо спросил юный принц. Шилан сглотнул. По ощущениям это не предел для мальчишки, он даже не вышел на максимум концентрации, когда не замечаешь ничего больше вокруг. - Мои люди стоят спокойно, вы куда лезете? Хотите отправиться в Ад побыстрее? Цзинь Шилан поднялся. - Се На! – донеслось с ворот. – Это будущий преемник Нанрэнэ! Он замучил стольких, что не достоин твоей милости! В глазах принца полыхало потустороннее пламя. Говорят, так горят блуждающие души призраков на болоте.  - Что, нравилось насиловать пленников? - Я никогда не прикасался к эльфам, это грязно! – рыкнул Шилан, вытирая подбородок от крови. Тело ныло после такого удара, но он был воином, что привык не замечать подобное. - Ври больше! – сверкнули зеленым глаза демона. Цзинь Шилан рванулся вперед, на этот раз выжимая из тела абсолютно все. Он был быстрее ветра! Но все равно почувствовал шепот на ухо: - А убивать женщин и детей это было что? Акт милосердия? – их скорости были на разных уровнях. Шилан был уверен, с такой скоростью можно тягаться с пулями, особенно если не сплоховать со стартом. Рыцарь был всегда уверен, что по скорости его никто никогда не превзойдет… Думать так было ошибкой. В тот же миг преемник Нанрэнэ снова покатился по холодной земле. Удары демона давно забытой болью разливались по всему телу. Он давно не проигрывал поединков. Давно не было того, за кем он мог пытаться угнаться. Никто не был его путеводной звездой. Сейчас он видел перед собой непревзойденного. Если он выживет сегодня, то у него будет новое важное стремление. - Они, наверное, просили тебя, умоляли, но ты наслаждался своей властью? – поинтересовался демон. Их взгляды встретились. Мальчишка стоял на одной ноге, вторую свободно согнул в колене, а голову чуть склонил на бок, вызывая страх, который рождается от встречи с потусторонним. Цзинь Шилан впервые вздрогнул. Он не боялся ни единого зверя из Запретных Земель, а ведь там встречались реликты размерами выше десятиэтажной пагоды! Но сейчас он испытывал почти первобытный страх. Перед ним было нечто древнее любого зверя. Эти глаза совсем не принадлежали этому миру. - Ты недостоин этого копья, - разочарованно сказал принц Бейгоу. – Ты не можешь нести свет. Шилан с ужасом увидел, как Се-ван переломил копье на двое, сломав его об ногу. - В атаку! – махнул рукой Сена, и из Ворот хлынули войска. С надвратной Башни раздался лютый рев, и в тот же миг содрогнулась земля. Мимо пролетели два тесака, которые попытался отбить Датянь Юань. Стиснув зубы, он ждал, когда они сойдутся в рукопашной с генералом Бейгоу. Принц Бейгоу, кажется, даже не удивился летающему в миллиметрах оружию. Они двое все еще стояли напротив друг друга. - Если я утоплю твою столицу в крови, мы будем квиты? Зарежу каждого младенца в люльке, мы станем равны или демоны будут ровнее? Се-ван расхохотался, но смех его вряд ли можно было назвать веселым. - С чего ты решил, что это эльфы не нужны миру? Я вот, считаю, что не нужны люди. Если продолжишь в том же духе, я исполню свою угрозу. Такой наследник Нанрэнэ не подойдёт этому Достопочтенному. - Что ты возомнил о себе! – прошипел Шилан и с усилием пошел атаку. Мир вокруг стремительно зеленел и тяжелел. Цзинь Шилан впервые столкнулся в поединке со старшей кровью высшего рода. В этой ауре не было ни капли эльфийской энергии.  Он точно никогда не потреблял эльфов, теперь это было совершенно очевидно. И все же… Был чертовски силен. Не двигаются так люди! Каждый его шаг чья-то смерть. Шилан понимал, что обязан сдержать его, иначе никого не останется в живых. Сам он был ранен, не сильно, но многократно, внутренние повреждения ослабляли его. Вот этот принц извернулся под безумным углом, собираясь всадить нож ему в шею, как замер, потому что услышал крик: - Се На, стой! – Шилана уронил на землю эльф, уводя из-под удара, это был Чуньжэнь. – Прошу тебя остановись! Он закрывал его собой, поэтому Сена замер, давая знак рукой прекратить атаку. Чуньжэнь хлопотал над Шиланом, а на лице того возникла едва заметная улыбка. - Се-ван, прошу вас, вы его совсем не знаете! Он… Но Сена только усмехнулся. Придется выковать Шину новое копье, оказалось, что рыцарь все-таки не окончательно подвел его. Кобаякава так же видел следы магии Шина внутри Харуто. Кажется, у этих двоих абсолютная идиллия, которая только доступна этому жестокому миру. То, что он чувствовал не было насильственным пожиранием эльфа, это было классическое парное совершенствование – эти двое идеально подходили друг другу. Но даже если так, оставались души невинно убиенных. Кто за них понесет ответственность? - Се-ван, он не может рассказать, я все расскажу! Прошу тебя выслушай! Пока Чуньжэнь унижался, низко кланяясь, на Шилане не было лица, он схватил того за плечи. - Перестань, перестань! Я виновен, этого не изменить… - Заткнись, - яростно потребовал Чуньжэнь. – Се-ван, я пойду с… - Нет! – Шин крепко обнял Харуто. – Пусть убьет меня, тебя я не отдам. Харуто прижался к Шину. - Тогда нам лучше умереть вместе. - Нет. Сена слабо улыбнулся. Харуто явно есть что рассказать. Шин наверняка пытался спасти ситуацию, как мог, но дипломат из него никакой, говорить он ладно не умеет. В этот момент к ним вышел Манабу. Сена увидел брошенный на этих двоих взгляд. Что-то его друг задумал. Но Сена всегда доверял его тактикам, так что не стал останавливать. - Се-ван, на рыцаре заклятье очарования! Он под магией! Харуто глянул на Манабу огромными глазами, возможно, он не ожидал, что эльф скажет подобное. Сена же просто наблюдал за этим театром, потому что магию обольщения он почувствовать не мог. Но ему было интересно, как сейчас отреагируют главные герои этого действа. К его удивлению, Харуто не попытался сбежать, а потом объяснить все гневающемуся Шину, наоборот он, дрожа, крепко прижался к нему, зажмурившись. Шилан же крепко обнял его, успокаивающе гладя по волосам, его вид был хмур, но смотрел он этим взглядом на Манабу и Сену. - Все в порядке, не нервничай так сильно, - прошептал Шин. Сена с удивлением понял, что совсем не чувствует чужого страха. Значит, их система парного совершенствования находилась в абсолютном балансе даже сейчас, испытывая потрясение. - Ну что ты… - Шин ласково поцеловал эльфа в кончик носа. - Но… - Никаких “но” не существует. - Но я правда не накладывал на тебя заклятье. Собирался, но потом тут же отменил. Сена глянул на Манабу, тот кивнул, подтверждая. Кобаякава глянул на Шина, утешающего Сакурабу. Кажется, Сейдзюро было все равно была магия или нет. Он нашел свой смысл жизни, ему нравилась жить так. Магия это или нет, ему было совершенно все равно. Сена вытер правый глаз. - Се-ван, не стойте на ветру, - Манабу протянул ему платок, - пройдемте в крепость. Пусть расскажут все, как есть. Шилан увидел, как эльф непринужденно ощупывает своего принца, убеждаясь, что ран нет. - Пойдем? Закуски тоже готовы, - улыбнулся тот. Сердце Шилана пропустило удар. Не будет так улыбаться эльф в неволе. Тот был абсолютно свободен. То, что не мог подарить он Чуньжэню, мог подарить этот мелкий демон. - А-Лан? – позвал его Чуньжэнь. – Демонам ведомы Пути. Особенно Бедствиям из другого мира. There's gotta be another way out I've been stuck in a cage with my doubt I've tried forever getting out on my own But every time I do this my way I get caught in the lies of the enemy I lay my troubles down I'm ready for you now Break me out Come and find me in the dark now Every day by myself I'm breaking down I don't wanna fight alone anymore Break me out From the prison of my own pride My God, I need a hope I can't deny In the end I'm realizing I was never meant to fight on my own Every little thing that I've known Is every thing I need to let go You're so much bigger than the world I have made So I surrender my soul I'm reaching out for your hope I lay my weapons down I'm ready for you now* *On My Own Ashes Remain *** (еще на пару месяцев назад) Весть застала Бэнь Иня на стене. Как и остальные защитники крепости, они слушали своего старшего офицера, надеясь, что это просто розыгрыш. - Как? – выдавил из себя Бэнь Ин, а рядом товарищ сполз по кладке вниз, рукой пытаясь опереться на кладку, но в итоге только процарапал ладонь. Бэнь Ин видел, что Сун Ли плохо, но Юань Лину, который услышит эту весть, будет еще хуже! - Как! – крикнул Бэнь Ин, он хотел, чтобы офицер дал ему ответ. Но тот лишь сжимал официальную бумагу, и Бэнь Ин видел, как дрожат его руки. Что сейчас происходит с простыми людьми внизу в городе, даже невозможно представить. Они всегда боролись до самого последнего, на пределе и за пределами сил. Зубами выгрызали свободу. А тут… От такого известия просто опускались руки. Смысла жить просто не оставалось. В этот раз их не просто предали люди, их предал их же Король, да не просто Король, а их надежда и опора! Столько раз благодаря ему и его стратегиям удавалось избежать неизбежного, отстаивать города, спасать из плена солдат и граждан их страны… И этот Король… Отказался от них. Скорее всего, ради спасения кого-то более значимого, или большего числа людей. Но быть брошенными в пасть демонам… Их просто отдали. Их жизни сравнимы с мешком картошки. Они просто вещь, даже для их Короля. Понимание этого очень сильно было по силе воле, по желанию жить. Мысли о том, как они проведут себя последние часы… Бэнь Ин очнулся. Надо бежать! Хватать Юань Лина и бежать! Но офицер сжал его за плечо. - Его армия уже на подходе. Принц Бейгоу уже прислал весть, что он в одном переходе, и чтобы никто не смел сбегать, иначе оставшимся будет плохо. Бэнь Ин с трудом кивнул. Ему даже не разрешили проверить Юань Лина… Офицер Цай лишь сказал, что до тех, кто остался в казармах тоже донесли информацию. Бэнь Ин смотрел вниз на город. Тот будто вымер. Никто не пытался сбежать, но и жить не пытался. Лавки были закрыты, открытый рынок пустовал, из кафе и таверн не доносилось ни звука. Зная, что делают с эльфами люди, от демонов не ожидали милосердия. Особенно раз речь о Принце Бейгоу, который, по слухам, не отпустил ни одного эльфа. Юань Лин забился в угол, его трясло. Казармы сейчас были полупусты, у них оставалось очень мало людей, чтобы полноценно защищать крепость, поэтому на огромную спальню, в которую в лучшие годы можно было вместить шестнадцать человек, стояло всего восемь кроватей, а по факту он один занимал ее. В свое время он с трудом выбрался из людского плена. Ему повезло что Сингоу почему-то решило напасть на их караван, до того, как он попал в столицу Нанрэнэ, но до этого на постоялых дворах он в полной мере развлекал своих тюремщиков, зная, что дальше всего один ритуал и смерть. Едва живой он добрался до заставы Цзинлина. И сейчас он лучше многих понимал, что их ждет. Что ждет его… Теперь он будет развлекать на этих кроватях демонов северного Бейгоу. Юань Лин сидел в углу, собираясь с силами. Он знал, что лучше просто закончить эту жизнь, но это было не так-то просто, как казалось. Он любил жизнь, он хотел жить дальше. В конце концов это их естество, магия жизни. Давать жизнь растениям, длить ее бесконечно… Видимо, он провалился в какое-то подобие сна, потому что очнулся только, когда понял, в комнате он не один. Горело несколько свечей, семь демонов о чем-то негромко разговаривали, а потом повернулись к нему. От страха Юань Лин снова отключился. Когда очнулся, он уже лежал в кровати. Его гладили по щеке. - Какой красавчик. Рядом сидящий с ним был одет по форме и заботливым жестом поправил одеяло на его плечах. - У нас же смена начинается в ночь, как он с нами пойдет? Юань Лин замер, его мягко гладили по волосам. - Мы же не можем пойти без эльфа? - Не можем. Подумают, что мы съели, раздерут на куски на месте. - Но он так настрадался… - Даже пришлось в штаб доложить. Мы же не виноваты… - Мы не виноваты, но… Юань Лин решил открыть глаза, слишком уж мягко говорили его мучители. Это действительно были солдаты. Но когда он открыл глаза, они так искренне обрадовались, что Юань Лин не мог не смутиться. - Неужели мы тебя так сильно испугали? Ты спал в углу, мы даже не стали тебя будить, и говорили тихо… Они правда ждали его ответа, один даже с легкой обидой поджал губы. - Мы были против той формулировки, в которой до вас донесли наше здесь пребывание, но мы не можем это поменять. Решает ван, и ему виднее, он считает, что лучше внести плату один раз, чем мучить долго. - Плату? – хрипло переспросил Юань Лин, невольно прижимая руку к животу. Он до сих пор помнил эту адскую боль в кишках, когда тебя будто просто рвут надвое, наслаждаясь чужим унижением, болью и смеясь. Его тут же обняли. - Перестань! – попросили его судорожно. – Перестань, все хорошо! Никто тебя не посмеет тронуть! Глядя на эти обеспокоенные лица Юань Лин не мог не расслабиться. - Плата за спасение города. Формат платы утвержден и согласован Ваном. Мы обязаны ее взять и принять, но он уверил нас, что это временная мера. Юань Лин собрался с духом. Он совершенно не чувствовал агрессии от них. - Можно… ли… сделать это не больно… Можно… хотя бы… Он не мог это выговорить. Он совершенно не хотел ложиться ни под кого. Его гордость и так уже была попрана. - Что у вас здесь происходит! – рявкнул офицер, отворяя дверь. – Совсем охренели! Сколько можно мучить эльфа! На плаху захотели?! Давно ноги не отрезали? Плата давно собрана и распределена! Что вы делаете?! Юань Лин видел, как солдаты попадали на колени. - Он спал, мы не успели объясниться… - Поэтому подъедаете сейчас?! – офицер не собирался сдавать обороты. - Они ничего не делали! - Юань Лин раскинул руки, защищая тех, кто получается оказался за ним. - Что-то совсем незаметно. Отожрались… - офицер с ненавистью глянул на солдат и двинулся к ним, но Юань Лин встал. - Офицер, это какое-то недоразумение! Я действительно был шокирован происходящим и, вероятно, от ужаса потерял сознание. Когда очнулся и увидел, что не один здесь… снова потерял сознание. Мы действительно не успели поговорить. Юань Лин не понимал, почему так поступает, но интуиция говорила, что окружение относилось к нему непонятно, но скорее хорошо, чем плохо. А вот если он не вступится за этих бедолаг произойдет что-то плохое. Скорее всего непоправимое. И только когда защита в виде офицера ушла, он понял, что сделал непоправимое. Отпустил того, кто мог бы его вывести отсюда. Он закрыл глаза. Хотя бы не видеть. Слезы все равно текли. Его стащили с кровати, но вместо того, чтобы раздевать, укрыли одеялом. Обнимая, демоны затянули какую-то песню. Юань Лин такой никогда не слышал. Грусть, тоска по родине, постепенно сменялась надеждой, желанием жить и наконец счастьем. Он успокоился и вытер слезы, а потом открыл глаза. - Спасибо, ты нас спас. Я боюсь подумать, что ты пережил прежде, но несмотря на это, вопреки всему… Ты вступился за нас. Юань Лин смотрел в глаза говорящего, они оказывается тоже полны слезами. Его мысли были просты и искренни. Демон перед ним не понимал, как можно вредить эльфам. Особенно таким прекрасным созданиям, способным жертвовать собой ради других… Такие мысли смущали, но Юань Лин почувствовал себя легче. - Вы правда не будете меня… - он не смог договорить. - Не будем. - Тогда про какое “обслуживание” говорил наш офицер? Солдаты усмехнулись. - Уж точно не про такое. Демонам Бейгоу запрещено вступать в подобную связь с эльфом, за исключением обоюдной любви, но это еще придется доказывать.   - Тогда зачем? - Принц Бейгоу нашел способ повышать уровень за счет пожирания страха. Ваша крепость нуждалась в помощи, наш принц решил взять плату страхами. Представляешь, сколько он может поглотить, когда весь немаленький город поддался страху и ужасу от предстоящего? Юань Лин кивнул, представить он, конечно, не мог, но догадывался, что это немалые объемы энергии. Возможно, это была очень даже выгодная сделка, раз Правитель Бейгоу на нее согласился… Рыцари Нанрэнэ подобного не могли, это было доступно только ыгуй. - Но зачем вы мне рассказали? Теперь вы не сможете меня пугать… - а потом он замолк, провернув разговор с вошедшим офицером в голове. Юань Лин неуверенно предположил: - Вы можете брать плату только один раз… Потом вы должны все рассказать эльфу, иначе будете сами осуждены? Солдаты кивнули. - И вас это устраивает? Вы могли бы… Но он замолк. Его сейчас нежно гладили по волосам, но солдат, делавший это, был хмур. - Чем это отличается от насилия? Мучить душу и сердце… Ты это нам предлагаешь? Ради чего? Ради вашего спасения? Если ради этого надо топтать других, значит этот путь неправильный. - Даже наш будущий Правитель считает эту плату сделкой с совестью. Поэтому никогда не позволит брать ее с эльфа больше одного раза. Как только он получит власть над всем Бейгоу, он запретит делать даже это. - Тогда правитель Бейгоу… Хороший человек? Солдаты странно переглянулись. - Трудно сказать. - Пойдемте, нам пора сменять тех, кто на стене. Если мы задержимся, боюсь одной объяснительной не отделаемся. - Обещаю, все что мы взяли сегодня пойдет на защиту вашего города. Юань Линю оставалось только верить. Ему протягивали руку. Сколько раз их предавали люди? Об их глупой наивности в пору слагать легенды… Но он неуверенно протянул ладонь, а его пальцы тут же сжали, поддерживая под плечо, помогли встать. Он заглянул в глаза демона. - Теперь мы на одной стороне. Мы отстоим ваш город. Обещаю. Остальные шесть согласно рявкнули что-то на своем. Юань Лин слабо улыбнулся. Если вдуматься, в прошлый раз сбежать ему помог человек. Он не требовал ничего за спасение, его голос был глух. Единственное, что он спросил: - Ты сможешь дойти до своих? Юань Лин тогда только кивнул. Но этот образ навечно остался в его памяти. Этот человек выглядел подобно высшему демону из настоящей преисподней. На стене дул свежий ветер, его плечи почти тут же сжал Бэнь Ин. - Ты в порядке? - А ты? Но Юань Лин уже и так видел, что все хорошо. На стене две смены караула демоны и эльфы общались будто давние друзья. Над их головами сверкали яркие звезды. Быть может прав Чуньжэнь, когда сказал, что пути найдутся, были бы силы продолжать идти? *историческая справка: Раньше и в Китае, и в Японии, и в Корее (там раньше тоже применялись китайские иероглифы, но до того как Седжон изобрел собственный алфавит - хангыль) писали иероглифы вертикально, но современный Китай пишет уже так как привычно нам. Япония сохранила вертикальное письмо для художественной литературы, Корея используют хангыль и изредка иероглифы. Япония и Корея оставила себя измененный, но традиционный вариант китайских иероглифов, Китай (Пекин) - после реформы узаконила упрощенный вариант. Традиционный остался на Тайване. Измененный традиционный (многие иероглифы другие), остался и на Юге Китая - кантонский диалект. Король Нанрэнэ от вида писанины Сены не мог не быть в шоке. Среднестатистический современный японец, на бумаге почти не пишет, так что не обладает каллиграфическим подчерком. Плюс Сена писал горизонтально, как пишут в обычной жизни. Кроме того, даже если учесть мои слова об общности традиционных иероглифов, они не идентичны на 100%, некоторые иероглифы японцы придумывали для себя, аналога в китайском нет.