One shooter's game (Китайское руководство по взращиванию Имбы)

Интин Чуньжэнь никогда не задумывался судьба это или проклятие. Всю свою сознательную жизнь он боролся, полагая, что раз судьба наделила его острыми зубами, значит именно ему защищать тех, кто слабее. Высокий даже для эльфа, он был красив и по меркам людей, и по меркам самих эльфов. Магия очарования была редкостью, но была доступна именно ему. Он считал это своего рода знаком. Так он мог обманывать людей и спасать своих сородичей. Сначала он действовал в одиночку, но с момента восшествия на престол принца Чжимо, у него появились верные товарищи, такие же рискованные, как и он сам. Чуньжэнь впервые увидел их Короля вблизи. Когда тот улыбался, даже передние его зубы были остры, как у акулы. Не сказать, что Чуньжэнь удостаивался аудиенций часто, но каждый раз, как он его видел, аура их Короля становилось внушительней. Люди принца были ему под стать, количество их росло, но девчушка, что появилась рядом с Принцем еще до официальной коронации, почти год назад, а в тот день сидела на ступеньках, ведущих к трону, не могла не привлечь взгляд. Маленькая и тонкая фигурка эльфийки, большие темно-синие глаза, короткие синие волосы. Если бы он не видел, что перед ним точно эльф, он подумал бы, что это демон Бейгоу, ее аура совсем не подходила эльфу. Чуньжэнь иногда не понимал шуток их Короля касательно демонов. Ему казалось, что Бейгоу лучше не трогать и не будить лихо, пока оно тихо. Им хватало проблем с Нанрэнэ и Донфаном. Сингоу хранил хранил нейтралитет. Сифань, казалось, тоже его придерживалась, но иногда оттуда доходили жуткие слухи, но Сифань была слишком далеко, чтобы их было легко проверить. Сингоу – кочевники и лучники жили будто на своей волне. Несколько раз выкрадывали эльфиек, но к их большому удивлению от них приходили письма. Чуньжэнь мог ошибаться, но Чжимо, читая их письма, проверяя их магией, сообщил, что с девушками все хорошо, даже больше, они хотят там остаться жить.   Их сути была свойственна наивность, желание верить, желание жить. Они во многом были похожи на растения, которыми могли управлять. Хитрость и холодный расчет были им не свойственны. Такой Король был для них спасением. От его стратегий бросало в холодный пот. Чжимо Яо, казалось, был не от мира сего. Еще Чуньжэнь догадывался, что тот ведет активную переписку с Бейгоу. Как-то раз Король при нем вскрыл письмо с их эмблемой. Читая письмо, он ухохатывался так, что выступили слезы. Бросив замечание, что чертовы креветки доведут его до нервного срыва, он сжег письмо без огня. Это был реверс их магии. Делать то, что было неестественно, да попросту больно, ради какого-то письма? Тогда радостный хихикающий смех той юной эльфийки заставил его вздрогнуть. Чуньжэнь знал, что их суть мешает их счастью. И желание верить людям позволяло тем легко их обманывать, а уж то, что отношения они строили одни и на всю жизнь, часто влюбляясь мгновенно и навсегда, тоже могло стать проблемой. Для Чуньжэня так и вышло. В тот день у него была цель, он искал подходы к дому, где держали несколько семей эльфов. Он совершенно не ожидал, что рыцарь Нанрэнэ возникнет перед его носом мгновенно. Чуньжэнь привычно запустил магию очарования, чтобы суметь договориться и улизнуть. А потом понял, что попал. Персональное проклятие - любовь с первого взгляда, случилась с ним, стоило их взглядам встретиться. Чуньжэнь в тот день попрощался с жизнью, попросил мысленно прощения у тех, кого он уже не спасет, но и поделать с собой уже ничего не мог. Интересно, смог ли бы их великий Король выдержать испытание любовью? Когда его уложили под дерево между кореньев, он уже смирился со своей смертью. Будет больно, унизительно, а потом он, скорее всего, исчезнет, растворится, будто не было. Потому что рыцарь этот из высшей касты. Чуть пришел в себя, когда понял, что ему не собираются делать больно. Эти губы, эти руки, заставляли тело гореть и жаждать. Когда рыцарь опустился вниз, взяв в рот, Чуньжэнь явно понял, что происходит не то, на что он уже скорбно настроился. Проверив, отпустил ли он свое заклятье, он убедился, что рыцарь не под магией. Расставив по шире ноги, Чуньжэнь тихонько застонал, прикусывая губу. Он никогда не думал, что такое может происходить с его телом от действий рыцаря Нанрэнэ! Пальцы рыцаря раздвигали его, заставляя выгибаться от ощущений. - Что дальше? – вдруг хрипло спросили его. – На траве может быть больно спине. Чуньжэнь поднял глаза на нависшего на ним рыцаря. - Могу сесть сверху, - с трудом пошутил Чуньжэнь ощущая, что потерял связь с реальностью. Эти синие глаза сводили его с ума. Рыцарь усмехнулся, а потом поцеловал его с нежностью. Что это было? Чуньжэнь чувствовал, как его сердце бьется как безумное. В этот момент он почувствовал, как в него плавно входят. Он вцепился в плечи рыцаря, но тот не торопился. - Я буду мягок. Он действительно был осторожен, думая не о своей разрядке, а об эльфе под ним. Чуньжэнь это остро чувствовал. Когда они оба кончили, Чуньжэню было и холодно, и непонятно, и грустно одновременно. Что дальше? Как быть дальше? - Ты видел под каким деревом мы это сделали? – спросил его рыцарь. Глаза Чуньжэня расширились, как только он глянул вверх. - Теперь мы супруги. - И что, будешь мной помыкать? – усмехнулся Чуньжэнь, чувствуя, что при всей аккуратности рыцаря, ему даже не отползти в сторону. - Это ваши законы, не наши, так что мы женаты по вашим законам. Будешь мной помыкать? - Немного… можно? – вдруг вырвалось у Чуньжэня. - Можно много, - ответили вдруг ему. Тогда он вытянул руки, и его тут же подняли. Прийти в себя, спасти тех, кого он должен спасти… Все это было не для ушей рыцаря, но он согласился на все. - Почему? Рыцарь смотрел на раскидистую Омелу. - Ваши законы мне нравятся больше. - Только законы? – Чуньжэнь и не думал, что можно ревновать к неодушевленным вещам. - Конечно же нет. На самом деле меня вообще, кроме тебя, никто не волнует. ** Сейчас Интин Чуньжэнь не знал, что ему делать. С большим трудом, конечно же, с помощью Цзинь Шилана, он спас от горькой участи целую группу детей, от пяти до двенадцати лет. Ему удалось их разместить в старом домике внутри крепостной стены. Именно в этот момент и пришла весть о том, что их Король отдал эту крепость Бейгоу. Демоны обязуются защищать крепость, но эльфы станут платой… Чуньжэнь не мог поверить в это решение. Неужели их король по-настоящему спелся с новым наследным принцем Бейгоу? Настолько, что, может, именно его называл чертовой креветкой? Цзинь Шилан собирался напасть на эту крепость через пару месяцев, но к тому времени и дети уже будут в безопасности, и сами они уже привыкли устраивать эти полуфальшивые нападения, которые ставили целью спасти как можно больше мирных жителей. Но в этот раз сам Король эльфов смешал их планы! Он как мог успокоил детей, но сам находился на грани, чувствуя, что страх взял его за горло. Ситуация была близка к патовой. Свои же собственные офицеры не собирались выпускать мирных граждан из города! Но Чуньжэнь был не лыком шит. Так что подготовив малявок к побегу, с приходом ночи, они отправились путем, о котором знали немногие. И вот через несколько часов, глухой ночью оказались за пределами стен. Интин уже успел выдохнуть, и тут один из детей вскрикнул. Малыша подняли за шкирку. Они были не просто окружены, они оказались прямо посреди лагеря демонов Бейгоу! Чуньжэнь едва не задохнулся от гнева. Так прятать войска могли лишь эльфы! И не сказать, что это было просто! Иначе бы они не проиграли ни одной битвы! Предатели! - Се-ван! Почти тридцать детей и один взрослый эльф. Чуньжэнь встретился взглядом с вальяжно сидевшим на бревне возле костра Принцем, тот жарил курочку. Чуньжэнь грохнулся на колени. Это его их Король называл иногда доморощенной креветкой, иногда чертовым чибиске?.. Похоже их король не в своем уме! С Бейгоу нельзя связываться! Абсолютно точно нельзя! Перед ними не человек! Непонятно, какой они провели ритуал в двенадцать, но они явно вызвали тварь уже не из их мира! Голодные малолетки рванули к костру, казалось, страх им больше неведом, а ведь это были дети, которые уже знали, что ничего хорошего от других рас ждать не стоит… Им не было страшно. К удивлению Чуньжэня Принц, тепло улыбнувшись, вручил детишкам шпажки с мясом. - Мелочь хочет есть! – крикнул кто-то из близких доверенных Принца. Тут же засновали другие люди, организуя стол. Чуньжэнь поднялся и, мучимый тревогами и страхом, с трудом подошел к Принцу, опускаясь уже возле него на колени. В отличие от детей, он не обманывался чужой добротой. Эльфы никогда не ведали от других рас ничего, кроме лицемерия. Принц оглядел его. - Владеешь магией очарования? Таких как он, боялись больше всего, потому что такая магия была особенно опасной. Их убивали особо вычурно. Эльф поднял глаза на Принца Бейгоу. Хотел попросить оставить в живых детей. Но понимал, что это бессмысленно. На такую Старшую кровь и его магия не подействует, поэтому Интин просто кивнул, склоняя голову. Ему протянули шпажку одной рукой, а другой погладили по голове. Взгляд принца был подозрительно ласков. - Ты Чуньжэнь, верно? Эльф снова глянул на принца. - А-Яо писал про тебя. Сказал, что ты наверняка будешь здесь, потому что у него было задание для тебя. Чуньжэнь сглотнул. А-Яо! Теперь было абсолютно очевидно, что их царственные дома состоят в глубокой переписке… Но повод ли это дружить с остальными эльфами? По крайней мере дружелюбный взгляд очень смущал Чуньжэня. Вдруг один ребенок подошел ближе и, требовательно вцепившись в коленку Принца, сообщил, что он хочет пить. И вообще они все устали. Чуньжэнь невольно потянулся к малышу, чтобы предостеречь, но замер, поняв, что охрана, скорее всего, тут же отрежет ему голову, восприняв его движение, как нападение на Принца, тогда как у ребенка есть хотя бы эфемерный шанс. К его удивлению, мечи из ножен не вышли ни на миллиметр. Эльф сжал вместе руки на коленях, он был напряжен, пытаясь понять, в чем подвох. - Не видите, что ли, дети хотят пить. Им давно пора спать! О чем вы тут думаете вообще! – беззлобно возмутился Принц Бейгоу, похоже было на возмущенный бубнеж, но никто и не подумал не воспринимать его слова всерьез, в лагере поднялась суета. Сам Принц при этом сюсюкался со смелой пятилеткой, расспрашивая того о совершенных мелочах. В речи его мелькали чисто эльфийские словечки, которые обычно не выходили за пределы Цзинлина. В этой суете Интин действительно увидел и эльфов. На них не было кандалов, они отдавали приказы, их слушались, но при этом улыбались в ответ. Будто все здесь давние друзья. - Чуньжэнь. Вы не можете сейчас уйти, - эльф видел, как малыш-эльф удобно устроился на одной ноге Принца, а тот, придерживая его, умудрялся кормить его и себя и даже поить ребенка из поилки, которую ему подал один из подчиненных. Чуньжэнь видел, что Принцу все это максимально привычно. - В крепости вы будете в безопасности. Обещаю. Интин хотел верить, очень хотел, но… Что если это очередная лицемерная игра? Если люди в этом мастера, то какими мастерами должны быть ыгуи? - Я обещал А-Яо. Веришь или нет, у меня достаточно способных генералов, но раз я лично пришел защищать эту крепость, будь тут хоть метеоритный дождь, я выполню свое обещание. Чуньжэнь чувствовал непоколебимую уверенность этого демона. Принц не просто знал себе цену или переделы своих сил, это было нечто другое. Некое непреложное знание, что, что бы ни случилось он выполнит свое обещание, он не отступит. - Но… - Не волнуйся. Это справедливая сделка. Я получу свою плату, но обещаю, никто из эльфов не пострадает. Если не считать того ужаса, что они испытывают сейчас в крепости. - Ты считаешь это страдание ерунда? – Чуньжэнь понимал, что если демоны научились брать плату страхами, то это меньшее из зол. Лучше так, чем быть изнасилованными и убитыми. И все же… То отчаяние, что ведет к желанию умереть, было равносильно смерти, оно могло разрушить душу эльфа. Принц Бейгоу не ответил сразу, на мгновение потянулся к глазам Чуньжэня, а потом будто бы одумался. Сам эльф испуганно замер. Его глаза даже по эльфийским меркам – прекрасны, этот цвет считается цветом чистой крови, что в его случае было синонимом старшей. Он умудрился дожить до своих лет ни разу не потеряв их. Однако, принц Бейгоу лишь успокаивающе улыбнулся и продолжил. - Крушение надежд, боль сердца – все это настоящие страдание. Мы поглощаем страх, усиливая все эти эмоции почти до крайнего предела, а потом разом сжираем. Чуньжэнь вздрогнул, представив, как ыгуй раздирают и сжирают эльфа в прямом смысле. То, что было совсем не нужно Нанрэнэ и Донфану, вполне могло быть нужно демонам. Кто знает, какой путь они нашли для своей магии! - Эмоции! Эмоции! Не человека! – тут же приподнял руку Принц, а потом глянул на малыша и отправил его к остальным детям, и только потом продолжил. - Чуньжэнь, никто не ест людей. Тот приподнял бровь, ожидаемо не веря, хотя настолько убедительный тон и искренний тон он встречал впервые.  - В тот момент, когда ыгуй сжирает его страх, эльф ловит свой катарсис и то, что было несколько мгновений назад его не гнетет. - Откуда ты знаешь! В этот момент Принц приблизился к Чуньжэню, вдыхая с него воздух. Эльф замер, чувствуя, как по нему прокатилась волна, подобная легкому возбуждению, похожему на миллиарды звенящих колокольчиков, каждый нес свое блаженство, свое наслаждение. Волна прошла и опала, оставляя ощущение тихого счастья, все страхи разом исчезли, хотелось просто сидеть и наслаждаться моментом. Но кроме этого, он совершенно перестал бояться человека перед ним. Даже больше, он казался чуть ли не давним другом. - Ты можешь почувствовать и мои эмоции, что я тебе в этот момент отдаю, - пояснил Принц, и Чуньжэнь понял, что это были заемные чувства. – Если кто-то из демонов потребил твои страхи с плохими намерениями, ты это почувствуешь тоже. Ты не будешь заблуждаться. Чуньжэнь почувствовал, что ему стало очень жарко. Искренние намерения? Да, судя по ощущениям сейчас, к нему относились так, как не все относятся к младшим братьям, потерянным и внезапно обретенным! Это были настоящие добрые чувства, без грамма странного подтекста! Неужели это правда? Они же видят друг друга в первый раз! Так может ли это вообще быть правдой или это ложь, что должна успокоить его разум? - Се-ван! – возмутилась юная девушка-эльфийка, тихонько появившаяся рядом. Чуньжэнь видел, что она тоже еще совсем ребенок, но позволяла себе строить Принца Бейгоу. - Он мой, - его тон был ровным, но не терпел возражений, этого было достаточно, чтобы эльфийка, сложив в вежливом жесте руки, сменила тему. - Хорошо. Я уведу детей спать, прочитаю им сказку. Не забудь сам лечь спать!  Чуньжэнь тяжело вздохнул, сжимая вместе пальцы. Он знал, что это рано или поздно случится. Может, получится себя убедить, что это не так ужасно? Се-ван глянул на него. - Ты думаешь, я врал тебе? Чуньжэнь испуганно покачал головой. Страх снова начал нарастать. Се-ван взял его за подбородок, с любопытством рассматривая. Чуньжэнь же с трудом сдержал слезы. Он не имел права на гордость, не имел права отказывать, но предать возлюбленного казалось самым ужасным. - Где-дагэ будет спать? – вдруг спросил подчиненный Се-вана. – Подготовить ему отдельную палатку или потеснить Сюэ-дагэ? Се-ван провел пальцем по влажным ресничкам. - Чуньжэнь полагает, что будет спать со мной, - иронично заметил Се-ван. Чуньжэнь не мог не вздрогнуть и отвел взгляд в сторону. - Я тебе не врал. То, что я к тебе испытываю, то ты и почувствовал. Ни щепоткой меньше. Как я могу осквернить друга? - Друга? Чуньжэнь увидел, как Принц Бейгоу кивнул ему с улыбкой. - Пусть поспит в палатке Сюэ-дагэ. Нам остался всего один переход.    - Чуньжэнь-дагэ! – его позвал подчиненный Бейгоу, не в меру серьезный и рослый юноша. – Пойдемте, я покажу вам вашу палатку. Чуньжэнь с трудом поднялся и пошел следом за юношей, который представился: - Меня зовут Ши Вэньдзы, вы можете звать меня А-Вэнь, или Вэнь-сюн. Как вам угодно. Переход будет на рассвете, Сюэ-дагэ вас разбудит. Чуньжэнь замер перед палаткой. Он никак не мог поверить, что все будет хорошо. Живот ныл от страхов. Чуньжэнь оглянулся на Ши Вэньдзы. Тот простодушно смотрел на него. - Я все подготовил, там все есть. Чуньжэнь собрал оставшиеся силы и залез в палатку, Ши Вэньдзы, как тот и ожидал, последовал за ним. Чуньжэнь сразу забился в угол. Ши Вэньдзы же щелкнул пальцами, разжигая огонь под чайником. - Если бы я не знал, что ты там… - услышали они третий голос. – Я бы подумал, что кто-то решил поживиться эльфом. В палатке появился еще один эльф, совсем юный, со шрамами по краям глаз, но несмотря на это восхитительно красивый. Ши Вэньдзы склонился в поклоне, касаясь лбом застеленного соломой пола палатки. Чуньжэнь смотрел на это огромными глазами. Человек так кланяется эльфу? Странно, распрямившийся Ши Вэньдзы совершенно не выглядел униженным или обиженным. Эльф погладил его по макушке. - Хочешь спать в нашей палатке? - Был бы не против, но Чуньжэнь-дагэ меня боится. Боюсь все ночь не будет спать, думая, что я буду к нему приставать. Чуньжэнь не мог не вспыхнуть. - Я положу тебя с краю, будешь по мне ползать, замечу, - хохотнул эльф.   - Мне там дует! Они рассмеялись одновременно. Чуньжэнь невольно расслабился, глядя на них. - Налью вам чаю и пойду скитаться по лагерю, авось кто-нибудь пригреет. - Твоя вахта? - На рассвете, конечно же. Я должен быть рядом с Се-ваном. Ши Вэньдзы действительно налил им обоим чай, а потом вылез из палатки. Чуньжэнь смотрел на другого эльфа, конечно же, к нему была масса вопросов. Но ледяные глаза не располагали к разговорчивости. И все же, они смотрели друг на друга. - Ты в безопасности не только здесь. Ты в безопасности в этом лагере. Ты в безопасности везде, где простирается длань Нашего Достопочтенного. - Ты так уверен? Сюэгуан Сюэ вздохнул. Как это можно объяснить? За почти год произошло много всего, из-за чего невозможно не верить, но было и еще кое-что. Необъяснимое ощущение, что на самом деле они с Се-ваном одной крови. На самом деле, одной и той же холодной крови, как и Ши Вэньдзы. - Уверен. И ты в этом тоже убедишься. А теперь поверь мне, как такому же эльфу. Чуньжэню ничего не оставалось как кивнуть и залезть под одеяло, чтобы немного поспать. Утро вечера мудренее. К тому же, рядом с ним улегся эльф, напевая колыбельные, которые Чуньжэнь, казалось, вечность не слышал. От них он тут же проваливался в царство сна прежде, так было и теперь. Как только он заснул, Сюэгуан Сюэ не мог не подняться и не пойти не проверить, как устроился Ши Вэньдзы, которого так нагло выгнали. В конце концов, Ши Вэньдзы был одержим идеей защищать нового правителя, и его паранойя уже не раз была кстати. Так что он должен быть сытым и выспавшимся. Сюэгуан Сюэ не считал Се На всесильным, только потому, что он был сильным. На любую силу найдется сила большая, либо найдется уловка, а верные своему слову люди так часто погибают, будучи преданными. На Ши Вэньдзы всегда можно было положиться. Лучше любой гончей он чувствовал инакомыслие. Но еще он, казалось, всей душой принимал все идеи их Достопочтенного, даже те, которые могли показаться чрезмерными или избыточными. Сюэгуан Сюэ на секунды замер посреди лагеря, сжимая вместе руки, но почти тут же продолжил путь. Он четко знал, где в этом огромном лагере находится Ши Вэньдзы. В этом не было ничего удивительного, но на самом деле эльфы редко испытывали такие эмоции к кому-то не их расы. Ши Вэньдзы всегда относился к нему по-доброму, иногда его забота была чрезмерной, будто Сюэгуан здесь маленький ребенок, но сердиться на него было невозможно, сопротивляться этой заботе тем более. Казалось, что Ши Вэньдзы будто склеивает его душу заново, уча верить, в данном случае демонам. Однако, Сюэгуан Сюэ не был наивным, чтобы не понимать, почему так бьется его сердце, стоит ему видеть Ши Вэньдзы. И точно так же он догадывался, что его чувства взаимны. Это не было той любовью с первого взгляда, что способна отшибить все в мозги в желании остаться рядом, даже если это принесет эльфу смерть. Его любовь была подобно тонкому свежему ручейку, что стремился стать широкой рекой, а следом огромным морем. Наверное, в финале он точно так же потеряется в чувствах, как терялись те, кто испытал на себе Проклятье любви. Но пока он наслаждался теплыми и светлыми чувствами, совсем не желая что-то менять.  В тот день, тройку месяцев, Се На решил приложить руки к этикету, заявив, что его гарем – это его Совет, поэтому им следует кланяться будто Се На самому, был для  Сюэгуан Сюэ страшным днем, потому что не только он видел в этом унижение для других демонов. Он не знал, как отреагируют другие, но больше всего боялся реакции Ши Вэньдзы. Боялся, что все доброе и светлое, что он получал, обернется ненавистью и презрением. Поэтому даже не смел поднять на него глаза. А ведь на самом деле это была его идея, проверить лояльность ближайшей клики принца Бейгоу! Сюэгуан Сюэ совсем не ожидал, что Се На реализует ее таким образом. - Кто еще на это согласится! – услышал эльф от кого-то. Он был обязан обратить внимания, кто против, кто недоволен политикой принца, но он не мог оторвать взгляд от пола! - Да тебе и не надо на это соглашаться! – презрительно фыркнул в ответ Ши Вэньдзы. Сюэгуан Сюэ забыл, как дышать. Боялся надеяться. - У тебя не бывает к советникам Короля вопросов! А я… - Вот ты и кланяйся, - заявил его оппонент, и люди вокруг него рассмеялись. Только смех быстро замер. Совсем скоро даже до самых легкомысленных людей дойдет, что глупцы в Сяньдай* Бейгоу долго не живут. Потому что пока Сюэгуан Сюэ манкировал своими обязанностями по личным причинам, вряд ли это делал сам Се На, Цзянь Цзюнь или вернувшийся из очередного похода Фэйгу Лю. - Запросто! В конце концов, если бы ты знал столько же, сколько Сюэгуан Сюэ, то ты и был бы советником. Только тебе бы я не стал кланяться. - Это почему? - Рожей не вышел! Ши Вэньдзы расхохотался, но вступать в пререкания, а уж тем более в потасовку, чиновник не спешил. Се На очень внимательно на того смотрел, Ши Вэньдзы после Сюэгуан Сюэ и Мамори был, по сути, его главным помощником. Напасть на такого перед Королем означало мгновенную смерть. Вот Ши Вэньдзы опустился на колени, с трудом поймал полный тревоги взгляд Сюэгуан Сюэ и улыбнулся ему, только потом склонившись. Когда он встал с колен, его лицо было вполне довольным, глаза спокойными как водная гладь озера, улыбка ласковой, как касание весеннего солнца. - У меня много вопросов, можно мне личную аудиенцию? – попросил он на полном серьезе, протягивая чуть вперед целую кипу листов. Белых листов, которые научил делать их удивительный принц. Вечером они на своей веранде пили сливовое вино, еще одно творение Се На, с его слов это был напиток из сказочной страны восходящего солнца, и разговаривали о жизни. Ши Вэньдзы в каком-то смысле валялся в его ногах, по крайней мере голова его покоилась где-то в районе бедра советника Короля. Сюэгуан Сюэ тихонько выдохнул, смиряясь, когда его обняли за талию. Но когда повалили на веранде, он ничего не мог поделать со своим страхом. Дрожа, он нашел в себе силы глянуть на Ши Вэньдзы, тот нежно погладил его по волосам и щеке. - Я не готов, - он нашел в себе силы признаться, но проблема была не в том, что сейчас он не готов. А просто боится до дрожи и не может пересилить себя, даже если умом все понимает. - Серьезно? А ты думаешь, я готов это делать на веранде, еще и напившись как следует? Его обнюхали, а потом щекотно зацеловали. Сюэгуан Сюэ до сих пор ярко помнил, как его затопила волна чужой нежности и любви. Вот и сейчас, завернув за еще один ряд палаток он попал в широкие объятья. - Ночной перекус. Будешь супчик? Сюэгуан Сюэ покачал головой. - Как эльф, спит? Успокоился? Манабу кивнул. Не зная, есть ли смысл начинать этот разговор сейчас. В конце концов, у них несколько часов до пробуждения. Завтра тяжелый день. Его обняли за талию, а потом усадили на колени. Жар от костра приятно грел руки и щеки. - Где ты будешь спать? - Где же еще. У А-Хао и А-Сана, потеснятся. Раньше всегда втроем тусили. Сюэгуан Сюэ чувствовал, что у него краснеют уши. Он не любил быть в долгу, но сейчас он именно так себя и чувствовал, человек, вернее демон, перед ним, отдавал всего себя их отношениям, а он только и мог, что “потреблять”, все никак не решаясь довериться и принять. Сейчас он воочию познакомился с эльфом, который, кажется, вполне себе уживался с человеком в более глубоком смысле, чем положено, хуже того, это был рыцарь Нанрэнэ! А он непонятно почему отталкивал любимого человека, никогда никому из эльфов не сделавшего плохого. Нет, на самом деле понятно, почему. Но Сюэгуан Сюэ считал, что должен переступить через прошлое, начать двигаться дальше. Сейчас его крепко обнимали, устроив подбородок на его плече и слегка покачивали. - Почему ты так переживаешь? Все же хорошо, - поинтересовались у него. – Я про нас. Понятно, что про свою страну ты не можешь переживать, но и тут ты не один. У тебя есть я, есть Се На, все эльфы, что остались с Принцем, все Генералы, что приняли сторону вана. - Ты считаешь, что у нас все хорошо? – глухо спросил Манабу. Сам он считал, что своими страхами и постоянными отказами обижал возлюбленного. Демон молчал, будто раздумывая, а потом предложил: - Давай я расчешу тебе волосы перед сном*. - А-Вэнь! – возмутился Манабу, чуть краснея. – Неужели тебе все равно?  Ши Вэньдзы взял за руки подскочившего Сюэгуан Сюэ, глянул на него снизу вверх. - Мне не все равно. Но я никогда не буду ради своих желаний мучить любимого человека. Он нежно гладил большими пальцами рук его ладони. - Но и сейчас ты, правда, страдаешь… - Ши Вэньдзы вздохнул. – Что мне сделать? Проявить инициативу, побороть сопротивление и все-таки заставить тебя принять? Будет тебе легче? Я не думаю. Поэтому я жду. Страдаю ли я от того, что жду? А-Сюэ… Я не страдаю. Мне в первую очередь важны твои чувства, твоя душа. Я могу ждать сколько угодно. - Но, если… - Я обязательно дождусь.  Кадзуки сказал это так уверенно, что Манабу сел обратно к нему на колени, уже боком, обнимая того за шею. Ши Вэньдзы гладил своего А-Сюэ по голове, даже не зная, что в его глазах разгорается тот самый нехороший демонический огонек, который напоминал Сену. Его любимый так настрадался, но по щелчку он не может ничего изменить. В виске появилась уже привычная болезненная пульсация. Он уже знал, что это застарелая обида, не мог только понять на кого, уж точно не на Сюэ-дагэ! Может, даже это была обида на самого себя, на свою слабость, на то, что он никого не мог спасти. Если его сны станут явью? Если Сена или Сюэ-дагэ погибнут из-за него? - Ты и правда собирался расчесывать мне волосы? Ши Вэньдзы судорожно вздохнул, глянув на смущенного Сюэгуан Сюэ. Как же он любил его, это было не передать словами. Но, видимо, передавал взгляд. **  25 декабря прошлого года Шаг в темноту И закрывается одна Дверь, но ту Что предназначена лишь мне, я найду Открою и переступлю За черту На счастье или на свою беду* (Пламенев “Шаг в темноту”) Шуан Линъинь замерла под ледяными струями воды. Сян Бинай кричала ей что-то, пытаясь привести подругу в чувства. Им надо было бежать, спасаться, пока не поздно, но Шуан внезапно замерла, глядя в небо. Дождь крупными каплями падал на ее лицо. Было непонятно, плачет ли она. Девушка умоляла ее прийти в себя и начать двигаться, она не могла оставить ее одну. Шуан Линъинь медленно опустила свои руки, но глянула на ладони так, будто видела на них нечто другое. Пока она приходила в себя, а длилось это довольно долго, их окружили. - Лин-Лин! – в истерике крикнул Сян Бинай, падая коленями в грязь, но все так же цепляясь за подругу. Эти бандитские ухмыляющиеся рожи не предвещали ничего хорошего. На лице же Шуан  Линъинь появилась полубезумная улыбка. - Мастер Зала Ветров вернулся! Сян Бинай была в ужасе, совершенно не понимая, какой Мастер, какого зала, какого ветра! Экзальтированное поведение подруги не могло сейчас помочь вообще ничем. А выживали они обычно за счет ловкости Шуан Линъинь.   В чем хороша Шуан Линъинь кроме хитрых уловок, это скорость и изворотливость. Но, казалось, сейчас нет ни единого шанса. Юная девчушка обвела бандитов безумным взглядом, в нем таилось гротескное счастье и алчность. Ее бровь насмешливо поднялась вверх. Ее рука заскользила по телу. От горла к животу, держа пальцы сжатыми в странном жесте. - Магия есть. Другая. Бессмысленная. Если только не. Шуан, как кукла марионетка, резко склонила голову чуть в бок, улыбнувшись одной стороной рта, показывая клык. Бандиты инстинктивно замерли, ожидая подвоха. - Лин-Лин! – дернула подругу Сян Бинай. Шуан Линъинь бросила на нее взгляд. Эльфийка невольно расцепила чуть дрожащие руки – ее не узнавали. - Это я! Сян Бинай! – взгляд был более чем пугающим, но юная эльфийка не собиралась отступать. Она знала, что делать в таких ситуациях. Надо было достучаться до прошлого, заставить подругу вспомнить! Старшая кровь юных эльфов выдавала такие коленца, в двенадцать могло произойти что угодно, например, для них не таким уже редким являлось, что будущее я возвращалось в прошлое. Такая временная петля была отголоском великой силы и сущности эльфов, что они потеряли, когда Ад исчез, а все бессмертные стали смертными. Но счастья такая петля еще никому не принесла. Как можно быстрее эльфа стоило привести в чувство! И лишь в некоторых просыпалась старшая кровь, просыпалась навсегда, пробуждая древнюю магию. Проблема была в окружающих их бандитах. А еще они были глубоко в землях Бейгоу, пытаясь уйти от этой погони. Справиться с одними этими головорезами было бы непросто, а если заявятся жадные до эльфийских глаз демоны? В этот момент где-то чуть в глубине леса раздались крики, будто кого-то убивали. Бандиты вздрогнули не только от этого. Тихий хихикающий смех Шуан Линъинь пугал. Ее клыки были сейчас похожи на клыки летучей мыши, поражая пугающим сходством, казалось, еще немного и за спиной ее раскроются черные крылья. - Шуан Линъинь! – Сян Бинай тоже боялась, но продолжала попытки докричаться до девушки. В тот момент, когда бандиты решили действовать, Шуан Линъинь тоже шагнула вперед. Ее скользящие движения были стремительны, будто она текла сквозь время и пространство, подобно стремительному потоку. Ее рука пронзила тело бандита, что прыгнул на нее, насквозь как копье, не дрогнув, когда капли крови оросили ее лицо. Понаблюдав как пустеют чужие глаза, она выдернула руку и небрежно отбросила труп в сторону. Тем временем крики в стороне стихли, а вот бандиты не спешили нападать, потому что Шуан Линъинь счастливо расхохоталась. - Конечно, Мастер, конечно! Что Вашему Достопочтенному какие-то малолетние слизняки! Она было двинулась в ту сторону, из которой доносились крики, но замерла. К дереву, тяжело дыша, прислонился эльф. Вот тот с трудом усмехнулся, показывая острые, один к одному, зубы. Бандиты чуть развернулись и в его сторону, но так, чтобы не терять странную девицу из вида. Обычно их бы радовало увеличение количество числа добычи, но эльфийка явно не была обычной, будет ли обычным эльф, у которого даже передние зубы остры? Таких они еще никогда не встречали. - Приветствую Мастера зала Огня, - она сложила руки в вежливом традиционном жесте, почтительно склонилась. Было очевидно, что ей это привычно, а наличие Мастера здесь, совсем не удивляет. Эльф оглядел их всех. - Тоже двенадцать? - Сян Бинай судорожно закивала в ответ на этот вопрос. - Сянь-гэгэ*! Эта слуга ожидает приказаний, - почти радостно заявила Шуан. Чжимо Яо тяжело вздохнул. Ему казалось, что все это совсем не к добру. Пока он приходил в себя после удара по голове, он тоже видел более чем реалистичный сон, но, может, потому что ему уже не двенадцать, или, может, по другим причинам, эти реальности не поменялись в его голове местами. Он никогда не слышал, чтобы старшая кровь вела себя именно так. Он никогда не слышал о других мирах. Он хотел принять тот мир за сон, но сейчас перед ним стояла девчушка, которую другие бы назвали сумасшедшей, но только не он. Ведь только что другой демон признавался в любви к эльфам. Только выглядел он, как не от мира сего. Что происходит с миром, когда приходит Бедствие? Что это такое на самом деле и что оно приносит с собой? Может рвет реальность бытия? Кажется, им предстояло узнать это на своей шкуре. - Убей этот сброд. Справишься? – во сне, который он видел, не было никаких Мастеров. Был чертовски необычный мир. Там абсолютно все было иначе, кажется, что не было никакой магии, но люди умирали только так. В том мире шла нескончаемая война. И он только способствовал ей. Но это же значило, что признавшая его девушка не имеет отношения к тому миру. Но в том мире он тоже был. Был Мастером даже и носил другое имя. Чжимо Яо невольно крутил в голове различные вероятности происходящего, его идеи были одна безумней другой. Но насколько безумнее может оказаться реальность? Девчушка ощерилась так похоже на него, будто действительно была его сестрой. - Мир отвратный. Магия созидания – самая блевотная. Но бывало и хуже. Мастер Ветров тренирует своими методами. И она шагнула вперед. Чжимо судорожно втянул носом воздух. Перед ним открывалась завеса совсем другого мира. Никаких Мастеров Ветра, Огня, никаких залов здесь не было и в помине, но девушка использовала магию эльфов по своим старым привычкам, по своим законам. Да, это не работало так же эффективно, но, видимо, она привыкла сражаться и без магии вообще. Ее движения не были похожи на движения того мальчишки, но тем не менее, если сравнить их обоих с Ветром, то было что-то общее. Невыносимо болезненное общее. В той жизни, тот мальчишка учил эту девчушку сражаться? В мгновения вопли ужаса стихли. Эльфийка тряхнула руками, что были по плечи в крови, орошая красным все вокруг. Сейчас она совсем не походила на эльфа, скорее на исчадие Ада. Мгновение и ее повело, глаза потускнели, но отступив на шаг, она все же устояла. - Прошу простить, Мастер Огня, эта слуга совсем безнадежна. Она будет тренироваться дальше. - Пойдешь со мной или останешься с Мастером Ветра? – спросил Чжимо, поддерживая роль. Он знал, что девочка сейчас отключится, а когда проснется, неизвестно, кто это будет. Слуга сложила руки. - Мастер Ветра хочет играть. Эта слуга не смеет его отвлекать сейчас. В любом случае большей частью я следовала за Вами. - Лин-Лин! – Сян Бинай заплакала. От обиды, от страха, от собственного бессилия. В этот момент ее подруга упала, как подкошенная. Лежа на трупе, пачкаясь в чужой крови, она тихо прошептала: - Най-Най, не плачь… - прошептала та, и закрыла глаза. Чжимо Яо, подойдя к ней, вгляделся в незнакомые, но характерные черты. Скорее всего, это младший ребенок дома Шуан. Как ее занесло в Бейгоу? Взвалив ее на плечо, он поторопил Сян Бинай. - Поднимайся. Расскажешь по дороге, что произошло. Девчушка тут же вытерла лицо и с усилием поднялась. - С ней все будет хорошо? - С этим миром и его жителями никогда не было хорошо, и не будет. Но жива она пока останется. - Что вы имеете ввиду? – Сян Бинай была довольно чуткой девочкой. - Я только что видел истинного демона. Бедствие пришло в наш мир. Чжимо Яо замолк, не желая развивать эту мысль вслух. Бедствие не просто шагнуло в этот мир. Кажется, что оно потянуло за собой ткань бытия. Сейчас, будто наяву принц эльфов слышал, как эта ткань трещит по швам. Бедствие входит в мир, строит себе новое гнездо по своему вкусу. Но что в итоге родится, не предсказать никому. И все же Чжимо Яо широко улыбнулся. Он не мог не признать, что этот ребенок тут же запал ему в душу, будто всегда был с ним рядом. Беги, беги за солнцем Сбивая ноги в кровь. Беги, беги, не бойся Играть судьбою вновь и вновь. Лети, лети за солнцем К безумству высоты. Лети, лети, не бойся, Так можешь сделать только ты...* Ария (Беги за солнцем)