One shooter's game (Китайское руководство по взращиванию Имбы)

Дадан* - Партнер, напарник (搭档). Хотела сначала привычно назвать "Айбо" - тоже самое по-японски, а потом решила, что у нас китайская новелла жо. Еще у Дадан есть фонетическая игра произношения, означает еще "Да как ты смеешь!" Комментарий автора: В процессе проработки сюжета Яо - стало фамилией, а не именем, поэтому имя младшего брата Короля Цзинлина стало Лин Яо. В остальных главах не меняла эти моменты, в очередную перечитку поправлю. Дзюмондзи  (Кадзуки) 十文字  Ши Вэньдзы Дзюмондзи Эрито十文字襟人  Ши Цзиньжэнь Куроки Кодзи 黒木 浩二 Хэйму Хаоэр Сёдзо Тогано戸叶 庄三 Чжуан Сан Анэдзаки Мамори姉崎守り  Цзыци Шоу (Ань Ци) 葉柱 ルイ Хабашира Руи     Е Чжу 雪光 学 Юкимицу Манабу Сюэгуан Сюэ 小結 大吉 Комусуби Дайкичи Сяоцзе Дацзи 武蔵半左衛門 Такекура Хандзаэмон   Уцанбань Цзо(вэймэнь)  武蔵　厳 Такекура Ген                   Уцанбань Янь 酒奇 溝六 Сакаки Добуроку   Цзюци Гоулю 雷門 太郎  Раймон Таро   Лэймэнь Тайлан (Мэньтай) 赤羽 隼(人 )  Акаба Хаято  Чиюй Чжунь 円子令司Маруко Рейджи Юань Лин (сократила) 本庄鷹 Хондзё Така    Бэнь Ин  (сократила) 本庄勝 Хондзё Масару Бэнь Шэн 巴德·沃克 Бад Волкер  Яо Лан  (бад – лекарство, волкер - волк), потому что от кандзи некрасиво смотрелось Sota Nakawaki – 3годка Одзё, Се Тай Чжэн Цзун – Хиджиката Тоширо, где Цзун – родоначальник. Бань Инь – Саката Гинтоки – истинная суть Чжэн Цзуна 瀧 夏彦 Таки Нацухико Шуан Сяянь (Лун) эльф, магия иллюзий. Лун Ся* (в мире культиваторов) 瀧 鈴音 Таки Судзуна   Шуан  Линъинь (сяо-Лун) Лун Лин 石丸 哲生 Ишимару Тецуо Шивань Чжэшэн Кобаякава Шуума – 小早川秀馬 Сю Ма 難波虎吉（なんば とらきち）Нанба Торакучи Нан Ху ** Что такое вера? Что такое доверие? Что такое преданность? Для него ответ на этот вопрос не был абстрактным. Он находил этот мир несправедливым. Неправильным. Страдали не только эльфы, страдал и он сам. Быть может, он стал бы копить обиды, быть может, нашел какой-то очередной ужасный и неправильный путь, но случилось другое. Однажды Нан Ху*, которого отправили шпионить к границам Нанрэнэ, увидел сцену не для его глаз, сцену, что наполнила его маленькую змеиную душу силой. Один рыцарь обнимал одного эльфа. Их окружали сотни других рыцарей, очевидно понявших, что кто-то имел наглость быть на стороне эльфа. В тот момент Нан Ху не знал имен этих двух. Он был уверен в печальном исходе, потому что никто не променяет свою жизнь на эльфа… Но блеклые, подслеповатые глаза Нан Ху распахнулись, в них разгорался золотистый огонь. Этот рыцарь выставил меч, другой рукой обнимая эльфа. Этот рыцарь был бесконечно силен. Спустя короткое время, они остались стоять одни, лишь Нан Ху наблюдал, спрятавшись. Испачканный в чужой крови, рыцарь все равно будто светился. Он выглядел так же прекрасно, как эльф, но не потому, что был красив внешне. Все еще есть люди, которым стоит служить. Которым стоит верить… Нан Ху тихонько ускользнул. В тот раз, вернувшись в Бейгоу, он узнал, что его начальник сменился. Обычно, это никогда не было хорошей новостью. И в этот раз, спустившись в помещение, которое было отведено им для тайных сборов, парнишка испуганно икнул. Он сразу понял, кто новый повелитель шпионов, но Шивань Чжэшэн пугал одним видом. Одна его половина будто растворялась, сливаясь с полумраком помещения. Глаз этой половины был приоткрыт, но был пуст, будто и не видел вовсе. Шивань Чжэшэн разговаривал с кем-то, кто сидел с другой, обычной стороны. Мальчишка, даже младше его, сидел на деревянных ящиках так, будто это были удобные диваны. Он встретился с этим мальчишкой взглядом. Нан Ху узнал его и не узнал одновременно. В мечтах, он был тем, кто поддержит Се На, кто сможет его защитить, но в итоге, он не мог защитить даже себя. Так вот, это Се На улыбнулся ему не просто по дружески, а взрослой, отеческой улыбкой. - Торакучи, как же ты вырос. - А? – обалдело переспросил Нан Ху. - Нан Ху полностью на нашей стороне, Се-ван, я могу гарантировать. Нан Ху не понимал, как Шивань Чжэшэн мог это гарантировать, ведь они еще толком не общались. В этот момент, Нан Ху, вспомнив сцену на границе, набрал в грудь воздуха, чтобы высказаться. Быть может, это будет последнее, что он скажет, но так больше продолжаться не могло. Его жизнь, похожа на насмешку, но хоть раз, он побудет тем, кем хотел бы быть. - Я не могу быть на стороне вана. Я не могу видеть, как просто так убивают и мучают эльфов. Как издеваются над слабыми ыгуй, не давая нам и шанса на уважение. Я… - А что я говорил? – спросил Шивань Чжэшэн, когда Нан Ху испуганно зажмурился, чтобы набраться сил и продолжить мысль. - А я не сомневался, - Нан Ху глянул на Се На, уже понимая. Он заглянул в глаза вану, гибельный зеленый окруженный тьмой, утягивал и пугал. - Теперь никто не посмеет, иначе… Нан Ху опустился на одно колено, сжимая руки перед собой в клятвенном жесте. - Вместе, мы построим другой мир, мир, которого достойны лишь те, кто не могут предать. За прошедший год Нан Ху ни разу не пожалел о своем выборе. Не собирался жалеть и сейчас. И уж чего он точно не собирался, так становиться предателем! Слезы навернулись на его глазах. Он не собирался им быть! Нан Ху чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Не от боли, пронзившей сердце, не от клинка, что провернулся в груди. А от понимая, что он сейчас предает Се На, и не в силах это поменять, потому что все так же слишком слаб. Нан Ху с ненавистью смотрел на своего убийцу. Он собирался запомнить его черты до мелочей, и если ему доведется снова родиться в этом мире, он непременно отомстит! Но убийца с насмешкой смотрел на него, касаясь лба амулетом, забирая его воспоминания. А потом забрал письмо, положил на собственное, свернутое и перевязанное амулетом, и сделал какие-то пассы руками. Нан Ху слаб, но не глуп, он прекрасно понимает, что можно сделать с такими подменами. Ловушка! Се На будет в опасности! А он просто осел на траву, чувствуя, что умирает. Кровь почти вся утекла из его тела. Нан Ху досадливо усмехнулся, глядя как паясничает, сделавший свое дело ыгуй. Откуда тот? - Что ты шепчешь? Сейчас уже скоро сдохнешь, потерпи немного. Что? Ты думаешь твой ван сможет переплюнуть первый сектор? Да никогда в жизни! Мужчина отвернулся, чтобы пойти своей дорогой, он точно знал, после такого удара никто не выживал, даже старшему ыгуй было бы непросто. Нан Ху же смотрел ему в след. Он не мог так это оставить. Он не мог стать предателем! Иначе ему никогда не будет места в новом мире Се На! Он никогда не сможет стать ему другом! В тот же момент Нан Ху отбросил человеческое обличье, оставив лишь истинное я, столь маленькое, что было еле способно нести его душу. И резко скакнул вперед и вверх, вонзаясь в чужую спину и впиваясь в сердце. Ыгуй из первого сектора застонал от боли и резко повернулся, но увидел только, что противник мертв, его безвольное тело замерло в сидячей позе, все еще глядя на него пустыми глазами. Потерев грудь, ыгуй продолжил путь недовольно бормоча. Он не видел, и не мог увидеть, кто именно оплел его сердце. Кто будет сжимать его крепче и крепче, пока смерть не покажется избавлением. Нан Ху не знал, хватит ли ему времени, чтобы сломать чужую ловушку, но он точно знал, что этот человек умрет. Как только он немного подкопит сил, он сожмет это сердце, чтобы то перестало биться навсегда. Нан Ху не волновало, что будет с ним самим после этого. Да он и не знал. Нан Ху не думал о том, что веретениц всегда недооценивали другие змеи, что ему надо что-то кому-то доказывать, его больше это не волновало. Он выкладывался на максимум, как привык действовать Се На. Что будет потом – неважно. ** 飯華めいら · いいか – Амино-киборгс, глава группы поддержки Лан Хуа 紺上勝子 (こんじょうかつこ) Konjō Katsuko)   Шэн Цзы 若菜 小春 Wakana Koharu is the manager and assistant to Gunpei and the Ojo White Knights. Цай Сяо Taiga Kamiya (狼谷 大牙, Kamiya Taiga) Лан Гу 山岡 健太, Yamaoka Kenta Цай Тай 天間 童次郎 Tenma Dojirō Цы Лан – раннигбег Наги на самом деле 円子令司Маруко Рейджи Юань Лин (сократила) У Цзы – просто Кид (Мусанокодзи Шиен - сократила) 栗田 良寛, Kurita Ryōkan Ли Куань Им пришло время расстаться. Ли Куань знал, что вся жизнь состоит из встреч и прощаний, для него это не было красивой метафорой. Он двигался вперед, его друзья, подобно табунам диких лошадей, сбивались вместе и расходились прочь. Лишь он двигался дальше, движимый силой видений. Они давали ему пищу, они давали ему силу. Он знал, что должен просто отпустить, он не должен испытывать боль. Но он не мог. Наследник все еще оставался человеком, человеком, что видит больше, чем надо. Он отпускал друга, чтобы тот пошел своим путем, полным испытаний и страданий. Он никогда не делил людей по расам, не навешивал ярлыков, не ведал стереотипов. Он знал, что все они всего лишь живые разумные существа. Он видел во снах в легких касаниях миллиарды других планет, других вселенных. Ли Куань понимал, что их расы на этой планете лишь капля в море. Он смотрел на каждого как на равного ему, даже если тот был совсем иным. Он видел не разницу, а индивидуальность. Такие люди доставляли ему счастье, грели ему душу. Но не поэтому он не мог отпустить. Рядом с ним безопаснее. Вместе они справятся. - Наследник! – Кид сложил вместе руки, на его лице едва различимая улыбка. Он счастлив. Он уходит с тем, кого любит. Шаман не мог сказать, что все будет замечательно, но мог просто пожелать легкой дороги. Потому что видел. Путь У Цзы никогда не будет простым, это его судьба. - Ты уверен? Твой путь будет тернист. Кид поправил шляпу, прикрывая ей глаза, но ухмыляясь. - Будто было иначе. - Тебе не на кого будет опереться. Ты будешь тем, кто должен защищать. Ты будешь опорой. Но ты будешь один. Слова Шамана могут напугать кого угодно, ведь тому ведомо больше. - Он не один, - раздался вдруг низкий голос. Ыгуй. Цы Лан. Вокруг него другие демоны. Они уходили с эльфами, потому что эти эльфы приглянулись им больше, чем прежняя жизнь. Цы Лан шел защищать Лан Хуа, с одного взгляда влюбившись в девушку-лекаря. Ему было все равно, кто бы что сказал против, но таких не было. Глава сотни прекрасно понимал нового вана, поэтому не только разрешил тому уйти, он предложил желающим присоединиться. Набралось может и не так много, но каждый ыгуй стоил сотен обычных людей. Се На радостно одобрил этот порыв, собираясь отправить с ними очередное письмо. Цай Сяо и Цай Тай покидали отца. Цай Тай, потому что и так был обязан это сделать, раз его нога, благодаря шаману, пришла в норму, ему надо было завершить миссию и доставить найденное на раскопках Королю. Пусть у него и было разрешение на восстановление в крепости, сейчас было самое время предстать перед Королем: Цай Таю было что сказать, пока его нога была в плачевном состоянии, сам он исследовал артефакт.  Цай Сяо отказалась оставлять брата, оставив старшую сестру приглядывать за отцом. Лан Гу с трудом добился согласия немного проводить их. Ему предстояла другая миссия. С тяжелым сердцем он отпускал фактически свою семью. Цай Сяо обещала глаз с брата не спускать, но это были лишь слова. Цай Тай оставался офицером, Цай Сяо была всего лишь младшей сестренкой, недавно сдавшей экзамен по стрельбе из лука. То есть не выделялась даже в этом умении. Лан Гу мог лишь только обнять их на прощание. Мог лишь надеяться, что все будет хорошо. Бэнь Ин откашлялся: - Мы тоже поможем. Эльфы поддержали Бэнь Ин. Кида они еще особо не знали, но раз ыгуй, которым они уже успели доверить свою жизнь, были на стороне этого человека… Решение было однозначным. Юань Лин слабо улыбнулся. Он остро понимал, что происходит. Мир начинает меняться. Быть может это всего лишь первый шаг, но Юань Лин не только чувствовал, он точно знал, кто тому причина. Ван, что провожал их в дорогу. Тот грыз какие-то орешки в кулечке, которым тоже снабдил его шаман, а потом напомнил Киду: - Мое любимое величество теперь твоя забота. У Цзы поднял на вана глаза. Тот был очень серьезен. - Я написал тебе рекомендательное письмо. Но помни… Ван не стал ждать продолжать, но Кид все прекрасно понимал. Если с Королем Цзинлина что-то случится, всех виноватых ждет печальная участь. Пообещав быть полезным и очень внимательным, они, наконец, откланялись. Их сборище из нескольких отрядов, такая мини-армия, по размеру почти два корпуса, отправлялись в столицу. ** Путь в столицу не был таким уж близким, поэтому в скором времени они остановились на первую стоянку. Юань Лин не мог не наблюдать за Кидом по ряду причин и личных, и внешних. Тот не командовал всем корпусом, но к его мнению не могли не прислушиваться. Юань Лин не мог не признать, что выглядел Кид… Выглядел так, что сердце болезненно сжималось. Он был красив холодной красотой умелого воина, его темный взгляд был пугающим и острым. Он был отстранен, далек и невообразимо прекрасен. Он никого не подпускал близко, и остальные, чувствуя дистанцию, вели себя предельно уважительно. Его рассуждения, его мысли лишь подтверждали: близкий ставленник шамана – человек, жестокий и коварный. Не даром ван Бейгоу хотел, чтобы тот оказался рядом с Королем Цзинлина. В каком-то смысле они были два сапога пара. - Ты замерз? – Юань Лин, потерявшийся в мыслях, медленно очнулся. Ему накинули на плечи теплое пальто, что дышало чужим теплом. А руки уже попали в ловушку, их отогревали горячим дыханием. Юань Лин слабо улыбнулся. Не только руки. Весь он был в ловушке. Такой холодный и суровый человек ведет себя так очевидно иначе с ним. Что тот хочет получить понятно. Это одна проблема. Но другая проблема в том, что Кид вызывал у него приступы восхищения. Он был действительно исключительным стратегом, исключительным воином. И когда такой человек беспрерывно оказывает тебе знаки внимания… и не только знаки. Юань Лин отдавал себе отчет, что его постоянно ненавязчиво, но трогают. То вот как сейчас греют руки, то приобнимут то за талию, то за плечи. Как-то раз после длинной холодной смены еще в крепости, ему растирали и массажировали, а потом грели в теплой ванночке ноги. Не мог гордый и холодный человек так себя вести! Но Юань Лин понимал и другое, после того, как он сдастся, о нем забудут. Ведь Кид ведет себя как типичный завоеватель. Пока есть интерес, интрига, он будет действовать, а потом… Ему станет неважно. Юань Лин убрал свою руку из ловушки и коснулся живота, чувствуя, как поднимается боль. В этот момент Кид прижал и свою ладонь к его животу, забираясь под рубашку. Юань Лин чувствовал себя беспомощно. Его плечо крепко сжимали, не давая двинуться, а большая ладонь легла на живот. Он чувствовал себя куклой, но в тот же момент ему стало легче, тепло чужой руки оказалось лечебным! Правда глаза стали влажными. Он не хотел быть куклой. Он хотел быть эльфом. - Сейчас погрею супчик, станет легче… - его мокрые ресницы поцеловали. На их действия никто не обратил внимания, все были заняты своими делами. Его же завернули в плащ и повели к палатке. Где-то в глубине души Юань Лин понимал, что он во власти этого человека. Встал на путь, у которого один конец. Использованные куклы выбрасывают. Они исчезают, похороненные под снегом. Но рядом с ним этот холодный карий становился таким теплым… Ему так ласково улыбались… Юань Лин поднял на Кида глаза, и тот действительно ему улыбнулся. - Все наладится, - уверенно пообещал У Цзы. Он сказал только это. Юань Лин чувствовал, что тот хотел сказать много, очень много. Но почему-то не стал говорить. Юань Лин чувствовал, что в душе предательски потеплело. Как эльф, он не мог поверить, что такая забота, такое желание не давить, может не быть искренним, они всегда принимали лицемерие за чистую монету, за что и платили кровью. Но Юань Лин понимал, что в его случае все хуже. Он сломлен, и чтобы жить, чтобы стать собой, все его естество ищет заботу, тепло и не готово рассуждать разумно и думать что это за тепло: настоящее или нет. Их естество, их желание жить, само загоняет их в ловушки. У их расы нет будущего. Его обняли. - Обещаю, все будет хорошо. Я здесь. Выдыхай. В этих объятьях, хоть и лились слезы, было легче. Можно было дышать, сердце билось. Но в глубине души, тревога не поднималась. Лишь разум напоминал – это начало конца. Его конца. ** Переход выдался непростым. Не раз и не два на них нападали пограничные отряды рыцарей Нанрэнэ, рассчитывая внезапностью легко расправиться с эльфийскими лучниками. Но тут они лихо просчитались. Ыгуй, что пошли с эльфами, Кид и двое сингоу-рен, что отправились с ним по настоянию Шамана, имели грандиозный опыт отражения атак, а так же умение выстраивать защиту и контратаку, когда в отряде и мечники, и лучники. Юань Лин просто следовал приказам, но видел общую картину и был в восторге. Решения были на вид простыми, эффективными, но так только казалось. Кид любил перехватывать инициативы, Юань Лин невольно хищно улыбнулся. Что ж, это он умел, лучник из него был не просто первоклассный, а один из топовых на уровне страны. Надо сказать, что в тогда У Цзы подумал, что даже плохо, что Юань Лин так хорошо понимает его тактики, потому что в тот момент его сердце так испугалось за него, что даже забыло как биться. И все же Кид, конечно, не умер, а, испытывая сложные чувства: страх и восхищение, силой заставил себя быть спокойнее. Юань Лин и так был слишком красив. Но, сражаясь, он выглядел по-особенному. Настолько, что Кид не знал, что делать со своими чувствами. Когда атака противника провалилась и воцарилась тишина, Юань Лин повернулся к У Цзы. На губах эльфа играла улыбка. Кид же опустился на колено. Царапины адски жгло. Хотя, может, это горело сердце. - Что с тобой? – спросил эльф, покоривший его душу. Склонился к нему, сжимая плечи… Киду было просто невыносимо. Он так его любил. Почему не спас раньше? Много-много раньше? Рациональные рассуждения не спасали. - У Цзы? Так сильно ранили? – за него переживали. Кид покачал головой, чтобы успокоить. Для него он не хотел быть “просто Кидом”. - Все равно, давай я тебя перевяжу. Отказываться Кид не стал. Юань Лин впервые проявил заботу о нем, и это было чертовски приятно. Юань Лин был не на шутку испуган, когда Кид резко упал на одно колено. Юань Лин был погружен в бой, как только понял, какую карту У Цзы хотел разыграть, поэтому у него не было возможности следить за своим стратегом, но он был уверен, что тот не мог не быть в порядке. Но как только тот с тяжелым вздохом ухнул вниз, его сердце упало следом. Тот, конечно, покачал головой, но это ничего не значило! Юань Лин потянул его вверх, чтобы поставить на ноги, подставить плечо и помочь дойти до палатки. Хоть эльфы были обычно выше и стройнее, сил им было не занимать, снова подошло бы сравнение с гибкими и крепкими растениями, что продолжают расти, даже если их рубят… Но Юань, конечно, об этом не думал. Просто отметил, что Кид не такой тяжелый, как он ожидал, и что, наверное, для людей это не норма, и кормить того надо получше. Наконец они дошли до палатки, и Юань Лин устроил его на походной кровати, собираясь раздеть. Тот схватил его за руку. Юань Лин удивился, но настоял: - Я должен тебя осмотреть и перевязать! Это не обсуждается. - Просто царапины… - Кид слишком был против, так что на виске у Юань Лин вспухла венка, и он практически насильно снял с него рубаху. Юань Лин поджал губу. У кого-то была фигура божества, только божества, совсем не щадящего себя. Столько старых и глубоких шрамов… Не удивительно, что тот считает сегодняшние свежие раны всего лишь царапинами. - Не спорь, - Кид почувствовал себя подростком: такой строгий тон, будто его будут отчитывать за ошибки, он не слышал лет пятнадцать. У Цзы рассчитывал на лекарство… - Не трать на меня свою силу! – попробовал он сопротивляться, но глаза эльфа сверкнули, и Кид остался лежать. Чувствовать прикосновение его ладони на кожи было стеснительно и в тоже время желанно. Ему становилось легче, раны закрывались сами. А потом… Потом давний шрам, который последнее время неприятно болел, исчез. В этот момент Кид поймал и уложил рядом Юань Лина. Тот дышал едва слышно, утомившись. И непривычной в использовании магии потрачено много и на сам бой были потрачены силы. У Цзы накрыл его своим одеялом, прижимая к себе, а потом позволил себе задремать. Даже исцеленный, организм требовал отдыха. Он уже не видел, как Бэнь Ин приоткрыл порог палатки. Какое-то время он смотрел на них, потом отвернулся и ушел. Их походная жизнь продолжалась, постепенно они приближались к столице эльфийского царства. Кид чувствовал, что Бэнь Ин о чем-то явно с ним хочет поговорить, только вот у Кида хватало дел, когда дел не было, он предпочитал заботиться о Юань Лине или просто расслабленно наблюдать за ним. У Цзы на самом деле умел ловить момент и отдыхать, чтобы были силы действовать. Бэнь Ин тоже был красивым эльфом, но на вкус Кида, более типичным. Его холеная холодная внешность была идеальной, чтобы на его примере представлять идеального эльфа-воина с полотен. Он, казалось, никогда не был мягким или добрым. Это был суровый и высокомерный эльф, с меткостью, которой обладал далеко не всякий представитель его расы. Не сказать, что они не общались, скорее наоборот, ни одно собрание командиров не проходило без Кида, всегда там был и Бэнь Ин. Тот был неплох как стратег, но особенно хорош, как тактик. Будто видел поля боя сверху не хуже сокола. Их странный разговор все-таки состоялся, когда была очередь Юань Лина и других солдат готовить. Кид на самом деле предвкушал этот ужин, потому что готовить Юань Лин был мастер, а в последнее время вообще решил удивлять, делая из ограниченных запасов поразительные вещи. Поэтому, когда была его очередь, остальные просто выполняли указания и помогали, как могли, стараясь не ронять слюни в процессе готовки. - Юань Лин - мой друг. - Я знаю, - У Цзы остался сидеть, поглядывая на огонь, лишь поправил шляпу. - Более чем хороший друг. Кид поджал губу, но только вздохнул про себя, когда Бэнь Ин уселся напротив. - Лин-Лин… - это был непростой разговор, и Кид искренне не понимал, зачем Бэнь Ин в это лезет. – То, как ты себя ведешь… Зачем ты это делаешь? А-Лин явно не готов к такому продолжению. - К какому? - Такому. Кид с некоторым раздражением увидел на упрямом лице румянец. - Мы, между прочим, в походе, если ты не заметил, - с легкой злостью, удивившей его самого, сказал У Цзы. Бэнь Ин тоже был удивлен, хотя пытался не показать. Обычно Кид был холоден и равнодушен, что бы ни происходило. - Живем в палатках, и не каждый день спим на кровати, кровать достается или случайно или при ранении. Ты в таких условиях предлагаешь продолжать? - Я ничего не предлагаю! - Вот и не лезь не в свое дело. - Но он мой… - Друг. Не брат и не бойфренд. - Бой… - Ухажер. Ван так выражается. Бэнь Ин внимательно глянул на Кида. - Ты можешь отказываться от своих желаний? - Я никогда не отказываюсь от своих желаний. - Но… - Или ты думаешь, я животное, которое желает просто трахаться? Бэнь Ин невольно замолк, его отбрили резко. Взгляд Кида был почти черным. - Я хочу, чтобы он был счастлив. И сделаю все для этого. А то, что ты там напридумывал себе, в мои желания не входят. - Хочешь сказать, что не хочешь его? Кид задумался, глядя на огонь. Он так сильно его любил, что сердце, казалось, могло разорвать на части. Но хотел другого. Чтобы Юань Лин почувствовал себя свободным человеком. Счастливым эльфом. Хотел укачивать его в своих объятьях. - Хочу быть рядом всегда. Пока мне этого достаточно. - А- Ин… - настороженный голос Юань Лина прервал их странный разговор. – Тебе пора. Иначе не получишь ужин. Бэнь Ин вздрогнул. - Я… Юань Лин не стал говорить, что это не дело Бэнь Ина. У Юань Лина не осталось семьи, так что может это дело друга. Но сейчас это не важно, он слышал слова Кида, и от них горели уши. Только вот Юань Лин прекрасно чувствовал, насколько хрупка лестница, под словом “доверие”, по которой он сейчас идет. - Идите ужинать. Оба, - предостерег Юань Лин, поспешно отворачиваясь. Выдержать взгляд Кида сейчас было тяжело. Хотелось погладить его по голове и убедить, что все хорошо. Хотя ничего хорошо не было! Юань Лин тряхнул головой, чувствуя, что он запутался в своих мыслях и желаниях. Ему бы толкового психолога, только вот таких еще не существовало, как класса. Да и слова не придумали. Кид смотрел ему вслед, вспоминая взгляд вана, его слова, сказанные в напутствие ему и только для него. Что ж, если нужно сломать старый мир, чтобы построить новый, он сделает это. Но он никому позволит смотреть на эльфов, как на куски мяса. Цай Тай коснулся его плеча, приводя в чувства. - Мы скоро будем в столице. Тянь Яо и его повелитель – особое место. Кид удивился, что Цай Тай решил завести эту тему. - У вас какой-то особый этикет, что мне лучше знать заранее? Цай Тай тяжело вздохнул. - Ничего такого нет. Нами правят, по сути, дети. Почти все взрослые погибли. Осталась молодежь и юнцы. Кид смотрел на юношу, который отлично вписывался в этот возрастной промежуток. Задание, полученное им, было сверх опасным, кажется, их король не особенно смотрел на возраст, теперь понятно почему. - Я не понимаю, почему ван Бейгоу так верит тебе. Если бы он рекомендовал Чжимо Яо кого-то из ыгуй, я бы промолчал. Но ты – человек. Человек, с которым он прежде не встречался, так почему… Кид не знал, что ответить эльфу на этот вопрос. Он видел вана впервые. Перед тем, как отправиться в путь, они остались почти наедине. Рядом с ваном были только его близкие друзья. И Кид преклонил колено. Следуя за шаманом долгое время, он отчетливо понимал уровень существа перед ним. Тот медленно сделал несколько шагов перед ним, плащ вана тихо прошелестел по полу, создавая иллюзию, что огромный змей движется, переливаясь. Их взгляды встретились. - Кид, старина. Его знали давно, это чувствовалось во взгляде, в улыбке. Откуда знали? Кид не знал, сам видел вана впервые, испытывая скорее давление перед существом старше любого прежде виденного ыгуй. Но в улыбке вана жило тепло. - Ты будешь должен кое-что передать А-Яо. Обязательно проследи, чтобы он выполнил мои указания. Обязательно останься помогать ему. Ван Бейгоу отдал ему письмо с магической печатью, и коробочку. - Не потеряй. Кид глянул на Цай Тая, что все так же ждал его ответа: - Наверное, мы были друзьями в прошлой жизни. Другого объяснения у меня нет. К удивлению Кида, Цай Тай вдруг кивнул. - Учитывая его уровень, он может и помнить. На этом странные разговоры наконец-то закончились, и они отправились ужинать. Юань Лин, как выяснилось, оберегал от остальных его порцию, весь его милый вид вызвал очередную бурю в душе У Цзы. От того особенно больно снова прозвучали слова вана в ушах: - Держи Юань Лина при себе. Держи крепко. Он слишком красив даже для эльфа. Я боюсь его потерять. Но и оставить себе не могу. Слишком красив. Это была правда. Солдаты их корпуса виделись каждый день, поэтому все невольно немного привыкли, но иногда сердце трепетало лишь от одного взгляда. И не только у него. Он видел восхищенные взгляды других ыгуй, но те, вели себя на вкус Кида даже слишком культурно, быстро переставая пялиться и отправляясь по своим делам. Эльфы относились проще к чужой красоте, потому что красавчиков было среди них достаточно, куда больше, чем среди людей. Красота же Юань Лина была подстать Тянь Яо, где Тянь – означало “небеса”. Оставить себе. Ван не оставлял его себе, потому что ценил свободу. Киду это показалось немного лицемерным, поэтому он спросил прямо. На что ван, улыбнувшись, ответил ему так же просто: - Разве ты не сможешь даровать ему крылья? *** Чжимо Яо никак не мог проснуться. Внутренние часы подсказали, что пора, но сон его не отпускал. Ох уж этот чибискэ, мастер слова! Чжимо Яо был хоть и юным, но признанным и состоявшимся политиком, уж он то умел говорить, но… то, что говорил без пяти минут Достопочтенный, можно говорить только в спальне. И вот там ему не было равных. Добавить туда воображение обоих и даже сон после того разговора вышел на редкость жарким. Чжимо Яо искренне сомневался, что в реальности Се На будет с ним настолько внимателен и аккуратен. Король эльфов тяжело вздохнул. Он не мог ничего поделать, он знал, что сделает этот шаг, потому что этот мелкий демон имеет над ним власть. Се На увлек его своим видом, своими действиями, своим характером, он посадил его на цепь, с которой не соскочить. Пока демон сам не разобьет иллюзию, унизив его и растоптав, ничего не поменяется. Чжимо Яо положил руку на лицо, пытаясь прийти в себя. Он четко осознавал, что попался в ту же ловушку, что попадали тысячи эльфов до него. Поверил, влюбился и т.д. Конец печален в подавляющем большинстве случаев, если возлюбленный другой расы. И то, что он Король, и, возможно, сильнейший эльф в своей стране, ничего не меняет. Он не может избежать своей сути. Ему было невообразимо приятно, что ван Бейгоу не только на словах обещал не делать ничего насильно, но ведь ему и не надо делать насильно, если эльф сам соглашается. Чжимо Яо цыкнул. Это была напасть. Эльфийское проклятие, не иначе. Яо догадывался, что будет. Увидит он свою любовь, и если тот не сделает чего-то особенного жуткого в первый момент, то дальше именно он окажется у того между ног на коленях, делая все, что от него захотят. Ни у кого из эльфов, попавших в капкан своей сути, не было ни единой возможности выбраться. Какими бы умными они себя ни считали! В его дверь постучали, вежливо напоминая, что корпус из Ма Лоу уже в столице, и аудиенция состоится через час. Чжимо Яо уселся на кровати, криво улыбнувшись зеркалу. Как эльфы собирались бороться с людьми, если наивны как растения? И все же, то, что вместе с ыгуй и эльфами из Ма Лоу придут весточки от Се На, тут же поднимало ему настроение. Какая разница, что будет потом? Главное здесь и сейчас. Сейчас он ему верит – остальное не важно. *** Эльфы были рады вернуться домой. Это было очевидно, да они и не пытались скрыть. Этот корпус был набран из тех, кто родился и вырос именно в столице. Для них это была не просто передислокация. Они наконец-то по-настоящему дома. Кид непроницаемо улыбнулся, наблюдая за лицами каждого. Сколько же было эмоций, которые сложно описать. Радость, надежда, опасения и страхи, ностальгия и боль, все смешалось воедино. Кид невольно взял Юань Линя за руку. Тот был бледен. - Ты можешь остановиться у меня. Я тоже один, - предложил Бэнь Ин. – Кид тоже может присоединиться, комнат достаточно. - Тогда… давайте в этот раз остановимся у меня. Я слишком давно не был дома. Пришло время туда зайти. - А нам можно? Не хотим в казарме жить, - непринужденно попросила сестра Цай Тая. Юань Линь с улыбкой кивнул. Бэнь Ин снова предложил свой дом, раз набивается целая общага, но Юань Линь отказался: - У меня тоже большой дом, разместимся. Но хоть Кида больше волновали люди, смотреть на город он не забывал. А город между тем поражал воображение. Если деревеньки выглядели относительно привычно или даже обычно, и даже крепость Ма Лоу была всего лишь крепостью, то столица была совсем другой. Сами крепостные стены, казалось, парили в воздухе, что было, несомненно иллюзией, но материал стен был необычным, белоснежным и пористым, явно магическим. Домики внутри от окраин к центру становились все причудливее и выше, но выше, потому что, как в сказках, росли на деревьях. Ощущение, будто они были не построены на дереве, а были частью дерева. Странные белые нити тянулись от дерева к дереву, а где-то наверху парили будто живые облачка, явно не естественного происхождения. Кид чувствовал, что город просто пропитан магией. Атаковать город, полный не свойственной ни людям, ни ыгуй магией опасно и глупо. Может, поэтому попыток взять город приступом было мало, и ни одной успешной. Но информации об этих попытках, естественно, в доступе не было. Известно, что только одна могла считаться неплохой, пока Чжимо Яо не стал Главнокомандующим. Что тот предпринял доподлинно неизвестно, потому что выжившие были таковыми, потому что толком ничего не увидели, сбежали, когда стало слишком жарко. Но Кид мог догадаться, потому что Се На, обрисовал, какому человеку тот отправляет его служить. И У Цзы уже не терпелось встретиться, посмотреть, насколько описание совпадает с реальностью. Кроме всего прочего, ступая по улицам столицы, не мощеным, но идти было не менее удобно, глядя на причудливо изогнутые фонари, необычную растительность и встречающих их эльфов… Кид понимал, что сын мог быть просто фантастически сильнее отца в эльфийской магии. Если это так, город совсем иначе откликнулся на призыв принца. Шаман говорил, что древняя земля Бейгоу хранит магию, Кид был уверен, что и здесь тоже самое – это старая земля. Скорее всего, здесь его охрана и вовсе не нужна. Здесь их Правитель в безопасности. Кид слышал шепотки. Эльфы обсуждали не его, обсуждали ыгуй. Отправившиеся с ними были выносливыми, опытными и сильными воинами. Тот случай, когда это было очевидно на вид, но и красивой внешности им тоже досталось, поэтому их не могли не обсуждать. Кид видел, как девчушка и ее мать замолкли, когда один из ыгуй глянул на них. А потом увидел, как на лицах тех появились ответные улыбки. И вот они, спустя какое-то время, дошли до дворца. Кид замер, глядя вверх, его дыхание пресеклось. Он знал, что ыгуй не люди, их истинный облик во время битвы мог не просто проглядывать, а сменяться на него, если позволяла сила и статус. Да, он находил Юань Лина слишком красивым, но только сейчас, глядя на их парящий на облачках замок, до него доходило, что эти две расы, куда древнее его. Замок будто стоял или парил на чем-то похожем на облака, белоснежные стены дворца-крепости прорезали вековые деревья, возможно являясь колоннами для этого великолепия, их кроны смыкались над шпилями замка, а к дворцу тянулись нити, что Кид видел по всей столице. Это было сказочное, фантастическое логово древней расы. В этот момент Кид испытывал не только восхищение. Он испытывал отвращение к людскому роду, который желал паразитировать на эльфах, чтобы хоть немного подняться в силе. Но никогда им не стать подобным тем, кого они желают поработить… Юань Лин потеребил его за руку. Выглядел тот слегка смущенным. - Пора идти. Не бойся, тут нет ничего опасного… Кид бы поспорил. Крепость их пропустила, дотошно проверяя: кроме эльфов на воротах, на них уставились десяток чужих глаз, дотошно заглядывая не в кареты, и не в сундуки, а в саму душу. Наверняка и замок непрост. Они вступили в замок, поднимаясь по воздушным ступенькам, что твердели, когда на них наступала нога, а возле больших золоченых, с синими камнями ворот их встречала, скорее всего, свита короля. Кид вгляделся в серьезные лица недавних детей. Как и говорил Цай Тай - это были подростки либо совсем молодые парни. Однако, У Цзы не обманывался: их уже закалили потери: война, отставила отпечаток на лицах, и это не про шрамы речь. Взгляд, напряженный и ищущий подвох, готовый к предательству, готовый действовать. Кид невольно поправил шляпу, опуская ее чуть ниже, чтобы скрыть свои глаза. Ему было нечего скрывать, он не собирался предавать, но чувствовал вину, как чувствовал бы отец, который не смог сберечь чужое дитя. В замок пошел не весь корпус, а только те, кому назначена была аудиенция, остальные отправились по своим домам, неместные в казармы. Но таких было немного, потому что сдружившись с ыгуй за время перехода, большинство эльфов пригласили новых друзей пожить в своих домах. У Лан Хуа здесь жила тетя, поэтому она тоже решила познакомить Цы Лана со своей столичной семьей. Но сейчас тот представлял ыгуй, поэтому был вместе с Лан Хуа и остальными. Ыгуй тоже бесхитростно восхищался замком и его убранством. Внутри тоже было на что посмотреть. Внутреннее пространство поддерживалось тонкими, похожие на лианы колоннами, уходящими к потолку. Цветная мозаика и огромные окна создавали причудливую игру света, которая дополнялась магическими свечами, что горели на разной высоте даже сейчас. На стенах висели картины в необычных оправах или была роспись. Сам по себе дворец был произведением искусства. Такой непременно следовало бы добавить в какой-нибудь список культурного наследия, если бы такой существовал. И вот они вошли в тронный зал. Если сам дворец, казалось, воспевал нежность, жизнь и возвышенность, то тронный зал хоть и носил следы изящества в каких-то элементах убранства, был строгим, холодным и суровым. В декоративных арочных пролетах стояли статуи эльфов-воинов, а оружие в их руках было настоящим и магическим. В зале ощущалось давление эльфийской магии. Здесь был тот, кто был олицетворением магии Цзинлина. Тот, кто пробудил сам древний город. Да, быть может, он не владеет мечом в принципе. Но он тот, в ком сильна магия естества и, конечно, тот, кто рожден стратегом. Он сидел на троне, подперев подбородок рукой. Кид находил в этой позе явное сходство с тем, как сидел на троне Бей ван. Та же расслабленность и та же уверенность в себе и своих силах. Изумрудные, переливающиеся разными оттенками зеленого, с всполохами оранжевого, глаза были мистически прекрасны. Острые черты лица и острые зубы, что стали видны в насмешливой улыбке, выстраивали совсем другой образ эльфа. Этот эльф не только по действиям, а даже на вид, был куда ближе к ыгуй Бейгоу, чем кто-либо. Рядом с ним, за троном, стояла юная девочка с синими волосами и роскошный эльф с волосами цвета красного пламени. Девчушка что-то зашептала Королю на ухо, усмехаясь так похожей на того улыбкой с острыми зубами, что их можно было заподозрить в кровном родстве. Цы Лан выступил вперед, опускаясь сначала на одно колено, потом на второе, громко приветствуя чужого Короля и протягивая чуть вверх запечатанные письма от Вана Бейгоу Се На. Король эльфов шевельнул указательным пальцем, и письмена бросились к нему в руки. - Ты – старшая кровь? Цы Лан кивнул. Эльф бегло читал письма от Сены. - Цай Тай? – тот вышел в перед и опустился на одно колено, собирая в приветственном жесте руки, он отличался от привычного демонам: - Да, мой Король. - Отнеси, что добыл, в сокровищницу, сегодня вечером обсудим, приходи к ужину. - Слушаюсь. - Кид. Тот выступил вперед, почтительно склонился, повторяя жесты Цай Тая. Они оценивающе уставились друг на друга. - Тебе есть что передать мне? - Есть, мой Король. Вокруг раздались шепотки. Кид почти удивился: - Се На сказал, что Чжимо Яо мой король, в чем у вас проблема? – Кид, не поворачивая головы и не одаривая взглядом, обратился к массовке на аудиенции, хотя наверняка это была сплошь эльфийская знать. Те затихли. Все здесь прекрасно знали, кто такой Се На, и почему их Королевство опирается на “какого-то” ыгуй. Но и этот человек пугал своей пустотой и холодностью, будто ничто выглянуло из своего мира в мир живых. - Останешься после аудиенции. Юань Лин? Тот тоже вышел чуть вперед, вежливо склонившись. Чжимо Яо цыкнул. - Чибискэ прав. Девчушка усмехнулась, весело спросив: - Что, ревнуешь? – она читала все письма через плечо своего Короля. Чжимо Яо одарил ее восхитительным взглядом, но та ни капли не испугалась. Наоборот, восхищенно захлопала в ладоши. - Первому корпусу положены две недели отдыха, потом приступите к обязанностям, - Чжимо Яо не велся на дешевые манипуляции, но признавал, Юань Лин действительно наделен красотой древних эльфов. Се На настаивал, что его надо спасать, но Чжимо Яо уже все выяснил, и понимал, что именно тому нужно для спасения. Кид – более чем подходил. Самого Кида можно, конечно, пожалеть, но зачем, если тот даже не заметит, что страдает? Юань Лин вежливо сложил руки: - Я хотел позвать жить с собой друзей из Ма Лоу, мой Король не против? - Я нет, но с каких пор я ответственный за казармы? – фыркнул он. – Расслабься. У вас отпуск. Отдохните хорошенько. Итак, они все уходили, а Кид оставался. Юань Лин быстро начертил ему карту, как найти его дом и вложил бумагу в руку. - Не волнуйся, - сказал он Киду, но Кид думал, что это Юань Лин почему-то волнуется. Что же до Кида, ему было не впервой служить царственным особам, поэтому какого-то особого волнения он не чувствовал, разве что… капельку любопытства и воодушевления. В конце концов, обычным их Короля было не назвать. Стратегиям Чжимо Яо нельзя было не поражаться, а теперь он наблюдал перед собой подростка. Так насколько же тот силен станет спустя хотя бы десяток лет? Пока Кид видел очевидное: ван Бейгоу не зря положил на этого эльфа глаз. Казалось, что они одного поля ягода. Помещение, куда пригласил его, насмешливо раскланиваясь, Чжимо Яо, было кабинетом Короля. Огромный стол, на котором могла поместиться карта не просто всей страны, а всего мира, очевидно служил инструментом в формировании стратегий. В коробках рядом Кид приметил детально сделанные фигурки людей и ыгуй. Причем, те даже делились по крупным родам, остальные были просто серыми. Этот человек, вернее эльф, мыслил нештатно. Король протянул руку, и Кид отдал письмо и коробку. Письмо было коротким, но Чжимо Яо бросил на него, казалось, вообще один взгляд. А потом открыл коробку. - Ого… Он достал одну сережку. Таких у них не делали. Форма была простой, но изысканной. Чжимо Яо, у которого даже не были проколоты уши, тем не менее отличался особой внимательностью, и у эльфиек таких не наблюдал, как и у эльфов, которые любили навешивать на длинные ушки всякой красоты, до того, как началась эта затяжная война. - Се На настоял, чтобы я вставил их, когда вы наденете амулет. Чжимо Яо взял в руки амулет. Тот совсем не походил на тот, что он сделал для чибиске. Но Король усмехнулся: вот они уже обмениваются подарочками. Интересно, а этот кулончик способен исполнять желания? - У меня не проколоты уши. Он закрывает цикл заклятий кровью? Кид не мог ответить на этот вопрос, но считал вполне реальным. - Далеко пойдет… - прошептал Чжимо Яо. Прикладывая сережку к уху, а потом этой же серьгой прокалывая его. Кид вскинул руки. - А вдруг неровно! – возмущению У Цзы не было предела. Чжимо Яо рассмеялся. Ну надо же, что волнует явление. Красота. Ему надо, чтобы было красивенько, и больше ничего. Наблюдать явление так близко от себя было довольно необычным ощущением, немного щекочущим нервы. Но Се На утверждал, что знает этого человека всю жизнь, а то и десяток. Поэтому, вздохнув, Король эльфов поставил зеркало по удобнее, и приложил вторую сережку. Замок был острее иглы, поэтому прошил мочку насквозь, но без крови все равно не обошлось. - Нравится тебе? – эльф вгляделся в зеркало, с насмешкой наблюдая, как придирчиво осматривает его Кид. - Ровно. Чжимо Яо цыкнул. Да уж, с его внешностью комплиментов не допросишься. И чем он так привлек маленького северного демона? Фетиш на зубастых эльфов у него, что ли? Амулет на груди теплел. Когда были вдеты последние две серьги на секунды стал нестерпимо горячим. - Меня прислали помогать со стратегией. - А не сережки вдевать? - Это заодно. На губах У Цзы мелькнула невесомая улыбка, но Чжимо Яо ее заметил. Быть может, люди тоже могут быть интересными… С другой стороны, какой из Кида человек. Чжимо Яо глянул на цветную мозаику под потолком. Как много они потеряли, когда все расы сравнялись… Кем в итоге стали… Какой жизнью живут… - Как раз, есть дело для тебя. Чжимо Яо щелкнул пальцами, и пространство над столом принялось изменяться, превращаясь в дороги, крепости и города с неприличной степенью детализации. - Все, что я видел и слышал, - эльфы коснулся виска. – Остается здесь навсегда. Стоит мне бросить лишь мимолетный взгляд. Король не стал не отрицать, что восхищенный взгляд Кида польстил ему. - Ты планируешь поддержать Нанрэнэ? - Внутрь мы не полезем. Но некоторые эльфы рвутся действовать. Мне нужно учесть их желания, чтобы они не похерили весь план к чертям собачьим. Интин имеет на все свое мнение. - Само собой… - глаза Кида загорелись, он склонился над картой. Чжимо Яо с неподдельным интересом наблюдал, как фигурки выстраивались на карте. Кид расставлял их руками, но делал так быстро и точно, что казалось владеет магией. - А теперь смотри… - сказал Чжимо Яо, когда понял замысел Кида. Он вытянул руку над картой и фигурки поменялись местами в нескольких ключевых точках. Стратегия не просто сменилась. Она стала коварной. Кид ощерился. Ему определенно нравилась логика этого эльфа. У Цзы решительно внес еще пару корректив, дополняя план. Кид поднял взгляд. Этот эльф… Чжимо Яо не очень понимал этот взгляд. Без оружия и своих тактик, он не был сильнее человека. Взгляд Кида был черным, душным и тяжелым. Его ушки дернулись, чувствуя опасность. - Вэйци или сянци? – тяжелым голосом предложил Кид. Чжимо Яо расхохотался. - Ты так хочешь играть? - Давно не встречал такого противника. Ты, я думаю, тоже. - Верно. Идем, покажу, чем играют короли эльфов… Чжимо Яо был уверен, этой ночью им будет не до сна. К рассвету они будут лучшими друзьями. Главное не забыть про ужин, и что он позвал на него Цай Тая. ** Уже было очень поздно, когда Юань Лин покинул свой дом. Компания собралась веселая, но даже они устали и разошлись по комнатам. Юань Лин же не находил себе места, сон не шел. Зато шли ноги. Юань Лин сам не заметил, как снова оказался на дворцовой площади. Охранные кристаллы сверкнули раз и остались гореть ровным цветом, не признав в нем врага. Юань Лин, однако, не посмел заходить в сам дворец. Помахав рукой страже у дверей, он сел на ступеньки, чувствуя себя неприкаянным. Разве Кид не придет сам? Разве с ним что-то может случиться во дворце? Но вскоре нервы снова подняли его на ноги, поэтому он спустился со ступенек и принялся ходить туда-сюда. Стражи молча наблюдали за его страданиями, ничего не говоря. В какой-то момент Юань Лин устал ходить и уселся обратно на ступеньки. Он наблюдал как над дворцовой стеной встает солнце. Рассвет. На его плечи упало теплое пальто. - Только не говори, что ты просидел тут всю ночь. - Не буду, - прошептал Юань Лин, чувствуя облегчение. Его подняли за плечи на ноги. - Ваш Король не умеет проигрывать. - Мне кажется, кто-то упрям не меньше. - Почему? - Уж не потому ли, что уже рассвет. Кид склонился к эльфу внимательно разглядывая. У Цзы показалось, что Юань Лин ревнует. Но спрашивать вслух не стал. Вдруг он ошибается? Но за него хотя бы волновались. Он ему все-таки не безразличен… Кид осторожно взял Юань Лина за руку. Тот не стал вырывать пальцев, поэтому Кид перехватил руку посмелее, чтобы согреть замершую ладонь. С тем он разглядел легкий румянец на щеках эльфа. *** 酒奇 溝六 Сакаки Добуроку   Цзюци Гоулю 進清十郎 Шин Сейдзюро Цзинь Шилан 桜庭　春人 Сакураба Харуто Интин Чуньжэнь 高見　伊知郎 Таками Ичиро   Гаоцзянь Ичжи (лан-сократила) 大田原誠Отовара Макото Датянь Юань (сократила) 庄司軍平 Гунпей Сёдзи Чжуан Цзюнь (сократила) Sota Nakawaki – 3годка Одзё, тоже может лишь играть в плохого. Се Тай Чжэн Цзун – Хиджиката Тоширо, (Бань Инь – Саката Гинтоки) Цзюци Гоулю никогда не считал себя рыцарем в сверкающих доспехах, он четко осознавал, что ему нравится эльфийских страх. Это ощущение, будто ты и есть Творец и чужая жизнь зависит от тебя, будоражило его кровь. Он очень давно понял, что такое страх, и как его использовать. Он был хитер и не делился этим открытием ни с кем, даже с давним другом. Но тот был человеком, а значит, не смог использовать страх в той же манере, что и ыгуй. Так у них появились первые секретики друг от друга еще тогда, когда они были молоды и юны, вместе путешествуя по миру. Перевернулось все в какой-то один момент. Страх принес в его душу не силу или удовольствие, а принес дырку, пустоту полную боли, пустоту, что пошла трещинами по душе. Случилось это в тот момент, когда его друг, Чжуан Цзюнь, будущий властитель Нанрэнэ потащил красивую эльфийку в ее же хижину. Та вырвалась из цепкой хватки и упала перед ним на колени, подняла заплаканное лицо к нему, вальяжно сидящему на бревне. Почему та решила просить у него помощи? Почему схватилась за его ногу? Но Цзюци Гоулю понимал, если он сейчас ничего сделает, его ядро, его сила – исчезнут. Страх может питать его силу, только если есть баланс. Только, если он в итоге спасает и помогает. И это не просто вопросы силы. Это вопрос естества и моральных принципов. Меч появился перед ыгуй в воздухе, и его друг замер. Он знал этого ыгуй давно, считал братом. Но в то же время, прекрасно понимал, что это монстр. Цзюци Гоулю был тем, кто выжимал из своей сути максимум, кто совершенствовался невероятно быстро. Его не могли сломать преграды, он пер вперед будто тысячи мулов под одной упряжкой. Ледяной меч сверкал на солнце, его сила была непередаваема. Чжуан Цзюнь в тот момент особенно остро понял, что не эльфы проблема, а его побратим. Взгляд ыгуй стал таким же ледяным и сверкающим. Меч повернулся острием на него, мгновенно превратился в сотню. Это было восхитительное зрелище. Цзюци Гоулю владел не только мечом, он был мастером алебарды. Очень редкое и действенное в его руках оружие. Но сейчас такой сверкающий поток заставлял задуматься о бренности бытия. Цзюци Гоулю понимал, что сделал выбор. Их пути разошлись. Они не перестали быть друзьями, но их дороги не пересекались никогда больше. Но поскольку Се На изменяет политику Бейгоу, все могло случится. И тогда они станут настоящими врагами. Цзюци Гоулю разочарованно выдохнул. Он не мог даже предаться ностальгии, потому что семья ему было важнее друзей. Революция, что он затеял, была ради семьи. Чтобы его жена и его дети жили спокойно и вместе с ним. Ведь людям и эльфам так мало отпущено. Пожалуй, это был самый большой его секрет, о котором не знал никто во вселенной. У них были дети. На самом деле, в этом не было ничего удивительного. В ыгуй и эльфах действительно текла одна и та же старшая кровь, поэтому в каком-то смысле они были одного вида. Необходимо было лишь быть старшим ыгуй, а эльфийка должна хотеть зачать, в отличие от человеческих женщин, важно было не тело, а сердце и голова, овуляция могла не наступить никогда или тогда, когда эльфийка решалась на это. Цзюци Гоулю узнал это постфактум. Первый ребенок был для него полной неожиданностью. Ай Яо сказала, что хотела хоть что-то оставить себе на память. Но Цзюци Гоулю не собирался бросать свою женщину. Ребенок родился с забавными демоническими рожками, которые со временем научился прятать. Сейчас Цзюци Гоулю сделал несколько пассов руками. Это не было Двойным оком, этот способ связи основывался на единой крови. - Сяо Шань. - Отец, - Цзюци Гоулю видел, как войска готовятся к атаке. Совсем скоро план Цзинь Шилана, Интин Чуньжэня, Короля Цзинлина и Чжэн Цзуна придет в действие. Цзюци Гоулю был уверен, что У Цзы приложит к нему руку. Се На доверил самое дорогое этому человеку, наверняка тот непрост. К тому же в том течет кровь сингоу-рэн, так что Кид потенциально открыт к шаманизму. - Я все-таки хочу увидеть его в последний раз. - Твое право. Шань Яо был самым старшим. Самым внимательным и самым рассудительным. Он понимал отца. Но так же прекрасно знал его. Цзюци Гоулю был тем, кто дал им суть ыгуй. И Шань Яо собирался использовать ее на максимум, чтобы вернуть эльфам их право на жизнь. Спустя несколько мгновений Цзюци Гоулю увидел Чжуан Цзюня. Тот все еще был внушителен. Но Цзюци Гоулю все так же видел того юношу, с которым дружил. Они стали очень старыми. Но Чжуан Цзюнь будто бы был весь покрыт трещинами. - Ты? – удивился Император Нанрэнэ. Тот прекрасно знал, что за армия собирается вокруг столицы, и что происходит в его стране, но оставался на удивление спокоен. - Я думал, что же за эльф смеет так себя вести, но разрыв материи… Так эльфы не строят Двойное око. - Все ты знаешь. - Не знаю. Как ыгуй использует эльфийскую магию по демоническим основам? Цзюци Гоулю невольно усмехнулся. - Он способен и не на такое. На лице Чжуан Цзюнь появилось осознание. - Твой ребенок? Сколько их у тебя? - Четверо. И все пришли по твою душу. Пришло время, А-Цзю. Пришло время покаяться за свои грехи. - Я сделал все что мог… - Ты делал, что хотел. Тот тяжело вздохнул. Он сидел прямо на коленях, перед ним лежал меч. - Тот, кого ты считал своим сыном, тоже придет за тобой. Все, во что ты верил, превратилось в пепел. Есть ли смысл бороться и сеять ненужную смерть? - Ты волнуешься за своих детей? - Нет. Я их тренировал, - отсек Цзюци Гоулю. – Они соберут кровавую жатву. Ту, которой может не быть, если ты образумишься. - Но сам ты не придешь за мной, даже в мой самый последний момент? - Я следую за своим Достопочтенным. Раздавать милостыню не в моих привычках. - Ты думаешь, ты настолько сильнее меня? - Да. Ты потратил время впустую, лишь осквернил себя. Отступи! Ты не спасешься, так спаси других. Молодых и глупых. Но тот помотал головой. - Я уйду из этого мира таким, какой я есть, - упрямо сказал Рыцарь Нанрэнэ. Когда-то он верил, что несет свет. Теперь он смотрел в черный-кровавый разлом, в котором видел давнего друга, и понимал, что его путь был ошибкой. Вся его жизнь была ошибкой. - Шань Яо. - Да, отец. - Этот человек должен умереть. Помоги Цзинь Шилану. - Так точно. - Ты знаешь, что делать. - Верно. Чжуан Цзюнь выдохнул, когда вещание прекратилось и кроваво-красный разлом пространства исчез. Тот не представлял, как тому удалось получить детей от эльфийки, но учитывая, что он знал об эльфах и ыгуй, звезды могли сойтись. Статус крови обоих, волшебные земли Цзинлина или Бейгоу… Кто знает этих эльфов. Но разлом… Чжуан Цзюнь чувствовал силу этого “полукровки”. Кажется, тот был не слабее, а сильнее, будто половинки паззла собрались воедино. Удивительно, что их только четверо. Как Император помнил, его друг мечтал о большой семье, чтобы была целая команда. Но без шуток, четверо - это немало. Таких детей не было все эти годы, он их скрывал лет тридцать! Замок пошел мелкой дрожью, за окном послышался рев. - Мой Император! – в зал влетел воин, его глаза были огромными, словно блюдца. - Ну что там еще! - Разве ыгуй собирались на нас нападать вместе с эльфами? Разве разведка не донесла, что их основные силы ушли вглубь Бейгоу? - Это не ыгуй, - хрипло сказал, как чувствовал, Император. – Это много хуже. Чжуан Цзюнь осознавал предельно ясно. Это те, кто пришли править миром. Если мир останется существовать. За этими существами будущее. Не родился человек, способный с ними потягаться. Он был виновен в том, что мир стал таким. Он был тем, кто поставил его на Грань. А как только случается такое, начинаются изменения. Сначала эти дети, о которых он не знал, потом Достопочтенный… Мир перестраивался. И по тонкой Грани в мир попал тот, кто вернет Разлом. Откроет мир. Просто, потому что может. Просто, потому что… Сам Грань? Чжуан Цзюнь чувствовал, что он на пороге открытия. Но ему пришлось вставать и идти воевать. Он так и не узнал, насколько был близок к Истине, даже не зная Правил Построения Мироздания. А раздел ППМ “Грань и существа Грани” был основным. ** Чжимо Яо наблюдал за разворачивающейся битвой на границе через Двойное Око. Кид и Уцанбань находились рядом, Чиюй Чжунь непринужденно держал Око активным, а Шуан Линъинь в позе йога уселась напротив, с интересом уставившись в Око. Цзинь Шилан отдал приказ наступать. Его противник – Император Чжуан Цзюнь был, несомненно силен, под его знаменами было подавляюще много войск. Но он был стар. Ему было страшно. Чжимо Яо этого не знал доподлинно, но видел по приказам и движениям, по мимике. Потому что шпионы у него было везде, рядом с Императором тоже был один. А еще, это было то, что Чжимо Яо ожидал увидеть, потому что это предсказал Се На. Нет, тот не владел силой, способной заглянуть в будущее, он просто сказал, как будет, и в его глазах Чжимо Яо увидел только одно – опыт. Он проходил через это десяток раз. И знал наверняка. - Перед силой и волей Цзинь Шилана Чжуану не устоять. Он давно проиграл и знает это. Страх сковал его старое тело. А сейчас заморозил душу. Чжимо Яо пытался сдерживать свои чувства. В живую они с Се На виделись лишь один раз, когда еще не знали друг друга, но чем больше они общались тем больше эльфа завораживала личность Се-вана. Чжимо Яо не мог охарактеризовать свои чувства, потому что это была явно не просто любовь, но и любовь в том числе. И все это при том, что у них завязались таинственные отношения на расстояния! Яо не подозревал, что это они, пока Се На сам не сказал. Ведь раньше даже такого понятия не было. Король и Шуан невольно вздрогнули. Даже через Око они почувствовали колебания в силе, подобно массиву, но это был не он. - Твои братики и сестренка, - Шуан была в полном восторге, когда выяснилось, что у Повелителя есть старшие двоюродные братья и сестра. Чжимо Яо тоже не смог сделать “покерфейс”. Шуан такого не видела почти никогда, поэтому хлопала в ладоши. Обычно ошеломить Яо удавалось только Се На. Шуан обошла в тот день всех четверых. У нее были очень круглые глаза даже для нее. - Они закрывают проблемные места каждой расы! Да, в них дышало былое древнее величие их рас. Шуан, похожая на сову, все не могла унять свое сердце. Какая-то очень важная мысль все ускользала от нее. Но интуиция позволяла чувствовать: мир возвращается к истокам. Этот мир снова будет свободен. Хотя и будет, вероятно, совсем другим. И вот сейчас, четыре массированных удара по площади, до того как Цзинь Шилан схлестнется в рукопашную. - Юция… - Шуан была в восхищении от младшей сестренки, в восхищении от их магии, что миксовала два естества и два вида магии. А та творила эльфийскую магию, а ее братья щедро делились с ней магией ыгуй. Их пытались атаковать, но рыцари выстроили непревзойденную защиту. Теперь, Нанрэнэ выглядели так, как должно были. Глаза Чжимо Яо распахнулись. Удар Юции был подобен тарану. Только магическое дерево было куда крепче, куда острее и куда опаснее. Протаранив ворота, оно тут же дало семена сквозь дерево ворот и кирпич крепости, проникая и взрываясь, разрушая до основания. Значительная часть стены рядом с воротами рухнула. Спустя какое-то время, они увидели, что Цзинь Шилан добрался до Императора. Чжуан Цзюнь встречал своего Наследника с копьем. Его ближайшие телохранители не вмешивались.  Сейчас Цзинь Шилан уже легко мог определить на ком “покров”, и кто из них эльф. - Этот трон и так должен был стать твоим, - усмехнулся Чжуан Цзюнь. - Этот трон мне не нужен, - гордо ответил Цзинь Шилан. Император усмехнулся. - Как же ты все еще глуп. Тобой вертят эльфы, а ты даже не видишь. - Если ты насчет Интина… - Да не насчет этого. Император покачал головой. - Тогда скорее уж приплел бы ыгуй. - Какие еще ыгуй! Ты не видишь дальше своего носа! Этот жуткий демон, что собирает эльфов, по факту всего лишь приспешник Чжимо Яо. Их Король умеет строить двойные, тройные планы, использовать тех, кто сильнее его. И этот демон из Бейгоу лишь выполняет его стратегии! Весь мир будет во власти эльфов. Их время почти пришло. И ты – лишь пешка! - Это нереально. Мы хотим лишь… - Ты не понял? Совсем дурак? Не понимаешь, кто те четверо? Это новая раса! Думаешь прежде не рождалось детей от эльфа и ыгуй? Рождались! Конечно же, рождались. Но они были либо ыгуй, либо эльфами. Они были обычными, пусть и достаточно сильными, старшей крови, как правило, как и их родители. Но не эти четверо. Они наследуют силу обоих родителя, они не эльф и не ыгуй и эльф и ыгуй одновременно! То, что может быть и может не быть – Разлом! Перелом! Называй как хочешь! Они родились, потому что мир сломался и начался меняться одновременно! - И что плохого? – Шин искреннее не понимал. - Мир родил их. Этот мир будет принадлежать им! Не людям! Ты видишь первых из новой будущей древней расы! И родоначальники обычно нечеловечески сильны. Пока не поздно, мы должны… Но Шин выставил свое копье. - Я служу новому миру. Я его Копье и Щит. - Глупец, - стиснул зубы Император. Император считал, что Шин не понимал, но на самом деле не понимал до конца и Император, потому что принадлежал всего одному миру: Грань случилась. Существа родились. Это редкий случай, когда в закрытом мире появляется новая раса. Но так бывает, когда весь мир надламывается, сам становясь на мгновения (по меркам мира) гранью. В этот момент один маленький Див в Пятом секторе подскочил на ноги. Тан-Тан захлопала в ладоши от восторга. Они разные, совсем разные, но между тем похожи. Она тоже несет в себе истоки двух рас, являясь чем-то абсолютно новым. Поэтому она не могла не испытывать счастья, которое сейчас испытывали все Первые. Они все почувствовали, что появилась новая раса. Только сейчас. Ведь только сейчас в закрытом мире начали зиять трещины. Ее отец, глядя на дочь, почти пустившуюся в пляс, и понимая ее, был задумчив. До того, как мир откроется окончательно, они должны быть уверены, что эльгуй на их стороне. - Ты не мог получше название придумать? – насупила брови и сложила руки на груди Тан-Тан. - Твоя раса вообще не оригинально звучит. По одной букве и соединительный союз. - Я диво дивное! - Не спорю, - он обнял дочь покрепче. – Не сердись. Может, они будут любить пить эль. - Лин Гуй? – попыталась Тан Тан предложить что-то нормальное. - Ай Эр* Гуй? - Да отстань ты уже от алкоголя! Вспоминаешь свою жизнь смертным? – Тан Тан надулась. Элейн усмехнулся. Была ли она у него? Нет, он уже таким родился. Вдруг Тан Тан вздрогнула и замерла. - Отец. В их зале появился приемный сын владыки Пятого сектора. Вежливо склонился, складывая руки и выставляя вперед короткий клинок в ножнах в жесте приветствия. Тейн. Пустой. Тан Тан сжала руки вместе и замолчала. Это ее старший брат, но страх сковал ее. Эти белые волосы, почти мертвецки бледное лицо, как будто бы слепые глаза. Но пугала ее не столько внешность, а понимание, кто это. Даже Вольгост вел себя с ним уважительно, когда не надо было играть роль и все нацепляли маски. Даже Фан Сюма отвешивал с трагическим пафосом ему поклоны, а Фан Яньму с большим интересом следил за ним. Но Тейн отлично жил своей жизнью. И сейчас он был ребенком вампира, хоть и не по крови. - Прикажи мне отвлечь внимание Девятого сектора от того мира, где сейчас Янь-Янь. Вот так Великий и ужасный Хва Сё, превратился в маленького и миленького несмышленыша Янь-Янь. - Сёдзиру и Хатты справлялись до того момента неплохо, но сейчас им нужна помощь. Никто не смел сокращать Хатьюгиров Ветра до такого прозвища, равнять со слизняками. Элейн смотрел на Тан-Тан, не испытывая того, что испытывает дочь, но прекрасно понимая почему. Его сын мог быть кем угодно, для него он просто ребенок. Его ребенок. - Это опасно. Тейн открыл глаза. Блеклые бело-голубые глаза сменились черно-синеватой дланью космоса. - Если бы он не трогал Янь-Янь я бы терпел. Если бы не трогал Юнь-Юнь я бы жил как жил. Но он посмел тронуть их. Как ты думаешь, могу ли я простить подобное? - Мастер Юньци хотел тебе простой жизни. - Поэтому отдал меня тебе? – усмехнулся чужой наивности Тейн. - Ну не настолько простой, чтобы отдать простому смертному. - Да уж. Приказывай, отец. Пришло время. Элейн Люйн вздрогнул, но кивнул. Он понимал, вовлекая в это прошлых Властителей Мироздания, они переступают границу, за которой нет возврата. Но это решение не противоречило логике самого существования Мироздания. Не только Фан Яньму имел прошлое, которое похоронил ради настоящего, Сянь Юньци тоже имел свою легенду, а не просто был эльфом сёдзиру. Когда Тейн ушел, Тан Тан уселась ему на колени. - Какой был мир, до того, как появились Сектора? - У тебя появились опасения? – улыбнулся Элейн Люй. Но Тан Тан завороженно улыбнулась куда-то в потолок, будто увидела нечто восхитительное. Когда приходит время и только тогда – Мироздание меняется. Простых смертных никто не спрашивает. ** - Дай сигнал Се Таю выступать, - приказал Чжимо Яо. К сожалению, Цзинь Шилан не был силен в стратегии, только в тактике. Сложные планы были не для него. Так можно было проиграть, имея даже огромные ресурсы. Поэтому у Цзинлин и мятежников Нанрэнэ появились новые связи. Се Тай, казалось, тоже не особо дружил с головой, ему важно было только получить чью-то голову. Но Чжимо Яо не обманывался. Он давно за ним следил, и понимал, что это хитрая, зубастая тварь, пусть и движимая лишь победой.    Все бы ничего, но сейчас с ним шли и эльфы, жители его страны! Чжимо Яо настороженно наблюдал за атакой чужого генерала, что присягнул ему в верности. Генерала, которому Се На предложил верить… Но Чжимо Яо никогда и никому просто так не верил, кроме… кроме одного Северного Демона. Но и эта вера не вспышка, не внезапное безумие. Это то, что выстроилось на основе их действий. Чжэн Цзун командует эльфами. Чжимо Яо невольно прикусил губу. Чжэн Цзун – старшая кровь, не менее старшая чем он. При желании, тот мог бы претендовать на корону. Но эльф, сидя на своем троне в центре магической земли, как никогда остро понимал, что с этим эльфом что-то не то. Он чувствовал в нем силу, схожую с силой Се На. Нет, она не имела отношения ни к демонам, ни к эльфам, и, может, была доступна всем расам. Чжимо Яо хлопнул несколько раз в ладоши в ритм взмахов меча Чжэн Цзуна. - Бань Инь, - действительно перекрась тому волосы, одень другие одежды, дай посох-меч, и вот уже легендарный эльфийский полководец перед тобой. Только это была легенда и все было с этой легендой не в порядке. Но кое-что напоминало-таки Се На. Например, умение собирать вокруг себя людей.  За него были готовы умереть. За ним следовали до конца. Но и он был очень необычным человеком. Предпочитал худой мир доброй ссоре, хотел просто быть обычным старостой, но, если было надо, обнажал клинок и защищал своих людей до последнего. И сейчас Се Тай слушался его. Можно было надеяться, что атака пройдет по плану. - Чжимо-гэгэ… - тихонько сказала Шуан Линъинь, она смотрела на дверь. В дверях был ыгуй. Если бы у него не было разрешения, он никогда не смог бы попасть в замок. Это был посыльный. Он тяжело дышал и был весь в крови. Вот он упал на оба колена: - Мой Король… Се-ван в беде. Ему нужна ваша помощь! С трудом он протянул свернутое в рулон письмо, а потом трагично рухнул лицом в пол. Чжимо Яо поманил письмо своим длинным указательным пальцем с ногтем, достойным повелителя преисподней. Он осторожно осмотрел послание. Сама бумага, печать, все выглядело подлинным. Король эльфов провел рукой над висящим в воздухе письмом, считывая магию. Мог ли он просто быть слишком мнительным? Чжимо Яо глянул на посланника. Того усадили, и демон смачно харкнул кровью. Этот демон не змея. Это настораживало Чжимо Яо. Се На посылал к нему только змей. Это было их негласное правило. Чжимо Яо внимательно вгляделся, пытаясь понять что-то еще. - Быстрее! – прошептал тот ыгуй очень искренне. – Мой ван… В какой-то момент Чжимо Яо почувствовал в этом ыгуй змеиный исток. Может, он просто ошибся? Король решился и вскрыл печать. Вчитался. Се На решился напасть на Первый сектор. Массивы стали для них смертельной преградой. Его сила не подходила для такого прорыва, ему срочно требовалась помощь, иначе, он мог погибнуть. Он просил его прийти. Прийти ему на помощь. Чжимо Яо глянул на Шуан. - Это может быть ловушкой, - просто сказал он. - Почему? – спросил Уцанбань Янь. - Либо он сильно ранен и за него кто-то писал его подчерком… Либо повредился головой. Либо… - Ловушка, - оскалилась Шуан. - Но ты пойдешь? – почувствовал Чиюй Чжунь. - Если это не ловушка… Если я потеряю его так глупо, я никогда себе этого не прощу. Чжимо Яо отдал приказ брату принять командование. Лин Яо* участвовал в обсуждении всех стратегических планов и вполне был способен заменить Чжимо на посту. Раненого ыгуй отправили в лечебницу, а сам Король собрал своих людей. Тех, на кого мог рассчитывать, даже если треснет земля. Он спешил. Чжимо Яо знал себе цену, знал, что время на его стороне, умел играть с ним, ставя все на последние секунды. В первые в жизни, он боялся опоздать. ** В пустом шатре ыгуй, который до этого лежал тихо постанывая, схватился за горло руками, его тело выгнуло дугой. Он скреб горло руками, раздирая кожу до крови, потом принялся драть грудь. Под глазами залегли черные тени. - Ты? – прошептал он, понимая. Его тело сводило от боли. Яд распространился по всему телу, а сердце сжимало от боли. - Я, - ответила без самодовольства, а с легким удовлетворением маленькая змейка, захватившая сердце противника. - Ты не успел. Ты проиграл! - Я, быть может, еще успею. А вот ты – умрешь. Маленькая веретеница сжала чужое сердце, раздавив его в кровавую массу. Ыгуй дернулся и затих, пустыми глазами глядя в потолок. Змея выгрызла себе путь вверх, оглянулась и поспешила туда, где осталось ее бренное тело. У него действительно было слишком мало времени, чтобы предотвратить заговор. Но она делала, что могла. ** 胸肩厚（むなかた あつし・3年） Мунаката  Цзянь Хоу 如月ヒロミ（きさらぎ ヒロミ・1年）Кисараги Хироми Жу Юэ 天狗花隆（てんぐ はなたか・3年） Тэнгу Ханатака  Гоу Лун 仙洞田寿人 せんどうだ すみと Сендода Сумито  Дун Шоу 峨王力哉（がおう りきや・1年） Гао Рикия * Эван Цзай Внутри эльфийской земли, из центрального замка в несколько удаленных, но не границе, точек вела магия. Это был своего рода портал, запустить который мог только Король и те, на чью силу еще откликался Замок. На данный момент, кроме Чжимо Яо, некоторый отклик получал его брат. Чжимо был уверен, что Замок откликнется на двоюродных братьев и сестру, и быть может на Чжэн Цзуна, но волшебная земля имела свой непростой характер и дарила свою любовь не исключительно из силовых или кровных предпочтений. Портал заработал и вся их разношерстная компания – Чжимо Яо призвал и Кида, и Юань Лина, присоединился и Цы Лан, но остальные были эльфами – небольшой ударный отряд, способный в теории быть подспорьем даже в сражении, поместился в приличных размерах портальном зале. Да, он не мог переместить целую армию, но перекинуть достаточное количество людей для разведки-боем или диверсии, вполне. Они появились на другом аванпосте, в другом замке и собирались отправиться вперед, как замерли. Им не дали много времени на размышления и надежды. Это оказалась ловушка. Но уйти обратно в портал и перенестись в Замок было невозможно. Здесь земля теряла половину своих сил. Портал всегда работал в одну сторону. Чжимо Яо цыкнул. Перед ним были ыгуй. Старшая кровь, ни одной змеи. Чжимо Яо внимательно оглядел встречающих. - А говорили, что ты великолепный стратег, - фыркнул огромный ыгуй, на голову или две выше самого высокого эльфа. – И так глупо попался. Чжимо Яо услышал сухой смех и глянул за Эван Цзая – Король, конечно, прекрасно знал, как зовут его противников. Всех врагов, все их силы, всю подноготную. Информация всегда приносила ему победу. Но сейчас ситуация была близка к патовой. Он ожидал ловушку, но ни времени, ни возможности для маневра у них не оставалось. Позади был глава Первого сектора – Дун Шоу собственной персоной. Тот несколько раз показательно хлопнул в ладоши и сложил руки на груди. - Кто бы мог подумать, выманить Короля эльфов из своего замка оказалось не так уж и сложно. Всего лишь упомянуть, что его любимый демон в опасности. Дун Шоу насмешливо улыбнулся, касаясь рукой виска. - Насколько же глупа ваша эльфийская любовь. Как влюбитесь, так последние мозги теряете. Дун Шоу усмехнулся, глядя на хмурые лица. - Правда глаза колет, да? Удивительное, что такие глупые и наивные существа остались существовать до сего времени. Чжимо Яо усмехнулся. Словами их из себя не вывести. Что за идиотская манипуляция? Или тот просто куражится? - Что, скрываешь магией шрам? Надеюсь, только с одной стороны? Далеко не все, кто были с Королем знали об этом, но, конечно, знали самые близкие ему эльфы. Шуан и Уцанбань очень похоже оскалились. Но остальные ощутимо напряглись. Все знали, сколько сделал Се На для Цзинлина за год, сколько раз спасал крепости, или просто становился армией на нужной границе, чтобы атака сама собой отменилась, потому что сражаться с ыгуй было не слишком приятной историей. Но неужели тот попросил за это глаз их Повелителя? Это удручало, но с Чжимо Яо были солдаты, и солдаты видели, что близкая клика Короля собрана и серьезна – те все знали, значит, так было надо. - Что, думаешь соблюсти все условия для второго глаза? – насмешливо фыркнул Чжимо Яо, показывая достойные вампира клыки. - Я уж постараюсь ради такого, поверь. Чиюй Чжунь высоко усмехнулся, подавив шепот среди товарищей: - Думаешь сравняться с Непревзойденным? Не в этой жизни, старикан. - О, это ты так ту мартышку из второго сектора величаешь? Ему еще век расти до меня. Яо-ван, Я тебе не врал в письме. Массивы умоют его кровью. Его сила не может ломать массивы. Чжимо Яо это то же осознавал. Именно поэтому рисковал собой и своими людьми. И сейчас им по-хорошему надо сражаться, но… Эван Цзай уже бросился в атаку. Чжимо Яо прекрасно понимал, против такого ыгуй не выдержит никакая их защита, им могла бы помочь только хитрость, но они не были готовы. Можно было бы сдаться, чтобы потом улучить момент… Потому что кроме Эван Цзая были еще ыгуй, и не слабого порядка – Цзянь Хоу был лишь немного меньше габаритами, чем Эван Цзай. Жу Юэ был не очень сильным на вид, но весьма неприятным, скользким противником. Репутация Гоу Луна тоже была чернее ночи… Рядом с ними были и другие ыгуй. Но сдача противнику не давала никаких гарантий ни им, ни Се На. Сколько времени потребуется, чтобы выбраться из плена, сколько останется в живых товарищей? Поэтому у них не было варианта. Им предстояла тяжелая битва. Эван Цзай не собирался договариваться. Он рванул на Чжимо Яо не собираясь брать его в плен, он собирался его убить. Его животные инстинкты были очевидны всем, и эльфам, и ыгуй. Для таких размеров он был чудовищно быстр. Будто огромный ящер за секунды вырос перед Королем. Чжимо Яо чуть приоткрыл рот от удивления. Вот это скорость… Неужели он быстрее Се На? Как тот будет сражаться с этим чудовищем? Даже Дун Шоу не успел среагировать, потому что такого не ожидал. Ему, казалось, его собственный приказ очевиден, авторитет непререкаем. Но у Эван Цзая были свои желания. Чжимо Яо прекрасно понимал, что шансов у него нет. Дикий рев этого реликта резал без ножа, рука ыгуй потянулась к его шее, рот был ощерен, как у монстра, желающего поглотить его за один присест. Чжимо видел эти глаза полные лишь одного желания – крушить и ломать. - Король! – успел крикнуть кто-то. - Мастер! – это, конечно, Шуан. - Стой! – наверное, Дун Шоу. Но Чжимо Яо видел лишь отражение себя в чужих черных пустых глазах. Как ему теперь спасать Се Ну? Он не рассчитывал, что умрет здесь. Щеку Эван Цзая разворотила пуля, пущенная Кидом, но ыгуй продолжил движение будто не заметив. Но стоило тому едва коснуться подушечками пальцев одной руки шеи Короля, как Эван Цзая пронзила тяжелая магия крови. Амулет на груди осветился кровавым, стал горячим и чуть поднялся в воздух. Чжимо Яо, казалось, что он слышит рев разъяренного дракона, у которого смеют красть его сокровища. Кровь обоих, сила и заклятье ыгуй, эльфийское золото – древняя магия защиты, построенная на современных силах. Се На вряд ли бы додумался сам, ему помогали более опытные ыгуй и эльфы, но сила вложенная в амулет – принадлежала северному демону. Эван Цзай оказался окутан черным с кровавыми всполохами туманом. Он не мог оттуда выбраться, не мог даже вдохнуть. Выгнутый в неестественной позе, ыгуй просто пытался выжить. Но чужая ярость была сильнее. Злоба, ярость, тихий, колючий холодный смех… Чжимо Яо чувствовал лишь отголоски происходящего. Туман рван ыгуй на части. Рвал тело, рвал душу. Наконец Эван Цзай упал. Все его тело было изранено тысячей мелких порезов. Он не мог даже пошевелиться, даже стон не мог вырваться из его рта. - Вы все еще хотите противостоять моему Достопочтенному? – усмехнулся Чжимо Яо. – Ведь это лишь толика его силы. Блефовать Король умел отлично. Но в каждом блефе есть доля правды. Дун Шоу с неудовольствием глянул на Эван Цзая. - Этот просто дурак. А я не остановлюсь. Не сейчас. Ты что думаешь, твой амулет способен на еще один раз? Амулет оказался способен на еще три раза. Ровно по числу сережек. Дун Шоу потерял еще трех ыгуй старшая кровь. Быть может, если оказать им помощь, они смогут выжить, но пока они просто лежали на земле, не в силах дышать. В их глазах была пустота, хотя чисто технически сердце еще билось. Но бой продолжился. Теперь Дун Шоу был уверен – они победят. Чудовищный амулет молчал. Правитель первого сектора чувствовал тревогу. Король эльфов мог блефовать сколько угодно, Дун Шоу понимал, что и без блефа они перешли дорогу кому-то опасному. “Этот просто мальчишка”, что должен погибнуть в массивах создал такой амулет? Не значит ли, что это был тот самый равноценный обмен? Сколько силы вложено в эти четыре удара? Дун Шоу не был уверен, что способен повторить подобное. Лучше, чем эльф, ыгуй понимал, что произошло. Эван Цзая казнили древней казнью. Если тот оклемается, это будет чудом. У остальных было еще меньше шансов. Так что вложено в амулет, что сделал эльф для мальчишки? Бессмертие ли? Дун Шоу понимал, что есть одна небольшая проблема, его желание стать бессмертным не может противоречить законам природы, даже загадав его, он получает лишь бесконечную жизнь, но не делает неуязвимым к атакам. Да, он будет становиться сильнее и дальше, его будет сложнее убить… Дун Шоу знал это, потому что читал о том, каким был древний мир. А он был именно таким. Описывались изначальные действительно бессмертные существа, но они ушли в другое пространство. А то бессмертие, что осталось, было другим. Бесконечная жизнь, с возможностью умереть, если ты остался слаб, получив его. Теперь Дун Шоу сжигала тревога. Что получил мальчишка? Что, если усилил себя настолько, что даже получив бессмертие, он не сможет справиться с разъяренным ыгуй? - Не сметь ранить Короля! – приказал Дун Шоу. – Брать всех живыми! Чжимо Яо фыркнул. Глупое решение, которое диктуют страхи. Страх поселился в Дун Шоу. Тот самый страх, что так любит его чибискэ. Дун Шоу нужен его глаз, он боится убить его или сильно ранить, потому что не уверен, что справится с гневом Се На. Это решение принесет большие потери стороне Дун Шоу, убить куда проще, чем взять живым. Ведь они будут убивать. Никого не пожалеют, чтобы выбраться отсюда и попасть к Се На. - В атаку, яродомо! – выдохнул Чжимо Яо. – Покажем, что могут наивные эльфы. Дун Шоу был ыгуй старшая кровь. Причем, далеко-далеко не самым слабым, раз смел грезить о бессмертии. И да, даже сейчас они были сильнее, но… Дун Шоу отдавал себе отчет, эти эльфы умеют сражаться. Их тактика была с двойным, а то и тройным дном. А этот чертов стрелок… Откуда у него были такие короткие пищали? Как он мог с ними так обращаться? Почему зарядка шла так быстро! Так еще на поясе у него было два коротких арбалета. Стоило понимать, как только эти смертоносные пули кончатся, в ход пойдут арбалеты. Они победят. Но это будет непростая победа. Этот северный демон не просто так хочет себе короля Цзинлин. Уж точно не для того, чтобы банально драть в кровати. Это не какая-то пустоголовая шлюшка для повышения сил. Дун Шоу сам не заметил, что отступил на шаг. Страх поселился в его сердце. Он крадет не просто какого-то эльфа. Северный демон признает Короля Цзинлина равным себе. Это его партнер. Настоящий, во всех смыслах. Реакцию на такое похищение предсказать трудно. Но у Дун Шоу не оставалось выбора. Пан или пропал.