Любимчик Императора

— Господин Цзань, я так… Так люблю вас, — смотря на обворожительного человека рядом с собой, Юнксу не мог сдержать эмоций, на которые ему ответили улыбкой.       Цзань Цзинсун говорил юноше, что любит его только тогда, когда ему было что-то от него нужно. Эти слова были для Юнксу дороже всяких богатств и заживляли раны сильнее всяких лекарств.       Думая об Императоре Цзань, юноша с болью в сердце осознавал, что не может отпустить свои чувства к нему. Мужчина забрал их, и теперь Юнксу не в состоянии дать кому-то того же, что он давал Цзань Цзинсуну. Он не может проявлять любовь.       На улице было ещё слишком рано, потому ни единая душа не могла потревожить Юнксу, так и не смекнувшего своих глаз за всю ночь. Настроение было паршивым. Хотя у парня так было всё время, но сегодня ему действительно было плохо из-за вчерашней беседы с Императором Моу. — Кх! — своими кулаками пробив кору дерева, Юнксу так же и в кровь стёр кожу, ощутив боль только когда на землю уже покапала алая жидкость.       Сев возле дерева, парень смотрел на свои кровавые руки; они дрожали. Это было так знакомо. После каждого сражения Юнксу так же уединялся где-нибудь вдали от своих, смотря на свои кроваво-дрожащие руки. Вот только сейчас на них имелась его собственная кровь.       «Какой же я бесполезный.» прикрыл веки парень, ощущая щипание в глазах из-за собственной слабости. Враг всем вокруг. Обессиленный заклинатель. Паршивый любовник…       «Всё же моё перерождение было ошибкой..» только подумал юноша, как тут же поднял голову, увидев перед собой ребёнка, неизвестно сколько уже наблюдающего за ним. — Нуна… — проговорил парень, но, вспомнив, кто перед ним, тут же отвернул голову.       Юнксу не понимал, почему девочка стоит перед ним, но предполагал, что сейчас из маленьких ручек выскользнет острый меч, что пронзит его сердце. Этот исход событий казался юноше наиболее реальным и справедливым, но, вопреки всем ожиданиям парня, из рук девочки появилось кое-что другое. — Это пирожок. Дядя Фанг даёт их мне, когда я хорошо тренируюсь, или когда мне грустно, — поведала девочка, протягивая юноше Фэнлису. Из-за шока парень взял сладость, с удивлением смотря то на неё, то на девочку. — Ты.. не ненавидишь меня? — спросил Юнксу, будучи уверенный в то, что Нуна желает ему лишь зла, но не зная, что детское сердце ещё не успело прогнить также, как его собственное. — Сначала было грустно, но потом дядя Фанг рассказал мне, что такое война, и что вы проходите там, и тогда… — Нуна опустила свои чёрные глазки, как бусинки, в пол, смотря на свои золотые босоножки. — Мне снова стало грустно. Затем я подслушала, что с вами сделали в плену, а потом увидела те раны, и… — девочка сжалась. Хоть она и видела много крови за свою короткую жизнь, но такую жуть в виде израненного в клочья тела ей пришлось повидать впервые. — Мне стало так больно! Я подумала, что даже если вы и сделали это, то сделали это не со зла. Мои родители умерли быстро, а вас так сильно ранили, и, как мне сказали, уже не в первый раз, поэтому…— ребёнок прикрыл свои милые глазки. — Решила, что даже если вы и виноваты, то уже искупили вину. Я не хочу держать в душе зла. Дядя Фанг говорит, что если в душе живёт ненависть, то она постепенно убивает в человеке человека, а я… — маленькое дитя подняло своё милое личико, гордо произнеся: — Хочу остаться человеком.       Юнксу внимательно слушал пятилетнего ребенка, удивлённый тому, что он оказался таким умным, что уже имел сострадание и чувства прощения, которого не имели многие люди. По виду Нуна была такой маленькой, но её душа оказалась столь сильной, что было для Юнксу удивительным. В её возрасте он не был так силён духом и вряд ли простил бы убийцу своей семьи, если бы она у него была. — Спасибо… — неожиданно для самого себя улыбнулся юноша, удивив этим малютку, наблюдающую за парнем со стороны, видящую лишь его фальшивую и грустную улыбку. Она впервые увидела её настоящую, хоть и слабую. — Вам так нравятся такие пирожки? Хотите, я принесу ещё? — поинтересовалась девочка, не зная, что парень и вовсе не любил сладкое, но за долгое время с удовольствием принял столь щедрое угощение для своей души.

***

      Побеседовав с ребёнком, Юнксу словно принял лекарство от боли в сердце, которое хоть немного, но помогло ему чувствовать себя не так плохо как раньше. Нуна, увидев раны на костяшках юноши, сказала, что тому нужно срочно пойти к лекарю. И юноша послушал её, пожелав хорошего дня и ещё раз поблагодарив за прощение.       Медленно шагая по земле, Юнксу не хотел идти к лекарю, зная, как тот его недолюбливает. Думая, что лучше просто взять бинты и мазь, парень хотел самостоятельно залечить свои руки, сам ощущая, что они начинают сильно болеть. Но, столкнувшись с желтоглазым мужчиной, Юнксу и вовсе позабыл, куда он вообще идёт. — Доброе утро, — убрав руки за спину, дабы Император Моу их не увидел, парень сделал поклон, думая быстренько улизнуть, но мужчина не дал ему этого сделать: — Теперь будешь избегать меня? — спросил Моу Лин, и только теперь Юнксу осознал, что совсем позабыл о завтраке с господином! — Нет же, я просто... — не знал, как оправдать себя юноша перед Императором, ведь он действительно думал избегать его. — Я тебе ничего не сделаю, так что можешь не… — хотел взять юношу за руку мужчина, но тот резко отскочил в сторону, не желая, чтобы Моу Лин видел его раненые руки. Но Император воспринял данное движение парня совсем по иному: — Так, значит... — сухо произнёс мужчина. И не успел Юнксу открыть рта, как тот развернулся и пошёл прочь.

***

      Перевязав свои руки, Юнксу решил пройтись до камеры Дэм Мина. Стоя у дверей, парень долго мешкал. И уже положив руку на дверь, вдруг передумал, развернувшись и уйдя прочь. Вот только он не успел выйти на улицу, поскольку был не единственным гостем к заключённому. — Уже уходишь? — спросил Юншэн Фанг. — Я и не заходил, — бросил Юнксу, сразу же переведя тему: — Ваша помощь в захваченном городе уже не нужна? — Нет. Я назначил там главного, поэтому смог вернуться к своим истинным обязанностям по защите Императора Моу, — проговорил мужчина, стоя в дверях так, что юноша никак не мог его обойти, дабы выйти. — Кстати, где он? В комнате нет, и я не наблюдаю его целый день.. — услышав данные слова, парень дёрнулся, опустив голову. — А мне откуда знать? Я же за ним не слежу, — Юнксу было некомфортно говорить о Моу Лине, особенно после вчерашнего. — Да ну? А мне показалось, вы стали очень близки. Даже я, что был с ним с рождения, не добился такого внимания от его высочества, как ты,— с недовольством пробурчал Юншэн Фанг, своими словами раня юношу ещё сильней.       «Значит, он правда… Я правда ему…» парень сжал кулаки, попытавшись отодвинуть здорового мужчину. — Вам показалось, — выдал Юнксу, но не успел сделать и шагу, как его грубо прижали к стене. — Не шути со мной, парень. Пока я не вижу опасности, не прибегаю к насилию, но… — Юншэн Фанг наклонился над Юнксу, смотря своими голубыми глазами прямо в серые зрачки парня. — Если замечу хоть одно твоё неверное движение, лично буду принимать участие в твоих пытках!       Мужчина отпустил юношу, выйдя за дверь. Медленно сползая по стене на землю, Юнксу перехотел выходить на улицу, подумав, что сейчас он там, где и должен быть - в грязной и холодной темнице.       «Сколько ещё я должен настрадаться, дабы тётушка судьба даровала мне смерть?» задумался юноша, как вдруг услышал шорох и на этот раз всё же вошёл в темницу, увидев, как Дэм Мин пытается выбраться, ковыряясь в замке. — Не получится, — бросил парень, от чего пленник дёрнулся, но после злобно взглянул на вошедшего. — Сегодня один? А где же твой любовник? Или уже надоел? — бросил юноша, говоря с человеком, который вырастил его так, будто тот лично убил всю его семью.       Если так подумать, то поменяй их местами, Пан Юнксу также бы рычал на предателя любимого Господина, несмотря на то, что предателем был его брат. — Как вас захватили? — проигнорировав слова юноши, спросил Юнксу. Дэм Мин пару минут помолчал, но после всё же заговорил: — А как обычно захватывают земли? Пришёл и застал нас врасплох, уничтожив армию Императора Цзань и взяв его в плен, — Дэм Мин сжал кулаки, вновь кинув озлобленный взгляд на юношу по ту сторону решётки. — Нам очень нужна была твоя помощь. Если бы ты не ушёл, то… — Ничего бы не изменилось, — спокойно проговорил Юнксу. — Я не ровня Императору Ян. После нашей последней встречи я получил это, лишился ядра и ещё много чего в подарок, — парень поднял свою одежду, показывая заключённому раны на своём животе. — Не нужно делать из меня героя, каким я никогда не был. Император Цзань вечно только пользовался мной, а если бы я проиграл в вашей битве, то он бы отрёкся от меня, выбросив как мусор! — вспомнил Юнксу свою печальную смерть от рук дорогого человека, но, несмотря на это, всё равно спросил: — Император Цзань.. мёртв?       Хоть Пан Юнксу и желал убить мужчину своими руками, но сейчас он был бы рад, если бы он просто уже был мёртв. Парень знал, как жесток Ян Ченг, а так же он испытал его жестокость на себе, но вовсе не хотел, чтобы Цзань Цзинсун страдал так же, как и он.       Юноша ощущал такое противоречие в своей душе… Он любил Императора Цзнань, но и ненавидел. Он желал ему смерти, но не хотел, чтобы он мучался. По крайней мере, так… Морально - да, парень желал, чтобы Цзань Цзинсун вкусил предательство от своего воина, но чтобы его истязали… Нет, этого Юнксу очень не хотел. — Нет. — бросил Дэм Мин, от чего сердце Юнксу ойкнуло. — Вот как.. — сжал кулаки парень, от чего белые бинты покрылись алыми пятнами. — Неужели тебе правда всё равно? Даже если он тебя обидел, вы же были так близки.. Он же столько тебе давал! Ты был его правой рукой, которой никто не мог стать, но в итоге… — Ты ошибаешься! — развернувшись, пошёл к выходу юноша. — Я был для него лишь оружием, вещью. Это он… — прикрывая веки и уже выйдя за дверь, шёпотом закончил юноша свою мысль, сказав это лишь себе: — Был моим сердцем.

***

      На удивление, Император Моу и впрямь пропал, из-за чего Юншэн Фанг был злее обычного, крича на своих воинов, дабы они нашли его высочество. Смотря на суматоху со стороны, у Юнксу появились кое-какие мысли: поскольку ему самому хотелось выпить, он пошёл в местный бар, сразу увидев хозяина заведения, думая, что тот припомнит ему старое. Но вместо этого мужчина вежливо провёл юношу в подвал к их особому гостю, кем и оказался Моу Лин. — Вижу, вы собираете посидеть ещё. Мне принести вам закуски? — поинтересовался мужчина, думая, что юноша с Императором принесут ему небывалую выручку. — Ага, — сухо ответил парень, открывая дверь, удивив своим появлением Моу Лина, уже выпившего достаточно много, дабы опьянеть. — Что.. что ты тут делаешь? — выпучил глаза мужчина, желая побыть один и не думая, что его найдут. — В прошлый раз я тоже удивился вашему визиту. Всё же мы и вправду с вами похожи, — сел напротив мужчины юноша, но тот не выглядел радостно. — Зачем явился? — бросил Моу Лин, взяв вино и снова желая выпить, но Юнксу попытался остановить его словами. — За вас все беспокоятся. Пора возвращаться, и.. — Да какая тебе до меня разница? — крикнул Император Моу, поднимаясь со своего места. — Не боишься оставаться со мной наедине? Я же тебе уже поведал о своих намерениях, так что, — Моу Лин подошёл к Юнксу, наклонившись над ним так, что его горячее дыхание било по носу юноши. — Почему ты думаешь, что меня может что-то остановить, если я этого хочу? Я ведь могу прямо сейчас наброситься на тебя, и… — Не наброситесь, — оборвал мужчину юноша, всё так же смирно сидя за столом, не поворачивая голову. — Если бы вы были именно таким человеком, то… — Юнксу прикрыл веки, с лживой улыбкой бросив: — Я бы не заметил разницы с Императором Цзань.       Моу Лин дёрнулся, широко раскрыв глаза. Почему тот, кто так испугался его касания утром, сейчас сидит с ним совершенно спокойно? Почему он говорит, что не заметил бы разницы, если бы Моу Лин его принудил? Почему глаза Юнксу вот-вот готовы пролить слёзы? — Уже достаточно поздно. Прошу, пойдёмте, — хотел взять Императора Моу за одеяния юноша, но тот ударил по его рукам, не желая уходить. — Хватит быть со мной таким добрым, если не можешь принять мои чувства! — Моу Лин был зол на самого себя за то, что он впервые ощутил такие эмоции к кому-то, но в итоге получил отказ. — Уходи. Я хочу по.. — мужчина замер, увидев, что Юнксу прислонил свою руку к груди, а его лицо сморщилось от боли. — Что у тебя.. — Извините. Мне и вправду не стоило приходить, — встал из-за стола юноша. — Я сейчас же позову Юншэн Фанга, и… — Юнксу не успел договорить, поскольку Император Моу резко схватил его руку, увидев бело-красные бинты и свежую кровь на них. — Кто.. Что.. Откуда? — не мог понять мужчина, что случилось с юношей за этот день. И только сейчас до него дошло, от чего тот утром противился его, не дав поймать за руки. — Немного перетренировался. Ничего важного, — попытался вырвать свои руки юноша, но мужчина слишком крепко держал их, не давая ему уйти. — Ничего важного?! Да от слабого удара у тебя раны открываются! Как тут ничего ва… — Господин Моу, вы сами просите меня не быть к вам добрым из-за ваших чувств, но ведь сами же… — Юнксу сжал кулаки, из-за чего руки Императора Моу оказались в каплях его крови. — Убиваете меня своей добротой и заботой.       В комнате повисла тишина. Юноша желал сейчас быть где угодно и с кем угодно, но только не с Моу Лином! Этот человек стал ему важен, а ведь юноша так не хотел, чтобы для него снова кто-то становился значимым… Парень ощущал, как привязался к Императору Моу, и как ему трудно осознавать тот факт, что и тот чувствует к нему то же самое. — А вот и закуски! — появился в дверях хозяин бара, от чего Юнксу наконец отнял свои руки от мужчины, сделав три шага назад. — Ваше Высочество, может, вам ещё принести на… — Мы уходим, — бросил мужчина, взяв руку юноши, в секунду оказавшись в густом лесу с помощью перемещения.       На улице уже светила луна, так что вокруг было достаточно темно. Юнксу не видел лица мужчины, но представлял, что сейчас оно выглядит печальным, как и его само. Вдруг, Моу Лин повернулся к юноше, начав впускать в его руки свою духовную энергию. — Не нужно. Это всё равно не поможет, — попытался отнять свои руки от мужчины Юнксу, зная, что на людей, не имеющих ци, духовные приёмы действуют очень и очень слабо. Моу Лин проигнорировал слова парня, продолжая поступать по своему, но алкоголь дал о себе знать: и хоть мужчина пытался стоять прямо, но всё же уперся об дерево, дабы не свалиться с ног. — Вот я и увидел вас пьяного. Какое же дежавю… — Мало кому доводилось видеть меня таким, — проговорил Император Моу. Обычно, если уж и напивался, то в своих покоях, не допуская к себе слуг. — Вот как.. Так получается, я особенный? — усмехнулся юноша, вновь попытавшись отнять у мужчины свою руку, но тот и не думал её отпускать. — Особенный. — неожиданно подтвердил смешок парня Моу Лин, подняв на него свои ярко-жёлтые глаза.       Медленно приподняв взгляд, Пан Юнксу дёрнулся, видя, как лицо вечно серьёзного мужчины было таким уязвимо смущённым: на щеках Императора Моу возник румянец, и то было вовсе не воздействие алкоголя.       Юнксу не пил, но, смотря на мужчину напротив, также ощутил жжение на своих щеках. Будто приняв красное лицо парня за сигнал, Моу Лин медленно потянулся к нему. Юнксу должен был оттолкнуть мужчину от себя. Он должен был отвернуть голову. Юноша должен был сказать «Нет», но вместо этого он прикрыл веки, позволив Императору заключить свои губы в поцелуе.       Как давно юноша не наслаждался этим чувством - испытывать взаимные ласки. Ох, как же ему был приятен мягкий язык Моу Лина, а привкус вина будто опьянил юношу, и он с удовольствием принялся вкушать этот плод разврата и похоти.       Получив позволение, Моу Лин прижал парня к дереву, начиная медленно снимать с него одеяния, покрывая шею жаркими поцелуями. Несмотря на приятные прикосновения, Юнксу вдруг дёрнулся, ощущая, как по его телу прошлась ходячая рука, спускаясь всё ниже. Вдруг юноша дёрнулся, издав глухой всхлип: — Ах!       Моу Лин тут же остановился, подумав, что своими касаниями причинил юноше боль, но, увидев его побледневшее лицо, вдруг вспомнил: «Если бы вы были бы именно таким человеком, то я бы не заметил разницы с Императором Цзань»       Резко отступив на три шага назад, мужчина чуть было не упал, поняв то, что всё же набросился на Юнксу, так и не получив его словесного согласия. Он поступал как тот человек, что ранил юношу. — Прости, я.. — Император Моу прикрыл своё лицо, ощущая себя отвратительным. — Не должен был этого делать.       Развернувшись, мужчина пошёл ко дворцу, в то время как удивлённый парень наблюдал за его спиной. Только почувствовал знакомые прикосновения парень, как вдруг вспомнил о Цзань Цзинсуне. О том, как тот прикасался к нему множество раз, но ни разу не делал это так нежно… О том, что если бы Император Цзань увидел его тело, то не пожелал бы прикоснуться к нему.       Из-за воспоминаний Юнксу нарушил их идиллию, но увидев, как мужчина отскочил от него как от заразы, испытал стыд. Он поддался эмоциями, позабыв о своём положении. Мужчина явно был пьян и только потому решился на такой шаг. Всё это ошибка. Вся жизнь Юнксу - сплошная ошибка…