Любимчик Императора

      После душевного разговора Императора со своим подчинённым они будто стали лучше понимать друг друга. Хоть и до рассказа Моу Лина о своём прошлом, он и так проводил достаточно много времени с Пан Юнксу, но после мужчина стал ещё тактильней со свои раненым воином.       Случайные касания стали происходить ежедневно, а близость двух молодых людей была на грани интимной. Юнксу видел, как Моу Лин смотрит на него. Как невзначай трогает его волосы. Как в шутку прикасается к его лицу. Как сидит с ним настолько близко, что они слышат дыхание друг друга.       Юноша осознавал, что Император ведёт так себя только с ним, и от этих мыслей ему становилось не по себе. Моу Лин замечательный мужчина. Он Император. Он красив, силён, умён, но Юнксу даже и не думал допускать мысли о том, что они могут стать кем-то более большим, чем есть сейчас.

Юнксу этого не хотел.

      Боль от прошлых чувств словно запрещала юноше вновь довериться кому-то. На самом деле, Моу Лин был тем, кого всегда хотел видеть рядом с собой Юнксу. Точнее, он хотел, чтобы Цзань Цзинсун относился к нему так: бережно, а не посылая раненного в бой. Искренне, а не с обманом. Если бы только Цзань Цзинсун не предал бы его, как много юноша бы для него сделал..       Если бы в прошлой жизни император Цзань не убил его, а принял и доходил в его последние дни, то переродившись, юноша бы служил с двойной силой. Сейчас он лишь ненавидит Цзань Цзинсун в два раза больше, чем ненавидел всех его врагов вместе взятых.       Вот только, что даст эта ненависть? Юноша всё ещё был без духовных сил, а дабы совершить свою месть, ему необходимо духовное ядро. Но пока Ян Ченг жив, у юноши его не будет.       Из-за отсутствия духовного ядра раны на теле Юнксу заживали очень медленно. Даже переданные ему Моу Лином силы быстро рассеивались в организме, давая незначительно малый эффект. Шрамы точно останутся на теле юноши, но они не сильно пугали его.       Смотря на себя в большое зеркало, Юнксу насчитал как минимум двадцать три шрама, семь из которых были достаточно глубокими. Когда-то Юнксу очень заботился о своём теле, ведь Цзань Цзинсун пользовался им в своё удовольствие.. Парня пугали шрамы, он старался сохранить чистоту на своём теле, но теперь вся эта оболочка была для него безразлична.       Задумавшись над тем, как когда-то спал с Цзань Цзинсуном, думая, что это любовь, Юнксу скривил лицо, как раз в тот момент, когда в комнату вошёл мужчина в чёрно-золотых одеяниях, замерев в дверях от увиденной картины.       Очнувшись от мыслей, Пан Юксу обернулся, увидев в жёлтых глазах Моу Лина некую искру холода. Подумав, что мужчине неприятно видеть израненное тело, парень накинул на себя чёрно-золотое одеяние. После сражения юноше выдали новую одежду, которая отличалась по форме с остальными, больше походя на царскую, нежели слуги или воина. — Я сегодня немного проспал. Извините, что пропустил завтрак, — бросил юноша, на самом деле очень плохо засыпая из-за мыслей о прошлом.       Нечего не ответив, Моу Лин показал жестом идти за ним, после чего молодые люди отправились в комнату Императора, дабы съесть утреннюю пищу. «Он, что, и вправду не стал есть, пока я не пришёл?» удивлялся юноша тому, как Моу Лин предан привычкам. Если они договорились завтракать и ужинать вместе, то Император скорее останется голодным, чем поест в одиночестве. — Ты снова начинаешь тренироваться? — услышав данный вопрос, Юнксу аж замер в одной позе, думая, что Император снова начнёт его упрекать. Но тот лишь с заботой произнёс: — Не напрягайся сильно. Всё же твоё тело ещё слабо. — Боюсь, моему телу уже трудно сделать хуже. Вы же видели, каким оно стало уродливым! — усмехнулся парень, даже не думая, что от его слова Моу Лин внезапно ударит по столу, а его взгляд станет агрессивно злым. — Зачем ты так говоришь?! — задал вопрос мужчина, и на некоторое время юноша аж замялся, но всё же ответил. — А что я такого сказал? Разве это не чистая правда? — Нет! — не думая, бросил Император, не спуская своих ярко-жёлтых глаз с Юнксу. — Чтож, значит, вы слепы, господин Моу, — начиная злиться на мужчину, юноша поднялся с места, двинувшись к двери. — А может, и наоборот. — последнее, что услышал Юнксу, выходя из комнаты Императора.       Эта была первая ссора молодых людей, и, как считал юноша, сделана она была на ровном месте. Вот только ложь теперь была для Юнксу серьёзнейшей причиной для злости на кого-либо. Парень не понимал, что так разозлило Моу Лина, но знал, что он разгневался из-за того, что мужчина не пожелал принимать истину, прикрываясь хорошеньким. Тело Юнксу и впрямь уже было страшным, потому говорить о том, что это не так, ничто иное как ложь. Юноша больше не желал мириться с обманом в свою сторону.       Обычно от своих проблем юноша уходил с помощью изнурительной тренировки, но теперь даже слабая разминка была ему в тягость. Без духовных сил парень оказался обычным человеком: бессильным и слабым, по меркам заклинателей.       Прошло уже два месяца с момента наложения печати на Юнксу, и, наверное, лишь единицы не знали о том, что талантливый заклинатель теперь пустышка. Неизвестно, что было бы, если бы Моу Лин не встал на защиту юношу, поведав всему царству о том, что кто тронет его подчинённого - поплатится жизнью. Хоть это и не было произнесено в слух, но по замученному трупу, не доставляющему послание Юнксу на войне, всё было предельно ясно.       Ещё с самого первого дня в царстве Моу Юнксу залюбовал одно место, где было тихо и хорошо. Оно находилось в часе от Царства, но было так уютно, что юноше было плевать на время, занимавшее дорогу. Смотря, как в небе постепенно заходит солнце за горизонт, Юнксу двинулся обратно, размышляя над тем, как будет вести себя Моу Лин. Будет ли он ещё дуться? А может, забудет столь глупую ссору и не станет о ней вспоминать?       Размышляя, Юнксу вдруг осознал то, что за два месяца у него не было и дня, дабы он не думал о Моу Лине. Даже перед сном юноша иногда размышляет: а заснул ли Император или ещё бодрствует? А чем занят, когда его нет рядом с ним?… Думая над всем этим, юноша вдруг остановился, позабыв обо всём на свете, широко раскрыв свои глаза. — Дэм.. Мин.. — позвал юноша человека перед собой, скрученного охраной Царства Моу. Парень попробовал поднять голову, но его опустили вниз, ударив об землю. — Эй, это твой дружок? — усмехнулся мужчина, грубо зажимая руки того, кто даже не пытается сопротивляться. — Что-то в наших землях стало слишком много мусора, — покривил бровью второй охранник, пнув Дэм Мина, от чего тот всхлипнул.       Не думая, схватив камень с земли, Юнксу кинул его в пинавшего, попав метко в лобовую область, отлучив сознание. — Ах ты, мерзкий предатель! — выкрикнул мужчина, побежав на Юнксу с духовных оружием, когда у юноши в руках не было даже обычного.       Только парень приготовился вновь ощутить в своём теле железо, как за его спиной появился человек, заставящий охранника тут же остановиться. — Господин Юншэн Фанг, вы.. Вернулись? — испуганным голосом спросил охранник, получив взамен вопрос от своего командира. — Что тут происходит? — Враг! Враг проник на наши земли, в наглую пытался войти во дворец! Мы с Мин Ином поймали его и хотели доставить в темницу, но этот мерзавец нам помешал! — указывая пальцем на юношу, уже присевшего рядом с избитым бывшим воином, мужчина пылал ненавистью. — Он предатель! Он.. — Заткнись! — устав от криков, грубо оборвал охранника Юншэн Фанг, подходя к Юнксу. — Что это значит? — спросил мужчина, приставив к юноши свой меч, говоря о том, что тому надо бы отвечать честно, если он хочет оставить на плечах свою голову.       Вот только Юнксу не обращал внимания ни на грозного мужчину, ни на меч возле своей шеи. Парень был так поражён видеть искалеченного юношу перед собой. Под Дэм Мином виднелась алая кровь, не сулившая ничего хорошего. — Дэм Мин, что слу… — хотел узнать о причине прохода юноши в царство Моу Юнксу, но тот внезапно схватил за плечо бывшего командира, посмотрев на него такими испуганно-жуткими глазами, что даже Юншэн Фанг сделал шаг назад. — З. За.. Захватили и.. Нас.. Захватили.. И император.. — Дэм Мин говорил невнятно, но так крепко держа за одеяния Юнксу, что казалось, оторвать его можно будет лишь грубой силой. — Как.. Как ты мог.. То.. Это всё.. Всё… — парень в руках Юнксу начал терять сознание, но на последок все же сумел договорить своё предложение: — Из-за тебя.

***

      Сидя в темнице, Юнксу смотрел на бывшего товарища, оценивая его раны, боясь узнать, от кого они могут быть получены. Хоть Дэм Мин являлся врагом Царства Моу, но всё же его поместили в нормальную камеру, а не как в прошлой жизни повезло Юнксу оказаться в пыточных покоях его высочества.       На удивление, этому поспособствовал Юншэн Фанг. После того, как юноша отключился, он лично позвал лекаря и охрану по просьбе Юнксу. Как только Дэм Мин был немного залечен, его приковали цепями к твёрдой постели, хотя тот всё ещё не приходил в себя.       Прошло всего три часа, но для Юнксу будто каждая минута являлась вечностью. Парень ощущал ужасающую тревогу внутри себя. Раны на теле юноши были схожи с теми, как получал Юнксу, будучи в заточении у Ян Ченга.       Парень молил о том, чтобы его догадки остались лишь догадками, но пришедший в темницу мужчина всё же сообщил парню плохую новость. — Царство Цзань было захвачено две недели назад. Мы не знали об этом, поскольку всё произошло слишком быстро. Слухи дошли лишь сейчас, — выдал Император Моу, уже три раза спустившийся к юноше в темницу, прося уйти, но Юнксу твёрдо был намерен дождаться пробуждения Дэм Мина, если такое наступит. — Вот как… Ясно, — не поднимая головы, лишь кивнул юноша, сердце которого начало биться с удвоенной силой. — Кто он? — поинтересовался мужчина, продолжая стоять всего в двух шагах от Юнксу, будто в любой момент готовый прикрыть его, если на то будет причина. — Мой бывший воин, — ответил парень, прикрыв веки. — Где-то четыре года назад я шёл с войском в разрушенный город. Там я и встретил его, — вновь открыл свои серые глаза юноша, вспоминая прошлое. — Он был таким худым и несчастным. Я предложил ему вступить в наши войска, будучи моим подчинённым, и он… — Юнксу сжал кулаки. — Согласился. Не думаю, что у него был выбор, поскольку тут и думать было не о чем: либо в солдаты Царства Цзань, либо умирать с голоду, — парень сощурил глаза, вспоминая о том, как жестоки были правила в его бывшем королевстве: либо ты с нами и мы даём тебе кров и еду, либо даже куска хлеба от нас ты не получишь. — В какой-то степени я принимал его, как своего младшего брата, хоть он и старше на три года. Дэм Мин был одним из немногих, с кем мне было комфортно находиться рядом.       Пан Юнксу примолк, вспоминая, что его прошлое хоть и было паршивым сплошь и рядом. Что его окружал лишь мрак и обман, но всё же имелись и светлые моменты жизни: юноша помнил, как тренировал паренька. Это было тяжело, но весело. Хоть что-то в жизни юноши было весёлым.       В то время, когда Юнксу не мог находиться со своим возлюбленным, он очень тосковал, но Дэм Мин помогал ему отвлечься, всегда умея поднять настроение старшему брату. Вот только, юноша не очень хорошо его воспитал, вбив в голову то, что Императору Цзань надо подчиняться беспрекословно. Юноша когда-то был в этом так убеждён, что был готов убить любого, кто с этим не согласится.       Зная, что Дэм Мин не пойдёт с ним, Юнксу и послал парня в качестве посыльного обратно в царство Цзнань, не желая брать его с собой, в то время живя лишь мыслями о мести. — Так значит, этот человек тебе дорог… — не спрашивая, кинул мужчина, размышляя о чём-то своём. — Знаете, иногда я хочу... — Юнксу прикрыл своё лицо руками, не в силах больше смотреть на истерзанный вид юноши в постели. — Чтобы мне никто не был дорог. Тогда и больно больше не будет, — услышав данные слова, Император приоткрыл рот, желая что-то сказать, но очнувшийся юноша не дал ему этого сделать. — Пан.. Юнксу.. — прошептал Дэм Мин, приоткрывая свои веки. — За.. Что.. — парень тут же стиснул зубы, в то время как Юнксу смирно сидел напротив, не зная, что ему делать. — Почему.. Почему ты предал нас.. За что… Я думал.. Думал мы семья, а ты… Вы.. Ах! — Дэм Мин, тише, тебе не… — Не трогай меня! — закричал парень, из-за чего Пан Юнксу остановился, замерев на месте. — Хоть зна..ешь, как наш госпо..дин?… Как сильно он тосковал по тебе.. Как.. Как сильно переживал, не понимая... причину твоего ухода.. И я.. Я тоже не понимаю! — на глазах Дэм Мина появились слёзы, которые уже давно высохли у Юнксу. — Поверь, причина есть. — будто оправдываясь, юноша опустил голову, впервые за долгое время ощущая боль от слов. Парень думал, что его уже ничем нельзя задеть, но ошибался. — Но… Какая?.. — спросил Дэм Мин, в то время как перед глазами Пан Юнксу пронёсся момент его последней встречи с Цзань Цзинсун. — Веская.       Не услышав полноценного ответа, Дэм Мин отвернул свою голову в сторону, не желая больше смотреть на предателя. Видя всю ситуацию со стороны, Моу Лин будто почувствовал неладное, потому взял юношу за плечо, поднимая с места. Юнксу и сам хотел уйти, покорно вставая и идя за мужчиной, но увидев это, Дэм Мин не смог сдержаться. — Так.. это из-за него?! Из-за этого... чело..века ты предал нас?! — закричал раненый, заставив двух молодых людей обернуться на него. — А когда-то ты был верен... нашему господину.. Очень верен. И что, когда этот надоест...ты.. тоже бросишь его? — услышав данные слова, Пан Юнксу вздрогнул, не веря, что это говорит тот человек, которого он практически вытащил с того света. — Дэм Мин, хватит… — Что хватит? — бросил разъярённый юноша, плохо соображая из-за пыток. — Наш Император... Он сейчас выносит такие пытки, а ты… Ты как пёс следуешь за врагом, считая его новым хозяином, и… — Дэм Мин в мгновение умолк, стоило лезвию меча появиться у его горла. — Господин Моу, прошу! — забеспокоился Юнксу, видя ледяные зрачки Императора, смотрящие на юношу. — Запомни: Юнксу мне не пёс и не раб. Он – мой человек! — проговорил мужчина, заставив зрачки парня, стоящего позади, расшириться. — Оскорбляя его, ты оскорбляешь меня, а оскорбление Императора карается смертью! — выдал Моу Лин, снова заставив Юнксу переживать за юношу в постели. — Но лишь из-за того, что ты ему дорог, я все ещё сохраняю тебе жизнь. Но поверь, — мужчина развернулся, взяв юношу за запястье, поведя за собой. — Моё терпение не вечно!       Дэм Мин смотрел двум молодым людям вслед, так и не сумев ничего сказать. У Юнксу так и не находилось слов, чтобы описать своё состояние. Моу Лин явно защищал его. Защищал эмоционально, видя, как тому больно слышать о себе такие слова, сказанные устами близкого человека. Мужчине явно хотелось убить врага, но он этого не делал. И всё из-за одного человека, чьё запястье он так крепко сжимал в своих руках, будто отпустив его – он отпустит свою жизнь.       Проведя юношу в свои покои, Император приказал принести вино, видя состояния юноши перед собой. Юнксу был рад отвлечься, подарив взамен на крепкий напиток пустую улыбку. Выпив пару чаш вина, юноше стало немного легче, хотя на деле это были лживые ощущения. — Не слушай его. Он говорит ложь, — выдал мужчина, сидя возле юноши, лично подливая ему вина, но не чтоб упоить, а дабы успокоить, помня, что и ему иногда это помогало. — Как и все… — усмехнулся юноша, вот только не своей привычной ухмылкой, — Все всегда мне врут. Все предают… — Разве я когда-то врал тебе? — спросил Моу Лин, выглядя очень даже серьёзно. — Конечно. Вы тоже мне врёте, — задумался парень, выдав: — Даже сегодня утром. Да, вы хотели меня подбодрить, но про красоту тела вы соврали. Признайте это! — Не признаю, поскольку это не было ложью, — не думая, ответил мужчина, ещё ближе придвинувшись к парню. — Не верю. Моё тело, как и я сам, никому не может нравится. Такая уж у меня судьба: быть обманутым и никем нелю..       Вдруг Юнксу умолк, поскольку его губы оказались прикрыты чужими. Губами самого Императора. Вмиг парень расширил свои зрачки, не веря в происходящее. Моу Лин целует его?.. Император целует его… Поцелуй длился всего пару секунд, но для двух молодых людей, казалось, прошла вечность. Нехотя отодвинувшись, мужчина смотрел на удивлённое лицо юноши, выглядящее растерянным. — Можешь не верить мне, но позволишь ли ты мне любить тебя? — спросил Моу Лин, вновь удивив этим юношу.       В прошлом Цзань Цзинсун не спрашивал у юноши разрешения, а просто подозвал в свою комнату, начав удовлетворять свои потребности. В то время Юнксу любил Императора, но не так как возлюбленного, а тот решил, что юноша будет и его оружием, и его подстилкой.       Моу Лин совсем не был похож на Цзань Цзинсуна. Мужчина действительно заботился о чувствах и теле парня, боясь, что тот может пораниться или обжечься злыми речами. Император Цзань всегда беспокоился лишь о себе. А вот Император Моу - о нём. Да, именно такого человека желал возле себя Юнксу, но… Он не хотел, чтобы Моу Лином был с кем-то таким, как он: с таким мерзким и грязным. — Нет. — ответил парень, резко вставая из-за стола, но мужчина успел перехватить его руку, не дав ускользнуть. — Почему? Я же не прошу ничего взамен! — бросил мужчина, начиная выглядеть взволнованно. С ним такое было впервые, он не знал, как поступать, но отпускать желанную руку ему явно не хотелось. — Я так не могу. Не могу принять что-то, не дав ничего взамен, а свои чувства… — Юнксу грубо вырвал свою руку из чужой хватки. — Я уже отдал тому, кто их полностью уничтожил. Моих чувств... — парень выбежал из комнаты Императора как настоящий вор, убегающий от охраны, напоследок бросив: — Больше нет.       Теперь, когда Юнксу знал то, что к нему чувствует Моу Лин, он не мог больше находиться с ним рядом. Не мог больше получать его тепло, заботу, нежность. Не мог позволять давать надежду на то, что его жизнь может стать счастливой. С любимым человеком, который не будет его использовать, а только любить и заботиться о нём… Ох, такая жизнь казалась Юнксу сказкой, которой он недостоин.