168 °С - Falcon class

— Тебе предстоит пройти по пути, который испытает всю твою силу и дисциплину, — Сонхва выглядит серьезным и может даже немного взволнованным. — И я довольно много сейчас думаю обо всем. — Хотите поговорить? — Янян старается не сбить дыхание, все же отвечая Сонхва, но его тренировку на беговой дорожке из расписания не выкинуть. — Я сам поговорю, ты не отвлекайся, — Сонхва садится на подоконник перед Лю и чувствует себя немного странно. Или нет? Этот зал при спидвее как будто принадлежал ему последние пять лет, и в нем никто не занимался кроме Сонхва. И очень редко Ёсана, когда тот в Канзасе. Это не спортивный просто зал, а мастерская, где скульптор сам из себя высекает искусство, чтобы тело смогло взлететь к величию. — Так вот. Мы с Дином, теперь уже твоим тренером, и Эвелин, врачом команды, внимательно изучили твои данные и составили план подготовки к сезону. Ты его получил и следуешь ему. Это понятно. Помимо прочего тебе составили рацион, расписание и остальные рекомендации, и это тоже понятно. Их экспертиза и компетенции хороши, если ты все сделаешь правильно, то получишь нужный результат. Но я хочу от тебя большего. Мне нужно, чтобы у тебя было не только великолепное тело, готовое к перегрузкам, но и такая же крепкая душа и разум. Янян еще ни разу не пожалел о решении довериться Сонхва, но каждый раз, когда тот начинает мысль с фразы «мне нужно», становится страшно. Или наоборот хорошо. Яняну еще далеко, однако он уже понимает, почему Сонхва стал тем, кем является. Он сделает все, что скажет Сонхва, даже если это звучит максимально странно лишь потому, что тот действительно хочет вырастить себе чемпиона. И если он чего-то хочет, это случится. Нужно позволить этой буйной реке нести себя, даже если зажмурившись, задержав дыхание и на одной лишь вере. Так что Янян уже морально готов к ужесточению расписания или чего-то в этом роде. — Тренировки дадут тебе нужное тело, — продолжает Сонхва. — Но для крепкого разума в твой жизни обязательно должна быть твоя любимая еда, даже если она вредная, шикарный секс и много сна, часов по девять минимум. Хочешь ты того или нет, но у тебя сейчас будет много стресса, и он должен с тебя стекать, как с гуся вода. В противном случае ты будешь уязвимым. Так что диета диетой, но не забывай слушать свое тело, ладно? Это важно. И еще, тебе следует читать любую классическую литературу хотя бы по несколько страниц в день. Сейчас ты получаешь много важной информации по технике и правилам, и какие-нибудь «Унесенные ветром» станут просто салатиком, которым твой мозг закусит тонну этого технического мяса. Помимо прочего… Сонхва отвлекается на шумно распахнувшуюся дверь, а Янян продолжает бежать так, словно он не видит и не слышит ничего вокруг. Хоть он и вникает в каждое слово Сонхва. — Эй, чертила, — Дин, тренер, которого недавно упоминал Сонхва, проходит в зал и останавливается рядом с Лю, заглядывая к тому в экран тренажера на пройденное расстояние. — Отвлекаешь парня? Тебе рядом вторую дорожку поставить, чтобы не бездельничал? — Ну ладно тебе, Дин, — Сонхва усаживается удобнее и скрещивает руки за головой, чувствуя праздную радость от того, что тренер его больше не заставит заниматься. — Я просто не даю ему скучать. Сижу тут вместо радио. — Если чертила будет тебя отвлекать, — Дин смеется и обращается к Яняну, что продолжает быть предельно собранным и сконцентрированным на дыхании. — Скажи мне, поставлю его рядом с тобой бегать. Все же Лю не может сдержать слабой улыбки. Изначально Сонхва ему казался высокомерным напыщенным самовлюбленным нарциссом. Но стоило буквально в первые же дни увидеть, как с ним общается команда и прочие специалисты в штате, то представление перевернулось полностью. Несмотря на его титулы и скандальную репутацию задиристого чемпиона, абсолютно все здесь его обожают. Без исключений. От хозяина команды до дворника. Каждый сотрудник общается с этой звездой по-дружески, зачастую с сарказмом, черным юмором, при этом с бесконечным уважением и теплом. Тренер вот зовет его исключительно «чертилой». А в боксе у механиков висит постер с мемами из радиопереговоров с Сонхва и подписью «Король драмы». Янян почти сразу понял по вербальному и не вербальному общению Сонхва с командой, что это буквально самый дружелюбный и теплый человек на свете. Это странно? Сонхва ведь не выглядит тем, кем является. Он в тысячу раз добрее, чем кажется. По крайней мере с теми, кто его не боится и открыто проявляет хорошее отношение. Вот когда несколько раз приходил Ёсан, на удивление именно он показался полной противоположностью, хотя на публике обычно наоборот. Ёсан холодный, немногословный, строгий и ни с кем не поддержит светскую беседу, всем своим видом словно демонстрируя, что ему не интересно никакое общение. Может, Яняну показалось. А может и нет, если вся остальная команда тоже затихает в присутствии Ёсана. Он, почему-то, воспринимается как невероятно крутой в своей сфере специалист, который спускается к обычным смертным с Олимпа, в то время как Сонхва — самый настоящий Прометей. Да, как только Сонхва включается в диалог, Ёсан и приобретает способность улыбаться, и становится более разговорчивым, но без супруга рядом это лишь северный ветер, пробирающий до костей. Ему не жаль, что он лучше других, и он не хочет видеть с собой рядом других людей просто так. Это чувствуется, несмотря на весь такт Ёсана. Ничего необычного. Что позволено Юпитеру, не позволено быку. Самое важное, что Сонхва тоже сделал для себя некоторые выводы касательно Яняна, из-за которых начало зарождаться доверие к Лю. Он демонстрирует абсолютную покорность, но не слепую. Вникает во все вопросы, просит объяснять каждую деталь и когда уже не справляется с объемом информации, начинает записывать. Он не спорит и, словно водяной дракон, пытается принять форму своего предшественника, полностью отрекаясь на данном этапе от своей индивидуальности. Лю добавит ее позже, когда заберет все самое лучшее, и Сонхва радует этот подход. У Яняна горящее сердце и мерцающая душа, он еще проявит себя, а сейчас он до неприятного быстро схватывает основы. Сонхва несколько лет назад был бы уязвлен тем, что у кого-то почти сразу получается то, чему он тренировался в начале своей карьеры днями и неделями. Всегда неприятно, если у других что-то получается легко и играючи, пока самому в крови и слезах приходится дорого платить за освоение. Так ли это? Не совсем. Когда Сонхва начинал, у него не было вообще никого опыта, кроме обычных водительских прав. Он никогда не превышал скорость и даже не думал об этом, в то время как за плечами Яняна к данному моменту несколько лет виртуозного дрифта и незаконных соревновательных заездов. В любом случае, сейчас Сонхва только рад тому, что его гипотезы подтверждаются. Он вложит душу в этого молодого человека, если тот позволит, а Янян это видит и ценит. По крайней мере как Лю должен относиться к Сонхва, когда тот может проводить с ним большую часть дня и вкладывать столько же сил, сколько и сам Янян? И ладно если Сонхва ведет Лю, пока тот нарезает круги на тренировочной Камаро или в симуляторе, комментируя и отрабатывая вместе с ним маневры, так Кан еще и на полном серьезе во все остальное время читает или рассказывает Яняну что-либо. Тот на беговой дорожке? Сонхва читает правила Наскара или Формулы. Обед? Кан не замолкает о строящейся новой Камаро, которая будет готова через пару недель, озвучивая все технические нюансы и детали. Тренировки реакции? Сонхва их слегка усложнит, пока будет на фоне вести лекцию по поведению и тактикам всех действующих пилотов Наскара. И чем больше Янян практикуется на трассе, тем больше Сонхва горит им. Сонхва нравилось преподавать в университете. Сейчас он искренне получает удовольствие, вживую наблюдая за тем, как пыльный алмаз потихоньку начинает переливаться и получать четкие красивые грани. Для Сонхва ум и саморазвитие едва ли не важнейшая вещь в жизни, и вкладывая в других семена знаний, он чувствует, что становится виновником вознесения к звездам. Что он стремится к бессмертию, когда продолжает жить в других через вечный дар развития ума. Словно он скульптор, который высекает на необрамленных головах короны, получая тем самым право на жизнь среди звезд. — Смотри, что у меня для тебя есть! — Сонхва выглядит слишком радостным, когда в субботнее утро влетает в бокс, подобно урагану. — Вернее, кто. Янян бросает угрюмое «доброе утро» и поднимает взгляд на Кана, при этом продолжая упираться руками по обе стороны от открытого капота. Почти сразу следом за Сонхва заходит сначала Накамото Юта, а после Сан и Ёсан. Последний выглядит крайне не выспавшимся и не в настроении, и это читается в его тяжелое взгляде, кофе и отсутствии приветствия. — Здравствуйте, — Лю все же выпрямляется и в лучших традициях приветственно кланяется старшим коллегам, если можно так сказать. Хенвон провел большую лекцию о том, что надо быть со всеми очень вежливым и осторожным. — А почему со мной так не здороваешься? — Сонхва скрещивает руки на груди и усмехается. — Хенвон сказал быть милым и вежливым с пилотами других команд. Вы не пилот другой команды. — Действительно, — хмыкает Сонхва. — Итак, с Ютой ты еще не знаком, — Кан обходит друга, что с интересом осматривает одну из четырех Камаро в боксе и становится между Накамото и Лю. — Это Накамото Юта, бывший пилот высшего дивизиона, сейчас тренирует парней из Эмпайр-бей Моторспортс. Крутой парень, мой хороший друг, очень грамотный пилот. — Лю Янян, — Янян протягивает руку и немного смущенно пожимает ее Юте. Тот выглядит самую малость страшным и агрессивным. — Очень приятно. — Эти уважаемые господа, — Сонхва обводит рукой всех остальных. — Согласились провести уикенд со мной и тобой и сегодня они поприсутствуют на спидвее в рамках твоих тренировочных заездов. Ну, кроме Ёсана, конечно. Тебе будет полезно потренироваться вместе с компетентными пилотами. — С двукратным чемпионом и многократным призером? — Лю вскидывает бровь и скрещивает руки на груди, внимательно глядя на Сонхва. — Да. Что-то не так? — Сонхва расплывается в улыбке. — Все так, я готов. — Ты уверен, что это хорошая идея? — Ёсан звучит слишком холодно и скептично даже при обращении к Сонхва. — Не будет ли от этого больше вреда, чем пользы? Я прогнозирую несколько возможных неприятных исходов. — Да ладно тебе, — Сан зато звучит очень дружелюбно. Ему до одури интересно посмотреть на что способен выбор Сонхва, и он сразу согласился на тренировочный заезд с Яняном. — Скоро он будет заниматься этим каждый уикенд, поэтому подобный опыт никак лишним не будет. — Сан, ты не лучший вариант для тренировки, — Ёсан бросает на того холодный взгляд, рекомендуя поумерить пыл. — Да, лучше буду только я, — Сонхва не хочет продолжать дискуссию, он уже все решил, — Но я не пойду за руль, так что Юта, Сан, Янян, будьте готовы ровно в три. Начнем с разогревочного круга. Сегодня проедете всего сорок кругов без питстопов, завтра сто. Пока что на полноценный заезд смысла нет. Я овнер для Яняна, Ёсан для вас двоих, — Сонхва указывает на Накамото и Чхве. — Машины для Юты и Сана транспортируют в боксы, с которых они обычно выезжают в своих командах. Прокатитесь, правда, на моих тренировочных Шевроле, поэтому если хотите их опробовать, можете хоть сейчас прыгать за руль. Уверен, для таких профессионалов как вы не станет проблемой смена машины. И да, эти малышки имеют конфигурацию, приближенную к моей гоночной Камаро. Однако здесь все безопаснее и медленнее, поэтому пока есть время, можете попросить механиков настроить что-либо под себя. А то потом будете ныть, что машины непривычные. — Это понятно. Никто же не узнает, что я был за рулем Шевроле? — Сан добродушно усмехается слишком уж серьезному виду Яняна. — Мы никому не скажем. — Ты точно уверен, что следует сделать это сейчас? — Ёсан почему-то крайне не хочет ронять в данный момент боевой дух Яняна, а это может произойти. Как овнер он бы не бросал в молодого неопытного пилота подобный экспириенс. — Малыш, ты не хочешь подарить мне мне столь прекрасный опыт? — Сонхва слишком уж обворожительно улыбается, опираясь бедрами о крыло ближайшей к ним Камаро. — Кан Сонхва, это звучит отвратительно, — Ёсан усмехается и проходит к одной из дальних машин, открывая ее капот. Не плохо. Это почти точная копия Тринадцатой Камаро, что отправилась в музей. Только более стабильная, безопасная и, соответственно, медленная. Как и все другие наскаровские машины. — Я не хочу демотивировать вас. Я не знаю Яняна, и я не знаю, насколько это поражение будет сильным и насколько это отразится на его восприятии. Это просто рискованно, но если вы… — Поражение? — Лю чуть склоняет голову набок и поджимает губы, глядя на Ёсана. Он выглядит и звучит высокомерно, особенно пока говорит так, словно самого Лю здесь нет. — Я вижу, что ты серьезно относишься к спорту, и вижу, что даже проигрыш в тренировочном заезде ты воспримешь, как поражение, — Ёсан проходит к следующей Камаро, заглядывая ей под капот. Та же картина. У Сонхва всегда было столько тренировочных машин? — Почему Вы уверены, что это будет поражение? — Потому что под моим руководством будет два пилота. Один из них имеет огромный опыт в почти десять лет и множество побед, пусть и без титулов, а второй двукратный чемпион и заслуженный самый «дорогой» пилот Наскара после Сонхва. Я уверен, что вы пока не готовы тягаться с моими компетенциями. — Понятно, — кивает Лю, чувствуя раздражение. Ёсан ему казался более дружелюбным, что с ним сейчас? Или он на самом деле такой? Или он такой только во время работы? — Мне очень льстит, что я прокачусь с лучшим действующим овнером дивизиона, — Юте кажется, что это было немного грубо, хоть и честно. — Это просто уикенд, не больше и не меньше. — Да, это правда, поэтому давайте займемся делом, — Сонхва обожает, когда Ёсан вот такой. Ему хочется сейчас не о Наскаре думать, а о непристойностях с мужем, желательно оставшись с ним наедине. Особенно когда Сонхва прозрачно видно, что Ёсан с «милой» улыбкой и Сан с «дружелюбными» намерениями выложатся сегодня по полной ради победы даже в тренировочном заезде. Сан изголодался по заездам с конца сезона и рвется за руль, а Ёсан виртуозный инженер и стратег, что раскроет любой потенциал. Потенциала в Чхве хоть отбавляй, и Ёсану это известно как никому. Он прекрасно знает своего пилота и его намерения. И если Юта может дать реальный опыт взаимодействия с другими пилотами, то Сан может дать опыт того, насколько бескомпромиссно могут душить и подавлять. Даже если не сегодня, то завтра. Это то, с чем Ёсан не хотел бы знакомить неопытного пилота вот так сразу. Обучаться нужно постепенно, а не сталкивать возможно хрупкую юность с титанами индустрии. Так или иначе, но работа в боксах закипает, а пилоты расходятся. Сегодня вышла как основная выездная команда, так и «запасная», что сменяет их на домашнем спидвее во время тренировок. Как раз достаточно, чтобы поработать с двумя «командами». Сонхва же остается у мониторов, задумчиво всматриваясь в показатели, которые видел уже сотни раз. Он волнуется, потому что его эго не примет поражения даже на тренировке, однако Янян уже почти полторы недели наматывал на круги на спидвее и давал фидбек по машине. Та Камаро, что станет основной в ближайшем будущем еще на сборке, а вот тренировочная была вполне себе ничего. И Сонхва был несколько удивлен, когда Янян начал просить переделать механиков довольно много моментов. По мнению Кана машина уже была в полном порядке и имела качественную конфигурацию, но Лю назвал ее «тугой непослушной калымагой» и потребовал добавить намного больше чувствительности, на самом деле подробно описав дискомфортные моменты. — Машина чувствуется ватной на входе в поворот. Угол отклика запаздывает, приходится перерабатывать руками. Мне нужна более быстрая реакция на малый поворот руля, иначе теряется ритм. Сонхва позволил уменьшить схождение, переосмыслить давление в шинах и подкорректировать настройку рулевого управления, однако для него лично это неприемлемые параметры, и он не понимает, как Янян хочет с ними работать. Да и ладно, это пол беды. — На выходе из поворота зад слишком лёгкий, машина гуляет. Нужно больше механического сцепления, чтобы увереннее открывать газ. Когда Сонхва это услышал, у него чуть ли глаз не задергался. Он не стал критиковать или останавливать механиков в перенастройке подвески и развала, потому что Лю как-то… Как-то иначе заходит в повороты, постоянно будто стремясь пуститься в дрифт. Ему знакомы совсем другие паттерны, и Сонхва хочет попробовать дать свободу. Правда, нужно посмотреть, что из этого получится. Янян неглупый, упорный и старательный парень, ему можно и нужно давать шансы. Сонхва бы назвал нынешнюю Камаро Яняна непослушной калымагой, но еще он бы удивился, если бы Лю не нужно было переделывать ее под себя. Машина должна отражать душу, а двух одинаковых душ не бывает. Ну, еще много чего она, конечно, должна, но это уже вторичное. — Детка, — Ёсан невесомо касается пальцами поясницы Сонхва и неторопливо опускает всю ладонь, чтобы не напугать мужа в его задумчивости своим появлением. — А? — Сонхва шумно выдыхает и оглядывается через плечо. — Да, малыш, что такое? — Все в порядке? — Ёсан хоть и выглядит строгим и собранным во время работы, но сейчас их никто не видит, и он обнимает сзади и прижимается со спины к Сонхва. — Думаю да. — Почему так неуверенно? — Немного волнуюсь, но это мелочи, — Сонхва закусывает губу и кладет свои руки поверх чужих на своей талии. — Мне тоже следует волноваться? — Кан совершенно нежно целует под ушком и потирается об него носом. — Не, вообще не бери в голову, — Сонхва усмехается и указывает на 3D модель, отображающую внутренности Камаро Яняна. — По этой тренировочной недотепе сейчас собирают для Яняна регулярную машину, а меня очень смущают его изменения в конструкции. Я вроде должен доверять ему, и я пытаюсь, но для меня это выглядит плохо и странно, и я хочу глянуть, как он с этим собрался ездить, чтобы не обосраться из-за его неопытности. На кругах без никого это выглядит прилично, но перед тем, как я окончательно одобрю конструкцию, нужно посмотреть, как это все выглядит на кругах с другими машинами. — М-м, — Ёсан плохо знаком с Камаро Сонхва изнутри, потому что тот регулярно что-то переделывал и невозможно было угнаться за актуальной конструкцией. — Не осознаю всех изменений, однако ничего не выглядит совсем уж страшно. Думаю, все будет нормально. А ты огромный молодец. Я горжусь тобой. Имея твой колоссальный опыт и вижн ты все равно не подавляешь им своего подопечного. У вас все получится. Тебе нужны еще какие-то рекомендации или комментарии от меня? Сонхва тоже многому научился за эти две недели. Ёсану пришлось буквально устроить тому серию лекций на тему того, как быть главным инженером не для себя, а для другого пилота. Дистанционно. Ёсану пора готовиться к сезону, и он уже перебрался в Майами, так что устроенный заезд — предлог привезти сюда Ёсана на выходные. — Не нужно мне от тебя ничего, — Сонхва улыбается и целует Кана в щеку, тут же следом получая от него поцелуй в губы. — Единственное, что я еще хотел бы от тебя сегодня услышать, это твой уверенный тон, с которым ты обещал победить. Клянусь, я был готов отдаться тебе прям там. — Хва, — Ёсан смеется и слегка отстраняется, не отпуская при этом любимую талию. — Давай вернемся к этому дома? Я очень соскучился, так что нам придется вернуться к этому дома. — Договорились. — Тогда встретимся на прогревочном? — Встретимся на прогревочном. Сонхва усмехается, получая еще один поцелуй в шею, шлепок по заднице и взъерошенные волосы. Когда-то очень давно он так делал Ёсану перед заездами и во время тренировок, пока тот не ушел в другую команду. Что же, даже если все пройдет неутешительно, у них еще есть время, хотя планы Сонхва требуют идеальных результатов от всех и всегда. Позавчера GM получили разрешение от правительства Калифорнии на строительство базы, и в понедельник будет заключен договор на покупку земли, в то время как подготовка к строительству уже идет. Потому в понедельник Сонхва нужно будет прибыть в Калифорнию для выбора одного из трех мест, и это самую малость давит. Ощущение, что Кан взвалил на себя слишком уж большую ответственность, но с другой стороны когда, если не сейчас? Это идеальное время. Он может еще больше. Не нужно бояться ни предстоящего строительства и подготовки, ни уж тем более сегодняшнего тренировочного заезда. Мысли о предстоящих поездках в Италию к Ламборгини, в Париж в штаб-квартиру FIA для подачи заявления и Калифорнию для выбора места под базу пугают и в то же время веселят. При чем все эти перелеты запланированы на следующую неделю. Какая разница, как Янян переделал сход развал? Сонхва сам себе усмехается и выдыхает.

///////////

— Как связь? — первые слова за сегодня, что слышит Янян после короткого сигнала радиосвязи. — Чисто и громко, — отвечает Лю, как по регламенту. Сонхва подключился только сейчас, перед самым стартом, проигнорировав прогревочный круг. — Как ты себя чувствуешь? — Пак оглядывается от своих мониторов на команду механиков и инженеров, что расселись по боксу с кофе и внимательно смотрят на экраны с трансляцией. Сонхва всегда ее запускает, если тренировка не одиночная. — Немного волнительно, — Янян вообще не готов сейчас обращаться к своим чувствам. Он становится на стартовую позицию и косится на машину Сана. — Не знаю. Думаю, нормально. Не тошнит и на том спасибо. — Боишься? — Нет. — Умница, — Сонхва хмыкает и замолкает на момент старта. Он внимательно следит за тем, как трое начинают заезд, и вздыхает, видя, что Сан в своей самой любимой манере занимает третью позицию. — Не знаю, какое напутствие тебе дать, потому что не понимаю, что у тебя проседает по моральным характеристикам, поэтому держи в курсе — разберем потом. — Ок. Янян всегда звучит угрюмо, но когда он садится за руль, его голос теряет всю меланхоличность. Она заменяется уверенностью и твердостью. — Юта откроется на повороте и не станет защищаться, — Сонхва бросает это будничным тоном и откидывается на спинку своего кресла. — Мне жаль, что из-за этого он не взял ни одного кубка, — Янян предельно собран, и даже если он еще слаб в каких-то маневрах, то умение принимать решения, чувствовать свою машину и себя и не бояться у него как у гепарда в погоне. Механиков, что всегда на связи, пусть и без возможности вступать в переговоры, пробивает на смех от этой дерзкой юности. А дальше они взрываются одобрительными возгласами, когда Янян на повороте обходит Накамото. Сонхва оборачивается на шум в боксе и ловит с этого небольшое веселье и расслабление. Он знает, что его команда подобной негласной поддержкой следила и за ним, но никогда этого не наблюдал вживую. — Неплохо, но Сан сейчас накажет. — Пусть, — Лю выдыхает и не особо успевает подумать. Кажется, он знает. — Через драфт? — Да. И Сонхва не успевает договорить, как Лю уже виляет и не допускает драфт, снова пропуская Накамото вперед. — В середине ехать тяжелее всего, — Сонхва тепло улыбается этой беспомощности в защите. — Тебя блокируют спереди и обгоняют сзади. Поэтому я предпочитаю ехать первым. Атаковать и контролировать остальных непросто, но явно интереснее, чем это сомнительное мероприятие в центре. — Я пока не понимаю что делать с Ютой. — А что делать с Саном понимаешь? — Не-а. И снова это веселит команду. — Это нормально, — Сонхва скрещивает руки на груди и чувствует небольшое удовлетворение хотя бы от того, что Янян в каком-то смысле едет с остальными наравне. — Если бы я всегда знал что делать с другими пилотами, я бы никогда не проигрывал. Важнее, чтобы они не знали, что делать с тобой. — Надо ебануть сальтуху? — Да, периодически надо во избежание предсказуемости. Только не поубивай ребят. Можешь попробовать что-то из того, что мы разбирали, сейчас самое время и… Подожди, — Сонхва хмурится, видя, что Янян не тормозит перед поворотом после прямой. — Что ты… Юта идёт по чистой траектории, отсекает апекс во втором повороте и выходит на прямую. Идеально, как по учебнику. Янян же держался за ним в паре корпусов, чуть ближе, чем положено. Сонхва не понимает, что именно собирается сделать Янян, поэтому на всякий предупреждает: — Держись спокойно, жди прямую. Он пропустит. Но ждать Лю не собирается. Перед поворотом Янян уходит чуть глубже, делая позднее торможение — и вдруг резко срывает заднюю ось в контролируемый дрифт. Шины визжат, машина становится боком, задним бампером почти касаясь белой линии. Запах жжёной резины бьёт в нос, и Лю вдыхает его, как аромат яркого восторга. Накамото же, заметив это в зеркале, рефлекторно сбрасывает газ — Лю слишком близко и слишком сильно вынуждает рисковать. Вот же грязь. Этой доли секунды достаточно: Янян, всё ещё в дрифте, пересекает внутреннюю траекторию, выравнивает машину на выходе и оказывается впереди, оставляя после себя клубы дыма и ошметки резины. — Это что за Токийский дрифт? — Сан вскидывает бровь и крепче перехватывает руль. Ему не нравится, что Лю скинул его с драфта, а теперь на первых же кругах делает подобное. Нет, Сану было интересно, кого Сонхва хочет сделать своим пилотом, но он не ожидал, что это будет второй Сонхва. — Оу, — Ёсан вскидывает бровь и с интересом следит за все еще тринадцатой Камаро. А вот это уже интересно. Это даже что-то трогает внутри. Это красиво. Это стильно. Ёсану не нравится, что ему нравится. Он косится пит-столл красных, что находится буквально в нескольких позициях от него, и встречается взглядом с Сонхва. Тот спешно возвращается к мониторам, и это вызывает у Ёсана искренний смех. Либо Сонхва хотел посмотреть на реакцию Ёсана, но тогда он бы не отворачивался так быстро. Либо же Сонхва сам не ожидал подобного и сам не до конца осознал ситуацию. — Как он сделал это на такой скорости и не замедлился, а выиграл позицию? — не унимается Чхве. — Думаю, из-за конфигурации машины и того, что она теперь хорошо себя чувствует в подобных ситуациях, но не могу пока что сказать, чем пришлось пожертвовать и в чем его Камаро теперь просядет, — Ёсан включается в диалог и записывает себе в блокнот найти ответ на заданный вопрос. Самостоятельно, конечно, не пользуясь связями в лице Сонхва. — Поэтому надо внимательно анализировать все отрезки. — А мне понравилось, — Юта простодушно смеется и влезает в эфир. Конечно, в обычных заездах пилоты никогда не слышат друг друга, но на тренировках это распространенная практика, так что Юта и Сан на связи друг с другом. — Выглядело круто, хоть и грязно, — продолжает Накамото. — Да вообще, — хмыкает Сан. — Енот. — Енот? — переспрашивает Кан. Яняну же непривычно и в то же время некомфортно не видеть никого перед собой. Он откровенно плох в защите, и когда сзади двое, то стоит одному пойти на обгон, то второй гарантировано сможет выйти вперед, так как придется блокировать первого чтобы не пропустить двоих. В данном случае Янян выберет однозначно позволит Юте обогнать и продолжит блокировать Сана, которого на самом деле тяжело блокировать, ведь это буквально его стиль езды. — Не плохо, — Сонхва прочищает горло и спешно принимается проверять показатели с датчиков. — Это было не самое лучшее решение, но лучше ехать первым и решать проблемы первого номера, нежели последнего. Как получилось, такой и план. Однако учти, что это значительно подняло температуру твоих тормозов и сильно потрепало резину. — До запекания должно быть еще далеко. — До запекания еще далеко, однако пит-стоп ты обязан будешь сделать вовремя. У тебя теперь нет возможности проехать дольше. — А она была? — Нет, затягивать с пит-стопами нельзя. И не говори, что я так делал. Сейчас ты за рулем. У нас сегодня нет пит-стопов, но в общем и целом это может повлиять на стратегию всего заезда. Я лучше скажу тебе вот что: если ты хорош в подобных вещах, как ты сейчас сделал, то я подумаю, как дать тебе в них больше свободы. — Спасибо, — Яняна иногда несколько смущает отношение Сонхва. Он как будто не может быть настолько классным. — Это очень… — Юта будет обходить по высокой траектории через хай-лайн, — Сонхва даже забавно вести пилота. Это тоже интересно. Он видит всю обстановку разом и может сразу давать весомые рекомендации. — Да, супер, пусть проезжает, — кивает Лю и даже не думает мешать Накамото. — Собираешься сконцентрироваться на Сане? — Да. — Не парься сейчас насчет защиты, но атакуй, если будет возможность. Покажи мне лучшее время, это важнее. Сана ты на последних кругах не удержишь, он собаку съел на стратегии мышиной. — Мышиной? — Лю тихо смеется и пропускает Накамото, все равно намереваясь попробовать сегодня прийти не последним. — Ага, едет за кем-нибудь тихонечко как мышка в слипстриме, а потом хоба, бамп-драфт с легальным толчком, и тот, за кем он ехал, падает на несколько позиций. Я, конечно, утрирую, у него много трюков, и Ёсан очень грамотно прогнозирует какой из них будет выигрышнее. Поэтому Сана надо не блокировать, а держать подальше от себя на третьих и ниже местах. Ему в регулярных заездах достаточно приходить в тройке, и он особо не спорит за первое место, однако все равно выигрывает по очкам за счет своей стабильности. — Тогда может и мне распрощаться с ним на хай-лайне? — В целом да, но есть нюанс, — Сонхва делает глоток своего кофе и потягивается, с интересом глядя на ход гонки. — Самостоятельная езда без учета остальных — прекрасная защита от Сана, Ёсану становится труднее понять, что ты делаешь. Да и остальным тоже. Но это очень сильно открывает тебя для обходов, поэтому это гиммик, нежели стабильная стратегия. Я бы рекомендовал заниматься таким только на огромной скорости вне борьбы, когда уже есть отрыв хотя бы на пару корпусов. — А что тогда? Я не хочу приезжать третьим. Механики в боксе одобрительно усмехаются. Им нравится этот малый. — Ты сейчас теряешь скорость на поворотах, где не должен, и не успеваешь воспользоваться преимуществом прямой. Поэтому можешь попробовать через восемь кругов уйти через хай-лайн и попытаться выжать лучшее время не обращая внимание на других. Я думаю, если ты сделаешь все правильно и допустишь минимум ошибок, то у тебя есть шанс побороться с Накамото за второе место. Машина выдает сейчас не самые плохие результаты. — Хм, — Лю крепче сжимает руль. — Ок. — Я правильно понимаю, ты недоволен тем, что не знаешь как в первом же заезде обогнать двухкратного чемпиона? — Сонхва понимает, что не ошибся. То что нужно. Это не просто амбиции, это та самая злость, которая есть в каждом успешном гонщике. — Соберитесь, — Янян хмурится и решает идти на обгон по высокой линии раньше, чем предложил Сонхва. Ему нужно больше времени. — Нам надо не обсуждать кто чего добился когда-то, а пересекать финиш сейчас. Я не хочу отдавать позицию Сану. Давайте, если сегодня приеду третьим, то мы оба лохи. Сонхва вдыхает полной грудью, когда мимо снова пролетает тройка машин с неистовым ревом. Потрясающий непередаваемый запах от нагретой резины, машинного масла и отличного дня. Вопреки всем прогнозам и ожиданиям, Ёсан выполнил свою цель — привел своего пилота к победе, но не Сана, а Юту. Накамото финишировал первым, пока Янян и Сан были заняты друг другом. Янян сегодня забрал свое второе место, что на последних трех кругах ощутилось ему, как главная гоночная победа жизни. И овцы сыты, и волки целы. Янян не уступил Сану, Ёсан воспользовался ситуацией и забрал победу. Завтра наступит завтрашний день и будет новый заезд, а сегодня механики засыплют похвалой Янана и засмущают его до широкой улыбки, которую Сонхва, наверное, впервые видит за эти две недели.

//////////

— Хва, — Накамото расстегивает верх своего гоночного комбинезона и кладет шлем на багажник Камаро Яняна. — Отличный заезд. Напомни, — Юта указывает на стоящего рядом Лю и подмигивает тому. — Этот парень уже выступал в какой-то лиге? Или мне не кажется, что я его нигде не видел?  — Ты его нигде не видел. — Откуда ты это все умеешь? Ты делал вещи, на которые нужны определенные скиллы, — Юта широко улыбается и скрещивает руки на груди. — И которым не научиться за две недели. — Я несколько лет гонял на улицах. — О, — Накамото понимающе кивает и вскидывает бровь. — Настолько андердог. Круто. Буду следить за тобой в сезоне. Ты молодец.  — Да, отличная работа, — Ёсан бросает это так, словно ему совсем неинтересно и скучно. Он подходит вместе с Саном и смотрит в свои записи. — Кто из вас двоих решил, что сделать последний обход перед финишем от бамп-драфта хорошая идея? — Я, — Сонхва расплывается в улыбке. — Понятно, — Ёсан хмыкает и пару раз сам себе кивает. — А что? — Это, — Кан поднимает взгляд на Сонхва и усмехается, глядя на это самодовольное ликование. — Это было очень хорошо. Мне понравилось.  — А мне нет, — Сан вскидывает бровь и тоже расстегивает свой комбинезон. — Но да, исполнение достойное. Я сам виноват, не ожидал подобного.  — Юта, хорошее завершение. Сан, завтра постарайся получше, — Ёсан звучит сухо, хотя он слабо улыбается. — Янян, отойдем на минутку? Я передам тебе свои комментарии, разберете потом с Сонхва. Ёсан еще раз хвалит обход через дрифт и действительно комментирует спорные и слабые моменты в пилотировании Лю, акцентируя особое влияние на защиту. Большую часть Сонхва уже подсвечивал, но некоторые детали Янян забрал на подумать, потому что Ёсан озвучил то, что не лежит ни на поверхности. В конце Кан вырвал из своего блокнота листок и передал его Лю. На память, чтобы не забыл отработать все отмеченные моменты.

\\\\\\\\\\

Ёсан хватается за плечи Сонхва и шумно выдыхает ему в губы, пока спешно и жадно двигается на его члене. Сонхва же крепко обнимает за талию и сжимает в руке ягодицу, слегка подмахивая бедрами вверх. Он на седьмом небе от ощущений, ведь мало того, что Ёсан был сегодня безумно сексуальным и притягательным, так он еще и начал с минета, ввел в Сонхва вибратор с режимом небольших поступательных движений, а теперь обкатывает его член, пока внутри игрушка. К слову, идеально повторяющая размер Ёсана. Кан задыхается от собственных не амплитудных и коротких движений, с удовольствием ощущая резкие толчки мужа. — Блять, Хва, — Ёсан с нескрываемой жадностью проводит языком по подбородку и губам Сонхва, чтобы почти что по-злому поцеловать того. Сонхва лишь приоткрывает губы и позволяет делать с собой вообще все. Он охотно отвечает на агрессивный поцелуй и усмехается, когда тот прерывается из-за стона Ёсана. — Я до одури соскучился, — Ёсан спешно шепчет в самые губы, иногда запинаясь на стоны и вздохи. — Ты бы знал, как я тебя хотел и как сейчас мне хорошо. — Малыш, — Сонхва закусывает губу и расплывается в широкой улыбке. — Мне было тяжело вести Яняна, потому что я не мог дождаться возвращения домой с момента, когда ты сказал, что у нас нет шансов и что победа будет за тобой. Это было горячо. — Тебя это возбуждает? — Ёсан еще раз коротко целует и протяжно стонет — ему уже несколько минут кажется, что еще немного и он кончит. Однако, он очень старается продлить все происходящее совсем маленькой амплитудой толчков. Хотя, возможно, из-за этого все еще более концентрировано. — Меня возбуждает, что ты становишься моим соперником и мне нужно подниматься к тебе на уровень, чтобы что-то противопоставить, — Сонхва облизывается и судорожно вздрагивает, когда Ёсан находит на диване рядом небольшой пульт и меняет режим вибратора внутри. — Ах, блять, я… Щелкни на следующий, да. — Так? — Идеально, — Сонхва искренне сам себе завидует, любуясь сейчас страстью на лице Ёсана. — Так вот, я считаю себя охуеено умным и клевым, и меня разъебывает тот факт, что мой муж еще пизже меня в определенных областях. Это безумно сексуально. — Хва, отпустишь ненадолго? — Ёсан выключает вибратор внутри Сонхва и замедляется, сильнее сжимая его член собой. — Я сейчас все верну. Сонхва прекрасно знает, что это значит, поэтому он покорно отпускает Кана. Тот сразу же поднимается с члена и немного меняет позицию, пока Сонхва с готовностью разводит ноги. Ёсан достает из мужа вибратор и сразу же входит сам, заменяя собой игрушку. Ему нужно буквально несколько толчков, чтобы кончить внутрь, крепко вцепившись пальцами в талию и с силой вжавшись бедрами. Кан замирает, спуская внутрь и любовно оглядывает мужа, всего в испарине и с мокрыми после душа волосами. Невыносимая красота. — Ё, — Сонхва судорожно выдыхает и сжимает собой, немного ведя бедрами. Ему не терпится продолжить и Ёсан, как и обещал, медленно отстраняется, наблюдая за сразу же появившейся белесой каплей. — Воды? — Ёсан в очередной раз коротко целует в губы, пока добавляет смазки на вибратор. — Да, пожалуйста, — Сонхва чувствует себя лучше, когда вибратор оказывается снова в нем. Он возвращается в начальную позу, просто удобнее усаживаясь на диване, и принимает из рук Ёсана стакан, делая пару крупных глотков. Далее из этого же стакана отпивает Ёсан и возвращает его на стол, а сам снова перебирается на бедра Сонхва и опускается на его член. Ёсан продолжит, и Сонхва с готовностью начинается толкаться в мужа, пусть тот только что и кончил. — Так вот, — Кан обнимает за шею и улыбается, когда Сонхва снова крепко обнимает за талию. — Разве ты не должен воспринимать меня как вызов, когда мы соперники? Обычно это уж точно не заводит. — О чем ты? Я воспринимаю тебя только как-то, что меня восхищает и топит в любви. Ты прекрасен, а твой ум и характер, — Сонхва запинается из-за несдержанного стона. Еще немного. — Твой ум и характер настолько великолепны, что я иногда хочу, чтобы ты взял меня там же, где проявляешь их. Не знаю как описать то, насколько ты мне нравишься во всех своих проявлениях. — Я понимаю, детка, — бедра Ёсана уже устали, поэтому он немного замедляется, отдавая Сонхва больше свободы в толчках и проникновениях. — Я регулярно испытываю это, глядя на тебя и твои решения в чем угодно. Думаю, ты мог заметить. — Люблю тебя, — Сонхва тянется за поцелуем и чуть замедляется. — И я тебя люблю, — Ёсан накрывает губы мужа своими и выключает внутри него вибратор, давая в полной мере насладиться ощущениями от оргазма. Низ живота едва ли не ноет негой от удовлетворения, а в голове только тепло, тяжесть и чувства, которые тяжело выдерживать, если не демонстрировать их во время близости. Ёсан льнет, улыбается в поцелуй и не собирается отпускать из объятий в ближайшие несколько минут. Разве что отстраняется от губ, продолжая крепко обнимать за шею. — Если бы тебя было двое, — Сонхва нравится ощущать в себе заполненность из-за игрушки, пока Ёсан либо на его члене, либо у него во рту. — Я бы с удовольствием занялся сексом с тобой и тобой. — Хочешь секс втроем? — Кан любовно и ласково целует скулу и щеку мужа, с теплой улыбкой потираясь носом о его висок. — Возможно, хотя никогда не думал об этом, — Сонхва прикрывает глаза и не хочет отпускать Ёсана из объятий. Они в слишком идеальном положении, чтобы шевелиться, а Кан еще и гладит по волосам. — Это все вибратор внутри. Говорю не потому что мне тебя мало, а потому что фантазия богатая. — Все хорошо, детка, — Ёсан продолжает быть самым ласковым и любвеобильным в своих поцелуях и объятиях. — Тоже могу представить, как тебя изнутри сейчас растягивал бы еще один член. И ты это сейчас ощущаешь. А представь еще одну пару рук и губ на себе? — Твоих? — Сонхва медленно поднимает взгляд и закусывает губу, глядя на своего мужа, как на икону. Тот слабо улыбается и смотрит в ответ с привычным благоговением и любовью так, словно обсуждает самые обычные вещи. — Согласен только на второго тебя. — Моих, хотя я бы ревновал тебя даже к себе. — Не понимаю, иногда в тебе говорит бог или дьявол? — Отражение твоих желаний, — Ёсан смеется и напоследок целует Сонхва в уголок губ.