Дитя с красными глазами

Горечь поражения кровавым железом скатывалась по горлу в пищевод. Он кашлял почти каждую минуту, оставляя на заросшей тропе алые следы. Их без труда могли бы и выследить, но, видит Бог, погони не было. — Рей... Ли... — кряхтение молодого короля на секунду заставило замереть его на месте. Сильверс устало выдохнул, покрепче ухватывая израненное тело Роджера. — Молчи, хоть на это не трать силы... — ноги еле плетутся, а он даже не понимает, где они. Лесная чаща становится всё гуще, темнее. При других обстоятельствах и ноги в этой глуши его не было, но сегодня день в целом начался со странностей, которые привели их к полному разгрому. — Мы... Рейли, мы... Не могли же... Черт... — Роджер. Молчи. — Всё так... И кончится... Роджер закашлялся, закрывая покрасневшие глаза из-за лопнувших в них сосудов. Рейли заскрипел зубами от досады: настолько жалкое поражение не достойно зваться генеральным сражением. Да, они молоды, но нельзя лишь на это списывать все те допущенные ошибки, начиная с выбранной стратегии и заканчивая абсурдными идеями Роджера. Он, непосредственно как верный его первый советник, верный друг, брат по оружию, должен был убедить короля в совершенно других, но верных мыслях, а не с лёгкой улыбкой в их шатре согласиться с буйным нравом Его Величества. Будет ему уроком впредь. Если они выживут. — Не кончится... Где твоя уверенность, дружище... — Уверенность?.. Уверенность... Хах... Точно.. Рейли, дай.. Дай мне встать!.. — Роджер судорожно вцепился в руку первого советника, пытаясь напрячь безвольно качающиеся ноги, теперь больше напоминавшие оборванные куски плоти. — Роджер, что ты!.. — Нет... Хах... Я не смогу, Рейли... — он лишь слабо улыбнулся, прикрывая уставшие глаза. — Прости... Меня, я должен был.. Всё не должно было быть так... — Черт, нашёл время, чтобы поболтать... Роджер? Роджер! — тело короля безвольно повисло в его руках. Рейли чувствовал, как земля уходила уже из-под собственных ног, но он всё же удержался. — Нет... Черт, подожди ещё немного, я... Я выведу нас, обещаю... Продержись ещё немного, умоляю тебя... Глотая жгучий ком в горле, Рейли чудом двинулся вперёд. С каждым шагом идти становилось всё труднее: Роджер казался тяжелее, его придавливало к земле всё сильнее, перед глазами плыла тёмная трава. Ноги в ней иногда путались, несколько раз он чуть не упал. Рейли уже не видел, а чувствовал, что вокруг него всё окутывала темнота, куда страшнее и неизведаннее. В их состоянии соваться в такие дебри не стоило. Но был ли выбор? Скрыться от армии Рокса было бы и так тяжело, особенно после такого громкого поражения. Рейли на периферии сознания уже видел, как тот довольно упивался шампанским, празднуя свою победу. Единственное, чего ему не хватало для счастья — голова Роджера. Она ему никогда не достанется — убедил в этом себя Рейли. Он ни за что не позволит своему другу оказаться в плену столь гадкого и тёмного человека. Щекам было горячо. Рейли старался не думать о собственных слезах, предпочитая просто бессмысленно двигаться вперёд. Дальше, дальше, дальше. Они выберутся отсюда. Он падает на колени, еле переводя свой дух. Они выберутся отсюда. Несмотря ни на что. Руки до последнего сжимают тело еле дышащего Роджера. Они обязаны выбраться отсюда. Рейли обязан вытащить своего короля. Глаза закатываются, всё темнеет. Они обязаны выжить. Обязаны выбраться отсюда живыми. Рейли продолжает думать об этом, даже когда разбитая голова касается холодной травы. Охлаждает, но не успокаивает. Всё вокруг так тихо, безмолвно. Они должны отсюда выбраться... Светлые глаза открылись сами по себе, он даже не понял, что пришёл в себя. Что жив. Еле видный отблеск чего-то голубого мерцал в боковом зрении, но пока Рейли видел плохо, мутно. Первые минуты внутри его сознания зияла чёрная пустота — ни одна мысль не смела тревожить его. Только лишь потом возникла одна единственная: я жив. Жив... Он жив? А где Роджер? Рейли глубоко вздохнул, не чувствуя той явной, тупой боли, беспокоившей его ранее. Дышать оказалось на удивление легко, так просто, что он даже успел заскучать по этому чувству. Он лежал на чём-то твёрдом, неровном. Он провёл рукой по.. Камню. Что ж, после пережитого даже камень был бы неплохой кроватью, но.. Вопрос в другом. Почему он лежит на камне? Рейли поспешил сесть, протирая глаза. Совсем рядом что-то зашуршало. Шорох шагов по траве, кто... — Кто.. Здесь? — мужчина обернулся, замирая. Как замер и силуэт, так и не подошедший ближе к нему. Рейли видел лишь тёмные очертания, окутанные синим свечением от неизвестных ему цветов, испускающих этот самый единственный источник света во тьме. Силуэт в ответ молчал. Сделал пару шагов ближе, теперь Рейли видел на нём длинную накидку, прикрывающую всё его тело. Капюшон не давал и возможности разглядеть лицо незнакомца. Рейли лишь сглотнул. — Должно быть... Я должен Вас поблагодарить, за.. Помощь, спасибо Вам, — учтиво произнёс слегка онемевшим за время своеобразного отдыха языком, неотрывно наблюдая за незнакомцем. Тот по-прежнему молчал. — Я ведь был не один, прошу, скажите что... — Твой друг, — произнёс незнакомец тихим, хриплым басом, — там. Он поднял свою руку, являя на тихий свет свою когтистую ладонь. Длинная, покрытая тёмной шерстью. Когтем он указал на соседний камень, где лежал сам король, укрытый накидкой, похожей на ту, в которой сейчас и стоял незнакомец. По спине Рейли пробежали мурашки. Кто это такой? Он сглотнул, немного нервно смотря на мирно спящего Роджера. Тот выглядел так, словно.. И не было того страшного сражения. Словно он просто прилёг отдохнуть и вот-вот поднимется, громко зевая. Рейли просто не мог поверить, что с его другом всё в порядке. Что с ним всё в порядке. Их спасли. Это видно. Их лечили, причём так, как не вылечил бы ни один лекарь. Одежды, кстати, на себе он не нашёл. Да, его обмундирование было разорвано и явно непригодно для дальнейшей службы. На нём лежала похожая накидка, как и на Роджере. Нервозность сменялась спокойствием, а после вновь появлялась тревожность. Незнакомец уже опустил ладонь, продолжая стоять на месте и глухо молчать. Быть может, и не было никаких когтей? Разыгравшееся воображение Рейли, не более того? Он протёр глаза, вновь смотря на незнакомца. — Спасибо... — Жди. Незнакомец развернулся, резко и быстро уходя в темноту, туда, где не росли странные синие цветки. Рейли проводил его встревоженным взглядом: куда тот пошёл и зачем? Паника тяжёлым камнем осела на душе. Но убегать было бессмысленно, поскольку он не знал, где они и как далеко находятся. К тому же Роджер спал. Рейли свесил ноги с камня, что, кстати, больше напоминал жертвенный, только мхом порос. Довольно мягким на ощупь, и непривычно синеватым цветом. Деревья вокруг стояли, изогнувшись — словно купол. Незнакомец ушёл в небольшой проём меж ними, исчезая в темноте. Не было слышно даже шороха оттуда, словно тьма поглощала любые звуки. Хотя, Рейли показалось, что его сознание играет с ним злую шутку. Он надел на себя довольно длинную, плотную накидку. Была она удивительно большой, даже слишком для обычного человека. Мысль о когтистой руке забилась в голове бабочкой, жалко трепыхавшейся в клетке из темноты и страха. Ему не могло показаться. Ко всему прочему, незнакомец сам носил подобную накидку, что прикрывала всё его тело. Он слишком высок для человека, слишком много подозрений в его сторону. Кто он, или вернее, что он такое? Рейли опустил голые ступни на землю, ощущая влажный холод стриженной травы. А она точно была стриженной — чуть поодаль от их камней она поднималась до уровня пояса. Вставать окончательно он не решился, вдруг незнакомец от этого только разозлится? Сейчас они здесь находятся на его условиях, и неизвестно как тот отреагирует на любое проявление своеволия. Быть может, разорвёт их своей когтистой лапой? Хотя вряд ли он для этого их спас. Да, что-то Рейли действительно напрасно распереживался, но то неудивительно: столь эмоционально пережитое событие оставило свой след на ближайшие года. Думать об этом не хотелось. Не сейчас уж точно. Им требовалась передышка, пусть и в этом странном, пугающем месте. Как бы он хотел спать также безмятежно, как Роджер... Незнакомец вернулся также бесшумно, как и ушёл. Когтистыми руками он держал корзину, которую поставил на камень и подвинул к Рейли. — Когда он проснётся, скажешь и ему съесть. Вам нужно силы восстановить. Рейли молча кивнул, с опаской смотря на незнакомца. Мужчина вглядывался в тень от капюшона, пытаясь разглядеть черты этого... Человекоподобного существа. Когтистые ладони не были плодом его воображения. — Спасибо, но... — Вопросы потом. Не хочу повторяться дважды, когда твой друг проснётся. — Голос незнакомца сквозил холодом и отрешенностью, тот отошёл в сторону, усаживаясь на траве. — Назовите хотя бы своё имя. Незнакомец поправил накидку, стараясь ещё больше скрыть своё лицо, которого и так не было видно. Он промолчал с минуту, постукивая когтем по рыхлой земле, скрываемой за порослью травы. — Имя... Можешь называть меня Джой. — Джой... Очень необычное.. — Не думай о том, насколько оно необычно. Лучше не терзай себя лишними мыслями, тем будет лучше. На этом незнакомец замолк, отворачивая голову к цветам и наблюдая за мелкими жуками, ползающими поверх светящихся лепестком. Рейли хотел было последовать совету Джоя, отвлекаясь на осмотр корзины. В ней лежали крупные, увесистые фрукты, более напоминавшие по форме яблоки, только некоторые были изогнутыми к концу. Рейли не был дураком, чтобы есть что-то неизвестное, но деваться некуда. Желудок противно изнылся голодом. Взяв одно предполагаемое яблоко, насыщенно красного цвета, он откусил совсем немного сочной мякоти, но даже не сумел проглотить его: язык чуть не скрутился в трубочки от горькости фрукта. Даже не так. Губы, на которых оказался "яблочный" сок, зажглись от фруктовой кислоты, сухую, потрескавшуюся кожу болезнено защипало. Рейли зажмурился, пытаясь сморгнуть подошедшие слезы. Всё его лицо сморщилось, рот скривился, но этот противный кусок он проглотить сумел, тут же тяжело выдыхая, пытаясь сплюнуть горечь с языка. — Какая.. — Гадость, да? — закончил за Рейли тихий Джой, согласно хмыкая. — С непривычки вкус такой. — Как это... Вообще можно съесть... — Жить хочешь — съешь, — пояснил простую истину ему незнакомец, доставая из кармана накидки похожий фрукт, но немного меньше и синее. С более извилистой формой. — К ним довольно быстро привыкаешь. Ешь, они очень питательны. Рейли судорожно сглотнул, смотря на откусанное недояблоко. Всякий аппетит у него отпал, но желудок болезненно ныл. Пересилив себя, мужчина долго и упорно поедал фрукт, насильно заталкивая в себя кусок за куском. Когда в руках остался лишь небольшой огрызок, Рейли чувствовал, как во рту неприятно ныло. Но удивительным образом он... Наелся. Первый советник сдавал перед этим безжалостным фруктом, более не желая есть ничего подобного. — Что это вообще... Такое, — спросил он, немного онемевшим от горечи языком. Всё это время Джой сидел, не двигаясь, лишь исподлобья посматривая за попытками Рейли съесть всего один такой фрукт. — Без понятия. Но лечит отменно, да и быстро наедаешься, — всё таким же холодным, но с лёгкой улыбкой, голосом проговорил незнакомец. — Больше не съешь ни кусочка. Он, всё это время державший уже не очень похожий на яблоко фрукт, за один укус поместил его в свой рот, начиная медленно и размеренно жевать. Рейли на это действие лишь дернуло: тот даже никого звука не издал, даже не шелохнулся. — Туд.. Туда.. Вперёд!.. — резко воскликнул Роджер, подрываясь с камня и вскакивая на целые свои ноги. Он сонно огляделся, пытаясь осознать, где находится, пока накидка сиротливо осталась лежать на его пьедестале. — Роджер, тише ты!.. Куда вскочил? — Рейли поспешил к проснувшемуся королю, усаживая его обратно на камень. Тот удивлённо взирал на своего Первого советника, словно на чудо света. — Рейли?.. Ты жив? И я жив? Ха-ха, мы живы! — Роджер радостно улыбнулся, смотря на целого друга. — Я чувствую свои ноги, это же прекрасно, но... Где это мы? — А твой друг очень шумный.. Роджер посмотрел за спину друга, находя взглядом сидящего незнакомца. Хлопая ресницами, он посматривал то на него, то на Рейли, видимо ожидая, когда ему всё объяснят. Первый советник вздохнул, беря лежавшую на камне накидку и накрывая ею Роджера. — Сначала скажи, как ты себя чувствуешь? — Прекрасно, мой друг, намного лучше.. Черт, так плохо всё помню, — Роджер придержал накидку, укладывая ладонь на лоб. Рейли потянулся к корзине, хватая один из этих чудесных фруктов. Роджер даже не спросил ничего, его глаза загорелись голодным блеском. Ругался он долго, называя фрукт самыми убогими словами, которые приходили ему в голову — король откусил почти половину за один раз, на что Рейли невольно посмеивался. — Фу-э... Ну и гадость, Рейли, что за шутки? — Я сам тоже один такой съел, не жалуйся. Уж лучше так, чем ничего. — Ну уж лучше ничего, чем это... — обиженно проговорил Роджер, недоверчиво смотря на фрукт. — Неужели больше ничего нет? Рейли посмотрел на вновь притихшего Джоя, который не спешил более присоединяться к их разговору. Король проследил за его взглядом, всматриваясь в этот тёмный силуэт. — Рейли, — шёпотом спросил он, — а это кто? — Он.. Спас нас, — также тихо ответил Первый советник, переводя взгляд на Роджера, — будь повежливее. — Так вот оно что, — Роджер широко улыбнулся, приветственно тряся ладонью, в которой зажал оставшуюся половину фрукта, — хех, тогда я должен поблагодарить тебя! Он положил фрукт на камень, а сам шустро поднялся на ноги, запахивая накидку. В несколько широких шагов Роджер подошёл к Джою, что даже головы не повернул в его сторону. Рейли забеспокоился: не устроит ли король им ещё больше проблем? — Меня зовут Роджер, спасибо, что спас мою жизнь и жизнь моего друга, — он широко улыбался, протягивая незнакомцу руку для дружного пожатия, — вовек твоей помощи не забудем! Ха-ха, обязательно отблагодарим, чего вот ты хочешь? Джой медленно повернул голову к Роджеру, смотря на протянутую ему руку. Взгляда его не было видно, но подошедший к ним Рейли чувствовал одно: недоверие. — .. Говоришь, чего я хочу? — Да, постараемся сделать, что ты запросишь, всё же жизнь за какую-то просьбу — это даже довольно маловато... — Просьбу... — задумчиво произнес Джой, замолкая. — Ну-у, — протянул Роджер, — или не просьбу? Не знаю, как назвать, но всё же! Можешь на нас расчитывать, знаешь, я ведь человек-слово! — Жизнь за просьбу и правде звучит мелковато... — произнес Джой задумчиво, отворачивая голову от них. Рейли убрал руку Роджера, что так и ждала ответное пожатие. Короля это нисколько не смутило: он лишь хотел отблагодарить их спасителя, да чем угодно! — Не думаю, что мы сможем выполнить абсолютно любую просьбу... — начал Рейли, стараясь отрезвить друга от его резкого наплыва радостных чувств по отношению к незнакомцу. — ... Эту выполнить вам под силам. — Да? Чудесно! — довольно прищурился король, уже думая, сколько денег из королевской сокровищницы он потратит на подарок чудесному незнакомцу. Джой поднялся, оказываясь на три головы выше самого Роджера — того это немного удивило, но радостную маску с лица не убрало. Наоборот, король ещё шире улыбнулся, размышляя над тем, какое же неожиданное знакомство выдалось в столь прескверное время. Жизнь начинала налаживаться. — Я свяжу наши судьбы. Судьбы моего будущего ребёнка и одного из ваших первенцев. — по голосу Джоя было слышно: он улыбался, холодно и отрешённо, но безумно счастливо. — То моё желание. Он достанется нам. Первенец. Радостная улыбка сползла с лица короля в тот же миг. Рейли нахмурился, хватая друга за руку. Они не могли согласиться на такое! Джой же продолжил. — Мой ребёнок заберёт вашего. Честный обмен, жизнь на жизнь, верно же? Справедливо. Так справедливо рассудил он, чье лицо они так и не увидели. Светало. Бессонная ночь выдалась просто отвратительной, хотя жизнь их только налаживалась. Роджер стоял у окна, сжимая ладони в кулаки, рассерженно посматривая на предрассветное небо. За прошедшие годы они позабыли про тот ужасный договор. «Жизнь на жизнь, справедливо», — саркастически подумал король, швыряя шляпу под ноги и отходя от окна к креслу, хватаясь за его обивку. Гостевая комната, в которой часто останавливался Роджер, когда приезжал к другу, наполнилась отчаяньем и злостью, любому бы в ней стало некомфортно находиться. Конечно, по возвращению в родной замок молодой король уже начал строить планы против армии Рокса. Они подходили к границам их королевства всё ближе, и с этим нужно было считаться. Помощь пришла, откуда не ждали — давний знакомый Роджера, уже прославленный в те года король Монки Д. Гарп, предложил вместе сразиться против Рокса. Его они одолели. Роджер всё ещё с трепетом вспоминал тот день, когда они вместе разгромили армию Рокса, да так, что сражение между тремя королевствами уже навек вошло в историю. Вышедшие из боя союзники Рокса потеряли всякую связь с Роджером, все, кроме одного: Эдвард Ньюгейт. Тот присутсвовал и на свадьбе Рейли и Шакки, что, между прочим, свидетельствует о тесных дружеских отношениях между давними врагами. И после всех этих событий то злосчастное знакомство позабылось, как страшный сон. Но именно в тот самый день, когда Рейли готов был плакать от счастья, он уже был готов проливать слезы горести. — А... Как мы поймем, что договор в силе? — ошеломленный таким заявлением спросил Рейли, всё ещё не веря в услышанное. Джой в ответ наклонил голову к ним, сверкая во тьме ярко-алыми глазами. Единственное, что они сумели различить в лице незнакомца, затребовавшего самого родного, что могло бы быть у одного из них. — Вы поймёте, — лишь это ответил он, всматриваясь в них опасным блеском алых глаз. И они поняли. Как только Шакки заговорила о красных глазах младенца — они поняли. — Черт... — Роджеру хотелось крушить всё вокруг себя, но он понимал: сейчас хуже, гораздо хуже, его другу. Он пытался объясниться с Шакки, но их даже не было слышно. Хотя герцогиня была горячей девушкой, могла бы и начать кричать на мужа, что молчал об этом раньше, разбить не одну сотню подаренных им хрупких вещей. Но вместо этого в замке стояла кромешная тишина. Даже плача только родившегося Михоука не было слышно. Это давило. Когда дверь тихо отворилась, он тут же обернулся, встречая понурое лицо Рейли. В один миг бледность к нему вернулась, убирая с него любые живые краски. На него такого было больно смотреть, Роджер только сильнее стиснул зубы, подходя к нему и ободряюще обнимая. — ... Я ей всё рассказал, Роджер. — И что же?.. — Молчит... Она его никому не хочет отдавать... — Никто не хочет.. Рейли замолк, обнимая короля в ответ. Шакки попросила его выйти, чтобы побыть одной. Наедине с уснувшим сыном. Сначала она не хотела в это верить. «Это просто отвратительная шутка, Рейли... » — неверяще качала герцогиня головой. Но когда она смотрела в посеревшие от грусти глаза мужа... — Мы его никому не отдадим.. — Рожер, он же... — Да мало ли, что он говорил! — вскрикнул Роджер, отпуская друга и отходя к окну. Рейли давно не видел друга таким разозленным. — Прошло столько лет, договор этот чертов может уже и не действует, да и как он нас найдёт? Никак! И если что... Спрячем. Так, что ни один не найдёт. А пока.. Лучше не вспоминать о них. Поговорим с Шакки, чуть позже, ладно? — Роджер... — Да хоть я самолично вместо твоего ребёнка к этому чокнутому пойду! — ударил Роджер себя в грудь. — Мы же не знаем, что случится точно, может и ничего? А мы так паникуем! На том Роджер и настоял. К семи утра уже стояло чистое, светлое небо, словно и не было вчера никакой непогоды. Герцогиню успокаивали долго, вплоть до момента кормления проснувшегося младенца: тогда Рейли выгнал друга из комнаты, дабы не смущать свою любимую жену. Успокоили эти заявления взволнованную мать? Едва ли. Успокоил её только мягкий взгляд красных глазок их чудного малыша, что так голодно держался за мамину грудь. Она никому и ни за что не отдаст своё крохотное чудо. Ни за что.