Тёмная Магия и Пряники

      Хогвартс. Подземелья. Личные покои декана Слизерина       Синяк, оставленный на её плече грёбаным субъектом ещё в поместье Блэков, раздражал. Северус алчно жаждал, чтобы все метки на её теле – принадлежали исключительно ему, будучи нанесенными на молочную кожу лично. Как порок и доказательство их ложной, заведомо неправильной близости. До тех пор, пока она в его власти. Пока жребий подброшен, но не видно, каким ребром он отскочит и распластается по бетону. Конкретно сейчас Снейп мог представить лишь как преждевременно крошит его, применив Экспульсо.

Вдребезги.

И время останавливается.

      Её хрупкая фигура перед ним: ноги не держат, взгляд затуманен. Она кончила уже дважды. Его пальцы цепкой хваткой расположились на её пояснице, удерживая подле себя. В этот краткий миг его позабавила взъерошенная прическа Ру: и без того короткая ближе к затылку, но пышная, с резко удлиненными передними локонами – при этом на макушке прядки запутались так, что, казалось, у неё появились контуры рожек чертёнка.       Точно сам дьявол подкидывал ему соблазны. И он никак не мог утолить свою жажду. Более того, он хотел вновь пробудить ту же в ней. И, не дав выровняться дыханию, Северус припал к её приоткрытым слегка припухшим светло-коралловым губам в продолжительном распаляющем поцелуе.       В какой-то момент он дал указание, и она высунула кончик языка. Снейп начал посасывать и втягивать его, обхватив своими губами. Поглаживая её язык своим и встречаясь кончиками, сцепленными тонкой пошлой слюнкой.       Он становился настойчивее. Подушечки пальцев пробежали по ребрам, гладя, словно пересчетом, исследуя дальше и касаясь груди, дразняще обводя ареолу, а затем хищно сжав сосок. Одна ладонь с разной степенью сжимает грудь, другая смещается к узкой талии, пока обе не сходятся первыми фалангами на пояснице, а спустившись снова позволяют себе подняться вверх.       Каждый раз прислушиваясь к её реакциям.       Вот он ведет от верхней губы к носику, делая это воздушно и мягко, вызвав застенчивую улыбку. Вот возвращается к манящим губам, вновь уверенно блуждая внутри, заставляя забыть, как дышать и контролировать себя.       Когда её руки обвили шею, зельевар приподнялся с дивана, вынудив обхватить его крепче и бедрами, следуя в направлении спальни и попутно шепча у виска:       – Не рассчитывай, что я позволю тебе уйти... так сразу.       – А Вы всегда такой ненасытный? – кокетливо уточнила с легкой сипловатостью в голосе.       – Желаешь проверить, сколько во мне энергии? – скользнул ладонью по бедру и сжал ягодицу.       – а..мхх, – сильнее прижалась к нему, говоря тише, застенчивее, – не откажусь..от такой..возможности.       Оказавшись на кровати, они окончательно стянули друг с друга мешающие вещи – с неё снят топик, с него брюки и рубашка.       Череда горячих поцелуев покрыла тело девушки, чрезмерно отзывчивой к прикосновениям. Она тоже поспевала перенимать инициативу и дарить ответное тепло, хоть не так ловко и решительно, однако со своим очарованием и нежностью. К тому же, Снейпу было по нраву улавливать на себе взгляд, упорно выискивающий: приятно ли ему. Это побуждало на саркастические замечания и проявлять

чувство собственничества

с бóльшим

напором.

      • Спустя время •        Он навис сверху. Его губы обожгли затылок.       – ..щ-щекотно, мм, – она потерлась щекой о подушку, уткнувшись в неё носиком.       – Только лишь щекотно? А так? – с ухмылкой Северус спустился почти до поясницы и, массируя её грудь, начал последовательность поцелуев, устремляющуюся по линии позвоночника ввысь.       – м-нхх..(прикоснулся губами в самой нижней точке), – девушка сразу же выгнулась в спине, – не..(провел языком по выделяющимся контурно лопаткам, продолжая целовать), ха-аХх, амфх, (втянул кожу губами, оставив темно-красный след, а за ним и следующий), н-ххн, не дразни... – взмолилась, отпряв от подушки.       Вновь вернувшись на бок, он резко прижал её ближе, упираясь твердым возбужденным членом в ягодицы. Ноги, согнутые в коленях, прислонены к его бедрам.       – Как же мне перестать, – от шеи перешел к покрасневшему ушку. – Если тебе это настолько нравится, – ладонь вольничает внизу, после чего он продолжает делать выпады торсом, плавные, проникая между бедер, ненадолго задерживаясь и снова притягивая Ирис к себе. – Ты ведь не будешь отрицать очевидное? – пальцы, окутанные смазкой, аккуратно погружаются в её ротик. И с пошлым причмокиванием отстраняются.       – м-Ха-а, – судорожно выдохнув, она сглотнула слюну.       В завершении Северус провел подушечкой большого пальца по нижней губе, придерживая остальными подбородок.       Задержав руку в последний миг, Ирис облизнула и этот палец, вдобавок проделав пару неспешных наклонов, всасывая его на глубину одной фаланги. И хоть ей не было видно – под тяжелый выдох зельевар кратко прикусил губу.       Она тоже кусала свои: от нарастающего жара внизу и везде, где он касается. Но в разы чаще.       Левая ладонь оставалась у неё на груди, тогда как его правая собственнически, по-змеиному странствовала по ляжке: в полном охвате – от внутренней стороны к внешней – достигая коленки и, темпераментно оглаживая, поднимаясь до талии.       Когда Ирис попробовала активно двигаться самостоятельно, отпряв ягодицами и скользя ими вдоль его бедер, прижимаясь к горячей упругой плоти, задевающей чувствительный клитор, Снейп жадно впился пальцами, оцарапывающе ведя ими по округлой ягодице.       – а-аХх..мм..       – А на моих занятиях... – обе ладони крест-накрест разместились на груди, не прекращая взаимную динамику ниже, – не настолько прилежно ведешь себя, – пальцы зажали соски, слегка прокручивая их.       – Хх-н, ахХ, Профессор... я буду, мгм, усерднее, н-Ххх, – тонкий вскрик от внезапного укуса, пришедшегося на шею, скрыла череда последующих стонов, частично приглушенных подушкой. – ммф-ха-а, Вам чем-то не угодил мой ответ?..       – («Наоборот, и это раздражает не меньше препираний»). Верно.       – ..а мне казалось, что это, Ахх, заводит Вас, а-хХ, – её прерывистые вдохи становились всё глубже и на тон выше, она была очень возбуждена и не стеснялась озвучивать первые же мысли.       После нескольких манипуляций головка члена, скользя по промежности и задевая клитор, последним этапом упиралась между согнутыми в кольцо пальцами её ладони.       Бедра покрыло обильное количество вытекшей смазки. Каждый толчок сопровождался тихим хлюпаньем и мало-сдерживаемыми, надрывистыми стонами.       Серо-фиолетовый синяк на краю плеча был покрыт багровыми засосами. Но это казалось недостаточным. И Северус решил исправить это по-особому.       – Только послушай, – ему даже не потребовалось увеличивать размах, – какая ты развратная, – произнёс, выдыхая в шею.       – Это всё, ха-АхХ.. из-за... мм-Ах-х, Вас… – слова произносились по отдельности, её веки были периодически прикрыты. Не отдавая себе отчета, она стала интенсивнее сжимать бедра и тереться о его член.       Резкий рывок. И он вошёл на всю длину.       Вскрик. Неконтролируемые стоны под казавшийся безумным темп. Плечо саднило садомазохисткой смесью из боли и удовольствия. По центру синяка оставлен глубокий след от зубов. Она чрезмерно сильно сжимает его внутри себя. До состояния, когда ему становится порочно, ненормально, несдержанно жарко. После столь долгого искушения он близок к пределу. Он больше не пытается контролировать и предугадывать. Только не сейчас. Его толчки жадные, хаотичные, достигающие самой блаженной, эйфорийной точки. Они оба забывают о понятии времени, растворяясь друг в друге.       Капли спермы стекают по члену.       Нога Ирис смещается за его бедро. Она ложится спиной на простынь, не без его инициативы, тогда как сам Северус остается на боку. Его рука служит подушкой для себя и для неё. Вторую же ногу он зажимает своими двумя, продолжив входить, замирая на долю секунды глубоко в ней и плавно повторяя эти импульсы. Пока вязкая сперма окончательно не пачкает обоих.       Его губы приводят в чувства. Те самые губы, которые сначала творят, что заблагорассудится, а после хитро окутывают безмерной нежностью.       – мнн-х, Северус... аХх.       То, как она произносила его имя, услаждало уши. Было сравнимо с недоступной роскошью.       – Назови ещё раз... меня... по имени.       Он ложится совсем рядом, прикрыв веки. Ей слышно его выравнивающееся дыхание, а он ощущает её неутихающе выстукивающее чувства сердце.

***

      – Всегда, значит, да? – как только Ирис развернулась, его ладони перешли к ней на поясницу. Во взгляде были заметны оттенки безмятежности, но он по-прежнему ухмылялся в своей любимой манере.       – Ненасытный, к тому же подлый, – сказала она, надув губки, а следом нежно улыбнулась, поглаживая его по щеке и уводя непослушные локоны в сторону.       – Этот список можно продолжать и продолжать, – ладони снова спустились от талии до бедер. – Или неужто все мысли обо мне ограничились именно этим? Мисс Ирис, я был о Вас другого мнения.       – ..нхх... раз уж Вы такой энергичный, – задумчиво начала она, вернув руки на талию. – Тогда давайте, для начала, возьмете меня… на ручки и отнесете в ванную, а там посмотрим, чем дополнить мой-список-мыслей-о-Вас, – уголки её губ растянулись в беззаботно-искренней улыбке.