Тёмная Магия и Пряники

      – Что с Вашими руками? – Снейп холодно процедил каждое слово, не отвлекаясь от проверки работ.       – Сэр, – студентка умиротворенно наблюдала за движением пера, чей обладатель явно не щадил ни чернил ни колкостей в очередном многострадальном эссе, – уверяю Вас, нет повода для...       – Наивно и глупо начинать с настолько откровенной лжи, Вы так не считаете? – перечеркивает, вальсируя с абзаца на следующий, сценка падения оценки от «Превосходно» до «Тролль» наглядно, в лучших традициях. – Или же, раз Вы со Слизерина, то возомнили, что терпение Вашего декана бесконечно?       – С кое-кем не поладила... – замялась, подбирая слова. – Этот «кое-кто» я.       – Почему при этом не обратились к мадам Помфри? – ядовито поинтересовался зельевар.       – Но я...       – И не пытайтесь увильнуть. Мне известно, что за прошедшую неделю в больничном крыле не побывало ни одной ужаленной, забинтованной как мумия души, – прошипел, медленно сцепив руки, словно змей, готовый удушить добычу.       Он бы с удовольствием сжёг стопку оставшихся недо-творений, но, судя по всему, сегодня взглядом прожгут только отвлекающую от дел слизеринку.       – Всегда бы такую статистику!       – Достаточно!       – Сэр, при всем уважении, Вы не дослушали, я в состоянии самостоятельно позаботиться о себе.       На его лице мелькнула ухмылка, тогда как на её – мягкая улыбка. Инстинкт самосохранения был отправлен к чёрту в глотку в этом подавляюще тяжёлом раунде гляделок. Мурашки забегали по спине.       – С минуты на минуту должна начаться следующая пара, (отступает назад) могу ли я (декан резко поднимается, серые глаза вновь загипнотизированы черными) быть свободна. (Взмах палочкой).       Слышен щелчок щеколды двери, а вместе с тем и...       Грохот. Смачное падение. Поцелуй пятой точки с кафелем.       Ингредиент, попавший под стопу, отскакивает в неизвестном направлении.       – агхх... (И: «Мне конец»).       – Клянусь Горгоной, – Снейп огрызнулся, следом уставши потянув пальцы к переносице, – если Вы немедленно не приведёте себя в порядок, то следующее заклятие полетит в Вас! – он не повышал голос, но интонация била больнее пощёчин.       (И: «..и последнее, что я увижу – мрачные стеллажи с колбами и зельями, наверное меня превратят в одно из них»). Пока возвращает себе равновесие, замечает неприлично задравшуюся юбку. Щеки горят.       С: «Тц. Стереть бы этот день из памяти».       Скользнув по ткани и уложив руки на коленях, Ирис залилась искренним смехом. Она редко смеялась. Тем более так.       – Профессор, Вы примите заклятие забвения?.. Обручальные когти?.. Или же поделитесь секретом, какого цвета...       – У Вас совершенно отсутствует чувство стыда? Минус пятьдесят очков Слизерину, – Снейп хмуро склонил голову на бок.       – ..мгм, и пульс чувства юмора вперемешку с ответственностью... не нащупан, – тихо бурчит. – Я собиралась уточнить цвет пижамы!.. – но никакие доводы и манипуляции уже не были способны вернуть это бешенное количество баллов.       Поднявшись, она испытала новое недомогание: сильное жжение под бинтами. Такое, что невозможно скрыть.       – Вы слишком наивны, бестактны и нахальны. Почитайте на досуге о понятии субординации. Хотя кто я такой, чтоб делиться столь ценной информацией?.. – это далеко не вся гневная цепочка, которую Снейп собирался излить едкой смесью на психику студентки, чтоб пробудить из спячки её инстинкты выживания отныне и до выпуска, – А теперь подойдите. И разбинтовывайте.       Неприятного разговора не избежать.

***

      – На седьмые сутки эта змеюка, как и её сестрица-близняшка, окончательно наестся и исчезнет, – её интонация была непринужденной, словно разговор вёлся об очередной пакости неугомонного Пивза, коих сотни на дню.       – Думаете Тёмная магия предназначена для баловства? Считаете себя умнее и способнее остальных? Может жаждете умереть самой ужасной пыткой? – декан неспешно обошел ученицу.       Линии из ожогов, протяженностью от костяшек пальцев до локтя, образовывались прямо на глазах. До двух сантиметров в толщину. На конце виднелись белые очертания змеиной мордочки с красными бусинами глаз. Напоминало бы тату... Вот только если б эта тварь не находилась в движении – очень медленно прожигая себе путь.       Ожоговые сплетения в переливе оттенков: от почти заживших, нежно-розовых, до глубоких – с прозрачными выделениями, пузырьками и болезненными отеками вокруг.       На правой руке мордочка змеи была направлена к ладони, тогда как на левой к локтю.       – Я безмерно благодарна за Вашу заботу, сэр, однако изучение Тёмных искусств не запрещено Министерством. За исключением трех непростительных, конечно. Соглашусь с тем, что я немного заигралась во время создания данного проклятия*, впрочем, плата за тот миг сомнения, как видите, не заставила себя ждать. И, поверьте, первого опыта было достаточно, чтобы убедиться в тонкостях и последствиях тёмной магической практики.       Ощущения были паршивыми. Пальцы охватывала дрожь, тело бросало в жар. Ей следовало повторно обработать воспаленные участки ещё десять минут назад.       – Тц.       С некоторым усилием оставив поток колких замечаний в мыслях, припася их на будущее, Снейп направился к стеллажам, затем его длинная темная мантия скрылась в столь же мрачной кладовой, а уже оттуда он вернулся с флаконами зелий, керамической чашей, ножницами, марлей и полотенцами.       Пристроив всё необходимое на преподавательском столе, он поставил второй табурет, обратившись к студентке:       – И долго Вы собираетесь стоять?       Ирис не собиралась отказывать или возражать. Тихонечко на ватных ногах она проследовала до предназначенного ей места, наблюдая за профессором и его удивительной благосклонностью. Тонкой, редкой, трудноуловимой.       Её размышления даже допустили предположение о том, что всё происходящие – побочный звуковой и визуальный эффект от проклятия.       Сидя совсем близко, она чувствовала приятную неловкость. Глаза улавливали каждую деталь: изгибы ткани черной зловещей мантии, строгий тугой сюртук с полосой из многочисленных пуговиц, обтянутых замшей. Высокий воротник с еле выглядывающей белоснежной, как жемчуг, рубашкой, её острыми концами, готовыми в любой момент резануть подбородок. Длинные узкие рукава, достигающие середины ладоней – с ещё более плотным слоем идентичных пуговок. Сальные волосы с забавными завитушками у плеч, видя которые возникает желание вымыть и заплести в хвост... или же косичку. Если заранее выпить зелье Бессмертия.       На лице появилась предательская улыбка.       – Развлекаетесь? – хмыкнул Северус под ничем не замаскированным изучающим взором ученицы.       – Нет, сэр, я лишь раздумывала о понятиях Вечного и Временного.       – Ваша безалаберность относится к первому, уж не сомневайтесь.       И: «Ваши угрюмость, вредность, принципиальность, загадочность и язвительность тоже».       Расспрашивая, инструктируя, диагностируя палочкой и оценивая взглядом пораженные участки, профессор начал свои лечебные манипуляции.       Юлить не получилось, декан зрит ложь в корень и рубит попытки уклониться, как палач с многолетним стажем. Так что во время обсуждения, которое походило на допрос, он выведал достаточно информации, чтоб в ближайшее время ликующе жалить ею нервную систему студентки.       На первом этапе руки покрыла прохладная водная оболочка, и девушка расслабленно выдохнула, прикрыв веки.       Следующие процедуры были не такими уютными, гиппогриф их дери. Ирис впивалась ногтями в ладони, зубами в губы, глубже, болезненнее, но при этом не отстранялась.       – Вы должны чаще дезинфицировать и обрабатывать новые ожоги, а не упиваться зельями, притупляющими боль, совершенно наплевав на противопоказания и вытекающую из этого интоксикацию организма.       – Вы правы... сэр... – у неё есть причины избегать взгляда.       – Повторите. Более убедительно.       – Вы безусловно правы, – нижняя губа распухла. Собственные мысли донимают и жалят не в меньшей степени, чем проницательность декана.       – Кого Вы пытаетесь убедить больше? Меня или же себя? – заживление проходило болезненно, физически и морально, со стороны студентки послышалось сдавленное мычание. – Быть может не решили ещё?.. Мисс Ирис, – намеренно делает паузу, вынуждая поднять глаза, – перечислите рекомендации, которым Вы будете следовать.       Она послушно стала проговаривать их, хоть в мыслях по-прежнему присутствовали противоречия.       И: «Это было бы правильно, однако личного пространства в общежитие не существует и умиротворяющий бальзам использовать проще, а второе зелье, хоть и то ещё "пойло", зато с людьми не надо связываться, если закончилось... Магические существа мне милее, в который раз убеждаюсь».       «Ещё и соседкам по комнате скажите... они итак уже заподозрили не то с моими частыми вылазками. Давятся любопытством, готовя гадости. Не хватало, чтоб без бинтов увидели».       – От Вас не требуют ничего невозможного, – сухо отчеканил Снейп, продолжая читать нравоучения о нездоровых интересах студентки. – Что касается Вашего свободного времени, если его оказалось завидно много, что Вы начали охотно вредить себе, то посвятите его зельеварению. Ещё недавно Вы стремились перескочить не через один курс. Куда делось это рвение? Отныне на моих занятиях Вы будете выполнять задания не только из программы третьекурсников. И можете не жаловаться, директор одобрит мои, – заострил внимание на реакции, странной, – действия.       Наиболее глубокие ожоги он обрабатывал незнакомой для неё мазью сложного состава.       «Ну что за поганая привычка... Я её лечу, а она...», – заметил мазохизм на губах.       «...И радуется невесть чему ведь», – по итогу, виток за витком, он закрепил свежие повязки. Самостоятельно у девушки не получалось так мастерски бинтовать.       Пока Ирис отвлеклась на разглядывание результата, профессор смочил ватку в Рябиновом отваре и одним грубым движением приложил к раненым губам, надавив сверху пальцем её же руки, подхваченной свободной ладонью. После манипуляций, он резко отстранился.       – Не хочется лицезреть трупы в Подземелье, тем более сразу после моих занятий. Считайте, Вам несказанно повезло. Но, учтите, это разовая щедрость. Всё. Свободны.       – Обещаю не падать в обморок по пути в общежитие. Сегодня уж точно! Спасибо Вам, профессор Снейп.       – Хватит глупостей. Не забывайте обрабатывать раны, иначе с таким разгильдяйским отношением Вы занесете инфекцию раньше, чем сойдет проклятие.       Когда она накинула мантию и оказалась возле двери, декан снял запирающие чары и добавил:       – Жду Вас на отработке. Сегодня. В 21:00. __________________ Страница дневника • Проклятие «обжигающий укус | exuro morsus | эксуро морсус» ДЕЙСТВИЕ Своевременное возникновение болезненных ожогов на руках до локтей в течение семи суток. ЧЕРТЫ Проявляется в виде бесконечно растущего в длину тела змеи, которая буквально проедает себе путь по коже. Змеиная мордочка белой расцветки с красными глазами. Белый орнамент её тела более заметен именно у пасти, а дальше чешуйки практически невидимые. НЕДОСТАТКИ Раны затягиваются под воздействием заживляющих зелий и эликсиров, хотя новые будут появляться с болевым синдромом, пока не прекратится действие проклятия. P.S. По сути можно на всю неделю залечь в ванной с рябиновым отваром. __________________