Old bones

              Микото видел небо. Высокое, чистое, но на удивление тёмное дневное небо Мира снов, до которого, казалось, можно дотянуться рукой, настолько низко оно стелилось над землёй. Первое время это небо внушало ему страх, но всё менялось. Постепенно именно небо стало его главным союзником, способным успокоить и поддержать в чьих угодно кошмарных снах. Опустив взгляд на пугало, Микото усмехнулся. Намалёванное на треснутом глиняном горшке лицо смотрело чёрными пятнышками-глазами куда-то на перелесок за невысоким забором. Там, за перелеском, начинались поля, а потому выглядело, будто пугало мечтает о большем, о более важном, о более серьёзной работе, чем огородик, усаженный лишь томатами да картофелем. Ветер трепал старую полосатую рубаху, какой-то пронырливый воробей всё пытался выдернуть соломинку из буйной «причёски»… но хотя бы вороны и правда с опаской поглядывали с крыши на этот трофей, вытащенный новым владельцем дома из подвала. Поглядывали, ровно как и полицейский — из-под дерева на обочине пыльной просёлочной дороги. — Могу я вам чем-то помочь? — окликнул его Микото с широкой улыбкой. — Вы что-нибудь ищите? — И да и нет, господин Ю. — Молодой полицейский снял фуражку, длинными пальцами расчесал волосы, поразмышлял о чём-то и вдруг подошёл ближе к забору. На долю секунды взгляд его метнулся к пугалу, но мужчина тут же открыто уставился собеседнику в лицо. — Признаться, я давно хотел обсудить с вами одну щепетильную тему… Полицейский выразительно покосился в обе стороны и закусил губу, размышляя в последний раз. В груди у господина Ю задрожало от предвкушения предстоящего веселья. Микото аж затошнило от мелькнувших в чужой голове и чужом сне чудовищных мыслей. — Вы ведь химик, господин Ю, так? — продолжил полицейский доверительным шепотом. — Притом, поговаривают, безумно талантливый. М? — Химик, — согласился господин Ю, кивнув. — Я во многих науках хорош, но больше всего ценю именно химию. А почему вы спрашиваете то, о чём и сами прекрасно знаете? — Издержки профессии. Каюсь. — Продолжайте. — Поговаривают, у вас есть самодельные запрещённые яды… — Мгновение будто замерло. Небо склонилось ещё ниже, пугало скрипнуло палкой-плечами. На лице полицейского не мелькнуло ни намека на угрозу. — Могли бы вы продать мне что-нибудь? Замучили уже крысы, сил нет. Никакие средства не помогают. На днях одна из этих тварей пробралась в спальню и погрызла мой тапок. Клянусь — едва сдержался, чтобы не застрелить гадину. Если так дальше пойдёт, у меня скоро ловушки на них на каждом шагу стоять будут. Господин Ю невольно бросил взгляд на пугало, всё также спокойно смотрящее вдаль и позволяющее воробушку ютиться на его плече. Микото чувствовал, что Ю совсем не такого разговора ожидал, и теперь смутился от противоречивых чувств. Этот молодой местный полицейский доказал в очередной раз, что умишка ему явно не хватает, чтобы до чего-то догадаться, раз доверился подобной личности. Но в то же время… он сумел немного подкупить Ю, показав свою темную сторону кровожадного и далеко не такого правильного, как казалось, парня. — Что скажете? — Ну-с. Есть у меня один порошочек… — господин Ю улыбнулся, отворачиваясь и направляясь к крыльцу, — который точно придётся тебе по вкусу.              

***

— Эээй, эээй, мужик, ты там в порядке? Голос Хосока звучал слишком взволнованно, почти испуганно. Микото с трудом собрался с силами и выглянул из-под одеяла. Хосок сидел на корточках рядом с его кроватью и смотрел широко распахнутыми глазами. Даже в тусклом свете ночника и свечения призрака он казался помятым. — Ты тут блюешь, что ли? — А призраки это разве умеют?.. — А мне почём знать?! Я тебя спрашиваю! Ты в норме? — Да, просто приснился страшный сон. Хосок цокнул. Явно пытался сдержаться, но не смог. Сел на постель, фырча и ерзая. Скосил на призрака недовольный взгляд и снова цокнул. — Может, тебе перестать уже спать, а? — процедил он сквозь зубы, вздохнул, с нажимом провел по лицу ладонью и продолжил куда мягче: — Послушай, я волнуюсь. Каждый раз, когда ты засыпаешь и исчезаешь, у меня теперь тревога начинается. Я не могу смотреть, как ты мучаешься. Это плохие сны. Зачем ты в них лезешь? Ты же уверял, что смог отпустить прошлое и начать новую жизнь, так зачем теперь пытаешься докопаться до этого своего маньяка?.. — Ну... Потому что он не только мой маньяк. И, кажется, кое-кому скоро может понадобиться любая помощь с этим делом…