Часть 12
29 октября 2023 г., 10:32
***
Насколько техника влияет на бой? Она кардинально его изменяет. Взять наш случай, если бы племя людей столкнулось с племенем свиноголовых в чистом поле грудь в грудь, то исход был бы предсказуем любым аналитиком, в том числе и диванным. И дело даже не в том, что вооружение рыцаря проигрывает силище вепрелюда. Человек с избытком проигрывал орку в массе и длине рук. Копьё не спасало из-за конструкции черепа последнего, которого молотом не убить. В живот бить - ну, ты попробуй ещё попади в это огромное, в принципе, брюхо, учитывая, как орк двигается. Поэтому сражаться с ними один в один мог только берсерк. Впрочем, берсерки и на драконов, судя по сказкам, бросались. Всякие особые люди, специально подготовленные для боя с чудищами, проявлялись то тут, то там, и всякий раз были окутаны мистикой. Чаще всего магической. Например, местный Свентогор, черпавший силу от земли, был уникальным воином ростом в три метра и носившим булаву из кричного железа. Его силища была такой, что он мог плечами сломать хребет любому другому воителю и даже чудищу. Известен был Бервульф, кожу которого не могли пронзить копья, не говоря уже о клыках. Роланд Свирепый обычным железным мечом разрубал всадника вместе с конём. Исмир из Ферсии обладал железной хваткой и сражался и вовсе без оружия. Многие легенды описывали героические деяния таких особенных людей, каждый раз подчёркивая, что с ними что-то было не так. Не были они нормальными людьми. Арбалет же приводил эту разницу к определённому минимуму, и порождал страх: это как же так возможно? К тому же, в ромейских легионах не было героев, они брали своим умом, логистикой и дисциплиной, в том числе, как говорят, кельтских энтов приводили в состояние дров. Техникой хитроумные ромляне делали то, для чего самим кельтам требовались герои, и низводили "вересковый мёд" и прочие волшебные зелья в разряд сказок для детей. Впрочем, для этого нужен был свой склад ума и особая культура в купе с прекрасным климатом: племена северян просто не могли позволить себе такие потери. А говорят, один Рим был на два миллиона населения, то есть, способен был выставить стотысячную армию. В теории. Главным божеством римлян был не Зевс, который Деус, не Марс, который Арес, а Веста, хранительница домашнего очага. Одно из самых коварных созданий в мифологии. Ну, в любом случае, римляне вызывают уважение. В нашем случае, когда мы поняли, что численность вепреголовых была сходной нашей, занервничали даже гётеландцы, и почти сразу же потребовали от меня возвращаться домой и брать войско побольше. Я зачерчивал шилом на бересте символы с артуровского меча, чтобы потом у ведьмы спросить, и потом ответил, как занятой важным делом человек: - Вы чего переполошились? От нас требуется результат! - спокойно ответил я, не осознав число в шестьдесят рыл. - Ты нас всех убьёшь, ярл! - возмутился Хальфтан. - Терри, я уверен, что ты зла нам не хочешь, но их там очень много, - сказал мне Вилли. - Так, сопли подобрали! - пропищал я, убирая важное дело подальше от людских глаз. - Мы сказали, что мы героически убьём вепрелюдов? Значит, мы их героически убьём. А вообще, они скорее всего нас почуяли. Пусть вепри не могут идти столько, сколько в день проходят люди, нас они догонят. У нас несколько хворых и ещё я. - А, проклятье! - возмутился Хальфтан. - И что ты предлагаешь, мелкий? Я улыбнулся. - Мой легион умеет в скоростное строительство укреплений, - сказал я ему. - Мы будем строить здесь, на ручье, небольшую крепостицу с ловушками. А затем приманим их сюда. - Я-а понял, - кивнул Вилли неуверенно. - Это как вы с воеводой обсуждали, быстро поставить из готового? Но только у нас готового нет. - Ну так и не в чистом поле ставить будем, - сказал я ему. - Слушайте. Мы повалим деревья так, чтобы пройти через них было невозможно, пришлось разбирать. Дальше копья, луки и арбалеты должны выполнить свою роль атаки на дистанции. Ничего сложного, главное не обосраться и не дать им себя обойти. Поставив танов в охранение и наблюдение, я начал сборку укреплений по принципу "чёрт ноги сломает", и пока мы это делали, воинство вепрелюдов выросло числом: охотник-проводник сообщил, что их стало чуть более сотни. Войско заволновалось чуть больше обычного, да и я сам тоже. "Нет, серьёзно, где же такие большие глаза делают? Из какого они племени?" - спрашивал я себя, вспоминая незнакомцев. Ладно, до орков мне особого дела не было, я ожидал, что те небольшие оборванцы будут более опасными. А всё почему? У нас был десяток арбалетчиков.***
Напрасно, впрочем. Пацаны старались изо все сил, но оставить им управление боем всё равно не вышло - не успели построить всё, и потому с одной стороны мы оказались беззащитны. А первая попытка взять нас на клык случилась почти сразу же. - Самострелы, стрелять только в животы, никуда в другое место! - приказал я. - Держитесь рядом со мной и слушайте! Кричал я с высокого столба из сосны, наблюдая за всем чуть сверху. - Да как стрелять? - Поверх голов! Стрельба по готовности! Копья-а! Не подходите к ним, копьями, копьями! Да, отлично, - выдохнул я. Пятнадцать минут боя, а потерь всё ещё не было. На самом деле ситуация была страшная, и если бы не арбалеты, пришлось бы выпендриваться. А так пока получалось - стальные наконечники в ограниченном пространстве творили чудеса, а болты не позволяли вепреголовым двигаться свободно. Пихота напихивала лучше всех! Потерь не было. Но это пока. Нужно было достраивать укрепы ещё быстрее. Поэтому, когда эпическая битва двадцать на шестьдесят закончилась, а остатки орков отошли, оставив на поле тринадцать трупов. Дальше - короткий сбор трофеев, а затем строительство засеки настолько быстро, насколько это было возможно.***
Вепри разобрались с тем, что мы из себя представляем, после второй попытки, и дальше попытались осадить наше небольшое укрепление. Мы им покрикивали, чтобы ближе подходили, и запас стреляющего у нас ещё был. Но вот как выйти из ситуации? Войти-то была не проблема. Впрочем, мы повспарывали трупам животы и стали есть вепревскую печень, предварительно приготовив её на огне. Шло время, день, второй. Их становилось всё больше, насчитывали уже до полутора сотен особей, пока охотник, словно ассасин какой, не принёс весть - твари собираются вокруг особого камня, к которому он подобрался и повредил по моему заданию. - Вообще-то я тебя припасы убить посылал, - обалдело сказал я мужику, и тот смутился. - Не вели казнить, княже... - Да за что? - удивился я. - Тебя наградить надо чем-нибудь. Потом придумаю. - Плетьми? - скривился мужик. - Какими плетьми? Ты дурак? Вилли, дай этому болезному монет серебряных, если есть. Это наш герой и умница. - Получается, какой-то телепорт, - задумался я. - А они здесь явно не нас бить, а кого-то ловят. И тут у меня сложилось насчёт меча. - Погоди, ярл, получается, что они обратно не уйдут, - заметил Вилли. - Ну, да, - кивнул я. - Зато и не придут сюда больше. - А мы-то как выберемся? - удивился он. - Да они сами разойдутся за едой, - фыркнул я. - А чем больше нападать будут, тем нам же лучше. Скажи, тан, а ты знаешь что-нибудь про местных с во-о-о-от такими глазищами? Вильгельм подумал и заметил: - На фейри похоже. Только у тех ещё и уши огромные. Мне про них мама рассказывала. Вроде как дом Титании где-то здесь, недалеко от Биврёста находится. - А он здесь? - удивился я. - Ну, она так говорила: если поискать, то обязательно найдёшь. Хотя рано мне к асам и валькириям, - хмыкнул Вилли. - Ясно. А эльфы носят бронелифчики? - спросил я его. - Если бы я ещё знал, что это такое, ярл Терри, - хмыкнул Вильгельм. Я вздохнул. Мы с ним не спали уже несколько дней, не находили в себе сил. Да ещё и печень эта была ужасно сытная, хрен переваришь. - Эльфы обязаны носить бронелифчики, - сказал я наставительно. - Даже мужики? - Мужиков эльфов в исекаях не бывает, это сказочный персонаж... - Иди спать, ярл, ты начинаешь сходить с ума. Я снова подумал об аниме-глазищах-девчонке. До чего же она миленькая, ну, прямо как котёнок! - Сам иди спать, - отправил я его. - Мне, в отличии от тебя, не воевать. - А ты только переболел простудой.***
На самом деле люди уже почти валились с ног, когда свинорылы предприняли третью и последнюю попытку штурма. Это было совсем немного спустя после разговора про бронелифчики - сперва жахнуло, очень сильно, в лесу. Взрывной волной опрокинуло многие деревья, а люди едва успели похвататься за наваленные, чтобы не улететь. Меня поймал Хальфтан. И затем, проревев нечто неприятное, твари ринулись на нас, размахивая на своими огромными дубинами и каменными топорами. Закономерно получив от слегка растерянных, но всё ещё злюк-людишек, вепри отошли подальше, оставив на земле три десятка тел. У нас тоже были раненные, но я удивился - никого увечных и один погибший. Он налетел на кол от взрыва. Какое-то время я был шокирован этим известием, ведь так глупо потерять человека я же не мог! Я ж попаданец! Но затем на привале меня начали чествовать, как самого удачного ребёнка на свете, и мне стало горестно. Ещё два дня мы добивали вепрей засадами в лесу, и не помог им прекрасный нюх.***
Суоми рассказала своему отцу, так внезапно завладевшему мечом абсолютной войны, о случившемся, едва они тайными тропами через мистический болотный туман попали обратно. - Как? - удивился тот. - Как люди живут в этой глыбе льда?! Эти дикари не могли построить ничего, когда этот меч туда отправляли! Суоми поморщилась. - Он был в одежде, - сказала она. - Отец, похоже, меч затребовал жертву. Меня. И рассказала подробно о том, как маленький дикарь достал волшебный клинок из его узилища и тюрьмы. - Нет. Никогда. Нет-нет, ты не выдешь замуж за этого вонючего карлика! - Но, вельможный Альтимиль, - слуга подал голос. - Если меч потеряет своё могущество? Тот скривился. - Пока оно есть. Поэтому нужно разобраться с орками сейчас. А дочку я им не отдам. - Но ведь у меча существует и...***
- Глянь, княсь! - Вилли показал мне на голую бабу у озера, когда мы возвращались. - Я ещё маленький. Идём дальше. - Но ведь это же явно какое-то чудо-юдо. - Я ещё мал для таких чудес. И вообще, я замёрз. Нет. Никаких волшебных баб, пока не дойдём до дома. Дома я упал и лежал в своей кровати с мурчащей Нифтити дня два, наверное, пытаясь хоть как-то изгнать из себя усталость и неприятное чувство где-то в крошечных кишочках. А вот взрослые переварили это дело лучше. Даже искренне похвалились своей удалью, хотя всем было не очень приятно вспоминать, как мучались животами по дороге обратно. Словно все организмы одновременно расслабились. Я вызвал кревита-десятника нашего, Саньку, и объяснил ему, что нужно доложить воеводе, и распорядился за свой счёт определить тризну для погибшего воина. Было очень печально. Больше ничего не делал. Устал.***
