Чужая тайна

Сегодня Мила хотела хотя бы немного выспаться, сходить с подругой в кино в половине третьего и заняться домашними делами. Опустив в бокал пакетик молочного улуна, залила кипятком и закинула вещи в стиральную машинку. До сеанса оставалось чуть больше четырёх часов, ей как раз хватит времени, чтобы и позавтракать, и погладить новые шторы, давно ждущие своего часа, и успеть разгрузить стиралку. Зайдя в гостиную, Мила бросила взгляд на стоявший на столе букет цветов. — И кто ж тебя принёс, — вздохнула она. Друзья спасённого ею молодого человека даже не рассматривались, хотя записка намекала, что это именно они. Другие же варианты на горизонте всё ещё не появились. — Даже неловко как-то, — усмехнулась Мила, доставая из упаковки шторы для спальни. Старые давно пора было снять и отвезти на родительскую дачу, но всё руки не доходили. А сейчас им придётся полежать в шкафу минимум до майских праздников, когда мама решит вытащить отца на природу и огород. За делами время пробежало быстро: Мила выпила два бокала чая, разобралась со шторами, развесила вещи и собралась на выход, созвонившись с Машей. Надев куртку, она посмотрела на свой отражение в зеркале, как вдруг на лестничной площадке раздался шум. И Мила даже не забеспокоилась бы — мало ли, что там может происходить, её это совершенно не касается, — но тут кто-то ударил в её дверь. Вздрогнув, она замерла. — Открывай! — Ещё один удар. — Открывай живо, дрянь такая! Затаившись в страхе, Мила не могла сдвинуться с места и хотя бы посмотреть в глазок, чтобы понять — кому она вообще понадобилась. Может женщина, чей разъярённый голос доносился с той стороны, просто ошиблась дверью. Мысль о том, что это может и не по её душу пришли, придала немного сил, и Мила на цыпочках подкралась ближе и посмотрела не лестничную клетку. — Я знаю, что ты там! Открывай! — продолжала свирепствовать та. Сердце ушло в пятки, когда Мила увидела соседку с верхних этажей, уверенно долбившуюся к ней в дверь. Они никогда не разговаривали, но та прекрасно знала, где Мила живёт — поднимались как-то по лестнице вместе во время ремонта прямо над её квартирой, когда рабочие заняли оба лифта строительными материалами. Значит она точно не ошиблась дверью. Только что ей надо? — Я тебя всё равно достану, тварь! Мила сглотнула вставший в горле ком, когда открылась дверь напротив, и на площадку вышел мужчина, которого она видела впервые в жизни. «Может родственники приехали», — подумала она. — Ещё один звук, и я вызову полицию, — пригрозил он ей, держа в руке телефон. — Не лезь не в своё дело! — бросила женщина, ударив кулаком ещё раз. — Выходи, пока я тебе дверь не вышибла! «Ну попробуй», — усмехнулась Мила, поглаживая массивную металлическую дверь, установленную через пару дней после переезда. Такую легко с петель не снять. — Ещё раз повторяю: не долбись, а то пол… Мужчина сделал несколько широких шагов в её сторону и схватил за плечо, разворачивая к себе. Но женщина сделала резкий выпад, ударив его в живот, и он тут же замолчал, оборвав себя на полуслове. Мила вздрогнула, когда он остановился и посмотрел вниз, и едва не взвизгнула, когда из его рта потекла тонкая струйка кровь. Её замутило, ужас окутал со всех сторон, в лёгких будто закончился кислород. Прямо на её глазах ранили человека. Может даже убили. И всё из-за неё. — Открой, чёрт возьми, а не то я его убью! «Значит жив». Но от этого знания легче не стало. Чтобы спасти жизнь ещё одного человека, придётся пожертвовать своей. Только так просто она не смирится со своей участью. — Хорошо! — прокричала Мила в ответ, доставая телефон из кармана и звеня ключами. — Я открою, только не трогайте его! Ему нужна скорая! — Заткнись! У неё не так много номеров людей, которые могут сделать в этой ситуации хоть что-то, но взгляд выхватил один из последних набранных. Вечер, когда она нашла мужчину в лифте. Скворцов. Делая вид, что пытается дрожащими руками попасть в замочную скважину, она набрала сообщение: «Помогите, женщина за дверью ударила мужчину ножом». И, сунув телефон в глубокий карман куртки, открыла. С острого кухонного ножа на паркет закапала кровь, когда женщина перешагнула через порог и громко хлопнула дверью, отрезая Миле все пути к отступлению. — Ему нужна помощь, — тихо сказала она, но её прервали, замахнувшись свободной рукой. Но Мила всё ещё не собиралась так быстро сдаваться, потому резко дёрнулась влево, уходя от удара, и толкнула женщину в бок. Та ударилась о стену и выронила нож. Рассвирепев ещё сильнее, зарычала и вновь попыталась броситься на Милу, но она успела забежать в комнату и запереться изнутри. Подтолкнув к двери туалетный столик, едва не опрокинула его, услышав за спиной тихое мяуканье. — Слава Богу, — вздохнула она, улыбаясь. Локи развалился на своей любимой лежанке и мирно спал, пока в квартире не начало происходить нечто страшное. Боясь за свою жизнь, Мила чуть не забыла о коте, который в этот момент мог находиться в любой части квартиры. И очень обрадовалась, что он оказался в спальне. Если бы с Локи что-то случилась, она бы себе этого никогда не простила. Конечно, если бы жива осталась. На лестничной клетке раздался громкий женский визг — соседка обнаружила раненого мужчину, — оборвавшийся басовитым рыком: — Рот закрой! Когда дверь квартиры хлопнула второй раз, Мила осознала, что до этого момента в коридоре было тихо. Дверь не пытались выбить, нигде ничего не ломали, не шуршали. Ни единого звука. Стресс и страх заглушили все посторонние шумы громкими ударами сердца. Телефон ожил, разлетаясь по комнате чарующей мелодией скрипки. — Милана Владленовна, вы меня слышите? — раздался взволнованный голос Скворцова. — Она не одна, — тихо выдавила из себя Мила, косясь на дверь. — С ней какой-то мужчина… — Ты совсем рехнулась? — повторился бас уже в квартире, и ему ответил голос чуть выше: — Нам трупы сейчас не нужны. — Двое мужчин, — сделала вывод Мила. — Они в квартире, я заперлась в спальне. — Сейчас приедем! Только не… Но она уже бросила трубку, хотя этого делать не стоило, и отключила звук. Подлетела к лежанке с котом и затолкала её под кровать. Локи недовольно мяукнул, но не стал сопротивляться, закрыв глаза и устроившись поудобнее. — Молодец, мой хороший. Не выходи. Замок вылетел со второго удара, комод опрокинулся и отлетел в сторону, ударившись о шкаф. Мила отскочила назад, больно приложившись поясницей о подоконник. Двое вошли в комнату, женщина же осталась стоять в коридоре, вытирая нож о рукав пальто. — Да что вам надо?! — воскликнула Мила, пятясь к стене. Но ответа не получила. Схватив за руки, её потащили к выходу. Она пыталась вырываться, сопротивляться, кричать, заглушая тихое мяуканье за спиной, пока они не оказались в коридоре. Озлобленная женщина куда-то убрала нож и теперь только сжимала кулаки, словно едва себя сдерживая. Но, когда Мила резко замолчала, уставившись в ужасе на её руки, та со всей силы пнула её в живот, вышибая весь воздух. От боли Мила согнулась и закашлялась. — Нинка, угомонись, — бросил один из державших и оттолкнул женщину в сторону. — Чё ты вообще с ножом попёрлась? — Да я как узнала, что из-за этой гадины Стёпу посадить могут! Не сдержалась… — Это из-за тебя! — воскликнул басом, но осёкся. — Не здесь. Уходить надо, пока менты не приехали. Последнее, что запомнила Мила — сильный удар по затылку. А затем воцарилась тьма, в которой было куда легче, чем в сознании и компании людей, желающих ей смерти.