Печальное очарование вещей

      Утром Антон первым делом схватил телефон и увидел то же самое, что и вчера — 15 июня, вторник. Арсений Сергеевич уже проснулся, сидел в мятом костюме на кресле и пил чай, из-за чего не пропустил едкого комментария:       — Мы всё ещё заперты здесь.       Антон на это ничего не ответил и только раздражённо сжал зубы.       После они решили не идти в столовую вместе, чтобы не вызвать подозрений, да и никто особо не хотел сидеть за одним столом. Антон и рад был бы обсудить план действий, но, во-первых, строптивость Арсения Сергеевича раздражала, а во-вторых, не было ни одного предположения, почему их закрыли здесь. Так по крайней мере можно было найти способы выйти.       Перед выходом из кабинета Арсений Сергеевич замер перед крючком на стене у двери и удивлённо вскинул брови. А после залез в карман и достал ключ, копия которого сейчас висела на своём месте.       — Получается, мы можем… перенести что-то изо дня в день? — сразу догадался Антон.       — Да. Предметы возобновляются. Но не в моей сумке — обед, который ты вчера съел, снова не появился, — задумчиво ответил Арсений Сергеевич, будто говорил сам с собой, и на секунду прикрыл глаза. — Пойдём, вечером разберёмся.       Позавтракав, Антон встретил на входе Диму, соврал, что сам только что пришёл, и прилип к другу на долгие сорок минут перед зачётом. Идти на него не хотелось, но других дел всё равно не было. В этот раз Антон ничем не привлёк внимание, потому что пришёл вовремя и не провалился в лужу. Разве что футболка, в которой он провёл вчера весь день и спал, слегка пахла потом. Зато кабинет привлёк внимание Антона. Завалившись внутрь следом за Димой, он кинул рюкзак на привычную парту, поднял глаза и замер на секунду, удивлённый увиденным. За окном было светло, но больше нельзя было разглядеть оживлённую улицу: изнутри стёкла оплетал плющ. Только вместо цветков на нём были ярко-розовые лепестки сакуры. Антон сразу вспомнил, как видел похожее на двери вчера утром, и похолодел.       Кажется, цветы предназначались только ему, потому что Дима, поймав взгляд, только удивлённо всматривался в окно и после спросил, что же такого там удалось разглядеть Антону. Он бросил что-то про пролетевшую мимо птицу и сел за парту. Желание сдавать зачёт пропало окончательно.       Сакура определённо была связана с их заточением здесь. Не вслушиваясь в ответы однокурсников, Антон лежал на парте и задумчиво изучал побеги плюща, создающие в кабинете абсолютно невероятную атмосферу. Вспомнился искусственный цветок на подоконнике кафедры, который на следующий день превратился в настоящий. Неужели, разбив вазу, Антон запустил петлю времени и сам того не понял? Звучало как полнейший бред, но обсудить это с Арсением Сергеевичем стоило.       Тот появился на пороге аудитории, когда Антон отвечал тот же билет, что и вчера. Открыл дверь и замер на секунду (тоже увидел плющ и сакуру, очевидно), а после обратился к Милане Андреевне:       — Здравствуйте, могу я забрать Антона Шастуна на несколько минут? Вопросы по курсовой надо обсудить.       — Ох, ну как вы невовремя, Арсений Сергеевич! А вот для Антона явно наоборот. Ладно, поставлю я вам зачёт, Шастун, идите. — Милана Андреевна быстро заполнила зачётку и ведомость, а после отпустила Антона насовсем. Он не понимал, зачем нужно было дёргать посреди зачёта, но всё стало ясно, когда они вышли и свернули в небольшой пустой коридор. Арсений Сергеевич припал к стене, закрыл лицо руками и задышал так быстро, что Антон на секунду испугался.       — Что случилось? — неловко спросил он, чтобы начать разговор и отвлечь, хотя ответ на этот вопрос был очевиден. — Арсений Сергеевич, дышите глубже. Всё хорошо.       — Ты видел? На окне, — почти шёпотом сказал преподаватель, резко убрал руки от лица и схватил Антона за плечи. Его, кажется, впервые прорвало: когда новый день не наступил, Арсений Сергеевич по-настоящему начал понимать, что происходит. Тонкие руки сжали плечи Антона со всей силы. — Я был со студенткой в кабинете, и вдруг… Это случилось. Я глаз не мог оторвать, а она ничего не заметила.       — Вы видели, как это произошло? Расскажите.       — Из ниоткуда появился плющ. Оплетал окна и снаружи, и изнутри, пробивался через открытое окно. И запах такой мягкий, цветущий. А после, когда всё уже было в плюще, на нём начали распускаться цветы. Это ведь сакура? Как на кафедре? — Когда Арсений Сергеевич начал говорить, Антон мягко снял напряженные руки с плеч и потёр большими пальцами ладони преподавателя, желая заземлить, показать, что всё не так плохо, как кажется ему сейчас.       — Как на кафедре, — кивнул Антон, последний раз провёл пальцем по тёплой ладони и отпустил. Арсений Сергеевич уже успокаивался, и поддерживающий жест вдруг превратился в какой-то интимный. — Вам нужно присесть. Пойдёмте, я как раз собирался проверить спортзал после зачёта. Посмотрим вместе.       — Антон, а что, если мы умерли? — тихо спросил Арсений Сергеевич вместо ответа, отошёл от стены и снова сжал чужое плечо, будто пытался удостовериться, что Антон реален.       — Будем мыслить позитивно. Пойдёмте!       Антон не стал говорить, что это была первая его мысль сегодня утром. Но тогда какая же фигня эта загробная жизнь.       В спортзале никого не оказалось. Арсений Сергеевич с тяжёлым вздохом сел на мат и потёр глаза, Антон же полез на сайт университета и удостоверился, что сегодня здесь нет ни пар, ни зачётов, ни экзаменов. Всё равно физрук мог прийти по каким-то своим делам, поэтому стоило дежурить тут с самого утра, но пока что можно было расслабиться. Маты были гораздо мягче, чем пол в лаборантской, поэтому он с удовольствием растянулся на одном и закрыл глаза.       — Арсений Сергеевич, — аккуратно позвал он через несколько минут и получил в ответ вялое «что?». — Если ключ у вас сохранился, значит, мы можем выкрасть у охранника остальные и оставить? Они обновятся, и никто ничего не заподозрит, а мы сможем без проблем сходить в столовую после закрытия. Как вам идея?       — Тоже об этом думал. Но воровать надо вечером. Я вчера, когда спускался на первый этаж, видел, как охранник спит на рабочем месте. Дождёмся, пока его разморит, и заберём. — Мат рядом прогнулся: кажется, Арсений Сергеевич тоже лёг. — Антон.       — М?       — Прости за вчерашнее. Я не имел в виду то, что сказал. Просто… Я люблю всё контролировать, а тут будто бы ситуация полностью вышла из-под контроля, а ты попался под горячую руку. Я не думаю, что ты пустышка. — Слова явно давались Арсению Сергеевичу с трудом. — Ты ленивый, как и большинство студентов, но явно не глупый.       — Забейте, Арсений Сергеевич. Я тоже вспылил. Понятно, что ситуация не рядовая и у каждого может случиться срыв. Мы найдём способ выбраться из этой херни, обещаю.       Они ещё какое-то время полежали рядом, пока Арсений Сергеевич не предложил спуститься в столовую и взять еды на вечер с собой. В этот раз они шли вместе и даже совсем немного переговаривались.