Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История девятая. Итальянская канитель.

— Господин Штольман! Наконец-то! — воскликнул начальник вокзала, заставив Якова удивленно поднять брови. Этого человека он не знал, потому как пять лет назад работал с предыдущим руководителем, пожилым и болезненным. Судя по тому, как озадаченно замер нынешний, вглядываясь в Штольмана, он тоже был знаком не с Яковом, а с кем-то на него похожим. — Вы совершенно правы, — кивнул Яков, проходя к столу растерянного мужчины. — Яков Штольман. А это моя жена Анна. — Лоран Рошон, — машинально представился сотрудник железнодорожной службы, рассматривая Штольмана. — А вы?.. Тут мужчина замялся, не зная, как правильно сформулировать то, что привело его в состояние полного замешательства. — Имею ли я отношение к Аурелио Штольману и Флориане Димарко? — помог ему Яков. — Да, это мой кузен и его жена. — Ну слава Богу! — воскликнул Рошон, с облегчением воскликнул начальник вокзала, указывая Анне, куда сесть, и садясь в свое кресло. — Я уже начал беспокоиться! Прошли все сроки! Штольман взглядом попросил Аню ничего не говорить и достал ключ. — Прекрасно, просто прекрасно! — вновь воскликнул Рошон, снова поднимаясь с кресла. Штольман он показался похожим на кузнечика в своем зеленом мундире. Движения у него были дерганными и нервными. — Пойдёмте, а то я уже не знал, как мне поступить! Штольманы проследовали за начальником вокзала сначала через коридор, который начинался прямо за его кабинетом, потом спустились по витой лестнице вниз и наконец дошли до череды обитых железом дверей, над каждой из которых висел фонарь. — Вам нужна третья, — сказал Лоран и достал из внутреннего кармана связку ключей. Провернув в одной из замочных скважин свой ключ, он отошёл, давая Якову возможность воспользоваться тем, который они нашли в гримерке Флорианы. — Давно мой кузен арендовал это помещение? — спросил Яков, открывая дверь. Аня поежилась. Ей чудилось что-то неправильное в том, что происходит. Щёлкнул выключатель, и Анна с удивление обнаружила вокруг себя стопки книг. Штольман поднял брови. Сколько здесь томов? И что это вообще за книги? — Восемь месяцев назад, — проговорил начальник вокзала. Его голос звучал так странно, что Яков резко обернулся, заставив Аню отшатнутся. Было уже поздно: Рошон отскочил назад и с трудом захлопнул тяжёлую дверь. Яков рванулся вперед, но ключ уже провернулся в замке. Они оказались в ловушке. — Что вы делаете?! — спросил Штольман, стараясь совладать с эмоциями. Неужели переживания все же перекрыли ему интуицию и логическое мышление? Он не почувствовал исходящей от Лорана угрозы. — Я не знаю, кто вы! — звенящим голосом проговорил начальник вокзала из-за двери. Чувствовалось, что он находится в сильном напряжении. — Я не знаю, кто вам дал этот ключ, но вы отсюда не выйдете, пока… пока я не решу, как с вами поступить! Стало понятно, что Рошон не имеет ни малейшего представления, как дальше действовать. Поступок его был спонтанным, но дальше этого шага он ничего не продумал. — Вот же кретин! — проговорил Аурелио Штольман, появляясь рядом с Анной. Она подпрыгнула от неожиданности. — Нет, конечно, не кретин, он все делает правильно, но как же топорно! Как бы он собирался выкручиваться, если бы к нему пришли настоящие негодяи? Скажите ему «Si vero in unitate!». — Что сказать? — переспросила Анна, не расслышав последнее слово. Штольман обернулся, недоуменно смотря на жену. Понятно! У них гости с того света! Будто и без них в этом помещении было мало народу! — Si vero in unitate! — повторил Аурелио. — Давайте, а то он сейчас сделает еще какую-нибудь глупость! — Si vero in unitate! — крикнула Аня, подскочив к двери. Начальник вокзала затих, через замочную скважину было слышно только его тяжелое дыхание. — Так вы… наши? — спросил он наконец. В его руках звякнули ключи. Он все еще не решался отпереть дверь. Яков переглянулся с женой. Та пожала плечами и вопросительно посмотрела на Аурелио. Тот кивнул. — Наши, конечно, — сказала Аня. Она хотела выйти из запертой комнаты, потому что стены, стопки книг и тусклое освещение давили на неё со всех сторон. Теоретически побыть «нашими», чтобы выйти отсюда, она была не против. — Что же вы сразу не сказали? — спросил Рошон с облегчением и вставил ключ в замочную скважину. Он был рад, что ему не придется думать, что делать с запертыми в сейфовой комнате людьми. Аурелио и Яков думали о том, что начальник вокзала - кретин. Так легко поверить одной-единственной фразе. Да мало ли где её могли услышать или узнать! Нет, ну кто же так работает?!