Детективное агентство "Анна и её духи" - 2. История девятая. Итальянская канитель.

- Мама, перестань, пожалуйста, так смотреть, - сказал Алекс, поглядывая на мать. – Ты ведь сама понимаешь, что было бы опасно ехать сейчас к папе и Гастону. - Понимаю, - буркнула Аня, старательно размешивая сахар в чае. Они решили перекусить в ресторане гостиницы, благо она была не слишком популярна и народу в холле было совсем немного. - Тогда почему ты сердишься? – спросила Сонечка. Она не любила, когда в семье случался разлад, а мама явно была не в духе. Аня взглянула на свою семью. Все смотрели на неё с разной степенью волнения, но равнодушных за столом не было. Анна вздохнула. Она ведет себя, как малое дитя. Неужто от того, что чересчур переживает за мужа? - Я не сержусь, - улыбнулась Аня. – Просто чувствую себя странно, ведь мои собственные дети не разрешают мне что-то. Должно ведь быть наоборот, вам не кажется? - Мы из самых благих побуждений, - тут же сказала Марта. Пётр Иванович покивал, подтверждая её слова. Он бы не хотел, чтобы его считали нынче благопристойным домоседом, но, ей-богу, нельзя же лезть на рожон, когда у тебя полон дом детей. - К тому же, мамочка, - проговорила Софья, отставляя блюдечко с лимоном (чай во Франции так не пили, но по просьбе постояльцев подали им мёд и лимон), - разве можно руководствоваться в вопросах безопасности возрастом? Аня снова улыбнулась. Соня была так похожа на своего отца, что ей прямо привиделось укоризненное лицо Штольмана, смотрящего на неё. - Нельзя, конечно, - смирилась она. Все пришли в согласие и принялись чаёвничать. Карл держал в руках ложку, но к еде не притрагивался. - Сильно болит? – спросила Анна с сочувствием. - Болит, - пожал плечами Карл. После Лидочкиных объятий ему полегчало, щека перестала надуваться, но внутренняя тягучая боль никуда не делась. Есть в таком состоянии было невозможно. - Пойду позвоню еще раз! – сказала Аня и встала из-за стола. – Орор должна была уже освободиться. В первый раз на её звонок ответил ассистент мадам Монетт, который сказал, что в клинике аншлаг из-за военных, которых направили сюда для осмотра. Она была занята, но вскоре должна была освободиться. Орор Монетт ответила лично. Она пробудет у себя еще два часа минимум и, разумеется, готова принять Карла и ответить на те вопросы, которые интересуют Анну. - Мы поедем к ней немедленно, - сказала Аня, возвращаясь к родным. - Бу-у-ур! – снова воодушевленно воскликнула Лидочка, которая пришла в себя после лечения мальчика и обрела привычную живость характера. Она жалела, что у неё самой зубы не болели. Она бы с большим удовольствием испробовала на себе и сверло с ножной педалью, и новейшее стоматологическое зеркало, и систему водяного охлаждения, которые стали достоянием медицины не так давно, но увы – её рот был в полном порядке. - Мы поедем с тобой! – сказал Алекс. Он не хотел оставлять мать в одиночестве. Слишком много неприятных моментов было за последние дни, чтобы так просто пустить все на самотек. - Зачем же? Мы и сами справимся, - сказала Аня, вновь чувствуя волну строптивости, которая зародилась внутри. Ну что она, девочка, что ли, чтобы за каждым её шагом следили её собственные дети? - Аннетт, - выступил третейским судьей Петр Иванович, который не раз видел у племянницы это выражение лица, только в прошлом оно появлялось после беседы с Марией Тимофеевной. – Мне нужно купить подарки Ирме и Ванечке, я ведь ради этого и приехал, а с последними событиями я не успею до отъезда. Ты же все равно едешь в центр, так почему бы не совместить наши дела? Анна вздохнула. Ну что она ерепенится? Как маленькая, ей-богу! И от Штольмана никаких вестей! Да, надо отвлечься! - Едем! – решительно сказала она, и в пять минут вся их компания чинно сидела в двух экипажах, готовая к любому развитию событий. До клиники доехали за полчаса, на улицах на удивление было мало народу. Пётр Иванович и Алекс убедились, что Аня, Лидочка, которая отказалась менять стоматологическое кресло на магазины, и Карл вошли внутрь клиники, а солдаты эту клинику покинули, и увели Марту и Сонечку в ближайший универсальный магазин. Мадам Монетт провела своих посетителей в кабинет и усадила мальчика перед подносом с блестящими инструментами. Лидочка с восторгом рассматривала всё вокруг, желая однажды быть на месте повелительницы этих хромовых средств удаления и лечения зубов. Разве это не прекрасная судьба? - Глубокий кариес, - постановила доктор, осмотрев пациента. Лидочка следила за каждым её движением с восторгом. Такого искреннего почитания её талантов мадам Монетт не встречала никогда, поэтому посматривала на девочку с улыбкой. – До гнойного воспаления дело не дошло, хотя я вижу все предпосылки к этому. Зуб можно спасти. - Всегда нравился твой подход к работе, Орор! – улыбнулась Аня. Она видела, что мальчику не по себе, но лучше пережить сверление и пломбирование, чем потерять зуб. Челюсть после такого может разительно измениться, что грозило не только физическими изъянами, но и в общем здоровью. – Спасибо большое за помощь! - Ну что ты! – махнула рукой женщина и принялась готовиться к лечению. Ассистента она отпустила, все остальные ушли домой часа три назад, поэтому ей придется и сверлить, и нажимать на педаль самой. Говорили, что ведутся испытания зубного бура, работающего от электричества. Вот было бы облегчение для стоматологов! – Что ты хотела меня спросить? Я поняла, что это срочно! - Да, - кивнула Аня, становясь серьезной. Она спустила Лидочку на пол, и та подошла ближе к креслу и замерла неподвижным столбиком, не желая мешать доктору. – Скажи, пожалуйста, откуда ты получаешь коффердам? - От парижского стоматологического общества, - ответила Орор. – У них поставки от государственного представителя. Дешево и безопасно. - Все клиники получают коффердам от официального поставщика? - Все крупные однозначно, но маленькие стоматологические кабинеты вынуждены искать свои каналы поставок, потому что им назначают совершенно иную цену, поэтому тут каждый исхитряется, как может, согласно своему финансовому положению. - А есть ли какой-то общий список всех кабинетов дантистов в Париже? - Сертифицированных государством, конечно! Но ты ведь знаешь, что остались такие, которые не попадут в общий реестр. Многим не по карману услуги врача, и они идут по привычке к цирюльникам и кузнецам. Кто же может сказать, сколько таких мясницких заведений повсюду? Аня задумалась. - Скажи, пожалуйста, что ты об этом думаешь? – спросила она подругу, протягивая ей заметку из газеты с дистанционным лечением зубов. Орор протянула руку, пробежала глазами текст и вздохнула. - Ах, неужто это до сих пор печатают? Как же они посмели? Это ведь настоящая подлость! Я ведь думала, что предельно ясно все высказала! Аня подняла брови. Судя по всему, мадам Монетт даст им ценные сведения для их дела!