The dance teacher

Вечеринка по случаю презентации альбома состоялась за неделю до начала тура Чимина. Половина музыкальной индустрии собралась в огромном банкетном зале штаб-квартиры компании, позируя с Чимином на красной дорожке. Юнги почти привык посещать вечеринки с Чимином; он стоял в углу, оценивая сияние младшего омеги, то, как он ослеплял всех. Это был вечер Чимина, и он, казалось, наслаждался собой, болтая с журналистами, коллегами-артистами и влиятельными людьми, улыбаясь в камеры. Юнги присоединился к Суньи, которая стояла, облокотившись на один из высоких столиков, с бокалом игристого. На другом конце комнаты Чимин разговаривал с телеведущим, кивая головой и улыбаясь под вспышки камер вокруг них. Учитель танцев заговорил с Суньи о предстоящих планах на мировое турне, но все это время он не мог оторвать глаз от своего парня, как и многие другие люди в зале. В отличие от них, Юнги знал, что он будет единственным, кто разденет Чимина позже этой ночью, и это заставляло его чувствовать себя возбужденным и самодовольным. В какой-то момент Чимин встретился с ним взглядом и улыбнулся. Он все еще слушал вопрос журналиста, но его взгляд больше не блуждал. Он облизнул губы, а затем прикусил нижнюю, чтобы подавить очень неприличную улыбку. То, что, казалось, последовало за этим, было оправданием, Чимин сочувственно похлопал женщину по плечу и отошел. Юнги понял, что он направляется к их столику. Суньи, должно быть, тоже заметила их молчаливый разговор, потому что она сказала что-то о том, чтобы взять еще выпивки, и исчезла. К тому времени, как он добрался до старшего омеги, лицо Чимина расплылось в широкой улыбке, хотя он пытался сделать так, чтобы это выглядело как еще одна улыбка из сотни, которые он приготовил на вечер. Он положил руку Юнги на грудь и притянул ближе. - Ты так смотришь на меня, что я уже весь мокрый, - сказал он, притворяясь, что веду обычный разговор. - Теперь тебе придется трахнуть меня. - Не будь смешным. Ты в разгаре презентации своего альбома. Чимин посмотрел ему в глаза. - В этом нет ничего смешного. Это твоя собственная вина. Тебе следовало бы уже лучше знать. Юнги прикусил губу, медленно качая головой. Он был возмущен, но его член становился тверже с каждой секундой. Он повернулся лицом к столу, а не к сотням гостей. - Я знаю, что ты только что сделал это, чтобы скрыть свой стояк, - продолжил Чимин, все еще улыбаясь. - Это вызывает у меня желание упасть на колени и отсосать тебе у всех на глазах. Но твой член внутри меня нужен мне еще больше. Смазка буквально стекает по моим бедрам. Юнги громко рассмеялся, начиная потеть. Чимин наклонился еще ближе, пока Юнги не почувствовал тепло его дыхания. - Я хочу, чтобы ты трахнул меня в кабинете моего босса. Юнги хотелось рассмеяться еще громче, назвать Чимина сумасшедшим, помешанным, избалованным ребенком, сказать ему, чтобы он взял себя в руки, контролировал свои позывы, оттолкнуть его или просто выйти из комнаты, прокрасться в туалет и подрочить на образы, которые Чимин внедрял в его мозг. Вместо этого он схватил младшего омегу за запястье и поспешно повел его в сторону коридора с лифтами. Вокруг них все еще были люди, но как только они добрались до лифтов и нажали кнопку, Юнги посмотрел налево и направо и обнаружил, что в дальнем конце коридора была всего пара парней из службы безопасности, поглощенных разговором, на самом деле не видя их. Двери открылись, и он буквально втолкнул Чимина внутрь, бросив взгляд на выпуклость под вечерним платьем младшего Омеги с золотыми блестками. Чимин нажал на кнопку, и лифт двинулся вверх. - Ты, блядь, сумасшедший, - наконец сказал Юнги между двумя настойчивыми поцелуями, ощупывая его. Он задрал платье до бедер Чимина, просунув руку между ног своего парня. Чимин не солгал; смазка стекала до самых колен, его промокшее нижнее белье было бесполезным. Юнги схватил шелковые трусики сбоку и разорвал их, вонзая пальцы в мокрую дырочку Чимина. - А что, если там есть камеры? - Мне бы это понравилось..., - простонал Чимин. - Нет ничего, что бы я сделал, чтобы он уволил меня. Юнги знал, что это правда: даже если бы у большого босса было видео с высоким разрешением, на котором они трахаются в его офисе, Чимин был бы настолько незаменим, что он, вероятно, предложил бы им воспользоваться им снова. Он положил мокрую тряпку, которая раньше была трусиками Чимина, в карман как раз в тот момент, когда лифт прибыл к месту назначения. Коридор на 77-м этаже был пуст. Даже их шагов не было слышно на толстом шерстяном ковре. - Сюда, - сказал Чимин и повел его к двойной двери в конце коридора. В офисах, мимо которых они проходили, никого не было, обычно их занимали сотрудники, наверстывающие упущенное на работе, даже ночью. Должно быть, все разошлись по домам или были на вечеринке. В тот момент, когда они вошли в огромный офис, откуда открывался вид на панораму города внизу, Юнги почувствовал беспокойство и дискомфорт, но в то же время еще больше возбудился; смешанные эмоции заставляли его дрожать от возбуждения. Они подошли к массивному столу из красного дерева, и Чимин водрузил на него свою задницу, раздвинул ноги и притянул Юнги к себе для поцелуя. Юнги прервал его, сказав: - У нас нет на это времени. Схватив Чимина за плечи, он резко развернул его, толкая вниз, пока верхняя часть его тела не оказалась распростертой на столе, щека не коснулась гладкой, полированной поверхности. Одной рукой он задрал платье Чимина, в то время как другой расстегнул молнию на брюках, вытаскивая свой набухший, истекающий предэякулятом член через прорезь в нижнем белье, не утруждая себя раздеванием. Дело было не в том, что им нужно было спешить, потому что Чимин был нужен на вечеринке - Юнги чувствовал дикую потребность трахнуть его, страстно желая отомстить своему любовнику за то, что тот поставил его в такую опасную ситуацию, за то, что он так сильно контролировал его. Юнги грубо толкнул Чимина сзади, прижимая его бедра к столу обеими руками. Младший омега был влажным, но без особой прелюдии растяжка, должно быть, показалась ему агрессивной; Чимин громко застонал, поднимая голову. Он ухватился за край стола, пытаясь удержать равновесие под безжалостными толчками своего любовника. Юнги схватил его за плечо левой рукой, чтобы не упасть, а правой нащупал член Чимина. - Ты такой плохой, что заставляешь меня это делать, - выдохнул Юнги. - Ты всегда получаешь то, что хочешь. Потому что ты знаешь, что я не могу сказать тебе "нет". Ты знаешь, что я твой раб. Чимин совсем исчез, пускал слюни на стол, комкая важные документы побелевшими костяшками пальцев. Между громкими, непристойными стонами ему удалось произнести: - Н-накажи меня… Учитель, пожалуйста. Я за-заслуживаю этого... Юнги крепко схватил его за голую задницу, ногти впились в мягкую плоть, оставляя на ней синяки. Затем он взмахнул рукой и шлепнул Чимина по пышной, потной ягодице. Она затряслась, как желе, от удара. Чимин застонал. Юнги снова поднял руку. На этот раз он ударил гораздо сильнее, оставив красные следы на бледной коже. Чимин закричал. - Заткнись! - приказал Юнги, убирая руку с члена Чимина, мокрого и липкого от предэякулята, и закрывая ею рот своего любовника, затыкая ему рот кляпом, трахая его быстрее, так глубоко, как только позволял его член. - И не смей плакать и портить свой макияж. Посмотри на себя! - Удар. Хныканье. - Ты должен ненавидеть это, но тебе это нравится. Я никогда не чувствовал тебя таким влажным. - Шлепок! Он яростно вонзался в горящую, изуродованную дырочку, чувствуя, как все тело Чимина дергается и сводит судорогой под ним, приглушенные гортанные звуки, полностью срывающиеся с его горла, вибрируют под ладонью Юнги. Они кончили почти одновременно, и Юнги позволил себе упасть в большое кожаное кресло босса позади него, пытаясь выровнять дыхание, чувствуя себя полностью отключенным от того, что только что произошло. Он засунул свой теперь уже вялый член обратно в брюки. Вокруг молнии было темное, непристойное пятно. Он вытащил из кармана остатки трусиков Чимина и вытер потеки с ног младшего омеги. Он наблюдал, как Чимин медленно встает из-за стола, оправляя свое платье. Юнги трахнул его с такой силой, что блестки слетели с золотого платья и разлетелись по всему столу и полу. Сперма Чимина была размазана по темному ковру под столом. Его волосы были немного растрепаны, макияж неизбежно размазался, хотя и не испорчен. Чимин указал на трусики в руке Юнги и сказал, - Оставь это здесь. - Ты сумасшедший. Чимин не стал этого отрицать. - Брось это на пол. Я собираюсь привести себя в порядок… там, - он кивнул в сторону двери за спиной Юнги. Должно быть, это была отдельная ванная комната в офисе. Старший омега сделал, как было сказано, и встал, сняв клетчатую рубашку с длинными рукавами, которую он носил поверх белой футболки, и повязал ее вокруг талии, чтобы скрыть пятно. Чимин положил руку на затылок Юнги и притянул его к себе для поцелуя. - Спасибо тебе, - прошептал он. - Это была фантазия, которую ты должен был вычеркнуть из своего списка? - Это было нечто большее. - Чимин выглядел безмятежным, медленно кивая головой. - Я собираюсь вернуться. Люди заметят, если мы вернемся вместе, - сказал Юнги. - Конечно. Скоро увидимся. Когда он вышел из офиса, Юнги остановился как вкопанный. Чонгук стоял, прислонившись к стене в нескольких шагах, глядя на ногти своей татуированной руки, как будто на них было интересно смотреть. - Говорят, кабинет босса звуконепроницаемый, мистер Мин, - сказал он, по-прежнему не поднимая глаз. - Но я предполагаю, что это должно было помешать людям подслушивать деловые секреты, а не то представление, которым меня только что угостили. Юнги был смущен и зол. Он не мог отрицать того, что произошло, или упрекать Чонгука за вторжение в их частную жизнь. Наконец, Чонгук посмотрел на него, улыбаясь. - Все в порядке. Тебе не нужно ничего объяснять, хотя довольно мило видеть, как ты волнуешься. Я знаю, что это была его идея. Он обычно шутил по этому поводу, когда мы все еще были..., - он замолчал с задумчивым выражением в глазах. - Но не суди его. Босс должен нам гораздо больше, чем просто грязный трах в его офисе. В особенности, Чимину. Знаешь ли ты, что из-за того, что он не достиг совершеннолетия, он даже не подписывал свой собственный контракт? Родители продали его в индустрию развлечений. Конечно, сначала они заставили его понять, что это было правильно. И кто мы такие, чтобы спорить? История успеха, если таковая когда-либо существовала. Но вся эта компания была построена на плечах Чимина. Он очень богатый человек, но ты хоть представляешь, насколько богатым он сделал нашего босса? Это его настоящее достижение. Чонгук усмехнулся, глядя в пустой коридор. - Я буду честен с тобой, я был влюблен в него с тех пор, как мы встретились, и, вероятно, всегда буду любить. Раньше я надеялся, что все это соглашение о помощи во время течек перерастет в нечто большее. Но ему нужен не я, а ты. Теперь я понимаю. И я рад, потому что хочу видеть его счастливым и любимым. Позаботься о нем, хорошо? - он оглянулся на учителя танцев. Юнги просто кивнул. До этого момента он не осознавал, что нуждается в благословении Чонгука, но теперь, когда оно было дано, Юнги почувствовал себя униженным его словами и немного пристыженным за то, что недооценил силу характера певца. Альфа оттолкнулся от стены и медленно пошел прочь, его фирменной походке почему-то недоставало уверенности, которую все знали и обожали.