Virtus amoris

В лесу прохладно и даже частота деревьев не спасает от порывов холодного ветра. Стайлз стоит прислонившись к питеровой машине, пытаясь как можно глубже закутаться в его же пальто. После того, как Лора покинула квартиру, Питер ворча и раздраженно рыча, схватил в одну руку огромную чёрную сумку, в другую локоть Стайлза и менее чем через пол часа — вот они в лесу. По пути Хейл вкратце объяснил ничего не понимающему Стайлзу, что он задумал и какую роль непосредственно должен сыграть во всём этом он сам. — Мне всё это не нравится, Питер. А если я накосячу? Твоя племянница жутко жуткая… О, это что арбалет? — Жутко жуткая? — с усмешкой переспрашивает Хейл, выпрямляясь, и вертя в руках оружие. — Я тебя всему научу и подготовлю, тебе не о чём волноваться, — он переводит взгляд на Стайлза и манит его рукой. — Иди-ка сюда. Стилински недовольно надувает щёки, шумно выдыхает, но всё же подходит ближе. — Жуткая и кровожадная, — он протягивает руку и проводит кончиками пальцев по арбалету. — красивый… И наверное дорогой, ты ведь купил его, да? Оборотень кривит губы в ухмылке, обходит своего ученика, останавливаясь у того за спиной, и произносит почти шёпотом. — Конфисковал у того, кто использовал его в очень злых целях. В руки Стилински вкладывается оружие и он тут же охает, явно не ожидая, что оно окажется настолько тяжёлым. Он поворачивает голову, чуть ли не сталкиваясь с губами Питера своими и нервно облизывается. — Замолчи, ничего не хочу знать. Ты… — парень сглатывает, всматриваясь в голубые глаза своего визави, затем возвращает взгляд на арбалет. — Ты просто невыносим, я уже говорил? Ладно. Как эта штука работает? Питер укладывает свои руки на плечи Стайлза и разворачивает его лицом к большому дереву, к стволу которого обычными канцелярскими кнопками прикреплён альбомный лист, подходит совсем вплотную и поправляет арбалет в чужих руках, чтобы тот лежал правильно. — Вот так. Это прицельная планка, — Питер ведёт по ней рукой, встречаясь с рукой Стайлза, обхватывает её и ведёт дальше по оружию от приклада вперёд. — Это курок, а вон там, — он пальцами второй руки поддевает подбородок мальчишки, направляя его взгляд. — твоя цель. Тебе нужно лишь прицелиться и попасть, давай, попробуй. Стайлз замер на мгновение, затаив дыхание, и вслушиваясь в приятный тихий голос Питера, звучащий возле уха. Он старался не думать о том для чего всё это, Питер учит его стрелять и он отчаянно надеется, что это умение ему в итоге не пригодится. Хейл не доверяет своей племяннице, ещё больше не доверяет Дереку и поэтому Стайлз сейчас единственный человек на этой планете, кому он собирается доверить свою жизнь. Стайлз должен проконтролировать процесс передачи искры и, если что-то пойдёт не так — принять меры. — Ох, ладно, окей, я понял…понял, — Стайлз переминается с ноги на ногу и вскидывает арбалет выше, несколько секунд прицеливается, задерживает дыхание и стреляет, попадая в лист-мишень с первого раза, и выдавая восторженное «ух ты». — Я говорил тебе, какой ты способный и умный, — довольно протянул Питер, касаясь губами затылка парня. — теперь нужно перезарядить. Питер забрал из рук Стайлза арбалет, наглядно и очень подробно продемонстрировав процесс перезарядки, не забывая всё это дело комментировать. Спустя пару часов Стилински был вполне себе уверенным пользователем этого агрегата, способным с почти стопроцентной вероятностью поразить цель с расстояния пары метров, при условии, что его руки не дрогнут в самый ответственный момент. Сейчас, когда рядом был Хейл — этого не происходило. — Мы так готовимся, — спустя долгие минуты молчания заговаривает Стайлз. После упражнений в стрельбе они теперь сидели на заднем сидении машины и Питер отогревал его ароматным кофе из термоса. — будто ты на все сто процентов уверен, что она тебя подведёт. — Моя племянница… — отвечает Питер, задумчиво глядя в окно. — Как бы я не хотел быть уверенным в её желании избавиться от силы, но я не могу не подстраховаться, зная какой нерешительной и переменчивой она может быть. — Необязательно вообще всё это делать, Питер, — Стайлз откладывает пустой термос и берёт руку Питера в свою. — ты станешь альфой, захочешь создать стаю. Через год я уже буду учиться в колледже, скорее всего в другом городе, и тогда наши пути разойдутся. Ты не поедешь за мной, я уверен, я даже уверен, что ты и сейчас бы не поехал. Питер отводит взгляд от окна и смотрит сначала на нервно подрагивающие руки мальчишки, затем на его низко опущенную голову. Стайлз похож на маленького, очень грустного и отчаявшегося ребёнка. — Посмотри на меня. — Что? — Стайлз поднимает свои блестящие огромные глаза, а Питер качает головой, сгребая его в объятия. — Скажи, что я не прав, Питер. — Ты не прав, Стайлз, — успокаивает его Хейл. — даже если решишь учиться на Аляске, то наша гипотетическая стая будет жить там. — Наша? Питер вздыхает. — Именно, — кивает он. — тогда, в твоей комнате я тебе рассказывал, что у моей сестры был советник. Мне никогда не нравился Дитон и, если честно, я не особо понимал зачем вообще среди волков нужен человек, теперь я её начинаю понимать. Как бы мы не были похожи на людей, всё же мы остаëмся дикими зверями, волками. И в любой момент можем превратиться в безжалостных монстров, мы подвержены этому намного больше, чем я думал. Ты даже не представляешь какие мысли и желания возникали у меня, когда я находился в коме. Отчаяние, злость, желание утопить этот город в крови. Пока не появился ты. Мой человек, который подавил всё то животное и примитивное, что вскипало внутри. Питер обхватывает лицо Стайлза и целует его долгое мгновение, с напором, снова и снова, будто пытаясь через этот поцелуй сильнее вдолбить в его мысли только что сказанное. Он отстраняется и с тоскливой вопросительной нежностью заглядывает в его глаза. — Ты сможешь последовать за мной, уехать, если потребуется? Стать человеком моей стаи? Потому что я, Стайлз, последую за тобой куда угодно. — Питер, — вздохнул Стайлз и снова взял его за руку. — Я и так почти половину своей сознательной жизни следую за тобой, ты мог не задавать этого вопроса, — эти слова прозвучали от самого сердца. И Питер почувствовал это, черты его лица смягчились. — к тому же… Договорить не дал телефонный звонок и Хейл прислонил палец к губам Стайлза, доставая телефон, а когда ответил, то и вовсе вышел из машины, оставив его в одиночестве. Тогда-то Стайлз всерьёз задумался, переваривая услышанные слова, перед глазами предстало осуждающее лицо отца. Как он может обещать Питеру то, чего никогда не сможет объяснить своему родителю, потому что тот его не поймёт? Он выбрался из машины в тот момент, когда Питер как раз закончил телефонный разговор и подался вперёд, соприкасаясь с ним губами в невинном поцелуе, который продлился несколько секунд, прежде чем Стилински отстранился и вопросительно посмотрел в глаза оборотню. — Кто это? Но Питер схватил его за затылок, притянув обратно к себе, вновь прильнул к его мягким губам, пустив в ход язык и заставив Стайлза ойкнуть и застонать, впуская внутрь. — Какой же ты сладкий, — простонал он в губы мальчишки и облизнулся. — Боже, что это было? Тебе позвонили и сказали, что ты выиграл миллион баксов? — Если бы, — усмехается Хейл и поправляет вздыбленный воротник Стайлза. — звонили из департамента шерифа с приглашением, считай это поцелуем на удачу, потому что сейчас я отвожу тебя домой, а затем еду на растерзание гневного родителя. Стайлз раздражённо фыркает и бьет Хейла кулаком в грудь. — Придурок. И тебе весело с этого? Я с тобой поеду. — Нет, ты едешь домой, — Питер подталкивает, открывшего для возмущения рот Стилински к машине. — Я сказал домой, Стайлз. *** Питер обводит скучающим взглядом интерьер, сидя в кабинете в ожидании шерифа, его взгляд зацепляется на папке с его именем, он наклоняется и берёт её со стола, вертит в руках, закусив нижнюю губу, и раздумывая, может ли он вообще её брать в руки, а особенно открыть и прочитать содержимое. — Надеешься найти там что-нибудь? — слышится хриплый голос из-за спины. Мужчина в форме закрывает за собой дверь и проходит к своему месту, усаживаясь напротив. Несколько секунд смотрит на Хейла, затем протягивает руку, чтобы забрать личное дело из рук Питера. Тот отдаёт. — И вам доброе утро, или мы сразу на «ты»? — оборотень усаживается удобнее, укладывая руки на колени ровно, как самый послушный на свете гражданин. — Уверен, открыв и прочитав её, я бы не нашёл ничего нового о себе. Ноа укладывает локти на стол и склоняется вперёд. — Сначала неофициальный разговор и ты можешь в нём обращаться ко мне, как хочешь, потому что близжайшие пятнадцать минут для тебя я не представитель власти, а отец Стайлза, это понятно? — Более чем, — мягко улыбнулся Питер. — и что же вы хотите мне сказать, отец Стайлза? — он слишком хорошо воспитан, чтобы переходить с этим человеком на «ты». — У тебя есть дети? — Насколько мне известно — нет, — вервольф молчит пару секунд, затем добавляет. — пожалуйста, прошу вас, шериф, избавьте меня от душещипательной речи о родительской опеке или о чём-то в этом духе, потому что это совершенно точно не послужит оправданием для моей совести. В то же время и я не буду утруждать вас банальными уверениями в том, что Стайлз дорог мне и прочих очевидных фактах, которые для вас так же прозвучат, как пустой звук, — он видит, как напряжён старший Стилински, от него несёт алкоголем, отвращением, гневом и страхом. Питер мысленно задаётся вопросом почему тот его боится. — Я хочу, чтобы ты исчез из жизни моего сына, чтобы уехал из этого города, — шериф внезапно запускает руку под стол и возвращает обратно уже с пистолетом, кладя его перед собой. Это заставило Хейла вопросительно поднять одну бровь. — Не то что? Пристрелите меня прямо здесь в участке? — Питер склонил голову в бок. — Отпустите своего сына, этот бедный мальчик и так натерпелся, нажив себе кучу комплексов и проблем с психикой. — Ты меня что ли обвиняешь? — злобно зашипел Ноа и привстал, наклонившись через стол. — Ты спишь с моим шестнадцатилетним сыном. Ладно. Питер правда хотел по хорошему, во всяком случае, он не думал, что его, оказывается, так люто ненавидят, но запах исходящий от отца Стайлза был пропитан ненавистью и отвращением. Людей, испытывающих такие яркие и негативные эмоции невероятно просто вывести из себя и заставить совершать ошибки. — Или же это ваш сын спит с тридцатисемилетним мужчиной, — улыбка из дружелюбной превратилась в хищный неприятный оскал и Питер тоже подался всем телом вперёд, затем вовсе прикрыл глаза и протянул издевательское «ммм». — вы вырастили такого прекрасного мальчика, шериф, такого нуждающегося в крепкой мужской фигуре, потому что вы сами обделили его этим в детстве. Открыв глаза, и продолжая язвительно улыбаться, Питер не мог не отметить, как исказилось в гримасе злости лицо Стилински, как рука в которой всё ещё был пистолет сжалась с невероятной силой. Он не успел расслабленно откинуться обратно на спинку стула, прежде чем случилось то, чего он и добивался. Мужчина вскочил и вскинул оружие, Хейл вдруг изобразил испуганное лицо и поднял руки вверх. — Я завалю тебя! Завалю и сяду, но ты больше не прикоснёшься к моему сыну, ублюдок! — Что здесь происходит? — в кабинет буквально ввалились двое патрульных, не зная — то ли им усмирять их выглядящего совершенно безумным начальника, или же немедленно заковать в наручники допрашиваемого. — Так значит работает нынче полиция? — начал свое театральное возмущение Хейл. — Да ваш шериф же пьян и неадекватен. Это просто возмутительно, в конце концов. Как итог: У шерифа отобрали оружие, перед Питером извинились, упросив не писать жалобу, и пообещав немедленно провести тест на алкоголь. Стайлз будет очень зол и обижен на Хейла, заварившего эту кашу, после того, как узнает о том, что его отца понизят в должности и это в лучшем случае.