Marie

— Девчонки, через две недели мы едем в Париж! — восторженно извещаю я, на что модели начинают прыгать и визжать от радости, а коллеги — аплодировать с улыбкой на губах. — У нас будет три выхода. В первый и второй мы возьмëм коллекции с первого июня и с недели моды. А третью сошьëм в усовершенствованном русском стиле, — объясняю я, на что Алексей призадумывается. — Мари, вы имеете ввиду шубы и… — не успевает Сухарев договорить, как я разъясняю. — Да, именно. Ещë бусы, серьги, головные уборы. Необязательно кокошники, — в зале для показов прокатываются смешки. Даша чешет затылок, вероятно, думая, что это всë будет как в советских сказках: сарафаны, кокошники, румяна на всë лицо. — Это должна быть роскошная коллекция, которую вполне можно будет носить с удовольствием, но без потери отечественного духа, — говорю я, сразу вспоминая маму, которая хотела объеденить европейскую роскошь с советской практичностью. Насколько я знаю, она попробовала создать эту коллекцию, но выходу манекенщиц в таких нарядах помешали коммунисты. — Вот это неплохо и очень интересно. Но вопрос: неужели за две недели мы успеем сделать полноценную шедевральную коллекцию? — волнуется Громова. У меня тоже промелькала такая мысль, но глаза боятся, а руки делают. — Мы всë успеем. Главное собраться, пойти снять мерки и примерно определиться, что именно будет присутствовать. Этим прямо сейчас и займëмся. Мы решаем, что лучше показать сразу два образа — народный и советский. Под народным собираемся представить шубы, сапожки, меховые шапки и мелкие детали для поистине русского духа, под советским — кожаные вещи, грубые полусапожки и шапки ушанки, где звезду СССР заменим на логотип бренда. — Даша, — говорю я, после того, как сняли с неë мерки. — Не хочу огорчать, но тебе придётся научиться ходить на каблуках… — Да ты с ума сошла! Я быстрее пол провалю, чем шаг нормально сделаю, — категорически шипит светловолосая. — Успокойся, милая, — поглаживаю девушку по плечу. — Я буду рядом. Потихоньку научимся. Да и в коллекции будет устойчивый каблук. Не волнуйся, просто доверься мне, — утешающе говорю я, на что девушка обречённо вздыхает, словно еë подписали на самую зловещую авантюру. Хотя, наверное, каблуки для неë являются именно ей. Этим же вечером я нахожу туфли, на таком же каблуке, который будет на обуви Даши в новой коллекции. Он широкий и устойчивый, средней высоты. Для самой девушки это оказывается настоящим испытанием. Обув их, сидя на диване в гостиной, она пока не встаëт, словно привыкает к новым ощущениям. — Попробуем? — протягиваю руки светловолосой, стоя перед ней. Помявшись, она кладëт свои руки в мои. Отойдя на шаг назад, чтобы Даше было легче встать, я наблюдаю, как на трясущихся ногах с опущенным взглядом в пол она всë же встаëт. — Умница. Теперь попробуй выпрямить колени и сделать шаг, — советую я, делая маленький шаг назад. Даша следует за мной, споткнувшись, чуть не падает, на что я крепче сжимаю еë руки. — Осторожно, я держу. Не бойся упасть, просто иди, — я делаю два шага назад сразу, на что светловолосая, пошатнувшись, доходит до меня. — Красотка, — я целую еë в нос, на что она улыбается: — Мари, я и так еле на ногах стою, а тут ты ещë, — я лишь хмыкаю на это, продолжая нашу тренировку дефиле. Со временем добавляю, что спину надо держать прямо, ещë через несколько шагов советую поднять подбородок и смотреть прямо. — Давай, ещë немного, завтра продолжим, — улыбаюсь я, зная дальнейший план развития событий. Я делаю три шага назад. Когда Даша успевает сделать один на встречу, я потихоньку ослабляю хватку, а потом и вовсе отпускаю девушку. Она доходит, но всë-таки падает на меня. Вовремя удержав Дашу, я предотвращаю двойное падение на пол. Девушка тяжело дышит, словно последние часа два точно провела в зале. — Я же говорила, что ты сможешь. С каждым днëм будет получатся всë лучше и лучше, — воодушевлëнно улыбаюсь, на что Даша просто обнимает за шею, положив подбородок мне на плечо. — Даже подумать не могла, что когда-то встану на это орудие пыток, — усмехается девушка. А я улыбаюсь, как довольный кот со знанием того, что в моих объятиях сейчас находится самая лучшая и любимая девушка, которая только может быть.

***

За неделю у нас готова половина образов. Народный сливочного цвета для Софи, начался процесс создания образа для Маши цвета суровой русской зимы. В стиле хаоса 90-х готова шапка-ушанка и кожаный расклешëнный тренч для Дианы, для Даши же начался процесс создания нечто более классического, чтобы создать контраст между еë неформальной причëской. Верх будет клетчатым чëрно-белым, с отсылкой на прошлые образы светловолосой. Цветовая гамма продолжится и под пальто. Но в данную минуту мы сидим в квартире. Сегодня воскресенье. Поэтому я собираюсь, надев приталенное платье-пиджак с длинным рукавом белого цвета с чëрными полосками на месте пуговиц, воротника и карманов. Из обуви взгляд упал на обычные чëрные босоножки на шпильке. Когда я выхожу из комнаты, Даша сидит на террасе, постоянно поглядывая на время. Услышав стук каблуков, она оборачивается. — Ты очень красивая, — после этой фразы улыбка на лице напротив меркнет. Светловолосая поднимается, приближаясь ко мне. Она кладëт руки мне на шею, заглядывая в глаза, словно хочет докопаться до самых потаëнных уголков души. — Ещë не поздно передумать. Не хочу, чтобы ты втянулась во всë это. Да и опасно, рисковано. Не хочу чтобы ты была на таком же дне, как я. И потом, вдруг кто увидит и… Я прерываю тираду обеспокоенных мыслей Даши, положив палец на губы девушки. — Тссс. Я уверена, что у меня получится. Да, это глупо, однако попробовать стоит. Я просто хочу хоть как-то помочь тебе, — глажу большим пальцем по щеке светловолосой, на что та лащится, с печалью в глазах глядя на меня. — Ты и так много чего для меня сделала. И я благодарна тебе за всë. Я люблю тебя, Мари, — размеренным полушëпотом произносит девушка. Я улыбаюсь. — Я тоже люблю тебя, Дашенька. Не волнуйся, мы есть друг у друга, а это главное. Даша часто кивает головой, находясь в моих объятиях. Но, увы, светловолосой крайне важно время, поэтому уже через пару минут мы выдвигаемся в роскошный ресторан, скрывающий внизу казино. Мы едем минут десять и останавливаемся у одного популярного заведения в городе. Даже не верится, что здесь есть подпольное казино, и его даже не собираются закрывать. Интересная ситуация. Даша ведëт меня к здоровым охранникам в чëрном у двери. — Поцелуева? — грубо спрашивает один из них, на что Даша кивает. У меня внутри начинает подрагивать. Охранник достаëт рацию. Ощущение, будто мы в боевике, и прямо сейчас нас повяжут полицейские. — Ваша пришла, — говорит он. — Запускай, — говорит искажëнный голос, но по интонацию я узнаю Грац. Охранник убирает рацию, и поворачивает голову в сторону входа. Мы оказываемся в светлом роскошном помещении, где всё столы переполнены. Однако я не успеваю всё детально осмотреть, ведь Даша подходит к чëрноволосой девушке в углу. На ней прикреплëн бейдж, на котором написано: «Бурая Т.». При виде нас она улыбается. — Подружку завела? — говорит она, проходясь по мне взглядом сверху вниз. Когда Даша ничего не отвечает, Бурой остаётся лишь развернуться и повести нас к тëмному коридору, незаметному для обычных поситителей. Перед нами дверь на кодовом замке. Закрыв его своим телом, наша проводница вводит нужную комбинацию и дверь поддаëтся. Перед нами лестнице, ведущая вниз, где горит свет. Втроём спускаемся и, пройдя через широкий проëм, оказываемся в освещëнном пространстве с игральными столами и баром-кассой посередине. За ним стоят Грац и Макарова, удивлëнно перешëптываясь. Мы подходим к ним, дабы разменять деньги на фишки. — Поцелуйка, че тут твоя куколка забыла? — усмехается Грац, а Макарова не отрывно смотрит на меня, по своему обыкновению облизнув губы. — Разве вам не нужны клиенты? — уверенно улыбаюсь я, на что короткостриженные хмыкают и забирают купюры, взамен дав фишки и указав на стол практически в конце зала. За ним уже собрались игроки, где осталось как раз два места. Игра начинается. Ставки сделаны. Благо я ознакомилась в нюансах покера и хоть что-то знаю. А в остальном поможет интуиция, которая, надеюсь, в этот раз меня не подведëт. В первом круге все скидывают карты, меняя их на другие из колоды. Один сбрасывает их дважды и уже не может участвовать. Напряжение передаëтся от одного к другому. Кто-то ëрзает на стуле, кто-то сжимает челюсти или даже выражает своим эмоции вслух. Даша сидит справа от меня, закусив губу и тряся ногой. Я ободряюще ей улыбаюсь, на что она лишь кивает. М-да. Идëт второй круг ставок. В нëм игру покидает ещë один человек. Третий круг становится решающим и все открывают свои карты. У меня получается четыре дамы и одна тройка. Неплохо. Проходится томительное ожидание, Даша оглядывает стол. Когда она возвращает свой взор на меня, то еë лицо озаряет улыбка. — Ты выиграла, — шепчет она, на что я удивляюсь. Во мне загорается азарт, однако понимаю, что здесь я не ради себя, а ради Даши. Игра продолжается. Всë повторяется снова и снова, время летит, кто-то вовсе покидает стол, кто-то выпивает и закупает ещë фишки. Даша уже успела выпить, на что я неодобрительно взглянула. — Я последний раз и поедем. Достаточно уже, — говорю я, имея ввиду свои три победы и лишь один проигрыш. За всë время, проведëнное здесь, я вникла в реальные особенности покера и теперь действую более осознанно. Уже минут через двадцать приходится вскрывать карты моей последней игры. Даша ошарашено глядит на мою «руку» (группу карт). Такое ощущение, что голубые глаза вот вот вылетят из орбит. Я нервно закусываю губу, ведь сегодня такая комбинация ещë не попадалась никому. Остальные, оглядывая стол, подвергаются такой же реакции, как и светловолосая. Мужчина, как я понимаю, со стрит-флешем вовсе дëргает себя за волосы. Кажется, что вот-вот он начнëт биться головой о ближайшую стену или даже о стол. — Ты серьëзно не понимаешь? — удивляется Даша, глядя на мои карты: короля, валета, туза, десятку и даму. Я отрицательно качаю головой. — Это самая сильная и беспроигрышная комбинация, которую не так уж и часто можно увидеть, особенно за нашим столом, — говорит она улыбаясь. Я же перевариваю услышанное. Я, впервые подвергшаяся азартным играм, выиграла почти всë… Уму непостижимо. Быть может, здесь везëт исключительно новичкам, но я всë равно довольна таким исходом. Всë же это лучше, чем у парня с нашего, который после того, как покинул стол, ни на секунду не отходил от бара, куда мы сейчас и направляемся, забрав все фишки, которых более чем достаточно. — Какие люди… — не успевает Макарова закончить, ведь еë взгляд прикован к рукам, заваленным фишками. — Интересная у тебя куколка, Поцелуйка, — говорит Грац, пересчитывая фишки в третий раз в поисках подвоха. — Невинная красотка сегодня выиграла чуть ли не всë от твоего долга, — смеëтся русоволосая, качая головой. — Эта всë пойдëт в сумму долга, — говорю я, на что брюнетка вскидывает брови. — А с чего это ты решила? — без улыбки говорит Грац, наклоняясь ко мне через барную стойку. От этого кровь стынет в жилах. — Это ведь мой выигрыш, мои деньги, верно? Значит я могу ими распоряжаться, как посчитаю нужным, — говорю я, не дрогнув, на что Грац хмыкает, отстраняясь. — А твоя куколка умна. Ладно. Итого осталась тебе, Поцелуйка, всего лишь четверть. Повезло сегодня твоей подружке, да и ты сегодня не вышла из стола через пару игр, — усмехается та, на что Даша еле заметно кивает. — Скажи Маришке, чтоб за Бурой на улицу вышла. Ты еë потом может быть догонишь, — от последней фразы я испуганно гляжу на Дашу, на что та приподнимает уголки губ. — Иди, Мари. Я скоро догоню, подожди в машине. Несмотря на томительное ожидание, постоянное поглядывание на часы, я вижу, как светловолосая идëт в сторону моей машины именно тогда, когда я уже готова вернуться назад и узнать, в чëм дело. — Спасибо тебе, — улыбается она, сев в автомобиль. — Тебе не за что меня благодарить. Я рада, что помогла тебе. В следующий раз может получится полностью закрыть долг твоего отца… — Следующего раза не будет, — твëрдо говорит Даша, оборвав мои надежды. — Но почему? — не понимаю я, на что светловолосая вздыхает. — Во-первых в следующий раз тебе может не повезти, а я не хочу, чтобы ты потеряла крупную сумму или вовсе повязла в долгах, — девушка делает паузу, отводя взгляд в окно. Продолжает она, уже убавив тон. — Во-вторых твой выигрыш не понравился Грац. Твоë появление в их казино опасно. Я не хочу потерять тебя, понимаешь? — хрипловатым от переживаний голосом произносит Даша. — Тогда давай я просто отдам оставшуюся сумму им и всë, — предлагаю я без раздумий. Светловолосая качает головой. — Не выйдет. Им нужны от меня нужны не только деньги. Страх, нервозность, страдания — это их желания, — говорит она, на что я ещë больше тону в непонимании. — Но зачем им это. Я думала, что деньги это именно то, что им необходимо, — говорю я, на что Даша опускает голову. — Наверное, пришло время рассказать, — тараторит она, после замолкает, задумываясь. Я переплетаю наши пальцы, поглаживая тыльную сторону ладони девушки. От этого вырывается дрожащий вздох. — Отец, когда понял, что точно не сможет отдать долг, подумал. Если он убьëт их, то долг просто исчезнет. Для него было лучше отсидеть, чем постоянно скрываться от Грац и Макарова, либо же постоянно ходить в их казино, где хорошего ждать не приходилось, — Даша закусывает губу, а я ужасаюсь. Быть может, отцы короткостриженных были куда хуже своих дочерей, раз папа Даши решил пойти на такое. — Когда они вновь нашли его на какой-то квартире, он напал на Грац. Макаров же не растерялся и выстрелил в моего отца, — слëзы наворачиваются на голубые глаза. Я наблюдаю как она сжимает свободную ладонь с такой силой, будто хочет ногтями проткнуть еë насквозь. Я пытаюсь разжать кулак девушки, что всë же получается. Мне остаëтся наблюдать, как из следов в форме месяца на ночном небе сочится кровь. Я тянусь в бардачок за спиртовой салфеткой, которой протираю ранки. Из ледяного взора всë же вырываются слëзы, кривыми тропинками стекая по щекам. — Когда отца Лизы (Макаровой то есть) посадили, спустя много лет, ресторан с подпольным казино перешёл ей и Миле во владение. Тогда через старых друзей их папаш они нашли меня, — я беру лицо светловолосой в руки, пытаясь стереть слëзы, которые продолжают течь. При виде такой Даши у меня замирает сердце, дыхание становится тяжелее из-за кома в горле. — Ну а дальше ты знаешь. Они понимали, что такой суммы у меня нет, следовательно был только один вариант, где я не могла слиться. И так я уже примерно год каждое воскресенье хожу туда. Единственным выходом стал для меня алкоголь. Но потом я встретила тебя, — дорожки слëз подсохли, и впервые за весь еë монолог она улыбается. — Я не доверяла тебе в первый день, когда ты сказала, что можешь мне помочь всë изменить. Но теперь я рада, что тогда встретила тебя. Не потому, что у тебя собственный известный бренд, который я представляю перед людьми, — я улыбаюсь, наконец нормально вздохнув, отчего слеза скатилась по щеке, упав куда-то вниз. — А потому что ты первый человек, который хочет дать мне только хорошее. Ты прекрасная девушка, Мари. И интересный человек. Я люблю тебя, — я всë начинаю плакать. От счастья, что мне на пути попалась Даша. Ведь она не только спасла бренд. Она помогает мне жить по-настоящему, видеть хорошее в каждом дне, проведëнном с ней. У меня вызывают отвращение Грац и Макарова. И я обязательно придумаю, найду способ, как полностью избавить Дашеньку от страданий. — Я никогда тебя не брошу, ведь ты — часть моего сердца, — наконец говорит моя девочка, завлекая в поцелуй. Я знаю, что так будет всегда. Но я пока не знаю, что приготовила для нас судьба…