The barrier

      Потолок, окрашенный лучами красного закатного солнца, выглядел завораживающе. Искусственные звёзды, созданные при помощи заклинаний, блестели в этих лучах, бросая множество бликов на стены. Красиво и мало, потому что солнце зашло слишком быстро, погружая комнату в полутьму. Тара закрывает лицо руками, пытаясь сосредоточиться хоть на чем-то. В голове так много мыслей, но все они проносятся мимо с невиданной скоростью. Вчера они безвылазно просидели в библиотеке, ища информацию про историю эльфов и их конфликты. Оказалось, что найти хоть что-то, связанное с подобной ситуацией или походящее на неё, не очень-то и легко, ведь огромных томов по истории эльфов нашлось больше сотни и ещё с полсотни небольших справочников на эту же тему. Здесь даже не помогли даты, которые им назвали и которые теперь были обведены яркими чернилами в блокноте. Когда они успеют это всё изучить? Может фамильяр Робина специально направила их по ложному следу? Так много вопросов и так мало ответов. Это начинало не на шутку выводить из себя: они не знали, что происходит в Эдракине и не могли предпринять действенных мер. Она ещё ни разу в жизни не ощущала себя так беспомощно.       Около её ног, что наполовину свисали с кровати, сидел провор и листал очередную книгу с символикой эльфов. Его глаза быстро бегали по страницам, выискивая хоть что-то интересное. Он раздражённо выдыхает, откладывая книги, трёт покрасневшие от долгого напряжения глаза и откидывает голову на кровать, устремляя взгляд в потолок.       - Ничего нет? - спросила девушка, садясь на кровати и осторожно прикасаясь к волосам друга.       - Там везде описываются войны между эльфами и магами, - на выдохе произнёс парень, прикрывая глаза. - Сначала Ланковито-эдракинская война, где выиграли эльфы и присвоили себе часть темных земель, засеянных густым лесом, а потом Эдракино-мимийская, где выиграло королевство Мими, сократив нацию эльфов чуть ли не в половину.       - Сейчас эти страны не находятся в состоянии войны, - замечает принцесса, всё также перебирая пряди чёрных волос. - А ты не натыкался на внутриполитические конфликты, или упоминания гражданских войн, например?       Кэл на короткий промежуток времени замирает, хмурит брови, а его зрачки бегают под опущенными веками туда-сюда. Тара знала это выражение лица: провор вспоминал что-то, прокручивая в голове недавние события.       - Натыкался, - резко раскрыв глаза, ответил парень и убрал голову с кровати, возвращаясь обратно к стопке книг. - Я видел такой раздел в оглавлении!       Он брал книгу за книгой, пролистывая оглавление каждой. Книга за книгой отлетали в сторону, когда нужная тема в ней так и не была найдена. Тара хотела было ему сказать, что следует осторожнее относиться к книгам, которые они забрали из библиотеки, но промолчала. В последнее время редко увидишь его таким заинтересованным, с этими горящими серыми глазами и тонкими пальцами, что беспрестанно листали страницы. Кэл очередной раз выругался, откидывая книгу в сторону, когда в дверь постучали. Оба присутствующих повернули на неё голову, ожидая оповещения от дверей о незваных гостях.       - Кто пришёл? - спросила Тара, когда двери так и не начинали говорить.       Ответа от дверей не последовало. Тара кинула вопросительный взгляд на друга. Она совершенно не знала, что это означает, ведь до этого такого ни разу не было. За всё её прибывание здесь, в Другом мире, не было сбоев в системе Дворца, что говорила о мощи магов и высоком интеллекте инженеров, создавших её. Калибан отложил книгу, которую успел было схватить, и поднялся с пола, кивая девушка на дверь. Дункан поднялась с кровати и направилась вслед за другом к двери, идя чуть позади него.       - Кто там? - крик дал Салана разнёсся по просторным покоям, отдаваясь эхом от стен.       - Меня прислала королева Лизбетт, - доносится из-за двери мужской голос.       - По какому вопросу? - Тара хотела подойти к другу, но тот махнул ей рукой, чтобы та оставалась стоять в стороне.       - Я ваш новый учитель по практической магии, - спокойно ответили с другой стороны.       Калибан закусил губу, не зная, что делать. Он чувствовал здесь что-то не ладное, но это заключалось не внезапном визите нового учителя, нет. Это почему-то было нормально в Тинголе знакомиться с принцессой и её свитой заранее. Когда Калибан только приехал сюда на учёбу, то в первый же вечер к нему в комнату заявился Мастер Шэм для приветствия. Так что эта ситуация не казалось из ряда вон выходящей, учитывая правила Дворца.       - Двери пропустите гостя в комнату, - неуверенно произнёс парень, сжимая руки в кулаки.       Большие двери от пола до потолка тронулись, ничего не произнеся. Вот эта не разговорчивость дверей очень смущала провора. Почему они молчали? Должна же быть для этого объективная причина. И она появилась сразу же, как щель стала достаточно большой, чтобы в неё без особого труда пролез взрослый мужчина. Кэл даже не успел сообразить. Он лишь заметил, как чёрная масса проскользила сквозь двери, вплотную придвигаясь к провору, что успел отклониться немного в сторону перед тем, как почувствовать острую боль в области живота. Из груди вырывается сдавленный вздох, а парень пытается схватить рукой чёрную тень. Он несколько раз прикасается к чёрной материи и пару раз пускает в неё магические заряды, с ужасом отмечая, что всё проходит сквозь неё.       - Я позову охрану! - Тары кричит это непонятно кому, несколько раз щёлкая пальцами, в надежде переместиться в казармы, но ничего не происходит.       - Он подавляет магию, - на очередном рваном выдохе произносит парень, получая ещё один удар в область живота. Дал Салан сжимает губы, опускаясь на колени, пока тень издаёт что-то похожее на смешок.       Тара закусывает губу, метаясь взглядом с тени на друга и обратно. Попробовать зарядить в тень магическим зарядом или попытаться сбегать до казармы? Может сначала одно, а потом второе?       - Кэл, пригнись, - быстро произносит девушка и запускает мощный заряд магии в тень, когда замечает движение провора. Заряд проходит сквозь существо, но та выплёвывает какие-то заклятия и колышется.       - Оно работает, - восхищённо произносит парень, перекатившись метра на два от их гостя. - Может, если ты продолжишь, он уйдёт?       Тара кидает быстрый взгляд на друга, что дополз до дивана в центре комнаты и опёрся на него, прижимая руку к животу. Он тяжёло дышал, что совершенно не нравилось девушке, но сначала нужно разобраться с этим непонятным существом. Дункан сосредотачивается и направляет все свои силы на уничтожение незваного гостя. Комнату озаряет яркий поток света, разбивая окно и улетая куда-то далеко в леса, унося с собой ночного посетителя их комнаты. Тара провожает этот поток энергии взглядом до тех пор, пока светящаяся волна не превращается в крошечную точку, а позже исчезает.       Из груди девушки вырывается облегчённый вздох, и она встряхивает руки от сковавшего их напряжения. Но это расслабление длилось ровно до того момента, пока Дункан не услышала шуршание со стороны дивана. Она быстро подходит к своему другу, помогая подняться ему на ноги. Тот мелко дрожит, опираясь на неё одной рукой, а второй сжимая рубашку, пропитавшуюся кровью.       - Твоя магия стала сильнее, - улыбается Кэл измученно. - Вроде этот безымянный не сильно бил, но аж с ног валит.       Провор, и правда, еле стоял на ногах. Девушка отвела его к кровати и помогла лечь, виня себя во всём этом. Будь она расторопнее, этого бы не произошло. Ей стоило сразу атаковать, а не смотреть на то, как её близкого человека избивают. Сейчас с её другом было бы всё хорошо.       - Мне нужно осмотреть рану, чтобы вылечить тебя, - тихо говорит Тара, кивая на окровавленную рубашку парня.       Тот, ничего не говоря, приподнимается на кровати и с помощью Дункан стягивает с себя окровавленную рубашку. Он откидывает её в сторону и падает сам обратно на мятые одеяла, расслабляясь. Он смотрит на кучу звёздочек на потолке, что стали ярче и тускло освещали комнату. "Прямо как настоящие", - пронеслось в голове парня.       - Кэл, - как-то слишком надломлено зовёт Тара. Парень лишь мычит, давая знать, что слышит её. - Тут надпись.       - Надпись? - он выгибает удивлённо бровь и приподнимает голову, смотря на подругу.       - Ага, здесь написано: "Если он умрёт, ты узнаешь первым", - Тара осторожно проводит по вырезанным буквам на теле парня, вызывая одновременно чувство боли и табун приятный мурашек от лёгких прикосновений. - Кто умрёт?       Калибан хмурится. Единственный вариант, который приходит на ум, это Робин, находящийся в стране, которая временно изолировалась от всего магического мира. По новостям, которые провор смотрел каждый день в надежде узнать какую-нибудь информацию оттуда, сначала ничего не говорилось про Эдракин, а позже объявили о его самовольной изоляции от остального мира. Отправлять сообщения и созваниваться было можно, каналы связи даже не прослушивались, но вот проблема: эльфы сами не делились ходом дел в их стране, из-за чего информация и не доходила до кого-нибудь за пределами эльфийской страны. А раз не доходила, то и проблемы не было, поэтому большинство стран просто игнорировали эту новость, не пытаясь выяснить, что происходит в Эдракине. Это очень настораживало и наводило на мысли, что всё это было заранее подстроено великим злодеем, о котором мир ещё не знал или уже успел забыть.       - Она исчезает! - вырвала его из мыслей Тара, которая с неверием уставилась на торс парня.       Кэл сел на кровати, не чувствуя прежней боли и уставился на живот, где порезы сами собой затягивались, ничего за собой не оставляя. Минута и надпись полностью испарилась, будто её и не было первоначально. Единственное, что напоминало о надписи - это окровавленная рубашка в стороне и почерневшая от крови кромка штанов.       - Хоть пресс не исчез, - пытается пошутить парень, но это получается не очень.       Тара смотрит потемневшими синими глазами на торс. Кубики пресса были хорошо видно, они ведь занимались каждый день. Спецагенты должны быть готовы ко всему в любой момент времени, поэтому оба парня держали себя в форме, постоянно тренируясь и соревнуясь. Глория и Тара тоже пытались держать себя в форме, но множество десертов в Академии Тингола так и тянули к себе. Нельзя было себе отказать. Счастливые воспоминания меркнут на фоне нынешних событий и хочется рвать на себе волосы от безысходности.       - Я попытаюсь найти информацию о всех внутренних конфликтах в Эдракине, а также что-то о группировках и похожих на сегодняшнего гостя существ, а ты займись окном, - кивает парень на дыру в окне, откуда можно было увидеть Тадикс и Мадикс в окружении звёзд, а также почувствовать колючий осенний ветер. Он осторожно касается плеча девушки, привлекая к себе внимание.       - У тебя прошла боль? - отрывает наконец глаза Тара от оголённого торса друга.       - Всё прошло, - успокаивает её парень и осторожно приближается к лицу, чмокая в щёку. - Займись окном, а то болеть во время приезда твоей мамы не очень-то хочется, - он поёжился, потянувшись за рубашкой. - До сих пор помню, как она меня всякими вонючими зельями отпаивала.       - Это её фирменный рецепт от простуды, - улыбается Дункан, смотря на сморщенное лицо напротив. - Зато ты быстро выздоровел!       - Но такого "счастья" мне больше не надо, мне и прошлого раза хватило, - он накидывает на себя рубашку, не потрудившись застегнуть её, и спускается обратно на пол к книгам, принимаясь дальше листать их.       Тара ворошит его волосы и тоже встаёт с кровати, направляя к разбитому окну. Эта надпись очень беспокоила её. Они не знали, что это было за существо и откуда оно пришло. Если оно обитало в Эдракине, то полуэльфу угрожает опасность. Девушка вздыхает, смотря на две луны в небе, пока её ладони загораются блеклым голубым светом.

★★★

      Калибан щурится от яркого солнца, что светит прямо в лицо, и поворачивает голову в другую сторону. Он удобнее устраивает её на онемевшей во время сна руке, которую он сейчас не чувствовал, но это волновало в последнюю очередь. Всё тело затекло от неудобной позы. Он уснул там же, возле книг, только голову с руками устроил на краю кровати. Совсем рядом спал Блондэн, что вчера весь оставшийся вечер, вернувшись из сада вместе с Галлой, крутился около него. За вчерашний вечер провор успел только разделить книги на стопки, чтобы сегодня заняться поиском информации. Его ждал ещё один нудный день среди книг в обнимку с магифоном.       Двери в покои резко открываются, заставив провора также резко соскочить со своего насиженного места и направить руку с магическими зарядом на вошедших. Резкий подъем аукнулся ему временной чернотой перед глазами и болью в онемевшей руке, куда стала поступать кровь. Парень проморгался, прогоняя черноту перед глазами, и уставился на вошедших: это была статная женщина, прятавшая за собой двух детей, что выглядывали из-за её спины. Парень хмурится, рассматривая их и дёргается, когда за спиной слышит шуршание. Он быстро кидает взгляд на подругу, что трёт заспанные глаза.       - Что случилось? - когда её взгляд сфокусировался на проворе, спросила она.       - К нам гости, - сухо кинул через плечо парень, не отрывая взгляда от пришедших. - По-моему, это твои родственники, но могу ошибаться.       Тара скидывает с себя одеяло, переползая к краю кровати, и встаёт рядом с другом, смотря в сторону дверей. Она смотрела на троих пришедших, что также внимательно смотрели на них в ответ.       - Это моя мама и брат с сестрой, зачем ты направляешь на них заряды магии? - не понимающе смотрит она на Кэла, что так и не отпустил руку с искрящимся шаром.       - Двери молчали, - спокойно ответил тот, даже не посмотрев в её сторону. - Я проверил вчера все двери и систему безопасности — всё в норме, включая твои покои. Если двери молчали, то, вероятнее всего, на них применили специальное заклинание.       - Ты хочешь сказать, что они не настоящие? - надломленно произносит Тара, смотря на фигуры в проёме двери.       - Разве твоя мать так бы вела себя в данной ситуации, а брат и сестра?       - Тогда кто они? - заторможенно спрашивает девушка, инстинктивно хватаясь за руку парня, которая пришла в норму после онемения.       - Существа наподобие того, что мы видели вчера, только не утратившие свою земную оболочку и имеющие возможность менять её, - тихо произносит парень, пытаясь совсем не моргать, чтобы не пропустить ни единого действия этих существ.       - Подожди, раз это какие-то непонятные существа, то где мама? - Тара широко раскрывает глаза и смотрит на друга, что хмурит брови.       - Без понятия. Возможно, они где-то в коридорах Дворца лежат без сознания, либо, что очень маловероятно, мертвы.       У девушки аж ноги подкосились. Она сильнее схватилась за руку Калибана, что так же неподвижно стоял и смотрел на их гостей. Мертвы. Она не хотела верить в это, но тёмные мысли заполонили её голову. Девушка помотала головой, отгоняя их и направляя свой взгляд на существ. Самое большое существо, изображавшее мать Тары, растянула губы в устрашающей улыбке, оголяя острые зубы. По спине ребят от этой улыбки и безэмоциональных пустых глаз прошёлся холодок.       - Мы не справимся с ними, - паника и отчаяние уже начали пожирать волшебницу, что метала свой взгляд с друга на "мать" и обратно.       - Заряди по ним таким же зарядом, что и до этого, - строго отрезал парень, поправляя волосы свободной рукой, которую девушка уже отпустила.       - А если не поможет? Что тогда?       - Тогда что-нибудь придумаем, - спокойно произнёс Кэл. Вся эта ситуация начинала выводить его из себя: Тара — великая волшебница Мими струсила перед существами, наподобие которого она вчера прогнала из этой комнаты.       - Просто оглуши их.       Тара сжала руки в кулаки и кивнула. Её губы были сжаты, пока она встряхнула руки, чтобы нанести точный удар. Глубокий вздох и комната наполнилась двумя выстрелами и заклинаниями. Тара вздрогнула, когда услышала с боку шорох, а затем увидела, что Калибан тоже ударил по существам. Что за заклинание он произнёс? Эти существа останутся живы после него? Так много вопросов, но, к счастью девушки, ответ не заставил себя долго ждать. Пыль, которая поднялась из-за разрушения части комнаты, рассеялась, показывая трёх связанных существ, что пытались развязать путы. Так вот что сделал провор. Он и правда гений.       - Сообщи охране о пропаже Селены, Йара и Мары Дункан, - Калибан смотрит на Тару, что лишь кивнула и, опасаясь нападения существ, быстро пробежали мимо них в тёмный коридор, тускло освещенный магическими шарами.       Она бежала, не видя ничего вокруг. Учащенный стук сердца перекрывал все звуки. Она чувствовала сначала под ногами нескончаемый ковёр, потом винтовые лестницы и мраморные плиты, что холодили голые ступни. Обувь сейчас её совсем не интересовала. Даже когда ступни стало неприятно колоть от травы, а небольшие камни впивались в ноги и приносили резкую боль при дальнейшем беге, ей было всё равно. Она видела лишь казарму и двух часовых, что недоуменно уставились на неё. Пара шагов, и вот она около них, теперь осталось только выровнять дыхание и сказать хоть что-то внятное.       - Селена, Йар и Мара Дункан пропали, - выпали она, как только смогла говорить. - Они могут быть где-то во Дворце или его окрестностях. Найдите их как можно скорее, прошу, они могут быть серьёзно ранены!       Она, не стесняясь охраны, плакала и просила их о помощи. Она даже и не заметила, что один часовой зашёл в казарму, где раздался громкий стук и началось шуршание, а второй куда-то удалился на пару секунд, возвращаясь обратно с Ксандром, что уже был в своей форме. Значит не спал. Она бросает на него взгляд и просит о том же. Она даже готова упасть перед ним на колени, но принципы гордости и королевского воспитания пока ей этого сделать не позволяют.       - Мы проверим все уголки и тайные комнаты Дворца и леса, окружающие Тингол, - спокойно произнёс мужчина, осторожно касаясь плеча девушки. - Возвращайтесь в свои покои, принцесса Тара. Мы обо всём позаботимся.       Тара посмотрела в его глаза, полные уверенности и спокойствия. Ей бы сейчас их, но вместо этого сердце бешено бьётся, пытаясь сломать рёбра и вырваться из груди. Девушка лишь кивает ему, когда Ксандер отпускает руку и поворачивается к казармам, где уже выстраивались солдаты. Она разворачивается обратно к Дворцу и бежит, хромая от порезов на ступнях, в покои к провору, что остался один с теми непонятными существами. Нужно спешить, пока они не выбрались и ничего не натворили.

★★★

      Робин откладывает в сторону очередной том с историей эльфов и поднимает очки на волосы. Он совсем забыл о том, что у него плохое зрение. Теперь ему пришлось порыться в книгах с заклинаниями, чтобы наколдовать себе хоть какие-то очки на время его пребывания в Эдракине. На территории королевства Мими остроту его зрения поддерживало специальное заклинание, которое лекари обновляли каждые полгода. Остатки заклинания рассеялись, и теперь он сам себе напоминал старых магов из Тингола, что могут заметить тебя на другом конце улицы, но не могут прочитать перечень блюд в таверне или письмо от родственников. Хотя полуэльф жаловаться не намерен, ведь на качество стрельбы это не влияет, да и зрение не сказать уж, что прям ужасное.       Его размышления прерывает стук в дверь. Петли неприятно скрипят, и Робин отмечает про себя, что нужно будет их чем-нибудь позже смазать. Он вполоборота поворачивается к гостю, которым оказывается дядя, что принёс ещё с полдюжины толстых книг с эльфийской символикой. Т'авилус согласился помочь ему, пока родители Робина решили уделить время их небольшого перерыва от войны друг другу. Он был не против, даже в какой-то степени рад, что родители стали меньше ссорится.       - Я нашёл ещё несколько книг в коробках, может они помогут тебе, - эльф ставит стопку на стол.       - Что могут искать Кэл и Тара в эльфийской истории? - задумчиво произнёс парень, опуская очки обратно на переносицу и беря верхнюю книгу.       - Что-то о гражданских войнах?       - А есть в этом смысл? Если в стране, с которой до этого королевство расторгло все военные договоренности, идёт гражданская война, то вряд ли это королевство будет помогать стране в войне.       Т'авилус затих, опускаясь на небольшой деревянный ящик, который полуэльф никак не мог выкинуть. Когда-то там хранились его личные дневники, но сейчас они лежат связанные в углу комнаты под его рабочим столом и ждут, пока их сожгут. Нужно будет этим заняться вечером. Не хотелось бы, чтобы эти книжки, исписанные его кривым почерком, который почему-то все считали изящным, достались кому-то из его знакомых после того, как его не станет. Почему-то эти мысли о смерти он уже даже не отметал, ибо не видел смысла. Он в ловушке и бежать ему некуда.       - Прости, что поднял тогда тяжёлую для тебя тему в госпитале, - перелистывая страницу за страницей, произнёс Робин. Он даже не посмотрел на эльфа — было до сих пор стыдно.       - Это я хотел извиниться, - отвечает мужчина, чем привлекает внимание племянника к себе.       Робин повернулся к нему лицом, ногой случайно задевая стопку личных дневников, стоящих под его рабочим столом. Воспоминания о записях в них больно ударили куда-то в область груди. С самого своего рождения он знал, что таких как он в Эдракине не любят и не полюбят никогда. Он видел, как тяжело родителям под натиском королевы, как мать гонят с любой работы, иногда даже не пуская на порог лавочки, где она закупалась продуктами. Тогда она, когда Робину исполнилось пять лет, стала отправлять сына за продуктами, искренне веря, что его гнать не будут. И сначала не гнали, но потом кто-то из местных эльфиек рассказал всем, чьим сыном является милый маленький эльф с бело-черными волосами. Робин до сих пор помнил, как, в очередной раз придя в лавочку за продуктами, местные мальчишки, до этого радостно с ним общавшиеся, после того, как полуэльф закупился, избили его в паре метров от этой самой лавочке. И взрослые видели, но ничего не сделали, не оттащили пятерых мальчишек от одного, что прижал ноги к груди и закрывал голову и лицо руками, надеясь, что мама не заметит синяков и ссадин.       - За что? - отгоняя мурашки от воспоминаний, удивлённо вскинул бровь парень.       - Говорят, что живые существа чувствуют приближение своей смерти, - как-то из далека начал дядя. - Эрвин за месяц до своей смерти, когда он был в недельном отпуске, попросился пожить у тебя в комнате. На самом деле, он и до этого временами ночевал здесь, но это было скорее редкостью, нежели правилом. Мы не видели в этом проблемы и не препятствовали его желанию, однако следующую неделю он почти не выходил из комнаты. Будто поселился там. А по прошествии недели вышел и сказал: "Теперь я знаю всё, что нужно. Если я не смогу, то передай Робину, что те стопки потрёпанный тетрадей не стоит сжигать, не перечитав". Не знаю, что он имел в виду, но думаю, что пока у нас есть перерыв, то ты поймёшь, что значили его слова и, - он провёл рукой по воздуху, пытаясь подобрать нужные слова, но так и не нашёл их, отпустив руку.       Робин аж застыл, всё ещё ногой ощущая стопку личных дневников, большинство из которых были самодельными тетрадями. Внутри аж всё напряглось от понимания того, что кто-то их читал. Он открыл рот, чтобы поблагодарить дядю за информацию, но его прервал неприятный писк.       Полуэльф лишь цокнул, хватая магифон со стола и только потом кидая взгляд на дисплей. Кэл. Брови сами собой сдвигаются к переносице, но парень решает принять звонок. Когда он потом сможет поговорить с ним?       - Ты взял! - радостно прокричал парень, но его глаза выглядели уставшими.       - Какой внезапный звонок, - проговорил полуэльф, возвращаясь обратно к столу и устанавливая на нем магифон. - Что-то случилось?       - Каждый день что-то случается, - по-филосовки отвечает провор. - К нам тут гости второй раз уже приходят, может ты знаешь о них что-нибудь.       Провор поворачивает камеру в сторону. Перед Робином появляется картинка с тремя по-отдельности связанными существами, чем-то отдалённо напоминавших родственников Тары. Пустые глаза украшали ужасающую улыбку с острыми зубами и длинным языком, которым они периодически облизывали свои белёсые без зрачков глаза. Полуэльф смотрел на это, пока по спине бежали мурашки от увиденного. Он видел этих существ. Он знает их. Он их помнит.       - Это духи тёмного леса, - как-то слишком надломленно произнёс Робин. Он услышал, как за его спиной встал дядя и тоже внимательно смотрел на картинку перед ним.       - Это не просто духи, это высшие духи, - поправил эльф, смотря, как существа извиваются на полу.       - Мне бы побольше информации о том, как с ними бороться и где искать Селену Дункан с младшими детьми, - камера обратно возвращается на парня.       - Духи боятся света, поэтому держите их в освещённом помещении, - начал инструктировать Т'авилус, а провор даже вопросов по поводу личности эльфа не задавал. Совсем на него не похоже. - Если отпустите их до того, как найдёте людей, чью форму они приняли, то они могут вернуться к своим жертвам и убить.       - То есть сейчас они ещё живы? - серые глаза загорелись надеждой, ибо сложно видеть тусклые синие глаза Тары. Сложно и больно где-то в груди.       - Да, но чем образ существ будет сильнее отличаться от образа жертвы, тем выше вероятность того, что смерть к жертве подобралась ближе. Если существа становятся сгустками тёмной энергии, то всё, конец, жертва умерла.       Калибан на той стороне внимательно слушал, временами поглядывая на существ, что издавали очень страшные звуки. Робин так и не смог понять, что именно это, но ему казалось, что эти существа что-то говорят и постоянно имитируют укусы и пережёвывания пищи.       - Спасибо, э..., - Кэл завис, не зная как обращаться к эльфу. Робин чуть не стукнул себя по лбу: он их даже не представил друг другу.       - Это Т'авилус М'ангил, мой дядя и младший брат моего отца, - быстро произносит полуэльф, обращаясь к провору. - Дядя, это мой друг, Калибан, он провор.       - Рад познакомится, хоть и на расстоянии, - эльф немного склонил голову вперёд в знак приветствия.       - Взаимно. Спасибо, господин М'ангил, - устало улыбается парень.       И в комнате повисает молчание, слышно только пугающие звуки от существ. Робин всё ещё пытается переключиться полностью на друга, отгоняя мысли о дневниках и кузене в сторону, но выходит из рук вон плохо. Т'авилус похлопал племянника по плечу и молча направился на выход из комнаты. Робин любил это молчаливое понимание в дяде. Жаль они раньше мало общались, возможно, той стопки дневников сейчас и не было бы.       - Ты один в комнате? - спустя время спрашивает провор, пока его друг, наконец-то облегчённо выдыхая, откинулся на спинку стула.       - Да, - кивает парень, замечая улыбку на лице Кэла.       - Как ты? Я думал, что ничего невозможно скрыть от провора, но Эдракин изолировался от всего остального мира! - возмущённо проговорил парень, садясь на пол рядом с диваном и откидываясь на него.       - Наша страна изолировалась? - полуэльф в шоке уставился на друга. Он же не врёт? Не может же врать, да? Если это правда, то всё это равнодушие со стороны других правителей и королевы Лизбетт в том числе объясняется их простой неосведомлённостью в ситуации. Получается, что королевский двор Эдракина не только не хочет принимать помощь, но и заранее отказывается от неё, обрекая всех своих солдат на верную смерть. Против Дарка не выстоять, а если те существа в Тинголе посланы им, то у них тем более нет и шанса. Он смог привлечь на свою сторону злых духов, а они не сказать, что прям слишком сговорчивы. На самом деле, удивительно, что они согласились с ним сотрудничать, но от этого и холод по спине тоже неприятный.       - Да, как я понимаю, Эдракин изолировался намного раньше твоего отъезда, но новости об этом появились только сейчас, - кивает провор, смотря в бегающие голубые глаза. Это реакция ему совсем не нравилась. Хотите сказать, что Робин не имел никакого понятия о изоляции страны, в которой он находится? - Ты не знал об этом?       - Нет, может, я просто пропустил это мимо ушей, - полуэльф отмахивается, но задумчивый взгляд выдаёт его с головой.       - Что у вас происходит? - напрямую спросил Калибан, смотря прямо в глаза друга.       - Ничего особе...       - Врёшь. Что у вас происходит? - прерывает парень явную ложь, замечая, как полуэльф сомневается.       Опять между ними повисает молчание. Взгляд Робина метался по столу, пытаясь за что-то зацепиться. Врать другу не хотелось, но можно ли было ли ему рассказывать правду? Он на пару секунд закрывает глаза, взвешивая все «за» и «против» и произносит на выходе:       - Офицеры королевской армии были чем-то недовольны и подняли восстание. Их поддержал один сильный эльф, Дарк, владеющий чёрной магией, и народ из бедных районов города, - Робин поднимает очки обратно на волосы, потерев переносицу. - Без понятия, что происходит в остальной части страны, но в столице идут нескончаемые бои и солдаты мрут как мухи.       - Переговоры?       - С кем? С Дарком? Этим поехавшим придурком, который восстанием командует? Пытались, только закончилось это всё кровавым месивом посреди улицы и его побегом. А другие страны либо не в курсе, либо расторгают все военные договоренности.       - Эльфийские послы же приезжали в Тингол. Разве они не могли договориться о помощи? - Кэл на мгновение бросает взгляд к двери, а на фоне слышится голос Тары.       - Королева Лизбетт расторгла всё Эдракино-Мимийские военные договоренности, - пожал плечами полуэльф, замечая удивлённый взгляд провора. - Всё это было сделано на эмоциях и не оформлено официально, поэтому, возможно, что эти договоренности всё ещё в силе, просто она не хочет их принимать во внимание.       - Робин! - на экране появляется лицо Тары. Она уставшая, но её глаза сияют при виде друга. - С тобой всё в порядке?       - Не переживай, - кратко кидает парень. - В любом случае, вам стоит сначала разобраться с этими духами, а уже потом лезть на Эдракин. Только не одни, прошу! Я буду не против, если вы убедите королеву Лизбетт помочь, но не надо суваться сюда самим. Это понятно?       - Ты теперь не против помощи? - Тара широко раскрыла глаза, с вздохом облегчения садясь рядом с Кэлом.       - Думаю, что если Дарк захватит королевский престол в Эдракине, то наступит начало конца всего мира. Он не остановится ни перед чем, поэтому его нужно остановить, - полуэльф берёт магифон в руку и подходит к окну. Из-за множества дыма над городом, вызванным очередным боем и испытанием разного вида оружия, сегодня было темно. Солнечные лучи еле пробивались сквозь облако пыли.       - Твой фамильяр, - Тара, не отрываясь, смотрит на друга. Они сейчас так редко виделись. - Она милая. Почему раньше нас с ней не знакомил?       - Ллиландрил больше не мой фамильяр, - тихо произносит парень, смотря на крыши дальних домов, где были видны вспышки заклинаний. - Но ты права: она милая.       - Почему она больше не твой фамильяр? Ты что остался без фамильяра? - девушка ближе подвинулась к камере, будто так она станет ближе к лучнику, и стала засыпать его вопросами.       - Я передал её маме. Без фамильяра не так уж и плохо живётся, - спокойно ответил парень, снимая с себя очки и откладывая их на подоконник.       - Но чародеи без фамильяра сильнее подвержены потери контроля от магии и быстрее истощают свой организм! Зачем подвергать себя дополнительной опасности? - Робин лишь нервно выдыхает на обеспокоенный взгляд подруги, что скользил по нему.       - Со мной всё будет в порядке, - парень отрезает, возвращая свой взгляд на экран магифона. - Позаботьтесь о духах. Если они нападут ещё раз, напишите мне, я попытаюсь вам как-нибудь помочь.       - Но ты в Эдракине, - не понимающе смотрит чародейка, чем уже начинает раздражать полуэльфа. Теперь он понимает, почему пусть между ними и было что-то вроде романтики, но дальше не пошло — она просто начала его раздражать. Умная, она иногда бывала глупее её младшей сестры Мары, которой не очень давалась учёба и подводило здоровье, но она прекрасно рисовала.       - Робин что-нибудь придумает, он у нас ведь гений, - провор кладёт руку на плечо девушки, замечая раздражение в глаза друга. И он прекрасно его понимает. - Тогда береги себя и по возможности выходи на связь. Мы, проворы, не оставим Эдракин один на один с этими существами.       - Не переусердствуйте, - слегка улыбается полуэльф, благодарный Кэлу. - Заручитесь поддержкой императора Сандора, он, скорее всего, будет на вашей стороне.       Калибан кивает, когда связь становиться прерывистой и картинка начинает дрожать. Робин машет им рукой, замечая опять беспокойство в глазах девушки, и отключает магифон. Устройство сразу помещается в карман штанов, очки оказываются в руках и парень разворачивается к двери в свою комнату. Все вещи в комнате дрожали, оповещая о предстоящей опасности. Полуэльф хмурит брови и быстро покидает комнату, на лестнице сталкиваясь с дядей.       - Что происходит?       - Бой пошёл не по плану, кто-то применил разрушающее заклинание первой степени, - быстро проговаривает Т'авилус, хватая племянника за руку. - Поможешь мне защитить дом от разрушений.       Пол под ногами дрожал. Полуэльфа начинало укачивать от движущихся предметов. На кухне, куда они вбежали, уже падали предметы. В кладовой что-то упало с жутким грохотом и треском.       - В среднем атака таким заклинанием может длиться до десяти минут. Сможешь выдержать удержание щита в течение десяти минут? - дядя закатывает рукава рубашки, оголяя шрамированные руки. Робин пытается не зацикливать своё внимание на этом, быстро кивая. - Тогда начинаем.       Робин пошире расставляет ноги, дабы не упасть, и закрывает глаза. Секунда и из ладоней в потолок кухни врываются четыре волны защитного заклинания. Парень может видеть, какие части дома щит уже закрыл, а до каких ещё не дошел. Первый удар и Робин хмурится. Обычно щиты довольно сложно сломать, а здесь с первого раза и почти до конца. А может он просто стал слабее? Может и правда без фамильяра сложнее? Хотя что это за бред? Он решил, что Ллиландрил будет лучше с Меворой, и сейчас не время что-то обратно менять. Он открывает глаза, осматривая кухню. Почти все вещи валялись на полу, мебель была перевёрнута, в потолок упиралось четыре нескончаемые волны потока магии, озаряя всё вокруг. Глазам аж больно становилось от яркости магии. Удар, и можно увидеть, как дядя пошатнулся, морщась. Значит прилетело в его часть щита. С какой стороны вообще бьют?       - Мои подданные нашли твоих друзей и дорогих им людей, - голос разнёсся непонятно откуда, вызывая табун мурашек по спине. Парень крутит головой, пытаясь найти источник звука. Где он?       - Как думаешь, чья смерть сломает Тару быстрее? Твоя или её родственников? - противный смех Дарка раздаётся из каждого угла комнаты, наполняет её.       Робин ещё несколько раз пробежался по комнате взглядом, поворачивая голову в разные стороны, но никого не увидел. Однако смех не планировал затихать, он становился лишь громче, перекрывая все звуки. Когда полуэльф перестал уже слышать хоть что-то, кроме смеха, он со всей силы зажал уши руками. Он пытался убрать звук, но ничего не помогало. От пронизывающего смеха, переходящего в ультразвук временами, парень упал на колени. Фантомная боль, которую он не должен был испытывать, пронзила правую руку, которую пришлось одернуть от уха. Робин со страхом смотрел на магический шар, который он не мог контролировать и который становился всё ярче. Парень кинул взгляд на дядю, что будто был в трансе, ничего не слышал и не видел. Может и к лучшему? Хотя нет.       - Дядя! - сорванный голос напугал даже самого себя, поэтому отпрыгивающая реакция эльфа была нормальной. Тот не понимающе уставился на племянника, что сидел на коленях и сжимал окровавленную руку.       - Что случилось? - он подскочил к Робину, осматривая руку парня.       - Я не знаю, но этот шар сейчас взорвётся!       Единственное, что Робин успел разглядеть перед белым светом, предвещавшим взрыв, большие глаза Т'авилуса, что так и остался рядом с племянником. Он не попытался сбежать или защитить себя, он лишь взял левую руку парня в свою и крепко сжал. Родители будут очень расстроены, когда вернутся домой, которого нет. А ведь он так и не смог нормально с ними поговорить, обсудить какие-нибудь нелепые ситуации из жизни или просто утонуть в их объятиях хотя бы на минуту. По щеке скатилась слеза, а потом его оглушил взрыв и чернота заполонило всё перед собой. Теперь он ничего не чувствовал. Теперь он был свободен.