Это нечестно, Грейнджер

Меня разбудил филин, настырно стучащий клювом в окно. Еле разлепив глаза, чувствуя тошноту и головокружение, я прошаркала до оконной рамы.  Всё, что угодно, лишь бы прекратить этот разрывающий мозг стук.    Филин сунул мне лапку с маленьким кусочком пергамента.  Едва развернув его, я замерла. Мои внутренности похолодели.

«Гермиона, прости меня за вчерашнее, я сильно перепил. Как самочувствие? Д.М.» 

Тошнота подкатила к горлу.  Его низкий, рычащий пошлости голос всплыл в сознании. А на теле начала гореть кожа в тех местах, где его грязные руки… Наложите на меня обливейт. Я не хочу это помнить.  Недолго думая, перевернула пергамент и быстро нацарапала:

«А что было вчера? Ты меня оскорбил? Я ничего не помню. Сильно болит голова. Как ты? Г.Г.»

Почему-то после сна мысли о Драко Малфое запустили в организме какой-то адреналиновый протокол. Меня буквально охватили озноб и паника. Сердце билось бешено, я даже приложила руку к груди в безуспешной попытке его унять.  Иррациональный страх, не имеющий ничего общего с той окрыляющей влюбленностью, что была со мной буквально днём ранее.  Я подрагивающими пальцами завязала мелкий клочок пергамента на лапку филина. Тот взмахнул крыльями, недовольно ухнув, и вылетел в открытое окно.  Я не смогла в тот день отправиться на работу в Министерство. Потому что именно сегодня я должна была еще успеть принять несколько поступивших артефактов из Румынии. Рядом с кабинетом Малфоя.  Пока не могу. Не готова видеть его лицо. Его руки. Патронус отправить в Министерство не получилось. Я приняла горячий душ. Оттирая себя дочиста, словно стараясь вместе с кожей содрать с себя невидимые глазу темные пятна моего вчерашнего позора.  Затем заварила травяной успокаивающий чай. В стекло открытой оконной дверцы снова постучали. Я дёрнулась, как будто бы обожглась, но это была министерская сова. Всего лишь светло-серая сова.  Ожидаемо. 

«Мисс Грейнджер,

вы не вышли на службу сегодня, всё ли у вас хорошо? 

Надеюсь, что вы в порядке и всего лишь немного приболели. 

С уважением,

Муфалда У.

P.S. Сегодня ночью обнаружились новые факты по Делу 377, надеюсь, вы сможете присутствовать на завтрашнем собрании группы. Время начала переносится на час раньше обычного. Уведомите о вашем отсутствии не менее, чем за сутки.»

Пришлось сначала подышать. Успокоиться. Сделать глоток чая, который еще не успел толком завариться. Меня по-прежнему мутило.  Надо достать антипохмельное зелье. Но сначала призвать перо, чистый пергамент и написать ответ.    Я надеялась, что справлюсь с приступами паники за один день. Либо найду Умиротворяющий бальзам, либо просто попробую своими силами приструнить свой разум. И завтра уже буду относительно спокойно сидеть за одним столом с Драко Малфоем.  Как будто бы ничего не произошло.  Со стороны окна прозвучало деликатное уханье. Словно кто-то покашлял, извещая о своем присутствии.  Бросив писать ответ, я подлетела к филину и молниеносно отвязала ещё один маленький клочок пергамента, на котором острыми витиеватыми буквами было вычерчено: 

«Это хорошо, что не помнишь. Мне так херово, что хочется сдохнуть. Будешь завтра на собрании? Д.М.»

Мерлин.  У меня такое же состояние.  Только с одним отличием: глубоко внутри что-то уже сдохло. И источает приторно-трупный запах.  Какого чёрта он так со мной откровенничает? Чего он хочет? Я судорожно начала царапать ответ на обратной стороне, игнорируя тошноту: 

«Держись, всем нам херово после такого количества алкоголя. Буду. 

Замираю.  Выдыхаю. Приписываю зачем-то:

А ты? Г.Г.» 

Практически не глядя перевязываю пергамент и отворачиваюсь от филина. Стараюсь выровнять дыхание.  Зачем я продолжаю эту переписку?  Я что, совсем дура? Министерская сова недовольно ухает и машет крыльями.  Пока я отправляла светло-серую птицу с ответом и хотела закрыть окно, то увидела вдалеке приближающегося филина. 

«Конечно. Выпей антипохмельное зелье. Д.М.» 

Как поучительно.  Знала бы я в тот момент, что Драко Малфой возьмет надо мной негласное шефство на 5 последующих лет моей жизни. И что я еще неоднократно буду внимать множеству его полезных советов.  Мой «любимый» список: 1. «Грейнджер, ты слишком серьёзно относишься ко всему. Надо быть легче. С иронией, Грейнджер, с иронией ко всему». 2. «Грейнджер, тебе надо чаще держать свой рот закрытым, так хотя бы сойдёшь за умную.» 3. «Грейнджер, читай побольше качественной литературы.»  4. «Грейнджер, тебе вообще нельзя пить. Выглядишь отвратительно. Никогда не пей.» 5. «Ты тупица, Грейнджер. Но тебе просто надо с этим смириться.» И всегда — с обольстительной улыбкой, медленно растягивая каждое слово. Издеваясь. Играя. Добавляя какой-то театральщины.  Его это забавляло. Как забавляет ребенка трепыхание крыльев бабочки, в которые он методично, с научным интересом вонзает иголки. Я же храбрилась, стараясь доказать, что я достойный соперник в словесных баталиях, особенно с ним. Пыталась показать, как меня все это ни капельки не трогает.  Не получалось. Я проигрывала из раза в раз. Но я не люблю проигрывать. На собрание я опаздывала, собирая всю волю в кулак, чтобы выглядеть как нормальный человек, который не валялся пьяным в грязном переулке с задранной рубашкой.  Когда вышла из каминной сети в холл Министерства, то сразу же мой взгляд выцепил знакомую высокую худощавую фигуру в черной мантии.  И все моё по крупицам собранное самообладание пошло крахом. Ладони вспотели. Ноги приросли к мраморному полу.  Я распахнула рот, как рыба, пойманная в сети.  «Блять, Грейнджер… какая ты…» Мне надо вдохнуть. Но мои внутренности сжаты ледяной ладонью какого-то невидимого великана.  Драко не увидел меня и вошёл в лифт. Он выглядел так нормально. Так обыденно.  Маленькое горячее пламя тихо поднималось внутри.  Я ухватилась за этот спасительный огонек, распаляя его ещё больше.  Да как он смеет? Почему я тут дрожу от страха? Почему у него всё в порядке?  Какого чёрта, Малфой?! О да. Лучший способ справиться со страхом — гнев. Сразу перехожу от ступора к действию. Я влетела на собрание решительно, словно собралась сражаться с Хвосторогой.  Меня встретили удивлённые глаза цвета пасмурного неба.  Малфой был в кабинете один.  Я резко остановилась. Такого я не могла даже предположить.  Меня мгновенно выбило из седла воинствующей героини.  — Гермиона? Наверное, тебя тоже забыли предупредить.  Тембр его голоса заставил меня съежиться. Липкая дорожка страха взлетела вверх по позвоночнику.  Не нападёт же он на меня тут? На негнущихся ногах я прошла вперед и кое-как опустилась на ближайший к выходу стул.  Мне было плевать, как я сейчас выгляжу. Я боролась внутри с нарастающей паникой, которая затапливала сознание одним единственным звуком — это был мой голос, срывающийся на крик: «Беги!!». Другой голос взывал к Разуму и говорил: «Мы в Министерстве. Ты в безопасности. Тут полно авроров. У тебя при себе палочка!». Я нащупала заветное древко в кармане мантии и сильно сжала.  Мне нужна была вода. Необходимо смочить горло, чтобы ослабить давление. Я сглотнула.  Пространство сжалось до одного лишь дыхания. Вдох. И медленный вы-ы-ыдох. — Гермиона, я хотел с тобой поговорить. Уверена, что он именно в эту минуту прикинул всё в своей голове. И самый вероятный исход для своей шкуры. Трус.  Мерлин, я могла бы стереть его в пыль тогда, если бы он не был таким везучим. Да, ему повезло, что Гермиона Грейнджер уже пару месяцев была в него болезненно влюблена и просто не могла собственноручно уничтожить Драко Малфоя. И его репутацию, за сохранение которой он так переживал. — Ты сегодня вечером свободна? — Нет, я занята. — Завтра?  — Тоже. — Гермиона. Пожалуйста. Мне нужно объясниться перед тобой.  Его тон серьёзен. Он звучит искренне.  Словно заворожённая каким-то заклинанием, я поднимаю на него свой взгляд. Он выжидательно смотрит. Лицо абсолютно непроницаемо. — Да, конечно.  Дверь позади меня открывается.  Уильямсон посчитал, что придет раньше всех, но ошибся, застав нас с Малфоем, сидящих по разные концы громоздкого дубового стола. *** Драко послал мне записку на этаж отдела регулирования магического правопорядка, куда я улизнула сразу же, стоило только собранию закончиться. Даже в моем маленьком кабинете, в полном хаосе из огромных стопок бумаг, мне было куда спокойнее, чем в просторном зале для встреч спецгруппы. В записке было:

«Буду в холле. Д.М.»

Тахикардия мне теперь обеспечена. И если признаться, то какой-то части меня это нравилось. Это будоражило. Может, мне не хватало ощущений? Не хватало того времени, когда нужно быть постоянно начеку? Опасность и адреналин заставляют чувствовать себя живой. А я уже давно успокоилась. И тут так «удачно» — Драко Малфой собственной персоной. Вполне вероятно, что причина в этом. Но в тот момент я не была способна на рефлексию, я была сосредоточена на том, чтобы просто спокойно дышать. И закончив заклинание по сортировке документов, решительно (насколько могла) вышла из кабинета прямо к лифту. Падма Патил появилась из ниоткуда, и я подумала бы, что у нее мантия-невидимка, но нет. Это просто я игнорировала пространство вокруг. — Гермиона, ну как ты? — слащаво протянула она, выражая якобы крайнюю степень озабоченности моим состоянием. Зачем Патил решила свести нас вместе в тот вечер? Мне остаётся только догадываться. Может, чтобы ещё какой-то девушке было больно после того, как пьяный Малфой переспал с ней и бросил? Патил хотела обрести единомышленницу, чтобы перемывать «козлу» косточки? Мне удалось в тот момент уловить от нее сильные волны любопытства и какого-то мстительного удовлетворения. Она догадывалась, что между мной и Драко что-то было в ту ночь. Наверное, она думала, что простачка Грейнджер расплачется и пожалуется на ужасного Драко Малфоя. Но я тоже могу быть стервой, Патил. Закипающая буря обиды и ненависти — за что, Падма?? Я ведь действительно хорошо к тебе относилась — помогла мне дружелюбно произнести: — О, привет, Падма. Прости, опаздываю! Я отлично, как твои дела? Патил на секунду застыла, приторно-заботливая маска не успела слететь с её лица. Но она моргнула и пошла рядом со мной прямиком к лифту, при этом внимательно разглядывая меня. — Как вы с Драко посидели? Он тебя не обидел? Мерлин, как человеку просто хватает совести быть таким. Я прямо посмотрела на неё. — О-о-о-о, это было классно! Только я слишком много выпила. Мне удалось даже хихикнуть для убедительности. Театр Шекспира «Глобус» много потерял в моём лице. Ухоженное лицо Патил вытянулось: — Да? Это явно не то, что она ожидала. — Да. Мы зашли в лифт. Благо с нами ехала лишь одна старая колдунья и никого знакомого. Мы приветственно кивнули ей, а Патил наклонилась к моему уху и заговорщицки прошептала: — Ну, а он к тебе не приставал? Ты только скажи, я ему задам за тебя! Да когда же ты уймёшься. Я собрала всю свою силу (поддерживая игру в то, что мы две школьные подружки, непринуждённо щебечущие на уроке прорицаний), улыбнулась ещё шире и прошептала в ответ: — Малфой-то? — я хохотнула. — Я тебя умоляю, он такой душка. «Какая же ты мокрая, Грейнджер…» Нет. Не сейчас. Двери лифта открылись. В Холле, возле каминной сети, Драко Малфой медленно мерил шагами пространство. Руки его были спрятаны в карманах тёмной мантии. Он, словно почувствовав присутствие, обернулся в нашу сторону и остановился. Сказать, что моё сердце запрыгало, как ненормальное, — ничего не сказать. Что мне сделать? Пройти мимо? Если Падма Патил увидит нас, выходящих вместе, то это разлетится по всей магической Британии быстрее, чем я успею произнести свое имя. И, Мерлин знает, какими подробностями это обрастет. Малфой тоже быстро оценил ситуацию. И, видимо, мы были одного с ним мнения. Он криво улыбнулся, когда мы приблизились. — Драко, а мне Гермиона только что рассказала, как вы весело посидели позавчера, — сахарно пропела Падма, беря меня под руку. Малфой пронзительно посмотрел на меня, я застыла в ужасе, встречаясь с ним глазами. Я ничего не говорила! Драко обольстительно медленно начал растягивать губы в мягкой улыбке. Я завидовала его контролю и умению держать себя. Вот кому нужно вручить премию «BAFTA». — Да? И ты успела пожалеть, что не пошла с нами? Он усмехнулся, а она рассмеялась так, словно услышала лучшую шутку в жизни. Это что, был флирт? — О, не-е-е-ет, не пожалела, — её агатовые глаза хитро блеснули. Мерлин, она вела себя так, будто бы точно знала, что было рядом с пабом. Я увидела, как уголок рта Малфоя чуть дёрнулся, и он быстро глянул на меня. Выглядело всё так, будто бы я действительно вывалила ей все подробности. Лицо Малфоя окаменело. — Драко Малфой, — продолжила Патил всё тем же тоном. — С тобой я больше не буду пить огневиски. Наедине. Она задорно подмигнула ему, явно намекая на их интимное прошлое. Но если учитывать контекст, то прозвучало так, словно бы это я предостерегла её. Малфой застыл, словно статуя. Паническая мысль тут же прострелила мой мозг: «Он больше никогда не посмотрит в мою сторону». Ужас сковал моё сердце. Было такое чувство, что я физически не смогу вынести такого наказания. — Тебе я и не предложил бы больше, даже если бы ты слёзно просила, дорогая, — спокойно произнёс Драко, не глядя в мою сторону. — Так, у вас тут намечается какой-то личный разговор, — услышала я отдалённо свой уставший голос, который прозвучал словно из механического радио. — Я, пожалуй, пойду, у меня дела. Пошли они оба к чёрту, я не хочу участвовать в этом спектакле больше ни секунды. Я высвободила свою руку из захвата Патил и направилась было к ближайшему камину, но Малфой остановил меня нейтрально-сухим голосом: — Мы уже закончили, а я должен передать тебе дополнительные сведения по делу, которые получил совсем недавно. И тоже пойду. Это не займет много времени. Лжец. Падма Патил купилась. Она еще что-то съязвила в адрес бывшего слизеринца, но выглядело это больше как приглашение к близости, а не как серьёзная колкость. Обнялась со мной, улыбнулась Малфою и пошла обратно в лифт. Драко внимательно следил за тем, чтобы она окончательно скрылась из виду. Я же стояла напротив, не в силах пошевелиться, и скользила взглядом по его лицу. Нежно касаясь. Обводя каждую ресницу, контур бровей. Пухлые губы, почти незаметные капилляры на заострённых крыльях носа. Мерлин. Я действительно люблю его. Даже после того, что он сделал. Какой кошмар. — Она ушла. Его серые глаза устремились в мою сторону. Пространство вновь стало вязко-тягучим между нами, словно из него выкачали кислород. — Не хотелось бы говорить здесь, выйдем? Я кивнула, а он по-джентельменски проводил меня до камина, пропуская вперед и невесомо касаясь спины. Мерлин, дай мне силы.