3.
22 октября 2024 г., 10:00
— Привет, — в номер вошла красивая женщина лет тридцати-тридцати пяти, одетая в традиционное ханьфу, — Какими судьбами? Ты редкий гость в будни, — ответила она на приподнятую бровь Шанга Сюэ.
— Соскучился, — усмехнулся мужчина, расслабившись и закинув ногу на ногу.
— Я заставлю тебя забыть обо всех проблемах… — женщина села рядом с ним, поцеловала в щеку, томно шепча в ухо.
— Не до такой степени соскучился, — Шанг Сюэ ласково щёлкнул ее по носу и подал бокал с шампанским.
— Ты всегда знал, как мне угодить, паршивец, — нарочито недовольно произнесла женщина, пересаживаясь на диванчик напротив.
— Я переспал с парнем, — неожиданно признался Шанг Сюэ.
Женщина пьющая в этот момент из бокала, подавилась, разбрызгивая шампанское на себя, на стол с яствами и сидящего напротив мужчину. Тот спокойно взял салфетки и принялся промакивать одежду. Затем встал, подошёл к своей собеседнице и, взяв чистые салфетки, принялся вытирать ее красивое и несомненно дорогое шёлковое ханьфу.
— Ты это серьезно? — прокашлявшись, спросила женщина, когда Сюэ вернулся на свое место.
— Я понимаю твое удивление. Но да, я серьёзно, — все так же спокойно подтвердил мужчина, откидываясь на спинку дивана, раскинув на ней руки.
Женщина вскочила и подбежала к панорамному окну, выглядывая наружу, стараясь разглядеть что-то снаружи.
— Что случилось, Лу? — Шанг Сюэ заинтересованно чуть подался вперёд.
— Проверяла, не выпал ли снег, — воскликнула возмущённо женщина, возвращаясь на свое место.
Дон Лу со всем изяществом уселась на диванчик и потянулась за виноградом. Рука остановилась на полпути, все блюдо с фруктами было забрызгано шампанским, равно как и остальные закуски.
— Эй, там! — громко позвала женщина стоящего за дверью официанта, махнув рукой, словно хотела скинуть все со столика. Служка вошел в номер и застыл, ожидая приказа, — Убери, — Дон Лу указала на тарелки и бокалы. Взглянув на Шанга Сюэ в желании спросить, что тому принести, заметила его отрешенный мечтательный вид с полуулыбкой на губах, — Принеси мясную нарезку и графин рисового вина, мне бутылку шампанского.
Отпуская официанта взмахом руки, она не отрываясь всматривалась в знакомое с детства лицо. Никогда прежде она не видела такого выражения у своего друга, или скорее хозяина. Женщина прекрасно знала его — так выглядят те, кто думает о любимом человеке. По хребту Дон Лу пробежал холодок. Не может быть!
— Так когда, говоришь, вода в Хуанхэ стала прозрачной? — Дон Лу вытащила из мешочка на поясе портсигар, вынула из него длинную черную сигарету и, вставив ее в мундштук, прикурила от золотого Zippo.
— Она еще жива? — мужчина заметил зажигалку и протянул руку, женщина удивилась, но положила вещь в раскрытую ладонь, — Сколько лет прошло? Я же дарил тебе ее на двадцатилетие, так? — Шанг Сюэ покрутил зажигалку меж пальцев, открыл, чиркнул и, посмотрев на огонь, вернул вещь хозяйке.
— От души видать дарил, — усмехнулась Дон Лу, убирая зажигалку в мешочек.
— Все, что касается тебя, я делал от души, — Шанг Сюэ откинулся на спинку.
— Ага, — не желая продолжать женщина задумчиво затянулась и медленно выпуская дым, из-под ресниц глядя на собеседника.
Не то, чтобы Шанг Сюэ врал. Он и правда никогда не обижал ее как а-Сюэ — друг детства, воспитанник одного с ней семейного детского дома. Но как Шанг Сюэ — быстро поднимающийся по карьерной лестнице триадец — совершал много неприятного. Надо сказать, лично Дон Лу это никогда не касалось, но много было пострадавших девочек и мальчиков, ее друзей и воспитанников.
Из размышлений женщину вывел официант. Постучав в дверь и получив разрешение войти, он вкатил тележку с разнообразными закусками, графином вина и бутылкой шампанского в ведерке со льдом. Расставив все на столе, он с легким хлопком открыл шампанское и, наполнив бокал, передал Дон Лу. Затем притронулся к графину и вопросительно глянул на мужчину. Шанг Сюэ жестом показал, что сам себя обслужит, отпуская официанта.
— Госпожа Хуа, мисс Йинши просила вас спуститься, — молодой человек поклонился женщине и после того, как передал сообщение, удалился.
— Ничего без меня не могут, — по привычке кокетливо произнесла Дон Лу, поднимаясь с дивана и направляясь к двери, — Не скучай…
— Интересно, кто там явился, что мне знать это не нужно, но кого выпроводить может только Лу? — ухмыльнулся Шанг Сюэ, потянувшись к графину с вином, после того как подруга вышла из номера.
Женщина отсутствовала около сорока минут. За это время мужчина выпил три рюмки вина и, вытащив смартфон из кармана, пялился на номер подписанный как «Шпана». Ему до смерти хотелось позвонить, спросить как дела, договориться о встрече. Но Шанг Сюэ продолжал только смотреть, изредка тапая по экрану, не давая гаджету уйти в сон. Было непривычно иметь подобные мысли и желания. Ни одна женщина никогда не вызывала подобного, даже та красотка из школы, по которой он сох, не вызывала в нем желания видеться и общаться с ней постоянно.
Оглядываясь назад, Шанг Сюэ понимал, что ему доставляла сама мысль, что такая, как она с ним, что она его девушка. Он хвалился ею и нес как флаг и знак своей успешности и влияния в школе. Судя по всему, сейчас его неожиданный любовник находился в том же положении, что и он. Хотя нет, вероятно Усянь забрался гораздо выше. Только вот в отличие от Шанга Сюэ, который изначально намеревался стать членом триады, «Шпана» подобным не отличался. Напротив, не жаловал подобных гонконговцу. Мужчина заметил это по взгляду, что бросал Усянь на арене. Со злостью безошибочно узнавая в незнакомцах тех, кто принадлежал к мафии.
— Позвони, хватит гипнотизировать телефон, — Шанг Сюэ повернулся на голос. Погрузившись в воспоминания, он не заметил как хозяйка борделя вернулась в номер и даже успела налить себе шампанского.
— Мы не договаривались о звонках, — это была правда, мужчина получил номер «Шпаны» не от него самого, а от хозяина арены в Шанхае.
— И где это тебя так склеили? — усмехнулась женщина, залпом выпив напиток и тут же потянувшись за бутылкой, чтобы налить снова.
— Кажется, в этот раз склеил я сам, — хмыкнул Шанг Сюэ и вернулся в вечер, когда впервые встретился с Вэй Усянем.
***
Это был последний день в его, казалось бы, бесконечном деле — подписании договора с группировкой Шанхая. Хотя назвать это группировкой было не правильно. В каждом большом городе — а Шанхай был как раз из таких — группировок триад тьма: от самых мелких уличных и квартальных, до крупных районных. В данном случае договор подписывался общим советом глав всех группировок Шанхая, так же обстояли дела и со стороны Гонконга. От Шанхая представителем выступал относительно молодой глава одной из групп — Сяо Тэн Дан. От Гонконга — Красный посох группировки Сунъион — Шанг Сюэ. Вообще это было неправильно, заключением договоров должны заниматься главы, и Сяо Тэн Дан по праву мог считать себя оскорбленным тем, что на такое задание послали пусть и правую руку, но все же представителя ниже его по ранговой лестнице. Но этот молодой и амбициозный триадец очень правдоподобно улыбался и принимал Шанг Сюэ так, что его дружелюбность не ставилась под сомнение. И правда, до гонконговца дошли слухи, что Сяо Тэн Дан вынужден был после первой встречи представителей мчаться на общий совет глав и там выслушивать от стариков их нытье по поводу уязвленной гордости. В ответ на это молодой глава уверил всех, что им не стоит нервничать по этому поводу, ведь он один отдувается за всех, и по сути он и должен быть унижен. Ну а самым главным стало упоминание того факта, что договор выгоден в первую очередь Шанхаю. Группировкам давно пора идти в ногу с цивилизацией, европейская мафия давно уже по большей части уходит в честный бизнес. Что говорить, якудза и братья из Кореи тоже, одни китайцы застряли в неолите. Гонконг оффшорная зона, не надо никуда ехать, открывай сколько хочешь точек с бизнесом и греби бабки лопатой. Красиво звучит, вот только если ты не платишь настоящим хозяевам, то полетит твой бизнес на дно Марианской впадины быстрее тонущего корабля. Договор же развязывал руки, и пусть он не давал им полную свободу, но все-таки каждый мог устроить тот бизнес, какой хотел, и управлять им без вмешательства хозяев. Этот факт урезонил стариков, и они, прикусив языки, больше не тревожили Сяо Тэн Дана. И вот конец эпопеи, длящейся несколько недель. Заключить договор между триадами — дело довольно хлопотное, это не как в обычной компании: пара встреч и подписи на бумаге. Нет. Первые встречи — просто знакомство, обнюхивание и принюхивание друг к другу. Следующим этапом шли переговоры и обсуждение договора, которые, как правило, проходили в ресторанах или за накрытым столом с обильным распитием алкоголя. Не сложно догадаться, что переговоры переставали иметь смысл после пары часов возлияний, продолжаясь уже вульгарной попойкой, заканчивающейся «мордой в рисе» большинства ее участников. Обычно этот этап растягивался на недели, с длинными — в несколько дней — перерывами. Но в этот раз, благодаря представителю Шанхая, он закончился в течение недели, хотя по сути мог бы закончится и за пару дней, но оба представителя решили отдать дань традициям. Сяо Тэн Дан не был любителем выпить, и подписание договора было в его интересах, впрочем, Шанг Сюэ полностью его поддерживал. Как в нелюбви к излишествам в алкоголе, так и в интересе к подписанию соглашения. Но даже последний этап — заключение договора, это не просто поставить печать. После самого подписания предполагался праздничный ужин и мероприятия, которые затягивались на пару дней.***
Это была пятница. Днем Шанг Сюэ и Сяо Тэн Дан поставили печати под договором, а потом поехали в семейный ресторан, где их ждали все главы группировок Шанхая. Шанг Сюэ посчитал этот обед, плавно перетекший в ужин, самым тяжелым из всех, что он пережил. Гонконговец кожей чувствовал напряженную атмосферу застолья, как и видел неприязнь, грозящую опасностью, в глазах сотрапезников. Если бы он за время своей деятельности пересек кому-то из них дорогу, то этот ужин мог бы стать последним в его жизни. Убить его и выдать все за несчастный случай ничего не стоило. Да и выглядело бы правдоподобно: договор подписан, никакого негатива от переговоров не чувствовалось — тишь да благодать. Новые партнеры — Шанг Сюэ был уверен — из кожи вон бы вылезли в попытках помочь братьям из Гонконга найти виновных в смерти их товарища. И наверняка виновные бы нашлись и были наказаны на радость всем. Все эти, к вящему довольству гонконговца, не сбывшиеся предположения вызывали в Шанг Сюэ холодок, пробегающий по спине, покрывшейся влажным потом от напряжения. После окончания ужина он и его личный телохранитель Ли Чжун отправились в бар, стряхнуть «нафталин» и выпить нормального алкоголя, а не кислое рисовое вино. Ничего против традиционного китайского вина ни тот ни другой не имели, но после того как пили его в компании престарелых нытиков, осталось стойкое ощущение, что оно покрылось плесенью или же было настояно на средстве от моли. После бара мужчины собрались посетить местную арену боев без правил и окончательно стряхнуть с себя раздражение и нервозность. Именно об этом они говорили, а если точнее обсуждали последнее посещение боев и бойцов, что тогда выступали, когда Шанг Сюэ почувствовал на своей спине обжигающий взгляд. Сначала он терпел, но тот не исчезал и, кажется, прожег уже в его пиджаке дыру. Потому мужчина, не выдержав, обернулся вполоборота и посмотрел на того, кому принадлежал взгляд. Он встретился с серыми, цвета туманной дымки, глазами молодого человека, при лучшем рассмотрении оказавшегося совсем юнцом. Мужчина удивленно приподнял бровь, а его губы расползлись в усмешке, он уже было хотел спросить, что тут забыл школьник, ведь молока тут не подают, да и горшок давно прозвенел отбой. Но глаза напротив тут же сменили свой цвет и выражение. Они потемнели и теперь смотрели жестким уверенным взглядом, словно прочитав мысли мужчины. Шанг Сюэ показалось, что он недавно где-то видел подобный взгляд и пока силился вспомнить, где и у кого, юноша открыл рот. — Прошу прощения, господа, не поделитесь адресочком арены? Я никому не скажу, кто мне его дал, — губы его расплылись в дружелюбной улыбке, и только глаза оставались холодными и отстраненными. — Для бойца ты слишком юн, да и бабла у тебя, по ходу, не шибко много, — ухмыльнулся Шанг Сюэ по привычке. — А это не вам решать. Адрес скажи, а дальше я сам, — юнец стучал в нетерпении пальцами по барной стойке, наглый тон, вкупе с нервозностью, выдавал в нем наркомана. Гонконговец прищурился, всматриваясь в глаза — зрачки нормальные, взгляд все тот же — не наркоша. — Ты че, нарываешься, малолетка? — Ли Чжун приподнялся со стула, намереваясь преподать урок мальцу. К слову сказать, Шанг Сюэ тоже ощутил раздражение и поднимающуюся в груди злость, вызванные наглостью и тоном мелкого. Но когда подчиненный его опередил и высказал все, мужчина почувствовал желание защитить парня. Чему удивился. — Если бы я нарывался, ты бы уже лежал мордой в пол, — не сбавляя наглости пер юноша, тихо добавив в конце, — А потом, возможно, я… Мне просто нужен чертов адрес, я же сказал, что никому не скажу кто его дал. Да я и правда вас не знаю, — с новой силой начал напирать мелкий, осклабившись в конце. Шанг Сюэ ухмыльнулся, в этот раз восхищаясь смелостью юноши. — Ты! — Ли Чжун вскочил со стула. — Погодь, — Шанг Сюэ остановил подчиненного, положив ему руку на плечо, — А ты борзый, — заинтересованно произнес он в сторону юноши. В голове крутилась мысль, а не провокация ли это со стороны шанхайцев, — Я скажу тебе адрес и даже довезу туда, если скажешь, зачем тебе это: бабок захотел срубить или крутость свою показать? — Шангу Сюэ не хотелось прощаться с юнцом, как не хотелось и навредить. И вовсе не из страха перед новыми партнерами. Это было что-то новое для мужчины, чего он пока еще не понял. — Ни то, ни другое. Надо отвлечься и расслабиться, — юноша моментом успокоился и уже казался безразличным к теме арены. Он отвернулся от собеседников и пригубил от стакана с пивом, при этом не поморщившись. Видимо, не впервой пил. — Найти бабу не вариант? — поинтересовался Шанг Сюэ и почему-то ревностно ждал ответа. Заданный вопрос, казалось, изменил атмосферу. Юнец повернулся к нему, оценивающим взглядом осмотрел мужчину, положив голову на руку, стоящую на поверхности барной стойки, и хищно улыбнулся. — О втором вопросе договора не было. Давай адрес, — пацан снова включил наглость, но в этот раз она была другой, как и его тон. Что-то это напомнило мужчине. — Я отвезу тебя… — начал было Шанг Сюэ, но его быстро перебили. — На хер надо, еще отпердолишь, — отмахнулся мелкий зло с нотками ехидства, — Да и выпил я, в таком виде драться не буду. Поеду, когда протрезвею, — уже серьезно сказал юноша, шаря глазами по фигуре мужчины, постоянно спотыкаясь о его шрам на лице. — А ты не так прост, как я посмотрю, — с некоторой ноткой восхищения протянул Шанг Сюэ, с удивлением для самого себя заметив, что выглядело это так, словно он пытается подцепить парня как какую-то девку. Гонконговец чуть не подавился виски, который только что глотнул, от этого понимания. Но вместо этого полез во внутренний карман за ручкой, чтобы записать на салфетке заветный адрес, — Хотел бы я посмотреть на тебя… в деле, — передавая салфетку, мужчина вдруг осознал, что просто хочет увидеть парня, не обязательно в драке и даже не на арене. — В следующие выходные заезжай туда, увидишь, — юнец подмигнул вытягивая салфетку из сжатых пальцев и, отвернувшись, принялся быстро допивать пиво. Более он не разговаривал с Шангом. Заказал еще стакан пива и пару раз был замечен им рассматривающим гонконговца. Допив и этот стакан, юноша покинул бар. А мужчина почувствовал себя брошенным, надеясь, что уже на следующий день не вспомнит об этой встрече. Так сильно он еще никогда не ошибался.
