***
Негромкий стук в дверь разбудил ее ото сна. Она вскочила с кровати и зависла над ней, пытаясь вспомнить, где находится. — Коузи? Ты не спишь? Можно войти? Голоса Твайлайт было достаточно, чтобы напомнить Коузи о том, что произошло вчера, и сильно испортить ей настроение. — Нет! Я не хочу, чтобы ты была в моей комнате. Уходи! — Но ты, наверное, голодна, — сказала Твайлайт через дверь. — Может, попросить повара приготовить тебе блинчики? Вопрос заставил Коузи с болью осознать, что она уже давно ничего не ела. Когда она питалась магией аликорна, ей даже не требовалась еда, а с тех пор она не перекусывала. Она боролась с когтистым чувством голода. — Нет! Я не хочу есть! Она услышала, как Твайлайт вздохнула. — Я позабочусь о том, чтобы они разогрели для тебя еду. Она не успела возразить, как услышала звук удаляющихся копыт. — Я не собираюсь есть твою еду, — сказала она двери. На ее лице появилась лукавая ухмылка. — К тому же, когда я выйду, я смогу есть все, что захочу. Она снова завязала гриву и хвост и выпила чутка воды, чтобы немного заглушить чувство голода. Приготовившись, она уселась посреди комнаты и стала прикидывать возможные пути отступления. Балкон был очевидным выбором. Возможно, копытами разбить стекло будет слишком сложно, но Твайлайт снабдила ее хорошо укомплектованным книжным арсеналом. Она начала перебирать книги, ища самую тяжелую. Ей оказалось нечто под названием «Записки сумасшедшего», но она решила использовать другую книгу, а именно — некий Дневник Дружбы. Она подумывала использовать его для туалетной бумаги, но решила, что будет лучше, если он станет инструментом, с которого начнется конец Твайлайт. Подхватив книгу, она взлетела в воздух, а затем полетела так быстро, как только могла, и швырнула книгу прямо в стекло. Фиолетовое поле окутало стекло, и тяжелая книга полетела прямо на нее. — А? — только и успела сказать она, прежде чем книга ударила ее по лицу, сбив и оставив ошеломленную и раненую на полу. Борясь со слезами, она решила просто лечить свою больную мордочку и свою гордость. Она забралась на кровать и легла, глядя в окно на яркое голубое небо, ожидая, пока боль утихнет. Подсознательно она слегка хлопала крыльями и чувствовала, как ее настроение становится все менее и менее уверенным. В ее возрасте пегасы не должны сидеть дома. Обычно она училась в летной школе и проводила весь день на улице. В животе раздалось небольшое урчание. Лоб еще немного побаливал, но она спрыгнула с кровати и подошла к обиженному стеклу. Она прижала к нему копыто, но ничего не произошло. Она попыталась ударить, но тут же появился щит. Видимо, он срабатывал только от быстрых ударов. Коузи прикусила губу и оглядела комнату. Может быть, если она найдет что-нибудь тяжелое, то сможет прислонить это к стеклу. Если она будет медленной, то щит не активируется, но вес все равно может разбить стекло. Но ничего тяжелого она не увидела. Книжные шкафы были намертво прикручены к стене, а кровать была слишком прочной, чтобы ее можно было разобрать, и слишком тяжелой, чтобы сдвинуть ее с места. Стук в дверь прервал ее размышления. — Коузи? — Оставь меня в покое! — отозвалась Коузи. — Я не хочу тебя видеть, и я не голодна! Она услышала, как Твайлайт вздохнула. — Послушай, Коузи. Ты же знаешь, что я чувствую, когда активируется моя магия? Не беспокойся об окне. Если щит будет разбит, это вызовет замораживающее заклинание во всей комнате. Так ты не сможешь сбежать. Коузи раздраженно хмыкнула. — И… знаешь, если ты и дальше будешь пытаться сбежать, то не оставишь мне выбора. Коузи почувствовала себя так, словно кто-то вылил ей на голову ведро ледяной воды. Дрожь прошла по позвоночнику, от шеи до хвоста. Она свернулась калачиком и обхватила себя хвостом, пытаясь справиться с дыханием. Твайлайт осторожно открыла дверь, но не вошла. — Коузи, я не хочу тебя пугать, — мягко сказала Твайлайт. — Если будешь бояться меня, ты не станешь лучшей пони. Но ты должна понять, что я не могу позволить тебе сбежать. Не после того, что ты сделал. Коузи не ответила. Твайлайт знала, что она пыталась сбежать. Если бы не ее наивность, то Коузи уже снова была бы статуей. Эта мысль пугала ее. Твайлайт сама сказала, что это был последний шанс Коузи. Статуя практически означала смерть или, по крайней мере, затерянность во времени на века, если она когда-нибудь очнется. — Можно мне войти? — спросила Твайлайт. — Нет! — Коузи сорвалась с места и уставилась на Твайлайт. Ее даже не волновало, что в глазах у нее заблестели слезы. — Это моя комната! Уходи! — Разве ты не хочешь хотя бы немного поесть? — спросила Твайлайт. — Ты, наверное, умираешь от голода. Я могу выйти из столовой, если хочешь. Она опустила взгляд на ковер. В желудке было пусто, а мысли были более тусклыми, чем обычно. Если сбежать будет не так просто, как она надеялась, то в конце концов ей придется поесть. Такой растущий жеребенок, как она, не могла строить планы на пустой желудок. — Ну… наверное, если я выйду отсюда и найду какую-нибудь еду, то не стану ее выбрасывать, — призналась она, и каждое слово оставляло во рту горький привкус. Она не встретила взгляда Твайлайт. — И, конечно, гипотетически, если бы ты нашла блинчики, что бы ты надеялась найти к ним? Яблочное пюре? Чернику? — спросила Твайлайт. — Кленовый сироп. И, может быть, немного яблочного соуса, — тихо сказала Коузи. От поражения ее сердце было пуще желудка. Она услышала, как Твайлайт бесшумно ушла. Она подождала несколько минут, затем подлетела к двери и открыла ее. Она выглянула наружу и оглядела коридор вдоль и поперек. Дверь в кабинет Твайлайт была закрыта. Она подлетела к ней и прижалась ухом к замочной скважине. Изнутри донесся слабый звук пера по бумаге. Твайлайт была в своей комнате. Коузи отвернулась и полетела в общую комнату. На столе, рассчитанном на двоих, стояла тарелка со стопкой блинов, рядом с банками с кленовым сиропом, яблочным пюре и свежими ягодами. Там же стоял кувшин с молоком и кувшин с водой. От запаха у нее потекли слюнки. В животе снова заурчало. Бросив последний взгляд через плечо, чтобы убедиться, что Твайлайт не вышла, она вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Она вскочила на стул и взяла со стопки блинчик. Он был еще теплым. Она наклонила банку с кленовым сиропом, пока на блинчике не образовалась красивая капля сладкого лакомства. Она размазала его ножом и свернула блинчик, а затем взяла его в копыта и откусила. — Хммм… Она не могла остановить звук, вырывавшийся из ее горла. После столь долгого отсутствия пищи сладкий, пушистый вкус был для нее просто райским. Она откусила еще один кусочек, как только проглотила, наевшись досыта. Она приготовила еще один блинчик, но уже с яблочным соусом. Она подозревала, что сестра Эпплблум приложила копыто к его приготовлению, но ей было все равно. Она просто хотела не чувствовать себя голодной. Она убрала всю стопку и вылизала свою тарелку дочиста. Оглянувшись, чтобы Твайлайт не подглядывала из дверного проема, она даже взяла несколько ложек яблочного пюре прямо из банок и съела их. Сейчас сама мысль о том, что можно хоть как-то бросить вызов Твайлайт, пусть даже в такой мелочи, казалась ей маленькой победой. Она уже потеряла лицо, приняв эту еду. Любой акт неповиновения, каким бы незначительным он ни был, был ценен для нее. Она должна была доказать себе, что еще не сдалась. Удовлетворившись этим, она откинулась на спинку кресла и осмотрела комнату, в которой находилась. Здесь было больше книг (потому что они, конечно же, были), диваны и удобные кресла для чтения, камин. Он не был зажжен. Здесь не было окон. Бросив еще один взгляд на дверь, Коузи спрыгнула с кресла и заглянула в дымоход. В кирпичи были вбиты тяжелые металлические шесты, пересекавшие дымоходное пространство, и даже в этом случае она не видела солнечного света. Видимо, душещипательные истории о дарителях, спускающихся в дымоход, чтобы вручить подарки, были несколько упрощены. Она отошла от камина и оглядела комнату в поисках чего-нибудь еще, что могло бы ей пригодиться. Через десять минут она вздохнула и направилась обратно в свою комнату. Она бросила угрюмый взгляд на дверь в это крыло замка. Она знала, что она заперта, но все равно решила попробовать. Она не сдвинулась с места. Она встала перед ней. Она почти слышала, как с той стороны ее зовет свобода. Столь близко, но столь далеко. — Может, мне удастся как-нибудь достать ключ, — подумала Коузи. Она издала недовольный звук и зашагала обратно в свою комнату. Сегодня она не собиралась выходить. Придется все-таки сделать еще одну отметку в календаре.***
Твайлайт тоже смотрела на дверь. В кабинет. Она хотела, чтобы Коузи вошла и поговорила с ней. Ей не нужно было просить Твайлайт стать лучшей пони, но если Коузи просто признает ее, позволит ей поговорить с ней, то она будет уверена, что сможет ей помочь. Было очевидно, что Коузи все еще оставалась коварной, но то, что она проявила непокорность, было новым. Хотя Твайлайт не была психологом, она подозревала, что это происходит потому, что Коузи понимает, что ее загнали в угол, где ее обычные трюки не сработают. Этого было достаточно, чтобы вывести из себя любую пони, особенно жеребенка. Твайлайт тоже было тяжело. С тем, что она делала с Коузи, она не могла претендовать ни на какое моральное превосходство. Ее намерения были благими, и она делала для нее больше, чем Коузи заслуживала на самом деле, но она все равно держала кобылку взаперти и изолировала от других пони, требуя, чтобы та изменила весь свой образ жизни. Это ее не устраивало. Это вызывало у нее раздражение, и только благодаря тому, что она отвлекалась на работу, ей удавалось оставаться в своей комнате и не пытаться заговорить с Коузи. Она обещала ей остаться в столовой одной, и нарушение такого простого обещания, скорее всего, уничтожило бы все шансы Коузи заслужить ее доверие. Тем не менее, от этого обещание не становилось легче выполнить. Она повернула уши, чтобы уловить небольшой звук. Крошечные, медленные шаги копыт и звук закрываемой двери. Она чуть не вскочила с кресла и вышла в коридор. Она уже собиралась постучать в дверь Коузи, но снова опустила копыто и покачала головой. Что она могла сказать? — Как тебе еда? — Я не хочу с тобой разговаривать! Оставь меня в покое! — Нашла какие нибудь книги почитать? — Даже если бы нашла, я бы тебе не сказала! — Хочешь сложить пазл вместе? — Я бы лучше была вместе с Тиреком и Кризалис, чем с тобой! Твайлайт и не предполагала, насколько психологически выматывающим окажется это задание. Ей так хотелось помочь Коузи, но Коузи ни за что не позволила бы Твайлайт сделать первый шаг! Да и сама Коузи, гордая и озлобленная, не хотела делать первый шаг. Так что же могла сделать Твайлайт? Да и что вообще? Твайлайт зажмурила глаза и с болезненной гримасой отвернулась от двери. Она должна была хотя бы убрать посуду Коузи.