Лисья нора 2.0

Алина медленно развернулась, скользнула взглядом вдоль пустой домашней скамейки запасных и по местам позади неё и увидела Эндрю. Тот сидел в проходе, примерно десятью ступеньками выше, подавшись вперёд и уложив скрещенные руки на колени. Алину поразил непроницаемый взгляд Эндрю. Последние несколько недель тот постоянно находился под воздействием таблеток, и Алина привыкла к его возбуждённому состоянию. Она уже хотела снова упрекнуть Эндрю в нарушении судебных предписаний, но потом вспомнила, который час. Очевидно, на ночь Миньярд таблетки не принимал. Впрочем, внимание Алины привлекло не только его спокойное поведение, но и одежда — мешковатая футболка и спортивные штаны. Что для самой девушки привычный стиль одежды. Когда Эндрю забирал Алину со школы, на нём была джерси, а после Алина встречала его только в форме. Теперь, без громоздкой амуниции и вратарских перчаток, Алина наконец увидела неизменный атрибут Эндрю: чёрные повязки на обеих руках от кисти до локтя. Как утверждала ехидная шутка, по ним-то окружающим и следовало различать близнецов. Зачем Миньярд намотал их посреди ночи, было непонятно. Спрашивать, однако, не пришлось. Проследив за взглядом Алины, Эндрю сунул два пальца под одну из повязок и извлёк оттуда длинное узкое лезвие. В свете прожекторов коротко блеснул металл — Эндрю спрятал нож обратно. — Это такая прикольная попытка самоубийства или у тебя там реально есть спицы? — поинтересовалась Алина. — Ага, — ответил Эндрю. — Ты не им собирался порезать Ники. Сколько их у тебя? — На всех хватит. — А если судья застукает тебя с оружием во время игры? Вряд ли отделаешься красной карточкой. К гадалке не ходи — тебя арестуют, а команду отстранят от соревнований, пока не убедятся, что мы почти нормальные. Что тогда? — Буду горевать до самой смерти, — равнодушно отозвался Эндрю. — За что ты так ненавидишь экси? Эндрю вздохнул, точно его утомило столь назойливое любопытство. — Да положить мне на твоё экси. Ненавижу — скажешь тоже. Просто экси — чуть менее тоскливая штука, чем жизнь, поэтому я решил какое-то время в него поиграть. — Херня какая-то. Не понимаю. — Твоя проблема. — Разве играть тебе не по кайфу? — Меня уже спрашивали об этом два года назад. Знаешь, что я ответил? Я сказал «нет». Такая бессмысленная херь не может быть по кайфу. — Бессмысленная? Для кого как. Но у тебя же реальный талант. — Лесть скучна, и я на неё не ведусь. — Не обольщайся, мальчик. Я только констатирую факты. Ты себя недооцениваешь и мог бы многого добиться, если бы захотел. Я знаю это. Эндрю улыбнулся, сухо и холодно. — Вот сама и добивайся. Кевин говорит, ты будущая чемпионка. Через четыре года станешь профи, через пять будешь играть в сборной страны. Он лично пообещал тренеру. И ректорату. Уламывал их, пока они не согласились тебя взять. — Он… чего? Шутишь. — Алина вытаращила глаза, пытаясь переварить услышанное. В висках запульсировала кровь. Эндрю врёт, не мог Кевин такого сказать, потому что едва выносит присутствие Алины на поле. Но зачем тогда Эндрю сочиняет эти небылицы? Хочет её позлить? — В общем, Кевин добился своего, и вот ты здесь, — подытожил Эндрю. — Странно только, что девчонка, которая так тащится от игры и имеет все шансы на успех, от всего этого отказывается и остаётся в поддержке. Почему, а? Если Эндрю не обманывает, значит, это Дэй наврал товарищам, а пойти на такие ухищрения он мог только по одной причине. Выходит, он всё же узнал Алину и был готов наговорить что угодно, лишь бы заполучить её в команду. В таком случае что конкретно известно Кевину? Как много он сумел понять или запомнить из их детства? Помнит ли он настоящее имя Алины? И догадывается ли, что это означает? — Враньё, — наконец произнесла Алина, потому что ей хотелось, чтобы это было ложью. — Кевин меня ненавидит. — Произнесено это было не без грусти в голосе. — А может, ты его? — сощурился Эндрю. — Никак не разберу. Что-то тут не сходится. — Я тебе не задачка по математике. — Но я всё равно тебя расколю. Алина молча отвернулась. Кевин закончил тренировку и теперь собирал мячи. Когда он направился к выходу с поля, Эндрю за спиной у Алины зашевелился. Послышался шорох ткани: Миньярд встал и тихонько спустился вниз по трибуне. — Ты головоломка, — бросил он на ходу. — Ну спасибо. — Это тебе спасибо. — Эндрю, не оглядываясь, прошёл мимо Алины. — Мне как раз нужна новая игрушка. — Посмотрим, кто ещё с кем играть будет. — Да, поживём — увидим. Кевин закрыл дверь на поле, снял шлем и, скользнув глазами по Эндрю, упёрся взглядом в Алину. Алина выдержала этот взгляд, пытаясь прочесть на лице Кевина правду и найти подтверждение громким словам Эндрю. Кевин никак не мог слышать их разговор, однако Алина почему-то ждала, что он произнесёт то, её настоящее имя. — А ты что здесь забыла? — вместо этого спросил Кевин. — Хотела потренироваться, — ответила Алина. — Толку-то. Грубо, но именно это Алина и надеялась услышать. Значит, врёт Эндрю. Глядя на Кевина, Алина почувствовала, что дышать стало чуть легче. Поставив ведро с мячами под ноги, Дэй положил клюшку и шлем на трибуну, чтобы снять защиту. Стянул перчатки, ткнул их под мышку, просунул пальцы под лямки нагрудника. Когда он закончил, Эндрю забрал у него снаряжение, затем подцепил за решётку шлем. — Эндрю? — позвал Кевин, снова беря в руки клюшку. — Уже иду, — сказал Миньярд и двинулся в разде‍валку. Алина всё так же сидела на трибуне и смотрела на поле. Когда они ушли, она даже не обернулась и только услышала, как закрылась дверь. Потянувшись к ведру, Алина достала мяч и принялась крутить его в пальцах. — Поле, — прошептала она и вздрогнула. До боли стиснув мячик, Алина мысленно повторила свой пройденный путь. Свой путь начиная с самого детства. Память воскресила чёрный асфальт, где отец оставил свои последние жизненные силы. Это было почти два месяца назад. Алина приехала в этот город потому, что устала бежать. Она решила, что хочет умереть, но потянуть за собой весь клан Морияма, Хозяина и Рико вместе с ними. За всё то, что они с ней сотворили. Это давняя история. Когда ей было пять лет её отец отдал дочь за ящик пива своим друзьям, а те продали её Хозяину — будущему тренеру Морияма, в качестве игрушки для Рико. Тренер Морияма забрал девочку к себе и воспитал её, но не как свою дочь, а как жестокое оружие. Она воспитывалась в строгости, училась боевым искусствам, убивала людей. Помимо этого её учили играть в экси. Она, Кевин и Рико играли в экси ещё до того как в эту игру начали играть всем миром. Когда Ален было девять лет, в Рико что-то щёлкнуло. Он изменился. И в один день он изнасиловал её. Вот так просто сотворил такое с ребёнком. Позже он делал это часто: когда ему было плохо, когда ему было грустно, когда он был в ярости или когда ему было скучно. Он избивал её на глазах у всех, и всем было плевать. Все и так знали, что она собственность Рико и больше никто. Из неё сделали безвольную куклу. Осталась лишь оболочка. И потом, когда тренер убедился, что она способна беспрекословно выполнять все приказы, он назначил её своим личным секретным оружием. Киллером. Убийцей по вызову. Только позови и она придёт и убьёт нежелательных людей. В тринадцать лет её положили в больницу с истощением. Она перестала есть и у неё обнаружили «Растройство пищевого поведения» и «Анорексию». В больнице она провела пол года. Её мама приехала в больницу, и именно тогда, когда за ними следили меньше всего, мать с дочерью сбежали, не забыв прихватить у Хозяина тридцать миллионов долларов, которые Ален должна была переправить союзникам Морияма. И вот, по прошествии стольких лет она перебралась в город поближе к её прошлому дому, надеясь покончить со своей жизнью раз и навсегда. Тогда-то, два месяца назад, её и нашёл отец. Он захотел вернуть её обратно клану. И однажды, ранним утром, отец повёз свою дочь Хозяину, но выехав на четырёхполосную трассу, девушка крутанула руль машины отца так, чтобы машина выехала на обочину. Автомобиль перевернулся. Девушка думала, что умрёт, но осталась жива. Машина загорелась, а Алина успела выбраться. Отец был мёртв. Она не проронила ни одной слезинки, когда занялось пламя, и не испытывала страха. Алине повезло, что она осталась жива, а отец — мёртв. В его смерти никто даже и не подумал обвинить бедную болезненную девочку. Всё списали на несчастный случай. Только мать не верила ей. Они и так были не в самых хороших отношениях, после того как расстались год назад, а теперь она думала, что Алина всё подстроила. С того дня в суде, два месяца назад, она больше не видела свою мать. Глядя на поле, Алина судорожно сглотнула, отгоняя подступающую тошноту. Вот почему контракт с Ваймаком, честолюбивые замыслы Кевина и слова Эндрю в конечном итоге ничего не значат. Какая разница, что все они ей предлагают и сулят. Алина не такая, как они. Она никто и ничто, и этого не изменить. «Лисья нора» не для неё и ей подобных. Алина будет тратить калории и получать удовольствие от игры, пока есть возможность, но рано или поздно с мечтой придётся расстаться. Грезить о большем — только усугублять неизбежную боль в будущем. Она бросила мяч в ведро и пошла в раздевалку. Удостоверившись, что Кевин и Эндрю нигде не прячутся, надела форму и вышла на поле. Она нарочно изнуряла себя тренировкой, чтобы избавиться от мыслей о «Лисах», экси и своём прошлом. Когда Алина закончила тренировку и собрала мячи, уже светало. В квартиру она решила не возвращаться — во-первых, слишком устала, а во-вторых, пока она доползёт, Ваймак как раз сядет смотреть утренние новости. Рассудив так, Алина помылась в душе, переоделась, решила пропустить таблетку и завалилась спать на кушетке прямо в «Лисьей норе». Проснувшись около полудня, она зашагала обратно и в здание попала с помощью ключа, а вот квартирная дверь опять оказалась не заперта. Алина хотела уже было указать тренеру на его легкомысленное отношение к безопасности, однако в следующую секунду и думать об этом забыла. Несмотря на то, что дверь была приоткрыта всего на несколько дюймов, из-за неё отчётливо слышались возбуждённые голоса: кто-то яростно ссорился. Приложив ухо к щели и затаив дыхание, Алина прислушалась. — Чёрт возьми, Кевин, я сказал, сядь! — Не сяду! — Если бы Ваймак не назвал Дэя по имени, Алина ни за что не узнала бы искажённый паникой голос. — Как вы могли такое допустить?! — От меня ничего не зависело, и ты сам это знаешь! Эй, ты что? Послышался глухой стук, точно кто-то ударился о стену. Воспользовавшись потасовкой, Алина прошмыгнула внутрь и бесшумно закрыла за собой дверь, хотя могла бы и не таиться. Судя по звукам, Ваймак и Дэй крушили всё подряд. Услышав звон разбитого стекла, Алина невольно поморщилась. — Смотри на меня, — рычал тренер, — смотри мне в глаза, чтоб тебя, и дыши! — Я предупреждал Эндрю, что он за мной придёт! Я говорил! — Это совершенно неважно. Ты подписал контракт со мной. — Он вернёт универу затраты на моё обучение, и глазом моргнуть не успеете! Он может, и вам это тоже известно. Откупится и заберёт меня домой, а я… я не могу туда вернуться! Не могу, не могу, не могу… Мне пора. Я должен ехать прямо сейчас, пока он сюда не явился. Может, если я вернусь сам, он меня простит, а если ему придётся снова гоняться за мной, то он точно меня убьёт, прямо как Ален. — Заткнись, — отрезал Ваймак. — Никто тебя не убьет. Никуда ты не поедешь. — Я не могу сказать Рико «нет»! — Значит, молчи. Держи рот на замке, а болтать будем мы с Эндрю. Да, я и Эндрю. Только не говори, что забыл про этого психа. Номер Бетси у меня на быстром наборе. Хочешь, соединю вас через нее? Расскажешь Эндрю, что собираешься дать заднюю? Воцарилась тишина. Алина ждала не дыша. Наконец Ваймак заговорил снова, уже тише, но из-за волнения его голос звучал скорее угрюмо, нежели ободряюще: — Я никуда тебя не отпущу. С какой стати? По контракту ты — мой. Пускай платит сколько угодно, но контракт в силе до тех пор, пока ты его не расторгнешь, а ты этого делать не обязан, ясно? Предоставь этого еблана Рико нам с Эндрю. Твоя забота — команда и место в турнирной таблице. Ты обещал мне четвертьфинал. — Это было раньше, — уныло отозвался Кевин. — А сейчас всё изменилось. — В КРЭ обещали не оглашать новость до июня. Они видели, какие меры предосторожности мы предприняли в связи с твоим переводом, и теперь ждут общего сбора команды. Я рассказал тебе, потому что так было надо, но Эндрю пока что посвящать в это не стоит. Поклянись, что будешь держать себя в руках, когда сегодня с ним встретишься. — Эндрю сам догадается, он не идиот. — Тогда ври лучше, — отрезал Ваймак. — КРЭ только и ждёт повода выгнать Эндрю, и обратно мы его уже не вернём. Что ты тогда будешь делать? Оба надолго умолкли — Алине даже показалось, что разговор окончен, но в конце концов Кевин произнёс: — Дайте телефон. — Если думаешь, что я позволю тебе звонить Эндрю в таком состоянии… — Жану, — перебил Кевин, — я позвоню Жану. Я должен услышать это от него. Очевидно, Ваймака компромисс устроил, потому что он больше не спорил. Алина оглянулась, размышляя, не пора ли сдернуть. Что происходит — сказать сложно, но если фигурируют такие имена как Рико и Жан, то это касается и Алины. Девушка уже прикидывала, сумеет ли выйти так же беззвучно, как вошла, но тут Кевин заговорил опять. Алина замерла: её поразил не только тусклый голос Дэя, но и французская речь из его уст. — Скажи, что это неправда, — попросил он в трубку. — Что он этого не делал. Ответа Алина разобрать не смогла, но хлесткий звук захлопнувшегося телефона подсказал, что услышанное Кевину не понравилось. Заскрипела мебель — расстроенный Кевин тяжело опустился на диван. — Жди здесь, — приказал Ваймак и несколько секунд спустя оказался в коридоре. Заметив в дальнем конце Алину, он слегка вздрогнул от неожиданности, но не промолвил ни слова и сразу скрылся на кухне. Щелкнул замочек домашнего бара, звякнули стеклянные дверцы. Ваймак вернулся в кабинет с порцией водки для Кевина. — Выпей, — донесся до Алины его голос. — Я сейчас. Он снова появился в коридоре. Алина вопросительно ткнула большим пальцем на входную дверь у себя за спиной, и Ваймак вслед за ней вышел на лестничную площадку. Алина огляделась по сторонам — не подслушивает ли кто? — но все двери были закрыты. — Я собирался молчать об этом до июня, — сказал Ваймак. — Много успела услышать? — У Кевина нервы сдали — пожала плечами Алина. — Причина мне неизвестна. — Команда Эдгара Аллана подала в КРЭ заявку на перевод, и сегодня утром эту заявку одобрили. С первого июня «Вороны» входят в юго-восточный округ. Смысл дошел до Алины не сразу, а когда это наконец произошло, внутри у неё все перевернулось. Мало того что она столкнулась с Кевином, так теперь ей грозит встреча ещё и с Рико. Нет, на такое близкое знакомство она не расчитывала. Она ещё не готова. — Это неправда, — возразила она. — Правда. «Вороны» — единственная команда по экси в Западной Виргинии, входящая в НССА, так что перевод — дело плевое. Проголосовали, подписали, готово. — Это неправда, — опять сказала Алина. — Мы «Воронам» не соперники. Комитет что, рехнулся? Кто в трезвом уме выставит сильнейшую команду против слабейшей? — Тот, кто знает, что на этом можно хорошо погреть руки, — сказал Ваймак. — Переход Кевина вызвал массу негатива, но в то же время породил новую волну зрительского интереса к экси. Комитет хочет довести ситуацию до логического конца: Кевин и Рико снова выходят на поле вместе, но — впервые! — как противники. И без разницы, кто победит. Этот фокус привлечёт массу внимания и денег. — Я не могу играть против Рико, — сказала Алина, — я просто не готова. Она снова говорит двусмысленными фразами. Её захватила волна страха. — Рико не твоя проблема, предоставь его Мэтту. Твоя задача — обойти защиту и вратаря. — А если подать протест? В этом матче победитель известен заранее. — Подать протест можно, но смысл? КРЭ своих решений не меняет, особенно если это ударит по Морияме. Тебе нужно кое-что знать об этой семье, хотя рановато, конечно, для такого разговора. Я думал, сперва ты освоишься или, по крайней мере, поближе узнаешь ребят, а потом уже я тебя во всё это посвящу, но, раз комитет торопит события, выбора у меня нет. Собственно, это секрет Полишинеля, то есть мы все, — Ваймак пальцем нарисовал в воздухе круг, очевидно, имея в виду Лисов, — это знаем, но за пределами команды языки никто не распускает. И так и должно оставаться, ясно? Иначе кто-то может пострадать, даже погибнуть. Алина махнула рукой в сторону других дверей на лестничной площадке. — А как насчёт соседей? — Я на этаже один, — ответил Ваймак. — Дом построили примерно в одно время с «Лисьей норой». Спонсоры рассчитывали, что «Лисы» будут регулярно побеждать и людям захочется жить поближе к стадиону, чтобы посещать игры. Ну, а мы всё время лажали, и квартиры остались не раскуплены. Нижние этажи заселены полностью, средние сдаются в аренду на время футбольного сезона, а два верхних пустуют. И — нет, нелегально заселиться в одну из этих квартир нельзя, даже не думай. Алина надула губы, но проигнорировала обвинение. — Ближе к делу, тренер. Ваймак скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на Алину. — Тебе известно, как Кевин оказался в университете Пальметто? — Сломал руку, — ответил Алина. — Играть не мог, ну и перевёлся сюда помощником тренера. Пришел вслед за Эндрю, так? — Я его привёл, — сказал Ваймак. — На зимнем банкете он ввалился ко мне в номер, и вместо руки у него было кровавое месиво. Ничего не хотел: ни «Воронов» ставить в известность, ни в больницу ехать. Эбби подлатала его как могла, а я посадил его в наш автобус и вместе с командой привёз в Южную Каролину. — Подождите, я что-то не понимаю, — нахмурилась Алина. — Как он попал с лыжного курорта в ваш гостиничный номер? — Он не ездил ни на какой курорт. — Но он сломал руку, когда катался на лыжах! — Херня. Никакого несчастного случая не было. Алина в замешательстве уставилась на тренера. Коротко кивнув, Ваймак продолжил: — За несколько дней до зимнего банкета комитет провел собрание по итогам года. Разговоров только и было, что о Рико и Кевине. Членам комитета не нравилось, как проходит сезон. По их мнению, Рико оттирал Кевина, а Кевин не отыгрывал в полную силу, чтобы его не затмевать. Морияму-старшего заставили объясниться по поводу тренерской тактики. В ответ он устроил поединок между Кевином и Рико. Выиграл Рико, но лично я сомневаюсь, что победа была честной, иначе все сложилось бы по-другому. Как только Морияма-старший отпустил обоих с поля, Рико сломал Кевину руку. Алину словно ударили под дых. Она как будто снова пережила всё то, что сотворил с ней Рико. Рико бил её, но никогда — Кевина. Это какая-то чушь. — Что? Ваймак провел большим пальцем по тыльной стороне кисти, обозначая место травмы. — Кевин не рассказывает, каково ему было в «Воронах», но я почти уверен, что Рико и тренер Морияма дубасили его и раньше, только теперь Кевину хватило ума собрать манатки и сбежать. Вот тебе и семья, да? — Я не верю в семьи. Семья — глупость, которая тянет тебя на дно. — Согласен. Ваймак произнёс это совершенно серьезно, и Алина наконец осознала, что значил тот взгляд, который тренер бросил на неё на стадионе в тот день, то абсолютное понимание в его глазах, обезоружившее Алину. Алина попыталась прочесть в лице тренера историю, скрывавшуюся за его измученностью. Что бы ни сломило Ваймака, это произошло давно, и горечь с годами рассеялась, однако произошедшее явно наложило на него глубокий отпечаток, раз он посвящал «Лисам» столько времени. — Почему о поступке Рико никто больше не знает? — осведомилась Алина. Хотя и так знала ответ на этот вопрос. — Потому что фамилия Рико — Морияма, — устало ответил Ваймак. — С этого места начинается грязь. — Минуту он собирался с мыслями, затем поднял вверх указательные пальцы. — Клан Морияма делится на две семьи, главную и побочную. В главную входят старшие сыновья, в побочную — все остальные. Тренер Морияма, Тэцудзи, возглавляет побочную семью, а его старший брат Кенго рулит главной. У Кенго двое сыновей, Ичиро и Рико. Ичиро, рождённый первым, остался с Кенго в главной семье. Рико родился позже, поэтому вошел в побочную, а Тэцудзи сделался его официальным опекуном. Улавливаешь? — Вроде да, — конечно, она это знала с самого детства. — Семьи существуют раздельно, — продолжал Ваймак. — Кенго и главная семья находятся в Нью-Йорке, где он рулит международной торговой компанией. В будущем его бизнес перейдёт к Ичиро. Тэцудзи и Рико получают процент от прибыли, но важными шишками не считаются и в делах ничего не решают. Именно поэтому Тэцудзи беспрепятственно уехал в Японию и изобрел там экси. До тех пор пока это не наносит ущерба репутации семьи, он волен заниматься чем пожелает, а чего он желает? Создать самую сильную и беспощадную команду по экси в стране — тут никакого секрета нет. Алина посмотрела на дверь позади Ваймака, вспоминая истерику, в которой бился Дэй. — В чём тогда секрет? — Настоящий бизнес семьи Морияма — убийства. Алина метнула на тренера быстрый взгляд. Ваймак с мрачным видом вскинул руку, упреждая вопросы. — Морияма — иммигрировавшая в Америку группировка якудзы. Знаешь, что такое якудза? Японская мафия. Лет двадцать назад отец Кенго перевёз своих дружков в Штаты и обосновался на севере. Но здесь остался и орудует очень опасный киллер, оружие самого Кенго, но контроль над ним имеет и побочная семья. Что конкретно они творят, ведать не ведаю. Я не в курсе, как много знает Кевин — он ведь связан с побочной семьей — Рико и Тэцудзи, — но ему точно известно, что главная семья использует матчи «Воронов» в качестве прикрытия для крупных сходок. Сеть у них обширная, а университет Эдгара Аллана — очень удобное место, куда постоянно приезжает уйма народу. Обычно они заседают в отдельных ВИП-залах на верхних этажах и там обделывают свои дела. — Банда, — серьёзно произнесла Алина. Девушка пропустила утреннюю таблетку, поэтому всё сказанное было для неё очень серьёзным и сложным. Если бы приняла, то ей бы сейчас было гораздо веселее. Ваймак кивнул, пристально глядя на неё и ожидая реакции. Алина этого даже не замечала, вспоминая тот раз, когда они видели это с Кевином и Рико вместе. Шла тренировка, все трое активно работали с мячом, а потом игра вдруг прервалась — их вызвали наверх. Если зажмуриться, то можно вспомнить в подробностях, как выглядело то помещение, начиная от высоких, до потолка, окон с тонированными стеклами и заканчивая массивным столом для переговоров, занимавшим большую часть зала. На полу лежали ковры, но сверху кто-то постелил брезент — впитывать кровь. Все это время она не понимала, каким образом тренировка сменилась её практическим уроком убийства и почему Рико с Кевином тоже там присутствовали, ведь она должна была там быть одна. Если Кевин и Рико вкурсе про мафиозный клан — тогда картинка складывается. Отец Алины раздавал приказы из Балтимора, железной хваткой держа восточные порты. На западе его владения простирались как раз до границы Западной Виргинии. В этом смысле он приходился соседом Тэцудзи Морияме и по этой же причине привлёк внимание Кенго. Отцы Алины и Рико были деловыми партнерами, поэтому Алину и отдали на попечение тренеру Морияма. Ваймак принял её затянувшееся молчание за испуг. — Я рассказываю тебе эту историю, потому что остальные уже слышали её от Кевина. Но насчёт якудзы не волнуйся. Как я уже говорил, Кенго и Ичиро сидят в Нью-Йорке, и им насрать, чем заняты Тэцудзи и Рико. Просто надо понимать, почему эти двое, Тэцудзи и Рико, ведут себя как отъявленные мерзавцы. За ними стоит клан Морияма, а это большая власть. К тому же у них непомерно раздутые представления о собственной значимости. Ну, а у нас есть кое-что, что они считают своим. — Кевин... — Я надеялся, что они поставили на нем крест, — вздохнул Ваймак. — Все говорили, что Кевин больше не выйдет на поле. Из-за тяжести травмы университету пришлось расторгнуть контракт, и, когда я взял Кевина помощником тренера, Тэцудзи не возражал. Мне казалось, они готовы его отпустить. Однако Тэцудзи забрал Кевина к себе не по доброте душевной; он растил будущую звезду экси, угрохал на его развитие кучу времени и денег. Для Тэцудзи Кевин — ценная инвестиция. Любые его доходы по праву принадлежат семье Морияма. — Но Кевин практически инвалид! — У него осталось имя. В голове у Алины воцарился кавардак. — Он хочет вернуть Кевина в состав «Воронов»? — Если бы Тэцудзи этого хотел, он бы так и сказал. — Но Кевин всё равно бы не вернулся, — заметила Алина. — После того, что делал Рико… Ваймак посмотрел на неё с жалостью. — За все годы Тэцудзи так и не оформил опеку над Кевином. Знаешь почему? Морияма не признают чужаков. Тэцудзи дал Кевину кров и тренировал его, но при этом в буквальном смысле «подарил» его Рико. Кевин для них — не человек, а финансовый проект. Домашний питомец, чьим хозяином значится Рико. То, что ему удалось сбежать, — настоящее чудо. Если завтра Тэцудзи позвонит и прикажет Кевину вернуться домой, Кевин выполнит приказ. Он слишком хорошо знает, что Тэцудзи сделает с ним в случае отказа. Кевин просто не посмеет сказать «нет». Алина почувствовала подкатывающую тошноту. Ваймак только что, по сути, пересказал жизнь Алины, стоит только заменить имя. Они с Кевином — «подарок» для Рико. Хватит с неё, она больше ничего не желает слушать. Ей хотелось бежать и бежать, пока в голове не появится чёрная дыра, поедающая мысли. Алина вдруг подумала, что хочет напиться. — Тогда зачем вся эта возня со сменой округов? — удивилась она. — Морияма намерены до последнего извлекать выгоду из своего вложения, — пояснил Ваймак. — На триумфальное возвращение Кевина никто всерьёз не рассчитывает, но тем не менее он подписал контракт с «Лисами» и выйдет на поле. Его самоуверенность заразительна, и в этом сезоне он всё ещё звезда. Правда, если он облажается, фанаты и критики найдут другой объект восхищения и быстро о нём забудут. Как сделали это с той девочкой. С той, что переехала. Кевин думает, что её убили. Неважно. Неважно? Это Ален — она та девочка, которая переехала. Так вот значит, что рассказал Хозяин «Воронам». Что он её убил. Ну конечно, видимо Ален очень уж задела его самолюбие. — Тэцудзи считает, что сиять Кевину осталось недолго, поэтому нужно пользоваться моментом. В этом сезоне «Лисы» и «Вороны» просто озолотятся. Публика будет следить за каждым нашим шагом и делать ставки на игры. Сюжеты на ТВ, разнообразный мерч с нашей символикой, мощная реклама — вот это вот всё. Тэцудзи сталкивает Рико и Кевина лбами, заранее зная исход. Он пойдет ва-банк, позволит «Воронам» раздавить нас на поле, соберёт урожай побед, вознесет Рико на пьедестал как лучшего игрока всех времён и народов, а Кевина спишет в тираж. Алина нервно сглотнула. — Что, если Тэцудзи просто-напросто запретит ему играть? Ваймак молчал, казалось, целую вечность, потом наконец произнес: — Кевин решился на побег только из-за сломанной руки. Поступок Рико стал последней каплей. Это даёт мне основание надеяться, что Кевину хватит мужества противостоять и Тэцудзи, хотя столь же вероятно, что мы больше никогда не увидим его с клюшкой. Но в тот день, когда Кевин Дэй перестанет играть, он умрёт. У него ничего нет, кроме экси. В жизни он умеет только одно: играть. Его так воспитали, понимаешь? А потому мы не имеем права проиграть «Воронам». Кевина это убьёт. — Но ведь обыграть их нереально, — сказала Алина, хотя сама недавно хотела того же. — Мы худшая команда в стране. — Значит, пора перестать быть худшими. Пора взлететь. — Чем выше человек летит, тем больнее падать. Надеюсь, это про Рико. Но вы же на самом деле не верите, что у нас получится. — Если ты сама в это не веришь, что ты здесь делаешь? Ты не стала бы подписывать контракт, если бы заранее опустила руки. — Ваймак повернул голову. — Я должен присмотреть за Кевином, а то ещё вздумает вены вскрыть. Сейчас, наверное, лучше, чтобы он тебя не видел. Могу попросить Эбби забрать тебя, если хочешь поболтаться с ребятами, только уговор: до июня с командой эту тему не обсуждать. Мне нужно подумать, как нам продержаться в этом сезоне. — Я буду молчать, — пообещала Алина и отступила на несколько шагов. — Обо мне не беспокойтесь — я схожу на пробежку, всё будет в норме. — К четырем Кевина здесь не будет, — сообщил Ваймак. — В это время у Эндрю заканчивается сеанс психотерапии. Ники поедет за ним в офис Бетси и по дороге подхватит Кевина. Кивнув, Алина вышла из квартиры и спустилась по лестнице на первый этаж. Ещё недавно она боялась, что Кевин вспомнит девчонку, ту, что сбежала пять лет назад, оставив его одного. Девчонку, которую отдал собственный отец, ту, что хочет сдать всю поднаготную семьи Морияма, но всё оказалось гораздо хуже. Эта реальность настигла её, тогда как она хотела сама с ней встретиться. Она пересилила себя, обманулась. Конечно, не хотела она умирать, и теперь опасность смерти ощущается так же остро как в тот день, в автомобиле с отцом. Воспоминания о клане Морияма у Алины были только плохие, и её мозг под действием химии мог вытеснить их из головы, оставив пустоту вместо лиц, а вот они определенно могли её запомнить. Девчонка тринадцати лет, проходя реабилитацию в больнице, сбежала со своей матерью, прихватив с собой тридцать миллионов долларов. Морияма поставил на уши всех своих людей, и его ищейки долгие годы гонялись за беглецами. Об этой истории слышал весь криминальный мир. Где-то там Комитет по регламенту экси правит расписание игр, которое в недалёком будущем обещает Алине и Кевину смертельную встречу с кланом Морияма. Это всё меняет. Это надо переждать. До этого времени она должна сделать ноги или собраться и принять вызов. Иного выбора нет. Она отыграет все матчи, а перед поединком с «Воронами» решит, что делать дальше. Раньше Алина часто задавалась вопросом, почему Кевин и Рико оказались вместе с ней в той комнате восемь лет назад. Почему их судьбы сложились так по-разному и Рико с Кевином стали чуть ли не мировыми звёздами, а жизнь Алины стремительно неслась под откос? Алина ошиблась. Кевину тоже не удалось избавиться от прошлого. Неважно, чего они добились и кем стали, это им не поможет. Алина с такой силой пнула дверь на лестничной площадке, что та громыхнула о стену. В вестибюле она перешла на бег и помчалась на улицу, едва не спотыкаясь. Однако обогнать собственные мысли она всё равно не сумела.