Лисья нора 2.0

Оживленная атмосфера четверга и близко не могла сравниться с лихорадкой, захлестнувшей университет в пятницу. За ночь все корпуса украсили яркими оранжево-белыми растяжками. На каждом фонарном столбе висели плакаты и ленты. На площади сменяли друг друга студенческие музыкальные группы, а в свежем выпуске университетской газеты опубликовали подробную программу вечернего празднества. По кампусу порхали стайки чирлидерш, и их короткие юбочки и ослепительные улыбки немало способствовали общему приподнятому настрою. Раньше и Алина была в их числе, а теперь она по другую сторону баррикад. День у девушки не задался с самого утра, никто не знает что сегодня Алина пропустила свою обычную утреннюю таблетку ради игры и собиралась продержаться так целый день. А дальше всё пошло по накатаной: пропущенная кружка кофе, забытая тетрадь, неровно накрашенные ресницы. В общем всё то, что может испортить любой девушке утро. Не хватало лишь месячных для полной коллекции, хорошо что хоть от них она защищена. При тяжёлой степени анорексии месячных просто нет. Повсюду были жуткие пробки: огромные толпы зрителей стекались в университет в эти выходные, чтобы одну за другой увидеть стартовые игры сезона. На победу в первом матче никто из Лисов не надеялся: против них играл давний соперник, университет Брекенриджа. До перехода «Воронов» команда Брекенриджа считалась самой большой и титулованной во всем округе. Футбольная команда Пальметто, по счастью, имела гораздо больше шансов на успех. Слить сразу оба матча-открытия было бы совсем уж обидно. Полицию кампуса в этот день вывели на улицы в полном составе. Полицейские помогали регулировать дорожное движение и следили, чтобы гости не мешали занятиям. Алину передергивало от одного вида синей формы, но она мирилась с присутствием копов: уж лучше они, чем репортеры. Ей и без того было тошно, ведь с утра пришлось одеться в оранжевое и накраситься как настоящая Лиса. Этому поспособствовали Рене, Дэн и Элисон. Она то думала, что уйдя от «Лисичек», нападающая перестанет выглядеть как проститутка, но не тут то было. В любой аудитории появление Алины вызывало ажиотаж. Больше всего ей хотелось смыться и до начала игры не высовывать носа из «Лисьей башни», но спортсменам не разрешалось пропускать занятия без справки от врача. Представитель спортивного комитета весь день заглядывал в окна кабинетов, считая студентов по головам, и о прогуле Алины в первую очередь доложили бы Ваймаку. На её счастье, Лисы предвидели трудности, с которыми она столкнулась. Когда Алина вышла из кабинета испанского, у двери уже ждал Мэтт; он и проводил её в следующую аудиторию. Сейчас было не важно, поддержат ли болельщики свою команду: все стояли на ушах из-за Алины, ведь тайное стало явным. Все, кто следил за новостями, уже знали: КРЭ поступился собственными правилами, чтобы сохранить анонимность Алины Джостен. Летом Алина то и дело сёрфила интернет, проверяя, работает ли тактика комитета. С сегодняшнего утра, однако, её имя звучало буквально из каждого утюга. Навеяло дежавю: ведь именно так и приветствовали Ален — первую девушку играющую за «Воронов». Разница была лишь в том, что Ален давно не существует, а вот об Алине только начинают талдычить. Столь же неприятно было убедиться в том, что в мае Эндрю ей не соврал и в каждой статье, где упоминался игровой опыт Алины в какой-то команде которой уже давно не существует, приводились слова Кевина Дэя о том, что Алину ждет большое будущее в спорте. Кевин в самом деле сказал, что однажды Алина войдет в состав национальной сборной, и это громкое заявление из уст бывшего чемпиона только добавило интриги образу таинственного тринадцатого номера «Лисов». Удивило ли Алину то, что ей предоставили тринадцатый номер? Нет, ничуть. Это ещё один несчастливый билет. Вообще, у «Лисов» в команде только десять человек, и по сути, Алина должна была занять как раз таки номер 10, за который не так давно играла Джейни. Но Ваймак сказал, что её номер занят. А номера 11 и 12 уже были заняты защитниками, которых выбрал великий Кевин Дэй на замену, поэтому их номера присваивать нельзя. Так что девушке не оставалось ничего другого кроме как занять номер 13. Не то чтобы девушка была суеверной, но слишком уж часто неудача преследовала её в жизни. От чужих взглядов Алину коробило, но Мэтт уверенно вел её за собой. После математики Рене проводила её на историю, аккуратно обойдя группу чирлидерш, слишком поздно заметивших, как мимо них промелькнула «лисья» форма Алины. Она так давно не видела бывших сокомандниц, что уже неудобно было подходить и здороваться. Этого она делать и не стала. Далее шефство над Алиной перешло к Элисон. У нее выдалось «окно», и она вместе с Сетом потащила её обедать совершенно забыв, видимо, что сама Алина не ест. От волнения нападающая постоянно оглядывалась, однако покорно села за стол. Джостен впервые оказалась наедине с этой парочкой, но все прошло лучше, чем она ожидала. Помогло и то, что сегодня отношения Сета и Элисон находились в мирной фазе. Болтали они в основном друг с другом, лишь изредка обращаясь к Алине, которую вполне устраивала роль молчаливого зрителя. Её поразило, что Сет способен проявлять не только откровенную враждебность, но и другие эмоции, и все-таки Алина не понимала, что в нем нашла Элисон. Девушка с такими деньгами и связями могла заполучить что угодно и кого угодно, а она выбрала своей командой «Лисов», а своим парнем — Сета. Черт его разберет, что там у нее в голове. Хотя, ей ли судить? — Ну? — спросила Рейнолдс, вырвав Алину из задумчивости. — С кем пойдешь? За едой Сет и Элисон только и говорили, что о банкете в честь открытия сезона экси, куда приглашались все команды юго-восточного округа, в том числе «Вороны». Алина на банкет не собиралась, но убедительную отмазку пока не придумала. — Ни с кем. Я не хочу. Что мне там делать? Банкет подразумевает, что придётся есть, а я этого делать не буду, — ответила она. — Да ладно. Банкет это не только еда, это еще и танцы, и общение. Не тупи, — сказала Элисон. — Пара нашлась даже для чудовища. Неожиданно. Впрочем, угадать, кто она, не составляло труда. — Рене? — Она его еще не приглашала, но скоро пригласит. — Разломав лепешку на кусочки, Элисон принялась макать их в остатки салатной заправки. — Ставки мы делаем только на то, согласится он или нет. Куш набирается приличный, так что, если хочешь участвовать, поторопись. Помимо экси и жизненных трудностей, Лисов объединяло только одно: необъяснимое пристрастие к денежным спорам по самым идиотским поводам. Примеры тому Алина увидела вскоре после начала тренировок — без спора не проходило и недели. — А Эндрю и Рене?.. — Она перевела взгляд с Элисон на Сета и обратно. Ей почему-то стало тошно. Сет скривился, как будто его затошнило. — Надеюсь, нет. Элисон чопорно выпрямилась и повела плечами. — Рене клянется, что этого никогда не произойдет. И я ей верю, — прибавила она, посмотрев на Гордона так, словно ждала возражений. Тот молча кромсал курицу на своей тарелке. Элисон нацелила на Алину кусочек лепешки. — С выбором пары не тяни, время поджимает. Попроси Аарона познакомить тебя с Кейтлин. Уверена, она подберет тебе симпатичного парня-спортсмена. Чего Алине хотелось меньше всего, так это мутить со спортсменом. А кроме того, девицы из группы поддержки оставили у неё не самые хорошие воспоминания. Да и с Кейтлин разговаривать было поздно. Они же не общались — сколько — почти четыре месяца? На самом деле, Кейтлин была единственная подруга у Алины, в группе поддержки. И они даже не плохо общались до её перехода в «Лисы». А ведь подумать только, Джостен даже не попрощалась. С другой стороны, и Кейт и словом не обновилась о том, что тесно общается с Аароном, парнем из команды за которую они болеют. — Мы знакомы, ага. — Так вы общаетесь, да? Ах, точно, ты же бывшая черлидерша. — Почему именно Аарон должен познакомить меня с Кейт? — Она — неофициальная девушка Аарона, сегодня на игре ты ее увидишь, поболтаете. У Алины округлились глаза. Кейт и это безэмоциональное чудовище Аарон? Мир что уже сошёл с ума? А между тем, Элисон продолжала: — Они сохнут друг по дружке на расстоянии — ужасно трогательное зрелище. — Элисон бросила взгляд на часы и отодвинула стул. — Все, я побежала. У меня встреча с юристом. — Перегнувшись через стол, она чмокнула Сета в губы, забрала свой поднос и унеслась. Несколько минут спустя ребята тоже встали из-за стола. Сет отвел Алину на риторику, а после её встретила Дэн и, проводив до перекрестка у «Лисьей башни», пошла обратно на еще одну пару. — Отдохни, — напоследок посоветовала она, — вечер сегодня будет долгим. Алина, взвинченная с самого утра, понимала, что совет бессмысленный, и все же, вернувшись в общежитие, даже не смыв макияж, решила прилечь. За годы в бегах она научилась терпеть назойливое любопытство и подозрительность обитателей захолустных городков. Тем не менее в Пальметто Алина чувствовала себя особенно неуютно, возможно потому, что «лисья» одежда и макияж, а также членство в команде автоматически делали её объектом всеобщего внимания. Слиться с фоном тут не получится — после сегодняшнего матча это будет просто нереально. В университете двадцать одна тысяча студентов, и отныне Алина играет не за себя, а за каждого из них. Девушку весь день не покидало чувство дежавю. Как будто это всё уже было. Вот сейчас она выйдет из комнаты в подвале «Гнезда Воронов». Из-за игры вечернюю тренировку в пятницу отменили. Лисам полагалось явиться на стадион в шесть пятнадцать, за сорок пять минут до начала матча. В половину шестого Мэтт заглянул в спальню и позвал Алину перекусить со старшекурсниками. Дэн управилась с ужином первой и пошла проведать компанию Эндрю. Возвратилась она хмурая, но Мэтт ободряюще сжал ее руку. — Он выдержит. В прошлом же сезоне выдержал. — Разве Кевин играл в прошлом сезоне? — не поняла Алина. Старшекурсники переглянулись. Алина по очереди изучила глазами каждого, пытаясь расшифровать их безмолвный разговор. На лицах Сета и Элисон читались неодобрение и досада, Рене кротко улыбалась. Мэтт, раздраженно поморщившись, пожал плечами, точно уступая слово Даниэль. В конце концов Дэн вздохнула и посмотрела на Алину. — Мы тебе кое-чего не сказали, — начала она. — Мы уже давно собирались посвятить тебя в это дело, но из-за ваших с Эндрю вечных разборок решили обождать. Не знали, как ты отреагируешь. — Думали, проболтаешься, — перевела Элисон. Дэн состроила недовольную гримасу, но отрицать не стала. — В общем, Эндрю официально предписан прием лекарств, как и тебе, так? Алина мгновенно догадалась, к чему она клонит, хотя предпочла не верить своей догадке. — Так. Это часть сделки. — Но есть еще отдельная договоренность между Эндрю и тренером,— продолжала Дэн. — В команду Эндрю согласился войти по одной-единственной причине: Ваймак пообещал, что разрешит ему не принимать таблетки в дни матчей. Тренер поставил нас в известность, только потому что нам играть на поле с Эндрю, но больше об этом знать никто не должен. Даже Бетси не знает. Она ведь его лечащий врач, и ей пришлось бы что-то с этим делать. — Как насчёт тебя? Ты же принимаешь таблетки? — Спросила Элисон. Алина собиралась лгать прямо в лицо. Ей не нужны лишние вопросы. Плюс, она еще не до конца поняла кому можно доверять, а кому нет. — Да, но я не сдвигала приём. Моя доза несколько меньше чем у Эндрю, так что я смогу принять таблетку сразу после игры или же между таймами. — Как вы собираетесь стоять там на поле, если вам станет плохо?—Спросила Рейнолдс. В Колумбии Миньярд глушил синдром отмены выпивкой и «крекерной пылью», но здесь этот способ не прокатит. Алина хорошо помнила, как тогда, у обочины, её и Эндрю трусило и выворачивало наизнанку. — Пока Эндрю в порядке, — вставил Бойд. — Процесс отмены у него проходит в три этапа. — Он выставил руку на уровне глаз. — Представь, что ты целый день паришь в небе — так тебе кайфово, а потом пропускаешь прием лекарства. Сперва тебя как будто швыряет об землю. — Мэтт опустил ладонь на уровень пояса. — Это первая стадия. А тошнота и все прочее начинаются на второй. — В день игры Эндрю подстраивает прием таблеток под начало матча, — подхватила Дэн. — Он пропускает ту таблетку, которую должен выпить за полчаса до стартового свистка, и стоит на воротах весь первый тайм. Обычно ему удается продержаться до перерыва. Потом принимает лекарство и вторую половину игры сидит в запасе. Вот, значит, почему Эндрю проспал всю дорогу до Колумбии. Он почти продержался до того первого ресторанчика, но его накрыло по полной. — Как протянешь ты?—Спросила Дэн. — Я смогу дотянуть. Всё в норме. Говорю же, доза меньше, следовательно промежуток между дозами больше. Не скажу, что без последствий, но мне переносить легче, чем Эндрю. — А третья стадия? — Либо Эндрю получает таблетки, либо ты получаешь ножом в табло, — сухо ответил Мэтт. — И смешного в этом мало. К счастью, в таком состоянии мы видели его только раз. — Сегодня до этого не дойдет, — сказала Дэн. — Кроме того, вы с ним вообще будете на разных половинах поля. Просто мы подумали, что тебя тоже нужно ввести в курс дела, пускай и с опозданием. Алину не покидали сомнения, и как облечь их в слова, она не знала. Эндрю говорил, что ненавидит экси, так зачем он мучает себя, слезая с таблеток на время игры? Под ними матч проходит веселее, разве нет? Да, реакция и скорость замедляются, но это его врядли волнует. Остается лишь предполагать, что лекарства Эндрю Миньярд ненавидит сильнее, чем экси. Мысль эта показалась Алине интересной, но сегодня ей некогда было ее обдумывать. Покончив с едой, все быстро убрали за собой посуду и вышли в коридор, где встретились с братьями и Кевином. Эндрю, по обыкновению, выглядел весьма довольным и расслабленным, а Кевин, наоборот, был заметно напряжен. Сегодня он впервые после травмы выйдет на поле, сменит преобладающую левую руку на правую, и сегодня же дебютирует в роли нападающего «Лисов». Если Кевин Дэй действительно рассчитывает вернуться в спорт, сегодня ему необходимо блеснуть. Как он собирается это сделать, играя слабой рукой в составе слабой команды, Алина не представляла. Выехали они загодя, но из-за жутких пробок все равно едва не опоздали. За несколько часов, прошедших после утренней тренировки, пустой стадион превратился в сумасшедший дом. На парковках яблоку было негде упасть; полицейские, расставленные на каждом шагу, помогали болельщикам найти свои места на трибунах и следили за порядком. Зрителей пропускали через все ворота, и при входе каждого проверяли при помощи ручного металлодетектора. Вереница полицейских машин и две кареты скорой помощи отгородили коридор для проезда спортсменов. У служебного входа дежурили двое охранников. После стандартной проверки — нет ли у них запрещенных веществ или предметов — Лисов пропустили внутрь. Ваймак, ожидавший в комнате отдыха, сразу отправил их переодеваться. Но не успела Алина ступить на порог женской раздевалки, как Кевин вдруг сгреб её за капюшон черной толстовки, поволок по коридору к задней двери, распахнул ее и вытолкнул Алину вперед себя. Та пошатнулась, восстановила равновесие и в следующую секунду шагнула во внутреннюю зону стадиона. «Лисья нора» была третьим университетским стадионом, где довелось побывать Алине (помимо «Вороньего гнезда» в университете Эдгара Аллана), но в день игры она оказалась на стадионе впервые. Восхищаться пустыми, уходящими на головокружительную высоту трибунами — это одно, а видеть эти же трибуны, забитые зрителями, — совершенно другое. Из шестидесяти пяти тысяч мест заполнены были уже три четверти. Стадион гудел от топота десятков тысяч ног. Смех и крики толпы оглушали, а ведь матч еще даже не начался. Алина представила, как взорвется толпа, когда «Лисы» забьют. Наверное, от этого рева у неё затрещат кости. Появление Алины и Кевина во внутренней зоне очень скоро заметили. Ближайшая трибуна встала на уши, и крики фанатов волной побежали вверх. Музыканты «Рыжих нот», университетского оркестра, еще рассаживались по местам, однако на воодушевление публики отозвались незамедлительно. Послышалась яростная барабанная дробь, и трубачи заиграли командный гимн «Лисов». Болельщики моментально подхватили песню, выкрикивая слова на пустое поле и в лицо друг другу. — Не разочаруй их сегодня, — крикнул Кевин на ухо Алине. — Они пришли посмотреть на тебя, так подари им надежду. А не заставь их пожалеть, что купили билеты, чтобы посмотреть на худощавое ничтожество вроде тебя. Надейся, что репортёры не разглядят тебя за этой формой. От этих слов у девушки все похолодело. Конечно он подразумевал её худое тело под формой, а не «Ворону» Ален под шкурой нынешней «Лисы» Алины. — Они здесь не ради меня, — сказала Алина. — Они хотят видеть великого Кевина Дэя. Кевин положил руку ей на плечо и слегка подтолкнул её. — Иди переодевайся. Бросив последний взгляд на трибуны, Алина пошла в раздевалку. Когда все разобрались с экипировкой, Ваймак собрал команду в фойе и передал по кругу листок со стартовым составом брекенриджских «Шакалов». Пробежав глазами список игроков, Мэтт скривился. — Эй, Сет, а Горилла-то вернулся. — Вот дерьмо. — Сет протянул руку, требуя листок. — Ну, по крайней мере, они с самого начала воспринимают нас всерьез, — заметил Аарон. — Защите легко говорить. — Элисон забрала листок у Мэтта и вручила его Сету. — Что за Горилла? — не поняла Алина. — Шестнадцатый номер, Хокинг, — пояснил Ники. — Кличка Горилла. Двухметровый уебан весом в сто тридцать пять кило. Увидишь его — ни с кем не спутаешь. Похож на футболиста, который по ошибке забрел не на то поле. — Он еще и тупой как пробка. В прошлом году пропустил весь чемпионат из-за неуспеваемости, — добавил Мэтт. — Для него это уже что-то типа традиции. — Он играет в защите, — сообщила Джостен Дэн, — и обожает силовые приемы. Не дай тебе бог оказаться между ним и бортиком, Алина. Если зазеваешься, он переломает тебе все кости. — Но особо не переживай, — кивнул Мэтт. — Горилла будет так стараться замочить Кевина с Сетом, что тебя и не заметит. — То-то мне полегчало. — Алина жестом указала на свое лицо, лишенное всякого выражения. — Хватит зря тратить кислород, — вмешался Ваймак. — Шевелите задницами. Выходим на разминку. Начинаем с простых бросков по воротам. Эндрю, Рене, меняетесь по очереди. Эндрю, мячи отбивай так, чтобы они оставались на нашей половине поля. Хоть один улетит во время разминки к «Шакалам», и до второго тайма просидишь на скамейке. Алина покосилась на Эндрю. С одной стороны, Миньярд был свеж как огурец, но с другой, до начала игры было далеко. Алина же отказалась сегодня от таблеток на весь день. Но об этом никто знать не должен. Ваймак продолжал: — Стартовый состав: Сет, Кевин, Дэн, Мэтт, Аарон, Эндрю. В каждом тайме будет по три замены, так что передохнуть успеют все, кроме голкиперов. Кевин: только в руке кольнет — и уходишь с поля. И чтобы без глупостей. — Уже восемь месяцев прошло, — сказал Кевин. — Не стоит рисковать в первом же матче, — мягко заметила Эбби. Кевин недовольно поморщился, но промолчал. — Алина: станет плохо или почувствуешь, что отключаешься и сразу уходишь с поля. — Я же вам обещала, — ответила девушка. Удовлетворенные, Ваймак и Эбби отправили Лисов за шлемами и клюшками. Вскоре игроки в полной боеготовности выстроились у дверей согласно расположению на поле. Колонну возглавляла капитан Даниэль Уайлдс, номер первый. В ухе у Ваймака торчал наушник, через который он слышал диктора, и, когда объявили «Лисов», тренер вывел команду к скамейкам запасных. Шлем частично заглушал крики болельщиков, но, когда Алина вместе с остальными шла по полю, в ушах все равно звенело. Она знала, что «Лисы» — самая малочисленная команда в НССА, а брекенриджцы — самая большая, и все же такой впечатляющей разницы не ожидала. «Шакалы» в своей песочной с черным форме, казалось, занимали всю противоположную половину поля, и группка «Лисов» на их фоне смотрелась жалко и убого. Алина постаралась успокоиться, но не сумела и решила полностью сосредоточиться на разминке. Кажется, она чувствовала как трясутся руки. Двадцать минут пролетели как одна, и вот уже судьи дали сигнал игрокам покинуть поле и вернуться на скамейки: «Шакалам» через северную дверь, «Лисам» — через южную. Разобрать, что говорит диктор, в общем гомоне было почти невозможно, однако ближе к началу игры кто-то догадался прибавить его микрофону громкости. Когда пришло время назвать стартовые составы команд, голос диктора уже эхом отзывался от стен стадиона. Услышав свое имя, каждый Лис вскидывал клюшку, безмолвно приветствуя зрителей. Толпа радостно ревела в ответ, а барабанщики «Рыжих нот» что есть силы молотили палочками. «В составе брекенриджских “Шакалов” сегодня играют…» — диктор зачитал фамилии соперников. Фанаты «Лисов» встретили этот список гулом неодобрения и жидкими аплодисментами, однако брекенриджцы тоже не остались без поддержки болельщиков, занимавших почти всю северную трибуну. Как только прозвучало последнее имя, оркестр «Шакалов» заиграл гимн, но «Рыжие ноты» быстро заглушили их гимном Пальметто. Открыв двери с обеих сторон, на поле вышли шестеро судей. По их знаку Дэн и капитан «Шакалов» вышли в центр поля, чтобы обменяться традиционным рукопожатием и подбросить монетку. Главный судья показал рукой на ворота «Лисов», а следующим жестом дал понять, что первое вбрасывание делают «Шакалы». Разбившись на тройки, судьи проводили каждого из капитанов с поля и заняли свои места вдоль линий разметки. Ваймак замахал руками, подгоняя Лисов, играющих в первом тайме. — Идите и заставьте их пожалеть, что вообще сюда явились. Запасные, стойте у кромки поля и подбадривайте товарищей, но, если начнете вопить на судей, я вам головы поотрываю. Вперед. Дэн отвела команду к двери и стукнула в стенку. Диктор объявил фамилию и позицию каждого игрока, начиная с нападения и заканчивая защитой. Кевин вышел на поле первым, и при его появлении весь стадион просто взревел от восторга. Неважно, за кого сегодня пришли болеть фанаты, главное, что Кевин Дэй снова надел форму после восьмимесячного отсутствия. Все как один предсказывали, что Кевин больше никогда не сможет играть, но вот он вновь уверенно стоит на средней линии с клюшкой в руке, как будто и не сомневался в своем возвращении. Вслед за Кевином на среднюю линию вышел Сет. Дэн как атакующий полузащитник встала между средней линией и линией первой четверти, на которой расположились Аарон и Мэтт. Наконец в ворота встал Эндрю. Далее пришел черед брекенриджцев. Ники указал пальцем на Гориллу, как только тот появился на поле, однако Алина узнала бы его и без посторонней помощи. — Не забудь потом сказать спасибо Сету и Кевину за то, что приняли этого дуболома на себя. Ники, скорее всего, пошутил, и все же Алина на всякий случай кивнула. Ей вовсе не улыбалось встретиться на поле с типом, на фоне которого Мэтт Бойд выглядел малышом. Ники покосился на Алину. — Послушай, — нерешительно произнес он, — мы так и не поговорили после того… Короче, я собирался извиниться, но все как-то стремно было. Мир? — Не уверена. А тебе можно доверять после того как ты мне соврал насчёт своей ориентации? — сказала Алина. — Да...—Как-то неуверенно произнес Хэммик, — и знаешь, я на самом деле тебе не врал. Просто тогда перепил немного да и пыль эта... — Ну, я пока не знаю, — ответила девушка. Обдумав её ответ, Ники вздохнул. — Ну хоть так. Алине стало немного жаль Хэммика. Он же был ей другом. Но он предал её доверие. Впрочем он искренне раскаивается. Судьи с тяжелым лязгом захлопнули двери и заперли их на задвижки. Вытяжные отверстия и вентиляторы, расположенные под плексигласовой крышей, обеспечивали циркуляцию воздуха на поле. Отверстия пропускали наружу звуки подач, ударов мяча и столкновений, но игроков почти не было слышно, если только они не кричали. О чем они переговаривались перед началом игры, Алина разобрать не могла, но вряд ли это были комплименты, учитывая, что Сет показал одному из «Шакалов» средний палец. Несколько секунд спустя Сет адресовал тот же жест Кевину. — Боже, — вздохнула Эбби за спиной у Алины, — ну хоть бы на время игры притворились дружной командой. — И не мечтайте, — ухмыльнулся Ники. — Ставлю десятку, что через пятнадцать минут они вцепятся друг другу в глотки. — Я пас, — покачала головой Элисон. — Может, проявите капельку оптимизма? Первая игра в сезоне как-никак, — заметила Рене. — Ты что, не видишь, против кого мы играем? — Ники указал на соперников. —Думаешь, оптимизм нас спасет? — Ну, уж точно не помешает, — улыбнулась Рене. Элисон начала было что-то говорить, но ее заглушила сигнальная сирена. Подняв голову повыше, Алина могла увидеть четырехстороннее электронное табло, закрепленное под потолком в самом центре поля. На его экранах отображались игровое время, количество ударов по воротам и счет, а также повторы важных моментов и крупные планы. Прямо сейчас шел отсчет последних секунд до начала матча, однако Алина не стала задирать голову и продолжала неотрывно смотреть перед собой. Прижавшись облаченными в краги руками к прозрачному щиту, она подалась вперед, стараясь охватить взглядом все поле. Сердце бешено стучало в груди, пуская по телу волны жаркой дрожи. Алина затаила дыхание, ожидая первого вбрасывания. И тут девушка обратила внимание на ворота, в которых стоял Эндрю. Он смотрел в их сторону. Алине почему-то хотелось верить, что он смотрел на неё. Но это было сложно проверить учитывая, что на нем был надет шлем. Снова зазвучала сирена, и игра началась. Атакующий полузащитник брекенриджцев подбросил мяч в воздух и ударил по нему клюшкой. Характерный треск заставил Шакалов и Лисов разбить строй и броситься на свои позиции. Волнение, которое испытывала Алина, полностью улетучилось под напором зрительского энтузиазма. От криков толпы вибрировала кожа; сотни тысяч ног стучали в такт биению её сердца. Раздался хруст столкнувшихся тел — игра с самого начала стала грубой. Трибуны одобрительно взревели. Мяч ударил в борт перед скамейкой запасных и срикошетил. Дэн успела подхватить его на отскоке, отдала пас Сету и, продолжая двигаться по инерции, врезалась в стену. Секундой позже в нее влетел полузащитник «Шакалов», и стенка сотряслась от силы их столкновения. Дэн оттолкнула противника и поспешила вновь вступить в игру. В ответ Лисы на скамейке запасных одобрительно застучали по плексигласу. Взгляд Алины скользнул туда, где форвард «Шакалов» пытался обойти Аарона. Задачей Аарона и Мэтта было оттеснять нападающих соперника подальше от своих ворот, но при этом не слишком далеко отходить от Эндрю. Тот одиноко стоял на белой линии, маркирующей вратарскую зону, и наблюдал за ходом игры. Клюшку он расслабленно вращал в руке, словно издеваясь над Шакалами. Алина переключила внимание обратно на мяч, который ударился о борт на другом конце поля. Дэн, снова оказавшись у мяча первой, послала его высокой дугой над головой у Сета. Сет и Горилла наперегонки помчались вперед, пытаясь перехватить мяч на отскоке. Гордон был быстрее, но мяч удержать не смог. Не успел он сделать и шага, как Горилла ударил по его клюшке. Со стороны могло показаться, что стукнул он слегка, и тем не менее клюшка Сета отлетела в сторону. Горилла поймал мяч, развернулся и мощно пробил через все поле. Мяч попал в стену в считанных дюймах от прямоугольника ворот и отскочил в сторону. Эндрю проводил его взглядом. Один из нападающих «Шакалов» обошел Мэтта и помчался за мячом. Перестав вращать клюшкой, Эндрю подвинулся в сторону — и как раз вовремя. Соперник быстрым движением ударил по воротам, и Эндрю с силой отбил мяч на середину поля. В попытке его поймать полузащитник брекенриджцев подставил клюшку, но мяч двигался с такой скоростью, что отскочил от сетки, и им завладела Дэн. В ответ Шакал сбил ее с ног, и мяч покатился в сторону. В ярости стукнув рукоятью клюшки об землю, Дэн вскочила и бросилась вдогонку. Шакал уже поймал мяч и несся к воротам «Лисов». — Умница, Дэн, держи его, — бормотала Эбби. Помешать Шакалу сделать пас Дэн уже не могла, поэтому пошла на него тараном, так что оба рухнули на поле. Фанаты «Шакалов» негодующе взвыли, требуя наказать Даниэль карточкой, но судьи на это никак не отреагировали. Силовые приемы разрешалось применять только игрокам, владеющим мячом, или против таких игроков, однако штраф не накладывался, если столкновение имело место в первые две секунды после потери мяча. Арбитры понимали: порой скорость спортсменов настолько высока, что они физически не успевают остановиться. Это оставляло лазейку для грубых приемов вроде того, который применила Дэн, но одновременно делало игру более зрелищной. Тем временем юркий Аарон вынырнул из-под руки другого нападающего: с невероятной ловкостью он перехватил мяч, развернулся лицом к своим воротам, на ходу посылая мяч Эндрю, и тут же снова поднялся на ноги. Приняв мяч снизу, Эндрю выбил его со своей половины поля. Снаряд свечой ударил в потолок и упал в самую гущу игроков. — Лисы, не спать! — заорал Ваймак. — Лисы, вперед! Лисы, вперед! — начали скандировать «Лисички»-чирлидерши. Алина сама чуть было не начала кричать с ними. Болельщики подхватили кричалку, вторя девушкам. Все лето она наблюдала, как Лисы грызутся между собой, и только сейчас впервые увидела команду как единое целое. Несмотря ни на что, ненависть к противнику была сильнее неприязни, которую Лисы по временам питали друг к другу. Им пока не хватало слаженности, чтобы выглядеть настоящими профи, и все-таки играли они здорово, до мурашек. Теперь Алина поняла, каким образом «Лисы» в прошлом сезоне добрались до третьего места и прошли отбор в чемпионат. К сожалению, брекенриджцы были сильнее. На двенадцатой минуте первого тайма они наконец пробили защиту «Лисов». Форвард «Шакалов» поймал мяч в сетку и сшиб Аарона с ног, в прямом смысле расчистив себе путь к воротам. Остальные Шакалы вслед за ним ринулись к линии первой четверти. Оказавшись в опасной близости от ворот, форвард нанес удар. Эндрю отразил его — и мяч, отрикошетив от шлема нападающего, угодил в сетку атакующего полузащитника брекенриджцев. Подбежавшая Дэн опоздала лишь на долю секунды, и мяч снова полетел в ворота. Эндрю отбил и его, но перед воротами собралось слишком много Шакалов, и высоченный Горилла оказался так близко, что с легкостью поймал навешенный снаряд в воздухе. — Выносите мяч! — рявкнул Ваймак из технической зоны. Горилла отшвырнул двоих Лисов, словно они ничего не весили, и помчался к воротам. Мэтт с отчаянием смертника бросился ему наперерез, и мгновение спустя они оба покатились по газону. Однако оставшийся без внимания Мэтта нападающий «Шакалов» перехватил мяч и нанес прицельный удар. За спиной у Эндрю загорелась красная лампочка. Сигнальная сирена обозначила первый забитый гол, и фанаты Брекенриджа впали в неистовство. Сыпля проклятьями, Ваймак метался туда-сюда по технической зоне, не находя, куда выплеснуть гнев. — Неплохая попытка, Лисы! — зааплодировала товарищам Рене. Радостно похлопав друг друга по спинам, Шакалы двинулись на свою половину поля. Последним уходил Горилла. Поднявшись с того места, где они рухнули вместе с Мэттом, Горилла подошел к воротам и сказал что-то Эндрю. Однако что бы это ни было, на лице Эндрю не дрогнул ни один мускул, и он продолжил безмятежно стоять, опираясь руками и подбородком на головку клюшки. Небрежно махнув рукой, Горилла потрусил к себе. Дэн подбежала к Мэтту и наскоро проверила, цел ли он. Они уже почти вернулись на исходные позиции, как вдруг защитник «Шакалов» толкнул проходившего мимо Кевина. Кевин толкнул его в ответ — и защитник едва устоял на ногах. Развернувшись, он сказал что-то в спину Кевину, а потом к нему присоединился и Сет, выразительно жестикулируя. Шакала Кевин проигнорировал, а вот Сету ответил, после чего получил от него кулаком. — Я выиграл, — констатировал Ники. — Всего тринадцать минут прошло. — С тобой никто не спорил, — устало вздохнула Эбби, наблюдая за стычкой Кевина и Сета. — Нехрен ставить на этих недоумков! — отрезал Ваймак. Тем временем Дэн подбежала к парням и грубо растолкала их в стороны. Нацелив на Сета указательный палец, она отругала его, потом Кевина. Наконец оба нападающих вернулись на свои места в центре поля. Арбитры, стоявшие за дверьми, еще немного подождали, затем сочли, что Дэн вполне уладила конфликт и вмешательства не требуется. Матч возобновился. Вбрасывание опять делали брекенриджцы, но пропущенный гол обозлил Лисов, и теперь они смотрелись решительнее. Кевин, видимо, принял этот гол на свой счет и жаждал мести. Получив мяч от Даниэль, он снес опекавшего его защитника, помчался вперед, нашел идеальный угол атаки и ударил по воротам. На стене «Шакалов» вспыхнула красная лампочка, болельщики «Лисов» повскакивали с мест. В восторженном реве толпы Алина различила и свой голос. «Рыжие ноты» грянули командный гимн, и фанаты принялись выкрикивать слова, будто боевой клич. На середине гимна Кевин сцепился все с тем же защитником «Шакалов». Чтобы разнять их, потребовались усилия Мэтта, Дэн и трех брекенриджцев. Едва драчунов растащили в стороны, как на поле выскочили два арбитра. Шакал — зачинщик драки — схлопотал желтую карточку, и зрители бурно одобрили решение судей. На экранах табло появилось изображение мультяшного шакала, которого бьет по голове огромный молоток. Болельщики «Шакалов» встретили эту картинку возмущенным свистом, но их недовольство потонуло в радостном гуле домашней публики. После того как игроки вновь заняли исходные позиции, арбитры покинули поле. Даниэль поспешно ввела мяч в игру. Уже на двадцатой минуте Горилла размазал Сета по бортику. Болельщики остервенело взвыли. Горилла беспрепятственно побежал к мячу. Алина ожидала, что Сет бросится следом, однако тот стоял, беспомощно прислонившись к стенке, а потом сполз на пол. — Дэвид, — встревоженно произнесла Эбби, но Ваймак уже спешил вдоль борта к тому месту, против которого на поле корчился Сет. Один из судей склонился над ним, а потом жестом показал на него тренеру. Ваймак забарабанил по плексигласовой стене, чтобы привлечь внимание Сета. Превозмогая боль, тот встал на четвереньки. Алина в отчаянии переводила взгляд с Сета на поле и обратно. Пока он не подаст судьям знак, что не может играть, матч не остановят, а значит, Кевина будут пасти сразу два защитника. Даниэль очень скоро заметила трудное положение Дэя. Теряя драгоценные секунды, она выпустила из поля зрения мяч и завертелась на месте в поисках пропавшего плеймейкера. Тем временем на другом конце поля Кевин оказался зажат между двумя защитниками «Шакалов». Он потерял мяч, лишился клюшки, но каким-то чудом удержался на ногах. — Подай знак, Сет! — заорал Ники, пиная стенку. Сет наконец поднял клюшку, оповещая арбитров, что не может продолжать игру. Сигнальная сирена возвестила об остановке матча. Бойд, только что завладевший мячом, на время паузы перебросил его Эндрю. Притихшие трибуны наблюдали, как Сет с трудом поднимается с пола. Еле держась на ногах, он тяжело привалился к бортику, пытаясь передохнуть и восстановить равновесие, прежде чем покинуть поле. Дэн тут же бросилась Сету на помощь, а Элисон поспешила к нему с другой стороны ограждения. Обогнав ее, Эбигейл встала возле выхода на поле. Ваймак хлопнул Алину по плечу. — Двигай. Внутри у Алины все похолодело. Увидев Лисов в деле, она окончательно убедилась, что ещё не готова возобновлять игру после «Воронов» и долгой передышки длинною в пять лет. Впрочем, выбора у неё не было, поэтому она собрала резинкой волосы, стиснула рукоять клюшки и вслед за Элисон побежала к дверям. — Вдуй им! — крикнул ей в спину Ники. Элисон забрала Сета у Дэн на выходе с поля и помогала ему держаться на ногах, пока Эбби снимала с него шлем. Потом усадила Сета на скамейку, а Дэн жестом позвала Алину на поле. Диктор объявил о замене: «Вместо Сета Гордона на поле выходит игрок под номером тринадцать — первокурсница Алина Джостен, родом из Милпорта. Аризона». Дверь за Алиной с грохотом закрылась, и она вдруг задалась вопросом, с таким ли звуком захлопываются крышки гроба. — Готова? — коротко спросила Даниэль. — Ну, я готова попробовать, — ответила Алина,— и надрать им задницы. — Тогда вперед. — Дэн стукнула своей клюшкой о клюшку Алины, и они трусцой выбежали на поле. Во время остановки игры обе команды находились за линией первой четверти на «лисьей» половине поля. Дэн встала рядом с одним из защитников «Шакалов». Поскольку Алина вышла на замену в середине тайма, ей полагалось занять место у борта почти возле самых ворот. — Это правда? — окликнул её один из Шакалов. — Тренер сказал, ты чокнутая на таблетках. — Прикалываешься? — раздался звонкий голос, и Алина удивленно повернула голову. Защитником, против которого всю игру ожесточенно бился Кевин, оказалась девушка. — Чемпион страны и наркоманка в одной команде? М-да, Южная Каролина окончательно слетела с катушек. — Черлидерша и инвалид, — уточнил первый Шакал. Эндрю вдруг хрястнул клюшкой по стене, отчего близстоящие игроки так и подпрыгнули на месте, а еще несколько покосились на него с явной опаской. Выражения лица Миньярда Алина разглядеть не могла, но надеялась, что Эндрю хотя бы пытается изобразить улыбку. А ей даже и притворяться не надо: поддельная химическая ухмылка не слезала с её лица, будто была приклеена. Но если Шакалы прознают, что Эндрю или Алина не в адеквате, то не моргнув и глазом заявят об этом арбитрам, лишь бы Лисы попрощались со своими сокомандниками. Алина замерла, ожидая худшего, однако Эндрю лишь сделал два шага назад во вратарскую зону. Когда все встали по местам и успокоились, прозвучал сигнал к продолжению игры. Эндрю поднял руку с мячом. — Эй, лгунишка, — окликнул он Алину, глядя куда-то в сторону. Бодрость в его голосе была натужной, однако заметить это могли только Лисы. — Пора тебе побегать. Этот мяч — твой. Он ударил снарядом о землю, а затем с размаха отбил его, вложив в удар всю свою силу. Алина не стала дожидаться броска и на максимальной скорости понеслась к воротам соперника, юркнув мимо вражеских защитников и нападающих, которые едва успели прийти в себя. Опекавшая Кевина защитница бросилась Алине наперерез, но нападающая оказалась быстрее, чем та ожидала, и защитнице пришлось гнаться за ней через все поле. Мяч ударился в дальний борт и на рикошете описал широкую дугу. Алина подпрыгнула, перехватывая снаряд у себя над головой, и в этот миг защитница «Шакалов» оказалась у неё за спиной. Алина отскочила в сторону, взмахнула клюшкой и побежала с мячом, машинально считая шаги. Защитница замахнулась, пытаясь отобрать мяч, ее клюшка просвистела в миллиметре от пальцев Алины. По правилам, игроку с мячом разрешалось пробежать не более десяти шагов, шесть из которых Алина уже сделала. Понимая, что за оставшиеся четыре противника ей не обойти, она крутанулась на месте и отдала пас Даниэль. Уже в следующую секунду в неё врезалась защитница Шакалов, и она заскользила юзом, выбросив в сторону руку и волоча по земле клюшку в попытке сохранить равновесие. Дэн сделала передачу на Кевина. Горилла был огромен, а потому медлителен; Кевин вынырнул перед ним и поймал мяч, потом извернулся и послал его вперед, выигрывая время для обхода вражеской защиты. В ответ разъяренный Горилла выбил клюшку у него из рук. Кевин выругался и, морщась, резко встряхнул кистями. Выйдя из ворот, голкипер «Шакалов» отправил мяч на дальний конец поля. Мэтт принял снаряд и «свечой» запустил вверх так, чтобы, срикошетив от потолка, он приземлился в зоне досягаемости нападающих. Поймав его, Кевин успел сделать два шага и ударить по воротам, и в эту секунду в него пушечным ядром влетел Горилла. Дэй грохнулся с такой силой, что кубарем покатился по газону. Вратарь вернул мяч Горилле, и тот снова пульнул его в стену «Лисов». Когда мяч отскочил от нее, защита «Шакалов» рванула за ним, вынуждая Алину и Кевина вернуться на свою половину поля. Шакалам удалось оттеснить их за линию первой четверти, и Алина вдруг осознала, что стратегия «навались-всем-скопом-на-вратаря» её просто выбешивает. Смотреть — тем более издали, — как Шакалы толпой бомбят ворота Миньярда, было невыносимо, однако Алина не могла вмешаться, пока оставался шанс, что Лисы перехватят мяч и пойдут в контратаку, так что ей оставалось лишь глядеть, как брекенриджцы раскатывают Эндрю. На четвертом ударе атака соперников увенчалась успехом. — Вы никогда у нас не выиграете, — бросила Алине защитница «Шакалов». — Слабачье. — Лучше быть проигравшими Лисами, чем говёными Шакалами, которым для победы приходится ломать кости соперников, — спокойно ответила она. — Вы просто тупоголовые уроды. Защитница шагнула к ней вплотную. Она оказалась на голову выше, но Джостен не испугалась. — А ну повтори. Наезд не вызвал у Алины никаких эмоций. Равнодушно поглядев на девушку, она наставила на неё палец. — Валила бы ты, а? Одна карточка у тебя уже есть. Еще раз полезешь в драку — просидишь остаток игры на скамейке. — Леверетт! — рявкнул ей полузащитник. — Не трать на неё сил, она же эмоционально нестабильна — расплачется ещё! Презрительно скривив губы, защитница демонстративно отступила на два шага, потом развернулась и побежала к своей исходной позиции. Как только все встали по местам, Шакалы ввели мяч в игру. Вскоре Леверетт снова преградила путь Алине и, толкнув плечом, вынудила отступить к центральной линии. На другом фланге Кевину удалось завладеть мячом, однако мгновение спустя Горилла опять грубо вышиб у него клюшку. То ли Горилла действительно всякий раз бил так сильно, то ли Кевин просто разжимал руки, прежде чем ударная волна пронзит их до самых локтей, сказать было трудно, и что в этом случае хуже, Алина не знала. С одной стороны, она вовсе не хотела, чтобы Кевин опять получил травму, но с другой — нельзя, чтобы его психологические проблемы влияли на игру. С каждой секундой руки Алины тряслись всё сильнее, а самочувствие с каждым шагом ухудшалось. Держать улыбку было всё сложнее. И как только Эндрю с этим справляется? Несмотря на несущий темп, пробегая по полю девушка вдруг вспомнила о «Лисичках» — группе поддержки «Лисов», которые стояли прямо за плексигласовым стеклом. Алина посмотрела в их сторону, но едва смогла увидеть верх их пирамиды и... Кейтлин прямо на верху. Подумать только! Вот кто стал следующим флаером после её ухода. Пирамида казалась кривоватой, но держалась прямо, а это самое главное. Вглядевшишь в лицо Кейт, Джостен заметила, что та смотрит прямо на неё. Алина поспешила отвернуться. Тем временем Мэтт увел мяч у нападающего Брекенриджа и передал пас Аарону. Тому ничего не оставалось, кроме как отдать мяч Эндрю и таким образом выиграть несколько секунд, чтобы оторваться от Шакала-преследователя. Отбитый вратарем мяч ударился в стенку и вернулся прямо под ноги Аарону, который поймал его и сделал мощнейшую передачу в центр поля. — Алина! Сообразив, что пас предназначается ей, девушка побежала вперед, следуя траектории броска. Леверетт с размаха ударила её по клюшке, стараясь сорвать подбор, и Алина скрипнула зубами от резкой боли, обжегшей запястья. Вывернув клюшку, она, в свою очередь, попыталась обезоружить противницу, и это стоило ей драгоценной секунды. Алина все-таки поймала мяч, но при этом едва не вывихнула руку. Леверетт боднула её в живот, пытаясь сбить с ног, однако она успела прижать клюшку к груди, удерживая мяч между сеткой и своим телом. Леверетт дернула её клюшку, попробовала снова выбить мяч. Алина отступила на шаг, ища опору, позволила защитнице «Шакалов» завладеть снарядом, а потом двинула ей плечом так, что та покатилась по земле. Подхватив оброненный мяч, Алина рванула вперед. — Шлюха ебучая! — с ненавистью крикнула ей в спину Леверетт. После десяти положенных шагов Алина сделала пас на Кевина. Тот на лету поймал мяч и тут же в очередной раз лишился клюшки. Горилла, словно танк, пронесся мимо него вслед за снарядом. Прижимая левую руку к животу, Кевин огляделся в поисках Мэтта. — Убери его от меня! — прорычал он. Бойд не ответил, но задачу понял. Как только команды снова сгрудились у ворот «Лисов», Мэтт бросил вражеского нападающего, которого пас всю игру, и подскочил к Горилле. Отбросив клюшку и освободив руки, он с размаха врезал громиле под дых — как раз туда, где заканчивался нагрудник. От удара Горилла пошатнулся; пронзительный сигнал сирены возвестил о нарушении правил. Всего секунду спустя Горилла очухался и кинулся за Мэттом. Тот дал стрекача, уворачиваясь от гигантских лап и стараясь затеряться среди других игроков. Разъяренного Гориллу это, впрочем, не остановило: на ходу он расшвыривал в стороны как Лисов, так и Шакалов. Когда Мэтт пронесся мимо ворот, путь громиле преградил Эндрю. По сравнению с нависшей над ним тушей Миньярд казался до нелепости хрупким, однако его это, по-видимому, не смущало: он спокойно глядел на противника, отставив в сторону клюшку. Горилла небрежно махнул ручищей, требуя убраться с дороги, но Эндрю не сдвинулся с места. Алина затаила дыхание, ожидая, что Шакал применит силу. Эндрю, конечно, поехавший, но ведь он вполовину меньше противника, который способен размозжить ему черепушку одним ударом… К счастью, судьи вмешались прежде, чем что-то случилось. Мэтт безропотно принял желтую карточку и показал Кевину поднятые вверх большие пальцы. Сквозь открытые двери Алина слышала свист и рев толпы, возбужденной этим коротким инцидентом. Мэтт трусцой покинул поле, уступая место Ники. Болельщики «Лисов» проводили Бойда бурной овацией, как настоящего чемпиона. Чуть погодя через другую дверь с поля ушел и Горилла. Сквозь прозрачное ограждение Алина видела, как тот, прихрамывая, удалился в раздевалку. — А Мэтт неплохо бьет, — заметила Алина. — Так у него же мать — профессиональная боксерша, — улыбнулась Дэн. — Обучила сына паре приемов. Так, теперь что?.. Алина проследила за ее взглядом и увидела у двери на поле Ваймака, который чего-то ждал. Близилось время плановой замены Даниэль на Элисон, однако рядом с тренером стояла не только она, но и Сет. Показав на обоих, Ваймак предоставил выбор Дэн. Та мгновенно сообразила, в чем дело, и развернулась на сто восемьдесят градусов, ища взглядом Кевина. Кевин стоял во вратарской зоне рядом с Эндрю, вытянув левую руку, а Миньярд помогал ему снять верхнюю перчатку. Ослабив шнуровку, Эндрю стащил крагу с руки Кевина, сунул ее себе под мышку и взялся за защиту. Черную матерчатую перчатку снизу он снимать не стал, а только расстегнул петлю, крепившуюся к среднему пальцу, чтобы сдвинуть ткань на запястье. Кевин осторожно размял пальцы, не отрывая взгляда от шрамов, затем перевернул кисть тыльной стороной вверх и проделал то же самое. Алина смущённо перевела взгляд на Дэн. Что там происходит у этих двоих? И прямо ведь на поле! — Кевин! — окликнула его Дэн, указывая в сторону двери. Дэй и Миньярд обернулись одновременно. Слов Эндрю Алина не расслышала, однако в ответ Кевин отрицательно покачал головой. Эндрю всучил Дэю его экипировку и отступил назад, а Кевин побрел к выходу с поля. Когда он проходил мимо Дэн, та ободряюще стиснула его плечо, но едва он удалился на достаточное расстояние, как она крепко выматерилась себе под нос и смерила Гориллу испепеляющим взглядом. Трибуны приветствовали Кевина с не меньшим ликованием, чем Мэтта. Дэй отыграл всего тридцать минут, и все же для первого матча зрителям было достаточно уже того, что он просто вышел на поле. — Строимся на штрафной, — скомандовала Дэн, когда на замену Кевину вышел Сет. Судьи заперли выходы на поле. Лисы и Шакалы расступились, позволяя игроку, сменившему Гориллу, занять позицию для удара по воротам. Прозвучал сигнал. Еще пару секунд нападающий прикидывал варианты, а затем пробил в угол ворот. Эндрю отразил удар с такой силой, что мяч отлетел в дальнюю стену. Алина помчалась через все поле. Сейчас она как никогда жаждала победы «Лисов» в этой игре. Она знала, что это невозможно, но грязная игра «Шакалов» приводила её в бешенство. Не успел Кевин выйти на поле, как Горилла попытался сломать ему руку — что за нечеловеческая жестокость! Алина очень надеялась, что хук Мэтта оставил на ребрах Гориллы знатные синяки. Поймав летевший на неё мяч, Алина бросилась к воротам соперника. Через пять шагов на хвост ей села все та же Леверетт. Алина нанесла удар по воротам, отразить который голкиперу «Шакалов» стоило большого труда. Вскоре Сет перехитрил опекавшего его защитника и завладел мячом, однако, не имея возможности забить со своей позиции, был вынужден сделать передачу назад, на Алину. Леверетт подпрыгнула и попыталась перехватить мяч, но Алина не позволила ей этого сделать и хрястнула клюшкой по ее клюшке так, что оба снаряда едва не разлетелись в щепки. Брекенриджская защитница разжала руки, выругавшись от досады, и теперь уже ничто не отделяло Алину от цели. Подхватив мяч, она устремилась к воротам, отмеряя десять заветных шагов, на ходу высчитывая угол атаки и пытаясь угадать, в какую сторону кинется вратарь. На последнем, укороченном шаге она подалась вперед, размахнулась и пробила со всей силы, на какую была способна. На стене вспыхнули красные лампочки: Алина попала точно в цель. Над головой прогудела сирена, и Лисы взликовали. Алина развернулась и пошла к центру поля. Неожиданно перед ней возникла Леверетт. — Тебе просто повезло, — прошипела она. — Кажется, ты подустала, — отбрила ее Алина. Девушка подняла руку, словно для удара, но сдержалась, вероятно, вспомнив о желтой карточке. Джостен грубо оттолкнула ее и двинулась дальше, не обращая внимания на поток нецензурной брани, которой она сыпала ей вслед. Однако Алину в этот момент больше занимал Сет Гордон: тот пересек поле и от всей души хлопнул её по плечу. Они стукнулись клюшками, а потом заняли свои места в центре поля. Дэн за спиной у Алины радостно гикнула. Игра продолжалась, а Алине было всё хуже. Чрезмерная активность плохо сказывалась на её состоянии, а отсутствие химии в крови только подогревало это действо. Девушка инстинктивно обернулась на Эндрю. Лица всё также было не видно из-за шлема, и всё-же ей показалось, что он снова смотрит на неё. — Давайте еще один, Лисы! Забить снова Алине удалось только во втором тайме. Двух голов было недостаточно, чтобы считаться достойным игроком команды, и все же благодаря им Алина почувствовала себя на поле увереннее и не так сильно расстроилась, когда «Лисы» все-таки потерпели от брекенриджцев поражение со счетом семь — девять. В конце концов, сезон только начался, до октября она еще успеет подтянуться. И в середине осени её ждёт что-то очень интересное.